Дэниел кан: «Я смог стать таким евреем, каким захотел»
Ирина Мак
Дэниел Кан родился в Детройте, учился в Мичиганском университете, играл в театре в НьюОрлеане, работал в НьюЙорке... Чтобы в 2005м обосноваться в Берлине и исполнять со своей группой «Paynted Birds» «еврейский панк», пользующийся популярностью по обе стороны Атлантики и не только у евреев. Представления клезмеркабаре Кана отсылают нас к традициям театра Бертольда Брехта. Только язык, на котором исполняются эти песни и зонги, другой. Иногда английский, но главным образом идиш, который звучал и на декабрьских концертах Дэниела Кана в Москве.
Ирина Мак Клезмер стал невероятно популярен в мире не только среди евреев. Почему?
Дэниел Кан Классная музыка. Долгие годы существовало много дурацких причин не замечать этого, а сейчас люди забывают об этих причинах.
ИМ Что за причины?
ДК Клезмер не играли, потому что играли блюз. И о блюзе знали только потому, что его исполняли везде. Потом в мире полюбили ирландскую музыку, потому что ее стали много играть. Любить можно только то, что можно услышать, узнать. Как узнать клезмер, если его никто не исполняет? А сейчас интерес к нему возвращается.
ИМ Интерес со стороны еврейской публики?
ДК Не только — и среди немецкой, например.
ИМ Вы говорите: клезмер не играли. Но вы эту музыку откуда-то узнали. Она звучала в семье?
ДК Нет, родители не учили меня ни клезмеру, ни идишу. В синагоге меня учили тому, что еврейский язык — иврит. А место, предназначенное для евреев, — Израиль. А сегодня даже Америка, где я родился и вырос, не есть мой единственный дом. И моя культура — международная культура.
ИМ Но вы владеете ивритом?
ДК Владею — громко сказано. Я учил иврит только перед бар мицвой. Получается, что я вырос при синагоге, но вышел из нее. В отличие от российских евреев, которые в большинстве своем росли вне синагог и узнали, что такое синагога, только во взрослом возрасте. У меня есть много друзей, родившихся здесь, с которыми я встретился именно в тот момент, когда я фактически покидал синагогу, а они только начинали постигать мир, близкий мне с детства. На этом перекрестке мы и подружились.
ИМ В вашей семье соблюдались традиции?
ДК Не очень. Мои родители — реформистские евреи, в шабос в нашей семье водили машину. Мы никогда не ограничивали себя кошерной едой. Я думаю, мне было важно, чтобы я смог стать таким евреем, каким захотел.
ИМ Вы довольно ловко вставляете в ваш английский язык русские слова. Кто-то из ваших близких отсюда родом?
ДК Только мать.
ИМ Не так мало, особенно если учесть, что последнюю фразу вы произнесли тоже по-русски.
ДК Не совсем так: ее семья больше ста лет назад переехала в Америку из Российской империи, из Галиции. И еще отец моего дяди родился под Киевом. В 1905 году он был выслан в Сибирь и оттуда каким-то образом перебрался за океан. При этом он был коммунистом. И в 1930 году, давно живя в Штатах, решил съездить в Советский Союз.
ИМ Как вовремя... И выжил после этого?
ДК Более того, пришел в восторг от увиденного! Или от того, что ему показали. Завоевания революции его восхищали. Он вернулся в США и сказал жене: «Мы немедленно возвращаемся в Россию». У них было трое детей, и жена сказала: «No, no, no».
ИМ А откуда ваш идиш? Я спрашиваю об этом, потому что для большинства евреев идиш, увы, мертвый язык.
ДК Это совсем не так — идиш не мертв ни здесь, ни в Америке, ни в Европе. Красивейший язык. Я знаю много молодых людей в России и в Германии, которые прекрасно на нем говорят и учатся ему. И старых людей, которые учат молодых. Есть международные сообщества людей, говорящих на идише, любящих его и поддерживающих жизнь этого языка. Есть, в конце концов, YIVO (международная еврейская организация, основанная в 1925-м в Вильно и осуществляющая исследования языка идиш, литературы и фольклора на идише, а также еврейской истории и культуры. — И. М.). Я изучал идиш, в частности, в Нью-Йорке. Но я учил его и по творчеству еврейских поэтов — авторов песен...
ИМ Чтобы самому писать на этом языке?
ДК Я и не думал тогда об этом. Скорее идиш удивлял меня... Я писал песни на английском, работал в театре — тоже на английском. Когда открыл глубину и богатство поэзии на идише, стал переводить ее на английский. И только затем пришел к тому, чтобы переводить наоборот, с английского на идиш.
ИМ Я была поражена, обнаружив в вашем исполнении запись «Лили Марлен» на идише. Кажется, на каком-то фестивале в Зальцбурге.
ДК Да, это совсем не еврейская песня. Идея пришла Тине Киндерман, жене Фрэнка Лондона (Тина Киндерман, немецкая певица и художница, живущая в США, Фрэнк Лондон — американский еврейский музыкант, певец и композитор. — И. М.). Тина поет очень много немецких песен и баллад, ей они нравятся, как и мне. «Лили Марлен» в их числе. Но это очень противоречивая песня, как вы, наверное, знаете, это была любимейшая песня в германской армии времен Третьего рейха.
ИМ И это аргумент не в ее пользу. Но, абстрагируясь от истории, признаем, что песенка прелестная.
ДК Да, даже, я бы сказал, несколько китчевая. Многие пытались ее переводить. Я знаю, есть несколько вариантов этого текста на русском: «Лили Марлен» переводил даже Иосиф Бродский.
ИМ «Есть ли что банальней смерти на войне...» Он ее даже пел — есть запись.
ДК И мы подумали, что перевести эту песню на идиш — это будет небольшая провокация, «взрывной перевод». Тут я оговорюсь, что перевод стихов вообще довольно сложная материя, потому что есть стихи, переводить которые означает фактически писать новые стихи. И тогда получается новый текст, новая песня, Особенно это касается русских поэтов. Например, переводы Маяковского — это просто другая поэзия.
ИМ Но идиш с точки зрения лексики во многом напоминает немецкий.
ДК И тем не менее. Может быть, переведя «Лили Марлен» на идиш, я немножко поборол немцев.
ИМ Такое желание все-таки возникает?
ДК Не то чтобы побороть, но провоцировать...
ИМ Откуда вы берете песни? Если здесь спросить первого встречного еврея, какие он знает еврейские песни, он вспомнит три-четыре от силы.
ДК Здесь — да, я знаю. Но сейчас много поют клезмер, поэтому я беру у других певцов, из старых записей, которых огромное количество. Есть замечательные коллекции песен. И существует много книг на идише, в том числе поэтических сборников.
ИМ Вы читаете на идише?
ДК Очень медленно. Кроме того, я пишу свои песни и иногда беру у друзей. Из российских музыкантов я работаю много с Псоем Короленко, с Ваней Жуком...
ИМ С кем еще?
ДК В моей группе много людей, иногда они меняются. Но постоянно я играю с уже упомянутым Майком Таттлом — знаю его 10 лет — и с ударником Хампусом Мелином. Обычно бывает еще два-три кларнетиста. Сейчас с нами приехал из Германии кларнетист Берт Хильдебрандт. Иногда бывают труба, тромбон, гитара... Сегодня с нами поет Люба Понькина, великолепная певица из Новосибирска, которая давно живет в Москве и исполняет много еврейской и балканской музыки. Мы с ней выступали уже несколько раз.
ИМ Почему вы живете в Берлине?
ДК Я хотел покинуть Америку, и тут меня пригласили в Берлин. Контрабасист Майкл Таттл, с которым мы играли еще в Мичигане, тоже переезжал в Берлин, и я подумал: почему бы нет? Это было семь лет назад, мы оба до сих пор живем в этом городе и вместе играем.
ИМ Не скажу этого о Берлине, но, по моим ощущениям, в Европе в целом сегодня довольно сильны антисемитские настроения. И тем не менее вы в Европе.
ДК По-моему, в России эти настроения заметнее. Однако антисемитизм с самого начала был частью западноевропейской цивилизации. Это идеологическая болезнь, ущербный способ мышления, путь, с помощью которого люди пытаются найти ответы на сложные вопросы. Я вижу проявления европейской ксенофобии и в том, как они относятся к мусульманам, к гомосексуалистам. Конечно, по-прежнему евреи — жертвы антисемитизма, но я никогда физически не ощущал его на себе. Возможно, мне повезло, потому что я не просто еврей, но еврейская публичная персона. Я слышу иногда от кого-то глупые антисемитские речи, и тогда мне трудно заставить себя молчать. По-моему, нам надо продолжать с этим бороться. Но я уверен, что сегодня это не главная наша проблема.