Томсон Кит
Дважды шпион

Самиздат: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Links
Кожевенное мастерство: сумки, ремни своими руками Юристы. Круглосуточно
 Ваша оценка:
  
  
  Крышка
  
  Оглавление
  
  Кит Томсон дважды шпион
  
  ЧАСТЬ ПЕРВАЯ
  
  1
  
  2
  
  3
  
  4
  
  5
  
  6
  
  7
  
  8
  
  9
  
  10
  
  11
  
  12
  
  ЧАСТЬ ВТОРАЯ
  
  1
  
  2
  
  3
  
  4
  
  5
  
  6
  
  7
  
  8
  
  9
  
  10
  
  11
  
  12
  
  13
  
  14
  
  15
  
  16
  
  17
  
  18
  
  19
  
  20
  
  21 год
  
  22
  
  23
  
  24
  
  25
  
  26 год
  
  27
  
  28 год
  
  29
  
  30
  
  31 год
  
  32
  
  33
  
  34
  
  35 год
  
  36
  
  37
  
  38
  
  39
  
  40
  
  41 год
  
  42
  
  43 год
  
  44 год
  
  45
  
  46
  
  47
  
  48
  
  49
  
  50
  
  51
  
  52
  
  53
  
  54
  
  55
  
  56
  
  57 год
  
  ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ
  
  1
  
  2
  
  3
  
  4
  
  5
  
  6
  
  7
  
  8
  
  9
  
  10
  
  11
  
  12
  
  13
  
  14
  
  15
  
  16
  
  17
  
  18
  
  19
  
  20
  
   Кейт Томсон
   ЧАСТЬ ПЕРВАЯ
   1
   2
   3
   4
   5
   6
   7
   8
   9
   10
   11
   12
   ЧАСТЬ ВТОРАЯ
   1
   2
   3
   4
   5
   6
   7
   8
   9
   10
   11
   12
   13
   14
   15
   16
   17
   18
   19
   20
   21 год
   22
   23
   24
   25
   26 год
   27
   28 год
   29
   30
   31 год
   32
   33
   34
   35 год
   36
   37
   38
   39
   40
   41 год
   42
   43 год
   44 год
   45
   46
   47
   48
   49
   50
   51
   52
   53
   54
   55
   56
   57 год
   ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ
   1
   2
   3
   4
   5
   6
   7
   8
   9
   10
   11
   12
   13
   14
   15
   16
   17
   18
   19
   20
  
  
  
  Благодарим Вас за то, что воспользовались проектом NemaloKnig.net - приходите ещё!
  
  Ссылка на Автора этой книги
  
  Ссылка на эту книгу
  
  Кит Томсон дважды шпион
  
  
  
  
  ЧАСТЬ ПЕРВАЯ
  
  Призрак в снегу
  
  1
  
  «Вы видите привидение?» - спросила Алиса.
  
  «Вы бы знали, если бы я сказал, потому что я упомянул об этом». Чарли зациклился на ком-то или на чем-то позади нее, а не встретился с ней взглядом, как обычно. «Или упал в обморок».
  
  « Призрак - это обменный жаргон для кого-то, кого вы принимаете за надзирателя, но на самом деле он просто обычный Джо. Когда вам приходится оглядываться через плечо так же часто, как мы видели последние пару недель, вполне естественно, что все начинают казаться подозрительными. Вы представляете, что видели одно из них раньше. Трудно найти кого - нибудь , кто не смотрит , как он работает Интерпол «.
  
  «Интерпол станет обновлением». Чарли рассмеялся струей пара в разреженный альпийский воздух. «По прошествии последних двух недель трудно найти кого-нибудь, кто не выглядел бы как ветеран-киллер».
  
  У Чарли Кларка не было гавайских рубашек. Он не жевал сигару. Он никоим образом не соответствовал чьим-либо представлениям о всаднике: ему было около тридцати лет, с приятным поведением и сильными чертами лица, несмотря на попытки Алисы изменить их: коричневый парик скрывал его песочно-светлые волосы, искусственные бакенбарды и силиконовую переносицу притупленной. резкие контуры его лица и огромные солнцезащитные очки скрывали его умные голубые глаза. Но - как это ни прискорбно, - подумала Алиса, - до тех пор, пока две недели назад его не бросили в бега, Чарли проводил на ипподромах 364 дня в году. И это число было бы 365, если бы треки не закрывались на Рождество. Он жил не только ради победы, но и ради того, чтобы оказаться правым. Как он часто говорил: «Где еще, кроме трека, это можно взять?»
  
  Так почему, подумала Алиса, его внимание отвлеклось от гонки?
  
  Особенно в этой гонке, миля с «белым газоном» с чистокровными животными, пылающими вокруг поля, вырытого из сверкающего снега на вершине замерзшего озера Лак-де-Мора в Авенше, Швейцария, в обрамлении холмов, которые выглядели так, как будто они были выданы автоматом для мягкого мороженого. усыпанный шале и окруженный ослепительно белыми вершинами. Вероятно, именно таким днем ​​в 1868 году британский авантюрист Эдвард Уимпер сказал о Швейцарии: «Каким бы великолепным ни было воображение, оно всегда уступает реальности».
  
  А у Эдварда Уимпера не было лошади, готовой взять на себя инициативу.
  
  Пролетев мимо четырех из девяти участников, выбор Чарли, Позер Ле Лапен, обнаружил разрыв между двумя оставшимися.
  
  Почти ничего не зная о лошадях, кроме их имен, Чарли взглянул на рыжую кобылку во время пост-парада и пробормотал, что ее откидные железные пластины наклоняются к земле под углом в сорок пять градусов на открытом конце подков. - обеспечит лучшее сцепление с дорогой, чем обувь других участников сегодня.
  
  Алиса проследила за его линией взгляда вверх от заснеженного фартука, где они стояли, к набитой трибуной. Десять тысяч голов сразу повернулись, когда лошади с грохотом проносились по овалу.
  
  Было странно, что Чарли не смотрел гонку. Более чем странно. Как восьмилетний ребенок, который без взгляда проходит мимо кондитерской.
  
  Лошади бросились в последний поворот. Алиса увидела только облако взметнувшихся снежинок и льда. Когда облако приблизилось к трибуне, в поле зрения показались жокеи, их маски покачивались над дымкой. Мгновение спустя была видна вся стая чистокровных. Крики толпы заглушили крик диктора.
  
  Позер Ле Лапен пересек проволоку с поводком в четыре длины.
  
  Алиса посмотрела на Чарли, ожидая восторга. Он оставался сосредоточенным на трибуне позади него через полосы зеркальной пленки, которые она вклеила в каждую из его линз - старый призрачный трюк.
  
  «Твоя лошадь выиграла, Джон!» - сказала она, используя его псевдоним.
  
  Он пожал плечами. «Время от времени я прав».
  
  «Не говори мне, что острые ощущения прошли».
  
  «На данный момент я надеюсь ошибиться».
  
  По спине пробежал холодок. "Это кто?"
  
  «Парень в красной лыжной шляпе, на вершине трибуны, прямо под флагом« Мерседес », пьет шампанское».
  
  Она изменила позу, как будто хотела посмотреть вручение трофея, как и все остальные. На самом деле она смотрела в «зеркала заднего вида» внутри своих солнечных очков.
  
  Красная лыжная шапка походила на маяк.
  
  "Я вижу его. Что, ты думаешь, это странно, что он пьет шампанское? »
  
  «Ну, да, потому что это примерно на два градуса ниже».
  
  Алиса обычно придавала большое значение наблюдательности Чарли. Во время их побега из Манхэттена, в жилом районе Морнингсайд-Хайтс, он выделил двух мужчин из сотни людей в качестве правительственных агентов, когда они притормозили у обочины из-за того, что знак изменился на «НЕ ИДТИ»; настоящие жители Нью-Йорка ускорились. Но после двух мучительных недель охоты на шпионов и введенных в заблуждение полицейских, которые сначала стреляли, а потом задавали вопросы, призраков мог увидеть любой, даже оператор с таким же опытом, как и она.
  
  «Милая, половина людей здесь пьет шампанское».
  
  «Да, я знаю - рекламные ролики« Мисс Швейцарии »наверняка ошиблись в Швейцарии. Дело в красной шляпе ».
  
  "Есть ли в этом что-то необычное?"
  
  "Нет. Но за обедом он был в зеленой шляпе ».
  
  2
  
  Мужчина в кроваво-красной вязанной лыжной шапке выглядел так, как будто ему было под тридцать. Изможденный и бледный, он был идеалом кандидата в докторантуру Central Casting. Что вряд ли исключало его как убийцу. С тех пор как две недели назад его втянули в этот бардак, убийцы, от которых ускользнул Чарли, были замаскированы под шутливого страхового продавца средних лет, парочку юных адвокатов и продавца свежих фруктов с Нижнего Востока. Боковая сторона.
  
  «Вы уверены, что видели его в кафе?» - спросила Алиса.
  
  «Когда я вернулся к нашему столику, чтобы оставить чаевые, я заметил, что он в углу внезапно остановил официантку. Что этот призрак говорит о совпадениях?
  
  «Их нет?»
  
  "Точно."
  
  « Я никогда не говорю этого. Летом, когда мне было одиннадцать, у меня завелась сиамская кошка. Я назвал его Рокфорд. Несколько недель спустя я начала новую школу, и там была еще одна девочка, у которой был сиамский кот по имени Рокфорд. Совпадение что ли? »
  
  «Меня всегда интересовало это высказывание».
  
  «В любом случае, почему бы нам не выпить за вашу победу?»
  
  Одна из их стратегий выхода началась с прогулки к ближайшему прилавку концессии. «Вообще-то, я бы хотел выпить, - сказал Чарли.
  
  Выйдя из фартука, они вошли в длинный коридор между задней частью трибуны и южным берегом озера Лак-де-Мора. В то время как его нервы были на грани взрыва, она сохранила упругость своего персонажа. Фактически, если бы он не был в той же комнате сегодня утром, когда она одевалась, он мог бы не узнать ее сейчас. Она оставалась потрясающей женщиной, несмотря на тусклый парик и протез носа, которые напоминали фотографию пластического хирурга «до». Обычно она двигалась как балерина. Теперь толстая парка и мрамор, который она положила в правый ботинок, портили ей походку. А ее солнечные очки, родственники семейства лыжных очков, скрывали ее лучшую черту, ярко-зеленые глаза, которые светились прихотью или, временами, внутренними демонами.
  
  В коридоре больше никого не было. Но станет ли кто-нибудь позади них?
  
  Сердце Чарли бешено колотилось так сильно, что он едва слышал скрип своих ботинок по снегу.
  
  Почувствовав его беспокойство, Алиса взяла его за руку. Или, может быть, это было нечто большее. Двенадцать дней назад, заботясь только о том, что он и его отец невиновны, она решила помочь им бежать из Соединенных Штатов, прямо бросив вызов своему начальству в Агентстве национальной безопасности. «Подруга» тогда была лишь ее прикрытием. Однако их первая ночь в Европе стала реальностью. С тех пор их руки тянулись друг к другу даже без угрозы наблюдения.
  
  Теперь она поддержала его.
  
  Он вспомнил основной руководящий принцип противодействия, которому она его научила: видеть своих преследователей, но не позволять им знать, что вы их видите.
  
  Напуганные солнцезащитные очки - часть зеркала и, для непосвященного, часть калейдоскопа - затрудняли поиск конкретного человека позади него или, если уж на то пошло, определенной части трибуны. Он боролся с желанием заглянуть через плечо. Достаточно лишь взглянуть назад, чтобы человек в красной шляпе почувствовал запах крови.
  
  "Вижу ничего?" - пробормотал Чарли.
  
  "Еще нет." Алиса засмеялась, как будто только что рассказала анекдот.
  
  Они подошли к белому шатру с остроконечным верхом. Внутри розовая и, соответственно, искрящаяся пара средних лет открывала пробки и наполняла пластиковые бокалы тем же шампанским, логотип которого украшал баннеры по всему ипподрому. Место в конце небольшой очереди позволило Чарли и Алисе, вполне естественно, развернуться и осмотреть свои окрестности: тридцать или сорок фанатов белой травы бродили среди окон ставок, Порт-о-Летс и дюжины других уступок. палатки.
  
  Ни одного человека в красной шляпе.
  
  А коридор за трибуной оставался пустым.
  
  Чарли почувствовал лишь малейшее облегчение. Их хвост мог передать их другому наблюдателю. Или поставить на них фотоаппараты. Или стреляли микроскопическими транспондерами в их пальто. Или Бог знает что.
  
  «Извини, - сказал Чарли.
  
  "О чем?" Алиса казалась беззаботной. Частью этого был ее поступок. Остальное было таким мучительным детством и карьерой, полной ужасов, что теперь она редко испытывала страх. Если когда-нибудь.
  
  «Уговариваю вас приехать сюда».
  
  "Брось. Это захватывает дух ».
  
  - Я имею в виду, на трек. Это было идиотично ».
  
  «Отшельники бросаются в глаза. Время от времени нам нужно выбраться отсюда ».
  
  «Только не на ипподром. Конечно, они смотрят ипподромы ».
  
  «В Швейцарии очень много ипподромов, не говоря уже о всех маленьких продуктовых магазинчиках, которые служат в качестве букмекерских контор вне трасс. И нет причин думать, что кто-то вообще знает, что мы находимся в Европе. К тому же это не совсем ипподром. Это курс на замерзшем озере - кто знал, что такое существует?
  
  « Они знают. Они всегда так делают ».
  
  «Они» были так называемой кавалерией, подразделением секретных операций Центрального разведывательного управления, преследовавшим Чарли и его отца Драммонда Кларка. Две недели назад, после того как различные убийцы провалили свои задания, кавалерия обвинила Кларков в убийстве советника по национальной безопасности США Бертона Хаттемера, что позволило группе запросить помощь Интерпола и множества других агентств. Не имея возможности доказать свою невиновность, Кларки знали, что у них не будет ни единого шанса в суде. Не то чтобы это имело значение. Кавалерия избежала хлопот, связанных с соблюдением надлежащей правовой процедуры, и «нейтрализовала» их до того, как будет поднят молоток.
  
  Приготовив банкноту в двадцать франков за две фужеры шампанского, Алиса двинулась в очередь. «Послушайте, если они действительно так хороши, они нас поймают, несмотря ни на что, так что лучше, чем зал для йодлинга».
  
  На ее легкомыслие всегда можно было рассчитывать. Это было одной из вещей, которые Чарли любил в ней. Один из сотни. И он почти не знал ее.
  
  Он задавался вопросом, как разделить это чувство, когда из коридора за трибуной вышла молодая блондинка, возвращенная звезда Золотого века в норке в полный рост. Тяжело дышит, возможно, от того, что он помчался их догнать. Или, может быть, это бассет-хаунд в такой же норковой куртке для собачьих упряжек толкал ее вперед своим дорогим кожаным поводком.
  
  Обхватив Чарли за плечо, Алиса указала на собаку. «Это самое очаровательное существо, которое вы когда-либо видели, или что?»
  
  Чарли понял, что притвориться, что не замечает собаку, будет странно. Вести себя естественно было частью Контрразведки 101. Лучшее, что он мог собрать, было: «Я всегда хотел шнауцера».
  
  «Почему ризеншнауцер?» - спросила Алиса.
  
  Все, что он знал о породе, было то, что это была разновидность собаки.
  
  Старлетка посмотрела на них с явным возбуждением.
  
  «Мне просто нравится звук шнауцера» , - сказал Чарли.
  
  Женщина продолжила движение мимо, когда неряшливо лысый мужчина выскочил из Порт-о-Лет прямо ей на дорогу. Она улыбнулась ему.
  
  «Такие женщины, как она, не улыбаются таким парням», - подумал Чарли. Особенно с Порт-о-Летом на картинке.
  
  Алиса тоже это заметила. Она зевнула. «Ну, что ты скажешь, мы возвращаемся в Женеву?»
  
  Чарли знал, что на самом деле это означало уехать в Гштаад, в шестидесяти милях от Женевы.
  
  Быстро.
  
  3
  
  Когда они с Алисой вошли на стоянку - вспаханный луг через улицу от Лак-де-Мора, - она ​​вела оживленную беседу, бредя сначала о гонках на белом газоне, а затем о новом холодильнике, который ей приглянулся.
  
  Они подошли к серебристо-серому седану BMW 330, который она арендовала под норвежским псевдонимом. Модель 330 была одной из десяти самых популярных моделей в Швейцарии и номером один в Гштааде, где они снимали шале, или, точнее, где фиктивный финансовый директор ее фиктивной бельгийской консалтинговой фирмы снимал шале.
  
  Они намеренно обошли свой 330 в пользу еще одного серебристо-серого BMW.
  
  «Ой, подожди, это не мы», - сказала Алиса.
  
  Удвоение назад дало возможность увидеть реакцию примерно двадцати водителей, возвращающихся на стоянку. Чарли заметил мужчину, который возился со своим дистанционным управлением без ключа. Наверное, из-за шампанского в другой руке. Или шампанское, которое ему предшествовало. Все остальные проследовали прямо к своим машинам.
  
  
  Гштаад находился в сорока пяти минутах езды от Авенчеса, или мог бы быть там, если бы Алиса не выбрала путь обнаружения SDR-наблюдения. При первом же зеленом светофоре она направила BMW в поворот вправо. На вершине, когда Чарли сжимал свой подлокотник, чтобы центробежная сила не сбрасывала его на Алису, и когда ей следовало затормозить тормоз, она нажала на педаль акселератора, выбросив их на боковую улицу. «У нее было правильное сочетание креативности и контролируемого безрассудства, чтобы выиграть гонку NASCAR», - подумал он.
  
  «Думаю, мы оставили мой живот снова на свету», - сказал он.
  
  Ее глаза метались между зеркалами. «Вероятно, мы сможем вернуться и получить это. Я почти уверен, что у нас нет хвоста ».
  
  Он выдохнул, прежде чем она добавила: «Но мы должны быть абсолютно уверены».
  
  На следующем перекрестке она на последней секунде повернула налево, пересекла полосу встречного движения и вошла в торговый центр. Одна машина свернула. Фургон резко затормозил, водитель кричал и тряс кулаком. Автомобиль прямо за мужчиной затормозил и занесло, едва не задев заднюю часть его фургона.
  
  Алиса интересовалась только автомобилями, которые стояли за BMW. Все просто продолжалось.
  
  «Это наверняка удивило бы хвоста», - сказал Чарли. «Или убедили его, что вы прошли обучение вождению на ферме».
  
  Она смеялась. «Или в Риме».
  
  Выйдя из торгового центра, она начала наугад поворачивать налево. Вероятность того, что кто-либо, кроме наблюдателя, останется за ними в течение трех таких ходов, была выше астрономической.
  
  «Так вы сможете увидеть больше достопримечательностей», - весело сказала она.
  
  «Люди не думают о преимуществах бегства от правосудия».
  
  Еще один быстрый поворот, и в боковое зеркало Чарли было видно только городок Авенш, стреляющий в корму. Шале превратились в пятнышки, а затем совсем исчезли за горой елей, покрытых снегом.
  
  Пока Алиса ехала по суровому Бернскому Оберленду, Чарли осматривал небо. Кавалерия иногда использовала беспилотные летательные аппараты-БПЛА, дистанционно управляемые миниатюрные летательные аппараты, оснащенные достаточно резкими камерами, чтобы их операторы могли видеть лицо водителя с высоты десяти тысяч футов. Некоторые БПЛА несли ракеты с лазерным наведением, способные превратить дорогу в воронку, а BMW - в блестящий гравий.
  
  Алиса улыбнулась. «Учитывая их небольшой размер и большую высоту, шансы обнаружить дрон не слишком высоки».
  
  Чарли откинулся назад, признавая: «Вероятно, больше шансов, что я открою новую планету». Мгновение спустя он возобновил сканирование. «Труднее просто ничего не делать».
  
  Когда они спускались с гор, тонкие низкие облака рассеялись, открыв долину, усеянную игрушечными шале, горнолыжными склонами и коровами, чьи колокола слились в единый завораживающий аккорд. Склоны сходились у центральной деревни Гштаада, скопления деревенских гельветских зданий, многие из которых были украшены окнами, заполненными ярко-красной геранью. С учетом сказочных башен и саней, запряженных лошадьми, Гштаад был менее правдоподобным, чем версия старинной швейцарской деревушки в Диснейленде. Спустя всего неделю Чарли приснилось, что они с Алисой останутся там на всю оставшуюся жизнь.
  
  Когда она въехала носом в парковочное место за вокзалом на Хауптштрассе, солнце опустилось за парой высоких пиков, окрашивая всю долину в бронзу.
  
  Они прошли пешком через пустой переулок к Променаду, главной улице Гштаада, где разрешены были только транспортные средства, запряженные лошадьми. Этот переулок был еще одним из множества уловок Элис по противодействию наблюдению. Выберите охранников, прежде чем вести их в шале.
  
  Среди бутиков, галерей и кафе на Променаде была таверна Les Freres Troisgros, в которой жареные сосиски были достаточно хороши, чтобы убедить Чарли остаться в Гштааде даже без Алисы. Большое переднее оконное стекло таверны не отражало никого позади себя в переулке.
  
  "Мы впорядке?" - спросил Чарли.
  
  «Мы или они есть». Алиса толкнула дверь, окружая их ароматами жареного мяса и эля. Она вошла внутрь с осторожностью вместо своей обычной плавучести. Если она увидела или почувствовала что-то неправильное, она не говорила, что не в баре, на котором сотни глаз смотрят на них, все горят при свете свечей - в Les Freres Troisgros не было электрического света. Коллекция больших потемневших от дыма камней, удерживаемых древними балками, мало изменилась с семнадцатого века.
  
  Чарли боролся с навязчивым желанием смотреть на веселые и румяные лица. Он волновался, что когда-то приходил сюда слишком часто.
  
  Он и Алиса получили приказы о вывозе, не будучи застреленными и не подвергаясь какой-либо другой опасности. Но на выходе в дымное зеркало за стойкой он мельком увидел румяного мужчину средних лет в черном берете. Мужчина смотрел на них, открывая сотовый телефон.
  
  «Я думаю, призрак», - сказала Алиса, взяв Чарли за руку.
  
  «Из-за берета?»
  
  "Ага."
  
  «Сверхточно для профессионала, правда?»
  
  «Можно было бы надеяться».
  
  Возник вопрос: кому он звонил?
  
  Не тот, кто следил за ними до машины. По крайней мере, насколько могли судить Чарли или Алиса.
  
  Позволив Алисе покататься на дробовике, Чарли уехал из деревни, направившись по извилистой горной дороге к уединенному шале кремового цвета. В падающем солнечном свете здание сливалось с высокими соснами.
  
  Строго глядя на поле, покрытое свежим снегопадом, Алиса сказала: «Хит-команды любят снег. С помощью нескольких термоизоляционных скафандров для арктической местности и оберток для винтовок вы можете превратить такую ​​поляну в отличное место для засады ».
  
  "Большой."
  
  «Хотя евро говорит о том, что мы дома бесплатно». Она выдавила улыбку.
  
  «Я люблю тебя» почти сорвалось с его губ, наверное, в двадцатый раз за день, но все, что он сказал, было: «Ты в порядке. И удачи."
  
  «Просто скажи ей», - убеждал он себя. Почему, черт возьми, нет? Как только они припарковались.
  
  Он выехал на выступ на склоне горы, который они называли парковочной площадкой. Отсюда до шале было две минуты ходьбы через лес. Пока она выходила из машины, он нажал на стояночный тормоз и заглушил двигатель. Он слышал и чувствовал глухие удары над деревьями. Белый вертолет для медицинской эвакуации, довольно распространенный в зимних курортных зонах.
  
  Вертолет замедлился и завис прямо над головой, погрузив поляну вокруг BMW в темноту.
  
  Чарли ощутил знакомый ледяной ужас.
  
  «Взрыв», - сказала Алиса. «Я должен тебе евро».
  
  4
  
  Снег, ветки и сосновые иголки кружились в воде роторов. В общей суматохе Чарли было бесполезно кричать Алисе.
  
  Не то чтобы ей было что сказать. Позволив контейнерам с едой упасть на снег, она махнула рукой в ​​сторону «Зиг Зауэр», заправленной за задний пояс ее джинсов.
  
  Двери с обеих сторон кабины вертолета распахнулись. На закате солнца были видны силуэты четырех человек, держащихся на натянутых веревках, закрепленных внутри вертолета. Закрепившись на салазках корабля, солдаты уронили концы веревки на землю, придав вертолету вид гигантского комара. В унисон мужчины прыгнули, выполнив дугу наружу и спустившись вниз, веревки пронзили карабины на их сбруях. На них были толстые белые комбинезоны с красными крестами, как бригада парамедиков, и лыжные маски. Все они были построены так, как будто они провели много времени в тренажерном зале.
  
  Они подошли к Алисе так быстро, что она едва успела поднять пистолет. Спускаясь вниз, первый мужчина быстро ударил ее ботинком со стальным носком по скуле, что стоило ей удержания Сига. Следующие двое, все еще привязанные к веревкам, схватили ее, загнав в глубокий снег на пассажирской стороне BMW.
  
  Чарли бросился на капот машины, намереваясь забрать пистолет Алисы.
  
  Она вывернулась, поднялась на ноги и развернулась на двести градусов, набирая силу и рычаг и нанося удар ногой в ближайшую челюсть. Мужчина осел, свисая с веревки.
  
  Хорошо это или плохо, но природа Алисы Резерфорд заключалась в том, чтобы бороться. Она бы взяла на себя десять таких мужчин. Теперь у нее были заняты две руки, одна прижимала ее сзади, а другая распыляла ей в лицо из крошечного аэрозольного баллончика. Она обмякла, упав в объятия первого мужчины.
  
  Когда Чарли соскользнул с пассажирской стороны капота BMW, он увидел пистолет с глушителем, направленный на него четвертым мужчиной, который что-то крикнул. Из-за грохота роторов невозможно было услышать что. Чарли догадался: «Стой!»
  
  И какой у него был выбор?
  
  Алиса и первые трое мужчин, включая того, кого она нокаутировала, поднялись в воздух, как будто паря в воздухе. Руки вытянулись из кабины вертолета, втягивая их внутрь. Дверь захлопнулась, и корабль, казалось, упал в небо.
  
  Так она ушла, и лишь слабое жужжание свидетельствовало о присутствии вертолета. А потом это был просто ветерок, шепчущий сквозь голые ветви.
  
  Когда Чарли посмотрел вниз, оставшийся мужчина расстегивал ремни безопасности. «Назад, к машине», - сказал он, размахивая пистолетом. Его акцент был безошибочно американским. «Положи руки так, чтобы я мог их видеть».
  
  Чарли сделал два шага и ударился о бампер.
  
  «А теперь снимайте куртку, по одному рукаву за раз, а затем бросайте ее ко мне». Рашпиль бандита был ковбойским. Он тоже выглядел соответствующе, телосложение и осанка бронкобастера. А когда он натянул маску, обнажив воинственную ухмылку, заостренный подбородок и длинные белокурые локоны, - кому бы то ни было, это напомнило бы Джесси Джеймса.
  
  Чарли тряс парку, пока она не упала на землю. Пройдя такую ​​же проверку раньше, он не удивился, когда Джесси Джеймс подошел, похлопал его - везде - и забрал ключи от машины.
  
  «Я предполагаю, что это не угон машины», - сказал Чарли.
  
  «Это исполнение».
  
  "Исполнение чего?"
  
  «Проще говоря, похищение».
  
  «Вы похитили Венди? Почему?" Чарли изобразил шок невежественного отдыхающего, менее натянутого, чем ему хотелось бы.
  
  «Было бы трагедией, если бы мы похитили кого-то по имени Венди», - сказал ковбой. «Видишь ли, мы ищем Элис Энн Резерфорд».
  
  «Элис Энн Резерфорд?» - повторил Чарли, словно сбитый с толку.
  
  «Если это поможет, она родилась в Новой Британии, штат Коннектикут, 17 октября 1980 года, в настоящее время отсутствует без разрешения Агентства национальной безопасности, и она живет с вами».
  
  Ледяной порыв ветра пронзил Чарли свитер, укусив его грудь. Он подавил желание обхватить себя руками, боясь, что это движение может подтолкнуть похитителя к стремительному использованию спускового крючка. "Ладно ладно. Так чего ты хочешь? »
  
  «ADM. Вы знаете, что это такое?
  
  Чарли слишком хорошо знал атомные боеприпасы. Это были переносные бомбы советского производства мощностью 10 килотонн. Под эгидой ЦРУ его отец основал Кавалерию с целью передать неисправные ADM в руки террористов, которые считали, что покупают работающее оружие массового поражения. Эта сверхсекретная операция была успешной на протяжении большей части трех десятилетий. Когда Драммонд стал жертвой болезни Альцгеймера, его люди решили, что лучше всего принести его в жертву, чтобы сохранить тайну и сохранить личности своих сотрудников. Чарли узнал секрет всего две недели назад, пытаясь понять, почему наемные убийцы мешают ему поместить его отца в дом престарелых. До этого он знал старика только по прикрытию как строгого и строгого продавца бытовой техники.
  
  «Вы не можете купить ADM на eBay, - сказал Чарли.
  
  Джесси Джеймс усмехнулся. «Так почему бы тебе не спросить своего отца?»
  
  Чарли посмотрел на голенища своих ботинок. «С этим проблема».
  
  «Разве ваш отец Драммонд Кларк, оперативный сотрудник Центрального разведывательного управления, не родился в Нью-Йорке, штат Нью-Йорк, 14 июля 1945 года?»
  
  "Он был. Он скончался двенадцать дней назад ».
  
  5
  
  Если бы отец Чарли - который на самом деле был еще жив - сформировался этим вечером, он услышал бы вертолет и на мгновение появился бы, словно из воздуха, с пистолетом к голове Джесси Джеймса. Болезнь Альцгеймера подействовала на механизм восстановления памяти Драммонда Кларка, как сокрушающий шар, и лишила его способности обрабатывать настоящее. Однако, как и у большинства людей, страдающих этой болезнью, у него все еще случались эпизоды случайного просветления. И опасность, как правило, приводила его в ясность. Итак, план Чарли заключался в том, чтобы выиграть время.
  
  «Почему бы нам не сесть в машину, где не холодно?» Джесси Джеймс указал пистолетом на пассажирское сиденье, сделав вопрос риторическим.
  
  Как только они оказались внутри, он включил зажигание, посылая горячий воздух из вентиляционных отверстий и нежный фортепианный концерт из динамиков. БМВ, безусловно, был приятнее, чем на улице, но он усложнил нападение Драммонда. Если бы он сейчас появился из ниоткуда, Джесси Джеймс мог бы просто уехать. А тонированные стекла машины могут заслонить казнь Чарли.
  
  «Я уверен, вы бы хотели, чтобы Интерпол поверил, что ваш отец мертв, но я не верю», - сказал ковбой, выуживая из своего комбинезона спутниковый телефон. «Нет, если ты не убедишь меня, что это его брат-близнец».
  
  Он нажал несколько клавиш. На дисплее телефона появилась нечеткая зеленовато-серая видеозапись шале, сделанная через одно из окон с свинцовым стеклом. Драммонд сидел за обеденным столом и читал газету.
  
  «Я могу использовать комар-дрон для увеличения даты в газете, если вы сомневаетесь, что это прямой эфир, но это может занять у меня время», - сказал Джесси Джеймс.
  
  Чарли почувствовал облегчение. «Так ты действительно хочешь ADM?»
  
  "Ага. Помнишь, что случилось с вертолетом и Алисой? »
  
  Чарли мог поделиться секретом о том, что ADM были бесполезными, но Джесси Джеймс мог не поверить в это. И даже если бы он это сделал, последствия были бы серьезными. Если клиенты кавалерии узнают о том, что их хваленые арсеналы не могут взорвать воздушный шар, личности бесчисленных американских оперативников и их иностранных агентов будут скомпрометированы. В любом случае было сомнительно, что руководители Джесси Джеймса позволили бы Алисе уйти.
  
  «Что заставляет вас думать, что мой отец может получить ADM?» - спросил Чарли.
  
  «Несколько месяцев назад он доставил один из них Нику Филдингу, нелегальному торговцу оружием, на Мартинике. Пару недель назад мои работодатели встретились там с Филдингом. Они договорились о покупке ADM в ожидании проверки в тайнике, но поездка в тайник так и не состоялась, потому что Филдинг был убит в Нью-Йорке той же ночью. К счастью, твой отец знает, где спрятана вещь. Моим работодателям он нужен вместе с действующим кодом детонации не позднее тринадцатого января, то есть через четыре дня после сегодняшнего дня.
  
  Джесси Джеймс, кем бы он ни был, обладал превосходным интеллектом, за исключением того факта, что Ник Филдинг был кавалеристом, торговавшим поддельными ADM. «Учитывая все обстоятельства, я бы с радостью заключил сделку», - сказал Чарли. «Мой отец, вероятно, знал, где спрятана бомба».
  
  Глаза ковбоя сузились. « Сделал? ”
  
  «Один раз, да. Вот в чем загвоздка. Вы должны понимать, что, когда он заканчивает чистить зубы ночью, ему приходится искать колпачок для зубной пасты, даже если он всегда рядом с мыльницей ».
  
  Джесси Джеймс усмехнулся. «Я тоже так делаю».
  
  «Но у него болезнь Альцгеймера».
  
  « Болезнь Альцгеймера? ”
  
  «Середина сцены. Мы здесь, потому что есть клиника с экспериментальным лечением ...
  
  Стон ковбоя оборвал Чарли. - Я получил слово, что вы бы так разошлись. Давайте сэкономим время, хорошо? Буквально на прошлой неделе, по крайней мере, в трех разных случаях, ваш папа не пускал нью-йоркских янки из «эскадронов смерти». Причина, по которой я разговариваю с вами , в том, что, по слухам, если бы я пошел поговорить с ним , это, вероятно, был бы последний разговор, который у меня когда-либо был.
  
  «У него есть свои моменты».
  
  «Что ж, если вы хотите, чтобы мисс Элис была жива через четыре дня, ему лучше провести еще один такой момент». Джесси Джеймс постучал по рулю. «Я оставлю твой Бимер на стоянке у вокзала Хауптштрассе, ключи под твоим сиденьем. Встретимся у терминала авиации общего назначения в аэропорту Цвайзиммен завтра в тринадцать часов утра. У меня будет самолет, который доставит нас в ADM. Я знаю, что такой профессионал, как ваш отец, не был бы настолько глуп, чтобы пробовать какие-либо уловки, например, рассказывать об этом кому-либо, но вы могли бы. И если вы это сделаете, ваша возлюбленная получит ваше имя на лице с помощью ножа для бумаги ".
  
  6
  
  Хотя Чарли был охвачен жарким воздухом, он не почувствовал утешения, войдя в просторную гостиную шале. Обычно при входе он наслаждался светлыми деревянными балками и старинной мебелью в альпийском стиле. До приезда в Гштаад он никогда не думал об обивке - возможно, даже не произносил слова « обивка» . Но его захватили диван и стулья здесь, расшитые белыми точками, которые соответствовали точкам на кружевных занавесках, что, в свою очередь, давало уединение, не жертвуя видом на вздымающиеся горы. Теперь ему казалось, что шале уносит лавина.
  
  Драммонд все еще сидел за обеденным столом в фермерском доме. Среднего роста и веса он всегда отличался невзрачной внешностью, которая служила ему профессиональным шифровальщиком. Ему было шестьдесят четыре года, хотя две недели назад было легко увидеть его версию пожилого гражданина, ожидающую за углом: его белые волосы начали редеть, сила тяжести побеждала его позвоночник, а морщины и пятна массированными, как будто готовясь вторгнуться в здоровое сияние его упругой кожи. В Гштааде эти тенденции, казалось, несколько изменились. Теперь он сидел прямо, как линейка. Он источал жизненную силу. Его волосы даже казались более здорового оттенка белого.
  
  Было слишком рано начинать курс лечения, чтобы обнаружить влияние на его разум, но лекарство могло быть причиной его общего улучшения. Скорее всего, подъем был результатом их напряженных походов и бодрящего альпийского воздуха. Или, возможно, Драммонд извлек выгоду из комфорта шале: когда они были вынуждены вместе отправиться в бега, ранее разлученные отец и сын сумели не только поладить, несмотря на то, что ни один игрок в здравом уме не принял бы пари, но они также действительно узнали друг от друга, создавая силу, превышающую сумму ее частей. В результате они выжили. Оказавшись в Гштааде, Чарли смаковал зарождающуюся привязанность, красивое отличие от последовательной проповеди его отца о том, что зря тратит жизнь на трассе.
  
  «Где Алиса?» - спросил Драммонд.
  
  Выдвинув из-за стола один из тяжелых сосновых стульев, Чарли сел напротив него. «Ее похитили», - сказал он. Получилось как бы сухо; если бы он не был так оцепенел, он бы вскрикнул.
  
  « Похищен! Ты уверен?"
  
  «Я полагаю, технически она была визуализирована. Или в исполнении ».
  
  "Что случилось?"
  
  Чарли заполнил его.
  
  «Что ж, это определенно проблема». Сделав из пальцев шпиль, Драммонд пристально посмотрел на темные очертания гор, по-видимому, обдумывая решение. Через несколько секунд он спросил с нехарактерной тревогой: «Что мы будем делать с обедом?»
  
  7
  
  Чарли провел большую часть ночи, глядя на пустое место по другую сторону матраса. Самым близким к отвлечению он обнаружил, наблюдая за изменением цифр на радиочасах.
  
  В 5:14 Драммонд постучал в дверь.
  
  "Ты в порядке?" - спросил Чарли.
  
  «Я проснулся сегодня утром с таким же хорошим чувством, как и через некоторое время. И я почти уверен, что Алису похитили ».
  
  "Ну, да." Вчера вечером Чарли подробно описал исполнение пять или шесть раз в надежде пробудить в памяти Драммонда ADM. Но безрезультатно.
  
  Драммонд устремился к радиочасам, включил альпийскую народную музыку и прибавил громкость. «Я имею в виду, что это было прямое похищение, как в операции, предлагающей безопасное возвращение пленника в обмен на что-то».
  
  Это звучало довольно ясно. Чарли напрягся, прислушиваясь к аккордеонам.
  
  Увидев, как Чарли смотрит в рацию, Драммонд сказал: «На случай подслушивания. А в случае с подслушивателями, которым, возможно, удалось бы отфильтровать музыку, я поднял критику - надеюсь, вы не испытываете дискомфорта ».
  
  Заметив жаркий воздух, пронизывающий регистры, Чарли покачал головой. «Хватит обо мне. Вы помните все сюжетные моменты: Джесси Джеймс из вертолета? Скрытый ADM? »
  
  Драммонд сел у изножья кровати. Его глаза светились гораздо большим, чем просто лунный свет, пробивающийся сквозь щель между занавесками.
  
  «Аллилуйя, - подумал Чарли. Ясность.
  
  «Если бы он был умен, то Джесси Джеймс сказал тебе…»
  
  "Ложь." Чарли уже пришел к такому выводу. «Нет, пятьдесят процентов лжи, но у вас не будет возможности узнать, что было из чего. Мне просто нужно наверстать упущенное ».
  
  "Стрелять."
  
  «Связывалась ли Алиса с кем-нибудь?»
  
  "Да." Ночью это стало основной теорией Чарли относительно происхождения исполнения. «На днях она села примерно на восемьдесят семь поездов и автобусов до Цюриха, пошла в публичную библиотеку и отправила одну из якобы не отслеживаемых сообщений Hushmails на личный счет генерального инспектора АНБ, которому она доверяет».
  
  "Что она написала?"
  
  «Фактически, что она не умерла, и что ваши старые приятели по кавалерии подставили нас в убийстве Хаттемера, чтобы получить находку». Президентское постановление отменило указы 11905 и 12333, запрещающие убийства со стороны правительственных организаций США, что позволило кавалерии безнаказанно покинуть Кларков. «Она надеялась начать диалог, возможно, вычеркнуть нас из списка« Whack-on-Sight ». Она попросила парня ответить, используя Hushmail ».
  
  Драммонд посмотрел в потолок, размышляя над этим.
  
  По крайней мере, на это надеялся Чарли. Приступы осознанности Драммонда длились в среднем сорок минут, но иногда они длились всего две минуты.
  
  «Я думаю, что это совпадение, - сказал Драммонд.
  
  «Так ты тоже веришь в совпадения?»
  
  «Есть совпадения и есть невероятные совпадения. Возможно, кто-то «сделал» ее, когда она была в Цюрихе или в пути, но, учитывая обширное планирование и практику, требуемые для вертолетной передачи такого рода, кажется более вероятным, что похитители уже были в стадии подготовки. Также возможно, что Алиса сама организовала похищение. Она могла бы продать ADM за королевский выкуп - она ​​ведь не знает, что это подделка, верно?
  
  Чарли отмахнулся от отказа. «Я скрывал от нее секрет не потому, что не доверял ей, а потому, что не было причин обременять ее этим».
  
  «Джесси Джеймс использовал твои чувства к ней, - сказал Драммонд. «Откуда он или тот, на кого он работает, могли знать, что у вас возникли к ней чувства?»
  
  «Используя дрон-комар…» Чарли оставил все как есть, не желая рассказывать своему некогда пуританскому отцу, что именно могла записать миниатюрная камера.
  
  Также Чарли теперь боролся с тем фактом, что во время его короткого пребывания в Городе Призраков все, с кем он встречался, либо обманывали его, либо пытались убить. Даже его собственная мать, которая инсценировала свою смерть, когда ему было четыре года, он считал, что она мертва, пока не встретил ее всего две недели назад, когда она предложила ему и Драммонду убежище. Пятнадцать минут спустя она передала их кавалерийским убийцам, после чего изменила курс и погибла.
  
  И сама Алиса не была невиновной. Когда Чарли впервые встретился с ней, за день до встречи со своей матерью, Алиса изображала из себя социального работника бруклинского центра для престарелых, который «спас» его отца. Ее истинной целью было - что еще? - интел. На самом деле у нее не было ни дома, ни денег, ни семьи, кроме матери, которая в настоящее время отбывает пятнадцатый год из двадцатилетнего срока за убийство отца Алисы. «Исполнение» Алисы легко могло быть инсценировано.
  
  Но Чарли это не убедило. «Никто, даже самый психопатический психопат, не может стать таким хорошим актером, каким она должна была бы быть», - сказал он.
  
  «Наверное, так», - сказал Драммонд. «Связь между вами была бы очевидна даже для дрона. В конце концов, для меня это было очевидно. Мы также можем исключить тот факт, что выдача была правительственной операцией, маловероятно ».
  
  "Почему?"
  
  «Они бы нас нейтрализовали. Я - заноза в их боку, и я слишком нестабилен, чтобы меня можно было использовать для обнаружения бомбы, независимо от того, знают ли они, что это подделка. И если они действительно знают, что это фальшивка, они определенно не хотят, чтобы кто-нибудь знал об этом, и это еще одна причина заставить меня замолчать. Если бы они все равно хотели отправить меня на охоту за бомбами, они бы выбрали путь меньшего сопротивления, чем весьма рискованная воздушная операция ».
  
  "Как что?"
  
  «Они могли просто предложить нам иммунитет».
  
  «Значит, мы имеем дело с хорошими, старомодными плохими парнями?»
  
  «Плохие парни с окном, каким бы маленьким он ни был, в АНБ или ЦРУ. Может быть, у них есть соратник в одном из этих агентств ». Драммонд прикусил нижнюю губу, в некоторой степени сдержанности в опыте Чарли.
  
  «Они собираются убить ее, что бы мы ни делали, не так ли?» Это было первым в списке вопросов, не дававших Чарли уснуть всю ночь. «Как правило, вы никогда не сотрудничаете с похитителями, верно?»
  
  «На самом деле, есть веские основания полагать, что они позволят ей жить, если мы будем делать то, что они хотят. Девяносто девять процентов похитителей занимаются этим только ради выплаты, а чтобы ее получить, они должны обменять своего заложника ».
  
  «Есть ли к кому мы можем пойти? Может быть, ее друг из АНБ?
  
  "Нет. Слишком рискованно для нас. Слишком рискованно для Алисы.
  
  «Итак, каковы же варианты?»
  
  «Только одно: сотрудничать».
  
  Чарли поспешил расставить вопросы по приоритетам. Драммонд может за несколько дней до следующего эпизода просветления. «Вы знаете, где спрятан ADM?»
  
  Драммонд пожал плечами. "Я мог бы. Дай мне взглянуть на карту ». Он положил на одеяло швейцарский дорожный атлас и открыл его. Пока Чарли беспокоился о выборе местного дорожного атласа, Драммонд прошептал ему на ухо. «Есть прачечная самообслуживания на улице Жозеф Компере в районе Пуэнт-Симон в Фор-де-Франс, главном городе Мартиники. Как обычно, устройство скрывается внутри стиральной машины модели Perriman Pristina. Это одна из множества стиральных и сушильных машин, запертых в кладовой сзади. Менеджер - это фигурка, которая, как вы, наверное, знаете, является игроком, который знает как можно меньше. Ее зовут Оделетт. У нее будет ключ. Также может быть ключ от кладовой в щели за дозатором моющего средства и стеной. Если ничего не помогает, снять вентиляционную решетку несложно ».
  
  Если бы не возможность того, что они находились под наблюдением, Чарли закачал бы кулаком. «А как насчет кода? Как в прошлый раз?"
  
  Двенадцать дней назад на Манхэттене, чтобы избежать заключения и создать впечатление, будто они оба погибли в процессе, Драммонд взорвал еще одну Приштину, несущую ADM, упакованную сотней фунтов пластикового взрывчатого вещества в настоящем урановом имплозивном оружии. генерировать критическую массу. Без критической массы этого было достаточно, чтобы уничтожить огромный подземный комплекс, служивший штабом кавалерии. Чтобы поставить устройство на охрану, нужно было ввести серийный номер стиральной машины на ссылки разрешающего действия, три цифровых циферблата, как на сейфах.
  
  Пока ADM в прачечной работал одинаково, Чарли смотрел на относительно простую сделку.
  
  «Да, и точно так же, как в Нью-Йорке, набор цифр в обратном порядке обезоруживает его», - сказал Драммонд, вставая. Он начал расхаживать рядом с кроватью, как будто это движение побудило его задуматься. «Конечно, Джесси Джеймсу нельзя сказать ничего из этих подробностей. Платные вырезки в исполнении наименее предсказуемы. Обычно их зовут, чтобы убить свою жену. Нам нужно поехать на Мартинику, найти стиральную машину и перевернуть ее. Мы продемонстрируем действительность кода ADM одновременно с освобождением Алисы, все синхронизировано, классический обмен заложниками. Вероятно, они ожидают, что мы поедем на Карибы и так разыграем все. В противном случае они бы не предложили нам встретиться на аэродроме ».
  
  Упоминание «мы» не понравилось Чарли. «Я сам могу поехать на Мартинику», - сказал он. «Сейчас я могу вести курс по поддельным проездным документам и маскировке. И как только я там, это простая сделка. Я сам справлюсь ».
  
  «Я не сомневаюсь в этом». Улыбка Драммонда опровергла его сомнения. «Я бы все равно не прочь поехать».
  
  «Я не знаю, папа. Вы потратили миллионы и больше раз рисковали своей жизнью, чем я могу сосчитать, просто чтобы приехать сюда и попробовать лечение. Кроме того, это только первый раз, когда вы мелькаете, с тех пор, как мы были в Европе ».
  
  «Вот так. Мне нужно, чтобы ты присматривал за мной. И напомнить мне принять таблетки ».
  
  «Вы можете остаться в клинике. Плата в двадцать тысяч евро в месяц включает отдельную комнату, в которой вы еще не ступали ».
  
  «Я хочу поехать с тобой на Мартинику, потому что…» - голос Драммонда затих. Он переключил свое внимание на окно. Снаружи серебряная полоса лунного света отделяла соседний пик от все еще темного неба. Казалось, он искал правильные слова. «Я хочу пойти за твоим сыном».
  
  Чарли почувствовал холодок, который сопровождал уход ясности. «У меня нет сына».
  
  "Вы должны. Лучшее, что ты когда-либо сделаешь, поверь мне. Это именно то, о чем я думал, когда проснулся сегодня утром, чувствуя себя так хорошо ».
  
  Сдвинувшись, Чарли положил руки на плечи отца и притянул его к себе. Хотя Драммонд не оказал никакого сопротивления, он отклонил голову. Чарли обнаружил, что делает то же самое. Шумная музыка из радио подчеркивала их деревянность. Оба вырвались, может быть, через три секунды. Чарли подумал, что им не хватало практического опыта в проявлении любви. Однако это не смягчило скрытых настроений. Он ни в коем случае не стал бы напрасно подвергать отца опасности.
  
  «Просто нужно повернуть три диска, верно?»
  
  «Да, поставить устройство на охрану очень просто». Драммонд прислонился к дверному косяку, возможно, подсознательно не давая Чарли выйти на аэродром без него. «Сложнее всего будет узнать, кто эти люди на самом деле, а затем помешать им установить бомбу».
  
  «Потому что, как только они получат ADM, обязательно последует сотня фунтов пластической взрывчатки?»
  
  «Девяносто семь целых восемь десятых фунтов пентрита и тринитротолуола, если быть точным. Если они взорвут его в самом сердце Фор-де-Франс, они могут убить десять тысяч человек. Но я думаю, что у людей Джесси Джеймса есть более крупная цель, чем Мартиника. Худший сценарий развития кавалерии всегда заключался в том, что, если клиенты используют устройство, лучше залогом будут несколько тысяч человек, чем целый город. Но в любом случае ЦРУ или его партнеры по связям могли нейтрализовать клиентов до того, как что-нибудь взорвалось. В этом случае клиенты будут закутаны в укрытие. Удаление его будет похоже на определение, скажем, того, почему у многообещающей лошади шансы на скачки намного выше, чем вы ожидаете. Как бы вы это определили? "
  
  Драммонд любил использовать лошадей, чтобы упростить жизнь Чарли. Иногда он делал это бесплатно, по мнению Чарли, выражая тревогу из-за того, что его одаренный сын похоронил себя на трассе.
  
  Чарли заколебался, желая, чтобы Драммонд выбрал вместо этого аналогию с бейсболом. «Они называют такую ​​лошадь« лобстером на доске », имея в виду тотализатор. Опасаясь бесплатного омара, я изучал прошлые скачки лошади, а затем носился по трассе, чтобы узнать о его недавних тренировках. Может, он болен или ранен, или ...
  
  - Хорошо, - без улыбки сказал Драммонд. «Работа здесь будет аналогичной, но более опасной. Нужно найти следы, а затем следовать по ним через джунгли обратно в логово тигра. В контрразведке это называют «возвращением кота». ”
  
  Чем больше Чарли обдумывал «простую торговлю», тем более глупым он себя чувствовал, воображая, что может просто вальсировать в Город Призраков и обратно - место, где все лгали, чтобы заработать себе на жизнь, и не больше думали о найме убийцы, чем люди в других местах. вызов сантехника. Место, куда не осмелился бы ступить ни один всадник с приличным знанием шансов. По крайней мере, не один.
  
  8
  
  Они назвали его Толстым Элвисом, потому что его видели так много необоснованных. И потому, что у него был лишний вес, или, по крайней мере, так считалось. Его также считали алжирцем, который в прошлом году вел активную незаконную торговлю боеприпасами во Франции. Насколько известно любому сотруднику парижского отделения ЦРУ, его звали Али Абдулла. Ближе всего к нему подошел кто-либо из них, сфокусированный на снимке в голову в списке самых разыскиваемых.
  
  И все же террористам не составило труда его найти. Согласно многочисленным свидетельствам, прошлым летом он продал группе марокканских агитаторов массу пентрита, которую они использовали, чтобы превратить официанта и семью из пяти человек в пепел в парижском бистро.
  
  «Он набирает нашу няню», - сказал Джерри Хилл. Они находились в маленьком пуленепробиваемом конференц-зале посольства США в Париже, который ЦРУ использовало для интервьюирования прохожих.
  
  «Было бы здорово», - сказал Билл Стэнли, отдавая предпочтение своему правому бедру с преждевременным артритом, когда он опустился на стул по другую сторону стола. «Я говорю с точки зрения национальной безопасности, конечно, не с точки зрения вашей няни».
  
  «Эй, если она будет способствовать прекращению этого укола, это не будет большой потерей».
  
  Если бы Стэнли впервые услышал Хилла по телефону, он принял бы голос за голос пожилой женщины. Фактически, вошедшим оказался пятидесятипятилетний калифорнийец с впалыми глазами и изможденным телом, как у беженца из кемпинга. На нем был льняной пиджак поверх теннисной рубашки и спортивные штаны. Его волосы, слишком светлые для мужчины пятидесяти - или для мальчика пятнадцати лет, если на то пошло, - встали дыбом, как будто он только что воткнул палец в электрическую розетку.
  
  Девяносто восемь процентов пришедших были либо ненормальными, либо не знали ничего ценного для агентства. Судя по внешнему виду Хилла, морские пехотинцы, стоявшие у входа в посольство на авеню Габриэля, обычно ставили свои зарплаты на то, что он принадлежит к обеим категориям. Однако его телосложение было связано с строгим режимом пилатеса, а его светлые волосы встали дыбом благодаря стилисту и конгломерату средств для волос, в котором он владел контрольным пакетом акций. И морпехи знали об этом не из какой-либо базы данных, а из Entertainment Tonight . Кто не смотрел ни прямую телетрансляцию, ни последовавшие за ней вирусные кадры на YouTube, где Хилл протыкал воздух своим лучшим режиссером Оскаром, произнося свою бранную речь «Я сказал тебе» перед списком недоброжелателей еще со средней школы ?
  
  Стэнли придвинул свой стул ближе к столу. «Морская охрана сказала, что у вас есть фотографические доказательства?»
  
  «У нас есть дом в Сен-Жан-Кап-Ферра», - сказал Хилл почти извиняясь. Он оглядел комнату, вероятно, просто осознав, что другие люди смотрят. «В домике у бассейна, в спальне Мисси, есть что-то вроде камеры видеонаблюдения».
  
  «Али Абдулла позволил себе попасть в камеру домашнего наблюдения?» Стэнли подумал, что торговец оружием скорее воспользуется подарком в виде гигантского деревянного коня.
  
  «Вы же ЦРУ?» Хилл, вероятно, искал заверений в том, что перспектива поимки Абдуллы свела на нет незаконное электронное подслушивание, которое послужило причиной этого.
  
  «Государственный департамент», - наполовину солгал Стэнли. Официально он был первым помощником секретаря. Он также был одним из двенадцати офицеров отдела по борьбе с терроризмом в парижском отделении ЦРУ.
  
  Хилл ухмыльнулся. Его не обманули. В любом случае, кто-нибудь из его средств и досягаемости мог относительно легко узнать подробности о Стэнли. Старая шутка оказалась правдой: любой, кто хочет знать, кто в посольстве работает на ЦРУ, должен после пяти часов заглянуть в гараж. Машины до сих пор не принадлежат дипломатам.
  
  «На столе няни, которым она не пользуется, вместе с кучей ручек, скотчем и всем прочим, есть степлер - а кто вообще когда-нибудь использует степлер?» - сказал создатель фильма. «Это действительно для того, чтобы скрыть видеокамеру, которая записывает до семидесяти двух часов видеозаписи - невысокого качества, но достаточно хорошего для…» Он покраснел.
  
  "Достаточно хорошо для доказательства?" Стэнли не был заинтересован в уничтожении подглядывающего Тома эпохи цифровых технологий.
  
  "Ага." Хилл оживился. «Последние несколько ночей около полуночи он зашел в нашу собственность по лестнице, ведущей с пляжа. Он бросает камешки в окно ее спальни, как подросток. Она впускает его, они выпивают свой символический напиток, а затем все получает рейтинг X ».
  
  «Как мне посмотреть видео?» - спросил Стэнли и сразу понял, что ему лучше изменить вопрос, чтобы предотвратить смех морских пехотинцев, наблюдающих через двустороннее зеркало. У него были коллегиальные отношения с ними, рожденные взаимной любовью к футболу и тем фактом, что он начинал еще в Стэнфорде. Тем не менее, они никогда не позволили бы ему пережить это. - Я имею в виду, чтобы знать, Абдулла ли это.
  
  «Парни, смотрящие в зеркало, пристрелят меня, если я полезу в карман?» - спросил Хилл.
  
  «Это зависит от того, что в кармане».
  
  «Моя сотовая. Я скачал из степлера пару видеофайлов ».
  
  Стэнли кивнул, и Хилл выудил телефон из своих спортивных штанов. Через несколько движений большого пальца крошечный компьютер воспроизводил удивительно четкие и яркие кадры няни и ее неряшливого гостя средних лет. В объятиях друг друга они упали на кровать с балдахином.
  
  Невероятная удача, подумал Стэнли, что владельцем степлера в Сен-Жан-Кап-Ферра оказался американец. И, кроме того, эксперт по камерам. Полдюжины аналитиков, а также команда техников, занимающихся программным обеспечением для распознавания лиц, вскоре заявят о себе, но Стэнли был уверен с первого взгляда: они нашли Толстого Элвиса.
  
  
  Теперь было несложно быстро набрать нужных игроков в Direction Centrale du Renseignement Interieur, или DCRI - по сути, французское ФБР, - а затем схватить Абдуллу. Но сначала Стэнли нужен был зеленый свет ЦРУ. Это был самый сложный шаг в любой операции. Примириться с этим было величайшим испытанием в его карьере.
  
  Сидя в своем просторном кабинете в дополнительном здании посольства, которое было построено в 30-х годах с отсылкой к древним Афинам, он подготовил и отчет, и оперативное предложение для начальника своего отделения. После того, как начальник отделения поставит свою цифровую подпись, документы будут отправлены начальнику станции, умному и талантливому человеку, который, как и многие его коллеги, страдал синдромом судьи - судья, сделавший правильный выбор, остается незамеченным, в то время как судья кто посылает вызов, привлекает внимание толпы. Система контроля ЦРУ обременяла начальников станций высокими штрафами за неудачи и относительно небольшими наградами за успех, что заставляло их избегать риска.
  
  Стэнли подозревал, что его начальник станции решит передать мяч французам. Тем не менее был шанс, что предложенный Стэнли план сработает. Французы были печально известными негодяями, и начальник станции должен был понести вину, если они облажались с операцией Абдуллы. Так что он может подняться на борт. Если так, ему придется телеграфировать в штаб-квартиру для получения дальнейших разрешений.
  
  Стэнли отправил ему телеграмму приоритета вспышки, затем откинулся на спинку кресла и задумался о том, насколько легче это было его жертвам. Продавцам оружия и террористам не нужно было связываться с собственными бюрократами в каждой стране. В Европе таким преступникам едва ли нужно сбавлять обороты при пересечении международных границ. Офицеры ЦРУ могли следить только с пачкой разрешений.
  
  На протяжении многих лет система раздражала Стэнли. Но его моча и уксус сократились прямо пропорционально оставшемуся сроку службы. В прошлом году он ухватился за парижскую заминку не из-за эстетической привлекательности города - он ел большую часть своих обедов в одном из лучших подделок McDonald's, - а из-за простоты работы. Мало того, что Франция была союзником, у нее была свободная пресса, которая предоставляла информацию лучше, чем это могло сделать большинство спецслужб. В Детройте, штат Мичиган, во время его первой публикации, было больше мишеней из-за большого иммигрантского сообщества города.
  
  В то время, движимый искренней любовью к своей стране, выпускник Стэнфорда с отличием отказался от работы, которая принесла бы ему как новичку больше, чем он мог бы заработать за год в ЦРУ, если бы его не назначили директором. Прослужив на данный момент двадцать семь лет, ему оставалось всего три, прежде чем он смог выйти на пенсию с полным пособием. Соответственно, как и руководство, меньше всего он хотел лоскута.
  
  Его мысли были прерваны смесью электронных сигналов, которые означали прибытие кабеля.
  
  Он ввел свой код доступа и открыл депешу. Прошло всего семь минут с тех пор, как он отправил свой запрос. Сомнительно, чтобы у кого-то было время набрать что-то большее, чем «НЕТ». Вместо этого он прочитал: РАЗРЕШЕНИЕ НА ЗАКРЫТЫЕ ДЕЙСТВИЯ В СВЯЗИ С DCRI И DGSE: ПРЕДОСТАВЛЕНО. ЗАДАЧА: ЗАХВАТИТЬ, ЗАТЕМ НАБРАТЬ ЦЕЛЬ, ЧТОБЫ СОБРАТЬ INTEL ДЛЯ ЦЕЛЕВЫХ КЛИЕНТОВ.
  
  9
  
  Бледно-ореховые облака вокруг «Цессны» разошлись, открывая прибрежный город Ниццу. Стэнли поразился тому, как даже в этот седой январский полдень Средиземное море превзошло любую картину. Даже он, с эстетическим эквивалентом оловянного уха, мог понять, почему французы стекаются сюда на участки неровного пляжа с черными камнями.
  
  Из аэропорта он проехал на арендованном автомобиле в двадцати милях к западу, в деревню Сен-Жан-Кап-Ферра, акварель, оживающую на Лазурном берегу. Сочетание естественного великолепия, идеального климата и гламура сделало Кепку излюбленным местом отдыха европейской аристократии и, по этой причине, последней горячей точкой голливудской элиты.
  
  Стэнли сначала проехал мимо дома Джерри Хилла. Прошлым летом Хилл приобрел огромную виллу из сырца, которая была окрашена в желтый цвет, который, как предположил Стэнли, назывался канарейкой. Его плоская крыша была облицована традиционной красной глиной. Позади него был бассейн или, возможно, многоярусное произведение искусства из белой керамики с бирюзовой водой, дальний край которой проходил вдоль морской дамбы высотой в сто футов. Многие кусты и живые изгороди были настолько гладкими и симметричными, что казалось, что за ними ухаживают парикмахерскими ножницами и уровнем, а не кусторезом. Грандиозная лужайка перед домом была безупречной, как кухонный пол; когда крошечный листочек упал с липы, Стэнли почти ожидал, что прибежит слуга.
  
  Соседний дом был почти двойником Хилла, но выкрашен в голубой цвет малиновки с розовой крышей, как фламинго, но каким-то образом в целом довольно консервативный, если не сказать величественный. Отсюда открывался великолепный вид на обширные и ухоженные сады, а также на большую часть Средиземного моря. Согласно отчету DCRI, Абдулла под именем Шарбоно арендовал эту недвижимость в месяц больше, чем Стэнли платил за аренду в год.
  
  Стэнли прошел две мили до плацдарма, уединенной начальной школы, ученики и преподаватели которой были на рождественских каникулах. В кафетерии, где большая часть из двухсот или около того низкорослых стульев стояла вверх ногами на длинных столах, он совещался со своими коллегами из DCRI и Direction Generale de la Securite Exterieure, международного разведывательного агентства, которые привезли с собой девяносто два. члены элитного спецподразделения, которое они любили называть Секретной армией Парижа.
  
  Чтобы избежать риска подвергнуть семью Хилл перекрестному огню, Стэнли решил схватить Абдуллу на вилле Шарбоно, несмотря на присутствие по крайней мере пяти вооруженных охранников.
  
  Вскоре после захода солнца человек в костюме работника Electricite de France отключил электричество на всей дороге Шарбоно и Хилла, что позволило войскам спецназа продвинуться под покровом темноты и установить плотный периметр вокруг Грейсленда - кодового названия Жирного Элвиса. копает. Дополнительные войска перекрыли возможные пути отхода. Любой шум был замаскирован волнами, разбивающимися о каменистую дамбу.
  
  Было время, когда Стэнли присоединился к штурмовому отряду. Теперь он наблюдал, сидя в удобном кожаном кресле в фургоне подрядчика, припаркованном у пустого дома в восьми кварталах от него. Его коллеги из DCRI и DGSE занимали одинаковые стулья по обе стороны от него. Трое мужчин сосредоточили внимание на паре больших мониторов, передающих Грейсленд через миниатюрные камеры, скрытые от агентов специальных операций.
  
  Когда войска начали скрытное наступление, из одного из окон кухни Грейсленда выскользнул бородатый молодой человек, очевидно, сбегая к нему. Два агента в непосредственной близости обменялись неуверенными взглядами, как аутфилдеры, кружащие под одним и тем же мячом. Третий агент протянул руку из-за куста стрижки кустов, споткнув беглеца.
  
  Стэнли подумал, не использовал ли Абдулла бородатого мужчину для развлечения.
  
  Мгновение спустя огромная входная дверь Грейсленда с закругленным верхом скрипнула внутрь. Транец из матового стекла и боковые фонари не давали понять, кто или что находится в огромном фойе. Винтовки французов, словно притянутые гигантским магнитом, в унисон повернулись к отверстию.
  
  Сдаваясь, подняв руки над головой, Абдулла вышел. На нем был только открытый махровый халат и спортивные штаны. Волосатый живот, свисавший с его шелковых боксеров, был увеличенной версией его раздутого неряшливого лица. Прищурившись, глядя на лес стволов, он сказал густым французским языком с североафриканским акцентом: «Какого хрена, мы забыли оплатить счет за электричество?»
  
  10
  
  Стэнли проехал на арендованном автомобиле тридцать минут по извилистой прибрежной дороге Ниццы в Верхний де Кань, крошечный город на вершине холма, практически не изменившийся со времен средневековья. Из-за лабиринта узких и крутых улиц другая машина не могла следовать за ним. Было достаточно сложно сделать крутые повороты без необходимости сначала два или три раза сдавать назад свой крошечный Renault. Если бы он взял напрокат «Рено» среднего размера, ему пришлось бы припарковаться подальше от убежища и идти пешком.
  
  Он сосредоточил свои мысли на цели вечера: убедить Абдуллу сыграть в мяч. Стратегия была проста. Стэнли говорил: «Али, я просто хочу сказать« да »или« нет ». Да, и ты можешь быть героем, плюс сохранить свои миллионы. Нет, и оставшиеся годы или дни ты будешь по уши в дерьме.
  
  Стэнли припарковался возле переулка, который он мог бы пропустить без GPS даже при дневном свете. В дальнем конце стоял каменный ресторан, теперь закрытый ставнями. Это место выглядело как минимум пятьсот лет назад. Выше был лабиринт из маленьких квартир.
  
  Чтобы попасть в убежище на третьем этаже, нужно было подняться по такой узкой винтовой лестнице, что Стэнли подумал, не нужно ли поднимать дородного Абдуллу каким-то другим путем. В таком случае Стэнли позавидовал бы. Половина полета и его бедро горело.
  
  Он преодолел оставшуюся часть лестницы и добрался до квартиры в 19:00. Впервые с 07:00 он понял, что голоден. Прошло много лет с тех пор, как дневные события заставили его забыть о еде.
  
  Ему это понравилось.
  
  В убежищах обычно было немного больше, чем растворимый кофе, ореховая смесь и картофельные чипсы, зачастую несвежие. Несмотря на то, что у него слюнки текут при мысли о чипсах, он направился прямо на кухню в провисшей квартире. Хотя он был не намного больше туалета, в нем было две раковины: одна - керамическая, другая - стальная, для мытья посуды. В комнате также была угловая душевая кабина, настолько тесная, что человек мог мыться за раз только наполовину.
  
  Прежде чем он смог открыть шкаф, Стэнли услышал, как в входную дверь постучали отрывисто.
  
  « Qui est la?» - спросил он с осторожностью и ворчанием, подобающим позднему часу.
  
  « Тьерри? - раздался мужской голос.
  
  « Qu'est-ce que tu veux? ”
  
  « On est la avec ton Coain. ”
  
  « Ах, приятель. Стэнли открыл дверь, впустив двух мужчин DCRI, которые толкали своего пленника, его руки были связаны в запястьях за его спиной.
  
  Абдулла выглядел моложе своих сорока пяти лет, возможно, из-за его полноты и золотистого загара, присущего яхтингу. Ходьба, казалось, утомляла его, вероятно, из-за «случайных» столкновений с локтями и кулаками, принадлежащими членам Секретной армии Парижа - выстрелы по почкам, потому что они не оставили следов. А может, это была просто боль его поражения. Французы бросили его на диван и поспешили обратно вниз.
  
  Пластиковые наручники не позволяли торговцу оружием сесть. Что касается их, он сказал по-английски: «Пожалуйста, снимите их?»
  
  Решив сохранить это как пряник, Стэнли опустился в скрипучее кресло прямо напротив дивана и коротко сказал: « Али, je veux simplement un ' oui ' ou un ' non ' ...
  
  «Сделайте нам одолжение и откажитесь от французского в старших классах», - сказал Абдулла. Огонь вернулся в его глаза. А на быстром английском говорили с отчетливым среднезападным акцентом.
  
  Стэнли скрыл свое удивление. «Я думаю, ваша средняя школа научила вас довольно хорошо говорить по-английски».
  
  «Не обязательно, потому что это было в Кливленде. Зная это, имеет ли имя Шарбоно какое-нибудь значение для вас сейчас, кроме того, что я использую его как псевдоним?
  
  «Это название вашей средней школы?»
  
  «Нет, Маршфилд. Я пошел в школу Маршфилд. Пока я был там, Joltin 'Joe Charboneau прошел путь от боксера-голого боксера на местной железнодорожной станции до стартового правого полевого игрока Cleveland Indians. Sonofabitch не только смог сбить крышку с мяча; он мог открыть бутылку пива глазницей и выпить ее через нос, и он проделал свою стоматологическую работу с помощью плоскогубцев. Нам бы чертовски понравилось, если бы они переименовали школу в его честь ».
  
  «Я помню его, новичка года в Американской лиге в 1979 году, верно?» - сказал Стэнли. Под этим он имел в виду: «Ради Бога, что здесь происходит?»
  
  «Фактически, 1980 год. Слушай, мне нужна твоя помощь. Абдулла приподнялся, сводя взгляд со Стэнли. «Я только что узнал о том, что наш старый коллега Драммонд Кларк собирается продать маломощное ядерное оружие мусульманской сепаратистской группировке».
  
  11
  
  «В какое время встреча?» Драммонд спросил в третий раз с тех пор, как они нашли БМВ на стоянке Хауптштрассе.
  
  "Один." Чарли втащил машину в пространство среди небольшого количества машин на небольшом участке аэродрома Цвайзиммен. «Через две минуты».
  
  "Ты имеешь в виду тринадцать сотен?"
  
  "Да."
  
  «Я хочу, чтобы вы попрактиковались в использовании военного времени». Больные Альцгеймером часто старались поддерживать ощущение, что они на высоте. Драммонд в этом нечетком состоянии получил 5 баллов по шкале ясности Чарли от 1 до 10: 1, будучи зомби, 10 - лазерной резкостью, или его прежним «я».
  
  В стиле Алисы Чарли отказался от другого наблюдения - еще одной попытки обнаружить слежку.
  
  Никто, по крайней мере, насколько он мог судить.
  
  Сонный аэродром Цвайзиммен состоял из нескольких самолетов и крошечной диспетчерской вышки на вершине пропорционального здания авиации общего назначения, построенного из бревен и выкрашенного в горчично-желтый цвет; он больше походил на лыжный домик.
  
  Глаза Драммонда метались. Страдая слабоумием, люди, страдающие болезнью Альцгеймера, сохранили способность печь пирожные, водить машину и даже создавать веб-сайты. После четырех десятилетий тайных операций способность Драммонда избегать опасностей была зашита.
  
  "Все хорошо?" - спросил Чарли.
  
  "Я в порядке, спасибо вам."
  
  К сожалению, использование интуиции Драммонда часто походило на попытки услышать радио с неоднородным приемом. «Я имею в виду, мы здесь в безопасности?»
  
  «А как насчет нашего пути к побегу?» - спросил Драммонд.
  
  «Вы сказали, что если бы мы оказались в ситуации, когда она нам нужна, она была бы либо в шале, во время нашей прогулки по Хауптштрассе, либо когда я включил машину, и она начала взрываться».
  
  "О верно." Драммонд вел себя так, словно помнил. «Итак, мы на одной странице: цель?»
  
  «Узнай, в порядке ли Алиса».
  
  "Да хорошо. А потом - и только тогда - мы сядем в самолет в Мексику ».
  
  Не видя смысла поправлять его, Чарли выключил двигатель и расстегнул ремень безопасности. Драммонд не попытался выйти из машины.
  
  "Все хорошо?" - снова спросил Чарли.
  
  «В какое время встреча?»
  
  
  Стоянка была заполнена горькими порывами мокрого снега и восковыми парами гидравлической жидкости самолетов. Когда Кларки направились к зданию авиации общего назначения, Драммонд ни на что не вспомнил, как надеялся Чарли, о истребителе-невидимке, который разбился в пустыне Невада во время испытательного полета в 1979 году.
  
  Джесси Джеймс выскочил из салона небольшого реактивного самолета и перехватил их. Поднявшись, наверное, до шести футов четырьмя ковбойскими сапогами, он имел внушительную фигуру, его синие джинсы и даже лыжная куртка соответствовали каменным мускулам. Он шел перекатывающейся походкой, раскачивая руки и полуоткрыв мускулистые ладони, словно готовый отшвырнуть любого, кто встанет у него на пути.
  
  "Мистер. Макдонаф, рад видеть тебя снова, - сказал он Чарли, и прежде чем Чарли успел ответить, он обратился к Драммонду. «Я Джей Ти Лещ. И приятно познакомиться.
  
  Драммонд пожал Лещу руку. «Точно так же», - сказал он слишком нежно. «Какова твоя роль в этом?»
  
  «Просто прославленный курьер».
  
  «Что ж, очень приятно познакомиться, сэр».
  
  Лещ повернулся спиной к терминалу, его улыбка исчезла. «А теперь мне нужно, чтобы вы, ребята, проследовали за мной к самолету и действовали так, как будто вы все осматриваете. Мы хотим, чтобы Жак и Пьер внутри поверили, что вы - пара костюмов, решающих, нанять ли меня, чтобы подвезти вас до Цюриха ».
  
  Чарли посмотрел на Драммонда, чтобы успокоить его.
  
  Он поймал своего отца, летящего к самолету с рвением ребенка, собирающегося совершить свой первый полет.
  
  «Так ты не шутил над ним, не так ли?» - сказал Лещ Чарли.
  
  «Жаль, что я не был. Пожалуйста, не говорите мне, что ему нужно лететь на самолете ».
  
  «Я понял. Пожалуйста, скажите мне, что он знает, где спрятана вещь ».
  
  «Мы можем поговорить об этом, когда у нас будет доказательство того, что с Алисой все в порядке».
  
  «Расслабься, Чак. Мы хотим здесь того же. Я не увижу ни цента, пока мои люди не получат свое устройство ». Лещ достал из кармана свой спутниковый телефон и нажал кнопку у основания огромного дисплея. Выскочило видео маленькой комнаты. У него были бледно-голубые стены, но в остальном он был настолько невыразительным, что мог быть в мотеле на Джерси Тернпайк или в бюджетной квартире в Бангкоке. Алиса сидела на единственном видимом предмете мебели - на простом диване, который, возможно, служил ей кроватью. Она читала журнал.
  
  Чарли почувствовал вихрь радости, умеренной от страха, что это было старое видео.
  
  «Могу я поговорить с ней?» он спросил.
  
  «Да, - сказал Лещ.
  
  Словно предупрежденная о новом входе в комнату, Алиса повернулась, затем встала и поспешила к камере, очевидно, сияя на изображение Чарли.
  
  Мощная смесь радости и вины лишила его дара речи. Ему удалось: «Ты в порядке?»
  
  «Замечательно, - сказала она, - с луком наверху» - один из ее кодов означает, что «чудесное» никоим образом не было принуждено.
  
  Чарли попытался разобраться в своей мешанине мыслей, не в последнюю очередь из-за их затруднительного положения. «Я забыл, каков мой кодекс« нет оружия в голове », - сказал он. «Но на этом конце ни у кого нет оружия, приставленного к голове. Где ты?"
  
  «По какой-то причине они не скажут мне-»
  
  Лещ нажал кнопку на своем телефоне. Дисплей потемнел. «Хорошо, очевидно, она в порядке. Теперь. Так куда? »
  
  Чарли нужно было быть осторожным. "Мартиника."
  
  «Я уже знал это. Можем ли мы быть более конкретными? »
  
  «Папа сказал, что это город Фор-де-Франс. Обычно это работает так: как только он попадает в какое-то место, все становится ему знакомо. Не волнуйся, мы найдем вещь ».
  
  В глазах Леща настороженность сощурилась. "Чудесно."
  
  12
  
  Теперь, когда звонок по спутниковому телефону закончился, Алиса ожидала, что похитители снова закрепят ее запястья и лодыжки, а изолента закроет ей рот. Лента отслаивалась только тогда, когда ей давали кусочки диетического батончика или позволяли ей пить воду через длинную резиновую трубку - мера предосторожности, подумала она, и они поступили мудро.
  
  Ее мастерство в шаолиньском кунг-фу включало способность бросать предметы с необычайной скоростью и точностью. Она могла подбрасывать игральную карту со скоростью сорок миль в час, создавая силу, достаточную, чтобы нанести удар противнику, и даже, если она ударяла по определенным точкам давления, вводила его в кому. Если бы она могла достать спутниковый телефон, она могла бы швырнуть его в человека, которого считала Фрэнком - у него были широкие плечи и неуклюжая походка чудовища Франкенштейна. Его лицо было скрыто черной хлопковой маской из магазина новинок со светоотражающими лампочками над глазами. Он еще ничего не сказал в пределах ее слышимости.
  
  Она меньше знала о своем другом похитителе. Она назвала его Уолтом за его блестящий полуавтомат с обратным затвором Walther PPK. Так или иначе размахивая пистолетом, он давал понять: « Встань с дивана» или « Сядь на диван» и позволь Фрэнку снова связать тебя .
  
  Как только она убьет их двоих, она рискнет с пилотом вертолета, который, по всей вероятности, проводил перерыв в соседней комнате. С тех пор, как она была хлороформом в Гштааде, она могла вспомнить только эту комнату, которая вполне могла быть камерой в высококлассном ГУЛАГе. Лучше предположить, что это квартира в Женеве, снятая под псевдонимом. Или уединенный швейцарский загородный дом, и в этом случае клейкая лента, заклеивающая ее рот, была небольшим обманом: она могла кричать здесь легкими, и никто бы не услышал. Затемненные окна, безжалостная Музак из невидимых динамиков и электрический освежитель воздуха, источающий тошнотворно-сладкий аромат ванили, - все было предназначено для того, чтобы не дать ей уловить зацепки.
  
  Тем не менее, у нее были намеки. Ее старое спецподразделение, спонсируемое АНБ, заняло что-то вроде ниши в оформлении. По усмотрению, количество похитителей обычно ограничивалось тремя, все наемники поддерживали только свои пронумерованные оффшорные банковские счета. Их накормили легендой об операции. Изолента, заклеивающая рот пленника, должна была не дать похитителям услышать правду.
  
  Алиса жадно посмотрела на телефон. «Я не думаю, что вы позволите мне проверить мою электронную почту?» - сказала она Фрэнку.
  
  Он покачал головой.
  
  Итак, он понимал английский.
  
  «Как насчет того, чтобы просто сообщить мне счет игры« Патриоты »?» она пыталась.
  
  Если бы он проверил Интернет, она могла бы поймать телефон и запустить его в сторону Уолта.
  
  Фрэнк остался мамой.
  
  Уолт сделал один из своих обычных жестов: снова сядьте на диван. Позволь Фрэнку снова связать тебя. Дайте ему повторно наклеить изоленту . Он акцентировал каждого встряхиванием «Вальтера», как будто хотел добавить, Или знаете что .
  
  Она подчинилась.
  
  Теперь.
  
  
  
  ЧАСТЬ ВТОРАЯ
  
  Торговая школа
  
  1
  
  Во что, черт возьми, ты вмешался? Стэнли спрашивал себя снова и снова во время ночного перелета из Ниццы в Вашингтон. В телеграмме, которую он получил через несколько минут после того, как Али Абдулла перебросил через границу с Италией, говорилось не более, чем СООБЩИТЬ ШТАБ-КАК МОЖНО СКОРЕЕ.
  
  Солнце еще не показалось над Маклином, штат Вирджиния, когда Стэнли свернул на взятом напрокат автомобиле со все еще тихой улицы Мемориал Джорджа Вашингтона на обсаженный деревьями Маршрут 123. В темноте он почти принял подъезд к агентству за услугу двойников. Дорога. Вывеска, которую не закрывала низко висящая ветвь, могла бы помочь. В конце концов, местонахождение Центрального разведывательного управления не было секретом; гиды туристического автобуса указали на это место. Во многом, подумал он, это была метафора системы. Вторая чашка кофе, и у него появится шанс понять, как именно. Но пока что от истощения казалось, что в его глазницах затвердевает цемент.
  
  Когда он вошел в здание штаб-квартиры как новичок, он был ослеплен большим белым мраморным вестибюлем со знаменитой печатью в виде орла на полу. Его взволновали звезды, вырезанные на мраморной стене справа, анонимно поминающие мужчин и женщин, отдавших свои жизни на службе агентству. Когда он проходил от порталов службы безопасности к лифтам, в его походке было немного марша.
  
  Этим утром в том же вестибюле был изображен стареющий автовокзал, чрезмерно отполированный для компенсации износа. Он поплелся к лифтам; Десятиминутный переход от стоянки к холмистому юго-востоку оставил на бедрах ощущение сосулек.
  
  Выйдя из фирменных дверей лифта европейского подразделения «Юнион Джек» на четвертом этаже, его встретил Колдуэлл «Чип» Эскридж. Начальник отдела Европы схватил правую руку Стэнли обеими руками. «Добро пожаловать домой, тигр».
  
  «Рад тебя видеть», - соврал Стэнли.
  
  В возрасте пятидесяти одного года жилистый Эскридж склонил чашу весов на фунт или два больше, чем он имел в тяжелом весе команды Йельского университета. В своем блестящем шерстяном костюме, с подтяжками и зачесанными назад волосами он был портретом председателя банка. Его динамичные презентации на Холме были записаны на видео и показаны в агентстве в учебных целях. Хотя у него был батальон заместителей и помощников по административным вопросам, он делал такие вещи, приходя встречать гостей меньшего ранга. В разговоре он всегда смотрел людям в глаза, словно ловил каждое их слово. Однако если какое-то качество объясняло его подъем по служебной лестнице, так это его способность избегать закрылков или, что лучше, их обезвреживать.
  
  Именно по этой причине последние десять часов в желудке Стэнли бурлила кислота. Он опасался, что Эскридж, действуя, чтобы упредить кап-Ферра-Флап 2010 года, отправит его в бюро ЦРУ в Анкоридже до конца своей карьеры. Или уволить его - худшее наказание, так как оно лишит его пенсионных пособий.
  
  «Как насчет того, чтобы пойти в конференц-зал?» - спросил Эскридж.
  
  Как будто Стэнли мог не согласиться.
  
  Прежде чем он вообще смог ответить, Эскридж переключился на высшую передачу. Пытаясь не обращать внимания на удар в бедро, Стэнли поспешил за ним. Длинный коридор походил на любой офис в белых туфлях, и он не оценил бы комментарии, кроме тех, кто отчаянно пытается нарушить тишину.
  
  «Все выглядит одинаково, - сказал Стэнли.
  
  Эскридж жестом пригласил его в конференц-зал.
  
  Когда Стэнли ковылял в дверь, его захлестнули аплодисменты.
  
  Он увидел десять мужчин и женщин, стоящих вокруг стола для переговоров, всех своих давних коллег. Восьмидесятилетний Арчи Сноу, предшественник Эскриджа на посту начальника отдела Европы, вышел вперед и протянул Стэнли документ в рамке и конверт.
  
  «Поздравляю, малыш», - сказала Сноу.
  
  На рамке был изображен почетный диплом Уильяма Кристофера Стэнли-младшего «В знак признания безупречного выполнения служебных обязанностей на службе Соединенных Штатов Америки». Что было настолько специфичным, насколько Стэнли когда-либо видел на награде ЦРУ. В конверте лежал кассовый чек на 2500 долларов.
  
  Стэнли был бы в восторге, если бы не его уверенность в том, что встреча была о другом. Убеждать его в том, что важнейшее дело требует перелета на всю ночь только для того, чтобы его старые дружки могли устроить ему вечеринку-сюрприз, определенно не было стилем компании.
  
  Каждый из приятелей поздравил его, тем временем снося поднос с выпечкой для завтрака. Затем они ушли, оставив только Эскриджа, который сказал: «Как вы, наверное, догадались, вручение награды было прикрытием».
  
  Кислота желудка Стэнли вспыхнула. «Думаю, я не буду покупать этот новый велотренажер».
  
  Эскридж улыбнулся. «Собственно, сама награда настоящая. Сертификат, конечно, придется хранить здесь, но чек должен быть погашен, так что покупайте ».
  
  "Чтобы увековечить прикрытие?"
  
  «Вы сделали правильный звонок во Франции. Действительно, похвальная работа. Также мне нужен был предлог, чтобы доставить тебя сюда. Он махнул рукой в ​​сторону потолка, где плитки были подвешены к листу оргстекла, который продолжался вниз по стене, исчезая за стеновыми панелями из красного дерева и продолжался под полом, образуя в комнате комнату из оргстекла, способную блокировать звуковые волны. «Интересно, почему, случайно?»
  
  «Это пришло мне в голову».
  
  «В следующем году в Лондоне откроется старший операционный директор. Это твое, если хочешь.
  
  Единственной должностью выше Парижа был Лондон, где из уважения к британским спецслужбам MI5 и MI6 мантра ЦРУ была: «Стой, черт побери!» За последние несколько месяцев Стэнли лоббировал двухлетнюю заминку Блайти, чтобы прекратить его службу. Теперь он готовился к цене.
  
  «Есть временная работа, я надеюсь, вы сначала согласитесь», - сказал Эскридж.
  
  Агентство не было военным; Стэнли мог отказаться от опасного задания. Однако следствием этого могут быть три года пребывания в Антарктиде. Которая победила смерть. Поэтому ему оставалось определить, насколько рискованной была «временная работа».
  
  Эскридж тяжело сел в дальний конец стола для совещаний. «Это та часть, где ты обещаешь не произносить ни слова из того, что я собираюсь тебе сказать, так что помоги тебе, Годра».
  
  Годра, небольшой город на северо-западе Индии, был домом для секретной тюрьмы ЦРУ. Время будет хуже, чем любой из сценариев, которые рассматривал Стэнли, включая смерть.
  
  2
  
  Через два часа семичасового полета «Гольфстрим» с ревом пролетел - предположительно - над блестящей темно-синей Атлантикой. Исключительная изоляция заставила задуматься о том, что громче, подумал Чарли, реактивные двигатели или легкий храп Драммонда через проход. Их сиденья, как и три других, были не просто сиденьями, а мягкими кожаными креслами. По сравнению с этим первым классом коммерческих авиакомпаний был поезд F.
  
  Чарли читал спортивный журнал. Вернее, вел спортивный журнал. Он все думал, что станет с Алисой, если он не доставит ADM.
  
  Впервые с момента взлета Лещ оглянулся из кабины и увидел спящего Драммонда. «К сожалению, нет фильма в полете», - сказал пилот Чарли. - А вот бар Heckuva. Он указал большим пальцем на заднюю часть кабины.
  
  Казалось, ему скучно или, по крайней мере, он был склонен поболтать, что хорошо согласовывалось с надеждой Чарли узнать о нем все, что он мог.
  
  «Это приятная поездка», - сказал Чарли.
  
  «Конечно, это всего лишь аренда самолета». Лещ сверкнул улыбкой. «Вы знаете, как это бывает, когда вы летите через международные границы с очень разыскиваемыми беглецами за ядерной бомбой. Обычно лучше сдавать в аренду под псевдонимом ".
  
  "Ой." На самом деле Чарли готов поспорить, что «Гольфстрим» сдавался в аренду. Но он надеялся, что, играя наивным, он может снизить бдительность Леща. «Так как же попасть в полет разыскиваемых беглецов через международные границы за ядерными бомбами?»
  
  Лещ засмеялся. «Думаете о карьерном росте?»
  
  "Нужно ли мне?"
  
  Толкнув рычаг под приборной панелью, Лещ повернулся к Чарли. «Я могу рассказать вам только об опыте одного человека».
  
  "Хорошо." Чарли взглянул на Драммонда. Все еще в стране грез.
  
  «Когда мне было двадцать с небольшим, я подписал контракт со Skunk Works, - сказал Лещ. "Знаешь это?"
  
  «Смутно». Когда-то, как и многие американские мальчики, склонные к числам и жаждущие славы, Чарли мечтал работать в Skunk Works, легендарном авиационном подразделении Lockheed в Палмдейле, штат Калифорния. Ближе всего он был к Аркадии, Калифорния, в часе езды, чтобы посмотреть Санта-Анита Дерби.
  
  «Я был летчиком-испытателем на экспериментальном истребителе-невидимке», - сказал Лещ.
  
  "Вот это да." Настороженность Чарли уступила место интриге.
  
  «Я подумал, что я потрачу на это пять лет или около того. Тогда, к северу от тридцати, я смогу перейти на удобные корпоративные самолеты - играй правильно, ты можешь заработать почти столько же, сколько игрок в мяч, и обзавестись особняком и все такое. Проблема заключалась в том, что нашим клиентом был чиновник ВВС, который очень нуждался в ударе по лицу. И однажды я отдал ему. Он позаботился о том, чтобы меня не просто запихнули в дерьмо, а чтобы я снова не летал, как бумажный самолетик для американской компании. Потом он бросил меня в полицию ».
  
  Чарли почти посочувствовал. "Тебе нужно было время?"
  
  Лещ усмехнулся. «Только если вы посчитаете мои браки».
  
  Недавно, когда Чарли встретил мужчин своего возраста и узнал, что они уже несколько раз развелись - в них не было недостатка в кругах любителей лошадей - он почувствовал, что растратил свою молодость, даже не женившись ни разу. Но он не чувствовал этого с Лещом.
  
  Чарли подозревал, что он слушал легенду. И почему Лещ сказал ему правду? Чарли проклинал свою наивность, думая, что, как какой-то опытный офицер тайных операций, он может «вытянуть» здесь.
  
  «Я ценю развлечения в полете», - сказал он, вставая и возвращаясь к бару, который был гораздо более привлекательным, чем минуту назад.
  
  «С удовольствием», - сказал Лещ, возвращаясь к пульту управления.
  
  На хрустальном графине Чарли поймал отражение пилота, сдерживающего ухмылку. «В этом проявилось дополнительное эго», - подумал Чарли.
  
  Теперь ему было над чем работать.
  
  3
  
  «Вы когда-нибудь слышали о Perriman Appliances?» - спросил Эскридж.
  
  "Звонит в колокол." Стэнли прожил в Мадриде больше года, прежде чем заметил, что на его кухне нет духовки.
  
  «Это в основном мусор, работающий от электрического тока. Я совершил ошибку, купив один из их «доступных» холодильников и одну из их посудомоечных машин, еще в те дни, когда я тоже думал, что у вас может быть семья в нашей профессии ».
  
  Итак, Эскридж глубоко прочел досье Стэнли - или один из адъютантов начальника отдела прочитал его и обработал для него. Стэнли проследил распад своего недолгого брака до того дня, когда он уехал на ферму.
  
  «Знаете, что говорят о третьем поколении, теряющем деньги?» - риторически спросил Эскридж. «В середине восьмидесятых один из подкомитетов агентства по географическому анализу практически бесплатно купил Perriman Appliances у внуков Перримана».
  
  «По обычным причинам, по которым подкомитету по географическому анализу нужен второстепенный производитель бытовой техники?»
  
  «Третьесортный был бы любезен». Эскридж огляделся, словно опасаясь, что даже здесь кто-то может смотреть или слушать. «Подкомитет географического анализа - вот как кавалерия занесена в книги. Я так понимаю, ты знаком с кавалерией.
  
  «Просто информация о кулере для воды». Стэнли не покидало чувство, что он пренебрегал важным кабелем. Руминт - распространенный слухами разведывательного сообщества - говорил, что кавалерия - это специальное подразделение, которое набирает самых смелых из лучших и самых умных и проводит тайные операции, на которые никто другой не посмеет. Однако было трудно понять, что было апокрифом, а что - правдой.
  
  «На данный момент это неофициальный совместный проект этого подразделения Counterproliferation и Counterterrorism. Они управляют секретной стороной всемирной сети Perriman, занимающейся торговлей оружием. В первую очередь, террористам. Или любой другой псих, чек не отскочит. Бестселлер «Кавалерии» - недетонирующая версия российской ПЗРК семидесятых годов выпуска мощностью 10 килотонн. Устройство выглядит как внутреннее устройство стиральной машины, а его вес всего на фунт или два больше. Так что шайба Perriman отлично маскирует. Вдобавок кавалерия создала специальную изоляцию, чтобы скрыть радиацию бомбы. Чего покупатели не знают, так это того, что ADM совершенно бесполезен и даже менее полезен, чем настоящая стиральная машина Perriman. После совершения покупки кавалерия контролирует покупателей и выводит их из игры, прежде чем они смогут использовать оружие. В общем, мы обнаружили, что способ победить незаконных торговцев оружием - это присоединиться к ним ».
  
  Впервые за двенадцать часов Стэнли освободился от беспокойства о том, что Али Абдулла обманул его. Он отправил Абдуллу в секретный американский следственный изолятор в Генуе, якобы, чтобы защитить его от репрессий со стороны французов, но на самом деле, чтобы защитить тайную личность торговца оружием.
  
  «Так Абдулла выписался?»
  
  "Не было необходимости. Его настоящее имя - Остин Флойд Беллинджер. Я был на его свадьбе в Кливленде. Ваше решение не вмешиваться в DCRI и DGSE было правильным. Несколько недель в СИЗО укрепят прикрытие Беллинджера. Тогда отдел спецэффектов сделает все так, будто он убил нескольких охранников и сбежал. Или, может быть, они просто позволят ему выкупить свой выход. Дело в том, что вы действительно заработали этот велотренажер. И тем самым ты заработал себе роль в лучшем шоу на Великом Темном Пути ».
  
  «Какая роль?» Стэнли проявил меньше отстраненности, чем ему хотелось бы.
  
  «Вы что-нибудь знаете о Нике Филдинге?»
  
  «Али Абдулла из Карибского моря. Является ли он кавалерия тоже?»
  
  "Да. Был . Умер недавно в результате пожара в метро Нью-Йорка. Вы слышали об этом? "
  
  «Я так не думаю». Если бы это было что-то, что Стэнли должен был знать, он мог бы приписать провал памяти усталости.
  
  "Хороший. Не было электрического пожара. Произошло то, что один из зенитных ракетных комплексов кавалерии взорвался в подвальном помещении офиса Perriman на Манхэттене, который оказался недалеко от туннеля метро. Насколько мне известно, объем освещения был всего лишь параграфом или двумя, глубоко закопанными в нью-йоркской Daily News , осуждающими опасно устаревшую систему метро города ».
  
  «Я думал, что ADM были бесполезными».
  
  «Их урановые компоненты, по сути, фальшивые, но это оружие также содержит сто фунтов пластической взрывчатки, якобы для создания критической массы, и эту часть мы не можем подделать, хотя мальчики в белых халатах работают над этим».
  
  «Я полагаю, что такое устройство не сработает случайно?»
  
  "Нет. При фактическом развертывании его вооружили бы три разных Ивана, каждый из которых знал только одну треть кода, ради безопасности. В данном случае все коды были у одного человека. Драммонд Кларк. Что вы знаете о нем? "
  
  «Опять же, только руминт, но достаточно, чтобы держать пари, что он готов побороться за медаль первопроходца».
  
  «У меня был шанс стать первым парнем, выигравшим две. Но именно он активировал ADM, уничтоживший Филдинга, вместе со всем офисом Кавалерии на Манхэттене. Так что теперь он ничего не выиграет. Однако изначально опера Перримана была его идеей. Он основал Кавалерию, укомплектовал ее штатом - он вытащил Беллинджера из шоу USO. Благодаря Драммонду Кларку сумасшедшие, которые могли заполучить настоящую ядерную бомбу, взорвали эквивалент нескольких динамитных шашек ».
  
  «Так почему же он в здравом уме взорвал офис на Манхэттене?»
  
  Эскридж застыл. «Он был не в своем уме. Несколько месяцев назад он был помещен в отпуск по болезни из-за тяжелой болезни Альцгеймера с ранним началом. Совсем недавно у него развилась острая паранойя, которая привела к шлейфу тел длиной в Аппалачи, не в последнюю очередь из которых был советником по национальной безопасности ».
  
  «Я так понимаю, что Бертон Хаттемер на самом деле не погиб при падении».
  
  «СМИ не были проинформированы о пуле, которая предшествовала падению. Хорошая новость заключается в том, что в результате этого кавалерийские войска получили президентское заключение об отказе от Указа 11905, позволяющего нейтрализовать Кларка. А также его сына Чарли, что, вероятно, неплохая идея, несмотря на инцидент с Хаттемером. Короче говоря, яблоко упало недалеко от дерева, но отскочило кроваво далеко за пределы сада. Гений математики в детстве привел его в Брауна. Однако он бросил учебу и стал заядлым игроком. Теперь он знает и, вероятно, променяет наш самый тщательно охраняемый секрет на хорошую подсказку о третьей гонке в Хайалиа. Сначала мы думали, что Кларк и Сын сделали за нас мокрую работу и взорвались в «электрическом огне» вместе с Филдингом. По меньшей мере, это упростило бы дело. Тем не мение …"
  
  Эскридж нажал кнопку на том, что выглядело как садовый шланг, идущий вдоль конца стола для совещаний. «Это маленькая вещь, над которой производители игрушек работают», - сказал он. Подобно туману увлажнителя, частицы света поднимались из тонкого вентиляционного отверстия, проходящего по длине шланга. «Помещает изображения на один и тот же базовый метаматериал, который вскоре позволит нам первыми использовать маскировку для невидимости». Он оглядел комнату с преувеличенной паранойей. «Если только другая команда нас не обыграла».
  
  Принимая разные оттенки, частицы образовывали экран, который стоял под прямым углом к ​​столу и показывал видео, на котором молодая женщина пересекает людную улицу в ночное время.
  
  «Это запись наблюдения кабобов из офиса Perriman через Бродвей», - сказал Эскридж. «Вы смотрите на бывшую звездочку спецназа« Нет такого агентства »Элис Резерфорд в ту ночь, когда она входит в горящее здание».
  
  Несмотря на темное и зернистое изображение, женщина выглядела потрясающе. Войдя в серое послевоенное офисное здание, она вытащила пистолет так спокойно, как если бы это был сотовый телефон.
  
  Эскридж нажал на экран. Изображение Алисы скользнуло вправо от него, видео перематывалось к увеличенному, усиленному инфракрасным фильтром, изображению ее в вестибюле, разрушающей внутреннюю стеклянную стену.
  
  «Она находилась в глубоком прикрытии во время операции по сбору разведывательных данных на Мартинике», - сказал Эскридж. «Филдинг был ее целью. Как и весь остальной мир, АНБ купилось на его прикрытие о плохом парне. Проблема с мисс Элис Резерфорд заключалась в том, что когда дело дошло до встречи, она не могла убедиться, что Филдинг был на нашей стороне, даже со стороны человека наверху ». Он указал на потолок, показывая на директора, кабинет которого находился на седьмом этаже. «Итак, теперь мы наблюдаем, как она стреляет в Филдинга и, по крайней мере, в ее уме, приходит на помощь…»
  
  На дисплее Алиса пролезла через полость, созданную ею в стекле. Эскридж постучал по месту происшествия, быстро пролистывая примерно две минуты записи пустого вестибюля. Затем Алиса снова появилась из переулка рядом с офисным зданием в сопровождении молодого человека и пожилого человека.
  
  «Драммонд и гнилое яблоко Кларк?» - спросил Стэнли.
  
  «Ни один другой». Эскридж остановился, чтобы посмотреть, как тройка исчезает из кадра. «И это последний раз, когда их видели: Алиса полностью покинула резервацию».
  
  «Есть идеи, почему?»
  
  «Она утверждала, что Филдинг был вне резервации, что он и Кавалерия поразили Берта Хаттемера, чтобы добиться от президента решения против Кларков. Она также настаивала на том, чтобы кавалерия делала это, чтобы держать под контролем свои собственные проступки. Под руководством Филдинга кавалерия «стала Повелителем мух» , как она выразилась, и в некоторой степени она права. Однако одна проблема с ее теорией убийства - полное отсутствие каких-либо доказательств. Три дня назад она отправила Hushmail из неизвестных пунктов генеральному инспектору АНБ с просьбой провести расследование. АНБ ответило ей в основном: «Отлично, расскажите нам больше», но она так и не ответила. Теперь кажется, что она просто пыталась скрыть свою реальную деятельность, которая выставляет один из старых ADM Драммонда на продажу, возможно, Объединенному фронту освобождения Пенджаба, исламской сепаратистской группе, которая в то время является жестокими психопатами. об их лучшем поведении. По словам нашего человека Беллинджера, их сахарный папочка вытащил свою чековую книжку и ждал возле дома Филдинга на Мартинике того дня, когда Филдинга убили. К сожалению, все, кто знал местонахождение устройства, погибли вместе с Филдингом. То есть все, кроме Драммонда Кларка. Так что, если Беллинджер прав насчет новой сделки по оружию, Алиса и ее товарищи готовы уничтожить несколько сотен миллионов моллюсков. Это означает, что одна из этих бомб может взорваться в самом сердце Нью-Йорка или округа Колумбия. И что еще хуже ... "
  
  «Операция Perriman Appliances взорвется?»
  
  "Точно." Эскридж смотрел поверх экрана, его непринужденная манера поведения ужесточалась. «Если ты сможешь найти их, и если мы сможем узнать, что они кому рассказали, отлично. Но прежде всего нам нужно остановить их ».
  
  Задание было намного опаснее, чем предполагал Стэнли. Он все равно этого хотел. Он хотел получить подобное задание с тех пор, как впервые обратился в ЦРУ.
  
  4
  
  Стэнли сидел во временном офисе европейского подразделения с одной из фирменных дверей подразделения «Юнион Джек», но в остальном он был таким же харизматичным, как бюджетный номер в мотеле без обязательного принта природы. Работа его мечты началась с работы по изготовлению кедов, которая была настолько рудиментарной, насколько это возможно.
  
  Он провел большую часть утра, исследуя PM00543MH4 / 7, обозначение поисковой системы по науке и технологиям для одной из 29 655 групп путешественников, соответствующих его критериям. Эта группа состояла из шестидесятитрехлетнего инвестора Дункана Кэллоуэя, который пять ночей назад привез свой Learjet 45XR из Палм-Бич в Париж, вместе с двумя его младшими сотрудниками - мужчиной и женщиной, предположительно по 28 лет. Их экскурсия потребовала немалых уловок, включая вылет в 01:00 и остановку в нью-йоркском аэропорту Кеннеди в течение двадцати минут, хотя такая остановка не требовалась для дозаправки.
  
  Стэнли узнал, что эта уловка была направлена ​​на то, чтобы сбить с толку конкурирующую инвестиционную фирму, которая наняла частную шпионскую организацию из Палм-Бич, чтобы выследить Кэллоуэя, чтобы определить, ведет ли он переговоры о покупке французского конгломерата электроники.
  
  Стэнли ожидал, что посидит во временном офисе еще два или три дня, чтобы перебрать сгенерированные компьютером сведения.
  
  Тут его внимание привлек PM11304ZH4 / 9.
  
  В 6:52 29 декабря, тринадцать дней назад, 32-летний менеджер хедж-фонда Манхэттена по имени Роджер Нортон Трейнор вылетел из аэропорта Ньюарка в Инсбрук, Австрия, на борту другого Learjet 45XR, семиместного самолета, принадлежащего и управляемого компанией ООО «Абсолют Эйр Чартер» из Ньюарка. Трейнора сопровождала его жена, которая прожила три дня, Эйприл Гейл Хеллингер, двадцати восьми лет. Поздно ночью молодожены поселились в пятизвездочном отеле Europa в Инсбруке.
  
  Стэнли позвонил в отель «Европа», представившись одним из коллег жениха, которому нужно было связаться с ним по срочному делу. Даже в самых скромных отелях обычно достаточно поднять соответствующий тон, чтобы получить всю информацию, кроме номера кредитной карты гостя. И это, при необходимости, было доступно в Intelnet с помощью нескольких щелчков мыши.
  
  «Он был, как вы говорите,« Либлинг дер Готтер » - счастливчик», - сказал о Трейноре дежурный в ночном приеме Хайнц Альбрехт. Альбрехт запомнил апрель как « молодую молодую фрау». ”
  
  При регистрации, вспоминал Альбрехт, Трейнор оплатил все пребывание наличными, что не было типично для молодоженов: ему в первую брачную ночь передавали конверт за конвертом с вещами, и он с нетерпением ждал, когда он будет утерян. или украден. В последующие три дня герр и фрау Трейнор редко покидали свои апартаменты с видом на горы, если вообще, вешалка Bitte Nicht Storen, закрепленная на дверной ручке. Опять же, по мнению Альбрехта, это не является чем-то необычным для молодоженов.
  
  Остальные сотрудники совсем забыли о Трейнорах, хотя с тех пор, как пара выехала, прошло чуть больше недели.
  
  Стэнли мог их тоже забыть. Но вылет в 6:52 29 декабря 2009 г. позволил бы Кларкам и Элис Резерфорд сбежать из Соединенных Штатов вскоре после взрыва большей части кавалерийской части и ее штаб-квартиры на Манхэттене.
  
  Когда тщательный поиск не дал никаких сведений об отъезде Трейноров из Австрии, Стэнли почувствовал, как его пульс участился. Конечно, они могут быть законными американцами, которые проводят длительный медовый месяц в Инсбруке. А может, они уехали из города, сняли уютную комнату в деревенском пансионе и сейчас играли в джин рамми у огня. Однако были странности. Во-первых, записи показали, что владелец и пилот Absolute Air Ричард Фальцоне вылетел из Австрии в Ньюарк в одиночку в тот же день, когда депонировал Traynors. Его второй пилот, шестьдесят семь лет Элвин Ландсман из Джерси-Сити, штат Нью-Джерси, остался в Инсбруке. Что можно легко объяснить. А может и нет. Срок действия лицензии пилота Ландсмана истек. Вероятно, потому, что в результате дорожно-транспортного происшествия в июле 2008 года у него был парализованный паралич.
  
  Имена Роджер Нортон Трейнор и Эйприл Гейл Хеллингер Трейнор оказались одинаково поддельными.
  
  Стэнли предположил, что «Роджер Трейнор» заплатил наличными за номер для новобрачных в отеле «Европа» при регистрации, поднялся с Элис Резерфорд и разнес комнаты, так что казалось, что они наслаждались тремя днями романтической безумия. Затем, или, по крайней мере, рано утром следующего дня, пара тайно покинула отель. В какой-то момент к ним присоединился Драммонд Кларк, возможно, с машиной, арендованной под еще одним псевдонимом. Все трое, вероятно, бежали из Австрии после уничтожения своих фальшивых документов, в результате чего след Стэнли зашел в тупик.
  
  Если только Ричард Фальцоне что-то не знал.
  
  Стэнли мог позвонить чартерному пилоту и представиться офицером ЦРУ. Это могло напугать его, что могло привести к тому, что он предупредил Алису и Кларков. С другой стороны, если Стэнли позвонил и сказал, что он не представитель правоохранительных органов, это уменьшило его шансы на немедленную встречу. Например, выдавая себя за агента национальной безопасности, он сразу же должен был получить доступ и, что еще лучше, рычаги воздействия. Предложение немного послабить Falzone в обмен на информацию должно помочь. Однако для сотрудника ЦРУ было незаконным выдавать себя за сотрудника правоохранительных органов. Даже притворившись парковщиком, можно было потерять пенсию.
  
  Но Стэнли разрешили изображать из себя чиновника казначейства. Название охватывало сотрудников монетного двора, занимающихся печатанием монет, но имело такое же влияние на мирных жителей, как и Национальную безопасность, а может и больше, поскольку все, кто смотрел телевидение в прайм-тайм, знали, что министерство финансов также включает в себя секретную службу.
  
  5
  
  Стэнли мало думал о трех с половиной часах езды по мокрому снегу и дождю. Охота заставила его почувствовать себя на двадцать лет моложе. Он подпевал старинным песням по радио, чего не делал с тех пор, как они вышли на LP.
  
  Он остановил арендованный автомобиль через дорогу от дома Фальцоне в Тинеке, штат Нью-Джерси, недавно построенного тюдора площадью четыре тысячи квадратных футов, втиснутого в пригородный участок площадью четверть акра. На видном месте впереди был припаркован ярко-яблочно-красный Corvette конца шестидесятых, который был восстановлен, чтобы выглядеть более новым, чем в тот день, когда он выехал с завода.
  
  Фальцоне, чьим величайшим из зарегистрированных нарушений было обвинение в несоблюдении знака остановки в 1994 году, открыл парадную дверь в стиле замка через несколько секунд после того, как Стэнли нажал на кнопку звонка. Пилот чартера был лет пятидесяти трех, несмотря на тело линейного монтера, темные мешки под совиными глазами и седые усы и козлиную бородку, которые подходили к его густым волосам. На нем были дизайнерские брюки чинос и свежая оксфордская рубашка.
  
  «Привет», - сказал он, как будто был счастлив видеть Стэнли. "Как дела?"
  
  "Отлично. Спасибо."
  
  Стэнли проследовал за Фальцоне через сводчатое фойе в семейную комнату, в трех стенах которой были встроены полки из искусственного тика, каждая из которых была заполнена спортивными трофеями и дипломами, а также фотографиями пилота, его жены и пятерых детей в рамке, у всех из которых были несчастье унаследовать его глаза.
  
  «Извини, моей жены нет», - сказал он. «Она много работает волонтером в нашей церкви». Что не обязательно означало, что она сейчас в церкви. «Могу я принести вам кока-колу или что-то в этом роде, может быть, односолодовый виски?»
  
  «Я в порядке, спасибо, - сказал Стэнли.
  
  Пилот широко улыбнулся. Спокойно - может быть, даже слишком спокойно, учитывая обстоятельства - он опустился в кожаное кресло для отдыха и жестом указал Стэнли сесть на соответствующий кремовый диван. «Так чем я могу помочь?»
  
  "Вы узнаете этого человека?" Стэнли протянул фотографию размером восемь на десять с надписью «Чарльз Кларк». Он мог бы высветить полдюжины изображений Чарли, используя свой BlackBerry, но увеличенные изображения, напечатанные на толстых карточках, добавляли гравитации.
  
  С первого взгляда было очевидно, что Фальцоне узнал Чарли. Тем не менее, он сделал вид, что изучает фотографию. "Думаю, да. Он дал мне другое имя ».
  
  «Это цифры. Он находится в федеральном розыске ".
  
  "Ебена мать." Фальцоне плохо изобразил удивление.
  
  Стэнли не видел причин делать это. "Мистер. Фальзоне, сколько еще тебе заплатили за то, чтобы указать его помощника вторым пилотом? »
  
  Фальцоне склонил голову с видом раскаяния. «Слушай, приятель, пожалуйста, если бы я имел хоть какое-то представление…»
  
  «Хочешь иммунитета?»
  
  Фальцоне широко открыл глаза алтарнику. «Конечно, но в основном я хочу сделать все, что в моих силах, чтобы помочь».
  
  Стэнли подавил смех. "Где они?"
  
  «Насколько я знаю, Инсбрук, Австрия». Это заявление было, пожалуй, первым, лишенным выдумки, с момента приезда Стэнли Фальцоне.
  
  "Хороший. Как они к вам пришли? »
  
  «Есть тысяча способов найти клиентов. Я выбрал «Абсолют» в качестве названия компании, чтобы быть в верхней части списка - это один из лучших способов, хотите верьте, хотите нет ».
  
  Стэнли подумал, что Фальзоне все еще может назвать человека, который направил к нему Кларков и Резерфорда. Если бы пилот не знал, он бы сказал об этом с самого начала.
  
  Стэнли вздохнул. «Послушайте, я пытаюсь помочь вам здесь. Вы положили в карман несколько дополнительных долларов на Рождество за подделку манифеста. Знаю, знаю, все так делают. Но ты тот, кто может потерять все ». Он махнул рукой и указал на роскошный дом. «Может быть, даже потратим время».
  
  На бакенбардах Фальзоне потемнел пот. «Если я назову тебе имя, мы в порядке?»
  
  «Это во многом зависит от того, какое имя вы мне дадите».
  
  «Есть ли способ сделать так, чтобы этот человек не узнал, что я вам сказал?»
  
  «Звучит в точности как человек, которого я ищу. И да."
  
  Фальцоне покопался в кутикуле, ничего не говоря.
  
  «Я никогда его не встречал», - сказал он наконец шепотом. «Я даже не слышал о нем, пока он не позвонил мне в ту ночь, двадцать девятого».
  
  "Хороший." Стэнли хотел его уговорить.
  
  - Думаю, девушка, Эйприл, ее компания использовала его на Карибах и Мартинике. Он там занимается чартерными рейсами под именем JT Bream ».
  
  6
  
  «Этот вулкан извергся, убив всех тридцати тысяч жителей города, кроме одного», - сказал Драммонд, выводя Чарли из столь необходимой ему дремоты.
  
  « Вулкан? Чарли сморгнул сон. Он ничего не мог поделать с вызванной виски головной болью.
  
  Внутреннее пространство самолета, как и небо, было медным в лучах заходящего солнца. Драммонд ткнул указательным пальцем в окно Чарли, указывая на то, что выглядело как зеленоватое облако, поднимающееся из океана.
  
  «Думаешь, это вулкан?» - сказал Чарли.
  
  Драммонд пережевал. Или он был сосредоточен на том, чтобы пристегнуть ремень безопасности. Чарли не мог сказать, что именно. Он полагал, что старик был четверкой.
  
  Самолет наклонился, обнажив зеленое облако, как гору с круглой вершиной, покрытую пышными джунглями. Вскоре Чарли различал отдельные деревья, стоящие почти так же близко друг к другу, как волокна ковра, а их листья мерцали в последних лучах дневного света.
  
  «Гора Пеле, да». Драммонд, казалось, был доволен тем, что вернул ход своих мыслей. «8 мая 1902 года он фактически раскололся пополам. Интересная информация состоит в том, что лава проникала в город Сен-Пьер со скоростью двести пятьдесят миль в час, пресекая все попытки жителей выбраться из нее».
  
  Чарли полагал, что его отец мог быть прав насчет вулкана. Драммонд всегда обладал сверхъестественной способностью сохранять объемы информации, которую он - и обычно он один считал интересной. Узнав, что Драммонд всю свою жизнь был шпионом, а не продавцом бытовой техники, Чарли понял, что «Интересные кусочки информации» функционируют как простой деловой костюм и толстые очки Кларка Кента, скрывая под собой героя. Иногда эта информация давала Чарли возможность критически взглянуть на бессознательное Драммонда. В других случаях это была чушь.
  
  «Но вы сказали, что выжил один».
  
  «Верно, - сказал Драммонд. - Насколько я помню, его звали Ципарис, и он был защищен от пепла и ядовитого газа при температуре тридцать шестьсот градусов по Фаренгейту, потому что в то время он находился под землей, в каменной камере городской тюрьмы, ожидая повешения. После того, как лава остыла, он стал звездой бродячего цирка П.Т. Барнума ».
  
  Чарли получил надежду на его собственное затруднительное положение. «Единственное, что можно сказать об удаче - это то, что она изменится», - сказал он. Старая песня.
  
  Драммонд странно посмотрел на него. "Где мы?"
  
  «Поставь тройку по шкале ясности», - подумал Чарли. «Есть предположение, в какой стране находится гора Пели».
  
  «Гора Пеле? Это на северной оконечности Мартиники, восточного Карибского острова, заморского департамента Франции ».
  
  Чарли не представлял себе Мартинику такой обширной, а скорее, как точку острова, окаймленную пляжем. Как и Драммонд, он смотрел в окно. Через лес стали просвечивать красные саманные крыши. По мере того, как самолет снижался, крыши становились все ближе друг к другу, и вскоре стало больше, чем деревьев. Свет от других зданий, уличные фонари и потоки автомобилей создавали светящийся купол. Такой огромный и густонаселенный мегаполис значительно усложнил бы их задачу.
  
  «Форт-де-Франс», - сказал Драммонд, словно встретив давно потерянного друга.
  
  «Не тот город с одной стиральной машиной, который я имел в виду, - сказал Чарли.
  
  7
  
  «Вы знали, что вы моя шестая жена?» - спросил Стэнли, когда их DC-8 взмыл в облака над международным аэропортом Луиса Муньоса Марина в Сан-Хуане.
  
  «Представь, ты тоже мой шестой», - сказала Хилари Хэдли. "Муж. К тому же однажды у меня была жена на карнавале в Рио.
  
  Утверждая секретную операцию, Эскридж предложил Стэнли «провести медовый месяц» на Мартинике по обычным причинам: «жена» усилит туристическое прикрытие Стэнли. Фактически, любой компаньон добавляет доверия - простой кивок подтверждения со стороны второй стороны почти всегда вызывает срабатывание управляющего доверием синапса цели. Кроме того, женщины могут лучше получать информацию от лещей мира, то есть мужчин.
  
  У Хэдли была такая привлекательная внешность, которую подчеркивал темно-серый костюм, идеально подходящий для деловой женщины, хотя Стэнли чувствовал под Армани свободный дух. Он знал, что некоторые из самых одаренных актеров были привлечены к тайной службе из-за возможности терять себя в ролях на месяцы.
  
  Однако не каждый, кто мог действовать, мог обмануть.
  
  «Так что ты знаешь о нас?» он спросил.
  
  «В моем паспорте, водительских правах, визитных карточках и всех платежных карточках, отягощающих мою безумно дорогую итальянскую сумочку, написано, что я Элеонора Паркер Атчисон, сорок семь лет, и с гордостью признаю это, партнер Lerner, Marks and Hopkins, юридическая фирма, о которой я буду говорить до тошноты, прежде чем мне приходит в голову упомянуть, что я также женат уже семь лет, с вами, дорогой, Колин Уэсли Атчисон, финансовый директор GleamCo, конгломерата промышленных чистящих средств и темы, которая заставляет ваши соки течь гораздо легче, чем любой аспект вашей личной жизни, кроме гольфа. Именно для вашего любимого времяпрепровождения мы сейчас находимся в пути, чтобы купить кондоминиум в фишке поля Императрицы Жозефины Les Trois-Ilets, спроектированного несравненным Робертом Трентом Джонсом. У нас уже есть очаровательный фермерский дом, которому уже сто двадцать восемь лет, в Личфилде, штат Коннектикут, как и у каждого Тома, Дика и Харриет в нашем социальном наборе на Парк-авеню, но мы редко пользуемся им, потому что предпочитаем офис по субботам. когда телефоны тихие, люди не просовывают голову в наши двери, и мы можем все сделать ».
  
  Стэнли был впечатлен ее умением управлять своим прикрытием. Еще лучше была ее способность играть роль: в течение оставшегося часа полета, пока они соткали дополнительную легенду, соответствующую своим оперативным целям, Хэдли на его глазах превратился в Элеонору Атчисон. Ему особенно нравилось, как ее речь обрывалась в тот момент, когда разговор перешел на их семейную жизнь - это была женщина, думающая о более важных вещах. Тем не менее, когда дело дошло до обхода налоговых кодексов Налогового управления США, она выступила с энтузиазмом, как будто рассказывала о большом приключении.
  
  Когда DC-8 начал спуск на Мартинику, она утверждала, что благодаря качеству материала и шитью ее сумочка стоит дополнительных девятисот долларов. Хотя аргумент был абсурдным, ее убежденность убедила Стэнли.
  
  Он обнаружил, что восхищается игрой шелковых брюк костюма на ее длинных ногах, словно подарочная упаковка. Увидев ее бриллиантовое кольцо и обручальное кольцо, он почувствовал приступ разочарования, прежде чем сообразить, что, как и его собственное золотое кольцо, это было всего лишь прикрытием.
  
  8
  
  «Не совсем идеальный аэропорт для беглецов, - сказал Чарли.
  
  Ночь села на Мартинику, когда Лещ сбросил «Гольфстрим» на взлетно-посадочную полосу. Впереди загорелся приморский аэропорт, такой же большой, как и в большинстве американских городов, или примерно в сто раз больше, чем первоначально ожидал Чарли.
  
  «Зона для частных самолетов на самом деле чертовски идеальна», - сказал Лещ, выруливая от главного аэропорта. «В противном случае мы бы просто поразили Доминику или Сент-Люсию и получили бы лодку».
  
  Они проехали, наверное, милю к тускло освещенному «аэропорту Экзекьютив», как назывался район авиации общего назначения. Он включал в себя четыре ангара для одноместных самолетов, несколько офисов чартерных перевозок и терминал с красной крышей, который, если бы он был хоть сколько-нибудь мельче, не считался бы зданием. Рядом с маленьким терминалом находился бар, в котором волнистые розовые огни освещали двух человек за столиками. На взлетной полосе среди трех дюжин припаркованных винтовых самолетов не было никаких признаков жизни.
  
  Используя небольшую моторизованную платформу, Лещ отбуксировал «Гольфстрим» в шаткий ангар, покрытый ржавчиной и облупившейся серебряной краской. Как только самолет был припаркован, он спрыгнул и опустил гаражную дверь ангара, давая понять, что Чарли и Драммонд могут безопасно покинуть кабину.
  
  Когда они спускались по лестнице, Чарли окутал воздух, который, казалось, состоял из капель горячей воды. Несмотря на сильную нагрузку на реактивное топливо и выхлопные газы, легкий ветерок нес приятный тропический запах.
  
  Позади него Драммонд глубоко вздохнул и улыбнулся. "Ландыш."
  
  "Мило."
  
  «Интересная информация - это то, что он ядовит».
  
  "Большой."
  
  «Я только что получил текстовое сообщение», - сказал Лещ, глядя в заляпанный жиром пластиковый иллюминатор двери. «Есть несколько человек, которые навещают меня прямо сейчас, так что я позвоню на слух». Он склонил голову в темный угол в задней части ангара, его глаза настойчиво вспыхнули. «Вам лучше узнать этот кладовку на случай, если они захотят зайти сюда».
  
  Чарли подавил желание бежать к двери, прижаться лицом к иллюминатору и посмотреть, кто вызвал реакцию Леща. Пытаясь сохранить видимость нормальности, он неторопливо сделал оставшиеся шаги и просто взглянул в иллюминатор. Отсюда открывался широкий вид на взлетную полосу между ангаром и крошечным терминалом. Он никого не видел.
  
  Драммонд стоял у подножия лестницы и смотрел наружу, что сделал бы новоприбывший, который не был беглецом.
  
  «Они ждут меня в баре», - сказал Лещ. «Американская пара, имя Атчисон, прислана парнем, которого я знаю из Air France. Предположительно, это просто туристы, валяющиеся в деньгах в поисках летающего шофера ».
  
  Температура тела Чарли упала. «Но на самом деле они не просто американские туристы, не так ли?»
  
  «Наверное, это действительно так. Наверное, это просто неудачный момент. На этом острове почти столько же богатых туристов, сколько пальм. И я плачу по счетам здесь как чартерный пилот, так что это привлечет внимание, если я уклонюсь от них ».
  
  Чарли понял, что случай представил ему первый неопровержимый факт о леще: пилот базировался на Мартинике. Он не упомянул об этом, но если он был местным, это могло означать, что он был более вовлечен в операцию, чем наемник, прыгавший с парашютом для операции, или «просто прославленный курьер», как он утверждал. Конечно, текстовое сообщение - якобы текстовое сообщение - могло быть всего лишь уловкой, чтобы заставить Чарли подумать, что Лещ базируется на Мартинике.
  
  В любом случае, информация о пилоте не имела бы большого значения, если бы оперативники ЦРУ находились снаружи.
  
  Лещ закрыл дверь кабины и поспешил к хвосту самолета. «На всякий случай подожди здесь, пока они не уйдут», - сказал он Чарли. «Тогда вам двоим нужно будет найти место, чтобы заночевать». Он распахнул дверь багажного отделения, обнажив пару ночных сумок. «Благодаря легкой маскировке и новым проездным документам, которые вы найдете здесь, у вас не должно возникнуть проблем с прохождением таможни, что бы там ни было. Тем более, что на дежурстве дежурный капитан дю Фронгипанье. Парень получил работу, когда устроил бомбежку в качестве пограничника, и за десять лет не успел выйти из поздней смены ».
  
  «Я не понимаю, - сказал Чарли. «Они пытаются побудить людей проникнуть на Мартинику?»
  
  «Любой, кто хочет прокрасться на эту скалу, может остановиться в любом из миллиона мест на лодке». Лещ вытащил ночные сумки из самолета, бросил один перед Чарли, а другой - у Драммонда, затем медленно закрыл дверь багажного отделения, чтобы избежать шума. «От этого перешейка острова, который является Ламентином, можно добраться на такси за десять минут до Фор-де-Франс. Устроись на ночь в каком-нибудь месте, которое выглядит достаточно похожим на блошиный мешочек, которого нет в списке факсов Интерпола, а завтра найди чертову бомбу. И как только ты его получишь, крикни мне. Также, если у вас возникнут проблемы, кричите. И под криком я подразумеваю, что отправь мне «Птичью Книгу», которая у тебя в сумке ».
  
  Чарли решил, что ослышался. "Птичья книга?"
  
  Драммонд сказал: «Зашифрованная система связи».
  
  «Папа в значительной степени на деньгах», - поспешно сказал Лещ. «BirdBook, который у вас есть, на самом деле не что иное, как разукрашенный BlackBerry - фактически, он сойдет за BlackBerry. Что вы делаете, так это напишите мне сообщение прямо, хотя щепотка осторожности не повредит, и BirdBook его зашифрует ».
  
  Он вышел через боковую дверь, захлопнув ее за собой, отчего весь ангар задрожал.
  
  Несмотря на ограждение и темноту, Чарли чувствовал себя незащищенным. «Что это значит, что я чувствую себя менее защищенным без похитителя Алисы?»
  
  «Я просто хотел спросить вас, кто он такой», - сказал Драммонд.
  
  9
  
  - Ага, Большое Яблоко, - сказал Стэнли, допивая пинту лагера Stella. «Город Хеллува».
  
  Его план игры состоял в том, чтобы убаюкивать Леща, который присоединился к ним в маленьком баре в аэропорту, чтобы он поверил, что он и Хэдли были городскими обывателями. Затем заклеймил его упоминанием об одном из беглецов. Реакция Леща могла дать больше информации, чем три часа на полиграфе.
  
  «Знаешь, это забавно», - сказал Хэдли, которого осветили мигающие рождественские огни на проволочном заборе, отделяющем бар от края асфальта. «Я живу там восемнадцать лет и так и не узнал, почему это место называется« Большое яблоко ». Я имею в виду, ни малейшего понятия ".
  
  «Я никогда не видел там яблонь», - добавил Стэнли, и первое, что он сказал до сих пор, было правдой.
  
  «Наверное, полей для гольфа тоже не так много, - сказал Брим.
  
  Стэнли вздохнул. «Я принадлежу к действительно красивому полю для гольфа виртуальной реальности . Однажды утром при одиннадцати градусах в прошлом месяце, когда я играл в цифровую версию двенадцатой лунки гольф-поля Императрицы Жозефины, пар 5, который изгибается вдоль моря, я сказал себе: «Знаешь, это то место, где нужно быть». ”
  
  «Мы также ищем Невис и Сент-Люсию», - сказал Хэдли Bream.
  
  «Нет никакого сравнения». Пилот выпил большую часть пива залпом. «Люди думают, что Карибские острова такие же, пока не приедут сюда». Его лаконичная речь ускорилась. Его губы сжались. И он уперся пяткой в ​​кафельный пол. Все это свидетельствует о нечестности. Но это не сделало его больше, чем реактивным жокеем, надеющимся наладить бизнес, делая вид, что соглашается с потенциальными клиентами.
  
  «Проблема в том, чтобы вернуться в Ньюарк, если мне нужно», - сказал Стэнли.
  
  «По какой-то причине он им нужен постоянно». Хихикая, Хэдли положила теплую руку на предплечье Стэнли.
  
  Лещ поднял свой почти пустой стакан. «Что ж, я надеюсь, у вас будет много рабочих кризисов, которые не наступят, пока вы не наберете полных восемнадцати лет на Императрице Жозефине».
  
  "Какое предварительное уведомление вам требуется?" - спросила его Хэдли.
  
  «Идеальная установка для хвастовства, - подумал Стэнли.
  
  «Мэм, если я еще не забронирован, я как доставка пиццы: я встречу вас в аэропорту через сорок пять минут, или ваш рейс бесплатный».
  
  Стэнли рассмеялся. "Я верю в это. Друг друга очень хорошо отзывается о тебе: Драммонд Кларк ».
  
  Лещ не моргнул. «Ну, тогда я должен мистеру Кларку выпить», - сказал он после паузы. "Как он?"
  
  Пауза показалась Стэнли слишком длинной. «Хорошо, насколько я знаю».
  
  Не было причин позволять пилоту подозревать, что они его раскрыли. Еще нет. Лучше просто немного напугать его и поручить Карибскому бюро Лэнгли разместить группу наблюдения. Стэнли написал дюжину телеграмм перед тем, как отправиться в путь. Теперь казалось, что они того стоили.
  
  10
  
  «Я ВЕРНУЛСЯ НА ОСТРОВ. HAPPY HOUR @ LE SQUASH TOMORROW? » прочтите текст Леща.
  
  Двойным щелчком по клавише T Чарли BirdBook перевел входящее сообщение на «ВСЕ Ясно». Лещ и американская пара ушли.
  
  Чарли предшествовал Драммонду из ангара и по взлетной полосе на таможню, пытаясь проявить себя беззаботно, особенно в отношении компьютерного программного обеспечения для распознавания лиц. Однако он задавался вопросом: разве это не позволит камерам наблюдения в аэропорту не обращать внимания на его поддельные бакенбарды, очки в роговой оправе и светлый парик?
  
  Войдя в маленький терминал, Чарли неспешно осмотрел зону ожидания таможни, кабинет в слишком ярком линолеуме, бледно-зеленая плитка на полу не встречается в природе. Стены представляли собой панели бананового цвета, которые, казалось, вспотели в свете люминесцентных ламп над головой. И, что самое приятное, не было фотоаппаратов.
  
  Садясь рядом с Драммондом, Чарли понял, что его костюм цвета хаки потемнел от пота. Хотя металлический грохот потолочного вентилятора был слышен на полпути через асфальт, он не чувствовал никакого движения в воздухе в пяти футах под его бамбуковыми лопастями. В его голове был лихорадочный монтаж опасных сценариев, которые разыграются, когда его и Драммонда допустят на таможню. В нескольких случаях их снимки из кружки служили заставкой для экрана таможенного агента. То, что они приехали сюда вместе, было просто невозможно. Возраст, указанный в их документах, отличался на несколько лет, но эта пара, введенная в базу данных таможни, была бы кровью для ищущих их акул.
  
  Чарли прошептал: «Помнишь, что ты собираешься сказать, если таможенник спросит, что привело нас на Мартинику?»
  
  "Я так думаю." Драммонд улыбнулся, словно таможеннику. «Я Джон Ларсен из Гринвича, штат Коннектикут, это Ларсен с электронным компьютером, а этот молодой негодяй - Брэд МакДонаф, который работает на меня, когда ему приходит настроение. Я бы сказал, что мы здесь по делам - мы с New England Capital Management, - но даже три дня презентаций PowerPoint на вашем прекрасном острове считаются удовольствием ».
  
  Драммонд ждал ответа воображаемого чиновника, и след беспокойства сжал его рот - именно столько беспокойства проявил бы невиновный человек в этой ситуации, подумал Чарли. Невероятный. Хотя Драммонд был далек от ясности, он мог принять укрытие с виртуозностью королевского шекспировщика.
  
  Драммонд посмотрел на Чарли глазами, полными неуверенности. "Что-то хорошее?"
  
  Дверь таможни со стоном зашевелилась, а затем последовало: «Теперь можете входить». Голос был авторитарным тенором с французским акцентом с намеком на креольский.
  
  Желая, чтобы его колени оставались устойчивыми, Чарли встал и вошел в таможню, которая была похожа на холодильник, скорее из-за крошечных размеров комнаты, чем из-за хриплого кондиционера, забитого в окно. Чарли нашел в холоде силы.
  
  В пространстве преобладала огромная подделка стола Людовика XIV, которая должна была быть четвертой и не стоила затрат на переноску. На боковом столике стоял компьютер почти такого же возраста, как и письменный стол. Дисплей был темным. Если не считать загнутого журнала, рабочий стол был пуст. За столом сидел темнокожий усатый мужчина лет пятидесяти, Морис дю Фронгипанье, судя по плакату. Его жилистые черты лица сохраняли довольное выражение, несмотря на жесткую форму горохового цвета, сотканную из полиэфирного волокна, напоминающего пластик.
  
  « Bonsoir, monsieur », - сказал он Чарли со слишком широкой улыбкой для человека, задержавшегося на поздней смене. «Добро пожаловать на Мартинику».
  
  « Бонсуар. Чарли подошел к столу.
  
  Чиновник быстро осмотрел его и выдвинул ящик, выуживая штамп паспорта и блокнот с чернилами в море порнографических журналов - возможно, причина, по которой он стремился увезти Чарли по дороге.
  
  Дверь снова застонала, когда вошел Драммонд.
  
  Чернильная подушечка с грохотом упала на пол. Глаза Дю Фронгипанье выпучились, как будто он увидел привидение. «Марвин Лессер, ты, должно быть, сошел с ума, приходя сюда», - воскликнул он.
  
  Чарли почувствовал себя так, словно его столкнули со скалы.
  
  Брови Драммонда приподнялись к носу, словно он пытался понять слова чиновника.
  
  Чарли подозревал, что это не притворство. Пытаясь казаться невозмутимым, он сказал таможеннику: «Прошу прощения, сэр, это мой коллега ...»
  
  Обернувшись к Чарли, дю Фронгипанье обвиняюще ткнул пальцем. «У Лессера новый сообщник».
  
  Он бросился к маленькой металлической коробке рядом с телефоном, нажав красную кнопку наверху. Получился глухой щелчок, но наверняка где-то рядом звонил будильник.
  
  С новым приливом страха Чарли сказал: «Сэр, это какая-то ошибка».
  
  «Да, твое».
  
  Дальняя дверь распахнулась, впуская смуглого молодого человека в форме службы безопасности аэропорта. Легко шесть-шесть, у него были массивные плечи и стволы деревьев вместо ног. Если этого было недостаточно, он размахивал черной дубинкой размером почти с бейсбольную биту.
  
  Не проявляя никакого запугивания и, возможно, не подозревая, что запугивание уместно, Драммонд отложил свою ночную сумку и подошел поближе, чтобы взглянуть на дубинку. Он усмехнулся. "Это Луисвилл Слаггер?"
  
  Пожав плечами, охранник взглянул на дубинку.
  
  Правая рука Драммонда превратилась в удар карате, ударив мужчину в нижнюю челюсть с такой силой, что его ботинки оторвались от пола. Он опустился на линолеум и лежал неподвижно.
  
  Сотруднику таможни, который с ужасом смотрел на него, Драммонд сказал: «Когда он придет в себя, передайте, пожалуйста, мои извинения». Повернувшись к Чарли, он добавил: «Это было необходимо, верно?»
  
  "Я не знаю." Чарли предположил, что Марвин Лессер был Драммондом. Или Драммонд когда-то был Марвином Лессером. Этого было достаточно, чтобы дю Фронгипанье почти наверняка отправил их в тюрьму.
  
  Таможенник открыл еще один ящик и вытащил пистолет в пыльной кожаной кобуре. Отвращение, исказившее его лицо, почти не оставляло сомнений в его намерениях.
  
  Ему нужно было расстегнуть кобуру, чтобы вытащить пистолет. Дрожащие руки его замедлили.
  
  "Огни!" - крикнул Чарли, надеясь, что его отец заметил настенную тарелку позади него и поймет.
  
  Не глядя на настенную пластину, Драммонд потянулся за спину и щелкнул выключателем, погрузив комнату в полную темноту, если бы не струйка света с взлетно-посадочной полосы через решетку кондиционера.
  
  Услышав, как Драммонд упал на пол, Чарли сделал то же самое.
  
  В крошечной камере прогремел выстрел, и шлейф пламени показал, что сотрудник таможни держал в двух дрожащих руках большой револьвер.
  
  Пуля пробила стену слева от того места, где стоял Драммонд. Через отверстие светил внешний свет, освещая облако опилок.
  
  Дю Фронгипанье наклонился вперед, оперся локтями на стол, чтобы удержать револьвер, затем нацелился на Чарли. С расстояния менее десяти футов промах казался невозможным.
  
  Брошенная дубинка с тяжелым металлическим лязгом ударила по стволу пистолета, очевидно, поймав пистолетную руку чиновника. Он закричал от боли, когда пистолет выпал из его рук и ударился об пол.
  
  Пока Чарли недоверчиво смотрел, Драммонд выгнал его через дальнюю дверь.
  
  11
  
  Чарли побежал за Драммондом по широкому простору осыпающегося асфальта, покрытому лоскутным одеялом теней и россыпью взлетно-посадочной полосы и огней приборов. В отличие от гигантских реактивных самолетов, кричащих над головами в сторону главного аэропорта, в маленьком административном аэропорту было темно и тихо, настолько тихо, что казалось возможным, что находившиеся без сознания охранник и таможенный служащий были единственными присутствующими людьми.
  
  «Кто такой Марвин Лессер?» - спросил Чарли.
  
  "Как я должен знать?" - защищаясь, сказал Драммонд.
  
  Он не был включен, но его программа уклонения продолжала срабатывать: он дистанцировался от терминала, прижимаясь к забору из колючей проволоки, отделявшему аэропорт от парковочной полосы.
  
  Следом за ним Чарли проделал отверстие в заборе примерно в ста футах впереди, недалеко от офисов чартерной компании. Именно тогда он услышал статичную версию крика дю Фронгипанье: « Il s visent le Parking! Звук исходил из брюк костюма Драммонда.
  
  Удивленный, Драммонд сунул руку в карман, вытащил рацию и странно посмотрел на нее. Его происхождение не было загадкой для Чарли: избавить бессознательного охранника от его устройства связи, вероятно, было второй натурой для пожизненного шпиона.
  
  «Они направляются к стоянке, - сказал Драммонд.
  
  "Кто?" - спросил Чарли.
  
  "Нас." Драммонд включил радио. Он понимал по-французски - кто знал?
  
  «Ну, хорошо, мы можем взять машину», - сказал Чарли. "Верно?" Даже в самый мрачный момент Драммонд мог за секунды открыть ствол зажигания на нижней стороне рулевой колонки, вырвать нужные два из путаницы проводов, соприкоснуться их вместе и оживить двигатель.
  
  Драммонд прижал рацию к уху и передал: «Они послали людей запереть ворота, ведущие на стоянку, и все выходы из аэропорта».
  
  Сирены раздались отчетливым звуком европейских машин скорой помощи.
  
  Пара полицейских машин мчалась от главного терминала. Припаркованные самолеты выскакивали из темноты, то красные, то синие, отражая световые полосы машин.
  
  «Это как бы напрашивается упоминание о том, что самолеты есть повсюду», - крикнул Чарли сквозь хаос. На прошлой неделе Драммонд продемонстрировал, что может летать на вертолете. "Вы можете завести самолет?"
  
  «Просто, как щелкнуть тумблером или двумя. Но я не лицензированный пилот ».
  
  "Что бы ни. Я пройду за штраф ».
  
  «То есть, я почти не умею управлять такими самолетами».
  
  « Сейчас едва ли звучит неплохо».
  
  «Мне… прости, сынок…» Как будто, чтобы скрыть свой стыд, он отвернулся, устремив взгляд на темный переулок между двумя ангарами.
  
  «Как хорошо, - подумал Чарли. На прошлой неделе Драммонд разбил вертолет, когда его сознание резко упало.
  
  Драммонд оживился. "Теперь это идеально!"
  
  Он указал на большой автомобиль, припаркованный в переулке. Он выглядел наполовину пожарной машиной, наполовину буксирным катером или чем-то, что сумасшедший ученый мог создать на автомобильной свалке. Его прямоугольный грузовой отсек вспыхнул оливково-зеленым светом в ярком свете, отбрасываемом третьей полицейской машиной, катящейся по дальней стороне забора.
  
  "Идеально для чего?" - спросил Чарли. «Таранить ворота?»
  
  «Думаю, для этого вам понадобится танк». Драммонд поспешил к машине.
  
  Чарли последовал за ним, думая, что это не было планом выхода: если им удастся запустить бегемота, полицейские машины поймают их за секунды.
  
  Драммонд бросился к передней части машины, имевшей форму носа корабля. Жирные металлические буквы на решетке радиатора провозглашали AMPHIBUS. Чарли предположил, что его использовали для спасения, когда самолеты приземлились в воде, недалеко от взлетно-посадочной полосы.
  
  Драммонд схватился за ручку водительской двери и попытался попасть в кабину. Дверь не двигалась. Чарли прибавил свой вес к длинной ручке. К счастью, скрип петель заглушили сирены.
  
  Драммонд нырнул вверх и приземлился ничком на сиденье водителя. Он перевернулся на спину, залез под панель управления и принялся за дожигатель.
  
  Обычно ему нужно было найти способ вытащить панель. С легким постукиванием этот с грохотом упал на пол. Масса проводов упала ему на лицо. Хотя все они казались черными в темном переулке, он каким-то образом знал, какие два были красными - или, по крайней мере, он казался уверенным, когда соприкасался двумя концами вместе.
  
  Икнул двигатель.
  
  Потом замолчал.
  
  «Может быть, к лучшему, - подумал Чарли.
  
  Патрульная машина подкралась даже ко входу в переулок.
  
  Чарли подавил порыв скрыться из виду. Даже в тени его внезапное движение могло вызвать эффект сигнальной ракеты в периферийном зрении полицейских. То же самое могло бы быть и с контуром человека, прижатого к борту транспортного средства, но «Амфибус» имел дикие выступы из покрышек, спасательных плотов и спасательных устройств. Чарли слился с ней.
  
  Патрульная машина проехала мимо.
  
  Мгновение спустя Драммонд снова попробовал провода, на этот раз нажав на педаль газа ладонью. Двигатель закашлялся, шесть или семь очередей, интервалы между ними уменьшались по продолжительности и заканчивались одним приятным ворчанием.
  
  Драммонд вскарабкался на пассажирскую сторону переднего сиденья, большего, чем большинство кушеток. Чарли вскочил, садясь за руль. Несмотря на очевидную древность машины и кислый запах старой морской воды, кабина сохранилась в первозданном состоянии. Очевидно, «Амфибус» особо не участвовал.
  
  Сидя на краю скамейки, Чарли нужно было потянуться, чтобы удержать рычаг переключения передач и рулевое колесо. «Так ты думаешь, нам стоит попробовать отвлекающую тактику? Или просто выстрелить в воду - если предположить, что это оружие? »
  
  Драммонд ничего не ответил.
  
  Чарли оглянулся и обнаружил, что отец качает головой, словно пытаясь не уснуть. За последнюю неделю экспериментальное лекарство замедлило Драммонда в целом, функцию бета-блокатора бустера белка p25, что привело к ползанию его метаболизма. Кратковременное бегство таможенника, казалось, истощило его.
  
  «Есть мысли, папа?»
  
  Драммонд указал вперед своим предплечьем, которое, казалось, весило сто фунтов.
  
  Сотрудник таможни Морис дю Фронгипанье вышел из-за угла и вышел в переулок, глаза его сверкали яростью, и револьвер был нацелен на Чарли.
  
  12
  
  Таможенник глубоко вздохнул и нажал на спусковой крючок.
  
  Чарли вообразил, что он слышит щелчок сквозь шум сирен. Белая вспышка выстрелов осветила переулок, и отчет заглушил все остальные звуки.
  
  Как и Драммонд, Чарли нырнул не только под линией окна, но и на нескользящий металлический пол, его инстинкты пересилили его осознание того, что даже металлическая обшивка монстра мало защищала от пули, летящей со скоростью, близкой к звуковой.
  
  Пуля пробила лобовое стекло, опутав большую часть окружающего стекла и разорвав осколки по рукам Чарли, которые он использовал, чтобы защитить свою голову. Снаряд продолжил свой путь через виниловое сиденье прямо над головой Драммонда, исчезнув через дверь грузового отсека.
  
  Неровной левой рукой Чарли нажал на сцепление, одновременно включив первую передачу и нажав на педаль акселератора, заставив «Амфибус» покатиться вперед. Он стучал в рог.
  
  Сотрудник таможни подпрыгнул, послав свой следующий выстрел высоко. Он попал в один из прожекторов на крыше автомобиля. Оранжевые осколки стекла отскочили от окна Чарли.
  
  Ободренный зрелищем убегающего с дороги чиновника, Чарли сел так, что оказался на одном уровне с рулем, и нажал на педаль газа. «Амфибус» разгонялся до семи-восьми километров в час.
  
  Драммонд тоже встал, с тяжелыми веками и раздраженным, как будто его грубо разбудили.
  
  "Ты в порядке?" - спросил Чарли.
  
  - проворчал Драммонд. "Почему бы мне не быть?"
  
  "Нет причин."
  
  Когда грузовик достиг конца переулка, что-то ударилось о пассажирскую часть грузового отсека.
  
  «Я этого боялся», - сказал Драммонд, глядя в боковое зеркало.
  
  Посмотрев в зеркало, Чарли увидел, что дю Фронгипанье невероятно цепляется за одно из плавсредств, свисающих с амфибуса.
  
  «Погоди, - сказал Чарли. "Тугой."
  
  Драммонд оперся о панель управления. Чарли нажал на педаль тормоза. Шины с визгом остановились, а шасси и живот Чарли устремились вперед.
  
  Таможенника следовало отбросить на тридцать футов вперед.
  
  Но он держался и, более того, сумел направить револьвер в пассажирское окно и выровнять голову Драммонда в поле зрения.
  
  Чарли снова включил передачу, что стоило дю Фронгипанье прицела. Нажав на педаль газа, Чарли надеялся набрать достаточно скорости, чтобы избавиться от нежелательного пассажира.
  
  Быстрое ускорение не было одной из особенностей «Амфибуса».
  
  Три последовательных выстрела пробили стену позади Чарли и Драммонда. Воздух наполнен частицами поролона для сиденья. Еще более разбитое лобовое стекло упало внутрь, царапая лицо Чарли и застревая в его парике. Выйдя из переулка, он не видел другого выбора, кроме как снова пригнуться и надеяться, что на его пути не будет самолетов или бензовозов.
  
  Прикрыв глаза от продолжающегося притока стекла, Драммонд сел и дернул одним из рычагов под панелью управления. С порывом воздуха понтон улетел от «Амфибуса» - испуганного дю Фронгипанье на борту.
  
  Плавучее устройство ударилось о асфальт, затем изменило курс, и веревка, привязанная к «Амфибусу», защелкнулась на транспортном средстве. Несмотря на неоднократные удары и ожоги асфальта, таможенник не только держался, но и поднял револьвер.
  
  Еще одна яркая дульная вспышка, и пуля пробила стальную дверь, разделявшую кабину и грузовой отсек, рикошетом, словно бешеная пчела.
  
  «Есть ли шанс, что ты сможешь использовать другой рычаг?» - спросил Чарли.
  
  Драммонд просиял. "Да спасибо! Это то, что я пытался вспомнить ».
  
  Он наклонился вперед, дернув другой ручкой.
  
  Красное спасательное кольцо со слабым щелчком отсоединилось и полетело назад, как летающая тарелка.
  
  Это обрезается дю Frongipanier в плечо с уныние Pfft . Но еще достаточно силы, чтобы сбить его с понтона. Он покатился по асфальту, его револьвер подпрыгнул вместе с ним. Прямо в его руку. Остановившись, он снова выстрелил.
  
  Пуля выстрелила на асфальте далеко от двери Чарли. «Амфибус» подпрыгнул, Чарли вместе с ним, ударившись головой об обшивку крыши. "Что за черт?"
  
  - Трава, - сказал Драммонд.
  
  Теперь Чарли увидел это. «Амфибус» пересекал полосу лужайки, параллельную взлетно-посадочной полосе. Мгновение спустя тяжелая машина ударилась о взлетно-посадочную полосу.
  
  Чарли поднял глаза, готовясь к удару с понижающимся Боингом 747.
  
  Небо было пусто, но к «Амфибусу» приближалась тройка полицейских машин.
  
  Чрезвычайно сдержанный или, возможно, просто лишенный паники, Чарли сосредоточился на Карибах, очерченных лунным светом, в миле от взлетно-посадочной полосы. Он попытался повернуть «Амфибус», борясь с силой тяжести за управление колесом. Завыли шины. Стоны и стоны свидетельствовали о том, что машина вот-вот рухнет, превратившись в массу изношенных автомобильных деталей. Он устремился к воде, за исключением цилиндрического резервуара- огнетушителя? - который прорвался через заднюю дверь и отскочил от взлетно-посадочной полосы, оставив за собой кометный след из искр.
  
  Первая полицейская машина слаломала, чтобы избежать столкновения, затем разогналась и приблизилась к кварталу Амфибуса. Две другие полицейские машины отстали от первой, образуя треугольный строй, что намекало Чарли на то, что они намеревались «перевернуть» грузовик или вывести его из строя, ударив по бокам.
  
  Хотя двигатель ревел, как доменная печь, «Амфибус», казалось, разгонялся до семидесяти километров в час.
  
  Полицейские машины приблизились к зоне поражения.
  
  Впереди было полмили.
  
  «Сейчас, наверное, подходящее время, чтобы придумать, как превратить эту штуку в лодку», - сказал Чарли.
  
  Драммонд смотрел через каюту, как будто у Чарли были проблемы с ясностью мысли. «Превратить это в лодку?»
  
  13
  
  Одна из полицейских машин была теперь достаточно близко, чтобы Чарли мог различить усы водителя - традиционная модель Берта Рейнольдса. Он также видел пистолет, который партнер мужчины держал на стекле со стороны пассажира. Подхожу ближе. Варианты были: получить таран, выстрелить, и то и другое, или держаться курса на Карибское море в конце взлетно-посадочной полосы.
  
  «Папа, это же амфибус », - сказал он. «Если мы не сможем заставить его соответствовать своему названию, когда мы достигнем воды» - через несколько секунд - «мы буквально утонем».
  
  "Ах это. Мы всегда могли убрать колеса. Силовая передача переключится с привода колес на привод водометной двигательной установки ». Чарли выдохнул. «Ты был в одной из этих вещей раньше».
  
  «Я не помню. С другой стороны, однажды, еще в начале семидесятых ...
  
  «Как убрать колеса?»
  
  «Толкни это». Драммонд указал на большую кнопку на консоли. Прямо над ней на облупившейся наклейке были изображены шина и изогнутая вверх стрела.
  
  Ближайшая к Драммонду полицейская машина врезалась в его часть «Амфибуса». Чарли почувствовал хруст металла в зубах. Удар с большей силой повалил бы неуклюжий автомобиль на бок.
  
  Его взгляд упал на пятно за окном. Вторая полицейская машина мчалась прямо к его двери. Он сжался с ног до головы в ожидании удара.
  
  Полицейская машина внезапно притормозила и затормозила достаточно близко, чтобы Чарли мог прочитать по губам человека за рулем: « Мерде! ”
  
  Взлетно-посадочная полоса закончилась, и «Амфибус» взлетел в небо, по крайней мере, так казалось.
  
  Мгновение спустя он плюхнулся брюхом в Карибское море. И начал тонуть. Морская вода поднималась над окнами, затемняя внутреннюю часть кабины, за исключением нескольких слабых белых кругов на приборной панели.
  
  Чарли нащупал кнопку, превращавшую его в лодку, нашел ее, как он надеялся, и забил ее.
  
  Колеса стучали внутрь, и бортовые двигатели оживали, доводя воду до кипения.
  
  Корабль снова всплыл на поверхность.
  
  И, что довольно невероятно, поплыл.
  
  Насколько Чарли мог сказать, осталась только одна проблема: «Как нам это сделать?»
  
  «Просто продолжай так делать». Драммонд указал на акселератор, который Чарли все еще прижимал к полу.
  
  Действительно, «Амфибус» продолжал функционировать, отодвигая их от взлетно-посадочной полосы. Но черепашьими темпами.
  
  «Вы уверены насчет реактивного движения?» - спросил Чарли, наблюдая, как копы выскакивают из машин, все с оружием наготове, за исключением последнего человека, у которого было ружье.
  
  «Интересная информация заключается в том, что на разработку технологии транспортных средств-амфибий потребовалось десять миллионов человеко-часов», - сказал Драммонд.
  
  Ружье взревело, и в грузовой отсек вылетел выстрел, образовав дыру размером с кулак в стене позади них и просверлившую в приборной панели. Радио выплюнуло искры.
  
  Еще больше пуль попало в машину, с такой частотой, что звон и перезвон образовали один непрерывный звон. Слишком много пуль вошло в кабину, подняв конфетти из виниловых кусочков с приборной панели вместе с фонтаном искр и превратив оставшееся стекло в гравий. Воздух наполнился соленым туманом.
  
  Присев как можно глубже, Чарли держал руки на акселераторе. Он попытался взять себя в руки, вспомнив, что им с Драммондом удалось сбежать еще хуже.
  
  Если подумать, это уменьшило их шансы на успех снова. «Лучше не думать», - решил он.
  
  «Амфибус» разгонялся до тридцати километров в час, судя по спидометру, сквозь волны.
  
  Град пуль уменьшился до брызг, потом ничего. Шум выстрелов и сирен утих и вскоре был заглушен гулом бортовых двигателей. Чарли почувствовал себя в достаточной безопасности, чтобы подражать Драммонду и снова забраться на скамейку.
  
  Через то, что осталось от окна, он посмотрел на полицейских, стоявших у кромки воды, опустив головы.
  
  "Что теперь?" - спросил Чарли.
  
  Драммонд не ответил, полностью настроенный на французскую болтовню из рации, прижатой к его уху. Через мгновение он сказал: «Они отправляют два катера береговой охраны».
  
  Чарли посмотрел на берег. Аэропорт теперь казался размером с кукольный домик. Помимо двигателей, он слышал только шум волн по корпусу и слабый крик морской птицы. Залитый лунным светом морской пейзаж могло быть использовано Бюро путешествий Мартиники.
  
  «Как насчет того, чтобы выйти и позволить этой штуке продолжать плыть в море, чтобы, когда копы доберутся до нее, на борту никого не будет?» - сказал Чарли. «Мы можем использовать один из спасательных плотов, чтобы вернуться на остров». Он вспомнил то, что сказал Лещ: любой, кто хочет проникнуть на Мартинику, может добраться до миллиона мест на лодке.
  
  «Они также посылают вертолет». Драммонд указал на рацию.
  
  "Супер. С прожектором?
  
  Как он иногда делал, Драммонд массировал себе виски, словно пытаясь нажать кнопку, активировавшую его память. «Извини», - сказал он в заключение.
  
  «Хорошо, а как насчет более простого вопроса о выживании?» В этом отношении, подумал Чарли, торговое мастерство Драммонда практически укоренилось. «Если бы вы были сейчас, гипотетически, беглецом, что бы вы сделали?»
  
  «Плыви к берегу».
  
  «Но они все равно тебя увидят».
  
  «Нет, если бы я плавал под водой».
  
  «По крайней мере, пара миль».
  
  «Что ж, это был бы мой лучший образ действий, если бы я был беглецом».
  
  Далекий крик, который Чарли считал криком морской птицы, стал громче и превратился в вой. Он узнал это. Несущий винт вертолета.
  
  Он схватился за дверную ручку. «Ну, в любом случае, нам нужно убираться отсюда прямо сейчас».
  
  «Сюда», - сказал Драммонд, отпирая дверь грузового отсека.
  
  "Что это меняет?" - спросил Чарли.
  
  Толкнув дверь, Драммонд указал на темный трюм. Свечение консоли очерчивало стены, расцвеченные жилетами, масками, ластами и цилиндрическими резервуарами, подобными тому, который вылетел через заднюю дверь на взлетно-посадочную полосу.
  
  «Я предполагаю, что вы и раньше ныряли с аквалангом с спасательной машины-амфибии», - сказал Чарли, который никогда даже не занимался подводным плаванием.
  
  Драммонд надел гидрокостюм. "Может быть и так."
  
  Через минуту вой ротора превратился в серию хриплых ударов. Лунный свет очертил в ночном небе приближающийся вертолет. Чарли и Драммонд, одетые как водолазы, сидели на краю открытого грузового дверного проема.
  
  «Я человек с ограниченными возможностями, думаю, прийти сюда было бы просто», - эффективно сказал Чарли про себя.
  
  С плеском Драммонд упал назад в море.
  
  Чарли последовал его примеру, погрузившись в воду, которая была теплой, а лучше чернильно-черной.
  
  14
  
  На арендованном невероятно маленьком «пежо» Стэнли и Хэдли мчались в Ле-Труа-Иле, приморскую деревню у побережья, где только что нашли «амфибус».
  
  Под прикрытием в роли состоятельных Атчизонов они поселились в пятизвездочном отеле L'Imperatrice, пережитке объятия яркой роскоши 1960-х годов. В вестибюле доминировал пышный тропический лес, изобилующий трехэтажным коралловым утесом, окутанным люминесцентным туманом - результатом грохочущего водопада и такого же количества прожекторов с фильтрами, как на бродвейской сцене. У пенистого основания водопада была изумрудная лагуна, населенная рыбами, представляющими все оттенки неона.
  
  Стэнли считал отель идеальным местом для шпионских фантазий своей юности, в которой «Ритцы мира» представляли собой повседневное рабочее место. На самом деле такое приспособление было далеко от нормы. Даже в Париже он работал в отелях с почасовой оплатой. Его агенты были не просто людьми, готовыми продать своих соотечественников; они были готовы сделать это за гроши. Не совсем завсегдатаи шикарных мест.
  
  С мелодией Сержа Генсбура в голове он вышел на бамбуковую террасу, которая выходила из вестибюля под открытым небом и выходила на пурпурно-черный залив Фор-де-Франс.
  
  «Хотите увидеть наших кроликов, плавающих на берегу?» - спросил Хэдли, присоединяясь к нему у перил.
  
  Неспособность что-либо сделать расстраивала его. «По крайней мере, мы близки к действию, если оно есть».
  
  Она проверила свой BlackBerry. «Местные власти пришли к выводу, что Драммонд Кларк - международный отмыватель денег и торговец оружием по имени Марвин Лессер. Старое прикрытие, ошибочная идентификация или что-то еще, это работает лучше как предлог для розыска, чем все, что мы могли придумать ».
  
  «Так что же нам теперь делать?» Все казалось предпочтительнее, чем сидеть сложа руки.
  
  Хэдли колебалась, затем спросила: «Как насчет того, чтобы перекусить?»
  
  «Думаю, мы можем следить за заливом».
  
  Ресторан под открытым небом Les Etoiles был освещен в основном свечами и факелами тики, но также, как рекламировалось, звездами, под которыми Бэ де Форт-де-Франс представлял собой мозаику, мерцающую от черного к белому. Стэнли и Хэдли пели серенаду в смокингах того же бирюзового цвета, что и бассейн. Они оба ели коломбо, национальное блюдо Мартиники, рыбное карри с кокосовым молоком, подаваемое с острыми жареными бананами, по цене, вероятно, близкой к доходу на душу населения. Стэнли с радостью ушел бы после салата. Приготовленный к охоте, его тело не нуждалось в еде.
  
  Хэдли поставила свой BlackBerry на стол. "Вы готовы к последнему?"
  
  «Я могу найти время». Он съел вилку рыбы для приличия.
  
  «Наш друг-пилот поехал прямо домой, в свою квартиру на Анс-Митан, примерно в пяти милях отсюда. Он приготовил буррито на ужин в микроволновой печи и у него было, - она ​​взглянула на дисплей BlackBerry, - пять красных полос: мне нужно будет проверить свою кодовую книгу ».
  
  «У тебя получится лучше с этим». Стэнли постучал по меню напитков в кожаном переплете, которое стояло между подсвечником и мельницей для перца. «Red Stripe - пиво, сваренное на Ямайке. Если нашему мальчику было пять, он, вероятно, не собирается водить машину. При любых других обстоятельствах я бы сказал: «Надеюсь, что нет». ”
  
  «В настоящее время он занимается серфингом в Интернете. Ни звонков, ни новых писем, два текстовых сообщения, одно отправлено местной женщине с вопросом, будет ли она завтра в Le Squash на счастливый час, второе от голландки, которая работает в баре в ночном клубе в Форт-де- Франция спросит о его планах сегодня вечером.
  
  «Она хочет забронировать у него« рейс »?»
  
  «Казалось бы, да. Он не ответил ».
  
  «Может, он ждет вестей от двух мужчин».
  
  Со стоном Хэдли пнула Стэнли ногой по голени, как если бы она хорошо его знала. «Эти люди будут знать, что, связавшись с ним по телефону или смс, мы фактически свяжемся с нами».
  
  «Если только это не зашифрованный текст».
  
  "Хорошая точка зрения." Хэдли начал набирать телеграмму.
  
  "Как насчет этого?" - спросил Стэнли. «Знаем ли мы, где он просматривает Интернет?»
  
  «Собственно говоря, да. EBay-автозапчасти ».
  
  «Мы его снимаем?»
  
  «Вы тоже занимаетесь продажей автозапчастей?» Хэдли продолжила есть.
  
  «Когда я был в Алжире, технический специалист МИ-6 перехватил сообщения плохих парней, встроенные в онлайн-объявления об использованной сантехнике. Они использовали алгоритм шифрования, чтобы смешать секретный текст с пикселями фотографий таким образом, чтобы изображения не искажались ».
  
  Она остановилась, прижав вилку ко рту. « Использованная сантехника? ”
  
  «Вы бы когда-нибудь смотрели объявления о продаже бывшей в употреблении сантехники, не говоря уже о том, чтобы покупать бывшую в употреблении сантехнику через Интернет?»
  
  Она улыбнулась. Он откинулся назад и восхищался ею. Никаких действий не требуется.
  
  На протяжении всей трапезы мысли о тайных операциях улетучивались.
  
  15
  
  Черная вода стала фиолетовой. Выход на сушу. Чарли не был уверен, что ему больше понравилось, или тот факт, что ему не нужно было использовать свое ружье в пути.
  
  Они с Драммондом вышли на поверхность примерно в пятидесяти ярдах от уединенного пляжа, сиявшего серебром в лунном свете. На темных и густо заросших лесом холмах сияли, как угли, тысячи огней. Легкий ветерок свистел сквозь пальмовые листья. Чарли думал о своем окружении как о препятствиях на пути к местным властям - которые, несомненно, прочесывали остров - и добраться до прачечной. Связаться с Лещом не было. BirdBook был оставлен в ночной сумке, которую последний раз видели на таможне. Они сбежали из аэропорта, имея при себе только то, что у них было, кошельки и бутылку с таблетками, которую Драммонд всегда держал под рукой.
  
  Чарли выплюнул свой липкий мундштук. «Прошло больше часа с тех пор, как вы подключили автомобиль. Что скажешь, мы найдем еще одну? »
  
  Драммонд поднес мундштук к губам, словно готовый снова погрузиться в воду. "Хорошо."
  
  В ста ярдах вверх по пляжу стояла масса деревянных шезлонгов. «Похоже на отель», - сказал Чарли. "Что вы думаете?"
  
  "Оно делает."
  
  «Как вы думаете, что нам следует делать? Идти к нему? Или прочь? »
  
  "Я не знаю."
  
  "Как насчет этого? Допустим, вы были беглецом, пытающимся сбросить акваланг и украсть машину, чтобы добраться до прачечной в Форт-де-Франс. Вы бы опасались большого отеля, где за нами могла бы следить охрана, или вас волнует многолюдное место, где, вероятно, много других людей с нашим цветом кожи, многие из них уже четвертый или пятый год? зонтичный напиток?
  
  «Ах. В этом случае относительная простота получения одежды и транспортного средства перевесит недостатки, которые в основном будут заключаться в отправленном по факсу предупреждении, которое охранники кладбищенской смены и администраторы, возможно, даже не увидят ».
  
  «Невероятно», - подумал Чарли.
  
  Они подплыли ближе к пляжу, потом пошли по песчаному морскому дну в ластах. Газовые факелы указывали путь к ландшафтным садам перед большим курортным отелем. Когда они подошли еще ближе, в поле зрения появились темные фигуры гостей.
  
  Драммонд сбавил скорость в нескольких ярдах от берега, низко погрузившись в прибой, очевидно, оглядывая окрестности. Когда никого не было в поле зрения, он вышел на пляж, его ласты и ружье были зажаты под мышкой.
  
  Чарли последовал за ним. Песок заканчивался стеной из бамбуковых стеблей высотой от двадцати до тридцати футов, которые у основания были красными, а затем превратились в ярко-зеленый. Драммонд бросил все свое снаряжение, кроме гидрокостюма, посреди них. Это имело смысл для Чарли. Легкие неопреновые костюмы с короткими рукавами и штанинами не совсем неуместны для гостей, прогуливающихся по пляжу.
  
  Без париков, которые они носили в аэропорту, они меньше походили на двух мужчин, которых разыскивали местные власти. С другой стороны, они больше походили на двух мужчин, разыскиваемых властями остального мира. Но интуиция Драммонда, казалось, загорелась. Так что Чарли, не колеблясь, повторял каждое движение своего отца, пока он преследовал его по пляжу к отелю.
  
  Они пересеклись с красивой парой средних лет, которая, по-видимому, уходила с ужина, взявшись за руки, их обручальные кольца и ее бриллиант светились. Смывшись от бутылки вина или просто подышав теплым воздухом, они оба улыбнулись, а жена предложила теплое «Добрый вечер». Ожидая реакции на капающие с акваланга, Чарли смог только кивнуть в знак приветствия, но Драммонд сказал: «Как дела?» как будто ему все равно на свете.
  
  Мужчина и женщина, казалось, не заботились друг о друге, опьяненные друг другом. Когда они проходили, волна зашипела на песке, захлестнув их голени. «Боже, почему мы не переоделись в купальники?» она сказала. «Я очень хочу искупаться».
  
  Чарли заметил бамбуковую хижину в пятидесяти ярдах впереди, между пляжем и бассейном отеля. К травяной крыше хижины под наклоном была прибита вывеска с надписью «СЭНДИ», нарисованная вручную, намеренно небрежная. Вероятно, магазин, в котором продавались масла и лосьоны для загара в три раза дороже, чем гости заплатили бы в городе. Указывая на Драммонда, Чарли сказал: «В этом месте должны быть рубашки и все такое».
  
  «Он закрыт, - сказал Драммонд.
  
  «Я знаю, но я думал, что кто-то, кто умеет заводить электромонтажную машину-амфибию, может открыть хижину».
  
  Хижина оказалась почти такой же надежной, как и хранилище, промышленная версия сборных металлических навесов, продаваемых в магазинах товаров для дома: бамбуковый фасад был приклеен к внешним стенам горячим клеем, синтетическая трава была привязана к крыше. Его дверь и окно запирались на кодовые замки.
  
  «Интересная информация о кодовых замках заключается в том, что у многих есть небольшие замочные скважины на задней стороне», - сказал Драммонд.
  
  Чарли нетерпеливо перевернул замок и заметил крошечную круглую замочную скважину в правом верхнем углу. «Отличная пьеса, папа!»
  
  «Знаете ли вы, что многие люди годами пользуются одним и тем же кодовым замком, даже не замечая замочную скважину, пока вор не сломает ее»?
  
  «Как вор победит?»
  
  Драммонд смотрел на пляж, словно смотрел на красивую картину. «Откуда мне знать?»
  
  «Допустим, вы были бывшим сотрудником ЦРУ по операциям, который прошел пятидневный курс взлома замков, когда вы были на Ферме…»
  
  16
  
  Шок от фактического обнаружения Кларков мог бы сбить с толку Стэнли, если бы Хэдли не схватил его за руку и не увел за травянистый холм на песке, вне поля зрения беглецов.
  
  «Хороший выбор отеля», - сказал он себе под нос.
  
  «В следующий раз, когда мы решим совершить« романтическую прогулку по пляжу », напомни мне попросить разрешения принести с собой пистолет».
  
  У Стэнли был АК-47 и три пистолета в своей квартире в Париже, но он редко брал их с собой на работу, хотя, как и сейчас, они часто могли бы пригодиться. В отличие от агентов ФБР, офицеры ЦРУ не имели при себе огнестрельного оружия - бюрократы обычно отказывали в разрешении, опасаясь, что их сотрудники будут разоблачены как офицеры ЦРУ и, как следствие, будут закрыты.
  
  Антибюрократический купорос обострил чувства Стэнли. Он осмотрел участок пляжа, на котором исчезли Кларки. «Мы должны пойти за ними».
  
  Хэдли открыла сумочку и вытащила свой BlackBerry. «И взять их сами, без оружия?»
  
  «Просто следите за ними. Через минуту или две у них будет совершенно новый гардероб из той пляжной хижины или магазинов в вестибюле. Еще девяносто секунд, и они уже наверстывают упущенное на гостевой стоянке, и никто не поймет, что она исчезла в самое ближайшее время. К тому времени, как наша резервная копия будет мобилизована, кролики превратятся в полмиллиона человек в этих джунглях площадью четыреста квадратных миль ».
  
  «Но они будут знать, что мы следим за ними».
  
  "Я могу жить с этим. Если мы сможем задержать их хотя бы на две минуты, у нас будет полдюжины полицейских машин и вертолет ».
  
  В качестве согласия она пошла обратно в отель, прокручивая меню телефона. «Я позвоню в химчистку». Она имела в виду их резервное подразделение.
  
  Стэнли посмотрел мимо нее на странный шорох бамбука.
  
  Драммонд и Чарли вышли из стеблей всего в нескольких футах от них в новых свежих футболках Hotel L'Imperatrice поверх гидрокостюмов. Они размахивали своего рода пистолетами с четырехфутовым стволом и наконечниками копий, торчащими из дула.
  
  Стэнли получил один-два удара от неожиданности, а затем от ярости. Почему он не учел свои инстинкты и не бросился на преступников, как только увидел их?
  
  «Химчистка Форт-де-Франс», - раздался по BlackBerry голос начальника резервного подразделения с акцентом на янки.
  
  Прижав палец к губам, Чарли протянул толстый лист канцелярских принадлежностей отеля. Острием своего ружья Драммонд направил Стэнли и Хэдли к крупным печатным буквам на канцелярских принадлежностях, хотя намерение Чарли было очевидным.
  
  При свете BlackBerry Хэдли Стэнли прочитал: СЛЕДУЙТЕ ДАННЫМ ИНСТРУКЦИЯМ НЕМЕДЛЕННО, ИЛИ МЫ ВЫСТРЕЛИМ ВАС:
  
  РУКИ ВВЕРХ.
  
  Один из вас, восторженно СКАЗЫВАЕТ: «ПОПРОБУЙТЕ ПОПРОБОВАТЬ В ЛЮБОМ СЛУЧАЕ!»
  
  НИЧЕГО НЕ СКАЗАТЬ.
  
  Подняв руки, Стэнли взглянул на Хэдли в надежде, что у нее есть план получше. Ее руки уже были в воздухе, и, хотя в ночи было трудно сказать, она была бледна.
  
  «В любом случае, пойдем искупаться», - сказала она с таким убедительным энтузиазмом, что Стэнли задумался, не была ли она на самом деле счастлива войти в воду.
  
  Пока Драммонд обыскивал его, Стэнли ждал возможности ударить старым шпионом коленом в пах. Копье, врезанное в его внутреннюю поверхность бедра, заставило его передумать.
  
  Драммонд схватил телефон Стэнли и швырнул его в море. Спутниковый аппарат приводнился и затонул, за ним последовал аппарат Хэдли.
  
  Теперь, когда они были свободны говорить, Чарли посмотрел на Драммонда, который только пожал плечами.
  
  «Все в порядке, я получил это», - сказал ему Чарли, прежде чем повернуться к Хэдли. «Мэм, осторожно бросьте сумочку на песок перед собой».
  
  Дрожа - или, вероятно, притворилась дрожащей - Хэдли для этого потребовались обе руки.
  
  Чарли поднял сумку и просмотрел ее содержимое. «Надеюсь, это не доставит вам особых неудобств, но я собираюсь оставить все это у себя. Увидев, как ваш коллега-государственный служащий Ник Филдинг застрелил Берта Хаттемера с помощью дистанционного пульта дистанционного управления от Lincoln Town Car, я не рискую с помадой и подводкой для глаз ».
  
  Согласно записке, которую прочитал Стэнли, советник по национальной безопасности был убит одним выстрелом 22 калибра. Хотя Стэнли никогда не видел такого устройства, пульт дистанционного управления без ключа мог быть настроен так, чтобы стрелять пулей; В музее в штаб-квартире была целая выставка ручек, зажигалок и даже свиток таммов, стрелявших малокалиберными пулями, большая часть оружия датируется Второй мировой войной. Однако, поскольку судебно-медицинская экспертиза окончательно установила, что Драммонд Кларк выпустил пулю 22 калибра, убившую Хаттемера, либо Чарли не видел стрельбы, либо он был просто хорошим лжецом, и в этом случае он, вероятно, унаследовал эту черту. В свое время, как отмечалось в другой записке ЦРУ, Драммонд Кларк мог убедить полиграфа, что это тостер.
  
  Их внимание привлекли стучащие зубы Хэдли.
  
  Стэнли понял ее намерения. «Все будет хорошо, милая», - сказал он, добавив дрожь в свой голос.
  
  Чарли крепче сжал ружье. «Пожалуйста, прекратите действие. Вы слишком уж подростки на свидании для супружеской пары вашего возраста.
  
  По иронии судьбы, любовь была искренней, подумал Стэнли. По крайней мере, с его стороны.
  
  «Я бы не подумал о тебе, - добавил Чарли, - но пока мы пытались попасть в хижину с припасами, мой отец продолжал оглядываться на пляж. Тебя там не было. И тебя не было в воде. Это означало, что вы нырнули за эту травянистую возвышенность сразу после того, как мы обогнали вас. Зачем тебе это делать? »
  
  Хэдли покраснела. «Мой муж был немного резвым, вот и все».
  
  Чарли покачал головой. «Судя по вашей стадии игры, все знают, что в этих местах просто не стоит копать песок. А еще в химчистку звонили ... Давай! »
  
  Стэнли подумал, что продолжать притворяться глупым было бесполезно. Лучше просто заглохнуть. У командира запасного отряда наверняка были люди в пути.
  
  «Хорошо, Чарли, ты сделал нас, только мы в одной команде с тобой». Стэнли повернулся к Драммонду, который оглянулся, словно сквозь густой туман.
  
  «В таком случае, - сказал Чарли, - прежде чем появятся другие наши« товарищи по команде », вам двоим нужно повернуться и направиться к хижине, держась за руки, как и раньше. И если ты попробуешь что-нибудь, тебя застрелят из ружья, подождите, я должен это квалифицировать: мы попробуем за ногу. Мой отец, вероятно, мог бы расколоть мармелад с расстояния в пятьдесят ярдов. Но я никогда раньше не снимал ни одной из этих вещей, поэтому не могу давать никаких обещаний ».
  
  Стэнли повернулся к хижине и взял Хэдли за руку, холодную и липкую. К сожалению, это не часть действия.
  
  17
  
  Через несколько минут пара села на линолеумный пол хижины, Чарли нацелил на них свое ружье, а Драммонд связал их запястья и лодыжки веревкой для змея.
  
  Чарли подумал, что они выглядели как Супермен и Лоис Лейн через пятнадцать лет после их первой встречи на свидании, пока их дети были дома с няней. Согласно водительским правам их звали Колин и Элеонора Атчисон. Были высоки шансы, что их настоящие имена были чем-то другим. И это были даже деньги, которые они теперь замышляли, чтобы переломить ситуацию.
  
  Боясь привлечь внимание сотрудников службы безопасности отеля, Чарли выключил свет в хижине. Драммонд работал с розовым лучом детского фонарика, миниатюрная гора Пели - сжатие зеленой горы активировало крошечную лампочку внутри красного пика, теоретически имитируя извержение вулкана. Его техника заключалась в том, чтобы тщательно связать ноги пленников вместе в лодыжках, коленях и бедрах, а затем практически мумифицировать их от пояса вверх. Хотя процесс был сложным, Чарли ранее видел, как он выполнял его с той же ловкостью, которую демонстрируют партийные фокусники, превращая воздушные шары в такс. Но теперь, с отяжелевшими веками и опущенной головой, Драммонд запнулся.
  
  Условия не помогали. Когда двери и окна были закрыты, небольшая решетка обеспечивала единственную вентиляцию в хижине, которая была душной и густой от запаха лосьона для загара. По лицу Чарли струился пот, заливая его рубашку. «Как будто его приготовили в кокосовом масле», - подумал он.
  
  Женщина нарушила тяжелое молчание. «Так… ты был в Европе?»
  
  «Я в это не верю», - сказал Драммонд перед тем, как задуматься.
  
  «Разве ты не оттуда только что прилетел?»
  
  «Почти наверняка, - подумал Чарли, -« привидения »получили план полета Леща, в котором Варшава была указана в качестве пункта его отправления, - уловка, основанная на слабых требованиях Польши к документации. Минимальный объем детективной работы с их стороны - и Гштаад сорвется.
  
  Не желая им помогать, Чарли отвернулся, что, как он понял, вероятно, послужило признанием - по его опыту, такие люди, как эти двое, были человеческими детекторами лжи.
  
  «Пожалуйста, постарайтесь понять, что мы на вашей стороне», - сказал мужчина.
  
  «Интересно», - сказал Драммонд, как он часто делал, чтобы не создавать неловкую паузу в разговоре. Он завязал узел на шее мужчины и подошел к женщине.
  
  «Мы можем вам помочь», - сказала она.
  
  Чарли считал, что единственная цель их разговора - отвлечься.
  
  Мужчина вытянул шею, чтобы посмотреть Чарли в глаза. «Мы все хотим разрешения вашего дела, верно?»
  
  На его широком лице была какая-то приветливость, а глаза были полны прямоты, не похожей на уловку. «Лэнгли, должно быть, изобрел новый вид контактных линз, - подумал Чарли. Но на случай, если это действительно был один из хороших парней, он сказал: «Проблема в том, что представление вашей компании о разрешении проблем диаметрально противоположно нашему».
  
  "Я не совсем уверен. Что твое? »
  
  «Жизнь, свобода, стремление к счастью и тому подобное».
  
  «Эти льготы связаны с ответственностью, - сказал мужчина. «В вашем случае, отвечая по обвинению в преступлении, караемом смертной казнью».
  
  Чарли вздохнул. «Вы спрашивали себя, почему у вас уже нет копий, пронизывающих вас? Единственный раз, когда мы когда-либо причиняли кому-либо вред, было в целях самозащиты ».
  
  «А что насчет Хаттемера?»
  
  «Я уверен, что кавалерия проделала большую работу, замусорив сцену нашими отпечатками пальцев, волосами в носу и прочим, но любой, кто считает кавалерию хорошими парнями, должен быть накачан ими».
  
  Мужчина пожал плечами. «Какой у них был мотив убить Хаттемера?»
  
  «Не Берт Хаттемер?» - сказал Драммонд.
  
  Драммонд скрылся с места убийства всего две недели назад, но убийство его друга казалось ему новостью.
  
  «Мы поговорим об этом позже», - сказал Чарли. Теперь они не могли позволить себе отвлекаться. Он повернулся к мужчине. «Их мотивом было заставить его замолчать».
  
  «Интересно», - сказал мужчина с большим энтузиазмом.
  
  «Нам лучше заткнуть им рот сейчас», - сказал Чарли Драммонду.
  
  "Проверять." Драммонд прижал скатанную футболку ко рту мужчины, натянул ее на уши и завязал за головой. Если убийство Хаттемера и оставалось в памяти Драммонда, он не подавал на него никаких признаков.
  
  «Я бы хотела, чтобы вы нам доверяли», - сказала женщина.
  
  «То же самое», - сказал Чарли.
  
  Она улыбнулась. «Пока же моя единственная просьба - не оставлять мои руки так высоко за моей спиной. У одного из моих товарищей-офицеров в Фарафре образовались сгустки крови на обоих плечах всего через час, когда его руки были связаны за деревом ».
  
  Сговорившись, Драммонд ослабила шнурок воздушного змея, позволив ее запястьям упасть даже с ее талией.
  
  Чарли подумал о Фарафре или, по крайней мере, о ее версии с серебряным экраном, с ее многовековыми шпилями из песчаника и финиковыми пальмами на сверкающих египетских песках. Чего бы он не отдал, чтобы однажды поехать туда с Алисой. Как и любой другой город на земле, Фарафра ассоциировался с романтикой, приключениями и…
  
  Это была посторонняя деталь.
  
  "Папа!" он кричал.
  
  Драммонд оторвался от застегивания лодыжек женщины, чтобы увернуться от блестящего шипа, который она взмахнула, как кинжал.
  
  Чарли не осмелился выстрелить из ружья, опасаясь зарезать своего отца. Вместо этого он швырнул ей флакон с солнцезащитным кремом для всей семьи, ударив ее в челюсть. Контейнер безвредно отскочил на пол, но отвлекающий маневр позволил Драммонду отбросить оружие от нее.
  
  Он приземлился в высокую плетеную корзину, полную шлепанцев. Взяв его, Чарли чуть не порезал кончики пальцев об острый, как бритва, край того, что слилось с обручальным кольцом женщины. Давление на подпружиненный алмаз, должно быть, привело к тому, что металлическая полоса развернулась в лезвие. Вероятно, она недавно перерезала веревку на своих запястьях и подождала возможности нанести удар.
  
  Когда Драммонд снова затянул ей запястья и заткнул ей рот, Чарли услышал шаги снаружи. Встав на колени, он выглянул в вентиляционную решетку и увидел двух молодых людей, но только ниже шеи. Он не узнал тел, но нельзя было сомневаться в том, что мускулистые квадратные фигуры бывших военных контрактных агентов были любимцами начальников кадровых служб. Оба мужчины были одеты в рубашки поло, четкие шорты-бермуды и, вероятно, в знак прагматизма по поводу туристического прикрытия, кроссовки, а не сандалии. Они целенаправленно зашагали к пляжу. Через мгновение, даже если они не найдут ничего подозрительного, они бросятся обратно в вестибюль и заблокируют курорт.
  
  «Веселье никогда не прекращается», - сказал Чарли, не обращаясь ни к кому конкретно.
  
  «Готово», - сказал Драммонд, оторвавшись от груды использованных катушек с веревками.
  
  "Хороший. Если здесь нет ничего, что можно было бы использовать для привлечения внимания к себе или для схемы аварийного фонарика, которая могла бы превратить тюбик алоэ вера во взрывчатое вещество, что-нибудь в этом роде? »
  
  Драммонд пожал плечами.
  
  «Что, если бы вы были на их месте?» Чарли помахал пленникам.
  
  «Я бы попытался достать это. ”
  
  Чарли проследил за глазами Драммонда до телефона у кассы. Не видя необходимости рисковать, Чарли вывел телефон из строя, перерезав внешний провод кольцом женщины. В то же время он придумал, как помешать двум поисковикам. К сожалению, его план требовал использования телефона.
  
  18
  
  Во время ускоренного курса шпионажа, который проходил в его последние две недели, Чарли узнал, что спецслужбы Соединенных Штатов и ее союзников имеют компьютеры размером с дом, которые непрерывно перехватывают и анализируют миллиарды телефонных звонков, электронных писем и текстовых сообщений. В одном случае, записанный разговор между двумя террористами по паре детских раций позволил Моссаду задержать крупную партию оружия с Кипра.
  
  Даже в домофоне отеля, предназначенном для Чарли спасательном круге, его голосовой отпечаток поднимет цифровой эквивалент красного флага, одновременно сообщая о его местонахождении - с точностью до пяти футов в радиусе - тем агентствам, которые его ищут. Военизированные штурмовые группы штурмуют отель L'Imperatrice за считанные минуты.
  
  Однако, если все пойдет по плану, через несколько минут Чарли и Драммонд уже уедут из отеля. Но сначала Чарли нужно было добраться до домофона. В сопровождении Драммонда он проскользнул через кусты за запертой хижиной с припасами на пляже. Он остановился недалеко от мощеной террасы у бассейна, в пределах досягаемости кокосового ореха из стекловолокна, установленного на шесте, напоминающей пальму. Внутри кокоса был домашний телефон.
  
  Взяв трубку, он заметил двух молодых людей в рубашках поло и шортах-бермудах, не более чем в тридцати ярдах от них, рыскавших по пляжу, как ищейки. Он замер. И сразу же пожалел об этом - он знал, что его преследователи обучены обнаруживать неестественные движения на своей периферии. Напротив, Драммонд прятался за толстым деревом, никогда не сбавляя шага.
  
  Ни один из молодых людей, похоже, не заметил.
  
  Чарли не мог дотянуться до кокосового ореха из стекловолокна, чтобы схватить трубку, не обнажая своего положения.
  
  Пока он ждал, пока мужчины продолжат спуск по пляжу, прохладный порыв ветра с бухты заставил деревья и кусты шумно раскачиваться. «Вариант стучания возможности», - подумал он. Он медленно потянулся, пока кончики пальцев не выбили трубку из держателя в другую руку.
  
  Мужчины на пляже не смотрели.
  
  Чарли протянул трубку к кокосу, пока округлый наушник не нажал кнопку КОНСЬЕРЖ на клавиатуре телефона. Когда зазвонил телефонный звонок, Чарли взял трубку и, синхронно с развеваемой ветром пальмовой ветвью, удалился в тень между кустами и хижиной.
  
  « Консьерж », - послышался бодрый мужской голос.
  
  «Привет, это мистер Гларгин», - прошептал Чарли. «Мы остановились здесь, в L'Imperatrice, и, ну, мы с моими маленькими дочерьми просто гуляли по пляжу, где, боюсь, мы увидели двух молодых людей, занятых - я действительно не знаю, как это сказать - непристойный поведение."
  
  Через несколько секунд из главного домика появились охранники отеля и осторожно направились к пляжу. Несмотря на то, что Чарли был бы рад остаться и выслушать протесты контрактных агентов, он знал, что каждая секунда может иметь значение, сбежать или нет.
  
  19
  
  Дорога N5 до Фор-де-Франс была не грубо вымощенной однополосной дорогой вдоль полей сахарного тростника, как ожидал Чарли, а гладкой и ультрасовременной дорогой с приподнятыми пандусами, которые вились вокруг, поперек, а иногда и прямо через горные склоны. К счастью, Драммонд избавил сотрудника ЦРУ от ключей от его машины, когда связал его, потому что Чарли счел водить Peugeot достаточно сложной задачей, особенно не отставать от местного трафика, сверкающих автомобилей, чьи пропорции, в отличие от Peugeot, подходили для извилистых поворотов и узкие проходы между каменными стенами. Чтобы пропустить пылающую оранжевую «Микру» - смесь картинга и летающей тарелки - он свернул направо, едва не срезав дверь Драммонда о скалу, которая одновременно служила подпорной стеной.
  
  Найти Фор-де-Франс тоже было проблемой. Хотя шоссе огибало западную границу Форт-де-Франс, из-за темной ночи, слепящих светодиодных рекламных щитов и гигантских выступов скал, которые закрывали обзор, точное местоположение города не было ясным. Только когда начали появляться знаки, указывающие, что Чарли уже проезжал мимо.
  
  «Ты хоть представляешь, куда мы идем?» - спросил он Драммонда.
  
  Нет ответа.
  
  Драммонд скрючился в тесноте переднего пространства для ног, занимая свое обычное место для наблюдения. Каким-то образом ему удалось заснуть.
  
  «Наверное, хорошая идея, - подумал Чарли. Хотя не было никакой корреляции между отдыхом и эпизодами осознанности, отдых обычно обострял способности Драммонда.
  
  В любом случае, как сложно найти большой город?
  
  В надежде пробраться на противоположную сторону N5 и вернуться в сторону Фор-де-Франс, Чарли выстрелил на то, что должно было быть съездом. Он по спирали переместился на пустую парковку у темного шестиэтажного супермаркета. Он проехал по дюжине рядов парковочных счетчиков, прежде чем дойти до съезда, который, как он был уверен, вернет его на противоположную сторону шоссе. Он необъяснимым образом зашел в тупик за неосвещенным складом.
  
  Несколько мгновений спустя, после того, как он отступил и нашел правильный путь на N5, из щели в подпорной стене наконец открылся вид на плотную сеть хорошо освещенных трех- и четырехэтажных зданий в стиле Прекрасной эпохи. Это было так потрясающе, что Чарли чуть не пропустил выход.
  
  Спускаясь по пандусу, он заметил дорожный знак, указывающий на Пуэнт-Симон, район, куда Драммонд велел ему идти, когда они были еще в Швейцарии. Во время серии поворотов налево, чтобы проверить, нет ли наблюдения, Чарли заметил уличные знаки, установленные на стенах угловых зданий. Синие бляшки с белыми буквами, как в Париже. Сами улицы были заполнены шумными бутиками, кафе и барами. Он разбил окно. Благоухающий воздух, чудесно благоухающий свежими ананасами, перекликался с французским стебом и джазом.
  
  Более того, за ними никто не следил. По крайней мере, не на машине.
  
  На улице Джозеф Компере, предполагаемом месте расположения прачечной самообслуживания, город становился все темнее и тише, шикарные бутики уступали место простым рыбным магазинам и рынкам с расписанными вручную вывесками. Городской ритм превратился в одинокий саксофон, играющий блюз, и трафик упал до одной или двух машин на квартал. Среди пешеходов была горстка любителей приключений и, в основном, возвращающихся домой местных жителей.
  
  Странный экран телевизора мерцал сквозь кружевные занавески и дыры в обычных шторах. Сами жилища, почти все трехэтажные многоквартирные дома, были либо старыми и обветшалыми, либо новыми, построенными по дешевке, с видом не на сверкающую Бэ-де-Фламандс в квартале отсюда, а на четырехэтажный муниципальный район, покрытый граффити. Автостоянка. Короче говоря, это были квартиры, жители которых зависели от прачечной самообслуживания. Однако ближе всего к прачечной, которую видел Чарли, была парикмахерская.
  
  Он наклонился и разбудил отца. «Извини, мне нужно, чтобы ты взглянул».
  
  Драммонд попытался избавиться от сонливости.
  
  «Вам это знакомо?» - спросил Чарли.
  
  Драммонд приподнялся на долю дюйма, необходимую, чтобы выглянуть в окно. Он улыбнулся, словно вспоминая.
  
  "Привычный?" - спросил Чарли, имея в виду риторический вопрос.
  
  "Нет. Должно быть? »
  
  «Хотя бы по той простой причине, что мы пролетели четыре тысячи миль, чтобы сходить в прачечную».
  
  «Какая прачечная?»
  
  "Это хороший вопрос."
  
  "Спасибо."
  
  «Как насчет этого, папа? Что, если бы вы были, скажем, оперативным сотрудником ЦРУ, работающим под неофициальным прикрытием, и у вас был фальшивый 10-килотонный атомный боеприпас, спрятанный в стиральной машине, и вам нужно было спрятать его в жилом городском районе. Куда бы вы его положили? »
  
  "Место посадки." Губы Драммонда сжались, словно его раздражало, что Чарли задает такой глупый вопрос.
  
  "Как где?"
  
  «Вот почему вы спрашивали о прачечной?»
  
  "Верно."
  
  «Для операции такого масштаба я мог бы купить существующую прачечную, чтобы использовать ее в качестве прикрытия, или открыть свою».
  
  «Где в идеале вы бы его разместили?»
  
  "Легкий. Место с доступом для грузовика доставки ».
  
  «Рядом с гаражом?»
  
  "Точно."
  
  Чарли доехал до конца улицы с односторонним движением, повернул налево на бульвар Альфасса, снова повернул налево на улицу Франсуа Араго, затем повернул обратно на улицу Жозеф Компере, остановив машину у муниципального гаража, где он остановился. заметил ранее.
  
  Прачечных по-прежнему не видно. Всего лишь квартет трехэтажных жилых домов, окрашенных в повторяющиеся пастельные квадраты и украшенных достаточным количеством архитектурных элементов, чтобы жители не осознавали, что живут в бетонных коробках. Здания были новыми, о чем свидетельствовала свежесть краски и чистая полоса цемента, покрывающая их - без каких-либо пятен или выбоин на тротуарах, которые были повсюду на улице Джозеф Компере.
  
  Чарли широким жестом указал на апартаменты. «Насколько вы готовы поспорить, что там раньше была прачечная?»
  
  Драммонд отреагировал так, будто только что проглотил уксус.
  
  Чарли крутанулся на стуле. "Что случилось?"
  
  «Всегда на пари», - проворчал Драммонд, возвращая Чарли в те годы, когда они вдвоем все еще собирались вместе по большим праздникам, всегда в ресторанах, где они могли поесть менее чем за час, в идеале с телевизионными играми в чашу, чтобы минимизировать время. Драммонд читал лекцию о том, как тратить свою жизнь на лошадей.
  
  Грузовик в форме детской обуви - и не намного больше - промчался мимо, заставив Чарли вернуться на улицу Джозефа Компера.
  
  «Что ж, вы будете счастливы узнать, что теперь я хотел бы стать инженером в Skunk Works», - сказал он Драммонду. «Хотя бы потому, что я буду в Палмдейле, Калифорния, а не в этой дикой погоне за прачечной, неуверенной, переживу ли я ночь».
  
  Драммонд посмотрел на него, словно сквозь туман.
  
  Блюзовый саксофон, дрейфующий по кварталу, предлагал подходящую звуковую дорожку. Музыка исходила из тонкой двухэтажной дыры в стене. На одном из задымленных окон ручным письмом серебристым перышком было написано «Chez Odelette».
  
  Волосы на затылке Чарли встали дыбом. - Твоя фигурка, разве ее не звали Оделетт?
  
  «Милая девочка», - сказал Драммонд.
  
  20
  
  Чарли въехал на «пежо» в гараж, где автомобиль был менее вероятен, чем у обочины возле Chez Odelette. Он нашел место, скрытое от улицы грузовым фургоном. Уберечь себя и Драммонда от обнаружения было более сложной задачей.
  
  «Нам нужно сливаться с другими туристами здесь», - сказал Чарли, надевая фальшивые черепаховые очки для чтения, которые он взял с прилавка в хижине Сэнди на пляже.
  
  Глядя на изображение Чарли в зеркале заднего вида, Драммонд спросил: «С каких это пор ты носишь очки?»
  
  «Потому что они делают меня менее похожим на парня с плакатов о розыске».
  
  Драммонд кивнул. "Интересно."
  
  Чарли узнал почти все, что знал об импровизированной маскировке от Драммонда. Главным из требований старика была громоздкая одежда, скрывающая рост. Во-вторых, люди, пытающиеся избежать внимания, должны быть одеты в другой стиль и цвета, чем когда их видели в последний раз. Соответственно, из своей новой большой сумки Сэнди Чарли достал две хлопковые рубашки-поло, две мешковатые шорты с цветочным принтом, две пары резиновых шлепанцев и две бейсболки.
  
  Шляпы скрывали лица в тени и стягивали волосы, изменяя форму головы, но Драммонд, как правило, избегал их, потому что они вызывали подозрения наблюдателей. На Карибах, однако, молодые люди носили бейсболки очень часто, и Чарли считал, что старик может сойти за молодого человека. Драммонд был в лучшей форме, чем большинство мужчин вдвое моложе, включая нынешнюю компанию. Чарли надеялся, что они двое будут казаться пассажирам проезжающей патрульной машины просто еще одной парой молодых парней из района, обслуживающего эту демографическую группу, в отличие от дуэта молодой парень / пожилой гражданин, на которого власти не обращали внимания.
  
  Выйдя со стоянки на тротуар, Драммонд действительно выглядел намного моложе. Его легкое предчувствие исчезло, его плечи расправились, а грудь, казалось, вздулась. Его походка из вялости превратилась в напыщенную.
  
  Чарли обнаружил, что стоит и изумляется, и ему пришлось побежать трусцой, чтобы наверстать упущенное.
  
  Из передних окон Chez Odelette открывался вид на саксофониста, худощавого туземца с белой бородой. Он стоял на платформе дота, залитый знойно-синим светом, и его тона освещала лицо бармена, смуглой женщины лет тридцати с привлекательными сильными чертами лица.
  
  "Это она?" - спросил Чарли.
  
  "Кто?" - сказал Драммонд.
  
  «Оделетт».
  
  «Откуда мне знать?»
  
  «Господи, - подумал Чарли. «Она единственный человек, который там работает, кроме саксофониста».
  
  «Наверное, это она».
  
  «Это то, о чем я думал. Что, по-твоему, мы выясним? "
  
  Не услышав ответа от Драммонда, Чарли повернулся к нему. Драммонда больше не было рядом с ним. Или где-нибудь в поле зрения.
  
  Как-?
  
  Пара больших смуглых рук схватила Чарли за воротник и толкнула его назад в черный как смоль переулок.
  
  21 год
  
  Переулок был ненамного шире Чарли. На полпути невидимый человек, толкавший его, свистнул, как попугай. Словно в ответ заскрипели петли, и диагональный луч белого света осветил крошащиеся кирпичи. Он исходил от нижней части лестничного пролета, где дверной проем вел в подвал автомобильного магазина.
  
  Мужчина толкнул Чарли вниз по лестнице с такой силой, что сопротивляться в лучшем случае было бессмысленно.
  
  Женщина внутри прошептала: «Вы можете войти».
  
  Как будто у Чарли был выбор.
  
  Его практически перенесли в жаркий застойный подвал, от которого пахло моторным маслом. В тусклом свете пары вспыхивающих люминесцентных ламп была видна грязная комната из шлакоблоков, полная утилизированных деталей - амортизаторов, ремней, шлангов, рулевых колес, колпаков, целых бамперов - либо в городском пейзаже свай, либо втиснутых в пол до пола. потолок ржавый, полки вдоль стен. На минимальной поляне в центре комнаты Драммонд сидел в деревянном офисном кресле. Он кивнул Чарли, не показывая, что ничего необычного произошло. Напротив него за небольшим столом сидела хорошенькая барменша. Она смотрела на Чарли стальными карими глазами.
  
  «Вы Рамирес, да?» - спросила она его.
  
  При регистрации в мотеле на автомагистрали Нью-Джерси, когда он был в бегах пару недель назад, он назвался Рамирес. Стремясь скрыть историю о том, что Кларки были на Мартинике, ЦРУ могло передать это имя местным властям.
  
  - Вообще-то, Макдонаф. У него были паспорт, водительские права и целый кошелек с другими карточками, чтобы поддержать его. «Брэд Макдонаф».
  
  Женщина помахала Драммонду. "Это то, что он сказал." Она говорила со смесью парижского французского, сильного креольского жаргона и еще более сильного скептицизма.
  
  Мускулистый куратор посадил Чарли на стул рядом с Драммондом, затем вернулся к двери, заблокировав единственный выход. Не то чтобы Чарли подумал о побеге сейчас, когда он мельком увидел зверя, особенно после того, как вытащил черный револьвер из кобуры на щиколотке. «Водяной пистолет был бы не менее ненужным», - подумал Чарли.
  
  Женщина кивнула Драммонду. «Он сказал мне, что его зовут Ларсен».
  
  Чарли пожал плечами. «Джон Ларсен, верно».
  
  Мужчина у двери сказал: «Если вы, мехи, хотите поиграть в игры, моя сестра может пойти и потребовать вознаграждение в десять тысяч евро, которое сейчас предлагают копы».
  
  «Мы знаем месье Кларка с детства», - сказала она Чарли.
  
  У Кларка Чарли застыл, затем изо всех сил старался не показать этого. Он посмотрел на Драммонда, который слегка приподнял плечи.
  
  Женщина возмущенно застонала. «Мсье Кларк, вы не можете ожидать, что мы поверим, что вы нас не помните».
  
  Драммонд повернулся на стуле, выдергивая руль из ближайшей кучи автомобильных запчастей, словно очарованный им. «Интересная информация заключается в том, что большинство американских автомобилей гудят в тональности F», - сказал он.
  
  Бармен повернулась к брату. «Эрнет, присмотри за ними, я пойду наверх и позвоню офицеру ДюФуру». Она положила ладони на стол, готовясь подняться.
  
  «Подожди, Оделетт, пожалуйста», - умолял Чарли.
  
  «Ты думаешь, я Оделетт?»
  
  Чарли снова посмотрел на Драммонда, который теперь возился с поясом для вентилятора. Он снова пожал плечами.
  
  «Я собираюсь предположить, что ты не Оделетт», - сказал Чарли женщине.
  
  «Я Матильда. Оделетта была нашей матерью ».
  
  Краем глаза Чарли заметил, как пистолет повернулся в его сторону.
  
  « Маман умерла в октябре», - сказал мужчина, сдерживая эмоции.
  
  Чарли сказал: «Мне очень жаль». За их страдания и, в настоящий момент, за его собственные.
  
  Женщина повернулась к Драммонду. « Маман уважала вас, мсье Кларк. Я не знаю, что вы пытаетесь здесь натянуть ...
  
  «У него болезнь Альцгеймера, - сказал Чарли. «Да, я слышал это», - сказал Драммонд.
  
  Глаза Матильды скептически сузились. «Человек такой молодой, сравнительно. В это трудно поверить ». Она посмотрела на Эрнета, который согласно кивнул.
  
  Чарли хотел спросить его, где он изучал неврологию.
  
  «Болезнь Альцгеймера в его возрасте - редкость, - сказал Чарли. «И это сложно доказать без вскрытия. Неудивительно, что эти старые парни из мафии продолжают использовать защиту Альцгеймера в суде ».
  
  «Нам нужно, чтобы вы доказали нам, что эти обвинения ложны». Матильда открыла листовку полиции Мартиники с фотографиями Чарли и Драммонда, за которыми следовали подробности правонарушений, за которые они разыскивались. Ткнув пальцем в картину с надписью «МАРВИН ЛЕССЕР», она сказала Чарли: «Вы доказываете, что наш старый друг месье Драммонд Кларк не этот вор, и что клуб, который мы назвали данью уважения нашей матери, не был оплачен кровавыми деньгами. . »
  
  «Позвольте мне сначала кое-что спросить?» - сказал Чарли. «Он заплатил за клуб?»
  
  «Да, после закрытия прачечной».
  
  «Значит, там действительно была прачечная?»
  
  «Наша мать проработала там двадцать семь лет», - сказала Матильда. «Месье Ф. снёс его и построил в многоквартирных домах».
  
  Чарли увидел сияющий луч надежды. « Месье Ф? ”
  
  «Филдинг. Дешевый салопард не дал Маман ни сантима выходного пособия.
  
  «Стыдно за то, что с ним случилось», - сказал Эрнет, не имея в виду этого.
  
  «Вы случайно не знаете, что случилось со старыми стиральными и сушильными машинами, которые хранились на складе прачечной?» - спросил Чарли.
  
  Матильда закатила глаза. «Еще один пример дешевизны Филдинга: человек, который тратит три миллиона долларов на бассейн в своем доме, но покупает ли он новую стиральную машину для своего домика у бассейна? Конечно нет. Сам приезжает сюда и утаскивает пыльного старого Перримана на свой остров.
  
  Помня о наведенном на него пистолете, Чарли подавил импульс сжать кулак.
  
  «Мне осталось спросить Бога:« Что случилось со всеми этими ворами? » - сказала Матильда. «Сначала наш отец, затем наш дядя, а затем мсье Ф. Теперь клуб должен платить за« защиту »столько, что Эрнет вынужден уйти из колледжа на семестр». Она посмотрела на Драммонда, который поспешно отложил в сторону блестящую изогнутую хромированную полоску, очевидно, отделку, которая проходила по переднему краю капота автомобиля. «После того, как мсье Филдинг позволил Маман уйти, вы были очень любезны и помогли ей начать новый бизнес. Но если это правда, если вы просто еще один вор, мы ничего от вас не хотим ».
  
  «Кроме награды, - сказал Эрнет.
  
  Матильда отодвинула стул от стола, очевидно, собираясь уйти.
  
  «Я могу объяснить», - сказал Чарли. «Или попробуй».
  
  Матильда осталась на своем месте, не сводя с него глаз.
  
  Кивнув на Драммонда, Чарли сказал Матильде и Эрнету. «Хотите верьте, хотите нет, но он шпион».
  
  Матильда безрадостно улыбнулась. "Нет."
  
  « Иисус Христос. Эрнет вздохнул. Матильде он добавил: «В апелляционной полиции? ”
  
  Она кивнула.
  
  «Я бы хотел показать вам значок ЦРУ или иметь какой-нибудь способ его продемонстрировать», - сказал Чарли. «На самом деле, вот одно: он говорит по-французски».
  
  «Это новости?» - сказала Матильда. «Перриман никогда бы не отправил на остров продавца, не говорящего по-французски. Мсье Кларк и моя мать никогда не говорили по-английски - она ​​не могла ».
  
  Чарли попытался: «Он может подогреть машину ...»
  
  Эрнет сплюнул. «Так он тоже угонщик автомобилей?»
  
  Матильда посмотрела вниз, ее голова, казалось, была взволнована. «Расхититель и отмыватель денег: я могу поверить, что на эти вещи способен наш мсье Кларк. Но мсье Кларк, хитрый продавец бытовой техники, шпион? Я не могу представить себе менее вероятного шпиона в мире ».
  
  Пока Чарли пытался найти другой способ убедить Матильду, мимо его головы пролетел какой-то снаряд. Он повернулся к двери, где пистолет Эрнета с лязгом выпал из его руки и с грохотом упал на пол вместе с металлическим удлинителем выхлопной трубы. Глаза Эрнета округлились от удивления. Матильда тоже.
  
  Драммонд надел еще один кусок выхлопной трубы - или импровизированную стрелу - на изогнутый кусок хрома и резинового ремня вентилятора, который он сделал в виде лука.
  
  «И вы должны увидеть, что он может делать с настоящим оружием», - сказал Чарли.
  
  22
  
  «Хиббетт может помочь», - сказал Эрнет после того, как Чарли заполнил оставшиеся пробелы.
  
  Матильда объяснила, что трастовый фонд Алстона Хиббетта III позволил молодому калифорнийцу навсегда провести отпуск в тропиках и заняться своей страстью - тропическими напитками. В какой-то момент каждую ночь их совокупный эффект заставлял его соскальзывать с привычного барного стула в Chez Odelette. Подсобное помещение с потрепанным диваном стало его вторым домом. В большинстве случаев он не шевелился, пока Матильда или Эрнет не открывали дверь клуба на следующий день.
  
  Сегодня вечером, благодаря четырем снимкам Ягермейстера, по задумке Матильды, Хиббет соскочил со своего барного стула раньше, чем обычно.
  
  Уложив его на диван, Эрнет вышел из подсобного помещения с ключами от малоиспользуемого первого дома Хиббетта на бульваре Альфасса, в нескольких кварталах отсюда, где Чарли и Драммонд могли переночевать.
  
  Эрнет также взял отличительную зелено-золотую бейсболку Хиббетта Oakland A, с которой Чарли мог мгновенно сойти за такого же калифорнийца.
  
  «Также было бы неплохо, если бы вы часто спотыкались», - сказал Эрнет Чарли.
  
  
  Чарли то и дело шатался, пока Драммонд играл Доброго Самаритянина, помогая ему вернуться домой. Они использовали технику Алисы - ступенек через сетку Пуэнт-Саймона. Он превратил двухквартальную прогулку в шесть кварталов, но позволил Чарли проверить отражения в машинах и окнах витрины, чтобы увидеть, идет ли кто-нибудь за ним.
  
  Повернув за угол бульвара Альфасса, Чарли заметил здание Хиббетта, единственное в тропиках кремовое оранжевое, четырехэтажное, отделанное мятно-зеленой краской, с видом на залив Форт-де-Франс. Вверх и вниз по кварталу небольшая толпа врывалась в оживленные клубы и выходила из них. Через дорогу похожий номер извивается вдоль набережной и паромных причалов.
  
  У хорошо освещенного входа Хиббетта Драммонд остановился и посмотрел на звездный свет, играющий на волнах. Стремясь ограничить их воздействие, Чарли поспешно достал ключи и открыл дверь. «Пойдемте, сверху вид еще лучше».
  
  Драммонд остался стоять на тротуаре, сосредоточив свое внимание на небе.
  
  Он что-то обнаружил? Дрон наблюдения? Живот Чарли сжался. "Что это?"
  
  «Интересная информация: Моцарту было всего пять лет, когда он написал музыку для« Twinkle, Twinkle Little Star ». ”
  
  «Интересный - действительно не лучший термин». Потянув за локоть, Чарли провел отца в небольшое фойе, оформленное в современном стиле. Лучше всего то, что это было безлюдно. «Я в 3-А, любезный сэр», - сказал он с ругательством Дина Мартина, на случай, если кто-нибудь слушает.
  
  Когда они достигли лестницы, дверь в 1-C, в нескольких футах слева от них, распахнулась внутрь. На улицу выскочила сильно накрашенная молодая блондинка в атласном платье с глубоким вырезом. Ее вишневые духи поглощали большую часть кислорода в вестибюле.
  
  - Привет, - сказала она, узнавая Чарли и, как он надеялся, приняв его за Хиббетта.
  
  Он схватился за Драммонда, словно чтобы поддержать себя, но на самом деле, чтобы скрыть лицо. «Привет», - ответил он Драммонду в рукав.
  
  Блондинка повернулась, чтобы поблагодарить человека из 1-C, но оказалась перед торопливо закрытой дверью. Мужчина, очевидно, ее клиент, казалось, не хотел встречаться с кем-либо из своих соседей по дому в этот момент. Девушка смущенно покинула здание.
  
  Помогая Чарли подняться по лестнице, Драммонд сказал: «Это было удачно, не так ли?»
  
  «Я думаю», - сказал Чарли, вспомнив старое выражение «наездник»: « Удача никогда не дает; она только дает взаймы .
  
  
  Квартира 3А представляла собой просторный лофт с коллекцией изогнутой мебели из оргстекла, которую с точки зрения функциональности можно было бы более точно назвать искусством. Чарли представил, как Хиббетт купит всю партию, чтобы привлечь на свою сторону продавщицу современного мебельного магазина.
  
  Гостиная подтвердила теорию. Эта комната, вероятно, отражала настоящего Хиббетта: всего лишь один предмет мебели, мягкий черный диван, напоминающий бейсбольную перчатку времен Тая Кобба. Перед ним стоял огромный плазменный телевизор, висящий на стене. На деревянном полу валялись два портативных компьютера, три игровые системы и слишком много игровых картриджей, чтобы их сосчитать. А в углу стоял старинный автомат по продаже бутылок кока-колы, переоборудованный для раздачи банок Red Bull.
  
  «Думаешь, мы здесь в безопасности?» - спросил Чарли Драммонда.
  
  Драммонд погрузился в бейсбольную перчатку. "От чего?"
  
  «Как обычно: быть убитым. Или быть арестованным, а затем убитым ».
  
  Драммонд наслаждался прохладной кожей. «Почему мы снова сюда приехали?»
  
  «Мы решили, что будет слишком бросаться в глаза - грести к острову Филдинга посреди ночи».
  
  "Верно-верно." Драммонд решительно сел. «Итак, мы можем найти устройство».
  
  «Во-первых, нам нужен способ получше, чем гребля».
  
  «Ну…» - подумал Драммонд. Напряжение, казалось, его истощило. Его голова упала на декоративную подушку Oakland Raiders. Его глаза горели разочарованием. «Мне очень жаль, Чарльз ...»
  
  «Вы не забыли принять лекарство?»
  
  - Конечно, - возмущенно сказал Драммонд.
  
  "Что объясняет его."
  
  Драммонд должен был принять таблетку перед сном, и он сделал это с надежностью швейцарского поезда. Неизменно следовала сонливость. Драммонд зевнул. «Что вам нужно было узнать снова?»
  
  «Как добраться до острова Филдинга».
  
  "О верно. Знаешь, кто может знать? »
  
  "Нет. Кто?"
  
  «Дети Оделетты».
  
  «Матильда и Эрнет?»
  
  "Сколько у нее детей?"
  
  «Не знаю, - сказал Чарли. Он понял, что и его отец тоже, по крайней мере, сейчас. «Я подумал, что было бы лучше не рассказывать им, чем мы занимаемся».
  
  «Звучит правильно».
  
  «Так есть идеи, как оттуда выбраться?»
  
  "Где?"
  
  «Остров, где живет Филдинг. Или, я бы сказал, жил.
  
  «Ах да, да. Я не знаю." Драммонд растянулся на софе.
  
  Чарли поспешил извлечь выгоду из последних мгновений сознания своего отца. «Что, если какая-то другая организация выяснит, что Филдинг делает со стиральными машинами, а затем попытается штурмовать остров?»
  
  «У них будут проблемы. Полицейские патрульные катера открыли по ним огонь, как только они приблизились к миле. И там тоже есть вооруженная охрана. По замыслу, все боятся выходить на улицу ".
  
  «Дай угадаю? Шеф полиции получил коробку с деньгами? »
  
  «Кольца». Драммонд изучал пустой плазменный телевизор, как будто он играл в триллер.
  
  "Коробка колец?"
  
  "Звонит в колокол." - сказал Драммонд, опустив веки. «Это фигура речи».
  
  «Папа, что звонит в колокольчик? Пожалуйста, мы должны как-нибудь выбраться отсюда ».
  
  Драммонд открыл глаза. «Мы подарили милиции пулеметы тридцати калибров. Что бы вы ни делали, не пытайтесь попасть на этот остров ».
  
  - Но… - Чарли замолчал. Драммонд отсутствовал.
  
  Может, к лучшему. Остальным был его Red Bull. Чарли может повторить попытку через несколько часов.
  
  Теперь, стараясь не шуметь, Чарли сел на пол и нажал пробел на одном из ноутбуков, оживив компьютер и высветив его изображение на плазменном экране. Система уже была открыта для Интернета - сайта, на котором продаются столы для аэрохоккея с оплатой монетами.
  
  Чарли обсуждал вопрос о том, чтобы ввести в поисковую систему всего лишь FIELDING, не говоря уже о том, КАК ТАКЖЕ ДОСТУПИТЬ НА ЧАСТНЫЙ ОСТРОВ Ника Филдинга. Что, если бы ЦРУ запрограммировало свои компьютеры размером с дом на включение сигнализации, если бы кто-нибудь это сделал? Разве местоположение этого человека не отобразится сразу на экранах компьютеров агентства, сотовых телефонах или наручных наручных часах?
  
  Чарли был готов сделать ставку, чтобы этого не случилось. Прикрытие Филдинга как лихого и яркого охотника за пиратским золотом сделало его всемирной знаменитостью. Команды его водолазов все еще прочесывали Карибское море в поисках затонувшего корабля с легендарным сокровищем Сан-Исидро. Приспешники Чарли, которые считали охоту за сокровищами высшей формой азартной игры, следили за экспедицией Сан-Исидро с той же самоотдачей, с какой другие люди следили за спортивными командами. На самом деле, по словам Алисы, сокровище Сан-Исидро было морским эквивалентом городской легенды.
  
  Думая о ней, Чарли впервые подумал, что выражение «скучать по кому-то как сумасшедший» не было полностью преувеличением.
  
  Щелкнув поисковую систему, он ввел то, что считал относительно безобидным FIELDING ISLAND MARTINIQUE. На экране появилось 10 из 871 222 результатов, первым из которых была компьютерная карта частного острова Филдинга, Илет Серон, расположенного в нескольких милях к северо-западу от Форт-де-Франс.
  
  Чарли сделал выбор в пользу спутникового снимка острова. Он уставился на пятиугольный бассейн, такой большой, что его, вероятно, было видно из космоса без помощи спутников. Он также различил шиферную крышу обширного замка и что-то вроде стены вокруг всего острова, увенчанной бушелями колючей проволоки.
  
  Его взгляд упал на автоматически сгенерированные поисковой системой рекламные объявления, все, кроме одного, из интернет-магазинов, продающих копии золотых дублонов и пиратскую добычу. Исключение составило объявление о недвижимости в замке на тридцать комнат на Илет-Серон. Объявление было размещено в Pointe du Bout, Мартиника, в офисе Caribbean Realty Solutions.
  
  Чарли надеялся, что компания найдет для него решение.
  
  23
  
  Отель Caribbean Realty Solutions расположен на первом этаже трехэтажного мандаринового здания в французском колониальном стиле на фешенебельной, но причудливой главной улице Пуэнт-дю-Бут. Его широкое переднее окно заполнилось яркими цветными фотографиями лучших объектов недвижимости. «Приманка», - так назвали эти картинки риэлторы. «Рыба» часто останавливалась и задерживалась с открытым ртом. Фрэнк ДеСото, одиннадцатилетний ветеран игры с недвижимостью, сидел за стойкой регистрации, наблюдая за двумя такими перспективными уловами, когда мужчины в дорогих рубашках поло и шортах-бермудах переходили улицу. Не взглянув на приманку, они вошли в агентство.
  
  «Потрясающе», - подумал ДеСото. Они знают, чего хотят.
  
  Наполненный восторгом, который испытывает рыбак при буксировке своей лески, ДеСото проверил свой шиньон и дыхание за пять секунд.
  
  Мужчины подошли к столу. Достигнув надлежащего баланса между уважением и социальным равенством, ДеСото спросил: «Что я могу для вас сделать?»
  
  Младший из двух мужчин, который выглядел достаточно богатым, сказал: «Мы заинтересованы в том, чтобы осмотреть собственность на острове Серон».
  
  Волнение ДеСото испарилось, хотя он продолжал улыбаться. Скорее всего, эти люди были GCs-gate-crashers, из низшей лиги искателей острых ощущений, чья идея острых ощущений блуждала по собственности, которую они не могли себе позволить.
  
  Однако GC обычно были парами и, как правило, одевались так, как будто только что сошли с яхты. Как и настоящие богачи, в этом дуэте комфорт превыше внешнего вида. Ключом была их обувь. Молодой человек носил характерную форму лодки Bettanin amp; Лоферы Вентури, ручная работа в Италии. И он носил их без носков, как будто его не заботило, пали они жертвами пота, песка или соленой воды. Другой мужчина, хотя по крайней мере на двадцать лет старше ДеСото, носил пару оранжевых крокодилов Day-Glo - пляжных сабо из неопрена с завышенной ценой, которые нравились маленьким детям. Людей старше восьми лет, носящих детские сабо, не волновало, что думают другие. Он был загружен, подозревал ДеСото.
  
  Он решил узнать наверняка. «Я хотел бы поделиться с вами Илет Серон», - сказал он, протягивая руку и тряся своими восемнадцатью каратными золотыми часами Rolex. «Я Франклин ДеСото».
  
  Хватка молодого человека была твердой, и его глаза не дрогнули. «Брэд МакДонаф, - сказал он. Затем он склонил голову к пожилому мужчине, который парил у входа. «А это мистер Ларсен».
  
  Ларсен шагнул вперед, натыкаясь на своего молодого товарища без извинений. Он вложил свою руку в руку ДеСото и позволил риэлтору сделать работу. « Джон Ларсен», - сказал он, как будто это был какой-то секрет.
  
  «Рад познакомиться», - сказал ДеСото. «Это мой первый медленный день после Дня благодарения». Если бы только . «Я могу отвезти тебя на остров сегодня утром, если хочешь».
  
  Макдонаф посмотрел на старого Ларсена, который кивнул, хотя и неохотно. Может, он предпочел бы сначала вздремнуть. Или Кровавая Мэри.
  
  «У агентства есть лишь незначительные требования к безопасности», - сказал ДеСото. «Мне нужно, чтобы мой помощник сделал ксерокопии ваших паспортов или водительских прав. Затем я могу позвонить на причал и попросить Марселя подготовить катер ».
  
  
  Получив лицензию, ДеСото подошел к копировальному аппарату в задней комнате, по пути взглянув на свой BlackBerry. Обычное хвастовство коллег. Беттина Лудингтон показывала старое поместье Делакорте старшему партнеру Goldman Sachs. ДеСото ответил неискренним пожеланием удачи и, кстати, показываю церон паре китов .
  
  Но были ли они на самом деле китами?
  
  Выдержав у фотокопировального аппарата несколько минут дольше, чем необходимо, ДеСото использовал множество интернет-инструментов для поиска профессий своих потенциальных клиентов, владений недвижимостью и кредитных историй; Риэлторы были так же искусны, как и частные детективы, в получении информации, и, по необходимости, они были быстрее. Если раскопки ДеСото показали, что его люди на самом деле были китами, он немедленно выложил бы пятьдесят евро, чтобы арендовать Riva Aquarama, старинную малолитражку из красного дерева, известную попеременно как морскую версию Ferrari и морскую Страдивари. Если он обнаружит, что это планктон, избавиться от них будет простым вопросом, запросив факс в банке, в котором будет указано, что у них есть финансовые средства для закрытия такой дорогой собственности. Планктон обычно заявлял, что им нужно возвращаться в свои отели, чтобы получить банковскую информацию. Неизменно их больше никогда не видели.
  
  Оказалось, что Ларсен был генеральным директором New England Capital Management, LLC, о которой ДеСото не смог найти полезной информации. Он надеялся, что это один из тех сверхдискретных хедж-фондов. Адрес Ларсена был 259 Cherry Valley Lane в Гринвиче, Коннектикут. ДеСото знал, что Гринвич - это пригород Манхэттена, где два миллиона купили дом в той части города, где раньше жили прислуга. Улица Черри-Вэлли располагалась в густо заросшей лесом «Бэк-Кантри» Гринвича. Согласно веб-сайту, который произвел мгновенную оценку, собственность площадью восемь акров стоила 10,5 миллиона долларов.
  
  Макдонаф жил по другую сторону пресловутых троп Гринвича в переоборудованном сарае за 3,2 миллиона долларов. Он появился на компьютере ДеСото как владелец соседней чистокровной фермы Макдоно, чей веб-сайт предлагал только самую элементарную информацию. Как и в хороших ресторанах и колледжах, успешным коневодам не нужно было рекламировать.
  
  ДеСото решил, что для этого достаточно.
  
  В худшем случае у него всегда была «Беретта».
  
  24
  
  Это было ясное утро, на берегу залива Бэ-де-Фор-де-Франс с яркими цветущими спинакерами. Небольшой катер Riva Aquarama плыл по волнам на волнующей скорости в сорок узлов, его хромированная отделка сверкала. Просто поднявшись на борт культового корабля, Чарли почувствовал себя кинозвездой.
  
  На следующем сиденье, усиливая иллюзию, ДеСото одной рукой управлял лодкой, а в другой держал термос с эспрессо. Конечно, его загар был слишком оранжевым, его зубы были слишком белыми, а его волосы были слишком искусственными, но когда Чарли прищурился от солнечного света от воды, агент по недвижимости принял Кэри Гранта.
  
  Чарли, возможно, понравился бы этот опыт, если бы впереди не подпрыгивал полицейский катер и чудовищный черный пулемет тридцати калибров, установленный на его носовой части. Если полицейские взглянут на «Риву» в бинокль и узнают беглеца Марвина Лессера или если в лесу инструментов, вырастающих из рубки катера, будет камера с программным обеспечением для распознавания лиц, Чарли попадет в камеру. Тогда дела пошли бы плохо.
  
  Драммонд лежал позади Чарли и ДеСото на солнечной палубе, его черные волосы, недавно обработанные Clairol, развевались на корме; Чарли сам стал «Золотым сиянием». Летаргия Драммонда была настоящей, побочным эффектом его лекарства. Чарли подумал, что сопутствующая эксцентричность добавила немного правдоподобия его роли человека, не желающего расставаться с двадцатью восемью миллионами своих с трудом заработанных долларов.
  
  «Так что вы думаете об императрице Жозефине?» - спросил ДеСото.
  
  Обеспокоенный полицейскими, Чарли изо всех сил пытался найти ответ. «Потрясающее поле для гольфа, недооцененная императрица».
  
  ДеСото рассмеялся так, как мог только тот, кто надеялся продать недвижимость за 28 миллионов долларов.
  
  Чарли смотрел, как полицейский у пулемета поднимает шею, чтобы поговорить с пилотом. Не сводя глаз с «Ривы», пилот потянулся к пульту управления. Вода начала мыться вокруг кормы катера, и, конечно же, судно пошло по курсу, чтобы перехватить малолитражку.
  
  Не терпящий перерывов в разговоре, ДеСото сказал: «Я всегда говорю, что гольф - единственная игра, в которой нужно стремиться к некачественным результатам».
  
  Чарли притворился смехом. И спросил себя, почему они с Драммондом просто не зафрахтовали лодку для дайвинга, не отвезли ее в милю от острова Филдинга, а затем проплыли остальную часть пути под водой. Любой, кто видел мультфильм в субботу утром, знал, что это правильный путь.
  
  Он потянулся назад и вытащил Драммонда из его сна. «Послушайте, мистер Ларсен, полицейский катер с пулеметом тридцати калибров». Он надеялся, что напоминание о подарке полиции, если не о неминуемой опасности, которую он представляет, воодушевит его отца.
  
  Драммонд поднял глаза. «О, - сказал он. Снова устроившись поудобнее, он закрыл глаза.
  
  Полицейский катер с пыхтением приблизился к сотне ярдов.
  
  ДеСото заглушил двигатели, заставив малолитражку буксовать. Казалось, его единственной заботой была внешность, которую он проверил на панели управления. «В отличие от многих других Карибских островов, здесь, на Мартинике, вам не придется беспокоиться о преступности», - сказал он. «Полиция не упускает ни одной уловки».
  
  «Рад это слышать, - сказал Чарли. Если бы он мог схватить термос ДеСото, он мог бы бросить его дымящееся содержимое в полицейского на палубе и получить контроль над пулеметом.
  
  Катер остановился, двигаясь параллельно «Риве». И пулеметчик, и пилот были молодыми мартиниканцами с мускулами, напоминавшими их темно-синюю униформу.
  
  « Ca va, месье ДеСото? - спросил пилот.
  
  « Ca va, Sergent Francois» , - сказал ДеСото, на его французском языке был виден маленький Нью-Джерси. Он вытащил конверт из нагрудного кармана и протянул его пилоту через полосу шириной три фута. « Ca va? ”
  
  « Ca va. Сунув конверт в нагрудный карман, полицейский резко отсалютовал и вернулся к штурвалу.
  
  Затем ДеСото нажал на газ, и Riva отключилась. «Плата», - объяснил он Чарли.
  
  Чарли не почувствовал облегчения. Если опыт был любым учителем, это был не последний, что они видели в полицейском катере.
  
  «Итак, каково ваше первое впечатление?» - спросил ДеСото.
  
  «Это зависит от того, сколько будет взиматься плата».
  
  Смеясь, агент по недвижимости указал на массу земли, вырисовывающуюся перед ними, как низко раскинувшуюся грозу. По мере приближения он становился зеленее и превращался в живописные раскидистые луга.
  
  «Первоначально Илет Серон был домом для завода по производству рома». ДеСото помахал рукой развалинам длинного склада, покрытым мхом. «Это была фабрика».
  
  «О, хорошо, я волновался, что это замок», - сказал Чарли.
  
  С хохотом ДеСото обвел лодку вдоль берега, в результате чего они оказались в небольшой бухте. Длинный, поседевший от непогоды пирс оканчивается великолепным пляжем.
  
  Чтобы связать Riva, нужно было получить допуск. ДеСото притормозил у сторожевого поста, напоминающего тюремную сторожевую башню. Наверху, в небольшом разворотном домике, стоял человек, тени скрывали его лицо, но не ствол пулемета.
  
  «Почему здесь охранники?» - тихо спросил Чарли ДеСото.
  
  «Продавца беспокоят мародеры».
  
  Конечно, это был лучший ответ, чем сотрудники службы безопасности, оставленные в надежде помешать кому-либо получить бомбу, замаскированную под стиральную машину . Однако Чарли подозревал, что так оно и было.
  
  "Кто продавец?" он спросил.
  
  «Я должен был упомянуть об этом раньше», - сказал ДеСото. "Мистер. У Филдинга не было ни супружеского партнера, ни потомков. Его ближайший из ныне живущих родственников - дядя в Штатах, который хочет все разгрузить и собрать выручку как можно скорее ». Он кивнул Драммонду, теперь спящему на животе. «С его точки зрения, идеальный продавец».
  
  Чарли предположил, что дядя в Штатах на самом деле был не кем иным, как дядей Сэмом. Без Филдинга ЦРУ, вероятно, стремилось развернуть здесь свою операцию. Чарли надеялся, что на острове нет нового персонала, который узнал бы его и Драммонда. По словам Алисы, сотрудники Филдинга понятия не имели, что он шпион. Фактически, чтобы добавить к его криминальному прикрытию, кавалерия наняла тяжеловесов из колумбийского наркокартеля Букага.
  
  Охранник ступил на квадратную площадку, окружавшую развязку. Он был высоким латиноамериканцем телосложения греческой статуи. Он посмотрел в бинокль. К счастью, лицо Драммонда было прижато к мягкой террасе.
  
  Сверкнув зубастой улыбкой, охранник махнул «Ривой» вперед.
  
  25
  
  «Похоже, у нас было на одну маргариту слишком много, а потом еще три или четыре», - сказала Хэдли, как только Кайл ослабил кляп. «Что касается нашей подруги, которая оставила нас здесь привязанными вот так, я не думаю, что есть какое-либо земное объяснение ее поведению».
  
  «Бывает, - сказал Кайл, любезный директор по водным видам спорта.
  
  Стэнли надеялся, что Кайл искренен, или, по крайней мере, любое любопытство, которое питает стойкий австралиец, не пойдет дальше военных историй, которыми сотрудники делятся в счастливый час. Несмотря на то, что ему было двадцать семь или двадцать восемь лет, он, вероятно, видел свою долю странностей на маршрутах курортов. Конечно, он никогда не открывал магазин, чтобы найти пару связанных и с кляпом во рту. Тем не менее, он не выказал ни удивления, кроме естественного шока открытия, ни каких-либо опасений после того, как выслушал рассказ Хэдли. Он только спросил: «Ребята, вы хотите, чтобы Powerade работал с электролитом?»
  
  «Это было бы замечательно», - сказал Хэдли. «Все, что угодно, кроме маргариты».
  
  «Маргарита на самом деле может быть не такой уж и плохой идеей». Кайл посмотрел на Стэнли. «Ты выглядишь так, будто можешь выдержать собачью шерсть, приятель».
  
  Стэнли решил исключить рекомендацию Кайла из отчета, который он напишет Эскриджу, который никогда не был в поле и у него было бы достаточно проблем с перевариванием остальной части событий в отеле L'Imperatrice.
  
  Вернувшись в номер в отеле, Стэнли сел за стол на колесиках. Заглушив открытку с видом на Карибское море через окно балкона, он четыре раза подряд быстро щелкнул безликую область экрана своего компьютера, открыв новый бланк кабеля. Он заполнил его подробным отчетом за последние пятнадцать часов. Если злоумышленники перехватят передачу, они увидят только электронное письмо от Колина Атчисона его секретарше с просьбой позвонить другому фиктивному человеку и перенести утренний раунд игры в гольф.
  
  Затем Стэнли предпринял следующие шаги: РАЗРЕШЕНИЕ НА ПРОВЕРКУ. ЦЕЛЬ: ДЕБРИФ КАРТАЖ
  
  Он слышал, как Хэдли выключила душ. Он не слышал ее приближения. Ворсовый ковер был таким толстым, что она могла бы долго прыгнуть в спальню, и он не был бы мудрее, если бы не приятный аромат меда и лаванды. Он не обернулся, в основном, чтобы не таращиться, пока не почувствовал, что она стоит всего в нескольких дюймах от его спины.
  
  « Открытое действие? " она сказала. «Другими словами, мы звоним в Карфаген и говорим:« На самом деле, мистер Брим, мы профессиональные шпионы ЦРУ ». ”
  
  «Взломать укрытие - это самый целесообразный способ, о котором я могу думать», - сказал Стэнли.
  
  «Почему пара привидений-призраков с опытом обмана его - люди, лучше всего способные узнать от него правду?»
  
  «Потому что мы лучше всего сможем убедить его, что в противном случае он будет в глубоком кимчи».
  
  Она села в ближайший угол кровати, скрестив бедро одной светящейся танцовщицы над другой. «Я знаю действительно хороший способ, который не оставит никаких следов», - сказала она с энтузиазмом, который превратил ее в восприятии Стэнли из чувственной женщины во что-то более темное и холодное.
  
  Он уже был обеспокоен тем, что она прошлой ночью поспешила порезать яремную вену Драммонда своим кольцом с выкидным лезвием, которое наверняка пригодилось бы после того, как они были связаны. Несмотря на их послужной список, очевидно, что Кларки не были склонны к убийствам. Драммонду было бы целесообразнее задушить их, чем связать. Также утверждение Чарли о том, что они действовали в порядке самообороны, казалось неуместным.
  
  Стэнли подумал, есть ли у Хэдли собственные планы.
  
  26 год
  
  ДеСото был на Илет Серон дважды раньше, сначала чтобы лично осмотреть недвижимость, а затем показать ее паре из Дубая, которая в конечном итоге купила листинг Беттины Лудингтон, итальянский особняк без бизнеса на французском острове. Оба раза здесь, когда он поднимался от пирса по раздавленной дорожке из ракушек, он резко останавливался, когда показался замок. Строение было захватывающим.
  
  Теперь, когда появился его фасад из известняка, капризный Ларсен даже не остановился. Если бы ДеСото не знал лучше, он бы подумал, что старик уже видел это место.
  
  Макдонаф сбавил обороты, но только для того, чтобы Десото догнал его.
  
  - Вау, - воскликнул Макдонаф.
  
  После одиннадцати лет суеты, ДеСото знал, вау, как ювелир разбирается в бриллиантах. У ребенка был чистый цирконий. Возможно, ему не хватало образования. Новые деньги часто не стремились выйти за рамки McMansion с лишними башнями, их чувствительность формировалась Дональдом Трампом.
  
  К счастью, таких клиентов еще можно было обучить. «Отель Le Chateau d'Ilet Ceron известен тем, что идеально отражает период архитектурного перехода от рококо середины восемнадцатого века к более изысканному неоклассическому стилю», - сказал ДеСото. «Как выразился Architectural Digest :« Дворцовый фасад из известняка завораживает вновь прибывших своими высокими коринфскими пилястрами и отдельными колоннами, в то же время учитывая простоту, чтобы извлечь выгоду из солнечного света, отражающегося от проходящих волн ». ”
  
  Макдонаф остановился у мраморной лестницы, ведущей ко входу. «Ослепительно», - согласился он. Ларсен осмотрел фасад и был поражен не больше, чем если бы он был двухуровневым в Шебойгане.
  
  Молодая горничная распахнула одну из монолитных французских дверей с медным фасадом. Вместо приветствия старик кивнул. Он выстрелил внутрь прежде, чем она успела открыть вторую дверь. Макдонаф поспешил за ним.
  
  Большой зал для приемов походил на каток из мрамора. Слоновидные колонны поддерживали позолоченный и невероятно высокий потолок, раскрашенное солнце и облака были достаточно реалистичными, чтобы их можно было принять за вид из окна в крыше.
  
  «ДюВаль, один из величайших реалистов», - начал ДеСото, указывая на работу.
  
  Но его клиенты уже направлялись в логово.
  
  Риэлтор должен был предшествовать своим клиентам, но эти двое были кровавыми скакунами. ДеСото бросился в погоню. Гринвич, напомнил он себе, был спальным районом Нью-Йорка. Жители Нью-Йорка бросились даже через чизкейк.
  
  Если логово было логовом, то Белый дом был просто домом. Гигантская комната все еще была меблирована, включая диваны, шезлонги и диваны времен Людовика XIV, отреставрированные и переоборудованные, намного превосходящие стандарты Версаля. Лучше всего была дальняя стена, которая выходила на золотой пляж.
  
  "Мистер. «Филдинг импортировал песок с венесуэльского полуострова Пария», - сказал ДеСото.
  
  Слишком поздно. Клиенты вышли за дальнюю дверь.
  
  Он старался не отставать, крича им вслед: «На нижнем уровне находится старомодная бильярдная, а также таверна с настоящим викторианским баром из красного дерева. Здесь также есть корт для сквоша, тренажерный зал, мраморная паровая баня, напоминающая древнюю римскую баню, и игровая комната с достаточным количеством аркадных игр, чтобы внуки были заняты на все выходные ».
  
  Ларсен и Макдонаф уступили нижнему уровню, наверное, минуту перед тем, как выйти на террасу у бассейна. Вытирая лоб тряпкой, ДеСото возобновил погоню.
  
  Макдонаф остановился и стал ждать его. Хотя волны и ветер сделали такую ​​осторожность излишней, молодой человек сказал sotto voce: «Дом прекрасный, но старая миссис Ларсен собирается все переделать, независимо от того, что думает мистер Ларсен».
  
  «Я уверен, что у нее прекрасный вкус», - сказал ДеСото, снова промокнув лоб.
  
  «Эй, а как насчет того, чтобы дать тебе передышку, пока босс проверяет дом у бассейна?» Макдонаф помахал зданию. « Это будет его; Миссис Л. не вникает в причины, связанные с водяной прической ».
  
  «Я с нетерпением жду возможности порекомендовать декораторов», - сказал ДеСото, вспоминая свои комиссионные в размере 1 120 000 долларов.
  
  Послушный Макдонаф поспешил за Ларсеном, огибавшим огромный бассейн. Шлепнувшись на шезлонг, ДеСото проверил свой BlackBerry. Пришло текстовое сообщение от Беттины Лудингтон: «ПРОВЕРЬТЕ ЭЛЕКТРОННУЮ ПОЧТУ !!! СРОЧНЫЙ!!!"
  
  Сотовый прием был плохим. Ожидая появления сообщения электронной почты, ДеСото прогрыз значительную часть эскиза.
  
  Наконец-то:
  
  Фрэнк: если у вас 2 кита против этих 2, вы можете получить бонус в 10K…
  
  В приложении были фотографии двух мужчин, разыскиваемых полицией Мартиники по многочисленным обвинениям в мошенничестве и рэкете.
  
  27
  
  Чарли открыл дверь, ведущую в огромный домик у бассейна. Гостиная выглядела как ночной клуб не только из-за своего размера, но и из-за зеркальных стен, дорогого эротического искусства и достаточно низкой европейской шикарной мебели, чтобы вместить половину реактивного комплекта. Гигантский бар, казалось, был наполнен всеми духами, известными человеку, во всех возможных конфигурациях графина. Бледный утренний свет осветил кристалл и жидкости.
  
  «Были здесь раньше?» - спросил Чарли Драммонда.
  
  «Я не помню».
  
  «Я предполагаю, что многие люди, которые здесь были, этого не помнят».
  
  "Ой." Драммонд моргнул, глядя на свое отражение в зеркальной задней стене, как будто ожидал чего-то совершенно другого. Он прижался ладонями к зеркалу.
  
  Внутри распахнулась дверь.
  
  Чарли почувствовал заряд возбуждения. «Ну, это что-то, не так ли?»
  
  «Дверь», - объяснил Драммонд.
  
  Чарли последовал за ним в коридор с плюшевым ковром, ведущий в две комнаты для гостей. Как и в главном здании, номера подошли бы гостям, привыкшим к Букингемскому дворцу. Не то место, где стирали.
  
  Драммонд решительно двинулся по коридору.
  
  Чарли последовал за ним. "Собираетесь куда-нибудь в частности?"
  
  «Мы пытаемся найти стиральную машину, верно?»
  
  Завернув за угол, Драммонд открыл еще одну дверь, открыв лестницу с относительно простым ковровым покрытием. Он спустился по ступенькам. Надежда Чарли возродилась.
  
  У подножия лестницы роскошь уступила место темным невыразительным стенам с легким оттенком плесени. Драммонд щелкнул выключателем, как будто он точно знал, где находится стеновая панель, освещая большой подвал из голого бетона.
  
  С одной стороны, центральный кондиционер нагнетал воздух в лабиринт покрытых фольгой каналов. В другом конце комнаты стоял резервуар с горячей водой, достаточного для обслуживания многоквартирного дома. В центре подвала находилась прачечная с раковиной в индустриальном стиле и гладильной доской, которая выдвигалась из стенного отсека. Оба устройства, похоже, никогда не использовались. То же самое с блестящей стиральной машиной и сушилкой из нержавеющей стали.
  
  Чарли узнал модели из витрины шикарного магазина кухонь и ванных комнат в Вест-Виллидж, который носил имя французского бренда. «Они великолепны», - сказал он. «Дело в том, что шайба, которую мы хотим, - это кусок дерьма Perriman за триста долларов».
  
  Филдинг мог бы перейти на более дорогой контейнер с ядерной бомбой, но это было маловероятно: модели Perriman Pristina от Cavalry имели специально модифицированные облицовки для защиты от детекторов излучения.
  
  Чарли распахнул круглую дверцу машины, встал на колени и заглянул внутрь. «Это годится только для стирки».
  
  Когда Драммонд наклонился, чтобы по очереди осмотреть машину, с лестницы раздался латиноамериканский баритон. «Ты ищешь бомбу?»
  
  Пораженный, Чарли обернулся.
  
  Охранник сторожевой башни одним прыжком сделал последние три шага. Он был вооружен пулеметом меньшего размера, чем раньше. Однако более чем достаточно, чтобы уничтожить двух злоумышленников.
  
  «Мне просто интересно, что делает эта стиральная машина такой дорогой, - сказал Чарли.
  
  Охранник потер подбородок, словно пытаясь понять слова Чарли. Тем временем Драммонд оторвался от стиральной машины.
  
  «Я знал, что это вы, сеньор Лессер», - воскликнул стражник.
  
  Страх, как расплавленный металл, заполнил кишечник Чарли.
  
  "Как дела?" - спросил Драммонд.
  
  «Настоящая, очень хорошая, грация. Охранник улыбнулся, похоже, польщенный интересом сеньора Лессера. «За исключением того, что этот козел с недвижимостью вызвал на тебя копов».
  
  «Не ожидал этого, - сказал Чарли.
  
  «У меня есть идея», - сказал охранник, махнув им, чтобы они поднялись за ним по лестнице. «Кроме того, стиральной машины, которая вам нужна, больше нет на острове».
  
  Чарли посмотрел на Драммонда в знак уверенности.
  
  Драммонд начал подниматься по лестнице. Достаточно хорошо.
  
  Поднявшись по лестнице, охранник поспешил на кухню и открыл сетчатую дверь, выводя их из задней части домика у бассейна.
  
  Драммонд оглядел охранника. «Вы же Энрике? Или Гектор ... "
  
  « Си , Гектор. Гектор Мансанильо ». Он шел впереди через поле для крикета, такое же пышное и ухоженное, как поле для гольфа.
  
  Улыбка появилась на лице Драммонда. «С братом, который работает в системе ферм Милуоки Брюэрс? Рико, да?
  
  Чарли почти видел, как в его отце наливается ясность: по мере того, как Драммонд шел, он казался выше, его походка становилась более решительной, а прежнее сияние возвращалось в его глаза. Разве Эктор Мансанильо зажег его, в то время как дети Дю Фронгипанье или Оделетт - нет? Возможно. Попадание головы в стиральную машину тоже могло вызвать у него искру. Как бы то ни было, Чарли был в приподнятом настроении. Им нужна была стратегия выхода, и когда Драммонд Кларк был на сцене, он был мастером побега.
  
  «В прошлом сезоне Рико сломал плечо», - сказал Гектор.
  
  «Мне жаль это слышать, - сказал Драммонд.
  
  «Не надо. Сейчас ему намного лучше, продавая «бананы» для Букагас ».
  
  «Первоклассная операция», - сказал Драммонд о наркоторговцах.
  
  Трио дошло до лестницы, восемь пролетов которой зигзагами спускались с утеса, испещренного клочьями травы и тощими деревьями. С такой высоты неспокойное море выглядело как фольга.
  
  Гектор указал на пляж, огибавший каменную стену. «Следуйте по берегу вокруг пирса, это займет у вас не более минуты, а затем взлетите на том чудаковатом катере, на котором вы приехали. док, сделай все, что в моих силах, чтобы увести копов.
  
  Драммонд одобрительно кивнул. «Я в долгу перед тобой, Гектор».
  
  «Я все еще должен вам гораздо больше, сеньор». Охранник спустился по лестнице, не обращая внимания на скрипы и стоны, указывающие на то, что якорь болтается.
  
  Сразу за ним Драммонд сказал: «Гектор, ты хоть представляешь, что Филдинг сделал с другой стиральной машиной?»
  
  «Перриман-Приштина? Хотел бы я. Хоть спас мне два сломанных ребра и чуть не утонул.
  
  Драммонд покраснел. "Кто сделал это с тобой?"
  
  «Они сказали, что это Интерпол».
  
  «Это означает, что мы можем исключить Интерпол».
  
  Изо всех сил стараясь не отставать, Чарли предположил, что тот, на кого работал Лещ, допрашивал Гектора. Они бы исчерпали все средства обнаружения бомбы, прежде чем начать свою операцию в Гштааде.
  
  Продолжая спускаться по лестнице, Гектор сказал: «Я рассказал этим ублюдкам то, что сказал мне сеньор Филдинг, и это было почти нечего. ”
  
  «Все равно скажи мне», - сказал Драммонд.
  
  «Когда мы погрузили« Приштину »в его лодку, он сказал, что собирается перебросить ее в какое-нибудь новое укрытие, которое он нашел на островке Бернадетт или островке Антуинина - вы знаете, здесь много маленьких островков, на них нет людей, Нет, ничего. Босс, он любил путешествовать, находить новых и рисовать их на своей карте. Он назовет их в честь дам, которых привел туда… - на мясистом лице охранника отразилось смущение. «На свиданиях».
  
  «Я полагаю, ваши« офицеры Интерпола »обыскали все эти острова?»
  
  «Бернадетт - просто гигантская песчаная коса, может быть, в трех километрах к северу отсюда. Прилив, вещь под водой. Так что вы действительно не могли ничего спрятать там. Так что, конечно, они ничего не нашли ».
  
  «А как насчет Антуинины?»
  
  «Вот в чем дело. Ни на одной из карт сеньора Филдинга нет Антуинины. Или на любой карте. Ближайшая вещь - остров Арианны, до которого легко добраться за сорок кликов. Они тоже разорвали эту скалу. Нашли дерьмо.
  
  «Может быть, в« Антуинине »есть какое-то значение, которое они упустили?» - спросил Чарли Драммонда.
  
  «Будь я проклят, если я знаю», - сказал он.
  
  Это было поводом надеяться на обратное. Драммонд выступал против даже легкой ненормативной лексики.
  
  28 год
  
  Чарли было трудно поспевать за Драммондом на узком пляже, который был усыпан круглыми гладкими камнями, по которым можно было узнать их местонахождение.
  
  «Пока я думаю об этом, я должен сказать, что могу знать, что Филдинг имел в виду под этими островками, - сказал Драммонд.
  
  «Это может пригодиться», - сказал Чарли. Он предположил, что Драммонд решил промолчать в присутствии Гектора. Хороший парень и все такое, но, вероятно, отъявленный преступник, который меньше заботился бы об их благополучии, если бы узнал о местонахождении системы вооружения, которая могла бы принести ему достаточно состояния, чтобы купить этот остров несколько раз.
  
  «Вы помните шифр ложного вычитания?» - спросил Драммонд. "Ага. Вы думаете о буквенно-цифровых значениях «Бернадетт» и «Антуинина»? »
  
  «Должен указать широту и долготу укрытия Филдинга. Мне нужно посчитать на бумаге. Но, возможно, ты сможешь сделать это в своей голове ».
  
  Каждой букве присваивается номер в соответствии с ее алфавитным порядком, BERNADETTE минус ANTOININA переводится как:
  
  pic_1.jpg
  
  Как следует из названия шифра, ложное вычитание не является истинным вычитанием. Чарли работал слева направо, вычитая числа в нижней строке из чисел, расположенных прямо выше. 2–1 = 1, 5–1 = 4 - если бы это было истинное вычитание, 5–1 дало бы 3, потому что 1, который идет следующим, заимствует из 5, чтобы вычесть 4. Что касается остальных…
  
  pic_2.jpg
  
  «Один-четыре-семь-шесть-один-три-шесть-пять-четыре-восемь-один-один-шесть-четыре», - сказал Чарли.
  
  "Хороший." Драммонд кивнул. «Это дает нам широту и долготу с использованием десятичных значений. Широта 14,7, долгота 61,3. Или примерно в пятнадцати морских милях от побережья Мартиники.
  
  Люди Леща наверняка использовали мощное программное обеспечение для дешифрования каждой перестановки Бернадетт и Антуинины, но без простого шифра, которому Драммонд научил Филдинга много лет назад, они с таким же успехом могли бы искать мифическое сокровище Сан-Исидро. Разница в один градус по широте между 14 и 13, полученная путем фактического вычитания, составила 69 миль, погрешность около 15 000 квадратных миль.
  
  Чарли внезапно отвлек звук приближающейся сирены полицейского катера - то, что раньше было дроном, превратилось в визг.
  
  Драммонд пустился в бег трусцой, продолжая держаться поближе к дамбе, лишив ДеСото или кого-либо еще на вершине утеса мельком увидеть себя. Пересекая возникший шум из камней и ракушек, он крикнул: «Теперь все, что нам нужно сделать, это добраться туда».
  
  Чарли присоединился к Драммонду, который выглянул из-за края каменной стены и увидел ДеСото на пирсе, шагающего рядом с подпрыгивающей Ривой. Агент по недвижимости был к ним спиной. Они могли бы легко одолеть его, если бы дошло до этого.
  
  Когда Чарли последовал за Драммондом на причал, ДеСото развернулся, пистолет в его руке загорелся от солнечного света.
  
  Инстинкт заставил Чарли растянуться на раскаленных щепках.
  
  Драммонд остался стоять. Не дрогнув, он шагнул к ДеСото.
  
  «Тебе лучше остановиться здесь». Фасад продавца DeSoto стал историей.
  
  Драммонд продолжал идти к нему.
  
  «Они будут здесь меньше чем через минуту». ДеСото указал на море. Теперь был виден полицейский катер, его сирена становилась все громче.
  
  «Дайте мне пистолет, пожалуйста», - сказал Драммонд.
  
  Взглянув на пожилого человека в пляжной одежде и крокодилах, ДеСото усмехнулся. «Полагаю, тебе тоже нужна моя награда в десять тысяч евро?»
  
  Драммонд продвигался вперед, пока их не разделяла лишь длина малолитражки. «Я не хочу причинять тебе вреда».
  
  ДеСото совместил морду с грудью Драммонда. «А теперь остановись», - ровно сказал он.
  
  Драммонд сделал два быстрых шага, развернулся и бросил что-то, какой-то мерцающий белый диск, слишком быстро, чтобы Чарли мог его отследить.
  
  Предмет ударил агента по недвижимости в бедро, а затем со звоном упал на палубу.
  
  Раскладушка.
  
  Взглянув вниз, ДеСото ухмыльнулся. «Это все, что у тебя есть?»
  
  Его ухмылка исчезла, когда, сделав еще один шаг, Драммонд взмыл в воздух. Он эффективно летел в ДеСото ногами вперед.
  
  Агент по недвижимости нажал на курок. Оглушительный выстрел разбросал птиц с невидимых насест по всему острову. Пуля попала в берег, несколько маленьких камней отскочили вверх.
  
  Подошва Драммонда ударилась ДеСото о локоть, из-за чего он потерял хватку на пистолете.
  
  Драммонд приземлился на бок, перекатился и прыгнул обратно к оружию.
  
  Агент по недвижимости сплотился, сорвав это с предела. Он развернулся и прижал пистолет к шее Драммонда.
  
  Драммонд сжал левую руку в кулак и вонзился ДеСото в живот. Отшатнувшись, агент по недвижимости снова выстрелил.
  
  Пуля подняла струю воды в пятидесяти футах от нас.
  
  Драммонд с разворота ударил ДеСото в челюсть. Агент по недвижимости опустился на причал. Схватив пистолет на спуске, Драммонд посмотрел на него с сожалением.
  
  Из своего укрытия за кустом наверху тропинки для моллюсков молодая горничная вскрикнула, отвлекая Драммонда. Он не заметил, как ДеСото вытащил брелок из кармана брюк и швырнул его в самое темное синее пятно залива.
  
  Предвидя это действие, Чарли вскочил на ноги, помчался вниз по пирсу и спрыгнул с шаткой перекладины в том, что он хотел быть нырком. Холодная вода хлестала его по лицу и груди. Его инерция унесла его вниз, примерно на пятнадцать футов ниже поверхности, где давление заставило его голову почувствовать, что она вот-вот лопнет.
  
  Брелок для ключей был настоящим проблесковым маячком в бесцветной глубине. Он схватил его и бросился вверх, вырвавшись из поверхности, обнаружил, что ДеСото лежал на спине, уже холодный, а Драммонд устроился за рулем малолитражки.
  
  Перебравшись через противоположный планшир, Чарли бросил Драммонду ключ.
  
  Включив зажигание и прибавив обороты, Драммонд взглянул на полицейский катер, теперь достаточно близко, чтобы Чарли мог разглядеть двух человек на борту, пока, с грохотом, все судно не было скрыто беловатым дымом, струящимся из его пушки тридцати калибров. .
  
  Снаряд с ревом пронзил «Риву».
  
  29
  
  Снаряд - или малокалиберная ракета - пролетел мимо носа, подняв струйку морской воды высотой в двадцать футов. Второй снаряд пробил корму «Ривы». Все, что не было закреплено или закреплено на месте, соскользнуло или упало на правый борт. Драммонд упал с капитанского сиденья по левому борту и врезался в Чарли. Казалось, что катер перевернется.
  
  Явно игнорируя силу тяжести, Драммонд оттолкнулся от приподнятого планширя левого борта, выровняв лодку и выбросив сотни галлонов морской воды.
  
  Теперь, возможно, ему удастся бороться с островком прямо на их пути, насыпью из песка и камней, не намного больше крыльца, но достаточной, чтобы превратить малолитражку в щепки.
  
  Он крутил колесо. «Рива» проплыла мимо суши, рассекая волны, как будто они были воздухом. Но угол ее кормы превратился в массу осколков, и большой полицейский катер, казалось, догонял их.
  
  «Я думал, что Riva Aquarama - самая быстрая лодка из всех созданных», - кричал Чарли.
  
  «В то время, когда это было сделано, пятьдесят лет назад, это было правдой». Драммонд повернул руль на градус или два, позволив малолитражке пролететь мимо еще одного крошечного островка.
  
  Третий взрыв потряс воздух.
  
  С пронзительным лязгом, правая половина лобового стекла «Ривы» исчезла. Столб морской воды поднялся над носом, хлестнув Чарли, соль застряла в нем и выжигала каждый порез и царапину в его теперь обширной коллекции.
  
  Его отца тоже ударила вода, но он остался у руля. И, как ни странно, в мире. Чарли вспомнил одну из любимых пословиц Драммонда: « Нет ничего приятнее, чем когда в него стреляют безрезультатно» .
  
  «Нам нужно держать их рядом», - сказал Драммонд сквозь набегающий воздух, более мощный, без ветрового стекла, которое могло бы его отклонить.
  
  Прежде чем он успел спросить, о чем думает его отец, Чарли увидел впереди сверкающий песок, покрывающий крохотный островок, длинный и извилистый, как морской змей. Он выставил руку вперед. "Вы это видите?"
  
  «По моим подсчетам, это Бернадетт», - сказал Драммонд.
  
  Даже в пределах ста ярдов было бы легко не заметить большую песчаную косу, а затем врезаться в нее парусом.
  
  «Драммонд должен начать держаться подальше от этого, - подумал Чарли.
  
  Еще один гигантский снаряд ударил «Риву», рассекая солнечную террасу и рассыпая осколки красного дерева, летящие, как дротики. Как и Драммонд, Чарли пригнулся. Один осколок просвистел мимо него, проделав выемку вдоль его левой щеки, прежде чем вонзиться ножом в черный пластиковый радиоприемник в основании панели управления.
  
  Жгучая боль почти не ощущалась, поскольку Драммонд продолжал двигаться прямо к островку, сосредоточившись на нем, как будто пытался ударить его.
  
  "Папа?"
  
  "Подожди!"
  
  Чарли схватился за края своего сиденья и собрался с силами.
  
  Носовая часть «Ривы» с оглушительным треском ударила остров Бернадетт. Если бы полицейский резак еще не оторвал лобовое стекло «Ривы» с его стороны, лицо Чарли было бы разбито о стекло. Его суставы чувствовали себя так, как будто их по отдельности ударили молотком.
  
  Практически невредимый, весь корабль поднялся в воздух.
  
  Корма первой упала на песок, как гигантский молоток. Казалось, что каждая клетка Чарли пульсирует. Затем, с грохотом, приземлился и нос.
  
  Малолитражка мчалась вперед по мокрому песку и лужам, неровности поверхности создавали эффект бампера. Песок стер карамельный лак, камни истерли корпус. Бортовые двигатели ахнули, пропеллеры вместо следа выплюнули песчаную коричневую дымку.
  
  Тем не менее инерция корабля быстро несла его вперед.
  
  Чарли держался, побелев костяшками пальцев. Драммонд продолжал крепко держаться за руль, его голова была опущена, преодолевая потоки песка, воды и других кусочков острова Бернадетт.
  
  Показался дальний берег - дюна в миниатюре.
  
  «Рива» соскользнула с земли, снова взлетела в воздух, вошла в мучительный отвес, затем ударилась в Карибское море, стены извергались повсюду.
  
  «Конечно, теперь разбитое судно превратится в обломки», - подумал Чарли, но двигатели заурчали, и «Рива» устремилась вперед по волнам.
  
  Чарли был шокирован только тем, что она осталась целой.
  
  «А теперь настоящее испытание», - сказал Драммонд, глядя в зеркало заднего вида, пока не обнаружил, что стекло там было разбито.
  
  Пожав плечами, он задушил малолитражку впереди, разогнавшись до еще большей скорости, чем они ехали раньше.
  
  Чарли повернулся и увидел полицейский катер в ста футах от острова Бернадетт. Он прочел ужас на лице пулеметчика, когда тот спрыгнул с носовой палубы и прыгнул к рубке, в то время как пилот всем своим весом поворачивал рулевое колесо.
  
  Бернадетт была слишком широкой. Катер врезался в берег. Чарли на мгновение потерял из виду корабль за облаком взорвавшихся кусков земли. Пропеллеры гигантских двигателей разлетелись, как лезвия пил, прежде чем их задушил песок. Бегемот покачнулся и остановился в двадцати футах от берега. На пляже.
  
  30
  
  Хотя один из бортовых двигателей закипал, «Рива» оставалась на свободе, за исключением моря. Вода брызнула на палубу через пулевые отверстия и трещины - слишком много, чтобы сосчитать. Части корабля или части деталей периодически падали. И все же Драммонду удалось поддерживать скорость тридцать узлов.
  
  Морской пейзаж вскоре стал загроможден необитаемыми участками суши, ни одна из которых не была больше футбольного поля. Когда солнце приближалось к своему пику, синева моря соответствовала синему цвету горизонта, так что двое казались одним, а Рива, казалось, плыла по небу.
  
  Чарли, возможно, оценил бы это, если бы он не высматривал полицейские катера. Даже красочные птицы, порхавшие над островами, заставили его задуматься. На Ближнем Востоке подразделение АНБ Алисы развернуло дистанционно пилотируемый штурмовик, который мог сойти за ласточек. Ара - ничто.
  
  Драммонд притормозил.
  
  "Мы уже на месте?" - спросил Чарли.
  
  «Этот конкретный GPS-навигатор имеет точность только с точностью до минуты широты или 1,15 мили. Так что все, что я могу вам сказать, это то, что мы в пределах 1,15 мили ». Широким жестом Драммонд указал на окружающие их восемь небольших островков, различимых только по расположению деревьев. «Это может быть что угодно».
  
  Вряд ли упрощая дело, на каждом островке не хватало очевидного укрытия. Если бы Филдинг закопал стиральную машину, что имело смысл, он бы не оторвался от земли, как будто кто-то вырыл огромную яму. Шансы найти стиральную машину до того, как полиция устроит место происшествия, лучше не рассчитывать.
  
  «Что мы можем сделать, кроме создания астролябии?» - спросил Чарли.
  
  Драммонд просиял. «На самом деле, все, что нам понадобится для изготовления астролябии, - это толстый лист бумаги, что-то, что можно вырезать на конце, соломка или трость, веревка и небольшой груз, например кольцо».
  
  Чарли подумал, не угасает ли его отец - увядание уже давно пора. "И что? Подождите, пока не появятся звезды, чтобы мы могли вычислить широту? »
  
  «Планеты тоже работают». Драммонд разогнал малолитражку к самому дальнему из восьми островов. «Но у меня такое чувство, что это все».
  
  «Остров Уошер»?
  
  «Я узнаю дерево на южном берегу». Он указал на огромный дуб на вершине высокого хребта, уходившего почти под прямым углом к ​​морю. «Ты был здесь?»
  
  «Здесь я нашел сокровище Сан-Исидро - вы не забудете ничего подобного».
  
  Чарли почувствовал холодный сквозняк, который обычно сопровождает открытие сундука разбитых воспоминаний Драммонда. «Так же, как ты не забыл увидеть своего первого единорога?»
  
  Поставив «Риву» на полку с золотым песком, Драммонд заглушил двигатели. "Вот увидишь." Он перепрыгнул через планшир и прикрепил нос к гигантскому корню.
  
  Чарли соскользнул с носа и пошел за отцом вброд. Несметное количество корней и усиков дуба веяло веером вниз по гребню, как свадебный шлейф, некоторые исчезали во время прилива. Между корнями, там, где Чарли ожидал песок или землю, он увидел темные отверстия почти своего роста. Волны падали в эти щели, разбиваясь с богатым эхом, указывающим на огромную подземную пещеру.
  
  «Входите, - сказал Драммонд.
  
  Чарли заколебался. «Откуда мне знать, что это не логово гигантского кальмара?»
  
  Драммонд со смехом потянулся к входу в пещеру и похлопал по крыше, пока, оторвав липучку, он не вытащил нейлоновый мешок цвета мха размером с книгу в твердом переплете. Он расстегнул молнию, вытащил пару тонких черных маглитов и перекинул одну через плечо. Чарли отбросил свое недоверие, чтобы поймать ловушку.
  
  Драммонд выстрелил похожим на лазер белым лучом своего Маглайта сквозь корни, отбрасывая паучьи тени на замшелые каменные стены, а затем медленно вошел в пещеру. Чарли стоял рядом, сгорбившись через каждые несколько шагов, чтобы избежать сталактита. Воздух был холодным и липким. Гусиная кожа на его руках поднялась, не только из-за температуры: хотя он не видел движения, у него возникло покалывающее ощущение, что это место кишит скользкими формами жизни.
  
  «Папа, ты знаешь, как я раньше злился на тебя за то, что ты никогда не брал меня в поход?»
  
  "Да. Что насчет этого?"
  
  «Я беру это обратно».
  
  Пол пещеры поднимался из воды на платформу из красной глины. В дальней стене платформы был туннель, достаточно большой, чтобы позволить человеку кататься в стиральной машине.
  
  31 год
  
  Чарли направил свой маглит в туннель, открыв отверстие в пятидесяти или шестидесяти футах вниз, возможно, вход в другую пещеру. Сдвинув луч вправо, он увидел стену, покрытую илом и грязью. В отличие от потолка и пола, стены были плоскими, несомненно, рукотворными.
  
  «Это золото», - сказал Драммонд с не большим энтузиазмом, чем если бы он показывал Чарли содержимое своего ящика для носков.
  
  "Что за золото?"
  
  «Эта стена».
  
  "О чем ты говоришь?"
  
  «Другая стена тоже».
  
  Чарли направил луч через туннель. Среди сажи мелькали полосы желтого металла. «Стены из золота. Как такое вообще возможно? "
  
  «Мы с Филдингом ходили по этой местности, используя гидролокатор, чтобы найти такие места, которые не могли быть обнаружены глазами в небе. Идея заключалась в том, что если вы потенциальный клиент и вас доставят в подземный склад оружия на крошечном необитаемом острове в пятидесяти милях от любого места, вы с большей готовностью поверите, что видите настоящее ядерное устройство ».
  
  «Я куплю это. А как насчет пятидесятифутовых золотых пластин? "
  
  Драммонд вошел в туннель. «Ах, да, верно. Длинная история."
  
  Чарли последовал за ним. «Значит, вы заказали их не только в Sears and Roebuck?»
  
  «В 1797 году венесуэльцы организовали заговор против испанского режима. Испанский колониальный губернатор Сан-Исидро опасался, что повстанцы конфискуют золото, которое испанские колонисты ранее отняли у туземцев, в основном золотую крышу церкви, которая стоит два миллиона долларов ».
  
  «В 1797 году», - повторил Чарли, проведя щеткой по металлической полоске и размышляя о ее нынешней стоимости.
  
  «Так испанцы нашли капитана дальнего плавания, которому, как они думали, они могут доверить перевозку панелей крыши в Испанию. Но насчет него они ошибались: он и его команда превратились в пиратов. Однако из-за того, что добыча была бесчестной, трафик был невозможен. Итак, пираты забрали его здесь, намереваясь вернуться, когда все остынет. Но они погибли в пушечном бою с испанским военнослужащим, прежде чем у них был шанс. И хотя попытки были сотни, сокровище никто не нашел ».
  
  В конце туннеля, наполовину думая, что он вообразил золото, Чарли повернулся и снова взял его. "Пока вы не сделали?"
  
  "Верно."
  
  «Так почему Филдинг охотился за ним последние пару лет?»
  
  «Его дайв-команды искали не в тех местах, что позволяло ему заниматься своей настоящей работой. В конце концов, я полагаю, он бы «наткнулся» на эту пещеру ».
  
  Чарли оттолкнул луч от пола, чтобы лучше видеть лицо отца. «Я не понимаю. Почему вы не продали золото сами? У тебя все еще будет твоя секретная пещера ».
  
  «Во-первых, у нас была бы та же проблема, что и у пиратов».
  
  «Вы и Филдинг? Ну давай же. Вы, ребята, торговали ядерным оружием ».
  
  Драммонд пожал плечами. «Полагаю, мы могли бы продать сокровище, если бы захотели».
  
  Чарли, чье воспитание было скромным, граничащим со спартанским, не мог понять равнодушия своего отца. «Вы когда-нибудь даже задумывались об этом?»
  
  «Мы были заняты той работой, которая и привела нас сюда».
  
  «Это золото легко стоит сто миллионов ...»
  
  «Мы предотвратили реальный ядерный инцидент в 2005 году», - окончательно заявил Драммонд.
  
  «Ты бы хотя бы поддержал твою обложку Марвина Лессера. Мы могли бы жить на вилле в Бэ-де-Форт-де-Франс, гоняя лотосы… »
  
  «Жить под прикрытием Меньшего было бы слишком много времени. Мне нужно было быть либо в поле, либо в офисе ».
  
  Операционной базой Драммонда был затхлый, перегретый и дешевый офис Перримана на Манхэттене.
  
  «Если мне не изменяет память, здесь стиральная машина», - сказал он, завернув за угол в другую, более темную пещеру, не намного больше фургона.
  
  И, кроме грязи и паутины размером с волейбольную сетку, пусто.
  
  Если мне не изменяет память, это резко прозвучало в голове Чарли.
  
  - Латекс, - сказал Драммонд, отбрасывая паутину. «В противном случае мы получили бы ошибки».
  
  Он прислонился к сырой каменной стене, и дверь открылась внутрь, открыв небольшую комнату. Чарли выстрелил из своего маглайтового луча внутрь, осветив белую машину Perriman Pristina с вертикальной загрузкой, привязанную к деревянному поддону, который покоился на тележке. На корпусе шайбы были вмятины, пятна ржавчины и легкий налет навоза. Похоже, что большая часть губчатой ​​оранжевой изоляции вокруг шнура питания была съедена, как будто крысы приняли ее за сыр.
  
  «Наверное, за всю историю это было самым счастливым человеком, который видел стиральную машину», - сказал Чарли. «Если только это не просто стиральная машина».
  
  Боротясь с пластиковыми полосками, связывающими машину с поддоном, Драммонд открыл крышку и заглянул внутрь. Он проворчал, подтверждая, что в Приштине действительно есть ядерное устройство.
  
  Чарли почувствовал ликование в нем, как пузыри в шампанском.
  
  «Лучше проверьте, что серийный номер все еще там», - крикнул Драммонд, прервав размышления Чарли о жизни с Алисой, усиленной доходами от сокровищ Сан-Исидро.
  
  Чарли посветил своим фонариком, открыв металлическую полосу, приклеенную к верхней части панели управления. Он распознал последовательность из пятнадцати одно- и двузначных чисел как код детонации, похожий на серийный номер производителя.
  
  Он ждал, пока реальность их достижения не осознается. Затем он подпрыгивал, кричал или ...
  
  «Ну, ты собираешься протянуть руку помощи?» - спросил Драммонд, собираясь достать стиральную машину.
  
  "Хорошо." Чарли помог втолкнуть тележку в туннель. Он предположил, что его отец не хотел праздновать до завершения миссии.
  
  «Я был большим поклонником нашей линии Pristina еще до того, как мы увеличили кубический размер корзины для мытья посуды», - сказал Драммонд, отталкивая корень дерева. «Никто не будет спорить, что у нас есть контроль вибрации или что мы разработаны так же, как некоторые из брендов с высоким содержанием фалутина, но вы не найдете столько вариантов цикла стирки за вдвое больше денег».
  
  Шпион вернулся к старому продавцу бытовой техники, страдающему болезнью Альцгеймера. Чарли чувствовал себя обманутым; преобразование лишило их общего восторга, которого оправдало их открытие. «По крайней мере, на этот раз время было не ужасным», - подумал он, пока, сдвинув виноградную лозу, он не увидел высокого полицейского, стоящего возле выброшенной на берег малолитражки.
  
  Драммонд остановился.
  
  Чарли втиснул Беретту ДеСото за пояс. Пистолет полицейского находился в кобуре на правом бедре. Его правая рука была занята фонариком.
  
  Обернувшись к ним, полицейский крикнул: «Они здесь!»
  
  Пять других офицеров скакали из тех частей крошечного острова, которые они, очевидно, искали.
  
  Вернувшись к Драммонду и Чарли, полицейский сказал: «К счастью, владелец Riva установил LoJack».
  
  32
  
  Комплекс кондоминиумов Bream состоял из примерно пятидесяти роскошных дуплексов, сочетаний классических колониальных и современных пляжных домиков с обшитыми обшивкой стенами и дверями, отделанными песочно-кремовой отделкой. Загорелая блондинка со страниц номера о купальниках дремала, нежно покачиваясь в огромном веревочном гамаке у бассейна. На плавучем шезлонге лежала вторая женщина, возможно, младшая и бронзовая сестра блондинки. Она оторвалась от своей книги в мягкой обложке и улыбнулась, когда Стэнли и Хэдли вышли из своей новой взятой напрокат машины.
  
  Стэнли натянуто улыбнулся в ответ.
  
  « Bonjour» , - сказал Хэдли женщинам. Толкая Стэнли, она тихо сказала: «Разве вы не хотите их тщательно осмотреть, убедиться, что они не стражи?»
  
  Он посмотрел на нее и увидел ее ухмылку. Ему нравилось, что она никогда не упускала ни секунды.
  
  Он чертовски надеялся, что бизнес с кольцами с выкидными ножами - всего лишь заблуждение.
  
  Она позвонила в зуммер Леща. Мгновение спустя в дверном проеме появился пилот, натянув старую толстовку поверх спортивных шорт. Стэнли подумал, что он мог бы надеть толстовку перед тем, как открыть дверь, но тогда он не смог бы похвастаться своим прессом Muscle Beach. Глаза пилота покраснели от бессонницы, что доставляло удовольствие Стэнли, которому не нравилось, когда отморозки, у которых было столько свободного времени для тренажерного зала, хорошо спали в своих мягких подушечках-островках.
  
  "Мистер. и миссис Атчисон, привет. Пилот был приятно удивлен. «Как мило, что вы заглянули».
  
  «Мы здесь по делам правительства Соединенных Штатов», - сказал Стэнли, радуясь тому, что его избавили от песен и танцев о том, почему одержимый гольфом финансовый директор и его эгоцентричная жена оказались на крыльце пилота.
  
  Лещ наклонился ближе, как будто он не расслышал. « Государственный бизнес? ”
  
  «Мы должны пойти внутрь и поговорить об этом», - сказал Хэдли.
  
  Пилот пожал плечами. «Пока ты не против небольшого беспорядка. Горничной здесь не было, ну, если честно, никогда ».
  
  Стэнли намеренно споткнулся, следуя за Хэдли через порог. Он упал на Леща, который рефлекторно схватил его за плечи.
  
  «Простите меня», - сказал Стэнли, цепляясь за талию пилота, чтобы оставаться в вертикальном положении, пока он нащупывал пистолет, спрятанный в пояснице человека.
  
  Лещ отпустил его. «Первым делом в списке горничных будет этот порог».
  
  "Весьма признателен." Стэнли добавил легкую благодарность, чувствуя отсутствие кобуры в непосредственной близости от подмышки Леща, укрепляя его уверенность в том, что у пилота нет оружия.
  
  Тем не менее Стэнли знал, что ему нужно следить за ножом или пистолетом, добытым из укрытия и от которого его единственной защитой будет группа наблюдения в гостиничном номере в пятидесяти ярдах от него. В таких ситуациях, как гласила старая шутка, лучшее, что может сделать ваша резервная команда, - это отомстить за вас.
  
  Сама квартира была не такой плохой, как рекламируется. В изобилии были пустые бутылки с красной полосой, случайно выбранные пробки от бутылок и одежда, но все они терялись в величии десятифутовых потолков с блестящей керамической плиткой на короне, блестящих паркетных полов и гранитных плит на каждом прилавке.
  
  Смахнув пояс для тяжелой атлетики со спинки одного из стульев в столовой, Лещ провел Стэнли и Хэдли на два из трех других сидений за столом. «Я могу предложить вам воды или воды с чайным пакетиком», - сказал он, указывая на толстый викторианский чайник на горелке.
  
  «Как насчет того, чтобы присоединиться к нам, мистер Брим?» Хэдли постучал по стеклянной столешнице.
  
  "Тогда ладно." Лещ обернулся вокруг стула и сел так, чтобы его грудь прижалась к спинке, обеспечивая себе дополнительный уровень защиты независимо от того, преднамеренно он это хотел или нет. «Так вы люди ЦРУ или ФБР, или мне не нужно знать?»
  
  «Ты был прав в первый раз». Стэнли перегнулся через стол, чтобы уменьшить расстояние между ними. «Я так понимаю, вам известно, что вы переправляете несколько довольно востребованных людей».
  
  «Я слышал о мусоре в аэропорту прошлой ночью. Но ты должен понять, я всего лишь прославленный курьер. Эти ребята пришли ко мне через американскую компанию, которая ведет здесь большой бизнес ».
  
  «Мы знаем о них все», - сказал Стэнли о подразделении АНБ Элис Резерфорд, которое действовало под прикрытием страхового агентства из Мэриленда и, очевидно, не ставило проверку биографических данных чартерных пилотов на первое место в их списке приоритетов. «Я хочу рассказать вам кое-что, что узнало ЦРУ: Джон Таунсенд Брим - 39-летний пациент, постоянно проживающий в психиатрической больнице Four Oaks в Тунике, штат Миссисипи. Уже девять лет.
  
  Лещ смотрел через стол с открытым ртом. «Так вы говорите, что я психически больной из Миссисипи, и что я просто воображаю, что я на Мартинике?»
  
  «Это возможно. Также возможно, что вы приняли личность кого-то, кто никуда не пойдет… »
  
  Лещ нахмурился. «Может быть, психически больной принял мою личность…»
  
  «На вашем месте я бы тоже все отрицал», - сказал Стэнли.
  
  «Не волнуйтесь, мы здесь не по этому поводу», - добавил Хэдли.
  
  "Не обязательно." Стэнли позволил молчанию подчеркнуть угрозу. «Если вы поможете нам найти двух ваших пассажиров, Джей Ти, ваше единственное участие в этом деле будет заключаться в получении вознаграждения в размере десяти тысяч евро за их арест». Фактически, Стэнли ожидал, что Лещ, или кто бы он ни был, окажется без гроша в федеральной тюрьме.
  
  «Ты хоть представляешь, где они?» - спросила Хэдли.
  
  Лещ задумчиво вздохнул. «Хотел бы я».
  
  Стэнли ему не поверил. "Как насчет вашего лучшего предположения?"
  
  «Единственная необычная часть сделки заключается в том, что они планируют вернуть негабаритный груз. Я должен найти птицу с очень большой грузовой дверью. Но это нормально. Однажды у меня был клиент, который купил статую в Афинах и прилетел обратно в Палм-Бе ...
  
  - вмешалась Хэдли. - У вас есть время или место встречи?
  
  «Они позвонят мне, как только найдут то, что ищут. Они забронировали меня на всю неделю ". Лещ вырвался из-под взгляда Стэнли, переключив внимание на медный чайник.
  
  Хэдли поставила свой BlackBerry на стол и обхватила правое колено, давая понять Стэнли, что она считает, что пилот лукавит. Стэнли повернул обручальное кольцо, показывая свое согласие.
  
  BlackBerry завибрировал, ударившись о стол. Хэдли схватила его.
  
  "Ну, как насчет этого?" Она передала текстовое сообщение. «Лессер и Рамирес были захвачены в море Королевской полицией Сент-Люсии и направляются в центр заключения».
  
  Лещ ухмыльнулся. «Что ж, хорошо, что ты пришел ко мне, не так ли?»
  
  33
  
  Сорокфутовый катер полиции Сент-Люсии с пыхтением направился к отдаленному острову, известному как Задержание III, мрачному каменистому месту, очевидно, невосприимчивому к растительности и настолько крошечному, что у архитекторов не было другого выбора, кроме как строить: четырехэтажный кирпичная тюрьма стояла на небольшом склоне. Окрашенный в серый цвет линкора, это был частично многоквартирный дом, частично маяк, окруженный двумя кольцами двадцатифутовых ограждений из электрифицированной проволоки и, в случае возможного отключения электричества, внешним забором, увенчанным катушками старой колючей проволоки.
  
  Драммонд был прикован наручниками к длинной скамейке в корме полицейского катера. Если у него был план, он должен был придумать его буквально во сне в течение часа или около того с момента их поимки. Побег показался Чарли невозможным, который был прикован наручниками к другому концу скамейки.
  
  Однако «Лессер» и его молодой сообщник «Рамирес» могли бы выкупить свой выход. Чарли догадался, что Detention III находится в ведении частной морской охранной фирмы Starfish, работающей по контракту с Сент-Люсией, Доминикой, Мартиникой и другими островами в этом районе.
  
  В остальных сценариях Чарли Задержание III будет фактически центром содержания под стражей ЦРУ для него и Драммонда. И могила Алисы.
  
  Стиральная машина сидела на носу, все еще привязанная к поддону. Если полицейские Сент-Люсии еще не знали, что находится в Приштине, они скоро узнают, когда один из них заглянет под крышку - что в конечном итоге кто-то и сделает, от скуки, если не из простого любопытства. Затем они срочно звонили в саперы. Войдите в кавалерию.
  
  
  Несмотря на то, что внешний вид был опрятнее, чем ожидал Чарли, простая внутренняя отделка Detention III пахла так, словно ее обливали морской водой вместо надлежащей очистки. За приемной три полицейских Сент-Люсии сняли с Чарли и Драммонда наручники и передали их двум тюремщикам-морским звездам, мужчинам, одетым в обычную темно-синюю форму со значками, на которых было указано, что это охранник Л. Минана и охранник Э. Булькао. И жители Вест-Индии, и Минана, и Булькао говорили по-английски с резким латиноамериканским акцентом, знакомым Чарли из Бруклина.
  
  Минана, с его худощавым телосложением, спокойной манерой поведения и круглыми очками, могла бы сойти за актуария, если бы не изношенная деревянная дубина, которую он сжимал, как саблю. Когда трио полицейских Сент-Люсии готовилось к отъезду, он сунул им небольшую стопку банкнот. На выходе один из полицейских ударил по крышке стиральной машины. Минана улыбнулась, похоже, довольная своей новой покупкой.
  
  Тем временем плотный охранник Булькао повел Чарли лягушачьей маршей к стене рядом со стойкой приема. «Лицом к стене, руки и руки врозь», - рявкнул охранник, а затем начал похлопывать Чарли.
  
  Минана так же поступила с Драммондом, который, хотя и проснулся, казался не намного бодрее, чем когда спал.
  
  «Теперь вы оба очень медленно поворачиваетесь, снимаете всю одежду, бросаете ее на пол и говорите« А ». Минана продемонстрировал это, высунув собственный птичий язык.
  
  Охранники исследовали рты Чарли и Драммонда, а также все остальные части тела, где могло быть спрятано оружие.
  
  Булькао поднял с пола их одежду и вещи и запихнул все это в большой коричневый бумажный пакет. «Ребята, вы можете получить это обратно, когда полиция Мартиники арестует вас утром», - сказал он, садясь за стол и заполняя анкету на компьютере со скоростью четыре слова в минуту.
  
  L… E… S… S… E… R…
  
  Для Чарли все, кроме C – LARK, означало надежду.
  
  Грубый оранжевый тюремный комбинезон натирал Чарли подмышки и внутреннюю поверхность бедер, когда он поднимался по трем лестничным пролетам к тюремному корпусу. Драммонд следовал за ними совсем близко, за ним следовал Булькао, который время от времени толкал их без всякой видимой причины. Их шаги по тесной лестнице были усилены влагой на поросших мхом стенах, и это звучало так, будто идет игра в ракетбол.
  
  «Я слышал о другом невиновном парне, попавшем в такую ​​ситуацию», - сказал Чарли, словно пытаясь завязать светскую беседу. «Герой войны. К тому же оказался очень богатым.
  
  «От продажи оружия?» Булькао искоса взглянул на Драммонда.
  
  «На самом деле я занимаюсь бытовой техникой», - серьезно сказал Драммонд. «Перриман».
  
  «Парень, о котором я говорю, нажил состояние на фондовом рынке, - сказал Чарли. «Один из тюремщиков считал себя невиновным и позволил ему« взломать замок ». В знак благодарности парень дал тюремщику пять тысяч долларов ». У Чарли и Драммонда в кошельках было примерно половина этого количества, в последний раз их видели, когда засыпали их в коричневый бумажный пакет.
  
  Булькао выплюнул невидимое семя изо рта. «Я знаю, что вы не пытаетесь подкупить сотрудника правоохранительных органов, друг мой».
  
  Чарли расширил глаза. "Хм?"
  
  «Ребята, вы - общественные враги номер один и номер два на Мартинике. Если бы вы каким-то образом сбежали, даже без моей помощи, и если бы охранник Минана и Алехандро, обслуживающий персонал, не смотрели в другую сторону, нас всех отпустили бы, возможно, тоже какое-то время. Говоря от моего имени, скажите, что вы дали мне миллион долларов. После того, как я вылезу из банки - если я когда-нибудь выберусь, - полицейские будут годами наблюдать, как я оплачиваю свои счета. Лучшая работа, которую я мог бы получить, это рубить ананасы, и если бы я потратил больше, чем зарплата полевого работника, генеральный инспектор бросил бы меня обратно в тюрьму. Если моя жена пойдет в какой-нибудь модный магазин в городе и купит себе платье, обратно в тюрьму. Если мой сын получит велосипед, который не подержанный ... »
  
  Другими словами, подумал Чарли, нет.
  
  34
  
  Карло Пальяруло мало думал о Servizio per le Informazioni e la Sicurezza Militare, агентстве военной разведки Италии. Он получил сообщение, что SISMI думает о нем так же. В 2005 году, проработав двенадцать лет оперативным сотрудником, он был понижен в должности до заместителя координатора операций, что было прославленным термином для гофера, вряд ли та работа, на которую он надеялся, когда впервые закончил колледж. Заработок, однако, был приличным, льготы даже больше, и он чувствовал себя в безопасности на своей работе, поскольку увольнения в разведывательном сообществе были редкостью - агентства обычно неохотно прогоняли бывшего с обидой, и, конечно же, секреты на продажу. Однако в течение года из-за хронических опозданий на работу, пьянства и обвинений в сексуальных домогательствах Пальяруло был отпущен.
  
  Это был его большой прорыв.
  
  Службы внешней разведки изучили ассоциации бывших солдат и офицеров правоохранительных органов в надежде получить активы, используя половину навыков Пальяруло. Через две недели после увольнения он зарабатывал в неделю больше, чем в SISMI, только для того, чтобы содержать пару убежищ в Женеве для МИ-6, работа, которая занимала не более пары часов в день, оставляя ему много времени для других дел. концерты, такие как исполнение в Гштааде и последующая работа в качестве няни пленника. И этим вечером в одиночестве, покупая продукты, он встал, чтобы собрать достаточно денег, чтобы купить виллу в Сан-Ремо.
  
  В недостаточно отапливаемом, но все еще переполненном супермаркете в Мудоне, ничем не примечательном городке примерно в часе езды к северо-западу от Женевы, он сопротивлялся свежему пармезану-реджано, вместо этого бросив картонный цилиндр романо с заводской теркой в ​​свою тележку. Американка должна была получить как можно меньше подсказок о том, где ее держат.
  
  «Извините, вы знаете, можно ли здесь песто?» - спросил мужчина, толкающий тележку, наполовину полную телевизионных обедов.
  
  Его итальянский был хорош, но звучал он по-американски, и, несмотря на альпийскую парку поверх французского костюма, он выглядел так же. «Как Гэри Купер», - подумал Пальяруло.
  
  «Хочешь хорошего песто, тебе нужно пойти в Корренкон», - сказал Паглиаруло, что могло быть, а могло и не быть правдой, но это был их код распознавания.
  
  Этим человеком был Блейн Бельмонт, атташе по правовым вопросам посольства США - официальная терминология для «привидения». Бельмонт подтолкнул свою тележку к концу очереди в пять глубин у прилавка мясников, где пара мясорубок с затуманенными глазами работала в замедленной съемке. Подъехав к своей тележке за тележкой Бельмонта, Пальяруло проверил наблюдение. Бельмонт кивнул, оценивая их чистоту.
  
  Пальяруло не терял времени зря. «Я выполняю черновую работу для парня, который, как я понял, планирует использовать ADM для Объединенного фронта освобождения Пенджаба».
  
  Белмонт повернулся к нему лицом с не большим волнением, чем если бы Паглиаруло сказал, что сегодня пойдет снег. "Ага?"
  
  «Он каким-то образом получает это от другого американца. Я только мельком увидел этого парня по спутниковому телефону, но смог опознать его по фотографиям. Дело в том, что он доставит бомбу, он вернет пакет, который мы храним. Я почти уверен, что вы ее знаете, Элис Резерфорд.
  
  Бельмонт пожал плечами.
  
  «Я мог бы дать вам достаточно информации, чтобы найти бомбу и плохих парней», - добавил Пальяруло.
  
  "Если?"
  
  Боясь, что американец посмеется над такой ценой, Пальяруло собрался с силами. "Один миллион."
  
  Бельмонт внимательно изучал башню из сосисок за размазанным стеклом. «Это, вероятно, справедливо для чаевых, которые собирают незаконное оружие массового уничтожения. Это означает, что HQS прикажет мне поставить счетчик на шестьсот и согласиться на семь пятьдесят - если они решат, что это стоит ни копейки. Семь пятьдесят о том, на что вы действительно рассчитывали? "
  
  Уверенность Пальяруло возросла. «Цена - миллион долларов».
  
  «Послушайте, мне плевать, это не мои деньги. Вот что я тебе скажу, я поговорю со своим начальником участка, когда вернусь в кампус. Если дела пойдут так, как должно, самое позднее завтра утром у нас будет доллар. Затем кто-нибудь отправит на вашу камеру текстовое сообщение, адресованное некоему Гансу, с вопросом, не хочет ли он сбить несколько человек в Хофбройхаусе или что-то в этом роде. Удалите сообщение, затем отправьте его в гипермарш в Корренконе, и мы посмотрим, оправдывает ли песто свою репутацию. Запасной вариант, встретимся здесь завтра, в то же время. Как вам план на игру? "
  
  Ответ Пальяруло был остановлен вызовом мясника к стойке. Предположительно, чтобы сохранить свое прикрытие, Бельмонт купил курицу.
  
  35 год
  
  Конечно, Алиса предпочла бы бродить по альпийским снежным пейзажам с мужчиной, которого она любила. Но большую часть своей жизни она провела либо в уклонении от пуль, либо в метафорическом эквиваленте. Фактически, однажды она была ранена - просто рана. Временами она с радостью заплатила бы за мир и покой, которые теперь ей оказали.
  
  Тем более, что Шаолинь любил практиковать медитацию перед боем.
  
  Как Алиса усвоила почти всю жизнь, посвященную шаолиньскому кунг-фу, направление ее внутренней энергии позволяло ей делать то, что не могло ее физическое тело в одиночку. Но это было непросто. Монахам Шаолиня пришлось потратить годы на овладение медитацией, прежде чем им позволили думать о битвах или хотя бы о бросании игральной карты. До написания книги о шаолиньском кунг-фу буддийский монах Бодхидхарма девять лет стоял лицом к стене, не произнося ни слова.
  
  Алиса начала с очищения своего разума от всей разрушительной энергии. Бой, будь то самозащита или нападение, требует чистого намерения, когда все эмоции находятся под полным контролем, то есть выключенными.
  
  Через несколько часов к ней пришел план. Это зависело от пластины выключателя света размером с учетную карточку, которая была прикреплена к стене за диваном, в двух с половиной футах от того места, где она сидела. Если бы он был брошен как метательная звезда - плоский звездообразный снаряд, который был излюбленным оружием Шаолиня, - скорость пластины переключателя света могла бы превысить пятьдесят миль в час, делая ее острые углы смертоносными, как кинжал.
  
  Пластина была прикреплена к стене за диваном двумя обычными винтами с шлицевой головкой, один над выключателем, другой снизу, последний уже немного ослаб. Открутить винты будет несложно.
  
  Что ж, не совсем так просто.
  
  Во-первых, Алисе нужно было расположиться на диване так, чтобы выключатель света находился прямо за ней, скрытый от взглядов похитителей. После каждого похода в туалет - ей разрешали один раз в четыре часа - она ​​медленно приближалась. В пятой поездке она получила положение, достаточное для ловкости рук, что неоднократно оказывалось самым полезным компонентом ее оперативного обучения. Широко распространено мнение, что ловкость рук срабатывает, когда рука быстрее глаза. Фактически, это зависит от психологии, в первую очередь неправильного направления, больших действий, отвлекающих от меньших.
  
  То, что ее ботинки и носки были конфискованы, предоставило возможность. Когда она потянулась, что было вполне естественно после стольких часов на диване, внимание мужчин было обращено на работу ее ног и ступней. Поначалу головорезы, казалось, почти не обращали внимания на «зуд», который она одновременно чесала на лице или за ушами. Вскоре казалось, что они вообще не платят. Более того, Фрэнк много времени проводил в Интернете на своем телефоне. Уолт, хоть и никогда не отпускал свой Walther PPK, часами собирал кутикулу. И третий человек в ротации - пилот вертолета тевтонского вида Алиса по прозвищу Барон - как в красном - иногда на несколько минут засыпал.
  
  Примерно через тридцать часов пластина выключателя была готова к развертыванию.
  
  И когда Фрэнк дежурил вместо Уолта, Алиса была взвинчена.
  
  Барон занял кресло вместе с «Вальтером», а Фрэнк исчез на кухне с сумкой с продуктами. Алиса слышала, как он довел до кипения кастрюлю с водой и добавил в нее пакет макарон. В гостиную просачивался теплый воздух, наполненный гречкой и чесноком.
  
  Через несколько минут Фрэнк принес ей миску из пенополистирола, полную дымящихся макарон. Он посыпал его тертым сыром Романо, что, вероятно, было проявлением доброты. Она выбросила его жест из головы.
  
  Направив на нее пистолет Барона, Фрэнк развязал шнуры на ее запястьях, что позволило ей взять миску с пола и использовать пластиковую ложку в ней, чтобы поесть.
  
  Когда она закончила, она поставила миску на ковер, и Фрэнк отшвырнул ее. Барон жестом показал ей протянуть руки. Фрэнк начал снова наматывать веревки на ее запястья, держась от нее как можно дальше, опасаясь удара головой или укуса. Именно на это и рассчитывала Алиса. Когда он попытался завязать первый узел, она тайком повернула левое предплечье так, что шнур просто образовал петлю. Это был ключевой шаг в знаменитом трюке Гудини с веревочным спасением.
  
  Закончив, Фрэнк отошел на стул. Делая вид, что снова устраивается на софе, Алиса освободила левую руку от петли. На это у нее ушло около тридцати секунд, или примерно на двадцать семь больше, чем у Гудини.
  
  Когда Фрэнк вытащил телефон из штанов, она ударила по пластине выключателя освобожденной левой рукой, оторвав светильник от стены. Она поймала это своей правой.
  
  Фрэнк уронил телефон и, вытащив ножной выключатель, открыл его, когда Барон вскочил и прицелился из пистолета.
  
  Алиса согнула руку в локте под девяносто градусов, направляя импровизированное оружие к своему животу. Движением, похожим на бросок фрисби, она послала тарелку рассекать воздух так быстро, что раздался металлический треск.
  
  Когда барон нацелил на нее пистолет, угол тарелки вошел ему в шею, как будто его мышцы были маслом.
  
  Он вырвал его, но из его яремной впадины хлынула кровь. С белыми глазами он рухнул на кресло. Его «Вальтер» упал на ковер, порошковые синие волокна быстро стали пурпурными из-за жизненной жидкости, текущей из его рукава.
  
  Алисе нужно было добраться до «Вальтера» раньше Фрэнка, у которого, без сомнения, было несколько собственных боевых приемов. Плюс у него был нож. Она ожидала получить травмы, но никогда не думала о каком-либо исходе, кроме успеха. Сомневаться - значит быть побежденным до того, как враг нанесет хоть один удар .
  
  Она кинулась к «Вальтеру». Фрэнк поскользнулся на телефоне и потерял равновесие.
  
  Если бы не шнуры, все еще сковывающие ее ноги, Алиса выставила бы пистолет, перекатилась на колени и застрелила его. Как бы то ни было, она приземлилась на ковер, ее пальцы были в нескольких дюймах от пистолета, когда Барон схватил оружие с липкого пола. Из-за того, что казалось его последним вздохом, он бросил его через ее голову Фрэнку.
  
  Барон упал со стула мертвым, на мгновение прижав Алису к полу и позволив Фрэнку крепко схватить пистолет.
  
  «Тебе повезло, что нам не разрешают тебя убивать», - сказал он с сильным итальянским акцентом.
  
  «Тебе не повезло», - сказала Алиса.
  
  Но это был просто адреналин. Она знала, что с этого момента она будет в цепях. В лучшем случае.
  
  36
  
  Горные вершины рассекали перистые облака над Сент-Люсией. Через окно возле своего кресла в DC-3 Стэнли мог видеть весь остров, который был примерно вдвое меньше Мартиники. Он наблюдал, как тень самолета проходит над зелеными горами и лугами с галактиками ярких тропических цветов. Он думал, что все Карибские острова похожи друг на друга, но это был Эдем с белоснежными пляжами.
  
  Оставив Хэдли допросить леща, он сначала купил гидросамолет de Havilland Twin Otter, чтобы лететь прямо с Мартиники в тюрьму III. Он совершил ошибку, передав план в штаб-квартиру. Начальник базы ЦРУ Сент-Люсии, человек по имени Корбитт, просил - действительно требовал - чтобы Стэнли сначала приехал в Кастри, крошечную столицу Сент-Люсии, для допроса. В какой-то мере это было правом начальника базы. Штаб-квартире нужен был Корбитт, чтобы проявить свое влияние, чтобы люди из Starfish передали Кларков ЦРУ, а не их основному работодателю, полицейскому управлению Мартиники.
  
  Стэнли задумал связать Эскриджа телеграфом с просьбой, чтобы начальник европейского отделения велел начальнику отдела по Латинской Америке приказать Корбитту стоять к черту. Господи Иисусе, начальник базы на острове с населением Нью-Хейвен? Его работа была , чтобы сделать жизнь проще для сотрудников операций. В конце концов, Стэнли решил, что сможет побеседовать с Корбиттом быстрее, чем потратит на ожидание очереди телеграмм.
  
  В аэропорту Джорджа Чарльза, прежде чем Стэнли был на полпути вниз по трапу самолета, кто-то протянул правую руку. Это было связано с невысоким и рыхлым пятидесятилетним мужчиной в только что отглаженном костюме, накрахмаленной рубашке и блестящем золотом галстуке 1990-х. - Клайд Корбитт, - сказал мужчина, и слова сопровождались порывом мятно-мятного дыхания.
  
  Хотя Стэнли ничего не читал о Корбитте, даже о его имени, он подозревал, что знает все, что имело отношение к делу. Начнем с низкого ранга. ГС-12, может быть. «База», которой он был руководителем, состояла из ничего особенного офиса. Либо он был персональным магазином, либо ему помогал только помощник по поддержке операций - правительство, говоря «секретарь» - почти наверняка местный житель, чья самая драматичная подпольная операция будет связана с использованием специального телефона с устройством шифрования. И, как бы точно ни было небо, это была первая команда Корбитта, дарованная карьерному жокею либо в качестве награды за двадцать с лишним лет службы, либо потому, что Лэнгли просто нуждался в теле в Кастри. Вероятно, когда он получил телеграмму-C / O IN MARTINIQUE ON COVERT OP. ОКАЗЫВАЙТЕ ЕМУ ВСЮ ПОМОЩЬ, КОГДА ОН ЖЕЛАЕТ - Корбитт подозревал, что вот-вот начнется самая захватывающая глава своего путешествия.
  
  Пожав влажную руку начальника базы, Стэнли сказал: «Рад познакомиться».
  
  Корбитт заказал водителя и большой городской автомобиль с тонированными пуленепробиваемыми стеклами. Он помог Стэнли сесть на заднее сиденье, похожее на пещеру. Воздух был настроен на Арктику. Одетый только в рубашку поло и брюки чинос, как и все белые воротнички на островах, кроме Корбитта, Стэнли старался не дрожать. По крайней мере, не нужно было беспокоиться о том, что лед в мини-баре растает во время поездки в американское консульство, которое, по предположениям водителя, займет полчаса на необычно загруженных дорогах.
  
  Корбитт сидел на кожаной скамейке напротив, спиной к перегородке из оргстекла, отделявшей их от водителя. «Я взял на себя смелость назначить нам обед».
  
  «Очень заботливо с твоей стороны», - сказал Стэнли. «Жалко, что я уже пообедал». Фактически, это было вчера.
  
  Он просто хотел попасть в проклятый следственный изолятор.
  
  Когда лимузин отъезжал от аэропорта, он спросил: «Как насчет того, чтобы сэкономить время и отправиться прямо на причал?»
  
  «Может быть, тогда просто выпить. Мы встречаемся с генеральным директором Gotcha-dot-com ». Улыбка Корбитта исчезла, когда Стэнли не смог заметить, что узнал его. «Они являются крупнейшим в мире частным производителем устройств электронного наблюдения».
  
  «Звучит очень интересно, но ...»
  
  «Поверь мне, приятель, ты не хочешь пропустить это». С видом волшебника Корбитт потянулся к стойке и отвинтил крышку хрустального графина для виски. Круглая крышка от бутылки была многогранна и сверкала, как дискотечный шар. «Вы бы поверили, что в нем есть видеокамера, вмещающая шестнадцать часов видео и звука?»
  
  «Только из контекста», - из вежливости сказал Стэнли. По крайней мере, пять лет назад в штаб-квартире один из производителей игрушек показал ему стойку для ошейника, в которой использовалась гораздо более совершенная технология микрокамеры. Вероятно, Сент-Люсия не была приоритетом для производителей игрушек. «Проблема во времени или его отсутствии. Мужчины, за которыми мы гонимся ...
  
  Приложив палец к губам, Корбитт повернулся и нервно взглянул на водителя. «Мы обсудим это в SCIF», - сказал он, как будто любые другие действия были бы совершенно безрассудными.
  
  
  Час спустя Стэнли все еще находился в секретном информационном центре в американском консульстве - небольшом анфите из недорогих офисов на первом этаже белого здания, напоминающего листовой торт.
  
  «Еще раз для протокола», - сказал покрасневший Корбитт, поправляя пряди волос на своей лысине. «Вы ожидаете, что я скажу Клоду Беслону, начальнику полиции Сент-Люсии, просто отпустите преступников под вашу стражу, не задавая вопросов?»
  
  «Предполагаемые преступники, для протокола», - сказал Стэнли, хотя цель защищенного конференц-зала заключалась в отсутствии записи.
  
  «Можете ли вы даже сказать мне, действительно ли эти ребята сделали что-нибудь из того, за что им вменяют?»
  
  Стэнли наклонился над столом для переговоров. - Послушайте, шеф Корбитт, если вы…
  
  "Какие? 'Нужно знать'?"
  
  «Я выбрал менее банальную формулировку».
  
  Корбитт снял очки, запотевшие от пота. «Мне действительно нужно знать. Я не хочу быть придурком, но давай, дружище, это моя территория ».
  
  «Начальнику отделения Латинской Америки сказали меньше».
  
  «Я построил здесь отношения, основанные на доверии. Лоскут и все взрывается. Я имею в виду, что, черт возьми, я должен сказать здесь своим друзьям? »
  
  «Придумайте то, что, по вашему мнению, произведет на них наибольшее впечатление».
  
  «Как насчет щепотки правды, чтобы подкрепить обман?»
  
  «Что я могу вам сказать, так это то, что Лессер и Рамирес представляют угрозу национальной безопасности только тем, что у них в голове», - сказал Стэнли. Это было определенно больше, чем нужно было знать Корбитту, и, как надеялся Стэнли, достаточно, чтобы успокоить его.
  
  37
  
  Три камеры, составлявшие четвертый этаж, были свободны, поэтому коренастый охранник Морская звезда Булькао выбрал Чарли и Драммонда. Он выбрал самый маленький - цементный ящик восемь на десять футов, перед которым стояла скользящая стена из толстых ржавых прутьев.
  
  Внутри камеры на заплесневелой стене на цепях висели две койки, одна над другой. Из соседней стены выросла металлическая раковина. На полу лежала грязная фарфоровая платформа размером с блокнот, с противоскользящими подушечками в форме обуви с обеих сторон и дырой в центре: ванная.
  
  «Тот же дизайнер интерьеров, что и Ливенворт, верно?» - спросил Чарли Драммонда.
  
  Драммонд приложил руку к подбородку и внимательно осмотрел камеру, как будто серьезно обдумывая вопрос, пока Булькао не загнал его и Чарли внутрь. Исчезнув в коридоре, охранник щелкнул выключателем, и зарешеченная передняя стена закрылась с силой локомотива.
  
  «Ужин в тысяча девятьсот пятьдесят», - крикнул он, перекрикивая звенящее эхо, когда исчезал вниз по лестнице.
  
  Садясь на нижнюю койку, Драммонд заметил: «На удивление удобно». Он искал этикетку снизу, словно обдумывая будущую покупку. Ничего не обнаружив, он пожал плечами и лег.
  
  «Пока не ложись спать», - сказал Чарли.
  
  «Сейчас ночь, не так ли? Кстати, мне нужно лекарство ».
  
  «На самом деле, сейчас всего около двух часов дня», - сказал Чарли, но он понимал, почему его отец решил, что сейчас ночь. Непрекращающиеся флуоресцентные сумерки в тюремном корпусе не давали подсказки о реальном времени. Внешний свет не доходил до пола, да и свежий воздух тоже. «Также нам нужно, чтобы вы придумали одну из своих стратегий выхода».
  
  «Вы хотите сбежать отсюда?» - спросил Драммонд более громко, чем требовалось. А может, это была относительная тишина. Только жужжание люминесцентных ламп могло заглушить их разговор.
  
  Чарли прошептал: «Конечно».
  
  "Невозможно."
  
  "Почему? Это не совсем ультрасовременное пенитенциарное учреждение строгого режима ».
  
  «Ну, я понятия не имею, как это сделать».
  
  «Послушайте, если кто-то из ваших старых добрых бывших коллег узнает, что мы здесь - я должен сказать, когда они узнают о том, что мы здесь, - нам повезет, и мы получим пожизненное заключение. Нам повезет, что у нас есть что-нибудь в жизни ».
  
  Чарли сделал паузу, чтобы послушать тихий вой, как у летящего низко маленького самолета.
  
  Неужели по команде прибыла кавалерийская ударная группа?
  
  Шум стих.
  
  Он повернулся к отцу. «Вы ведь здесь заключили сделку?»
  
  «Да, да, они немедленно нейтрализуют нас. У Алисы тоже будут большие неприятности. Где наш адвокат? »
  
  Надежда Чарли разбилась вдребезги.
  
  Он схватился за одну из ржавых планок, ожидая, что она немного поддается.
  
  Ни миллиметра.
  
  Ржавчина не была даже на коже. Загоните грузовик в эти бары на полной скорости: грузовик будет скомпонован.
  
  Как насчет выключателя, открывшего решетку?
  
  Не просто вне досягаемости. Вне поля зрения.
  
  Изучая остальную часть камеры и выходя пустой, Чарли вспомнил, что должно было быть Шагом Первым.
  
  Усевшись рядом с Драммондом, он спросил: «Что может сделать профессиональный офицер тайных операций, чтобы выбраться из такого места, как это, скажем, парень, прошедший двухмесячный курс« Побег и уклонение »на ферме?»
  
  Драммонд сел ровнее, всего на дюйм или два, но этого было достаточно, чтобы Чарли почувствовал искру надежды. «Шпионы - это всего лишь люди, и поэтому они не могут проходить сквозь твердые стены».
  
  "А что насчет решеток?"
  
  «Между ними есть промежуток… в три дюйма?»
  
  «Но ведь это сделали не только люди, которые первыми сели на экстремальные диеты?»
  
  Драммонд кивнул. «Вы действительно слышите те истории Дикого Запада о лошадях, привязанных к решетке и выдергивающих их».
  
  «Это начало…»
  
  «Принимая во внимание законы физики, даже с командой особенно сильных упряжных лошадей, я бы сказал, что эти истории апокрифичны».
  
  «Что ж, у нас, вероятно, не будет возможности проверить это, учитывая, что мы на три этажа от земли и у нас нет окна. Но да ладно, в газетах все время пишут о побегах из тюрьмы ».
  
  «Потому что они новости. Ты думаешь сбежать отсюда? »
  
  Чарли вздохнул. «Это пришло мне в голову».
  
  «Хотели бы вы услышать интересную информацию?»
  
  «Имеет ли это какое-либо отношение к выходу из тюремной камеры?»
  
  "Да."
  
  «Тогда да, я хотел бы услышать интересную информацию», - сказал Чарли, несомненно, в первую очередь в жизни.
  
  «В 1962 году трое заключенных в Алькатрасе использовали ложки и часть пылесоса, чтобы долбить бетон вокруг вентиляционного отверстия, ведущего из их камеры в хозяйственный коридор. Они работали во время музыкального часа в камере, чтобы охранники не слышали, и они скрывали свое продвижение кусками фальшивой стены, достаточно хорошей, чтобы камера прошла проверку. Когда путь к эвакуации был наконец готов, они оставили манекены из папье-маше в кроватях, а затем пролезли через вентиляционное отверстие - они заранее сняли лопасти вентилятора и двигатель. Это попало в вентиляционную шахту. По пути они украли плащи, из которых сделали резиновый плот, чтобы перебраться через залив Сан-Франциско ».
  
  «Я думал, что никто никогда не сбегал из Алькатраса».
  
  "Верный. Они либо утонули, либо их застрелили, я забыл что.
  
  «Как бы то ни было, ты потерял меня на ложках. ”
  
  «Они использовали ложки, чтобы долбить ...»
  
  Драммонд был прерван огнестрельным треском, который разнесся по всему следственному изолятору.
  
  Чарли замер. «Я не думаю, что готовится ужин».
  
  «Похоже на три пятьдесят семь», - сказал Драммонд. Лежа, он натянул подушку на голову, предположительно для того, чтобы дополнительные 357 сообщений не нарушили его сон.
  
  Его не спали двое мужчин, мчащихся вверх по лестнице, усиленные влажным бетоном, так что они звучали как два быка. Первым появился Эктор Мансанильо, зубастый охранник Илет Серон. Длинный ствол его стального револьвера сиял в отблесках люминесцентных ламп над головой. Минана сопровождала его.
  
  Драммонд поднялся с кровати. Узнав Гектора, он улыбнулся.
  
  - Привет, сеньор Лессер, - сказал Гектор с теплотой, которая казалась искренней.
  
  Чарли все еще мучили предчувствия. Он надеялся, что это физиологический сбой, побочный продукт усталости в сочетании с двумя неделями, в течение которых все, с кем он встречался, пытались обмануть или убить его. Дело в том, что если бы Гектор знал, что Riva был оснащен LoJack, он мог бы подкупить кого-нибудь в полиции Сент-Люсии, чтобы он мог сидеть сложа руки и ждать, пока неуловимая стиральная машина стоимостью 100 миллионов долларов будет доставлена ​​его сообщнику. Морская звезда Страж Л. Минана.
  
  «Ты здесь не для того, чтобы освободить нас, не так ли?» - сказал Чарли Гектору.
  
  Гектор сверкнул улыбкой продавца автомобилей. "Я."
  
  « Если? ”
  
  «Если вы скажете мне код детонации бомбы, спрятанной в стиральной машине. Алехандро сейчас подкатывает его к сигаретной лодке босса моего брата. Я могу спуститься и проверить это. Если это сработает, ты уйдешь отсюда ».
  
  « Код взрыва? - крикнул Драммонд, побуждая Минану побледнеть.
  
  «Что-то не так с его головой», - заверил Гектор охранника. «Но другой он нам расскажет».
  
  Минана, Гектор и Драммонд посмотрели на Чарли, который не знал кода, но мог узнать его, быстро взглянув на серийный номер «Перриман Приштина». Если он поделится этой информацией, Гектор освободит их. Из камеры. Однако он не позволил бы им жить намного дольше.
  
  Единственная другая идея Чарли заключалась в том, чтобы затормозить, пока Драммонд не мигнет. «Код на моем мобильном телефоне», - сказал он. «Он указан в моем телефонном справочнике в разделе« Химчистки ». ”
  
  Гектор посмотрел на Минану.
  
  «У них не было телефонов», - сказал охранник.
  
  «Да, я подумал, что это ложь». Большой рот Гектора скривился от отвращения. «Мальчики из колледжа, которых Лессер привозил из Штатов, все они были гребаными гениями в математике. Запоминать код из тридцати цифр для этих парней - все равно что запоминать имя для меня или для вас ». Он повернулся к Чарли. «Я тебе кое-что скажу, чувак. На прошлой неделе на Ceron было несколько довольно ловких привидений, упаковавших новейшее программное обеспечение для взлома кода. Однако ни одно из них не имело смысла в этой истории с Бернадетт и Антуининой. Но вы превратили его в широту и долготу примерно за пять секунд. И в твоей долбаной голове, я прав? " Не дав Чарли возможности ответить, он спросил Минану: «Как твоя фортепианная пьеса?»
  
  Охранник указал на решетчатую стену перед камерой. «Он кладет пальцы на перекладину. Затем я играю на них, - он поднял дубину, как будто это был молоток, - пока он не поет.
  
  «Давай, маэстро, - сказал Гектор.
  
  Минана подошла к перекладине. Гектор направил револьвер на Чарли, предлагая ему выйти вперед.
  
  Драммонд наблюдал с болью, которую Чарли, к сожалению, счел законной. И оправдано.
  
  «Просуньте пальцы через решетку», - сказала Минана Чарли.
  
  Охранник крепче сжал дубину.
  
  Чарли коснулся кончиками пальцев холодной и грязной перекладины и скользнул ими вперед, на волосок за раз, тем временем пытаясь придумать альтернативу.
  
  Все, что он придумал, было тошнотой.
  
  «Подожди», - сказал Драммонд - фактически приказал в том стиле Паттона, который он использовал, когда был на пике карьеры, и дела накалились.
  
  Наэлектризованный, Чарли убрал руки и посмотрел на отца.
  
  В глазах Драммонда не было огня. «Что, если мы придумаем какую-то договоренность, Гектор?» он спросил. Как будто он считал, что это действительно новая идея.
  
  «Например, когда бомба будет продана, я получу половину денег?»
  
  «Что-то вроде того, да! Как насчет этого? »
  
  «Я бы предпочел получить все деньги». Гектор щелкнул пистолетом, приказав Чарли вернуть пальцы к перекладине, чтобы сломать его.
  
  В этот момент взрыв потряс все здание, ударив Гектора и Минану об пол. Схватив за решетку, Чарли удерживался в вертикальном положении.
  
  Драммонд схватил его и швырнул их обоих в угол камеры рядом с койками. Они приземлились на колени. Драммонд прижал подушку к затылку Чарли, направил его на корточки, затем протянул руку, схватив вторую подушку и положив ее себе за голову - все это было сделано примерно за секунду и так естественно, как если бы Драммонд был застегивает ширинку.
  
  «Граната?» - крикнул Гектор Минане.
  
  Охранник не подал виду, что слышал Гектора, вероятно, из-за почти оглушительного пулеметного огня. Поспешно поднявшись на ноги и махнув Гектору следовать за ним, он побежал к лестнице.
  
  Обстрел продолжался, темнея в воздухе от пыли и разложившейся плесени. Отдельные пули срикошетили, разбивая стекло или звенящие металлические предметы и мебель. Примерно через минуту стрельба уменьшилась до спорадических хлопков. Наконец в здании вернулась знакомая тишина, за которой последовал звук, когда кто-то взбегает по лестнице - кто-то новенький, судя по визгу обуви на резиновой подошве.
  
  38
  
  Смог рассеялся, открыв Леща, стоящего у камеры Чарли и Драммонда. Пыль побелела волосы пилота и покрыла его лицо, за исключением того места, где капала кровь. У него была штурмовая винтовка, карманы его брюк были набиты свежими журналами, дополнительные пистолеты торчали из-за пояса, а на поясе болтались гранаты вместе с ножом в ножнах, почти размером с мачете.
  
  «Мне пришлось ударить привлекательную даму из ЦРУ по голове чайником, чтобы выбраться сюда, но в остальном вы, ребята, преуспели в этом звоне», - сказал он. «Я понятия не имел, как мы собираемся вывести вас с Мартиники после того, как разобрались с делом о бомбах».
  
  Может ли это быть лещ на помощь? Чарли растерялся.
  
  Пилот скрылся из виду. Передняя стена камеры с громким лязгом открылась. Вновь появившись, проворчал Лещ. «Конечно, теперь нам нужно покинуть этот остров».
  
  «Спасибо, Джей Ти», - сказал Драммонд, выходя из камеры.
  
  "Не за что." Лещ вытащил из-за пояса один из пистолетов.
  
  Чарли был слишком далеко, чтобы делать что-либо, кроме ужаса: неужели Лещ решил, что Драммонд теперь расходный материал? Драммонд, в свою очередь, почти не заметил пистолет.
  
  «Кто-нибудь из вас предпочитает Glock 17?» - спросил Лещ.
  
  "Я делаю." Драммонд забрал прочный черный пистолет, словно натянул перчатку. Он перевернул затвор, осмотрел камеру, нажал кнопку, выталкивающую обойму, и изучил ее содержимое. Удовлетворенный, он протаранил его до упора, проверил безопасность и нашел удобную рукоятку. "Отлично."
  
  «Лети ко мне, ты получишь некоторые излишества», - сказал Лещ.
  
  Он предложил Чарли прочный серый пистолет «Зиг Зауэр». Чарли с радостью согласился, хотя, по его оценке, его навыки стрелка ограничивались попаданием в цель прямо перед ним. Если цель была большой и неподвижной.
  
  Он последовал за Лещом и Драммондом к лестнице, имитируя путь, которым они вели с ружьями, словно освещая путь.
  
  На нижней площадке Лещ обошел малиновую лужу, окружавшую Минану. «Я заставил этого парня и Рики-Рикардо-на-стероидах спускаться из тюремного корпуса. Другой охранник был мертв к моему прибытию. Кого еще вы видели с тех пор, как были здесь?
  
  «Мы слышали, что там был ремонтник». Чарли старался не смотреть на мертвеца.
  
  "Ага. Комбинезон. Он и его версия Рики Рикардо с хвостиком и еще один головорез загружали стиральную машину в сигарную лодку, когда я мирился. Они бросили то, что делали, и начали стрелять в меня. Мне пришлось стрелять вслепую ». Лещ изобразил, как ныряет под планшир своей лодки и стреляет, не глядя. «Мне повезло», - заключил он с ложной скромностью.
  
  Высунув пистолет перед собой, он схватился за дверной косяк и вылетел из подъезда.
  
  «Сейчас у нас все в порядке», - ответил он.
  
  Драммонд вышел кошачьим движением, похожим на движения Леща. Чарли неуклюже шел сзади, соскользнув с короткой ступеньки с площадки на приемную стойку, чуть не упав на защищенный от взятки Булькао. Охранник сидел за своим компьютерным терминалом, как будто все еще печатал, за исключением того, что его шея была под невозможным углом, а на месте его левого глаза была темная полость.
  
  «Не забывай свои личные вещи», - сказал Лещ, помахав рукой на коричневый бумажный пакет, который теперь помечен как «LESSER / RAMIREZ». «Кроме того, это могло бы быть немного менее бросающимся в глаза, если бы вы двое переоделись в эти огненные комбинезоны».
  
  Чарли схватил бумажный пакет. Чувствуя тошноту от тела Булкао, он бросился проверять содержимое сумки - все было там - затем вернулся к Лещу и Драммонду.
  
  Как и они, он прижался к передней стене и выглянул в окно. Двойник Гектора и двое других мужчин лежали снаружи, на участке земли между зданием и водой. Вечернее солнце отбрасывало длинные тени на их тела, делая тем более очевидным, что мужчины не двигались и никогда больше не двинутся с места. Если бы их банды было больше, бесплодная каменистая земля не предлагала им спрятаться.
  
  «Именно то, что я надеялся увидеть», - сказал Лещ. «Единственная плохая новость в том, что этот камень сейчас слишком горяч, чтобы мы могли поменять бомбу на Алису. Нам нужно куда-нибудь еще ».
  
  "Где?" - спросил Чарли.
  
  «В нескольких шагах от Сент-Люсии есть необитаемый участок земли. Мой коллега находится рядом с ученым, который выполнит ядерно-физическую версию - пинать шины ADM ». Лещ направился к гигантскому скоростному катеру, покачивающемуся у пристани, силуэт стиральной машины виднелся на корме. «Надеюсь, мертвые парни не будут возражать, если мы заберем их лодку».
  
  39
  
  Стэнли посмотрел в бинокль. Еще до того, как он смог увидеть похожий на копье нос сигаретной лодки, он узнал характерный след корабля.
  
  «Это они», - сказал он, передавая бинокль Корбитту, растянувшемуся на шезлонге на второй по высоте из трех палуб того, что было указано в бюджете разведки Дома как «Корабль для побега и уклонения». На самом деле это была изящная прогулочная яхта длиной семьдесят футов или, как выразился Корбитт, «привилегия».
  
  Поставив свой скотч, Корбитт направил двойные линзы на высокое здание на маленьком острове для задержек.
  
  «Три часа», - сказал Стэнли.
  
  Корбит сдвинулся с места. «Лодка для сигарет?»
  
  «Да». На много миль в поле зрения не было других лодок. Не было ничего, кроме воды. «Нам нужно выйти на связь и отправить сообщение в штаб».
  
  «Флэш-кабель? Зачем?"
  
  «Глаз в небе».
  
  «Ты не шутишь, да?»
  
  «Сигаретные лодки могут идти со скоростью девяносто миль в час, и даже быстрее, если люди на борту не против сжечь двигатели. Управление по борьбе с наркотиками в Майами постоянно находит «окурки» ».
  
  «Но спутник ? Что не так с радаром? »
  
  «Практически бесполезен против такого быстрого крафта».
  
  «Хорошо, высокоскоростные вертолеты?»
  
  «Они в порядке, но чтобы преследовать кого-то, им нужно выбраться отсюда, к тому времени…»
  
  Корбитт сел, все еще глядя в бинокль. «Я не могу разглядеть никого на лодке», - сказал он. "Я имею в виду, я уверен, что кто-то есть, но ..."
  
  Разочарование приготовил Стэнли. "Его. Их."
  
  "Нутряная штука, а?" Корбитт сказал, без сомнения , ему не терпится произнести фразу, красовавшуюся на плакатах в коридорах Лэнгли с шестидесятых годов: в Агентстве работают сотни блестящих аналитиков, так что операторам не придется полагаться на догадки .
  
  «Это не какое-то шестое чувство», - сказал Стэнли. «Всего два часа назад, узнав, что цели находятся в третьем заключении, Карфаген нокаутировал одного из наших офицеров и ускользнул от ее дублирующей команды. В любом случае, почему в СИЗО может быть лодочка для сигарет? »
  
  Корбитт поднялся с шезлонга и пошел на корму, изо всех сил пытаясь удержать равновесие - сухопутный олень, если таковой вообще был. «Хавьер», - позвал он мост. «Задержание по радио № 3 и посмотрите, не сбежал ли кто-нибудь или что-нибудь в этом роде».
  
  Он вернулся к своему стулу и выпил, пока человек у руля набирал номер в радиоприемнике.
  
  Стэнли уставился на свой обычный сотовый телефон, временную замену спутниковому телефону, который Драммонд Кларк бросил прошлой ночью в залив Форт-де-Франс. Проклятье, сейчас ничего близкого к сигналу.
  
  Корбитт похлопал его по плечу. «Ты знаешь правила игры, приятель», - сказал начальник базы. «Мне нужно подтверждение. Если окажется, что наркоторговец навещает заключенного, начальник моего отдела набросится мне на задницу, как вы не поверите ».
  
  «Если нам нужны люди, и вы потеряете их, что будет делать начальник вашего подразделения?»
  
  «Я бы точно не виноват, что следую книге. Вы хоть представляете, сколько стоит перенаправление спутника? Больше в час, чем на Боинге 747 ».
  
  Вот почему Стэнли восхищался кавалерией. Их операции нанесли сопутствующий ущерб - прямо скажем, ни в чем не повинные люди стали жертвами перекрестного огня, - но, по крайней мере, действия были предприняты.
  
  «Никто не отвечает», - озадаченно крикнул Хавьер с моста.
  
  Корбитт уступил и связался с начальником отделения Латинской Америки, который отправил спутниковый запрос в штаб.
  
  Двадцать одна минута спустя штаб одобрил перенаправление. Через тридцать четыре минуты после этого на стойке регистрации в Латинской Америке появилась фотография. Учитывая последующую оценку аналитиков, что лодка для сигарет приземлилась на одном из четырнадцати небольших островов в радиусе пятидесяти восьми минут от центра заключения, эти изображения были получены примерно на три минуты позже.
  
  40
  
  В это было трудно поверить, но место инспекции ядерного оружия выглядело идиллически: сверкающий белый пляж окружал уединенную чистую голубую лагуну. Навес из пальмовых листьев обеспечивал тень и защиту от глаз в небе. Пока Драммонд лежал на кокосовой пальме, наблюдая, как мягкие волны вьются и белеют, Чарли стоял на пляже рядом с худощавым мужчиной в очках лет сорока, который представился доктором Гульмасом Джинной, физиком-ядерщиком. Они наблюдали, как Лещ и его мускулистый «помощник», которого он называл Корки, вытаскивали стиральную машину с выброшенной на берег лодки для сигарет.
  
  Джинна определенно выглядел со стороны ученого - он был достаточно худым, чтобы Чарли мог подумать, что он рассеянно забыл поесть. Несмотря на высокую температуру, мужчина был одет в накрахмаленную белую рубашку с длинными рукавами и галстук.
  
  «Так ты откуда?» он спросил.
  
  «Бруклин». Чарли не ожидал, что серьезный человек, собирающийся осмотреть ядерное оружие, пустит пыль в глаза.
  
  «Я так хотел бы когда-нибудь поехать в Нью-Йорк».
  
  Чарли понял, что это означало, что Нью-Йорк не был местом назначения бомбы.
  
  "А ты?" - рискнул он. "Откуда ты?"
  
  «Лахор. Недооцененный город. Однозначно стоит посетить, если бы не раздоры в Пенджабе. Надеюсь, мы скоро увидим решение.
  
  По словам Алисы, группа мусульманских сепаратистов из Пенджаба направила своих представителей на Мартинику для покупки ADM в тот же день, когда умер Филдинг. Чарли предположил, что, покинув Мартинику с пустыми руками, та же группа разработала план выдачи.
  
  Принимая во внимание плотный график доставки бомбы Лещу, Чарли спросил: «Так вы полагаете, что борьба закончится« особым случаем »?»
  
  "Какой особый случай?"
  
  «Разве через несколько дней в Индии не будет особого события?»
  
  "Васант Панчами?"
  
  - Опять Васант Панчами?
  
  «Это индуистский фестиваль, посвященный Сарасвати, которую многие считают богиней музыки и искусства».
  
  «Значит, ADM будет частью фейерверка Васант Панчами?»
  
  Джинна уставился на Чарли, как будто он говорил на чужом языке.
  
  «Я так понимаю, что Васант Панчами не тот день, когда вы планируете взорвать бомбу?» - сказал Чарли.
  
  " Взорвать бомбу?"
  
  «Что еще вы с этим сделали бы?»
  
  Индеец отстранился. «Я здесь от имени Центра атомных исследований им. Бхабхи в Тромбае. Наша цель - не допустить, чтобы незаконные торговцы оружием, такие как ваш отец, продавали такое оружие партиям, которые без колебаний взорвали бы его, например террористам в Пенджабе ».
  
  «Джинна - отличный лжец, - подумал Чарли, - а может, и лучше».
  
  
  Что имело значение, так это то, что Джинна не был превосходным физиком, или, по крайней мере, его арсенал электронных датчиков не смог бы обнаружить, что в урановой яме ADM содержится обогащенная урановая версия дурацкого золота.
  
  После тщательного изучения индеец счел оружие «настоящим», что удовлетворило всех, кроме себя.
  
  Лещ позвонил по спутниковому телефону, начав освобождение Алисы, и видео с ее лицом появилось на экране его спутникового телефона, ужасно не в фокусе. Тем не менее, Чарли выпил его.
  
  Картинка стала более четкой, и она показала, что она стоит на улице, в сельской местности, в ночное время. Она была бледна и, несмотря на парку и толстую шерстяную шапку, дрожала и выдыхала потоки пара, освещенные уличным фонарем.
  
  «Посмеивается», - воскликнула она. Еще один ее код безопасности. "Как дела?"
  
  «Минутку посмеяться», - сказал он, давая понять, что с его стороны все в порядке. Относительно.
  
  «А другой мой друг?»
  
  Лещ нажал кнопку возле мундштука, возможно, инициировав изменение голоса. «Подожди, - сказал он. Он направил линзу на уснувшего Драммонда. «Капитан, вам звонят».
  
  Драммонд устало встал. Он посмотрел на дисплей спутникового телефона, не узнав. "Как дела?"
  
  «Очень взволнован перспективой использования женской комнаты, чтобы люди не наблюдали за мной».
  
  "Ой."
  
  «Хорошо, хватит болтовни». Сунув телефон в карман, Лещ помахал стиральной машине. «Пора вам, ребята, подойти к тарелке».
  
  Чарли внезапно подумал обо всех вещах, которые могли пойти не так с тонкой внутренней работой бомбы после того, как просидел в сырой пещере в течение нескольких недель, а затем подпрыгнул вокруг Карибского моря. «Папа, ты помнишь, как этим пользоваться?» он спросил.
  
  «Конечно, - сказал Драммонд. «Я помогал писать руководство Perriman».
  
  «Это усовершенствованная модель».
  
  "О верно. Это ведь не обычная стиральная машина?
  
  "Верно." Чарли почувствовал тяжесть своей ответственности втрое.
  
  Зевнув, Драммонд подошел к краю воды, затем улыбнулся, когда пузырящийся прибой потек через вентиляционные отверстия его Crocs. Корки отслеживал движения Драммонда с помощью «узи». Ему под тридцать, с длинными спутанными обесцвеченными волосами, помощник Леща мог бы сойти за серфера, если бы не особо мрачный Мрачный Жнец, вытатуированный на большей части его спины, с огромным окровавленным серпом, обвивающим его шею.
  
  Чарли осторожно открыл крышку стиральной машины. Даже дурацкое золото урана было очень летучим, а внутри машины было достаточно жарко, чтобы запечь курицу. Надеясь полностью обойти демонстрацию, он указал на стальную полосу на панели управления. «Код представляет собой последовательность из пятнадцати цифр», - сказал он. «По пять на каждую ручку PAL внутри».
  
  "Ах." Джинна прищурился. «Покажите нам, пожалуйста».
  
  - Да, пожалуйста, - повторил Лещ без какой-либо сердечности.
  
  Чарли наклонился к машине. Он расчистил путь через джунгли проводов к звеньям разрешающего действия, трем большим цифровым циферблатам, как на напольных сейфах. Если бы он неправильно набрал пятнадцать номеров более двух раз, антихакерское устройство сделало бы систему неспособной взорваться. Или бесполезный для сегодняшних целей.
  
  Он осторожно нажал на первую цифру, 37. Пот выступил ему в глаза. Миллиметры за раз, чтобы не набирать номер, он вводил оставшиеся двузначные числа на первом циферблате, затем начинал на втором.
  
  Менее чем через пять минут, хотя казалось, что прошло больше часа, он закончил. Теперь, даже если он правильно ввел код, кто мог сказать, что чувствительный механизм детонации все еще работал?
  
  Канал панели считывания, приклеенный лентой к внутренней части крышки, был безжизненным. Затем он начал светиться бледно-зеленым светом. Черные персонажи образовались на фоне… 20:00 . И секундой позже, 19:59 .
  
  Чарли сжал кулак. «Твоя очередь», - сказал он Лещу.
  
  Взглянув на показания дисплея, и его лицо стало на оттенок белее, чем раньше, Лещ открыл телефонную трубку. «Хорошо», - сказал он. «Подари ей билет на автобус и прощальный подарок».
  
  Похитители Алисы согласились передать десять банкнот по 100 евро и заряженное ружье, прежде чем выпустить ее в непосредственной близости от общественного транспорта, предположительно где-то в Европе. Затем она скажет Чарли, что она в безопасности.
  
  Лещ показал Чарли свой телефон. На дисплее Алиса засунула пачку банкнот в свою куртку, проверила магазин в пистолете, затем пошла назад, держа ствол нацеленным на того, кто держал телефон на ее конце.
  
  «У нас все хорошо, Хихиканье», - сказала она. «Увидимся в Сент-Луисе».
  
  Под Сент-Луисом она имела в виду Париж. У доктора Арно Петитпьера, невролога, который руководил клиникой Альцгеймера в Женеве, была дочь, изучающая историю искусства в Сорбонне. Не привлекая излишнего внимания, Петитпьер мог служить Драммонду в конспиративной квартире с видом на остров Сен-Луи - отсюда и кодовое название.
  
  Чарли смотрел, как Алиса удаляется по пустынной заснеженной проселочной дороге. Шансы увидеть ее снова казались ужасно большими.
  
  Его мысли были прерваны Лещом. «Хихикает, как насчет того, чтобы сделать всем здесь одолжение и выключить ядерную бомбу?»
  
  
  Как только Чарли это сделал, Лещ издал возглас, быстро добавив: «А теперь давай убираемся к черту с этого камня».
  
  Корки сидел над черным пластиковым чемоданом, достаточно большим, чтобы в нем мог поместиться мужчина. Логотип ZODIAC дал Чарли ключ как к его содержанию, так и к планам Леща. Он знал лодки «Зодиак» как шаткие резиновые плоты в «Подводном мире» Жака Кусто .
  
  Наблюдая, как Джинна помогает Корки опустить ящик на песок, Чарли спросил Леща: «Это наша поездка домой?»
  
  Лещ засмеялся. «Нет, это транспорт для Док Джинны, Корки и их пассажира». Он склонил голову к стиральной машине. «Кулинарный институт Америки даже не подумает искать резиновый плот. Вы, я и Папа можете взять напрокат самолет, Корки, и документ приехал. Он указал на поляну в дальнем конце леса. Хвост небольшого самолетика блестел в одном из немногих лучей света, пробивавших потолок из веток и листьев.
  
  "Куда?"
  
  «Ты хочешь вернуться в Европу, верно?»
  
  «Ты отвезешь нас туда?»
  
  «Был бы, если бы мог. Этот самолет прилетает из Сент-Люсии, и он не годится для большего, чем десятицентовая экскурсия по местности. Но если мы полетим обратно в Кастри, вам не нужно будет проходить таможню - вам не нужно даже покидать взлетно-посадочную полосу. Просто поиграйте в богатых туристов и купите себе билет на рейс авиации общего назначения. Сходи на какой-нибудь маленький аэродром в Европе ».
  
  Для Чарли это показалось прекрасным планом, за исключением одного большого изъяна: явный стимул для Леща к смерти его и Драммонда. С другой стороны, пилот знал, что если он оставит их в живых, они не посмеют обратиться в правоохранительные органы. Так что, с его точки зрения, подбрасывание их обеспечило их тишину не хуже, чем пули. Позволив им уйти благополучно, он также означал, что на его следе останется на два тела меньше, и исчезнет риск расправы со стороны бывших коллег Алисы или Драммонда.
  
  Чарли посмотрел на Драммонда, чтобы успокоить его. Его отец просто стоял и смотрел собрание Зодиака, как ребенок в цирке. Из большого ящика Корки изготовил ярко-красные панели из стекловолокна, которые защелкивались вместе, образуя пластиковую колоду, достаточно большую, чтобы выдержать Клайдсдейл. Джинна тем временем развернул гигантский резиновый пузырь и подключил электрический насос к портативному генератору. За считанные секунды баллон принял форму корпуса, и люди превратили металлические трубы в грузовой отсек и основу для сидений и пульта управления.
  
  Вернувшись к Лещу, Чарли спросил: «Разве два туриста, которые внезапно зафрахтовали рейс в Европу, не вызовут тревогу?»
  
  "Ага. Вот почему ваш пилот подает местный план полета. Как только вы покинете Сент-Люсию, он позовет пересмотренный или аварийный план полета - он знает, как в него играть. Когда вы приземлитесь, вам, возможно, придется ответить на несколько вопросов ... »
  
  «Но, по крайней мере, мы выберемся из Доджа», - сказал Чарли. В целом он был удовлетворен планом, в немалой степени потому, что он давал ему еще один шанс выманить Леща. И на этот раз он знал, как это сделать.
  
  41 год
  
  Двухмоторный самолет поднялся в облака.
  
  «Вы должны снять шляпу перед этими индейцами», - сказал Чарли Драммонду через проход в первом из трех рядов. «Я имею в виду, что все разведывательные и правоохранительные органы мира не смогли нас найти, но каким-то образом они это сделали. И теперь им удалось засчитать себя террористическим эквивалентом Святого Грааля ».
  
  Несмотря на разговор, после самого резкого взлета со времен Китти Хок Драммонд кивнул.
  
  Как и надеялся Чарли, Лещ развернулся в кабине. «Вы должны спросить о своих так называемых спецслужбах, насколько они на самом деле умны и умны», - сказал пилот. «Во-первых, почему они зарабатывают меньше, чем сантехники?»
  
  «Или даже чартерных пилотов?»
  
  «Некоторые чартерные пилоты справляются лучше, чем другие».
  
  Чарли почувствовал, что Леща можно убедить заговорить. Он впервые заметил избыток гордости пилота во время полета из Швейцарии, когда Лещ злорадствовал, обманывая Чарли своей историей Skunk Works. В то время как одежда, из-за которой человека было трудно опознать, была обычным явлением в Городе Призраков, Лещ оделся, чтобы подчеркнуть его телосложение. Покидая тюремный блок, он потратил драгоценное время, чтобы подробно описать свою «удачную» меткую стрельбу по прибытии в следственный изолятор III. И теперь он горел желанием претендовать на свою долю кредита на эту операцию. Чарли практически чувствовал жар.
  
  «Как вы думаете, как нас нашли индейцы?» - спросил Чарли.
  
  «Ты же знаешь, я не могу тебе этого сказать».
  
  «Так они тебе сказали ?»
  
  «Дай мне здесь молекулу уважения, Хихиканье».
  
  Бычий глаз . «Я думал, ты просто прославленный курьер».
  
  Лещ откинулся назад, переключая внимание на инструменты.
  
  Чарли изобразил интерес к облаку.
  
  Лещ откашлялся. «После того, как Филдинг укусил пыль, я получил известие от одного из его головорезов, парня по имени Альберто».
  
  Драммонд пошевелился. "Гутьеррес?"
  
  "Знаю его?" - спросил Лещ.
  
  «Альберто Гутьеррес и Эктор Мансанильо практически соединились бедром, - сказал Драммонд.
  
  Неужели упоминание о преступниках вызвало еще один эпизод осознанности?
  
  «Да, он работал на Филдинга на Мартинике, - сказал Лещ. «Он предложил мне информацию, чтобы получить залог и деньги на перелет. Сто штук. Это была лучшая инвестиция, которую я когда-либо делал. Индейцы заплатят мне столько, что даже ты не можешь рассчитать норму прибыли, Чарли.
  
  «Так этот парень, Альберто, знал о бомбе?» - спросил Чарли Леща.
  
  «На тот момент бомба не была секретом. Кулинарный институт Америки отправил группу для допросов Илет Серон. АНБ и Агентство военной разведки, примерно такая же сделка. Но Альберто сказал мне одну вещь, о которой больше никому не говорил: Korean Singles Online-dot-com ».
  
  Чарли посмотрел на отца в поисках объяснений, но Драммонд снова засыпал.
  
  С помощью спутникового телефона Лещ поманил с места второго пилота. Чарли уперся в переборку и вошел в кабину как раз вовремя, чтобы увидеть, как пилот открывает в Интернете страницу Korean Singles Online, на которой доминирует фотография «Suki835», пухлой девушки-подростка с теплыми глазами и красивой улыбкой.
  
  Лещ подошел к ее левой серьге, затем увеличил изображение примерно в сто раз, открыв одиннадцать рядов, каждая из которых содержит десять столбцов из шести, казалось бы, случайных буквенно-цифровых последовательностей. «Если ты поймешь, как расшифровать это дерьмо - которое мне удалось сделать благодаря очень дорогому программному обеспечению и десяти эспрессо, - то ты получишь, что Гончие потеряли Кролика и Кролика Джуниора в Ютике и Филмора в Бруклине в половине первого . Это что-нибудь для тебя значит?
  
  Прошло две недели, но Чарли никогда не забудет ночную автомобильную погоню по Бруклину. Пара кавалерийских стрелков просто пропустила его и Драммонда. Примерно пятьдесят раз.
  
  «Понятия не имею, - сказал он.
  
  Бросив телефон обратно на место второго пилота, Лещ сказал: «Вот как Филдинг общался со своими приспешниками, пока они охотились за тобой, Кролик-младший. Прочитав остальные личные сообщения Сьюки, я понял суть истории. В одной записи Филдинг предупреждает, что вы, мальчики, можете сбежать в экспериментальную клинику Альцгеймера в Токио, Иерусалиме или Женеве. И я уже знал, что вы поехали в Европу - помните, я порекомендовал чартерного пилота, который летал вы все в Инсбрук. Я подумал: сколько клиник Альцгеймера может быть в Женеве? Я поставил решку на несколько швейцарских документов. Днем позже Арно Петитпьер едет в Гштаад и вуаля… »
  
  «Я поражен», - сказал Чарли, что было преуменьшением. Мало того, что ему только что вручили доказательства его невиновности и невиновности Драммонда; теперь он видел, как лаконичный ковбой Брема действовал именно так, как поступок. Очевидно, пилот справился со всеми аспектами операции. Шансы, что он передаст ADM лично, были непреодолимыми.
  
  Вопрос на несколько миллионов долларов звучал так: где?
  
  «Так вы выбрали свой особняк?» - спросил Чарли.
  
  «Еще не охотился за особняками. Но я обязательно пришлю тебе открытку.
  
  Чарли задумался. «Я уверен, что вы хотя бы думали о том, как отпразднуете успешную поставку ADM».
  
  "Не совсем. Я играю в них по одному, и эта игра еще не закончена ».
  
  «Если бы это был я, как только мне заплатили, я бы сразу направился в лучший ресторан города, заказал бутылку Louis Latour 1954 года и лобстера размером с трехколесный велосипед».
  
  Лещ усмехнулся. «Это будет Budweiser 2010 года, спасибо, и, если хотите знать, ребер ребер».
  
  «Залог не повлияет на ваш аппетит?»
  
  Лещ покраснел. « Залог? Вы общались со слишком многими «правительственными чиновниками». Вы имеете в виду "невинные люди превратились в красный туман"? "
  
  "Я так полагаю".
  
  «Если бы я сказал вам, что это не дает мне уснуть почти каждую ночь, разве это сделает меня менее злодеем в ваших глазах?»
  
  "Должен ли он?"
  
  "Ага. Это нелегкое решение. Но нашей стране нужен сигнал тревоги. Если бы в этом деле были действительно самые лучшие и умные, это было бы не так просто ».
  
  Это было последнее, что слышал Чарли.
  
  
  Пока воздух, ворвавшийся в кабину, как товарный поезд, не разбудил его.
  
  Дверь кабины болталась из самолета.
  
  Леща не было.
  
  Может быть, он находился под желобом, распустившимся за самолетом, в обрамлении фиолетового заката.
  
  Чарли вернулся на свое место, пристегнутый ремнем. «Небо было действительно красивым», - подумал он.
  
  Почему-то он не волновался. К тому же Драммонд все еще спал. Если бы это было большим делом, он бы встал, верно?
  
  В противном случае им предстояло пройти долгий путь, прежде чем они упадут в море настолько мягкое, что, вероятно, это не повредит. Тепло наверное. Тоже красиво. Расплавленная бронза в убывающем свете.
  
  - Гипоксия, - крикнул Драммонд сквозь шторм. Он потер глаза от сна.
  
  «Это то, что это? Это нехорошо, не так ли? "
  
  "Верный."
  
  Поступающий воздух охлаждал кабину. Мысли Чарли начали проясняться.
  
  "Почему нет?"
  
  «Это влияет на людей по-разному, но во всех случаях это вызвано уменьшением количества кислорода». Драммонд расстегнул ремень безопасности. «Либо в кабине должно быть надлежащее давление, либо нам нужен дополнительный кислород».
  
  Чарли выглянул в иллюминатор. Леща больше нет.
  
  Покачиваясь, Драммонд направился в кабину, дотянувшись до W-образного хомута перед пустым креслом пилота. Он упал, его лоб треснул ярмо. Он упал боком, приземлившись на другое сиденье, и лежал неподвижно.
  
  Самолет начал пикировать.
  
  "Папа!"
  
  Нет ответа.
  
  "Ну давай же!"
  
  Ничего, даже если жужжание проносящегося мимо неба переросло в крик. Чарли хотел встать и разбудить Драммонда, но остался сидеть. Его конечности не подчинялись его воле.
  
  Адреналин пронзил его.
  
  Тем не менее, он не мог двинуться с места.
  
  42
  
  Пули вонзились в парку Алисы, создав облако льда, ткани и гусиных перьев. Когда облако рассеялось, казалось, что ее заменили на тускло освещенной скамейке в автобусной остановке тряпичную куклу: ее голова гротескно свисала в одном направлении, а тело свалилось в другую, прижимаясь к боковой стенке, на которой висел плакат рождественского фильма. .
  
  Сделав вид, что отпустили ее, Уолт и Фрэнк вышли из-за заснеженного леса через пустынную сельскую дорогу, намереваясь подтвердить убийство и вернуть Глок, а также деньги.
  
  На полпути они поняли, что застрелили не Алису, а манекен, сделанный из утрамбованного снега и украшенный ее паркой, джинсами и шляпой.
  
  «Я оставлю вас в живых», - крикнула она им из густого леса за автобусной остановкой. «Тебе просто нужно сложить оружие, а затем провести его ко мне по тротуару».
  
  Уолт переключил селектор своего пистолета с глушителем в автоматический режим и послал поток пуль в направлении ее голоса. Медные гильзы мерцали в скудном свете, когда они выгибались через его плечо и стучали по ледяному асфальту.
  
  По этой причине, когда Алиса позвала их, она прижалась языком к основанию рта и протолкнула звук из своего живота через гортань в направлении своего нёба. Такой способ использования голоса заставляет слушателей поверить в то, что голос исходит с большей высоты, чем есть на самом деле.
  
  Однажды она открыла ответный огонь.
  
  Уолт лежал мертвый на улице задолго до того, как отчет разнесся по голому лесу.
  
  Вспышка выстрела показала ее положение, и Фрэнк развернулся, стреляя.
  
  Она кинулась к автобусной остановке. Металлическая боковина обеспечивала некоторую защиту. Одна из пуль Фрэнка попала в него, разбив стекло над плакатом фильма, так что это оказалось головоломкой Санта-Клауса.
  
  Алиса открыла ответный огонь. Ее пуля попала в правое запястье Фрэнка. Его пистолет с грохотом ударился о лед, подпрыгивая к ней.
  
  «Отличная работа, Фрэнк», - сказала она, вскакивая на ноги. Она вышла из-за автобусной остановки. «А теперь мне действительно нужно твое пальто». У нее была только футболка и нижнее белье, чтобы выдержать морозную ночь. «Расстегни его, стряхни по одному рукаву, а затем брось его мне».
  
  Стиснув зубы от боли в ране, неповоротливый итальянец подчинился.
  
  Прежде чем осмелиться сорвать пальто с дороги, она прижала пистолет к почке Фрэнка. Свободной рукой она похлопала его, включив ножной выключатель, а также спутниковый телефон и, неожиданный бонус, ключи от «Мерседеса». Она положила лот в карман, сказав: «Как будто водитель автобуса собирался отдать сдачу на сто евро».
  
  Здоровяк схватился за раненое запястье и застонал.
  
  «Это то, что ты получаешь за попытку меня убить».
  
  Она загнала его в лес, пока они не скрылись из поля зрения проезжающих мимо автомобилистов. Примерно в двадцати ярдах она выбила его из-под ног ногой. Падая вперед, он попытался сломать падение своей больной рукой. Он остановился на боку в куче снега, палок и сухих листьев.
  
  Присев рядом с ним на корточки, Алиса прижала дуло пистолета к основанию его черепа. «Я не хочу снова стрелять в тебя», - сказала она. «И я не буду, если ты скажешь мне, кто тебя нанял ...»
  
  Он перекатился влево, одновременно ударив ботинком со стальным носком ей в лицо.
  
  Она пригнулась, ударив его по лодыжке ладонью, сломав кость.
  
  С криком он вскочил на здоровую ногу и бросил удар, ускользнувший от ее отражения, ударив ее в челюсть, как грузовик.
  
  Мир замерцал. Она упала на мерзлую землю.
  
  Он сидел верхом на ее животе, пытаясь вырвать пистолет из ее рук, не оставляя ей выбора, кроме как нажать на курок.
  
  Выстрел отбросил его голову назад. Горячая кровь хлестала ее. Он ударился о снег и лежал неподвижно, его голова была странно похожа на угол головы манекена в автобусной остановке.
  
  
  По общему признанию, не один из шести миллиардов самых терпеливых людей в мире, оперативный сотрудник ЦРУ Блейн Бельмонт прошел около пяти миль в своем офисе в американском посольстве в Женеве, пока, наконец, телеграмма от заместителя директора по операциям не санкционировала выплату 1000000 долларов США. Карло Пальяруло. Как только итальянец откажется от товара, ему будут переведены средства.
  
  Но теперь Бельмонт не смог связаться с ним. Стараясь скрыть раздражение в голосе, он приказал техникам провести триангуляцию сотового телефона Пальяруло.
  
  Два часа спустя офицер ЦРУ стоял над трупом итальянца примерно в пятидесяти футах в лесистой местности на дороге в Ла-Верна, в часе езды к востоку от Женевы.
  
  «Это не конец пресловутой дороги», - сказал Бельмонт своей команде, хотя бы для того, чтобы поднять себе настроение. Снежный манекен на автобусной остановке и пара тел были почти так же хороши, как видеозапись того, что там происходило. К сожалению, Резерфорд сейчас может быть где угодно.
  
  Через двадцать минут дела пошли на поправку. Бельмонт открыл свой телефон, чтобы посмотреть двухдневную съемку спутниковой эстакады KH-13 Национального агентства геопространственной разведки, на которой Паглиаруло тащит потерявшую сознание молодую женщину из черного внедорожника в небольшой фермерский дом в Ла-Верна, который за неделю до этого арендовал мужчина. по имени Ханс Бэлер.
  
  Хозяин, которого люди Бельмонта разбудили, когда они мчались на машине к ферме, сказал, что Бэлер заплатил наличными и выглядел милым человеком в своих электронных письмах, которые, как оказалось, невозможно было отследить. Бельмонт был бы удивлен, услышав что-нибудь другое.
  
  В изолированном фермерском доме команда ЦРУ обнаружила многочисленные следы Резерфорда и Пальяруло, а также тело пилота вертолета и всестороннего немецкого бандита Лотара фон Генца, по-видимому, зарезанного настенной пластиной выключателя света.
  
  Однако признаков нынешней жизни на ферме не было. И, по всей вероятности, не будет, пока домовладелец не найдет нового арендатора.
  
  Это был конец пресловутой дороги.
  
  «Дерьмо», - сказал Бельмонт.
  
  Он провел большую часть ночи в своем офисе, вкладывая в отчет все, кроме нецензурной брани.
  
  43 год
  
  Холодный воздух, ворвавшийся в кабину, помог Чарли восстановить контроль над своими мускулами. Его паника утихла или, по крайней мере, отошла в сторону, позволив ему задуматься, как дела у его отца, и надеяться, что, если с ним все будет в порядке, он будет знать, что, черт возьми, делать сейчас.
  
  Драммонд скомкался на сиденье второго пилота, дышал, но не более того.
  
  Чарли вскочил со своего места в каюте, но порыв воздуха сбил его с ног, втягивая, как шар пыли, в проем, где раньше была дверь каюты.
  
  Он ухватился за переборку. Стиснув зубы, он обошел его и залез в кабину. Когда он заметил, что Карибское море прыгает к нему, его живот подпрыгнул к горлу.
  
  Он взглянул на приборные панели. Циферблатов, ручек, кнопок, манометров и других стеклянных пузырей было в сто раз больше, чем элементов управления в воздушной схватке для PlayStation, которая составляла его опыт авиации. Сохраните пару хомутов, по одной перед каждым сиденьем. Коромысло действовало как рулевое колесо. Он также перемещал нос самолета вверх и вниз. По крайней мере, на PlayStation.
  
  Он схватился за хомут перед освободившимся креслом пилота и потянул его к себе.
  
  Нос самолета задернулся. Слишком много - ощущения были такие же, как на американских горках, когда машина переходит от резкого падения к подъему. Гравитация отбросила Чарли назад. Он схватился за сиденье вовремя, чтобы не быть отброшенным обратно в кабину.
  
  PlayStation этого не делала.
  
  Он протянул руку вперед и очень осторожно подтолкнул ярмо вперед.
  
  Самолет резко упал.
  
  Желудок взорвался, Чарли вцепился в сиденье так крепко, что порвал кожу по шву. Он снова попробовал ярмо.
  
  Нос приподняли, и, что невероятно, самолет остановился. Но как долго?
  
  Не в силах трюк, он встал на колени перед Драммондом и встряхнул его. Драммонд откатился в другую сторону.
  
  «Папа, пожалуйста?»
  
  Драммонд изо всех сил пытался открыть глаза. "Где мы?"
  
  «Самолет. Небо. Побегать где-нибудь. Вы случайно не со мной? »
  
  "Проверять." Сидя, Драммонд выглянул в иллюминатор кабины. Он не проявил тревоги. Возможно хороший знак. "Ты в порядке?"
  
  «Я, если ты умеешь летать», - сказал Чарли.
  
  "Вы имеете в виду самолет?"
  
  Чарли боролся с ужасом, чтобы придумать способ сообщить о необходимости таким образом, чтобы это могло пробудить память его отца. «Лещ пытается сделать вид, будто мы погибли в авиакатастрофе».
  
  «Что за самолет?» - спросил Драммонд.
  
  "Этот вид."
  
  Пытаясь сесть, Драммонд провел инвентаризацию кабины. «Воспользуйтесь автопилотом, - сказал он. Его речь была вялой. Он попытался дотянуться до приборной панели. Его рука казалась свинцовой. Он колебался.
  
  Чарли поддержал его. «Держись, папа, - сказал он.
  
  Пока Драммонд пытался прийти в себя, Чарли искал автопилот. Обыск может занять полчаса. Если бы вообще был автопилот.
  
  Он снова посмотрел на Драммонда, который, казалось, был потрясен проплывающими облаками.
  
  «Где автопилот?»
  
  «О, это, да, верно». Драммонд, казалось, был благодарен за напоминание. «Извините, нам нужно найти кого-нибудь, чтобы помочь».
  
  «Скажите, вы были единственным человеком в самолете?»
  
  «Я бы по радио попросил о помощи».
  
  Чарли плюхнулся в кресло пилота, схватил гарнитуру и поднес микрофон к губам. "Первое мая! Первое мая!"
  
  Нет ответа.
  
  Драммонд указал на переключатель разговора, расположенный в верхней части ярма. Чарли ударил. Затем попробовал еще раз подать сигнал бедствия. Еще ничего. Даже потрескивания.
  
  Он пошевелил разъемом для гарнитуры на основании инструмента и нажал на радио. Селектор каналов показал 118,0 МГц.
  
  Он посмотрел на своего отца. «Есть ли самолетный эквивалент девять-один-один?»
  
  "Я так считаю."
  
  Чарли ждал.
  
  "Есть идеи, что это, папа?"
  
  «Может быть, один-два-одна целая пять десятых?»
  
  Чарли установил 121,5. "Первое мая! Первое мая! Первое мая!"
  
  Только статичная спина.
  
  "Первое мая!"
  
  Драммонд сказал: «Это часто бывает в таких местах, как…». Он упал на спину и замерз, прежде чем его затылок ударился о подголовник.
  
  "Папа?"
  
  44 год
  
  Что-то под Драммондом зажужжало. Похоже, таймер для яиц.
  
  Засунув руку между левой ногой отца и подушкой сиденья, Чарли вытащил спутниковый телефон Леща. Забытый в спешке. Или извращенный ебарь оставил это позади, чтобы он мог позвонить и нанести прощальный удар?
  
  Чарли поднес телефон к уху. «Кабина».
  
  «Послушай, Джей Ти Лещ», - раздался голос через наушник, - «Я знаю, где ты, и я собираюсь прийти и убить тебя, если ...»
  
  Чарли не мог поверить своим ушам. «Алиса?»
  
  «Смеется?» Она осталась профессионалом, избегая использования настоящего имени и в то же время используя свой код безопасности.
  
  «Ага», - сказал он, добавив собственный код безопасности: «Здесь можно посмеяться».
  
  "Вы ушли от Леща?"
  
  «Мы далеко от него, скажем так».
  
  "Твой папа?"
  
  «Он был нокаутирован, когда Лещ вылетел, но я думаю, с ним все будет в порядке, если, короче говоря, вы поможете мне посадить самолет».
  
  «Может быть», - сказала она. Чарли решил, что она не моргнула. «Вы знаете, что это за самолет?»
  
  «Пропеллер…»
  
  «Начни читать с этикеток на инструментах».
  
  «На большинстве из них есть этикетки ...»
  
  «Читай все, что видишь». Она была такой же крутой, как оператор колл-центра, что способствовало рассеиванию паники Чарли, чтобы он мог сосредоточиться. "Может быть, название модели?"
  
  Он нашел одну на коромысле. «Бичкрафт».
  
  "Хороший. Сколько там пропеллеров? »
  
  Он проверил боковые окна. «По одному в каждом крыле».
  
  "Хорошо. Как насчет этого? Когда ты тронулся, двигатели издали шум, как при запуске машины, или они скулили? »
  
  - Думаю, нытье.
  
  - Тогда турбовинтовой. На каком ты сиденье? "
  
  «Тот, что слева».
  
  «Кресло пилота, отлично. Прямо перед вами должен быть покрытый стеклом циферблат, который указывает так называемое «отношение». ”
  
  Наконец то, что есть у PlayStation. "Ага. Говорит, где вверху, верно?
  
  "Точно. Голубое небо, коричневое - грязь, а маленькие белые полоски посередине - наши крылья ».
  
  «Что ж, если он работает, мы сейчас летим на уровне».
  
  "Хороший. Теперь справа вы должны увидеть инструмент, похожий на старинные часы ».
  
  "Ага."
  
  «Наш высотомер. Я знаю, ты знаешь, что это такое. В верхней половине должно быть окно с цифрами. Ты умеешь их читать? »
  
  Живот Чарли несколько успокоился. Алиса знала, что делала; она не просто пыталась его успокоить. «Около пятидесяти двухсот футов».
  
  "Стабильный?"
  
  "Я так думаю."
  
  "Большой. Слева - индикатор скорости. Прочти мне.
  
  «Один девяносто». По габаритам - 190 KIAS. Узлы? Узлы с учётом воздушной скорости? Нет времени на Q amp; А.
  
  «Мы должны узнать, сколько у нас летного времени. На стене слева от вас должны быть два датчика на отдельной панели ».
  
  "Хорошо."
  
  «Это датчики уровня топлива».
  
  «На обоих манометрах - один двадцать пять». «Неплохая сумма, - подумал он, - если это хоть немного похоже на машину».
  
  Алиса молчала.
  
  Липкое предчувствие охватило Чарли.
  
  Он взглянул на Драммонда. Все еще нет.
  
  Наконец Алиса заговорила. «Что ты видишь снаружи?»
  
  «Немного, - сказал Чарли. «Просто спокойное Карибское море, пара облаков».
  
  "Нет земли?"
  
  "Нет."
  
  «Я надеялся - иногда там есть островки, которые не попадают в карты GPS».
  
  «Мы столкнулись с парой. Только не в последнее время ».
  
  «Слушай, Чарли, я боюсь, ты никак не сможешь сделать землю».
  
  "Не с двести пятьдесят галлонов топлива?"
  
  «Это не галлоны, это фунты . Двести пятьдесят фунтов топлива - это около тридцати пяти галлонов. Мы растянем его еще на пятнадцать минут ".
  
  Чарли превратился в лед. «Не говорите мне, что мы собираемся высадиться на воду?»
  
  «Хорошо, я не скажу тебе. Но держу пари, что потом ты скажешь, что в этом не было ничего страшного.
  
  «Ставка, которую я буду счастлив проиграть».
  
  Она смеялась. Вкратце. «Ниже между двумя коромыслами вы увидите рычаги. Возьмите пару слева, самые большие. Это дроссели. Оттяните их наполовину ».
  
  «Достаточно просто, - подумал он. Однако дроссели дали больше, чем он ожидал. «Черт, нос отвисает!»
  
  «Подожди».
  
  Он потянул коромысло к себе, вызвав разряд перегрузки, достаточно сильный, как казалось, чтобы протолкнуть его сквозь пол. Наконец нос выровнялся.
  
  Он старался, чтобы его голос не дрожал. "Кусок пирога."
  
  Алиса добавила серию быстрых инструкций, включающих регулировку высоты и управление хвостом. Он попытался последовать за ним, голова все еще болела от гипоксии. Хуже была мучительная уверенность в том, что он забыл хотя бы один решающий шаг. Однако, несмотря на несколько неровностей, самолет начал плавный спуск.
  
  «Теперь возьмитесь за два рычага для опор и вытолкните их до упора», - сказала она.
  
  Положив телефон себе на колени, Чарли карабкался, пытаясь нащупать рычаги. Когда его проклятый адреналин подействует?
  
  Он схватил телефон. «Готово», - сказал он. И надеялся.
  
  "С тобой все впорядке?"
  
  «Ага, если не считать того, что мой желудок настолько завязан, что с этого момента я буду есть только суп».
  
  «Я знаю хороший рецепт похлебки из моллюсков Новой Англии».
  
  Он забыл о своем желудке. Он хотел сказать, что любит ее.
  
  «Теперь опустите нос, не сильно», - сказала она. «Помните наш индикатор отношения: толкайте его прямо под линией».
  
  "Понятно."
  
  «Какая сейчас воздушная скорость?»
  
  «Один восемьдесят».
  
  "Денди. Отодвиньте дроссели еще на четверть. Мы хотим двигаться медленно рядом с водой ».
  
  «Скорость полета замедляется».
  
  «Скажи мне, когда эта игла попадет в белую дугу; должно быть около одного пятидесяти. Также вам нужно идти против ветра, который, по моему телефону, дует с востока. Так где же солнце? "
  
  "Позади нас."
  
  "Идеально."
  
  «А скорость теперь одна пятьдесят».
  
  "Высота?"
  
  «Тридцать одна сотня».
  
  Она дала ему инструкции для закрылков и дросселей.
  
  Легко следовать, для разнообразия. «Закрылки, проверьте. Дроссели, проверьте. Двадцать четыреста футов ".
  
  "Хороший. Где твой папа?"
  
  «Сиденье второго пилота».
  
  "Пристегнут?"
  
  "Нет." Ремень безопасности Драммонда отошел на второй план из-за беспокойства Чарли о том, как долго человек был без сознания, прежде чем это сочли чем-то худшим, например, комой.
  
  «Сделай это. Себя тоже. Когда вы упадете в воду, вас, вероятно, немного швырнет ».
  
  Протянув ремни через Драммонда, Чарли посчитал, что поединок в клетке с профессиональным борцом приравнивается к «немного брошенному» по стандартам Алисы.
  
  Драммонд не двинулся с места, даже с громким металлическим треском пряжки ремня безопасности.
  
  Даже Алиса слышала это. - Ладно, Чарли, а теперь верни дроссели на дюйм или около того и не позволяй самолету снижаться. Попробуйте установить скорость около сотни, иначе самолет заглохнет. Вы ведь знаете, что происходит потом?
  
  "Нет. Я хочу? »
  
  "Возможно нет. Только не заходите меньше девяноста узлов и не поднимайте нос выше десяти градусов. Говорю вам, эта похлебка окупится ».
  
  Самолет продолжал снижаться. Достаточно легко, хотя Чарли прекрасно знал, что на самом деле положить это на место будет самым трудным из того, что он когда-либо делал и когда-либо делал. Если кончик крыла первым коснется воды, самолет может превратиться в прыгающий камень. Установите самолет в правильной последовательности, но под неправильным углом, и ударная сила уничтожит все.
  
  «Восемьсот футов, скорость один-десять», - сказал он.
  
  «Верните дроссели примерно на дюйм и продолжайте опускать».
  
  «Скорость около сотни».
  
  «Держите нос опущенным. Высота? »
  
  "Триста." Хотя море было спокойного сине-зеленого цвета, у него было ощущение, что он входит в темный переулок.
  
  «Когда ударишь, убирайся, как только сможешь. Среди прочего, самолет может перевернуться, он может заполниться водой или станет слишком темно, чтобы вы могли его увидеть. Так что просто идите к двери кабины. Там должен быть спасательный плот и жилеты. Видишь плот?
  
  Рядом с дверью была оранжевая куча резины. «Необходимо надуть».
  
  «Выходя из самолета, как можно скорее наденьте жилеты. Надуйте плот после того, как выйдете из него, иначе не вытащите его ».
  
  "И что потом?"
  
  «Категория желаемых проблем».
  
  Чарли было жаль, что он спросил. «Теперь на сотне футов», - сказал он. Надвигающееся море заставляло его чувствовать себя ничтожным.
  
  Алиса сохраняла спокойствие. «Оттяни немного назад дроссель, а потом оставь его в покое».
  
  Он поставил ее, радуясь, что на одну вещь меньше, о которой нужно беспокоиться. «Семьдесят футов».
  
  «Обе руки на коромысле».
  
  Момент, на который он продолжал надеяться, не наступит: он наступил. «Сорок футов».
  
  «Теперь медленно потяните ярмо назад. Держите крылья в центре круга ».
  
  Он сделал. Его живот сжался до размеров мяча для пинг-понга. На него хлынула вода. "Блядь. Двадцать футов ».
  
  «Медленно поднимайте нос, пока не упадете в воду».
  
  Вода была так близко, что Чарли почувствовал вкус соли. Он боролся с порывом закрыть глаза.
  
  Идеальная тень самолета плыла по волнам впереди, замедляясь, словно пытаясь встретить его. Вода была безмятежной. Он различал отдельные сверкающие капельки в прозрачном тумане, поднимаемом волнами, когда - ВЭК - хвост ударился о воду, измельчая его мышцы, суставы и сухожилия. Его лицо врезалось в ярмо, заставляя ослабить хватку. Левый винт с воем вонзился в воду, разбрызгивая фюзеляж. Нос самолета врезался в волну, разлетев его тело в разные стороны. Вода поднялась над передними окнами.
  
  Наконец, самолет поднялся на плаву в пологом заносе, но ненадолго. В каюту хлынула морская вода.
  
  «Мы должны уйти, не так ли?» - сказал Драммонд, расстегивая ремень безопасности. Он выглядел отдохнувшим и не обеспокоенным событиями последних нескольких минут.
  
  Чарли выскочил из ремня безопасности. "Конечно, а почему бы и нет?"
  
  Драммонд первым вышел из кабины, борясь с потоком воды, достигающей двери кабины.
  
  Освободив спасательный плот от крепления на липучке и схватив жилет, Чарли сказал: «Теперь нам просто нужно добраться до земли, до которой было слишком далеко, чтобы лететь, используя два резиновых весла».
  
  Драммонд указал на направляющуюся изящную яхту. «На самом деле, я думаю, что эта лодка нас спасет».
  
  45
  
  Стэнли сидел под палубой USS Perk Корбитта в поразительно просторной гостиной с богатой обшивкой из красного дерева, финансируемой налогоплательщиками, и медным баром с односолодовым виски стоимостью трансатлантического переправы. В каждом приспособлении или компоненте использовался либо драгоценный металл, либо хрусталь - даже Kleenex, выдаваемый из кристаллического куба внутри серебряной решетки. Также был камин с антикварными латунными андиронами, заваленными бревнами, которые требовали третьего осмотра, прежде чем Стэнли убедился, что они подделки. Единственным напоминанием о том, что он был в море, а не в клубе английских джентльменов, были подставки вместо ног, чтобы прикрепить сиденья к полу - полу, покрытому старинным персидским ковром.
  
  Пленные сидели в красных кожаных креслах с подлокотниками. Мокрые и испачканные, на этот раз они казались гораздо менее угрожающими. Драммонд изо всех сил пытался не заснуть. Чарли так неистово рассказывал об их приключениях, что едва мог сидеть. «Ваш захват нас - лучшее, что могло случиться», - говорил он. «Я знаю, что сейчас это звучит безумно, но позвольте мне рассказать вам, что мы узнали».
  
  «Лучше всего было бы, если бы мы связались с вами до того, как вы продали бомбу», - сказал Стэнли.
  
  "Кто был покупателем?" - спросил Хэдли. Она села слева от Стэнли на диване с верблюжьей спиной, лицом к беглецам - ее поездка на вертолетном такси за тысячу евро с Мартиники, вероятно, не заметна штаб-квартире в свете того, что они окружили Кларков кораллами.
  
  Она направила на них «глок». После ее опыта с лещом Эскридж, наконец, разрешил ей носить с собой. На ее лбу был виден пурпурный отпечаток чайника. Хотя в пистолете не было необходимости. Вскоре после того, как звонки Чарли «Первомай» позволили «Эшелону» определить его местонахождение, на яхту Корбитта приземлился второй вертолет, высадив четырех морских пехотинцев с достаточным вооружением, чтобы устроить переворот на некоторых островах в этом районе. Яхта теперь гудела глухим стуком их боевых ботинок. Возможность остаться на палубе и «командовать ими» - слова Корбитта - положила конец его протестам по поводу исключения из допроса.
  
  «Когда мы в последний раз видели устройство, люди Леща загружали стиральную машину в Зодиак», - сказал Чарли. «У нас есть основания полагать, что они планируют отправить бомбу в Индию. Так что у вас должно быть достаточно времени, чтобы их перехватить.
  
  Хэдли посмотрел на Стэнли. "Что вы думаете?"
  
  «Нечего терять, проверив это».
  
  Она бросила «Глок» в сумку и вытащила свой новый «блэкберри». Она начала протягивать телеграмму Эскриджу, одновременно говоря Чарли: «Сейчас меня озадачивает то, как вообще можно продать оружие массового уничтожения».
  
  «Я думал о том же, - сказал Стэнли. На самом деле его опасения были гораздо глубже.
  
  «Это не было продажей», - сказал Чарли. «Это был выкуп».
  
  Стэнли подумал, что он вежлив, не раздражителен и не ведет себя так, будто ведет себя лицемерно. «Почему вы не пошли к властям?»
  
  «Плохие парни убили бы Алису. И власти попытались бы нас убить. Как прошлой ночью. Чарли указал на Хэдли, наклонив голову. «Но сейчас все по-другому. Теперь у нас есть доказательства всего, что я вам сказал. Сюжет «Кавалерии» есть в сети. Несколько минут в сети, и вы сможете точно увидеть, как мы были настроены, а также как Лещ смог узнать о существовании бомбы ».
  
  Получив телеграмму, Хэдли положила BlackBerry обратно в сумку через плечо. «Эта история звучит знакомо, - сказала она Чарли. «Не говори мне: Лещ рассказал тебе весь заговор, когда оставил тебя умирать в падающем самолете, вместо того, чтобы просто стрелять в тебя?»
  
  «Я тоже об этом думал, - сказал Чарли. «Кем бы он ни был на самом деле, у него больше, чем его доля эго. Он гордился своим планом и хотел похвастаться тем, что перехитрил лучших и самых умных. Но он не дурак. Может, он хотел, чтобы наша смерть выглядела случайной. Зачем добавлять убийство первопроходца ЦРУ в список причин, по которым вы должны на него охотиться? В любом случае, чтобы проверить мою историю, все, что вам нужно сделать, это пролистать Интернет, зайти на Korean Singles Online-dot-com и бросить какое-нибудь программное обеспечение для дешифрования скрытого текста Филдинга. Его ошибка не прожила достаточно долго, чтобы удалить ее ».
  
  «Что ж, я был бы шокирован, если бы у Корбитта не было этого брига, оборудованного высокоскоростным спутниковым доступом в Интернет». Хэдли начал подниматься, вероятно, чтобы подняться на палубу и спросить начальника базы.
  
  «Подожди секунду», - сказал Стэнли, обращаясь к Чарли. «Если то, что вы говорите, правда, почему бы Элис Резерфорд или ее коллегам из АНБ не предпринять никаких действий?»
  
  «Я была слишком занята посадкой в ​​самолет, чтобы упомянуть ей Korean Singles Online-dot-com. И как только мы упали в воду, я потерял телефон - не то чтобы она могла оставаться там надолго. Скорее всего, те же люди, которые хотели нас, послали за ней команду, верно?
  
  «Наверное, так», - сказал Стэнли. «Мы должны гарантировать, что никто никогда не увидит этот веб-контент».
  
  «Но это могло бы оправдать этих людей, Билл». Хэдли искал глазами ключ к разгадке своих мыслей.
  
  «Это станет похоронным звоном для кавалерии». Стэнли вытащил «глок» с глушителем из ее сумки через плечо.
  
  Чарли замер. «Ты один из них, не так ли?»
  
  Даже Драммонд сел.
  
  Хэдли посмотрел на Стэнли широко раскрытыми глазами.
  
  «Мне очень жаль, Хилари». Повернув глушитель, он нацелил на нее пистолет.
  
  Накануне вечером в конспиративной квартире в Верхнем Кане Али Абдулла, он же Остин Беллинджер, попытался доказать, что его кавалерия состоит из ярких и отважных патриотов, которые не думают о закрылках и не тратят время на цепи кабелей ищут разрешения к действию. Они просто пошли вперед и начали действовать. Их действия часто приводили их в серые зоны правового поля. Иногда они просто нарушали законы. Но всегда для большего блага.
  
  Стэнли покинул конспиративную квартиру, убежденный, что кавалерия - это тайная служба, на которую он мечтал выступить в молодости. Он считал, что разоблачение попыток подразделения остановить Кларков, особенно правды о злополучном эпизоде ​​с Хаттемером, заставит мягких и трусливых бюрократов, таких как Эскридж, свернуть операцию. Стэнли хотел помочь предотвратить это. Поэтому, когда на следующий день Эскридж назначил его заниматься делом Кларка - оказалось, что Беллинджер посеял семена в голове своего бывшего дружка - Стэнли почувствовал, что наконец нашел свое призвание.
  
  Теперь он обнаружил, что не решается уничтожить жизни Хэдли и Кларков.
  
  «Прискорбно, но жизненно важно для национальной безопасности», - заключил он.
  
  Замерзший от удивления на софе Хэдли был легкой мишенью. Стэнли спустила курок, сосредоточив пространство между ее глазами в поле зрения глока.
  
  46
  
  Когда Стэнли нажал на спусковой крючок, на краю периферийного зрения Чарли появилось ярко-оранжевое пятно.
  
  «Крокодил» Драммонда отскочил от дула пистолета Стэнли.
  
  Рапорт был приглушенным и, вероятно, казался кому-то на палубе обычным кашлем, если предположить, что его вообще слышали из двигателей большой яхты. Голова Хэдли резко дернулась. Красный круг появился в ее волосах чуть выше правого уха. Она рухнула, упав слева от нее, с такой силой, что массивный диван с верблюжьей спиной упал вместе с ней, а пьедестал оторвался от якоря. Диван приземлился прямо над ней, защищая ее от следующего выстрела или, по крайней мере, от взгляда Стэнли.
  
  Стэнли встал на колени, переставив пистолет в кресло, в котором сидел Драммонд. Драммонд теперь был в воздухе, стремительно ныряя в Стэнли.
  
  Обеими руками держась за рукоять пистолета, Стэнли отследил свой полет. С щелчком спускового крючка и еще одним приглушенным выстрелом пуля прорезала канал вдоль правой стороны воротника Драммонда, рассекла воздух у левого плеча Чарли, прежде чем разбить стеклянный иллюминатор.
  
  Врезавшись в живот Стэнли, Драммонд попытался обнять привидения за талию. Стэнли вывернулся и упал локтем на основание черепа Драммонда.
  
  Стоя на четвереньках, Драммонд искал прикрытие бара с медным лицом. Когда он завернул за угол, Стэнли выстрелил. Пуля с лязгом ударилась о медное покрытие, когда Драммонд скрылся из виду, за исключением одного Крока.
  
  Вместо этого Стэнли несколько раз выстрелил в переднюю часть бара, пулевые отверстия прослеживали вероятный путь Драммонда за ними. Стекло взорвалось, и скотч взлетел в воздух, брызнув на Стэнли дождем на модный ковер.
  
  Чарли заметил, что в камине горит контрольная лампа. Ручка для включения газа тоже была открыта. Поэтому он бросился к кнопке горелки, стучал по ней изо всех сил. Газ зашипел через трубу и мгновенно вспыхнул. Он перенаправил трубку на пролитую жидкость, которая загорелась и полетела по ковру в сторону Стэнли.
  
  Ведьмак ускользнул от огня. Одна из его брюк все еще горела, и в мгновение ока пламя покрыло пропитанные спиртным напитком переднюю часть его брюк цвета хаки. Испытывая очевидную боль, он попытался потушить огонь. Ему это почти удалось, когда Драммонд выскочил из-за стойки и швырнул крепкий бокал для хайболла.
  
  Стэнли пригнулся, и стекло рассыпалось в хрустальном бра на дальней стене.
  
  Драммонд бросил еще один, на этот раз попав в руку Стэнли с пистолетом, вынудив его уронить «глок».
  
  Чарли рванулся к нему. Стэнли ударил Чарли ногой по голове. Чарли перекатился, отводя палец на ногу призрака, но пятка задела его ухо, так резко, что он был удивлен, что он остался прикрепленным. Стэнли снова завелся назад, как бьющий с игры. Чарли сел, крепко взяв пистолет и направив его на призрака, заморозив его.
  
  Внезапно дверь в каюту вылетела внутрь. Толпа морских пехотинцев в серо-зеленых бронежилетах с обнаженными орудиями заполнила небольшой проем.
  
  Стэнли помахал Чарли. «Он застрелил Хэдли». Морские пехотинцы ему поверили. «Я думаю, она мертва».
  
  « Он выстрелил в нее», - сказал Чарли. «Посмотрите, как она упала. Слева от него. Мы сидели напротив него. К тому же у нас тогда не было пистолета ».
  
  Морпехи обменялись взглядами.
  
  Чарли понял, что на самом деле он ничего не предлагал в качестве доказательства. Двое морских пехотинцев бросились вниз, сбили Хэдли с пола и понесли ее вверх по лестнице, оставив за собой след из малиновых капель.
  
  Стэнли последовал за ним.
  
  Чарли услышал вой двигателя и покалывание лопастей несущего винта, когда морской вертолет готовился к взлету.
  
  «Сэр, нам нужно, чтобы вы сдали свое оружие», - сказал один из двух оставшихся под палубой морских пехотинцев, синяк с каменным лицом, который возвышался над Чарли.
  
  Другой нацелил винтовку на Драммонда.
  
  «Это его оружие!» - сказал Чарли, глядя на дверь, через которую вышел Стэнли. Как только слова сорвались с его губ, он почувствовал себя глупо, потому что они ничего не доказали.
  
  «Медленно поставь его на пол и прикоснись ко мне».
  
  Чарли опускал «глок» на дюйм за раз. «Послушайте, у нас есть доказательства того, что нас подставляют».
  
  Он посмотрел на Драммонда, которого теперь обыскивает другой морской пехотинец, вероятно, начальник подразделения, учитывая его седеющие волосы.
  
  «Да, этот молодой человек хотел нас убить!» Драммонд сказал о Стэнли с таким возмущением, что это прозвучало неправдой.
  
  Морские пехотинцы обменялись пренебрежительными взглядами.
  
  «Позвольте мне сказать вам одну вещь, пока у нас есть шанс», - умолял Чарли.
  
  Начальник сказал: «Сэр, было бы неплохо, если бы вы сейчас воздержались от разговора. Когда мы вернемся в американское консульство, ЦРУ расскажет вам об этом ».
  
  Чарли положил пистолет. «Вы должны понять, что в данном случае« разбор »- это эвфемизм для« казни ». ”
  
  Младший морской пехотинец встал на колени и схватил ружье. «Пожалуйста, медленно встаньте и встаньте лицом к перекладине, вытянув руки и ноги».
  
  Чарли подчинился. «Просто послушайте, как минимум для потомков: доказательство всего, что я сказал, есть на Korean Singles Online-dot-com». Он получил удар в поясницу. «Перейди на страницу Суки-восемь-три-пять, увеличь левую серьгу…»
  
  Морпех постарше вздохнул, похоже, разочарованно. «Сэр, мы бы предпочли не вводить вам успокоительное».
  
  Невысокий пухлый мужчина в костюме и галстуке спустился по лестнице.
  
  «Шеф Корбитт», - сказали оба морских пехотинца вместо приветствия.
  
  Чарли взглянул на него с проблеском надежды.
  
  Корбитт посмотрел мимо них на нижнюю палубу и уставился на тлеющие обломки. «Святое мерде », - сказал он.
  
  47
  
  Пуэнт Саймон пульсировал разнообразной музыкой и болтовней, по большей части из которых, как предположил Стэнли, были звукосниматели. Он вошел в относительно тихий и прохладный бар, который никто не удосужился назвать - он был под номером 107, его номер на одной из маленьких улочек в лабиринте возле паромных пристаней. Рекламные акции ликероводочного завода окрашены в красный и фиолетовый цвета на потрепанном острове с барами и на двух дюжинах посетителей заведения - местных жителей и путешественников с ограниченным бюджетом. Хотя 107 не подавали еды, от него слабо пахло гамбургером.
  
  Он заметил привлекательную брюнетку, потягивающую напиток. На ней было облегающее коктейльное платье с цветочным принтом, такое, какое продают на туристическом базаре в паромных причалах, обнажая гибкую фигуру. Практически любой мог бы догадаться, что она была молодой туристкой из Америки или Европы, настроенной на ночь на грани.
  
  Усевшись на барный стул рядом с ней, Стэнли спросил: «Как вы думаете, каковы шансы, что я встречу свою жену здесь?»
  
  «Конечно», - сказала она, наклоняясь над маргаритой в соленой оправе и целуя его в губы. Код распознавания, код безопасности.
  
  Это был Ланье. Имя или фамилия Стэнли не знал. Наверное, все равно псевдо. Руминт рассказала, что она является автором хита «Аякучо», причем не потому, что она в одиночестве прошла сто миль через перуанские джунгли и проскользнула мимо двух сотен сендеристов «Сияющего пути», а потому, что она собрала все воедино за получасовую поездку на такси. из аэропорта Лимы.
  
  «Как прошел твой день, дорогая?» спросила она.
  
  "Мне было лучше".
  
  Она посмотрела на зеркальную заднюю стену, с которой открывался вид на все помещение. Обернувшись к нему, она спросила: «Так что, черт возьми, упало на лодку?»
  
  «Старик ударил крокодила ногой, пока я стрелял, и попал в цель. Я имею в виду крокодил !
  
  "Как насчет этого?" Она обняла его прохладной успокаивающей рукой. «Еще один в списке« Ты никогда не знаешь, черт возьми ».
  
  Бармен подал Стэнли высокий стакан чего-то пахнущего ромом.
  
  "Что бы вы сделали?" он спросил.
  
  «Не знаю. Пролил молоко. Может, не пролил молоко. В любом случае, у нас есть Хэдли в хирургии мозга. Не похоже, что она выживет, но даже если она это сделает, мы проследим, чтобы она этого не сделала. Так что еще далеко не все потеряно ».
  
  «А что насчет двух других?»
  
  «Ночь, как говорится, молода».
  
  Стэнли пытался придумать способ добраться до Кларков. «ФБР прилетает слишком много агентов, чтобы экстрадировать их с утра. Тем временем они будут в консульстве под охраной чрезмерного количества морских пехотинцев ».
  
  Ланье слизнула соль со стакана маргариты. «Хорошая новость в том, что отца и сына отправляют в импровизированные камеры заключения, в истинном смысле импровизированные». Все помещения посольств и консульств были технически импровизированы, потому что ни Государственный департамент, ни ЦРУ не имели полномочий арестовывать или задерживать кого-либо. Тем не менее их архитектурные планы, как правило, включали в себя негабаритные «хранилища» и «убежища от радиоактивных осадков», которые обеспечивали изоляцию, по крайней мере, столь же надежную, как полицейские изоляторы. «Единственная причина, по которой на окнах есть решетки, состоит в том, что люди не могут попасть внутрь».
  
  Стэнли не видел, куда она направляется. «Но мы люди». Она сверкнула улыбкой. «Люди со снайперской подготовкой».
  
  48
  
  Через три минуты езды от доков Пуэнт-Симон два гигантских бежевых автомобиля Chevy Suburbans вошли в тихий уголок города и остановились в черном как смоль служебном переулке в тупике под американским консульством, которое занимало территорию два нижних этажа девятиэтажного современного стеклянного отеля. Монолитная башня, разделенная пополам блоком террас, подсвеченных сапфирово-серым цветом, напомнила Чарли холодильник из нержавеющей стали.
  
  Двое морских пехотинцев вытолкнули его из головного «Субурбана» к служебному входу в консульство. Его охватило дурное предчувствие, такое тяжелое, что он с трудом поставил одну ногу перед другой. Каковы были шансы, подумал он, что кавалерия не зайдет сюда сегодня вечером?
  
  Прежде чем он смог увидеть, находится ли его отец во втором «Субурбане», его толкнули вниз по цементной лестнице. Панк-рок из клуба в вестибюле отеля сотряс липкий воздух. Мужчины затащили его в коридор служебного офиса. Люминесцентные лампы заставляли белые кафельные стены мерцать бледно-голубым светом.
  
  На полпути Чарли заметил еще одного морского пехотинца, в форме которого было написано, что он рядовой первого класса Арнольд. Детское лицо мужчины противоречило его телосложению, превышающему 270 фунтов в тренажерном зале. Он толкнул деревянную дверь, открыв пустую комнату, подходящую для копировального аппарата и некоторых канцелярских принадлежностей. "Мистер. Кларк, сэр, вы на время размещены здесь для вашей же защиты, - сказал морской пехотинец.
  
  Два к одному - точные слова, которые ему скармливали адвокаты.
  
  Взгляд Чарли упал на, пожалуй, самое маленькое сиденье для унитаза в мире. Стоя на тонко раскладывающихся ножках, он кормил одноразовый полиэтиленовый пакет. Рядом с туалетом в треугольном контейнере торгового автомата лежал бутерброд с ветчиной.
  
  Подняв свои массивные плечи и извиняясь, Арнольд сказал: «Я принесу вам кока-колы, если у ребят снаружи есть нужная сдача». Он закрыл дверь.
  
  Чарли услышал звон ключей, затем скрипучий щелчок засова, возможно, единственное средство задержания, кроме самого Арнольда. Окно было закрыто решеткой, как и все остальные на двух нижних этажах здания. Наверное, чтобы не пускать местных жителей.
  
  Чарли предположил, что он может проткнуть оконное стекло одной из пластиковых ножек унитаза, и в этом случае осколки стекла будут падать на тротуар, привлекая внимание кого-то в многоквартирных домах через улицу. Может, жители вызовут местных копов, которые, в свою очередь, вызовут консульство, а потом морские пехотинцы - что? Отказать Чарли в его кока-коле?
  
  Он оперся всем телом на дверь. Деревянная плита хоть и не толстая, но не сдвинулась с места. Он задавался вопросом, кто именно те люди, которые взламывают двери и как они это делают? Он подозревал, что если он ударит этого, то сломает себе ногу. И все равно дверь не сдвинуть.
  
  Потолок представлял собой обычный офисный потолок, восемь звукоизолированных плиток, подвешенных на крестообразной доске из тонких металлических полос. С одной стороны полосы втрое превратились в вентиляционное отверстие, из которого струился холодный воздух, предполагая, что наверху был воздуховод. Чарли вспомнил рассказ Драммонда о заключенных, сбежавших из Алькатраса через вентиляционное отверстие.
  
  Стоя прямо под вентиляционным отверстием, он видел вентиляционную шахту. Он был дюймов десять в высоту и пятнадцать дюймов в ширину. Даже если бы он каким-то образом смог получить к нему доступ - например, прыгнув с подоконника или взобравшись на верхушку туалета с тонкими ножками, - потребовалось бы совершить чудовищный акт искривления, чтобы войти в него, не говоря уже о том, чтобы пролезть через него. Если бы он полз по потолочной решетке, как это всегда делают в фильмах, все работы почти наверняка рухнули бы.
  
  У него не было лучших идей. Даже никаких других идей.
  
  Но его отец мог. Услышав три пары приближающихся шагов в коридоре, надежда Чарли возросла.
  
  По ту сторону двери рядовой первого класса Арнольд хмыкнул: «Привет». Он получил такие же приветствия от двух других мужчин.
  
  Пока новоприбывшие продолжали движение мимо камеры заключения, Чарли услышал, как Драммонд сказал: «Мне нужно принять лекарство перед сном».
  
  49
  
  Они были похожи на типичных гостей трехэтажной ночлежки. В идеале они надеялись, что преждевременно сгорбившаяся женщина за стойкой регистрации вспомнит о слишком шумной американской паре, которая, регистрируясь на расчетное пребывание в течение двух часов, обсуждает, какой из дайкири, который они только что пробовали, был лучшим. различные батончики Pointe Simon.
  
  Еще одна причина, по которой Стэнли обсудил с Ланье тропические напитки, заключалась в том, чтобы отвлечь внимание женщины за столом от спортивной сумки Ланье. Это была хорошая копия Луи Виттона, приличный камуфляж. Но женщине могло показаться странным, что кто-то, останавливающийся на пару часов в захудалом отеле, упакует сумку, не говоря уже о такой большой сумке.
  
  Он содержал 44-дюймовый затворной механизм Remington M40A1, вариант M40 с относительно легкой ложей McMillan HTG из стекловолокна. Ланье предпочла бы использовать винтовку Mark 14 Mod 0 со складным прикладом, но M40 была неплохой, учитывая, что у нее было чуть больше часа, чтобы разработать эту операцию. M40 были достаточно распространены; она взяла его напрокат в магазине товаров для охоты и рыбалки в соседнем Ламентине для «стрельбы по мишеням».
  
  Сначала она поставила сумку на пол в вестибюле, чтобы женщина не заметила ее, сидя на приподнятом сиденье в отделанной оргстеклом стойке регистрации. Однако сумка могла появиться в поле зрения, когда Ланье поднимался по винтовой лестнице в комнаты.
  
  Поэтому после того, как Стэнли получил ключ от номера, он задержался у стойки регистрации и улыбнулся, оценивая распевную застольную песню, каскадно спускающуюся по лестнице с одного из верхних этажей. Женщина улыбнулась вместе с ним.
  
  Затем он спросил: « Avez-vous des cartes de Pointe-Simon? ”
  
  Пока она рылась в ящике позади нее в поисках карты - сотрудники здесь, вероятно, не часто получали эту просьбу - Ланье и ее сумка исчезли наверху по лестнице.
  
  
  Комната на третьем этаже имела форму ломтика сыра и немного пахла им. Обстановка включала в себя двуспальную кровать с трубчатым каркасом, которая выглядела так, как будто она пережила наводнение, комод без одного ящика и всех его ручек, а также прикроватную тумбочку, которая принадлежала детской комнате. К верхней части комода, очевидно, для предотвращения кражи, были прикручены радиочасы, которые издавали механическое ворчание каждый раз, когда менялись цифры. Было 6:51. Согласно часам Стэнли, время было 22:13.
  
  «В общем, неплохо за сорок евро за ночь», - сказал он.
  
  Ланье сверкнула улыбкой и вернулась к сборке сошек возле главного элемента комнаты - мансардного окна с видом на парк Foret Communale de Montgerald. У нее был четкий выстрел, за исключением нескольких пальмовых листьев, в американское консульство.
  
  Вглядываясь в ее прицел, Ланье сказала: «Вы не поверите, но я думаю, что могу разглядеть Чарли Кларка, стоящего прямо у окна».
  
  
  Чарли отвернулся от окна, когда его дверь открылась, и вошел Арнольд с пластиковой бутылкой кока-колы. Чарли собирался сказать «спасибо», когда что-то или кто-то врезался в дверь в коридоре, за которым последовал тяжелый удар тела о кафельный пол.
  
  Чарли взглянул на Арнольда. За пределами следующей комнаты по коридору стоял молодой морской пехотинец с каменным лицом с яхты - имя, вышитое шелкографией на его униформе, было, соответственно, Флинт.
  
  Что касается закрытой двери, Флинт спросил: Кларк, с тобой все в порядке?
  
  Из комнаты Драммонда не последовало никакого ответа.
  
  "Мистер. Кларк? - снова спросил Флинт.
  
  По-прежнему нет ответа.
  
  Был ли у Драммонда план побега? Чарли должен был почувствовать прилив надежды, но он почувствовал, что что-то не так.
  
  Сержант Кинг, седеющий начальник Флинта, выскочил из-за угла с автоматом в руке. Он замедлил шаг, направляя оружие на дверь Драммонда.
  
  «Давай, - сказал он Флинту.
  
  Встав на колени в сторону двери, молодой морской пехотинец вставил ключ, вывернул задвижку из замка и попытался толкнуть дверь внутрь. Когда он еле двинулся, Флинт выглянул в щель между ним и косяком. «Он просто лежит там, сэр. Не похоже, что он дышит ».
  
  Чарли затаил дыхание. Его покрыл холодный пот. Протокол определенно требовал, чтобы рядовой Арнольд закрыл дверь в свою комнату, но, полагаясь на элементарную человечность, возможно, морской пехотинец позволил Чарли остаться в дверном проеме.
  
  Они оба наблюдали, как Кинг приближается к комнате Драммонда, а Флинт толкает дверь плечом, хватает его свободной рукой за край и отбрасывает тело Драммонда назад. Оранжевый крокодил выкатился из комнаты в коридор и остановился вниз головой.
  
  Когда Кинг прикрывал его, Флинт нырнул в комнату.
  
  «Я не чувствую пульса», - крикнул он.
  
  - Роджер, - сказал сержант. Он присел на корточки и исчез в комнате. «Пойдемте его в лазарет».
  
  Двое мужчин подняли Драммонда и отступили в коридор, Кинг держал его за плечи, Флинт - за ноги, которые теперь были белыми до прозрачности.
  
  Чарли бросился к отцу, пока дуло пистолета Арнольда не опустилось, как стрелка ворот.
  
  «Извини», - сказал морской пехотинец, провожая Чарли в маленькую комнату и рывком захлопывая дверь.
  
  Чарли был охвачен ужасом и горем и, в сто раз сильнее, гневом из-за того, что такой герой, как Драммонд Кларк, мог прийти к такому бесславному концу с доказательством своей невиновности всего за несколько нажатий на клавиши компьютера.
  
  50
  
  Алиса добралась до Женевы к полуночи. Чтобы получить проездные документы, ей пришлось навестить Расса Огенблика, фальсификатора, который в основном вел свои дела в ночном клубе на улице Рю-де-ла-Ротиссери, L'Alhambar, известном своим джазом.
  
  Она припарковала «мерседес» в тихом переулке в трех кварталах от дома и пошла пешком. Ее маршрут с обычными стратегическими левыми поворотами добавил четыре блока.
  
  Сегодня вечером в L'Alhambar выступил квартет медных духовых, склонный к объему. Среди толпы молодых людей двадцати лет она заметила худощавого светловолосого фальсификатора в футболке Red Sox. Он стоял у бара с причудливым орнаментом, входя в небольшую толпу, стремящуюся заказать напитки.
  
  «Мне тоже нужен один», - сказала Алиса, подбираясь к нему боком. "Долгое время."
  
  В двадцать пять лет Расс Огенблик мог сойти за певца, его тонкие попытки причесать усы и бороду, как это ни парадоксально, подчеркивали его молодость. Он смотрел на Алису как на сумасшедшую. «Чувак, ты круче сатаны».
  
  «О, тебе нравится моя новая куртка?» Серое пальто Фрэнка придавало ей форму дорожного конуса. "Спасибо."
  
  «Я имею в виду, появиться здесь. В этом месте фотоаппаратов больше, чем в магазине фотоаппаратов. Какие у тебя супер-безумные-отчаянные неприятности? »
  
  «Обычный вид. Мне нужен ваш «полный люкс», tout de suite. ”
  
  Он посмотрел на свои кроссовки. «Я не могу. Не сейчас. Извини чувак."
  
  «Во что бы то ни стало, пейте пиво. Собственно говоря, мое угощение - если бармен сможет оплатить счет в сто евро ...
  
  «Я не могу отвезти тебя в мастерскую, пока ты числишься стреляющим на месте. Даже вы не пойдете на такой риск ».
  
  «Да, ты можешь, Стю».
  
  Несмотря на себя, он побледнел. Расс Огенблик было псевдонимом.
  
  «Я знаю о Калифорнии, - продолжила она. «Но ведь незачем рассказывать сказки вне школы?»
  
  Находясь в АНБ, Алиса узнала правду о «Рассе», но позволила ему продолжить работу на случай, если он в какой-то момент может пригодиться. Как сейчас. Она была готова рассказать все, что ей было известно о первом курсе Стюарта Флейшмана в Беркли, где создание сцены в барах за пределами кампуса было обязательным, возраст употребления алкоголя был 21 год, а его водительские права в Массачусетсе указывали его истинный возраст. Поддельная калифорнийская лицензия, которую он купил, оказалась бесполезной, потому что вышибалы пропустили лицензии через сканеры магнитных полос - мигающий красный свет привел к долгой и дорогой ночи с лучшими из Беркли. Флейшман решил воспроизвести лицензию Делавэра из-за ее простоты и относительной неизвестности. Быстрая поездка в Сан-Франциско принесла ему лист того же ПВХ, что и в Департаменте транспортных средств Делавэра, плюс магнитную полосу, которую он запрограммировал, чтобы сканеры сообщили вышибалам, что этому светловолосому молодому человеку исполнился двадцать один год. старый из Уилмингтона. Его одноклассники хотели получить собственные водительские права Делавэра. Он занялся бизнесом, и бизнес процветал настолько, что высшее экономическое образование стало излишним. Поскольку в США незаконно владеть, производить или распространять фальсифицированные правительственные документы, он открыл магазин в Таиланде, где подделка документов была чем-то вроде национального времяпрепровождения. Теперь он продавал через Интернет поддельные водительские права США на сумму 500 000 долларов в год. Паспорта, которые гораздо проще подделать, принесли ему в десять раз больше денег.
  
  Если бы Алиса сейчас провела три минуты на сайте с советами по национальной безопасности, Стюарт Флейшман, он же Расс Аугенблик, по крайней мере, столкнулся бы с экстрадицией.
  
  «Мне нужно, чтобы ты взломал базу данных таможни», - сказала она ему. «Я хочу, чтобы вы сделали мне паспорт с информацией об американце, канадце или британце, действительно путешествующем по Швейцарии прямо сейчас». С таким паспортом она могла вальсировать из страны.
  
  Он проворчал. «Купи мне укол мескаля, и я попробую. Двойной."
  
  Выпив, она последовала за ним через черный выход и по ветреной, но в остальном тихой улочке к его винтажному автобусу любви VW.
  
  Проявив удивительную любезность, фальсификатор пробирался сквозь слякоть, чтобы открыть перед ней дверь переднего пассажира. Весь фургон, очевидно отреставрированный без оглядки на стоимость, пах новым.
  
  С оттенком свежего мужского пота.
  
  Алиса знала, не глядя, но все равно обернулась. Четверо мужчин в черных комбинезонах и бронежилетах того же цвета сидели в задней части фургона, каждый сжимал в руке Зиг, а стволы с глушителем были направлены на нее.
  
  В качестве приветствия ближайший к ней человек сказал: « Dienst fur Analyze und Pravention », по-немецки «Служба анализа и предотвращения», швейцарского агентства внутренней разведки, которое, очевидно, имело рабочие отношения с неким фальсификатором.
  
  51
  
  Несмотря на антисептический запах, свойственный медицинским учреждениям, а также стены, шкафы и сверкающий кафельный пол, который соответствовал больничному белому халату медика, отсутствие окон предполагало, что лазарет изначально был раздевалкой или душевыми.
  
  Сержант Кинг между вздохами сказал: «Он не дышит, Джинни». На значке медика большими печатными буквами было написано «ЖЕНЕВЬЕВ».
  
  «Я тоже не думаю, что у него пульс», - сказал капрал Флинт, направляя ноги Драммонда к экзаменационному столу.
  
  «Уложи его, и мы посмотрим, сможем ли мы это исправить», - сказала Женевьева.
  
  Хотя ей едва исполнилось двадцать, у нее было самообладание закаленного в боях ветерана. Она взяла новый лист из рулона бумаги у подножия стола и зажала его на месте в тот момент, когда Драммонд ударился головой о подголовник. Подняв одной рукой его подбородок вверх, а другой прижавшись ко лбу, она приподняла его лицо. Она открыла ему рот и проверила, нет ли препятствий. Дыхания тоже нет.
  
  Зажав его ноздри, она обхватила его ртом, затем начала дышать за него, медленно вдыхая и выдыхая в его рот. Его грудь поднималась и опускалась, что снова означало отсутствие препятствий. Она сделала еще два вдоха, каждый примерно на секунду, затем прижала два пальца к его горлу.
  
  «Насколько я могу судить, пульса на сонной артерии нет», - вздохнула она, не столько причитая, сколько для прогноза.
  
  "Что мы можем сделать?" - спросил король.
  
  «Вызовите скорую. Допустим, у пострадавшего остановка сердца ».
  
  Кинг сказал: "Капрал?"
  
  Кивнув, Флинт выбежал.
  
  Указывая на белое одеяло, Женевьева сказала Кингу: «Сержант, если бы вы могли его свернуть и использовать, чтобы поднять его ноги примерно на пятнадцать дюймов…»
  
  Он сделал это, предложив лучший приток крови к сердцу Драммонда, которое Женевьева приготовилась реанимировать, поместив пятку своей правой руки на два или три дюйма выше кончика его грудины. Она положила левую руку поверх правой и переплела пальцы.
  
  «Вероятно, это были его проклятые таблетки», - сказал Кинг.
  
  «Какие таблетки?» Женевьева сцепила локти и переместилась прямо над Драммондом, чтобы она могла использовать вес своего тела, а не мышц, для выполнения сжатия, сводя к минимуму усталость.
  
  «Какие-то лекарства от болезни Альцгеймера. Может ли это иметь какое-то отношение к этому? "
  
  Она кивнула. "Есть ли они у вас?"
  
  Сержант провел руками по карманам Драммонда, но бутылку не нашел. "Я скоро вернусь." Он вырвался из лазарета.
  
  Женевьева сжала грудную стенку Драммонда примерно на три дюйма, или на столько, чтобы сломать ребро, на желаемую величину. Сжатия более слабые оказались неэффективными. В конце концов, смысл сдавливания грудной клетки заключался в том, чтобы накачать сердце.
  
  Она повторила этот процесс пятнадцать раз, со скоростью примерно сто сжатий в минуту, когда Драммонд решил, что пора закончить акт остановки сердца, который он инициировал, проглотив восемь из десяти оставшихся таблеток. Компоненты бета-блокатора экспериментального препарата - атенолол и метопролол - ослабили его пульс до такой степени, что его невозможно было обнаружить, по крайней мере, измученными морскими охранниками и медиком в плохо оборудованном лазарете. Он усилил эффект уловкой древней, как хищники и жертвы, затаив дыхание.
  
  Возможно, он слишком хорошо выполнил свою работу, подумал он, пытаясь встать из-за экзаменационного стола: по его телу пробежал холод, от которого он стал холодным, липким и чувствовал тяжесть, как если бы он был на дне стола. глубокое море. Его конечности болели, и давление приближалось к сокрушению черепа. Все вокруг него размылось. Шипение верхних фонарей, дыхание Женевьевы и шелест ее лабораторного халата производили впечатление проносящихся мимо поездов. И рвота, и диарея горели в нем.
  
  Не рассчитал ли он дозировку?
  
  Очень вероятно. Его способность производить вычисления в последнее время походила на старый телевизор, который принимает сигнал только под определенными углами. Тем не менее, получение приема было случайным. Его сын был заперт в камере предварительного заключения. И в любой момент может вернуться агент кавалерии, пытавшийся их убить - как его зовут?
  
  Стив?
  
  Стэнли?
  
  Сэнди?
  
  Как на пляже.
  
  Пляжи Сент-Люсии были белыми, как сахар.
  
  Пока он не увидел их воочию, он думал, что «сахарный песок» был всего лишь гиперболической выдумкой рекламного копирайтера.
  
  Драммонд почувствовал, как его мысли катятся по рельсам.
  
  Главное, сказал он себе, так это то, что Стив, или Стэнли, или кто- то еще вернется , почти наверняка с поддержкой заблудшей кавалерии. И морская охрана здесь окажется не более сильной, чем чучела в защите.
  
  Мир, казалось, вернулся к своему обычному ритму.
  
  Драммонд выдохнул, кашляя, для эффекта.
  
  Женевьева приятно удивилась.
  
  Он попытался приподняться на локтях и упал.
  
  «Легко», - сказала она.
  
  «Я случайно проглотил…» - сказал он чуть шепотом, прежде чем позволить своему голосу затихнуть.
  
  Она наклонилась ближе, чтобы услышать. "Да?"
  
  Он вскинул левую руку, обнял ее за шею, зажав локоть в ее трахее.
  
  Она попыталась закричать.
  
  Левой рукой он схватил правый бицепс, поместил правую руку ей за голову, затем соединил локти, оказывая максимальное давление на обе стороны ее шеи, ограничивая приток крови к ее мозгу.
  
  Без сознания она прижалась к нему. Он соскользнул со стола для осмотра, держась за нее, чтобы она не упала. Его колени подогнулись, но силой воли он остался стоять.
  
  Он посадил ее на стол. Она придет в сознание за секунды. Морские пехотинцы, которые привели его сюда, вернутся раньше.
  
  На немощь просто не было времени.
  
  Он снял белое одеяло с изножья экзаменационного стола и накинул на нее. Морские пехотинцы приняли ее за него, по крайней мере, на несколько секунд.
  
  Он присел за аварийной тележкой, переносной тележкой размером с напольный сейф. В нем было все оборудование и лекарства, необходимые для неотложной сердечно-легочной болезни, и ему срочно понадобится одно из лекарств. В ближайшем будущем тележка скроет его. Он повернул ее так, чтобы ящики были обращены к нему.
  
  Вбежал сержант Кинг. Увидев полностью покрытое тело на столе для осмотра, он замер. «Черт побери», - сказал он себе.
  
  Скрытый частью одеяла, свисающей со стола для осмотра, Драммонд медленно открывал ящики аварийной тележки на доли дюйма за раз в поисках сукцинилхолина, нейромышечного блокатора быстрого действия, используемого для облегчения интубации трахеи. Драммонд намеревался использовать небольшую дозу препарата, чтобы временно парализовать Кинга.
  
  Сержант подошел к столу. «Джинни?» - шепотом спросил он, словно боясь потревожить труп. "Куда вы пошли?"
  
  Драммонд обнаружил три предварительно загруженных сукцинилхолиновых шприца размером с карандаш, в каждом из которых была игла восемнадцатого калибра.
  
  Кинг осторожно снял одеяло с изголовья экзаменационного стола. Он отпрянул, вытащил пистолет и крикнул: «Флинт!»
  
  Драммонд протянул руку под столом и вонзил пистолет в икру Кинга. Сержант озадаченно посмотрел вниз - вероятно, он почувствовал не больше боли, чем если бы его ужалило насекомое. Драммонд подпрыгнул, ударившись об пол на катушке, затем протянул руку и постучал по поршню, вбивая сукцинилхолин в мышцы Кинга.
  
  Кинг повернулся с такой силой, что игла вырвалась и полетела через лазарет. Он попал в шкаф на дальней стене и застрял там, как дротик.
  
  Вбежал Флинт с пистолетом наготове. Кинг излишне указал на Драммонда, затем рухнул на пол и лежал неподвижно.
  
  Обрадовавшись отвлечению внимания, Драммонд нырнул за аварийную тележку.
  
  Флинт развернулся на пятках, стреляя. Полоски линолеума хлестали Драммонда. Воздух был затуманен опилками, которые раньше были осколком экзаменационного стола.
  
  Драммонд с колен толкнул Флинта красную тележку.
  
  Морской пехотинец развернулся, стреляя и звоня ему в лицо. Пуля вылетела из самого верхнего ящика, просвистев мимо уха Драммонда, за ней последовал всплеск стекла и молочно-белого вещества, пахнущего алкоголем.
  
  Толкая тележку впереди себя, Драммонд поднял пистолет, который уронил Кинг.
  
  Еще одна пуля попала в тележку.
  
  Драммонд сказал: «У меня есть точный выстрел в тебя, сынок. Никто из нас не хочет, чтобы я его взял. Так что медленно опусти пистолет на пол и пинай его ко мне ».
  
  "Мистер. Кларк, сэр, у вас нет никаких шансов выбраться отсюда, так что ...
  
  Драммонд выстрелил, целясь справа от Флинта. Стена в нескольких дюймах от правого уха Флинта взорвалась штукатурной пылью. Мужчина упал на пол.
  
  Драммонд выследил его через прицел. «Мы добиваемся прогресса. Теперь все, что вам нужно сделать, это сдать оружие ».
  
  Пепельный, несмотря на туман гипсовой пыли, пехотинец подчинился.
  
  Когда Драммонд потянулся к оружию, что-то сильно ударило его по затылку. Он упал на аварийную тележку, опрокинув ее. Когда он ударился об пол, он увидел, что металлическая решетка кровати раскачивалась, как крикетная бита, созданная Женевьевой.
  
  Тем временем пять металлических ящиков аварийной тележки открылись и ударили его, острый угол одного прорезал ему рубашку и вонзился в грудь. На него посыпались всевозможные медикаменты.
  
  Он умолял себя сохранять концентрацию; он имел в виду одну последнюю пьесу.
  
  Белый свет поглотил его сознание.
  
  52
  
  Снайперы нацелены на «абрикос», более известный как продолговатый мозг, часть ствола мозга, которая контролирует сердце и легкие. Чтобы добраться до Чарли Кларка, Гретхен Ланье нужно было стрелять из едва приоткрытого окна номера на третьем этаже гостиницы, через более чем триста ярдов парковой зоны и в закрытые зарешеченными камерами.
  
  «Если бы все дела были такими простыми, - подумала она. Год назад в Афганистане она зарегистрировала убийство с расстояния 2267 ярдов, или 1,29 мили, на обледенелой и гористой местности.
  
  Она упала на колени у изножья кровати. За полтора года обучения в снайперской школе ее инструкторы уделяли почти такое же внимание мастерству маскировки и маскировки, как и меткости. Чаще всего это было связано с ношением маскировочного костюма, чтобы сойти за куст или скопление сорняков. Сегодняшний камуфляж заключался в том, что винтовку окружали хорошо уложенной подушкой, и одеяла так и были собраны в кучу. Обернутый одеялом поверх работ имитировал человека, лежащего в кровати, которую они со Стэнли прижали к окну.
  
  Ей нужно было точно оценить и сбалансировать многие компоненты траектории пули и точки попадания. Диапазон был простейшим. Из-за такой относительной близости ей не составило бы труда разместить красную лазерную точку у основания головы Чарли. Но если она допустила ошибку при вычислении влияния направления или скорости ветра, среди других факторов, снаряд может пролететь на расстоянии нескольких футов от Чарли и вместо этого пробить дальнюю стену камеры содержания под стражей, возможно, уничтожив морскую охрану, дислоцированную на берегу. Другая сторона.
  
  Стрельба под углом тоже усложняла дело. Гравитация может нанести серьезный ущерб выстрелу, летящему со скоростью три тысячи футов в секунду. К счастью, ветер был почти нулевым, в остальном условия были практически идеальными, а снайперские технологии в последнее время развивались с головокружительной скоростью: баллистический калькулятор в телескопическом прицеле Ланье - а это был дешевый телескопический прицел, доступный в карибской версии. Хик-оружейный магазин - все, но предлагал заглянуть в будущее в виде анимированного превью выстрела.
  
  Она оперлась на щеку приклада и, прищурившись, увидела не вид на импровизированную камеру содержания под стражей, как она ожидала, а профиль молодого человека с песочно-русыми волосами. Чарли Кларк, без сомнения. Его затылок находился почти точно по центру прицела.
  
  Она почти ожидала, что он обернется, чувствуя на себе ее взгляд.
  
  Он остановился, прижав ухо к двери, словно пытаясь слышать сквозь нее.
  
  Она высвободила совесть. Мишенью стал лист бумаги с концентрическими кругами вокруг яблочка, а не человек с близкими, которые пострадают от его потери.
  
  Вместо того, чтобы привлекать внимание с помощью лазерного дальномера, она использовала сетку в миллиметрах в прицеле - что-то вроде электронной линейки - для определения дальности. 194,8 метра, или, как она думала, ничего.
  
  Предвидение поведения цели было неотъемлемой частью точного выстрела. У движущихся целей точка прицеливания находилась впереди цели, расстояние зависело от ее скорости и углового движения. Такая неподвижная цель была снайперской версией трехдюймового удара.
  
  Ланье обнулила прицел, затем посмотрела через плечо на Стэнли, который сидел в офисном кресле из искусственной кожи с разрезом сзади.
  
  «Как дела в звуковом отделе?» спросила она. Он набрал девять цифр на своем BlackBerry. «Просто жду твоего сигнала».
  
  Когда она нажимала на курок, он набирал десятое число, посылая радиосигнал для взрыва кумулятивного заряда С-4, не намного больше, чем Tic Tac. Она прикрепила его к трансформатору, висящему в пределах легкой досягаемости от крыши. Взрыв затмил громовой отчет о M40. Более простое решение - глушитель - исказило бы ее выстрел. Когда это было возможно, она выбирала громкие звуки, слышимые в окружающей среде, например, взрывы артиллерийских снарядов в зоне боевых действий в Афганистане или, в таких местах, как Мартиника, трансформаторы четвертого класса, которые дуют так же часто, как ветер.
  
  Она прижалась глазами к прицелу, обнаруживая Чарли там, где она в последний раз видела его.
  
  Пуле потребуется 93 секунды, чтобы достичь точки попадания. Она нажимала на спусковой крючок прямо подушечкой пальца, чтобы избежать рывка пистолета вбок. Она глубоко вздохнула, затем выпустила воздух небольшими порциями, идея заключалась в том, чтобы удерживать легкие пустыми в момент, когда она делает укол. Чтобы еще больше минимизировать движение ствола, она стреляла между ударами своего сердца.
  
  Как всегда, спокойствие окутало ее, удалив из ее сознания Стэнли, комнату и остальную часть Мартиники - все, кроме нее самой, ее оружия и ее цели.
  
  53
  
  Драммонд пришел в сознание, но его зрение оставалось туманным. Флинт опустился на колени рядом с ним вместе с Кингом, который, казалось, полностью оправился от сукцинилхолина.
  
  «Они сказали, что он хорош, но кто мог этого ожидать?» Кинг говорил.
  
  Эти слова прозвучали в Драммонде, как в мегафон. Он поддался рвоте, позволив ей вытечь изо рта и целенаправленно вниз по рубашке.
  
  Остальная часть лазарета снова оказалась в фокусе, когда морпехи схватили его за подмышку и подняли на ноги. Флинт похлопал по шортам Драммонда в поисках оружия. Женевьева стояла наготове, все еще держась за поручни кровати.
  
  «Cheee-rist», - сказал Флинт, отворачиваясь от рвоты.
  
  Драммонд пошатнулся. С намерением.
  
  Флинт потерял хватку.
  
  Драммонд сунул правую руку в карман рубашки и вытащил один из шприцев с сукцинилхолином, которые он собрал с пола. Этим же движением он ударил Флинта в плечо, а затем толкнул поршень.
  
  Флинт резко развернулся.
  
  Драммонд пригнул кулак.
  
  Когда Флинт встал на дыбы для еще одной попытки, он без сознания упал на руки Драммонда, обеспечивая щит против Кинга, чье ружье было нацелено на Драммонда.
  
  «Достаточно, мистер Кларк, - сказал он. «Уложи его».
  
  Драммонд швырнул капрала под действием снотворного к Кингу, который инстинктивно потянулся, чтобы поймать молодого человека. В то же время Драммонд бросился на Кинга, воткнув второй шприц в бицепс сержанта.
  
  Кинг нанес тяжелый удар Драммонду в челюсть.
  
  И снова комната начала бледнеть.
  
  Драммонд взмахнул рукой, ухватившись за край экзаменационного стола, чтобы не упасть.
  
  Кинг выдернул иглу из руки. Он переучил свой ствол пистолета. «Руки в небе».
  
  Драммонд с усилием поднял руки.
  
  «А теперь спиной к стене и…» Кинг покачнулся.
  
  Драммонд выхватил у него «глок» и повернулся к Женевьеве.
  
  Открыв рот, она позволила перилам кровати упасть, звякнув о плитку пола.
  
  «Я не хочу причинять вам боль, хотите верьте, хотите нет», - сказал Драммонд.
  
  «Почему я должен тебе верить?» Ей пришлось перекричать вой приехавшей «скорой помощи».
  
  «Я мог бы убедить тебя, если бы у меня была минутка». Он надел наручники, предназначенные для него, ей на правое запястье. «Но я не знаю».
  
  
  Мысли Чарли кружились, как колесо рулетки, шарик выскакивал от боли к отрицанию, когда дверь камеры заключения распахнулась внутрь. Выйдя из него, он услышал позади себя странный хлопок. Что-то пронеслось мимо его головы. В дверном косяке образовалось пулевое отверстие, из которого вышел дым.
  
  «Снайпер». Драммонд поманил из коридора. "Торопиться."
  
  Чарли отказался от радости, увидев, что его отец убежал из комнаты, как раз в тот момент, когда вторая пуля разбила окно, превратив верхний шарнир двери в осколки.
  
  Драммонд, хромая, пошел по коридору, ведя с глоком. Чарли бросился за ним. Еще одно стекло разбилось, и еще одна пуля расколола плитку на стене коридора.
  
  Чарли догнал Драммонда, который вздрагивал с каждым шагом. "Ты в порядке?" - спросил Чарли. Драммонд Кларк обычно вздрагивал только от удушья.
  
  «Мне лучше, чем ему», - сказал Драммонд, указывая вперед на гигантского рядового первого класса Арнольда, растопыренного по полу в бессознательном состоянии. «Проблема в том, что он уже должен был ответить на звонок в дверь. Мы должны подняться туда, пока наши водители не начали думать, что это подозрительно, что никто не приехал ».
  
  « Наши водители бегства? Чарли последовал за Драммондом по короткой лестнице к черному входу в консульство.
  
  «Вы ведь слышали скорую помощь?» - сказал Драммонд.
  
  «Я слышал сирену».
  
  «Если немного убедить, они будут нашими водителями для бегства». Драммонд сунул руку за пояс и передал Чарли второй «глок».
  
  Взяв тяжелое ружье, Чарли почувствовал беспокойство, не имевшее ничего общего с угоном машины скорой помощи. В наши дни это было не более страшно, чем поймать такси. «Разве скорая помощь не будет заметна?»
  
  «Они нам понадобятся, потому что…» При приземлении толстый слой пота Драммонда мигал между оранжевым и желтым в отражении припаркованной снаружи машины скорой помощи. Тем не менее он казался устрашающе бледным. «Раньше я пытался создать впечатление, будто у меня сердечный приступ», - продолжил он, его дыхание было затруднено. «Возможно, я переиграл…»
  
  Пистолет выпал из его руки и скатился вниз по лестнице. Он качнулся, затем упал по той же траектории.
  
  54
  
  Перебросив отца через плечо, Чарли попятился через служебную дверь на тротуар, освещенный каретой скорой помощи, стоявшей у тротуара. Два фельдшера, нагруженные чемоданами и спортивными сумками, выкатили каталку из открытой задней части машины скорой помощи. Бросив взгляд на Драммонда, теперь уже тревожного синего оттенка, они побежали.
  
  Через несколько секунд Драммонд уже лежал на тонком матрасе. Один из медиков, невысокий молодой человек, на значке которого было написано «ГЕЙЯР», спросил: «Сэр, вы меня слышите?» Он осторожно встряхнул Драммонда, пытаясь разбудить его.
  
  Ничего такого.
  
  Гайяр взглянул на своего партнера и сказал: «Все еще дышит. Пульс слабый ».
  
  За секунды медработники превратили свои сумки во временную больничную палату. Они подняли ноги Драммонда и снабдили его кислородной маской, питаемой от цилиндрического баллона. Сердечный монитор и группа других инструментов ожили.
  
  «BP семьдесят больше сорока», - прочитал Гайяр, что ничего не значило для Чарли, но тон фельдшера дал понять, что это нехорошо.
  
  Партнер Гайяра, стройный мужчина средних лет по имени Морно, поднял столб для внутривенного вливания и повесил на него два мешка с прозрачной жидкостью. «Дайте четыре милы атропина и миллиграмм адреналина», - сказал он, добавив, для удобства Чарли, «чтобы его сердцебиение снова увеличилось».
  
  Гайяр начал быстро сжимать грудную клетку, считая про себя. « Un … deux … trois… » - Морно внимательно изучал показания. «Падение», - сказал он, закусив губу.
  
  Гайяр разорвал рубашку Драммонда, и пуговицы щелкнули по тротуару. Затем он открыл чемодан, напоминающий портативный компьютер. «Пробуем двести джоулей», - сказал он, доставая пару электродов дефибриллятора. «Держись подальше».
  
  По другую сторону каталки Чарли отступил на шаг, одновременно надеясь и взяв себя в руки.
  
  Гайяр нацелил весла. Оба фельдшера были настолько поглощены, что, казалось, не обращали внимания на кричащий от утомления прибытие спортивного черного Fiat, пока молодая брюнетка в коктейльном платье с цветочным принтом не вылезла из пассажирского сиденья с пистолетом в руке. Стэнли последовал за ним с водительского места, тоже держа наготове пистолет.
  
  Беспорядочные эмоции Чарли были сметены страхом.
  
  Стэнли посмотрел через него на парамедиков. «Джентльмены, я специальный агент Стэнли, а это специальный агент Ланье, ФБР». Он помахал значком ФБР. «Эти двое мужчин разыскиваются в Соединенных Штатах за преступления, караемые смертной казнью. Нам нужно взять их под свою опеку ».
  
  Гайяр, готовый использовать весла, посмотрел на Драммонда. «У него фибрилляция желудочков. Мне нужно шокировать его сейчас. ”
  
  Ланье наставила на него пистолет и нажала на курок. Вспышка выстрела осветила потрясенное лицо Гайяра. Фельдшер упал за каталку, очевидно мертвый, не дойдя до тротуара. Дефибриллятор упал рядом с ним.
  
  55
  
  Защищенный каталкой от Ланье и Стэнли, Чарли наблюдал, как выживший фельдшер Морно прыгнул в заднюю часть своей машины скорой помощи и исчез за одной из двойных дверей фургона.
  
  Упав на колено, Ланье направила пистолет в дверь, вероятно, между ней и сердцем фельдшера.
  
  Рев ствола, металлический треск и вопль Морно разносились в тупике.
  
  Чарли посмотрел на отца, надеясь, что шум разбудит его. Единственным движением была ЭКГ Драммонда, спускающаяся, сопровождаемая летаргической вспышкой, которая длилась не менее минуты.
  
  По крайней мере, так показалось Чарли, адреналин хлынул в его вены, увеличивая его умственную остроту и, как он чувствовал, замедляя темп всего остального мира.
  
  Он потянулся через шасси каталки к дефибриллятору на тротуаре на краю лужи крови Гайяра. Он вытащил ее, пытаясь пройти сквозь сложную сеть пружин и перекрещивающихся валов каталки. Острый болт проткнул ему предплечье красной полосой. Он ничего не чувствовал.
  
  Взявшись за ручки на своей стороне каталки, он подтолкнул Драммонда к машине скорой помощи.
  
  Ланье повернулся к ним медленно, как секундная стрелка в обостренном понимании вещей Чарли. Она изменила цель.
  
  Прежде чем она успела выстрелить, Чарли дважды спустил курок своего «глока». Первая пуля попала в зеркало со стороны пассажира «Фиата», и хромированный корпус зеркала отскочил по асфальту. Невозмутимая, Ланье зашла за пассажирскую дверь на улицу.
  
  Вторая пуля Чарли попала в щель между лобовым стеклом и открытой водительской дверью. Кровь хлынула из плеча Стэнли. Извиваясь, он выпал из поля зрения.
  
  Чарли поправил «глок» и снова нажал на спусковой крючок. Он осознавал не только удар бойка, но и взрыв капсюля, и жар, давящий на основание пули, все сильнее и сильнее, пока не набиралось достаточно силы, чтобы преодолеть фрикционную связь между пулей и ее. кожух. С шлейфом пламени снаряд выскочил из ствола и, казалось, врезался в лобовое стекло «Фиата» прямо перед рулем. Частицы стекла взлетали в воздух, как конфетти. Из правой руки Ланье хлынула кровь. Ее рука с пистолетом.
  
  Передняя часть каталки ударилась о задний бампер «скорой помощи». Чарли прыгнул внутрь, потянув за собой Драммонда. Рисует его на самом деле; Чарли не испытывал ни веса, ни трения, как обычно.
  
  Скорая помощь была не столько фургоном, сколько больницей на колесах, с ее множеством шкафов, отсеков и сумок, набитых припасами. Чарли положил Драммонда на пол, затем выстрелил из «глока» через плечо, взорвав еще больше лобового стекла «фиата».
  
  Ствол Ланье, подпертый на приборной панели, при выстреле качнулся в сторону.
  
  Чарли вскинул левую руку, прикрывая голову Драммонда. Пуля вонзилась Чарли в плечо, подхватив его. Вырвавшись из него, он повалил его на пол. Он врезался лицом в зернистый металл.
  
  Он попытался использовать вновь обретенную власть над своими чувствами, чтобы выключить жгучую боль. Это не сработало. Однажды в него попала пуля - правда, она только что задела его, но все же было похоже на верную смерть. Это была смерть с острой бритвой косой. Тем не менее Чарли закрыл вторую дверь машины скорой помощи, схватился за штангу для внутривенных вливаний, подвешенную к потолку, и поднялся на ноги.
  
  Драммонд лежал неподвижно, на два оттенка синее, чем раньше. Морно рухнул рядом с ним, пытаясь наложить огромную повязку на свой живот, над дырой, из которой сочилась кровь с каждым ударом его сердца.
  
  «Вот», - сказал Чарли, подходя к передней части фургона. Он вручил мужчине дефибриллятор. "Можете ли вы попробовать это сейчас?"
  
  Пуля пробила полость в одной из задних дверей. Стеклянный корпус настенных часов разлетелся осколками.
  
  «Сейчас не самое подходящее время», - пробормотал Морно. «Они все еще стреляют в нас!»
  
  "Я заметил." Чарли вскочил на место водителя и отпустил стояночный тормоз. "Как насчет этого? Вы позаботитесь о моем отце, я позабочусь о них ».
  
  Он нажал на сцепление, включил первую передачу и нажал на педаль газа. Фургон покатился вперед. В боковое зеркало он наблюдал, как долговязый фельдшер спускается на пол.
  
  Еще одна пуля пробила спину, прежде чем вонзиться в рацию, от которой исходил едкий запах горящей резины.
  
  «Мы никогда не уйдем от них в этом деле», - кричал Морно.
  
  «Лучшее, что мы можем сделать, это попробовать». Чарли направил скорую помощь на улицу за консульством. «И если это сработает, мы не умрем».
  
  С облегчением вздохнув, фельдшер повернулся к Драммонду. «Вероятно, ему нужно больше атропина». Он вытащил шприц из ящика слишком медленно, его жесткость говорила, что он готовился к следующей пуле.
  
  «Я расскажу вам историю, которую однажды рассказал мне мой отец, - сказал Чарли. «Мой дед - ну, на самом деле не мой дед, а киллер в защиту свидетелей, прикрытием которого был мой дед - он жил в Чикаго во время расцвета Аль Капоне. Вы знаете, кто такой Аль Капоне? »
  
  "Конечно." Похоже, Морно беспокоился о душевном здоровье Чарли. Но, по крайней мере, он вводил Драммонду атропин.
  
  «Время от времени дедушка Тони слышал пулеметный огонь. Он выглядывал в окно и видел, как эти мафиози мчатся на кадиллаке, подбитом как Пег-Борд, и преследуют их копы в полицейском фургоне, в таком же состоянии. Дело в том, что каждый раз все были живы. Мораль этой истории: чрезвычайно сложно стрелять из одного движущегося транспортного средства по другому с любой степенью точности. Они просто пытаются нас взволновать ».
  
  Морно нажал кнопку на дефибрилляторе и приставил электроды к груди Драммонда. Заряд был не таким резким или драматичным, как в медицинских драмах по телевизору - разряд электричества просто вздрогнул Драммонда, но его лицо вернулось к здоровому розовому цвету. Он открыл глаза.
  
  «Пульс намного лучше», - воскликнул Морно.
  
  "Папа?" - воскликнул Чарли, его волнение было смешано с недоверием.
  
  «Я в порядке», - сказал Драммонд, очевидно, с такой же чистой ложью, как никогда раньше.
  
  Тем не менее, слова были для Чарли музыкой. Он нажал на педаль акселератора и, с визгом, толкнув фургон на грани опрокидывания, выехал на улицу, что примечательно с не большим беспокойством, чем открывающаяся дверь купе и выкатывающаяся катушка марли.
  
  Однако в боковом зеркале был виден черный «Фиат», летящий за ними.
  
  56
  
  Fiat догонял. Чарли увидел Стэнли за рулем, его лицо было залито кровью, но он был таким же решительным, как всегда. Сидя на пассажирском сиденье, Ланье прищурился от набегающего воздуха, нацелил невероятно большую штурмовую винтовку через дыру в лобовом стекле и выстрелил.
  
  Пуля пробила заднюю часть машины скорой помощи, попала в металлическую ручку открытой двери отсека и срикошетом попала в дисплей компьютера, разбив его на гальку. Морно посмотрел на компьютер с сильным страхом.
  
  «Все в порядке, - сказал Чарли. «Пуля не приблизилась к нам». Он переключился на второй и направился к хорошо освещенному перекрестку примерно в полумиле впереди; Казалось, что здесь полно пешеходов и других транспортных средств.
  
  «Я только что подумал об одной проблеме, - сказал Морно. «В вашем рассказе об Аль Капоне в транспортных средствах не было баллонов с легковоспламеняющимся кислородом».
  
  Чарли кивнул. «Это проблема. Передать мне дефибриллятор? »
  
  Несмотря на явное недоумение, Морно протянул устройство вперед.
  
  Чарли опустил окно, из-за чего из огнестрельного ранения в плечо пошла кровь и появилась соответствующая боль. Поочередно переводя взгляд с Fiat на дорогу впереди, он попытался направить дефибриллятор в большую полость, которая раньше была лобовым стеклом Fiat.
  
  «Большая красная кнопка переводит эту штуку в режим zap, верно?» - спросил он фельдшера.
  
  «Да, но он не может шокировать никого, если обе лопасти не соприкасаются с телом одновременно, образуя цепь».
  
  «Ну, каковы шансы, что он все это узнает?» Чарли выпустил дефибриллятор из окна.
  
  Он покачнулся в воздухе, дико хлопая лопастями, в сторону «фиата».
  
  Широко раскрыв глаза, Стэнли повернул колесо, чтобы избежать столкновения с устройством, и «Фиат» с треском попал в припаркованный грузовик. Капот «фиата» смялся, Стэнли рухнул на сиденье, а крыло упало на асфальт.
  
  «Это звучало хорошо, - сказал Морно.
  
  «Ага…» Чарли заколебался, увидев, как Ланье вылезает из спортивной машины и поправляет штурмовую винтовку.
  
  Пуля-монстр пробила заднюю часть машины «скорой помощи» с таким звуком, как будто она взорвалась при ударе. Вся машина прыгнула.
  
  «Кислородный баллон!» - крикнул Морно. «Нам нужно выбраться!»
  
  По всей машине скорой помощи вспыхнуло пламя. Чарли нажал на тормоз и распахнул дверь. Он крутил колесо так, чтобы водительская сторона смотрела в сторону от Ланье, позволяя машине скорой помощи прикрыть их выход.
  
  Морно поднял Драммонда на ноги и потащил к Чарли.
  
  Прежде чем Чарли смог помочь, сильный взрыв выплюнул его из открытой водительской двери. Сама скорая помощь исчезла в огне. Обожженный, Чарли упал на спину, приземлившись на асфальт на спину, боль была невыносимой, а затем еще больше, когда Драммонд и Морно врезались в него. Однако он был доволен, потому что ни один из них не выглядел серьезно раненым. В то же время шок заставил его потерять сознание.
  
  Он бы позволил себе скользить там, если бы не щелчок каблуков Ланье.
  
  Выбравшись из путаницы конечностей, Чарли схватил стоящий рядом с ним «глок».
  
  Глок, который был рядом с ним.
  
  Теперь нигде не видно.
  
  Стэнли обогнул фургон с одного конца, ведя вперед с пистолетом. Массивный ствол винтовки Ланье опередил ее с другой стороны.
  
  Морно упал в обморок, вероятно, из-за крови, хлынувшей из вновь открывшейся раны.
  
  Семь или восемь машин, некоторые из которых были с мигалками и сиренами, направились к останкам машины скорой помощи. Возглавляли обвинение те же два бежевых пригорода, на которых Чарли и Драммонд были доставлены из доков в консульство.
  
  «Как будто Стэнли и Ланье нужно подкрепление», - подумал Чарли.
  
  Обращаясь к отцу, который лежал рядом с ним на улице, он сказал: «Мне очень жаль».
  
  Ответ Драммонда был потерян из-за крика жителей пригородов. Открылась пассажирская дверь, и Корбитт выскользнул из машины. На нем был помятый льняной деловой костюм поверх пижамной рубашки.
  
  Стэнли, шатаясь, вышел из-за фургона: «Шеф Корбитт, вы снова выбрали подходящий момент». Он помахал Чарли и Драммонду. «Кролики чуть не ускользнули от нас».
  
  "Действительно?" Сложив руки за спиной, Корбитт начал расхаживать. «Помните, как сегодня утром я говорил вам, что теперь у нас есть миниатюрные цифровые видеокамеры, способные записывать до шестнадцати часов видео?»
  
  Стэнли улыбнулся. "Конечно."
  
  Корбитт перестал ходить, прижавшись к Стэнли. «Сегодня вечером, просмотрев сегодняшние кадры с графина на яхте, я решил, что мне лучше спуститься сюда».
  
  Чарли почувствовал, что шансы изменились случайно, если не невероятно. Однако он сдерживал радость. По его опыту, такой поворот был беспрецедентным и невозможным с участием кавалерии.
  
  Стэнли вздохнул. «Послушайте, Корбитт, есть факторы, о которых вы ничего не знаете, и это должно оставаться в силе».
  
  "Может быть и так. Но пока я не получу другого ответа от Государственного департамента или из штаб-квартиры, вы двое отправляетесь под стражу ». Корбитт указал на других членов своей группы. Шесть полицейских Мартиники, два фельдшера и три морских охранника вышли из машин, все, кроме фельдшеров, были вооружены ручным оружием или винтовками.
  
  «Какие у вас есть полномочия, чтобы взять нас под стражу?» - крикнул Стэнли.
  
  «Французский закон», - сказал Корбитт. «По дороге сюда мы получили сообщение о том, что с Мартиники хладнокровно застрелили техника скорой медицинской помощи». Обернувшись к местным полицейским и парамедикам, начальник базы Сент-Люсии указал на Стэнли и Ланье. «Я верю, что мы обнаружим, что это сделали они».
  
  57 год
  
  «Я должна тебе горшок домашней похлебки», - сказала Алиса по телефону из американского посольства в Женеве. «И все, что ты хочешь».
  
  В безопасном конференц-зале консульства Мартиники Чарли должен был подпрыгнуть от восторга и сказать Алисе, что любит ее.
  
  Но ADM застрял в его мыслях, как осколок.
  
  Она сказала, что не помнит Леща по имени, только то, что второй пилот, который летал с ней в Ньюарк три недели назад, был хорош в манере мошенничества. «Не в хорошем смысле, как ты», - быстро добавила она.
  
  В остальном их догонялки носили пугающий характер, результат не только из-за его озабоченности, но и из-за спешки с ее стороны - ее ждала целая группа докладчиков АНБ. Повесив трубку, Чарли не мог поверить, что он забыл упомянуть, что нашел сокровище Сан-Исидро.
  
  Стремясь проверить отца, он вылетел из защищенного конференц-зала в коридор, поспешно спустившись в лазарет. Драммонд находился под наркозом в течение большей части трех часов, в течение которых катетеризация сердца позволила хирургам определить, что степень повреждения его сердца была минимальной. Как и в случае с Хилари Хэдли из ЦРУ, Драммонд выбрался из медицинского эквивалента леса.
  
  Корбитт выбежал из соседнего офиса, не отставая от Чарли. «Хотите увидеть своего отца?» - спросил начальник базы.
  
  "Да. И посмотреть, знает ли он, где Лещ взял бомбу.
  
  «Это только вопрос времени, когда мы найдем этого сукиного сына». Добравшись до лестничной площадки лифта, Корбитт посмотрел в зеркало в позолоченной раме, как будто уже видел себя с медалью, которую он получит.
  
  Чарли нажал кнопку «вниз». «Хотел бы я быть хотя бы наполовину так уверенно».
  
  «Послушайте, наши специалисты по связи отправили зашифрованное сообщение о приоритете по кабелю-вспышке директору, начальнику европейского подразделения, а также всем боссам Индии, Пакистана и почти везде, куда ходят лодки. Береговая охрана и служба национальной безопасности США установили спутниковую и радиолокационную версию плотной сети над водой между Сент-Люсией и побережьем Индии. И пока мы говорим, агентство запускает команды NEST ».
  
  « Какие команды?»
  
  «О… эээ… Аварийный ядерный поиск… что-то?»
  
  "Команда?"
  
  "Верно. Они посвятили 707-е, украшенные радиационными датчиками, работают. Они уже взлетели, собираясь заполонить Карибское море. Это только вопрос времени, когда мы получим новости о том, что они вывели из строя лодку Леща ».
  
  «Что, если излучение замаскировано?» Чарли не хотел раскрывать тот факт, что якобы обогащенная часть урана была по сути пустяком, чтобы секрет операции не был передан телеграммой на приоритетность почти везде, где бывают лодки.
  
  «У нас все еще есть эскадрилья БПЛА плюс несколько уловок, о которых вам не нужно знать, но сформулируйте это так: с учетом информации, которую вы нам предоставили, мы будем знать о каждом объекте, превышающем размер бейсбольного мяча, который находится в пределах пяти сто миль Индии. Либо наши люди, либо наши коллеги по связи сядут на любой корабль, которым они не могут поклясться, и хороший процент тех, на которых они смогут ».
  
  «Отлично, если только бомба на самом деле не направляется в Индию».
  
  «Что заставило вас так думать?»
  
  «Половина всего, что сказал Лещ, была ложью». Стоны и шуршание кабелей в шахте лифта, казалось, перекликались с мыслительным процессом Чарли.
  
  «Нет причин думать, что он лгал об Индии, и есть все основания полагать, что вы уловили разведданные уровня А», - сказал Корбитт. «Вы, наверное, просто устали».
  
  Усталый? Если только. Пятнадцать часов сна подряд, и Чарли может быть просто уставшим. «Я просто чувствую, что мы что-то упускаем».
  
  Звонок возвестил о прибытии лифта. Латунные двери распахнулись. Корбитт вошел в машину, викторианский декор которой предшествовал электрическим лифтам. «Я говорю вам, вам не о чем беспокоиться. Это, наверное, просто нужно установить, вот и все. Примите долгую ванну и откройте бутылку холодного пива. Ты выиграл, приятель. Материал на этом сайте Korean Singles полностью реабилитировал вас - вы на сто процентов свободны ».
  
  Двери закрылись с гидравлическим шипением. Чарли, который никогда раньше не испытывал клаустрофобии, чувствовал, что панели красного дерева вот-вот сомкнутся на нем.
  
  Хлопнув Чарли по здоровому плечу, Корбитт сказал: «И становится еще лучше. Стэнли и эта женщина Ланье заперты в действительно темном месте, ключ выброшен, все работает. И каждое американское агентство по эту сторону Министерства сельского хозяйства объединяется, чтобы свернуть остальную часть кавалерии - я видел на борту БПЛА кадры, на которых Али Абдулла в пижаме был брошен во французский автозавод. Мы также арестовали парочку других парней, которых вы, возможно, знаете, Бена Мэллори и Джона Питмана? »
  
  Питман как минимум трижды пытался убить Чарли в Нью-Йорке. Мэллори, еще один кавалерист, всего дважды. "Где они сейчас?"
  
  «Скажем так: им лучше нравятся паразиты».
  
  
  Посольство США на Барбадосе доставило столько врачей и столько медицинского оборудования для Драммонда и Хэдли, что лазарет консульства теперь выглядел как реанимация в Mass General. И везде, где не было медицинского работника, была морская охрана. Чарли полагал, что им с Драммондом здесь безопаснее, чем где бы то ни было, где они были за последние месяцы, или куда бы они ни пошли.
  
  Чарли вошел в комнату Драммонда - на самом деле, отделенную занавеской лазарет. Драммонд сел в постели с явной болью. Его обычно бледной внешности не помогли бледно-зеленый свет от стопки аппаратов или внутривенные трубки, выходящие из его рук.
  
  «Доброе утро», - сказал он.
  
  Было чуть больше трех утра.
  
  «Как ты себя чувствуешь, папа?»
  
  "Отлично. Почему все меня об этом спрашивают? »
  
  Чарли поставил ему четверку. Он все равно решил попробовать. - Тебе что-нибудь кажется странным в бизнесе с лещом?
  
  Драммонд взглянул на одну из зеленых занавесок. «Пират, да?»
  
  «В некотором смысле». Чарли не ожидал большего. «Насколько я помню, играет на первой базе».
  
  «Это Сид Брим». Питтсбургский пират. Двадцать лет назад.
  
  Отягощенный разочарованием, Чарли сел на край кровати, стараясь не сбить капельницу Драммонда.
  
  Драммонд сел немного прямее и улыбнулся, вернув щекам румянец. «Да, леща тоже звали нашего пилота», - сказал он.
  
  Чарли почувствовал прилив оптимизма. «Это то, что я имел в виду».
  
  Драммонд задумался. "Кто он был на самом деле?"
  
  «Наверное, это первый вопрос, который я должен был задать». Чарли передал его Корбитту, болтавшему с медсестрой у временного дверного проема.
  
  Войдя в комнату, начальник базы пожал плечами. «Может быть, ты узнаешь в отчете».
  
  «Какой разбор?»
  
  «С Колдуэллом Эскриджем, начальником европейского отделения».
  
  «Когда он сюда приедет?»
  
  Корбитт посмотрел на Чарли, как будто просил луну. - Вы имеете в виду, когда вы летите в Лэнгли, штат Вирджиния? - сказал Корбитт. "Как можно быстрее."
  
  «Если в ближайший час не будет серьезных медицинских достижений, - сказал Чарли, - мой отец, вероятно, не сможет сесть в самолет». Или встать с постели.
  
  «На самом деле это Маклин, Вирджиния, - сказал Драммонд. «Интересная информация: Лэнгли - это не город или поселок. Это просто часть Маклина, так как Парк-Слоуп является частью Бруклина. Тебе нужно туда, Чарльз.
  
  "Я?" Чарли подумал, не отключился ли детектор опасности его отца. Он повернулся к Корбитту. «Почему Эскридж не может сюда прилететь?»
  
  «Гора не доходит до Мухаммеда». Почувствовав тревогу Чарли, начальник базы добавил: «Я буду сопровождать вас».
  
  Что мало облегчило беспокойство Чарли. «Отлично, - сказал он.
  
  Драммонд протянул руку, схватил Чарли за руку и притянул к себе. Хотя кожа его отца была прохладной, Чарли почувствовал прилив тепла.
  
  «Иди к Маклину, Чарльз». Драммонд, казалось, обострился. Или это была уловка флуоресцентных ламп?
  
  «Но около двадцати минут назад агентство включило нас в свой список To-Kill».
  
  "Вы можете справиться с этим. Я готов на это поспорить.
  
  
  
  ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ
  
  Ясность
  
  1
  
  За восемь дней до этого человек, в паспорте которого он был указан как Джон Таунсенд Лещ, вылетел из Пуэрто-Рико в Париж, чтобы встретиться с алжирским агитатором, которого он знал еще со времен службы в разведке ВВС.
  
  В трех часах езды от Шарля де Голля и Леща находился Дижон, достаточно далеко от сети безопасности, чтобы противодействие наблюдению не требовало особых усилий. А поскольку город был столицей винодельческого региона Бургундия, горчичным центром Европы и домом для самой великолепной в мире коллекции средневековых и ренессансных зданий, всегда была достаточно большая и разнообразная толпа, с которой мог слиться любой.
  
  По крайней мере, так думал Лещ, пока Хеб Катада не плюхнулся напротив него в изолированную будку в задней части оживленного пивного бара рядом с вокзалом - место тайных встреч из учебников. Проблема заключалась в том, что похожему на медведя алжирцу было трудно где-то сливаться. Хотя он брился каждое утро, находясь в Европе, к обеду у него была пятичасовая тень, а теперь уже прошел час - лучшее время для встречи, потому что за обедом толпа редеет, чтобы друга было легче отличить от врага. или, вернее, врага можно отличить от настоящего туриста. Решение Катады сильно помадить свои густые черные волосы, подчеркнув V-образную линию роста волос, сделало его еще более заметным. Также его глаза были прижаты к чрезвычайно широкому и плоскому носу. Но его самой примечательной чертой было почти постоянное веселье, подобное маленькому, что странно, учитывая, что большая часть его сорока лет была потрачена на серийную напыщенную речь - в форме массовых убийств мирных жителей - направленную против французского правительства.
  
  «Я собираюсь уйти на пенсию», - сказал Лещ.
  
  «А не жить на тропическом острове и летать один или два раза в неделю?» Катада бегло говорил по-английски с британским акцентом, но громче, чем рычание, предвещаемое его появлением.
  
  Лещ смотрел на игру в крикет по телевизору над баром, без которой таверна из темного камня не выглядела бы иначе, чем тысячелетие назад. Он использовал зеркало за стойкой бара, чтобы провести инвентаризацию толпы, проверяя, нет ли изменений в позе или позициях, то есть наблюдали ли они или слушали его? Когда новые люди входили в дверь, он оценивал их: местных бизнесменов, туристов, обедающих дам и т.д. репетируют исполнение для нового Контртеррористического отделения Дипломатической службы безопасности США - насколько они знали.
  
  «Я был на тропическом острове и занимался разведкой», - сказал Лещ Катаде. «Теперь у меня есть перспектива».
  
  Катада улыбнулся, может быть, игре в крикет, может быть, игре света на его стакане с водой - кто знал? Лещ не дал ему повода для счастья.
  
  Однако он собирался это сделать.
  
  «Ты знаешь, как устроить вечеринку, ты выписываешь чек, а организатор вечеринки все делает?» - спросил Лещ. «Он принесет тебе группу, торт, зал - все на тот день, который ты хочешь?»
  
  "Что насчет этого?"
  
  «Я проведу для вас такую ​​операцию через две недели, только вместо торта я подам ADM».
  
  Катада снова улыбнулся. «Похоже на настоящую вечеринку».
  
  «Я имею в виду муниципальную пристань для яхт в трехстах семидесяти пяти метрах к северу от отеля, где проходит G-20».
  
  «Гранд-отель недалеко от Мобила, штат Алабама?»
  
  «Да, красивый старый курорт».
  
  «Французская делегация планирует остаться там». Катада говорил сухо. «Полагаю, ты это знал».
  
  «Думайте о них как о ваших почетных гостях. Все, что от вас потребуется, - это нажать кнопку, и вы нанесете самый большой удар по исламскому государству ». Катадская аль-Джамаа аль-Исламия аль-Мусаллаха, известная здесь, во Франции, как Groupe Islamique Arme, стремилась свергнуть нынешнее алжирское правительство.
  
  Катада откинулся назад, скептически поджав губы. «Фонтан молодости тоже идет с этим пакетом?»
  
  Лещ вежливо засмеялся. «Вы знаете Ника Филдинга?»
  
  «Я надеюсь, что он не ваш поставщик».
  
  «Вы имеете в виду, потому что он мертв? Вот почему я могу заполучить его российский ADM мощностью 10 килотонн без какого-либо сопротивления с его стороны ». Лещ остановился, пока официантка поставила их тарелки с жареным стейком, а затем подождала, пока она не окажется вне пределов слышимости. «Вы знаете, что практически можете бросить камень из моего дома на Мартинике на остров Филдинга, верно?»
  
  "Нет, я не." Катада был в восторге.
  
  «Я наблюдал за его выступлением в течение трех лет. Мало того, я наблюдал за ним «Нет такого агентства» - меня даже наняли вторым пилотом на пару их чартеров. После того, как я отдал конверт с деньгами одному из головорезов Филдинга, я теперь знаю не только о ADM Филдинга, но и о том, что он утащил его тайник в могилу. С тех пор, как он умер, легионы призраков пытались найти его, но не смогли.
  
  "Но ты можешь?"
  
  "Да. Тогда это твое, подключи и играй. Мне просто нужно пять миллионов на покрытие моих расходов и еще семьсот сорок пять миллионов по доставке ».
  
  Главный благотворитель Groupe Islamique Arme, алжирский нефтяник Джамель Хасни, мог выписать чек на 750 миллионов долларов на любой из десятков своих счетов по всему миру.
  
  «Если бы я сказал Джамелю, что вы просили миллиард долларов, он бы подумал, что семьсот пятьдесят миллионов - это кража», - сказал Катада. «Его проблема не в продажной цене; это будет продавец ».
  
  «Он будет думать, что я американский привидение, играющий в пользу Соединенных Сатан Америки?»
  
  "Конечно."
  
  «Это означало бы, что ВВС сфальсифицировали мое позорное увольнение, что я четыре года летал на драндулетах в изгнании и что я чуть не уничтожил себя дешевым местным ромом, чтобы создать прикрытие для операции, цель которой - поймать пару членов алжирской террористической группы, о которых никто не слышал ».
  
  Катада кивнул, но остался осторожным. «Как бы вы доставили устройство в Штаты?»
  
  «Это легкая часть. Я построил себе бронированный псевдоним с доступом к яхте под флагом США, которая стоит в пристани для яхт Mobile Bay. Вы сделаете ставку, я пойду за яхтой, отправлюсь в круиз на Мартинику для «увеселительного путешествия», по пути куплю «сувенир», а затем вернусь обратно в Баму ».
  
  Катада поморщился. «Возьмите это у эксперта: с 11 сентября ваша служба внутренней безопасности не может установить достаточное количество детекторов химического и биологического ядерного оружия в ваших портах».
  
  «Вы правы. В Майами такая схема никогда не сработает. В Хьюстоне и Новом Орлеане, за десять миль до того, как я достиг берега, дроны будут стрелять ракетами «Адского пламени», превращать мою яхту в обломки и задавать вопросы позже ».
  
  "Но не в мобильном телефоне?"
  
  «Думайте о Mobile как о группе исламистских городов портовых городов: она большая, но никто о ней не знает и не особо заботится о ней. Должен сказать, достаточно заботится.
  
  Катада пожал плечами. «Даже в таких местах американцы могут позволить себе дать каждому второму сотруднику порта гамма-спектрометр размером с ладонь и завалить доки анализаторами и марсоходами ICx и, вероятно, многими другими новыми устройствами обнаружения, о которых мы даже не знаем».
  
  «Но на других сотнях миль побережья почти ничего нет».
  
  «За исключением береговой охраны и таможенного и пограничного управления. Вы не думаете, что «Аль-Каида» потратила тысячи часов, пытаясь найти там дыры? Джамель потратил миллионы долларов только на компьютерное моделирование ».
  
  В двенадцатилетнем возрасте Лещ не проиграл в юношеской шахматной ассоциации Теннесси, но бросил этот вид спорта в старшей школе из уважения к своему имиджу. Тем не менее он думал, как шахматист. Теперь он увидел мат в два хода. «Ключ в том, что я буду сотрудничать с береговой охраной и CBP от начала до конца», - сказал он. «Они будут держать меня на ретрансляторе и спутнике все время, пока я нахожусь в Карибском бассейне, плюс пять видов радаров вдобавок ко всему, как только я буду приближаться к водам США по дороге домой. Иностранный гражданин может рассчитывать на «приветственный комитет» таможенного и пограничного контроля по прибытии в воды Алабамы. Но в большинстве случаев все, что должен делать старый добрый американский мальчик, - это связываться с людьми из CBP по телефону, что я и делаю ночью - они закрываются в пять часов каждый день. Один из тридцати раз они вызывают вас через залив в коммерческие доки для проверки на следующее утро, и в этом случае я рискну разгрузить устройство до того, как уйду. Каждый десятый раз они приходят к вам на пристань, чтобы посмотреть на следующее утро. Но даже если это произойдет, я все равно в порядке, потому что ADM спрятан в специально модифицированном корпусе, который делает со спектрометрами то же, что свежий тертый болгарский перец делает с ищейками. И в большинстве случаев сотрудники CBP просто звонят вам и говорят: «Добро пожаловать домой, сэр». ”
  
  И вот она, улыбка Катада, на полную мощность. Довольный, Лещ посмотрел вниз, чтобы никто не вспомнил и его лицо.
  
  2
  
  Новое здание штаб-квартиры ЦРУ, пару шестиэтажных башен из стекла цвета морской волны, можно было принять за современный музей. Вряд ли темная крепость, которую Чарли, сидевший на пассажирском сиденье Hyundai, ожидал. За рулем проката Корбитт насвистывал мелодию «Мы едем, чтобы увидеть волшебника».
  
  Хотя было два часа пополудни, Чарли мог подумать, что сейчас ранний вечер, скорее из-за утомляющей поездки с Мартиники, чем из-за пасмурного неба. Тягостное ощущение, что он упустил ключ к разгадке планов Леща, не давало ему уснуть.
  
  Когда он выбрался из малолитражки, его глаза горели от усталости, а отражение в окне шокировало его: в сером фланелевом деловом костюме и темном пальто, приобретенном для него консульством, он был похож на своего отца на старых фотографиях.
  
  Они с Корбиттом прошли через огромный арочный вход в вестибюль с потолочным окном. Чувство неполноценности охватило Чарли, и резкий ветер отошел на второй план.
  
  Оставив его с Эскриджем и молодым аналитиком у дверей охраняемого конференц-зала, Корбитт не совсем в шутку сказал: «Они только прислали меня, чтобы убедиться, что вы не остановитесь на ипподроме».
  
  
  «Но у меня есть подозрение, что я чего-то упускаю», - сказал Чарли после подробного описания событий последних нескольких дней. «Что, если Индия - приманка? Что, если настоящая цель где-то еще, может быть, даже где-то в Соединенных Штатах? »
  
  Через стол для совещаний, на гигантской доске для серфинга, облицованной аквамариновым стеклом, Эскридж взглянул на аналитика Хардинга Докстейдера, двадцатилетнюю версию своего босса. Их взгляд напомнил Чарли о родителях, которые только что узнали от своего ребенка о монстрах в его шкафу.
  
  «Мы получили немало разговоров о том, что пенджабская сепаратистская группировка предлагала ADM», - заверил Чарли Эскридж. «Однако, если бы не вы, мы бы не имели ни малейшего представления о Васанте Панчами или даже о том, что бомба направлялась в Индию».
  
  «Что, если Лещ просто хочет, чтобы вы подумали, что он пытался убить меня и моего отца?» - спросил Чарли. «Таким образом, наше откровение об Индии будет иметь больший вес».
  
  Эскридж пожал плечами. «Если бы Лещ намеревался использовать Индию в качестве приманки, устранение вас лишило бы его средств обмана нас».
  
  Кивнув, Докстадер сделал пометку на том, что выглядело как лист белого света, парящий над столом.
  
  «Дело в том, что он, вероятно, принял бы во внимание, что мой отец мог посадить самолет», - сказал Чарли. «Кроме того, если он действительно хотел нас убить, почему бы просто не застрелить нас заранее на пляже?»
  
  Доксстейдер сказал: «Сэр, если я не ошибаюсь, вы сказали, что в то время ваш отец страдал от крайней дезориентации, которая была симптомом болезни Альцгеймера». Он проверил свои записи. «Четыре, - сказал ты».
  
  «Верно, в то время он не мог управлять воздушным змеем. Но Лещ знал, что у моего отца были периоды ясности мысли. И мой отец был не единственным вариантом. Если бы Алиса не позвонила, кто-то на одной из вышек управления в этом районе мог бы дать нам инструкции по радио.
  
  Эскридж, казалось, задумался над этим, затянув узел своего галстука до такой степени, что потребовалось бы некоторое усилие, чтобы развязать его. "Мистер. Кларк, есть ли у вас какие-либо фактические основания для предположений о том, что цель может быть в Соединенных Штатах?
  
  «Во-первых, я не вижу, чтобы Лещ был на равных со своими работодателями. Он называл их индейцами. Каждый кусочек информации, который он добровольно предоставлял, был скроен для умного прикрытия - только в самом конце я увидел его поступок деревенщины таким, каким он был ».
  
  «Значит, он умнее, чем кажется». Эскридж осмотрел свои ногти. «В агентстве есть парень. С отличием от Массачусетского технологического института, лучший в своем классе на ферме, Национальная подпольная служба. У него были домашние проблемы. Теперь он работает в общепите ».
  
  Служба общественного питания дала Чарли новое направление мысли. «Знаешь, я спросил Леща, отпразднует ли он продажу ADM бутылкой хорошего вина - я ловил рыбу, где он брал бомбу. Он меня обидел. Он сказал, что у него будет «Будвайзер» и набор ребер. Не совсем стандартная еда в Мумбаи ».
  
  «Наверное, просто снова играю под его прикрытие», - сказал Эскридж.
  
  «Что, если бы это была одна из частичек правды, смешанная с основанием для лжи?»
  
  «Вы будете удивлены тем, что можно найти в Мумбаи», - сказал Доксстейдер. «Сейчас в Индии двести сорок четыре McDonald's».
  
  Эскридж не отрывал глаз от большого пальца. «С другой стороны, если вы только что продали ядерное оружие людям, которые нисколько не стесняются его использовать, вы не хотите оставаться на месте. Ты хочешь поправиться до крови в своем самолете. Позже вы, конечно, отпразднуете. В хорошем реберном суставе, если это тебе нравится. Или суши-бар. Я не понимаю, к чему это относится ».
  
  Внезапно почувствовав, что он приближается к разгадке, ускользавшей от него, Чарли поспешил сказать слова. «Сразу после этого я спросил его, как залог повлияет на его аппетит. Я надеялся задействовать его эго. Он спросил, делала ли я, зная, что его не давали спать по ночам мысли о жертвах, он в моих глазах меньше злодея. Затем он сказал, что все равно принял решение действовать, потому что это тревожный сигнал, который нужен нашей стране ».
  
  Эскридж покачал головой. «Более вероятно, что, как вы сказали ранее, он хочет особняк. В конце концов, все плохие парни хотят особняк. Хорошие парни тоже.
  
  Чарли придвинул свое место ближе к столу. «Но если мы вернемся к кошке ...»
  
  Эскридж повернулся к Докстейдеру, чтобы объяснить. «Старое контрразведывательное выражение».
  
  Младший кивнул, как будто впечатленный. Чарли подозревал, что они издеваются над ним, но он продолжал. «Он сделал так много пренебрежительных замечаний в адрес« Кулинарного института Америки »и других« так называемых »спецслужб. По его словам, если бы в этом деле участвовали самые лучшие и умные люди, он бы не справился с этим так легко. Может, он когда-то был одним из вас. Похоже, он прошел то же обучение, что и мой отец. Возможно, разведывательное сообщество не приняло его или, по его мнению, осудило его несправедливо. А теперь он хочет доказать, что был прав ».
  
  Эскридж почти усмехнулся. «Как делают всадники?»
  
  «Волнение от того, что я права, заставляет многих людей делать глупости».
  
  Докстейдер поднял глаза. «Вы знаете, G-20 стартует в эти выходные».
  
  "Большая двадцатка?" - сказал Чарли.
  
  «Группа двадцати. Аргентина, Бразилия, Китай- »
  
  - вмешался Эскридж. - И еще семнадцать стран, включая нашу, которые отправляют своих депутатов болтать по экономическим вопросам. Причина, по которой ты не знаешь об этом, Чарли, по той же причине, по которой террористы не будут интересоваться: отсутствие сексуальной привлекательности. Я даже не могу сказать вам, где они держат G-20 ».
  
  «Мобил, Алабама». Докстадер впервые положил перо. «Жемчужина города, это именно та второстепенная цель, на которой сосредоточилась Аль-Каида».
  
  Он ждал ответа от Эскриджа, который сосредоточился на запонке.
  
  Докстадера это не остановило. «Сэр, ряд высокопоставленных французских чиновников посещают G-20, включая президента, что имеет отношение к французскому наследию Мобила. Кроме того, у Мобила около сотни миль побережья, и здесь нет ничего близкого к уровню безопасности Майами или Лонг-Бич ».
  
  "А разве элемент неожиданности не станет преимуществом для продажи?" - спросил Чарли.
  
  Доксстейдер решительно кивнул. Эскридж откашлялся, явно пытаясь подавить своего молодого коллегу. «Вам, вероятно, не обязательно это знать, но у нас есть еще один источник, подтверждающий историю Индии», - сказал Эскридж. «Бывший агент разведки, один из похитителей Элис Резерфорд, пытался продать информацию нашим людям в Женеве. Он сказал, что г-жа Резерфорд будет обменена на ADM Объединенным фронтом освобождения Пенджаба. Пару недель назад тот же Объединенный фронт освобождения Пенджаба отправил людей на Мартинику, чтобы попытаться купить ADM ».
  
  «Но предположим, что они не купили это», - сказал Чарли.
  
  «Они этого не сделали». Эскридж проворчал. «Не раньше, чем вчера».
  
  Скрытая вина задела Чарли. - Почему Лещ был настолько глуп, чтобы позволить какому-нибудь наемному головорезу вмешаться в свои планы? Даже я знал бы, что придумал бы прикрытие для исполнения Алисы ».
  
  «Этот головорез был профессиональным шпионом или, по крайней мере, им был», - сказал Эскридж. «Он предположил, что лещ подставил его под ложный флаг. Потом он покопался ».
  
  - И обнаружил, что золотой лещ этого дурака оставил ему? - сказал Чарли. «Зачем Лещ вообще нанял ненадежного бывшего шпиона?»
  
  Эскридж повернулся к Докстейдеру. «Поделись секретом компании, как ловить плохих парней».
  
  Докстейдер кивнул. «Они всегда ошибаются».
  
  «Дело в том, что лещ знал достаточно, чтобы использовать индейцев как соломенных псов», - сказал Чарли. Восторженный кивок Эскриджа противоречил его растущему нетерпению. «Он мог бы попытаться отвлечь внимание от Алабамы, которая, не случайно, до ребер то же самое, что Швейцария для сыра. К тому же, держу пари, он действительно южанин ».
  
  «Вы делаете ставку? Эскридж повернулся к Докстейдеру. "Что мы знаем?"
  
  «Только то, что настоящий лещ Джон Таунсенд находится в Миссисипи девять лет».
  
  «Это придает больше доверия южанину, чем если бы учреждение находилось в Нью-Гэмпшире», - сказал Чарли, но с пустыми лицами. «И у него определенно был диалект и акцент , во всяком случае, намного лучше, чем в« Унесенных ветром »».
  
  Эскридж закатил глаза.
  
  «Вы были бы поражены лингвистической подготовкой русских, - сказал Доксстейдер Чарли.
  
  Чарли хотел что-нибудь ударить. «Почему Лещ хотел, чтобы мы думали, что он южанин?»
  
  «Это старая уловка с привидениями». Эскридж оттолкнулся от стола. «Значит, вы не знаете, кто он на самом деле».
  
  3
  
  Чарли планировал провести следующие пару дней в Лорел, штат Мэриленд, наслаждаясь R amp; R на ипподроме Пимлико. По крайней мере, так он сказал Корбитту, когда они вернулись в аэропорт, чтобы развеять опасения начальника базы, что Чарли поделится своей безумной теорией в средствах массовой информации.
  
  Фактически, Чарли проехал на арендованном Ford Taurus 1039 миль к югу. На окраине города Мобил отдельные лачуги и фермерские дома вдоль проселочной дороги превратились в коллекцию благородных довоенных домов и построек, которые соответствовали его концепции старого Юга. Пока не появилось несколько более высоких зданий, а из-за них еще более высокие здания. Горизонт поднимался, как лестничные пролеты, к футуристическим небоскребам. Это определенно не был тот причудливый южный город, который он мог себе представить после поспешного поиска в Google: несколько квадратных кварталов харизматических офисных зданий и «центр города», раскачивающийся под знойные саксофоны из маленьких джаз-клубов, воздух пропитан дымом от ветхого, но очаровательного ребра суставов.
  
  Проселочная дорога переросла в современное шоссе, извивающееся в явном нарушении законов физики над тем, что Чарли первоначально принял за Мексиканский залив. Это была такая конструкция, которая заставляла людей останавливаться и восхищаться. Чарли действительно восхищался этим, и еще больше он восхищался водной массой, которая простиралась до горизонта, как любой океан. Кроме этого , если карты и знаки не ошиблись, был Мобил Бэй.
  
  Он выехал с шоссе на Уотер-стрит, четырехполосной дороги, параллельной докам штата Алабама, пункту регистрации иностранных судов. Он проезжал мили вдоль почерневших железных пирсов, гигантских складов и сопоставимых контейнеровозов. Мало того, что комплекс затмевал город, целый военно-морской флот мог заходить в него, не привлекая внимания с берега.
  
  У него было такое чувство, словно он простудился, что он сильно недооценил объем детективной работы, которая потребовалась бы, чтобы найти здесь Леща.
  
  Он заметил табличку, приклеенную к стене склада - он уже видел одну или две из них, но только сейчас их значимость осозналась. В нем был указан номер телефона таможни и пограничной службы для прибывающих некоммерческих судов для планирования инспекций в гавани. Если бы Лещ регистрировался у дяди Сэма, он мог бы сделать это из любого количества гаваней в бухте размером с океан.
  
  
  Чарли сидел у офиса туристической информации Мобила, положив на руль карту Мобил-Бэй. На пассажирском сиденье лежала стопка брошюр, которые ему навязали ревностные сотрудники, в том числе брошюры о чартерной рыболовной службе, детском музее, различных исторических местах и ​​местных агентствах по недвижимости - в том случае, если ему действительно, очень понравилось содержание других брошюр.
  
  Порывы бухты выбросили мусор вокруг стоянки. Темные полосы дождя опоясывали арендованный «Форд». Сам залив в форме подковы имел площадь 413 квадратных миль, или в двадцать раз больше Манхэттена. Его береговая линия составляла восемьдесят четыре мили, а по обе стороны от устья было еще сотня миль пляжей. У него было больше шансов найти спрятанную в Нью-Йорке иглу, чем найти леща в Мобиле.
  
  И вот один из анналов идиотизма: он на самом деле думал, что может переправить лодку через Мобил-Бэй, если понадобится, в поисках леща.
  
  Лещ завладел стиральной машиной в понедельник, три дня назад. Быстрая яхта добирается сюда за семьдесят часов. G-20 стартовала завтра вечером. Предположительно, когда-то раньше, когда безопасность будет строжайше, Лещ прибудет с ADM. Если только он не сел в самолет.
  
  Чарли подумал, что теперь будет делать его отец.
  
  Он понятия не имел. Вот в чем проблема.
  
  Он позвонил Алисе, нуждаясь не только в совете, но и в утешении. Раздались пять звонков и ее голосовая почта. Вероятно, она находилась в конференц-зале, в котором не разрешались входящие звонки.
  
  Так же, как и. Ему не нравилось объяснять ей, как он отправился в Алабаму, основываясь лишь на догадке.
  
  Он заметил небольшую рекламу на обороте местной мелочи, которую разместил частный детектив по имени Дэйв Лекрой, который специализировался на супружеской неверности. Черно-белая фотография Лекроя могла бы сойти за фотографию молодого безбородого Авраама Линкольна, если бы не сотовый телефон, прижатый к его уху. Воздушный шар из комикса из его рта провозгласил: «Я достану твоего мужчину!»
  
  4
  
  Лучи солнечного света, казалось, разделяли облака, когда Чарли параллельно припарковался на дешевом участке Дофин-стрит, ответе Мобила на Бурбон-стрит, согласно туристической информации. Замысловатые четырех- и пятиэтажные здания действительно напоминали здания Нового Орлеана, но в одиннадцать тридцать утра Дофин, которого все здесь произносили как Доффин , был тих, в барах еще спали.
  
  Чарли вошел в приземистое здание, на первом этаже которого жили «джентльменский клуб» и тату-салон. Грязный лестничный пролет привел его к двери, исписанной большими золотыми буквами: «Офис Дэвида П. Лекроя, лицензированного частного сыщика».
  
  Едва Чарли постучал, как дверь распахнула сладострастная молодая женщина.
  
  «Привет», - сказала она, добавив: «Я секретарша». На ней была белая блузка и скромная клетчатая юбка. Ее высокие каблуки, отсутствие чулок и татуировка в виде кубиков на щиколотке предполагали, что она работала в клубе внизу и что она накинула блузку и юбку, когда у детектива был потенциальный клиент. "Мистер. Лекрой ждет тебя ».
  
  Когда Чарли проследовал за ней через крошечную прихожую, он понял, что она не спросила его имя. Она жестом указала ему в кабинет, отделанный панелями из искусственного тика, где мужчина из рекламы вскочил со своего винилового стула.
  
  «Рад познакомиться», - сказал он, пожимая Чарли руку.
  
  "Тем же." Чарли услышал, как закрылась внешняя дверь и стук каблуков по лестнице.
  
  В реальной жизни новоявленному молодому Линкольну было пятьдесят, и он стоял не выше носа Чарли. Он использовал хороший ретушер для своей рекламы - на большей части его лица виднелись остатки подростковых прыщей. Его волосы не принадлежали ему. И он вкладывал деньги в рот. Возможно, слишком много. Сверкнув улыбкой ведущего игрового шоу, он сказал: «Снимай груз». Его глаза ни разу не встретились с Чарли.
  
  Сидя, Чарли спросил: «Так как ты попал в детективную работу?»
  
  "Мне нравится помогать людям." Наклонившись вперед, Лекрой подпер руки подбородком в подчеркнуто задумчивой позе. Наконец его глаза нашли Чарли. "Чем я могу помочь вам?"
  
  «У меня есть друг, который прибыл или будет прибывать сюда из-за границы на этой неделе на частной яхте, но у меня нет возможности связаться с ним. Он не любит включать телефон или проверять электронную почту в отпуске. Я надеялся, что как лицензированный ИП вы сможете получить доступ к базе данных порта ».
  
  Заставка на компьютере Лекроя представляла собой фотографию с низким разрешением обнаженной блондинки в том же кресле, которое сейчас занимал Чарли. Детектив щелкнул мышью, и она растворилась в нагромождении значков файлов. «Знаете название лодки?» он спросил.
  
  "Нет."
  
  "Как зовут твоего друга?"
  
  Чарли знал только то, что это имя не будет Лещ. «Есть ли способ увидеть список всех прибывших?»
  
  Глаза Лекроя наполнились пониманием. «Дайте угадаю: ваша старушка отправилась в круиз на двоих с владельцем яхты, которого вы никогда не встречали и о котором ничего не знаете, но очень хотели бы порезаться в носу?»
  
  «Это достаточно хорошо подытоживает».
  
  Лекрой улыбнулся. «У меня таких дел больше, чем вы думаете».
  
  «Тогда я попал в нужное место». Чарли решил, что частный сыщик, вероятно, лучше подходит для этой работы, чем ЦРУ.
  
  «Я могу выполнить этот поиск сейчас». Лекрой постучал по клавиатуре. «Обычно это девяносто девять девяносто пять. Как вам это подходит? "
  
  "Как вам подходят наличные?"
  
  «Хорошо сочетается с моим кожаным бумажником».
  
  Чарли потребовалось мгновение, чтобы сообразить, в какой из карманов своих новых брюк-карго он поместил бумажник. Он выкопал ее и достал стодолларовую купюру. Под руководством Лекроя он бросил его в ящик для входящих сообщений.
  
  "Тогда ладно." Частный сыщик переплел и растянул пальцы, как разминаются пианисты. «Так куда этот ублюдок ее забрал?»
  
  «Сент-Люсия или окрестности». «Лещ заметал бы свои следы, - подумал Чарли, - хотя начинать с этого было разумно».
  
  Лекрой щелкнул клавишами. «Бинго!»
  
  Чарли задрожал от волнения.
  
  «Рональд Фельдман и Аннабель Каммейер, шестьдесят один и тридцать один год, из Форт-Уолтон-Бич, Флорида. Прилетел сюда, в Мобил, из Сент-Люсии во вторник двенадцатого, два дня назад.
  
  Волнение Чарли рассеялось. «Не мог быть моим« другом ». В понедельник одиннадцатого он все еще был на Карибах. Я не думаю, что он мог так быстро добраться сюда ».
  
  Лекрой снова принялся за клавиатуру. «Я собираюсь проверить кучу портов. Возможно, парень прошел таможню во Флориде или в Галфпорте, штат Миссисипи. Кроме того, многие люди в Сан-Хуане стараются не мешать ».
  
  До Флориды Панхэндл и Миссисипи было тридцать миль. Жители Миссисипи приведут веские доводы в пользу того, что их барбекю лучше, чем в Алабаме. Чарли практически слышал, как его перспективы падают.
  
  Громоздкий матричный принтер позади Лекроя выдал три листа бумаги. Детектив схватил их и внимательно просмотрел. «Окейдок, за последние сорок восемь часов, закончившихся вчера в четыре пятьдесят восемь вечера - это примерно столько же, сколько CBP остается открытым - у нас есть восемьдесят три частных судна, которые так или иначе прошли проверку и либо прошли проверку, либо были очищены без досмотра ».
  
  «Можете ли вы сказать мне, сколько на борту парней, скажем, от тридцати до сорока лет?»
  
  Лекрой провел пальцем по верхней странице, считая про себя. «Пока тринадцать. Плюс лодка с Джин, тридцать один год на борту. Наверное, широкоплечий, но мог бы быть француз, не так ли?
  
  Чарли старался не казаться несчастным.
  
  «Не унывай, детка. Игра только началась, - сказал ЛеКрой. «Вот сейчас, когда я кладу жевательную резинку на тротуар».
  
  "И что делать?"
  
  "Коммерческая тайна. Два двадцать пять в день плюс расходы.
  
  «Как насчет двухсот, если вы дадите мне, к примеру?»
  
  "Отлично. Между нами: капитаны порта. Они делают своим делом знать, какая рыба находится в их гаванях, не говоря уже о том, какие лодки ».
  
  «Разве они не должны быть осторожными?»
  
  «Да, но они также должны не принимать пожертвований в фонды новых игровых консолей своих детей, если вы меня поняли».
  
  «Я так думаю, - сказал Чарли. Ему нравилась стратегия капитана порта, но была вероятность того, что Лекрой предложит взятки, что Лещ почувствует запах государства.
  
  Лекрой пролистал настольный календарь. «У меня дела с супругами сегодня и завтра, то есть я застрял в машине с камерой на стоянке мотеля. После этого я твой. Как ты скажешь, что звонишь мне тогда? "
  
  «Это идеально вписывается в мой график», - сказал Чарли, намеревавшийся сейчас навестить капитанов порта.
  
  5
  
  Шикарная пристань для яхт Мобил-Бэй находилась в четверти мили вверх по пляжу от гранд-отеля. Информация, в которой нуждался Чарли, была строго конфиденциальной. Наконец, задача, подходящая для всадника.
  
  На трассе можно было заработать состояние, зная, что фаворит бегает только потому, что «ему нужна гонка», что означает, что он не подходит для победы, поэтому жокей будет его «обучать» - просто позвольте ему испытать конкуренцию. Большая часть «работы» Чарли заключалась в том, чтобы выманивать такую ​​информацию от женихов. Обслуживающий персонал на стоянке владельцев и тренеров Meadowlands часто оказывался оракулом, но не всегда. В «Акведуке» работники буфета были лучшими помощниками Чарли. Удивительно, что мог бы упустить владелец, ожидая своего седьмого дня пива Big-A Big-B-32 унции.
  
  В прибрежной деревне, обслуживающей пристань для яхт Мобил-Бэй, Гранд-отель и несколько гольф-клубов и пляжей, Чарли выдавал себя за туриста. Он был заинтересован в аренде яхты, сказал он нетерпеливым владельцам трех причудливых художественных галерей и бутиков, теснившихся на короткой главной улице. Он узнал, что ветеран порта, известный всем как капитан Гленни, рассматривал ее работу как наполовину шериф, а наполовину священник. Заправка круизного лайнера с каютами заняла более часа, и в течение этого времени вернувшиеся яхтсмены развлекали ее своими приключениями. За двадцать лет работы она стала их другом и наперсницей.
  
  Чарли чувствовал, что такая женщина с негодованием отнесется к любой взятке. Если бы Лещ был среди ее подопечных, она бы предупредила его в считанные секунды.
  
  Чарли взял страницу в Post, а Daily News обошла репортеров на треке. Их работа, заключающаяся лишь в том, чтобы сообщать о порядке завершения и добавлять немного комментариев, поставила их на низшую ступеньку журналистики. Тем не менее их статус представителей СМИ побуждал совершенно незнакомых людей говорить с откровенностью, которую психиатры редко получают от своих пациентов. Центр внимания действовал как мощный стимулятор, даже те немногие частички внимания, которые исходили от отдела, существование которого газеты не хотели признавать.
  
  Прикрытие Чарли началось с остановки в соседнем Sears. Он купил мешковатые брюки цвета хаки, оксфордскую рубашку, подделки Hush Puppy и очень большую парку из синтетической шерсти. Идея заключалась в том, чтобы выглядеть как журналист, а также скрыть свою личность от Леща.
  
  В том же торговом центре Чарли зашел в магазин канцелярских товаров Cheapo's. За 4,99 доллара он напечатал себе визитные карточки, используя то же имя, что и на его поддельных водительских правах в Нью-Йорке, Джон Паркер, и выставил ему счет в качестве главного редактора South , журнала о новом образе жизни, базирующегося в Тампе. Он выбрал Тампу, потому что это было достаточно далеко от Мобила, чтобы не допустить этого. Знаете ли вы? вопросов. Кроме того, Тампа была единственным местом на юге, где Чарли действительно проводил время, хотя и все это в Тампа-Бэй-Даунс.
  
  
  Пристань для яхт Мобил-Бэй работала круглосуточно. Наверное, это никогда не было так гостеприимно, как прибытие Чарли. Залив представлял собой смесь синего и серебра, а солнце довело воздух до той температуры, при которой пребывание на открытом воздухе ощущалось особенно бодрящим. Деревенские доки, блестящие корпуса и рангоута раскачивались на слабом течении. Со стоянки он никого не видел, хотя под палубой могли быть яхтсмены. Он не знал, как пройти через большие входные ворота, не привлекая их внимания. Затем он заметил вывеску «ОТКРЫТО ДЛЯ ОБЩЕСТВЕННОСТИ».
  
  Это было похоже на подарок.
  
  В тот момент, когда он ступил на причал, из кабинета начальника порта выскочила женщина средних лет. Она была толстой и могла бы быть хорошенькой, если бы не выглядела готовой лаять на него. Ее колючие волосы были коротко подстрижены, обнажив значительную коллекцию золотых сережек, которые носили только на левом ухе.
  
  "Чем я могу помочь вам?" - спросила она с не слишком тонким оттенком: «Вы, очевидно, не богатый яхтсмен или тот, кого богатый яхтсмен хотел бы видеть, так что, черт возьми, вы здесь делаете?»
  
  «Я репортер, - сказал Чарли.
  
  Она посмотрела на него. «Делаете что-нибудь по поводу G-20?»
  
  «На самом деле я пишу для South Magazine. ”
  
  "Ага. Не знаю.
  
  Вот и все об эффекте Limelight.
  
  «Каковы сроки, моя история не продлится до весеннего выпуска. Мы делаем снимок о самых красивых гаванях на юге, и пока что этот получил мой голос. Не могли бы вы случайно направить меня к капитану порта, Гленни Горгасу?
  
  «Я Гленни». Она восприняла шутливое удивление Чарли. «Сокращенно от Глендолин».
  
  "Красивое имя."
  
  Она согревала, но лишь немного. «Так чем я могу вам помочь?» Ему нужно было узнать, какие яхты прибыли в последний день или два. В это время года их число будет невелико.
  
  «У вас, случайно, есть время, чтобы устроить мне поездку за десять центов?»
  
  Они шли по докам в течение двадцати минут, Гленни не обращал внимания ни на обширное поле для гольфа, ни на теннисные корты, ни на сам курортный отель - на городские трехэтажные коричневые обшитые вагонкой здания, многие из которых возвышались над пристанью для яхт. Ее внимание было сосредоточено на двух сотнях или около того яхтах, которые она называла их владельцами. Проходя мимо гладкого и высокого катамарана, она с гордостью сказала: « Он проделал дыру в одном из прошлых выходных».
  
  Это было открытие, которого так ждал Чарли. "Здесь, в мобильном телефоне?"
  
  "Мистер. У Чендлера есть квартира на трассе в Гранд. Она улыбнулась. «Парусный спорт для него - повод поиграть в гольф».
  
  «У многих владельцев лодок здесь есть дома?»
  
  «У некоторых есть квартиры здесь, но большинство живут достаточно близко, в Монтгомери или Бирмингеме. Горстка в Теннесси ».
  
  «Сколько людей вы видите зимой?»
  
  Она вздохнула. «Зима - одинокое время, чтобы быть начальником порта».
  
  Он остановился, многозначительно оглядываясь по сторонам. Никого не было видно, только стоны веревок, удерживающих яхты в доках. «Есть здесь сейчас кто-нибудь ?»
  
  Капитан порта просиял. «На самом деле, вчера у меня было две вечеринки и одна накануне вечером. В январе и феврале меня иногда устраивают экскурсии на Карибские острова или в Мексику ».
  
  С искусственным увлечением Чарли записал каждое в своем блокноте. «Наверное, весело, когда люди возвращаются, чтобы услышать об их приключениях?»
  
  Шаг Гленни добавил прыжок. «Лучшая часть работы».
  
  «Слышал какие-нибудь хорошие истории в последнее время?»
  
  «На самом деле, я жду действительно хорошего в любое время». Она указала на пустой стапель в конце дальнего причала. «Энтони и Вера Камподонико, пара пенсионеров, всю свою карьеру проработали в Оберне - раньше он был деканом. Теперь они спускаются в Карибский бассейн и Южную Америку в поисках затерянных цивилизаций и тому подобного. Он действительно пишет об этом книги ».
  
  «Скорее всего, не лещ, - подумал Чарли, учитывая возраст Камподоникос».
  
  Гленни шагнул вперед. «И, конечно же, есть мистер Клемменсен-Клем Клемменсен. Отличный парень. Он только что приехал с Мартиники. Она улыбнулась относительно простому круизеру с каютой. «Даже когда он отправляется на рыбалку,« чтобы немного подумать », как он говорит, он возвращается с пряжей, которые связаны либо с девушкой, либо с дракой в ​​баре, либо с дракой в ​​баре из-за девушки. В последнее время он путешествует, пытаясь понять, что ему делать с остатком своей жизни. Он сделал связку программного обеспечения для симуляторов полета и практически ушел на пенсию в прошлом году в возрасте сорока лет. Неплохо, а?
  
  «Звучит как хорошая история», - сказал Чарли, изо всех сил пытаясь сдержать нахлынувшее на него высоковольтное убеждение, что программное обеспечение имитатора полета было главой в легенде: Клемменсен был Лещом.
  
  Их внимание привлекло движение на причале позади них. К ним направлялись двое мужчин в темных костюмах и солнечных очках, один белый, а другой черный, оба спортивные, аккуратные, им под тридцать. Их походка была деловой.
  
  Оказавшись на расстоянии оклика, чернокожий спросил: «Чарльз Кларк?»
  
  Чарли попытался выглядеть расслабленным.
  
  Мужчины кивнули. Он потерпел неудачу.
  
  «Мы Секретная служба», - сказал белый человек. «Мы надеялись поговорить с вами наедине, сэр». Для удобства Гленни он добавил: «Мы должны опросить всех, кто находится поблизости, с помощью тегов вне штата. Стандартная рабочая процедура."
  
  6
  
  «Кавалерия не так мертва, как должна быть», - подумал Чарли.
  
  Поскольку его руки были связаны перед ним пластиковыми наручниками, каждый поворот ударял его о дверь или окно, когда внедорожник уносился прочь от пристани.
  
  За рулем был чернокожий мужчина. Вашингтон, согласно его удостоверению личности. Значок секретной службы, который высветил белый парень, идентифицировал его как Мэдисон. Либо имена были явно фальшивыми, либо истина была более странной, чем вымысел.
  
  Когда солнце упало в лес, окаймляющий двухполосную проселочную дорогу к местному полицейскому участку, их предполагаемому пункту назначения, их внедорожник приблизился к идентичной черной машине, которая по мере приближения замедляла ход. Вашингтон остановился, так что он был даже с другим водителем. Окна обоих водителей скользнули вниз. В сгустившейся темноте Чарли мог различить только коренастого мужчину в другой машине.
  
  «Как дела, Вош?» - спросил мужчина.
  
  «Не могу жаловаться - никто бы не стал слушать. Ты?"
  
  «В другой день другая передовая группа отправилась на Дофин-стрит. Ты тяжелый? "
  
  Вашингтон взглянул на Чарли в зеркало заднего вида. «Третий класс».
  
  Коренастый мужчина зевнул. «У вас, мальчики, наступает счастливый час?»
  
  Наклонившись через сиденье, Мэдисон сказала: «Мы очень на это надеемся».
  
  "Я буду ждать. Уош тут пригнала меня к мисс Пак Ман.
  
  Выпустив серию Later ’s, они были отключены.
  
  Чарли был почти уверен, что Вашингтон и Мэдисон действительно были тем, кем они себя называли. Ноутбук, прикрепленный к консоли между передними сиденьями, имел золотую звезду секретной службы в качестве заставки. В приглушенной болтовне полицейского радио продолжали звучать «Гранд-отель» и «защитники». И если бы эти парни были кавалеристами, он был бы либо мертв, либо на воде.
  
  Но зачем он нужен Секретной службе? Помимо того факта, что он был реабилитирован - хотя в правительственных анналах это не первый случай, когда документы обрабатываются медленно - как они вообще узнали, где его найти?
  
  Лещ мог им сказать. Он мог видеть Чарли через иллюминатор.
  
  «Так о чем мы должны говорить?» - спросил Чарли агентов.
  
  Мэдисон развернулся на пассажирском сиденье, не оставив никаких следов его шутливого подшучивания. "Мистер. Кларк, для подготовки к мероприятию глав штатов Секретная служба обязана проводить предварительные допросы всех троек класса в двухстах пятидесяти милях поблизости.
  
  «Полагаю, третий класс не означает VIP, - сказал Чарли.
  
  «Это человек в нашей базе данных, который ...»
  
  - вмешался Вашингтон. - Мы надеемся, что это не повод для беспокойства.
  
  «Как ты узнал, что я здесь?»
  
  «Мы получили наводку от гражданского лица, которое поддерживает рабочие отношения с правоохранительными органами».
  
  - Не частный сыщик, Лекрой?
  
  Мэдисон посмотрела на Вашингтон.
  
  «Мы не раскрываем личности платных информаторов», - сказал Вашингтон Чарли.
  
  Лекрой, должно быть, сфотографировал Чарли с помощью веб-камеры, которую он использовал для создания заставки с изображением обнаженной блондинки, а затем отправил снимок своим «коллегам» из правоохранительных органов в надежде получить вознаграждение за наводку, ведущую к аресту. Утомительно, но лучше предательство двухбитного ИП, чем подстава Леща.
  
  «Моя запись была очищена, - сказал Чарли. «Теперь он должен быть в той же классификации, что и забитый снег».
  
  Вашингтон притормозил, чтобы лучше сфокусироваться на Чарли в зеркале заднего вида. «Сэр, тогда почему вас интересуют частные суда, прибывающие из-за границы?»
  
  «Я рад, что вы спросили. Я полагаю, что в пристани для яхт Мобил-Бэй есть десятый класс, парень привозит взрывчатку ».
  
  Агенты переглянулись.
  
  «Я понимаю, я похож на одного из людей, которые говорят вам, что видели летающую тарелку», - добавил Чарли. «Но просто позвоните Колдуэллу Эскриджу, директору европейского отдела ЦРУ. Или позволь мне позвонить ему самому. Я встречался с ним вчера в штаб-квартире ЦРУ по этому поводу. Я почти уверен, что плохой парень выдает себя за яхтсмена по имени Клем Клемменсен ».
  
  
  Полицейский участок курортного городка находился рядом с пожарной частью и выглядел как часть того же набора игрушек. Сидя в одиночестве за приемной, Чарли ждал, пока его утверждения будут проверены и будут возвращены личные вещи, которые он был вынужден сдать по прибытии - «чисто формально», - сказал дежурный. Полицейский также пообещал, что позже Вашингтон и Мэдисон или один из четырех дежурных полицейских отвезут Чарли обратно в гавань.
  
  Прошел час.
  
  Наконец снова появился дежурный. «Сэр, боюсь, у нас есть не очень хорошие новости».
  
  Чарли приготовился к последнему.
  
  «Мы должны взимать с вас плату за хранение поддельного правительственного документа Соединенных Штатов - ваших водительских прав в Нью-Йорке. Это проступок второй степени ».
  
  По меркам Чарли, это была хорошая новость. Подростков постоянно ловили с поддельными лицензиями. "Так есть штраф?" он спросил.
  
  У дежурного офицера, долговязого южанина лет двадцати, были теплые голубые глаза и ласковая манера воспитателя детского сада. «Признание виновным влечет за собой штраф в размере до тысячи долларов или лишение свободы на срок до шести месяцев, или и то, и другое», - извиняющимся тоном сказал он. «Нам нужно будет держать вас здесь. Залог будет назначен завтра утром ».
  
  Первоначальная мысль Чарли, розыгрыш, была слишком большой, чтобы на нее можно было надеяться. В лучшем случае, это действительно была его удача. В худшем случае, Лещ каким-то образом сумел удержать его здесь на льду. Нет, это было не самое худшее. Хуже всего было то, что навещал Лещ или один из его сообщников.
  
  Чарли решил использовать назначенный ему телефонный звонок, чтобы попросить Эскриджа о помощи. Несмотря на высокомерие, начальник отдела не был глуп, и Чарли мог дать ему твердую зацепку.
  
  Пройдя через телефонный лабиринт ЦРУ, Чарли встретился с дежурным агентом европейского подразделения, который пообещал: «Я немедленно передам это шефу».
  
  Затем Чарли снова оказался за решеткой. В данном случае проволочная сетка. «Камеры предварительного заключения» в полицейском участке были не столько камерами, сколько одной маленькой комнаткой, разделенной на две части раздвижными воротами из проволочной сетки, со стенами без окон, выкрашенными в вишнево-красный цвет, настолько яркими, что это могло вызывать уныние. Панель из нержавеющей стали обеспечила бы ему хоть немного уединения, если бы ему понадобился туалет в углу. Однако он был единственным задержанным.
  
  Он сел на бетонную скамейку вдоль задней стены и уставился на одинокую дверь - металлическую плиту со стеклянной полосой на уровне глаз. «Дверь не откроется до тех пор, пока не подадут поднос с завтраком», - подумал он.
  
  Если ему повезет.
  
  Через несколько часов дверь в следующую камеру открылась с гидравлическим шипением.
  
  Дежурный ввел еще одного задержанного, красивого мужчину лет сорока, с глубоким загаром и телосложением бывшего спортсмена. Поведение мужчины оставалось приятным, несмотря на обстоятельства.
  
  Закрыв дверь, полицейский сказал: «Не волнуйтесь, мы должны уладить это как можно скорее, мистер Клемменсен».
  
  7
  
  Новый сокамерник плюхнулся на скамью по другую сторону перегородки. Он сказал: «Привет, привет! Зовут Клем Клемменсен.
  
  Чарли подумал, не попал ли он в нелогичный сон. «Джон Паркер», - сказал он, придерживаясь имени на поддельной лицензии на случай, если Клемменсен был в союзе с Лещом.
  
  «Они посадили меня за истекшую лицензию на рыбную ловлю, хотя я не ловил рыбу», - сказал Клемменсен. Его возмущение быстро сменилось улыбкой.
  
  «Трудно сделать этого парня несчастным», - подумал Чарли.
  
  «Ты был даже на лодке, когда тебя подобрали?» - спросил он Клемменсена.
  
  «Да, я только что приехал с Мартиники. Французский остров, ты его знаешь?
  
  «Я слышал об этом». Чарли поспешил связать Клемменсена с Лещом. Мог ли Лещ обмануть миллионера программного обеспечения симулятора полета, чтобы он перевез стиральную машину в Соединенные Штаты? Или приставить пистолет к голове Клемменсена и заставить его перебросить бомбу сюда? "Так что случилось? Один из твоих друзей рыбачил? "
  
  «На лодке был только я». Клемменсен вздохнул. «Девушка, которую я пытался заманить на борт, проводила слишком много времени со своим инструктором по подводному плаванию».
  
  Чарли сочувственно хмыкнул. «Так ты только что поехал домой?»
  
  «Только когда она пошла с ним на дискотеку». Клемменсен сел прямо, похоже, вдохновленный прозрением. «Знаешь, что, я думаю, происходит?»
  
  "Какие?"
  
  «Черт возьми, G-20. Различные местные правоохранительные органы проводят всевозможные проверки. Что касается меня, я никогда в жизни не делал ничего хуже, чем превышение скорости. Но в дни выборов я дергаю за рычаг демократов, что иногда не очень хорошо в этих местах. Мне просто повезло, что меня вытащили копы, в то время как ублюдок Камподонико из следующего промаха откатывается сегодня вечером после запоя тропического рома и направляется прямо к пабу. Правило в том, что ты должен оставаться на своей лодке, пока таможня не выдаст тебе разрешение ».
  
  Чарли вспомнил имя Камподонико. Капитан Гленни ожидал возвращения Камподонико из их последнего приключения в Карибском бассейне или Южной Америке. Но они были пожилыми. Или это было прикрытие?
  
  «Камподонико, декан университета?» - спросил Чарли.
  
  «Это Энтони Камподонико, - сказал Клемменсен. «Я говорю о Томе, племяннике - в данном случае желудь упал ужасно далеко от этого генеалогического древа».
  
  Чарли почувствовал запах крови. «Я могу знать Тома, если подумать. Около тридцати девяти или сорока? "
  
  Клемменсен усмехнулся. «К югу от сорока» - это все, в чем он когда-либо признавался ».
  
  Чарли вспомнил Леща, используя похожую формулировку. «К северу от тридцати», - сказал он, рассказывая о своих надеждах на переход от Lockheed's Skunk Works к корпоративным самолетам.
  
  Какие были шансы?
  
  Дверь с шипением открылась.
  
  Клемменсен вскочил на ноги при виде дежурного.
  
  «Извините, сэр, еще не сейчас, мистер Клемменсен», - сказал любезный полицейский. Он повернулся к Чарли. «Ваш адвокат здесь, чтобы увидеть вас».
  
  8
  
  «На самом деле у меня есть юридическое образование, - сказал Эскридж. «Йель, 1986».
  
  Чарли сидел напротив него за одним из трех парт в стиле школьных учителей крошечного и в остальном пустующего детективного бюро. Докстадер стоял за дверью в вестибюле, изображая интерес к машине M amp; M, но явно подслушивая.
  
  «Если бы я действовал как ваш поверенный, я бы вытащил вас отсюда до того, как мой вертолет покинул площадку в Лэнгли», - продолжил Эскридж. «Но как человек, заботящийся о национальной безопасности, у меня есть оговорка, которую необходимо решить в первую очередь».
  
  Чарли признался: «Я понимаю, что я не совсем придерживался учебного подхода к вещам, но есть шанс, что из этого вышло что-то хорошее».
  
  Эскридж застыл. «У вас есть еще один совет для нас?»
  
  "Нет, не чаевые ..."
  
  "Хороший. Секретная служба, не зная, поверила вам. Они сфабриковали обвинение, чтобы вывести г-на Клемменсена от пристани для яхт. Затем они осмотрели его яхту от носа до кормы. Ближе всего к контрабанде они нашли бутылку Aqua Velva. Сам Клемменсен - штраф за превышение скорости, стесняющийся быть матерью Терезой. И если бы он не был таким старым добрым мальчиком, мы бы сейчас вздрогнули.
  
  "Я сожалею о том, что."
  
  "Хороший. Теперь-"
  
  «Там есть еще одна яхта, приплывшая из Карибского моря, она зарегистрирована на семью по имени Камподонико-»
  
  Эскридж оборвал его. «Послушай, Чарли, ты героически поступил в Фор-де-Франс. Все вас хвалят; все благодарны. Но если бы мы преследовали кого-то еще без вероятной причины, мы были бы на охоте на ведьм, и мы не занимаемся охотой на ведьм, несмотря на то, что вы можете прочитать в блогах. Люди, которым платят за такое расследование, в настоящее время находятся в Индии на основе хорошей разведки. Провести расследование на основании чего-то меньшего - значит попрошайничать ». Эскридж задумался. «Почему имя Камподонико так чертовски знакомо?»
  
  Со стороны Докстадер сказал: «Антрополог».
  
  «Ах да, верно». Эскридж снова повернулся к Чарли. «Он пишет журнальные книги по наскальной живописи коренных народов. Моя жена подарила мне несколько из них в качестве рождественских подарков. Так что да, Камподонико в каком-то смысле террорист ».
  
  Чарли хотел привести доводы в пользу неофициального взгляда на жизнь Тома Камподонико, но он понимал, что у него больше шансов убедить Эскриджа начать новое расследование убийства Кеннеди. Сегодня ночью.
  
  «Итак, у тебя есть выбор, Чарли Кларк. Вы можете остаться здесь - компания не имеет права задерживать вас. С другой стороны, лучшие из «Мобайл» могут найти - или получить - образец оправдания, чтобы продлить ваше пребывание в пьяном аквариуме. В качестве альтернативы, вы можете оставить обеспечение безопасности G-20 в руках агентов секретной службы и более девятисот других специалистов из береговой охраны, военно-морского флота, военно-воздушных сил, Министерства энергетики и национальной безопасности. Если вы это сделаете, вас сразу отпустят, и я позабочусь о том, чтобы проблема с вашим поддельным водительским удостоверением перестала быть проблемой. Все, что мне нужно, это ваше слово, что вы уедете из города сегодня вечером.
  
  «Обещаю, - сказал Чарли.
  
  Эскридж прикусил нижнюю губу, по-видимому, это не убедило. "Куда ты пойдешь?"
  
  «В нескольких часах езды отсюда, в Миссисипи, есть казино, где у меня хорошие отношения с парочкой игровых автоматов».
  
  «Поздравляю, ты свободный человек».
  
  «Спасибо, - сказал Чарли.
  
  У него были серьезные намерения сегодня вечером отправиться в Миссисипи.
  
  И возвращение в Алабаму первым делом утром.
  
  9
  
  Ранее той же ночью Лещ сидел за штурвалом шестидесятифутового крейсера Камподоникоса, входя в Мобил-Бей, небо было таким темным, а вода такой нежной, что, если бы не соленый воздух, он мог бы подумать, что он пыхтит через космическое пространство.
  
  Он мечтал сидеть в баре, обхватив пальцами холодную бутылку Bud.
  
  На яхте было много пива, а шикарная каюта была намного удобнее, чем любые захудалые места для погружений в доке, которые все еще были бы открыты, когда он достигнет пристани. Однако он был в море почти четыре дня. Он мог бы преодолеть расстояние от Сент-Люсии за два дня и переодеться, но, чтобы не вызывать удивления у радаров береговой охраны, он бросил якорь на одну ночь в Сент-Китсе и провел вторую ночь на Ангилье. Теперь он чувствовал, будто морская соль забила ему поры. Не очень хороший моряк, он тосковал по ощущениям «твердой земли».
  
  И он был близок. Но ему все же пришлось пройти таможенно-пограничный контроль. Вдоль 95 000 миль американского побережья и 3,4 миллиона квадратных миль океанской территории CBP пришлось бороться с 15 миллионами зарегистрированных малых судов и еще 10 миллионами незарегистрированных. А основной задачей агентства был коммерческий трафик. Следовательно, агенты CBP обслуживали только около 45 000 малых судов в год, или 1 из 500. При обычных обстоятельствах у Леща было больше шансов попасть на абордаж пиратов.
  
  Конечно, нелегальная переброска ядерного оружия вряд ли считается обычным делом. Дополнительную тревогу вызывало то, что человек из Лахора, доктор Джинна, мог догадаться, что он был невольным участником ложного следа, который должен был привести ЦРУ к двери Объединенного фронта освобождения Пенджаба. Еще больший риск был связан с лишением сана разведчика ВВС Корки Моррисона, «помощника» мальчика-серфингиста Леща - небольшие деньги на метамфетамин, и наемник выльет все, что он знает. Соответственно, когда Лещ встретился с Зодиаком возле Сент-Люсии, он застрелил обоих мужчин. Его единственный выбор. Живые мужчины рассказывают сказки.
  
  Невероятно изобретательная Алиса Резерфорд убила оставшихся наемников - Карло Пальяруло, Лотара фон Генца и Клауса Вагнера, спасая Леща от неприятностей. И, помогая Чарли посадить самолет, она помогла увековечить диверсию в Пенджабе. В противном случае Моррисон, следивший за полетом, вмешался бы по радио.
  
  И если Алиса сейчас сообщит, что она узнала о леще, хорошо. Фактически, он больше не существовал.
  
  Вставив яхту в свой слип в спящей пристани для яхт Мобил-Бэй, он позвонил в местный офис CBP. «Привет, Том Эфферман здесь, только что вернулся с прекрасного острова Сент-Люсия», - сказал он на голосовой почте. Как он и ожидал, офис уже давно закрылся.
  
  Том Эфферман был чертовски красивым псевдонимом. В 1976 году в сельской местности Блу-Ридж, штат Джорджия, лошадь вздрогнула, бросив пятилетнего Томаса Эффермана на землю. Передние копыта животного ударились мальчику по голове, навсегда повредив его мозг. Впоследствии он оставил трейлер своей матери только на Рождество, если мог.
  
  Четыре года назад Лещ, родившийся в 1971 году в Нэшвилле и получивший имя Мэддокс Мерсер, узнал о мальчике, взломав базу данных организации, которая доставляла праздничные обеды домой. Номер социального страхования Томаса Эффермана был всем, что требовалось штату Джорджия, чтобы отправить копию свидетельства о рождении мальчика на адрес, который он указал в Монтгомери, штат Алабама. При наличии свидетельства о рождении получение водительских прав в Алабаме на имя Томас Эфферман было относительно простым делом - сдать экзамен на вождение. Водительское удостоверение было еще проще.
  
  Перед встречей с Катадой Лещ - как Эфферман - предлагал арендовать яхту Камподоникоса. Пара нуждалась в деньгах, так как у них был заниженный бюджет на пенсию и переоценка продаж книг о племенных наскальных рисунках. В обществе патрицианских яхт-клубов Камподоникоса аренда считалась клеймом. Лещ понял это еще до того, как связался с ними. При личной встрече он предложил: «Как насчет того, чтобы мы просто сказали людям, что я ваш племянник или двоюродный брат?»
  
  Теперь он держал их яхту по правому борту даже с причала. Технически, он не мог пойти за своим Budweiser - или вообще высадиться - пока он либо не пройдет проверку CBP, либо не получит звонок от CBP, чтобы его освободили. Но люди из CBP лежали в постели, и полицейские реже применяли правила на борту корабля, чем разрывали игры в покер за гроши.
  
  Когда он прыгнул на тихий причал, из темноты материализовались двое мобильных полицейских.
  
  Стоя неестественно прямо, Лещ сказал, слегка запинаясь: «Добрый вечер, офицеры, как у вас дела?» Как поступил бы невиновный человек.
  
  «Добрый вечер, сэр», - сказали оба полицейских, спеша мимо по пути к лодке Клема Клемменсена.
  
  Лещ предположил, что старый Клем поддержал не того шерифа.
  
  10
  
  Когда сияющий передвижной горизонт уменьшился в зеркале заднего вида, Чарли подумал об Арканге, французском жеребце, названном в честь деревни в Аквитании. Arcangues только участвовал в гонках на траве в Европе, прежде чем в 1993 году был отправлен в Калифорнию для участия в Кубке заводчиков на грунтовой трассе Санта-Аниты. Отправленный с коэффициентом 133 к 1 и под заменой на последней минуте жокея, Арканг догнал сильного Бертрандо на финишной прямой, обыграл его до упора и стал, возможно, величайшим в истории дальних бросков.
  
  Чарли еще выше повысил вероятность того, что сможет безопасно общаться с Алисой. Но даже если бы он мог рассказать ей, почему он уехал на юг и что он впоследствии узнал о Леще, ни она, ни ее коллеги из Агентства национальной безопасности, которые были заняты поджиганием ее в Женеве, ничего не могли бы с этим поделать.
  
  Когда он позвонил ей на свой мобильный, выезжая из Мобила, он понял, что ему придется рассказать ей историю для прикрытия.
  
  «Эскридж, должно быть, вселил в вас ужасную уверенность в усилиях агентства, если вы сейчас ползете по казино», - сказала она. Она выплюнула «казино», как могла бы сказать «бордель».
  
  «Он привел очень веские доводы в пользу моего похода в казино».
  
  «Разве ты не сказал, что лучший шанс для тебя в казино - остаться на улице?»
  
  Хотя он готовился к этому, ее скрытое разочарование ужалило его. В Гштааде она однажды назвала его жизнь на трассе «трагической».
  
  «Разве я никогда не рассказывал вам о Джозефе Джаггерсе?» он сказал.
  
  «Ты сказал, что хотел назвать собаку Джаггерсом, когда заводишь собаку».
  
  Он имел в виду, когда у них была собака.
  
  «Он был британским инженером девятнадцатого века, который считал, что даже небольшой дисбаланс в колесе рулетки может привести к определенным результатам. В казино в Монте-Карло он обнаружил, что мяч чаще закручивается в девяти отсеках. Когда он начал играть, он разорил банк ».
  
  «Ах. Итак, вы направляетесь в Миссисипи, чтобы изучить определенные результаты ».
  
  "Я не знаю. Может, мне просто нужно немного R amp; Р."
  
  Ему жаль, что он просто не сказал, что он собирается ударить по мячам для гольфа, или что он просто хотел полежать вокруг бассейна и почитать спортивные журналы. Любого из них было бы достаточно, чтобы сбить с толку его настоящую целевую аудиторию, сотрудники ЦРУ, которые, как он считал, подслушивали. Оставлять все на волю случая было не в стиле Эскриджа.
  
  «Как насчет того, чтобы, когда я закончу здесь, мы встретимся в Ле-Диаманте?» - спросила Алиса. Она утверждала, что пляжный курорт на южной оконечности Мартиники получил пять звезд только потому, что не было шести звезд.
  
  "Звучит здорово."
  
  «Супер», - сказала она, но без особого энтузиазма, чтобы поставить под сомнение этот план.
  
  Он надеялся, что она будет гордиться им, когда узнает правду. По крайней мере, у перехватчиков теперь было подтверждение его трехчасовой поездки в Чокто, штат Миссисипи. Он хотел оказать им всю возможную помощь, чтобы выследить его до отеля и казино Golden Sun.
  
  Он и Алиса обсудили следующие шаги в зависимости от завершения ее встреч в Женеве. Он весело закончил: «Позвони мне, когда будет зеленый свет». Он не сказал, что намеревался оставить свой мобильный телефон в Golden Sun, когда бежал.
  
  11
  
  Женевское озеро считается крупнейшим пресноводным водоемом в континентальной Европе. И, пожалуй, самый зрелищный. В это солнечное утро вода затмевала большинство сапфиров. Алисе больше всего нравилось Женевское озеро из-за его системы общественного транспорта: классические паромы, курсирующие между доками вокруг озера.
  
  Ускорив утренний отчет, она села на паром на набережной Монблана напротив гранд-отеля «Кемпински». Лодки облегчили обнаружение наблюдения, заставляя хвостов держаться близко, опасаясь потерять кролика. Алиса была готова поверить в то, что одна только система транзита Женевы объясняет статус города как мировой шпионской столицы. Как город, особенно по европейским стандартам, в нем было все волнение почтового отделения.
  
  Скрытно просматривая шестидесятиместный одноэтажный самолет, она напомнила себе, что должна упиваться своей свободой после двух недель, которые были обнаружением наблюдения, эквивалентным восхождению на Эверест.
  
  Просто возьми окровавленное такси и покончим с этим.
  
  С другой стороны, после девяти лет обмана и убийств игроков в других командах, было не так уж и страшно следить за происходящим.
  
  Она обнаружила только одного возможного хвоста, туристов среднего возраста с двумя малышами. Предполагаемая семья села на паром в последний момент, сразу после нее.
  
  Смотрители иногда использовали детей, и эта мама и папа выглядели слишком длинными, чтобы быть родителями для таких маленьких детей. С другой стороны, пара может быть молодыми бабушкой и дедушкой или обладательницами новых чудес репродуктивной эндокринологии.
  
  Но как насчет большого розового плюшевого мишки, который девочка таскала по влажной палубе? Совершенно банально, розовый плюшевый мишка. В любом случае, если вы любите своего плюшевого мишку, вы не таскаете его, как подстреленного оленя.
  
  Когда Алиса сошла с парома на следующем пирсе, семья осталась на борту, препираясь, предполагая, что они действительно были семьей.
  
  Выйдя с пирса, она села на поезд до Куантрена, международного аэропорта Женевы, и купила билет на прямой рейс в Атланту.
  
  Таможенным агентом был молодой американец, чей живот свидетельствовал о привязанности к местному браухаусу . Он очень долго изучал ее документы, прежде чем наконец спросил: «Так что тебя в Атланту?»
  
  «Воссоединение».
  
  «С тарелками картофельного салата и давно потерянными дядьями или со всем« долго и счастливо »?»
  
  «Никакого картофельного салата или дядюшек. Хотя, может, другой, если все получится.
  
  Молодой человек осмотрел ее. «Я почти уверен, что все наладится». Он махнул ей рукой.
  
  12
  
  Чарли ехал на северо-запад через густые леса Алабамы, немногие промежутки между деревьями были заполнены кудзу. Темнота была такой, что, если бы не его фары, он с таким же успехом мог бы закрыть глаза. Он часто менял полосу движения и выходил в последнюю секунду, но, похоже, за ним никто не следил.
  
  Если только его опекуны не были замаскированы под подростков из Миссисипи, которые либо покровительствовали Макдональдсу в Стейт Лайн, штат Миссисипи, либо работали за прилавком, он ел свой Биг Мак и безразлично жарил. Единственным человеком старше восемнадцати лет был долговязый мужчина в форме смотрителя лет двадцати двух, вытиравший дверь мужского туалета.
  
  Вернувшись на шоссе, Чарли подумал, что вместо этого за ним наблюдают с помощью воздушного наблюдения или просто отслеживают по силе сигнала его телефона между вышками сотовой связи. Ни то, ни другое не представляло проблемы. Пока кто-то его отслеживал. Это было неотъемлемой частью его плана.
  
  После еще одного часа одинокой езды из-за холма выросло массивное строение. Это выглядело так, как будто луна сошла со своей орбиты и остановилась на дороге впереди. Подойдя поближе, Чарли увидел причудливо большой золотой шар, расположенный перед пропорциональным зданием, смело выкованным из закаленной стали и стекла с бронзовым оттенком. Он представлял себе казино посреди нигде в Миссисипи как неокрашенный большой магазинчик с мотелем и несколькими лунками для гольфа, но этим очаровательным и роскошным комплексом был отель и казино Golden Sun. Любые сомнения развеялись буквами по бокам дороги - ЗОЛОТОЕ с одной стороны, СОЛНЦЕ - с другой - большие, как сами здания. Чарли упрекнул себя в том, что недооценил силу азартных игр.
  
  Из гаража он услышал характерный дождь монет в лотки для выплат игровых автоматов. Десятки людей, покидающих свои машины - и в основном пикапы - казалось, просветлели от звука. Он бродил по игровому залу, к целой галактике игровых автоматов - 5465 из них, если судить по рекламному щиту с цифровыми номерами, которые могут меняться с каждым добавлением, новый взгляд на вывеску «ГАМБУРГЕРЫ ПРОДАНО». Казалось бы, все десять миллионов цветов, видимых человеческим глазом, были выставлены на обозрение. Жужжание барабанов в сопровождении колокольчиков и перезвонов слилось в один гармоничный завораживающий аккорд. «Дело не только в том, что кислород здесь чище, - подумал Чарли. Это было похоже на вдыхание адреналина.
  
  В хромированной оправе однорукого бандита он поймал отражение кудрявого молодого человека в бушлате и усталых штанах. Очки в толстой оправе, вероятно, бросили бы Чарли. Но хотя молодой человек играл в игровой автомат, он смотрел не на колесо, а на что-то другое, возможно, на хромированную полосу, позволяющую ему видеть Чарли и позволяющую Чарли узнать в нем долговязого смотрителя из State Line, штат Миссисипи, McDonald's.
  
  Чарли почувствовал себя так, как будто сорвал джекпот.
  
  Отвернувшись, он поискал VIP-зал для выдачи кредитов. Было бы трудно не найти. Его золотые буквы были почти такими же большими, как и буквы снаружи.
  
  Но примут ли они его? VIP в игровой индустрии - это кто-то с активами. Есть ли у человека кредитная карта, дебетовая карта или даже библиотечная карта, по которой можно получить наличные сейчас против просроченных платежей позже? Тогда он VIP.
  
  Чарли вбежал в гостиную и без особых усилий получил аванс наличными в размере 5000 долларов - было приятно иметь возможность использовать семейный номерной счет, не опасаясь, что сделка спровоцирует команду спецназа Интерпола. Он также положил 5000 долларов на платиновую карту казино, которую ему вручили при входе, доведя ее баланс до 5020 долларов - все вновь прибывшие начинали с баланса в 20 долларов. Вкус.
  
  Ему нужна была соответствующая одежда, которую можно было легко достать в нескольких шагах от пола казино. Среди других смокингов, выставленных на продажу в магазине Golden Man, была линия High Roller; Чарли купил размер 42R вместе с подходящей классической рубашкой, туфлями и галстуком-бабочкой. Он также бросил на прилавок бейсболку Golden Sun и ветровку, как если бы он был импульсивным. Итого 2111 долларов. Он заплатил наличными, надеясь, что отсутствие бумажного следа в данном случае помешает его запланированному уходу.
  
  Он поселился в гостиничном номере, выбрав номер вождя за дополнительные пятнадцать долларов за ночь. Высокое пространство было оформлено в стиле Древнего Рима, стены и мраморный пол украшены серебряными и золотыми пятнами. Кровать была почти такой же большой, как бассейн. Он хотел, чтобы Алиса была здесь, хотя бы для того, чтобы разделить его усмешку.
  
  Он позвонил в обслуживание номеров и заказал «исполнительный» серфинг и газон. В ожидании он переоделся в свой смокинг, который был почти идентичен тем, что носили сотрудники, которых он видел, несущие подносы с напитками и толкающие обтянутые льняной тканью тележки для обслуживания номеров.
  
  Через несколько минут, по звуку гонга, он открыл дверь и впустил официанта, который не только был одет в смокинг, как у него, но и был близок к его росту и весу. Их принципиальные отличия заключались в двадцатилетнем возрасте, легком догадывании и неправильном прикусе. «Хорошо, - подумал Чарли. Он мог имитировать их.
  
  Он спросил: «Сэр, как вы хотите заработать тысячу долларов?»
  
  Мужчина, который, вероятно, слышал столь же необычный вопрос хотя бы раз в неделю, не колебался. «Смотря зачем».
  
  «По причинам, которые, я уверен, мне не нужно объяснять вам, мне нужно выбраться из этого здания, чтобы моя жена не увидела меня, которая неожиданно только что появилась».
  
  
  Наклонившись так, чтобы походить на официанта и скрыть лицо от камер видеонаблюдения, Чарли повел тележку по служебному коридору, его запланированная смена одежды была спрятана в отделении для еды.
  
  Он подошел к выходу, ведущему в темный обеденный дворик, очевидно использовавшийся в теплые месяцы. Бросив троллейбус, он пересек внутренний дворик, достигнув неосвещенной винтовой лестницы, которая привела его к тротуару, вдоль которого грохотали шесть или семь автобусов на холостом ходу. Их выхлоп создавал туман с примесью паров дизельного топлива. Его план состоял в том, чтобы пробраться к стоянке и найти кого-нибудь, выходящего из казино, который поблагодарит Иисуса за сумасшедшего янки, который дал ему три штуки за драндулет-пикап. Но так было лучше.
  
  Чарли шел в ногу с ворчанием и иначе забитой толпой, выходящей из казино и садящейся в автобусы. Накинув ветровку на свой смокинг и застегнув молнию на шее, он пробрался сквозь тени и забрался в первый автобус в очереди, шестидесятифутовый автобус Golden Sun, предназначенный, согласно шатру, в Хаттисберг, YMCA штата Миссисипи.
  
  Он нашел место, три дюжины пассажиров рассыпались по салону, обратив на него самое большее внимание. Единственное исключение - канюк лет восьмидесяти, опустившийся на сиденье через проход. Старик встретился глазами с Чарли и сказал: «Забавно, но без денег», затем приготовил свое одеяло и трубчатую «мягкую подушку» для поездки домой.
  
  Водитель автобуса, мужчина лет пятидесяти с видом коменданта, сел за руль, захлопнул дверь и двинул автобус в сторону шоссе - и все это, не глядя на пассажиров. Руководство Golden Sun гораздо больше заботилось о новых игроках, чем о тех, кто ушел.
  
  13
  
  Бриг напомнил Лещу хозяйственный сарай. Украшенный парой моделей кораблей, мишенью и тремя плакатами пивоваренной компании, он пах отливом, даже несмотря на то, что сейчас прилив был высоким, потому что музыкальный автомат был неисправен, и шесть одиноких посетителей не разговаривали с друг друга, Лещ слышал, как волны бьют по вершине пирса.
  
  Обрадовавшись возможности побыть наедине со своими мыслями, он забрался на табурет у покоробленного бара и заказал свой бутон.
  
  Он поймал себя на том, что украдкой поглядывает на молодую женщину в принстонском свитере в другом конце бара - образец такой изысканной, какой он когда-либо видел. Афродита с зелеными глазами и чертовски хорошей посещаемостью в спортзале.
  
  Что, черт возьми, подумал он, кто-то вроде нее делает в таком месте?
  
  «Будь проклят клише», - подошел он и спросил.
  
  «Жду, когда вы подойдете к этой стороне бара». Она показала бармену двумя пальцами. «Но только потому, что ты единственный мужчина здесь, который не будет участвовать в съемках фильма о зомби, не думай, что я буду легким».
  
  «Значит, нас двое», - сказал Лещ. «У меня уже есть старушка».
  
  «Но тебе ведь нужен молодой, не так ли?»
  
  Лещ не сказал «нет». Может, ему действительно нужно было отвлечься от работы. Поселившись на стуле рядом с ней, он спросил: «Так что у вас есть история?»
  
  В свои двадцать три года, по ее словам, она уже преуспела в качестве фотомодели. Сегодня вечером она с неохотой соглашалась с тем, что осенью пойдет в юридическую школу. Она отказалась от плюща ради Университета Алабамы, чтобы помочь позаботиться о своей бабушке, которая жила поблизости.
  
  Он был очарован. Три пива спустя, и, вероятно, всем в баре было ясно, даже парню лицом вниз за столом под мишенью, куда это шло.
  
  Все, кроме леща. Его мучила мысль, что из-за стиральной машины на борту его крейсера с каютами эта новоявленная Афродита завтра превратится в красный туман.
  
  Он вспомнил конференцию в Майами в марте 2005 года. Тогда он был круглым человеком, пытающимся действовать достаточно честно, чтобы работать на разведку ВВС. И ему это удалось. Он получил множество заданий, последним из которых было назначение в межведомственные силы по защите Америки от оружия массового уничтожения, контрабандно провозимого на борту небольших океанских судов.
  
  Нападение небольшого корабля «Аль-Каида» на американский военный корабль США « Коул» в октябре 2000 года ясно дало понять, что атаки с использованием воды занимают важное место в списках дел плохих парней. Такая операция в США даже не должна быть «успешной» в том, что касается поражения цели. Если он просто закроет один порт, беспокойство распространится по мировому финансовому рынку. Для начинающих.
  
  Начальником межведомственных сил был напыщенный бюрократ Пентагона, отчаянно нуждавшийся, по мнению Леща, в ударе по лицу. И это было до того, как невежда предположил, что современные технологии наблюдения оказали человеческий интеллект устаревает. Его меры успокоили наивную публику и Конгресс, но совершенно не смогли защитить американские порты и водные пути. Остальная часть комитета оказалась кучкой болванов. Или, с другой стороны, опытные бюрократы: все пожинают лавры карьеры. Все, кроме Леща, который после одного долгого и мучительного дня встреч в Майами наконец ударил босса по лицу.
  
  Стиральная машина преподнесет бесценный урок - дорогой, но Мобил не Манхэттен. В отдельных сражениях во Вьетнаме было потеряно больше жизней, чем будет завтра. Не повредило то, что Лещ в процессе чуть не стал миллиардером. Однако деньги не имели большого значения по сравнению с оправданием. Представив выражение лица человека из Пентагона, когда он должен был ответить за случившееся, Лещ пришел в хорошее настроение.
  
  «Еще один раунд?» - предложила Афродита.
  
  «Я бы с удовольствием, сладкий». Он соскользнул со своего барного стула. «Дело в том, что у меня завтра большой день».
  
  14
  
  Солнце прорезало виниловые занавески в номере 12 гостиницы Country Inn, рядом с главной улицей Хаттисберга Y. Свет разбудил человека, который вчера поздно вечером зарегистрировался как Миллер и платил наличными. Радиочасы показывали 9:01. Чарли, который в детстве восхищался непослушным инфилдером Мец Кейтом Миллером, считал, что пять часов непрерывного сна стоят тридцать девять долларов. Если только ЦРУ не использовало время, чтобы найти его.
  
  Он отдернул одну из штор, наполовину ожидая увидеть ствол гаубицы. День был ослепительно белоснежным. Три машины были припаркованы на тридцати или около того местах: пара больших грузовиков и ржавый «Бьюик Скайларк», который выглядел так, как будто ему будет трудно заводиться, не говоря уже о том, чтобы следовать за автобусом казино на межштатной автомагистрали. На четырехполосной дороге, ведущей к парковке, на красный свет ждали несколько автомобилей и пикапов.
  
  Чарли обнаружил, что вестибюль Country Inn пуст. Пакистанец средних лет за стойкой регистрации, втянутый в телефонный разговор, который мог быть только супружеским, не поднял глаз, когда Чарли вышел.
  
  Долларовая лавка была настоящей сокровищницей. Выбранный Чарли лохматый белокурый парик, хотя, вероятно, предназначенный для женщины, казался фальшивым только при ближайшем рассмотрении - мужчина мог носить его и считаться байкером. Солнцезащитные очки в роговой оправе, которые, вероятно, лежали на вращающейся стойке, поскольку Dollar Store был Quarter Store, можно было бы принять за ретро-шик и, безусловно, изменить контуры его лица. Он также выбрал несколько толстовок и пальто с камуфляжным принтом. Если бы люди Эскриджа спросили юную Мисти в кассе, что купил Чарли, они бы получили дюжину возможных описаний.
  
  Погрузившись в дух обфускации, Чарли купил еще три парика, шляпу рыбака и фиолетовое пончо.
  
  «Школьная игра», - сказал он с притворной застенчивостью, укладывая все на конвейер.
  
  За стойкой, Mysti рефлекторно улыбнулся. Ее взгляд была зафиксирована на круглые накладных зеркала безопасности. Чарли увидел отражение пожилой женщины скольжения рождественской орнамент-три за доллар-в блузку.
  
  
  Выйдя из магазина, Чарли направился обратно через улицу к Avis двумя зданиями ниже. Он заметил камеры видеонаблюдения на трех стенах агентства по аренде автомобилей. Даже с большим светловолосым париком и солнцезащитными очками он бы помешал приличному программному обеспечению распознавания лиц всего на несколько секунд, если это так.
  
  Дальше по кварталу более многообещающе выглядела Hattiesburg Rent-A-Car, ухоженный сарай с нарисованной вручную вывеской и тремя пыльными «Крайслерами» на немощеной площади перед домом.
  
  При более внимательном рассмотрении выяснилось, что в нем тоже была камера наблюдения в пластиковом куполе размером с салатницу, подвешенную к потолку.
  
  Чарли проклинал угонщиков машин хотя бы для того, чтобы выразить свое разочарование.
  
  Затем он подумал о том, чтобы присоединиться к ним. Он достаточно часто наблюдал, как его отец подключает машины к электросети. Конечно, он также наблюдал, как Дэррил Строберри пробегал хоумран на 450 футов.
  
  Необходимость победила. Он вернулся на стоянку мотеля, остановившись, чтобы завязать ботинок между одной из больших машин и старым двухтонным «бьюиком» с бежевыми боковыми панелями.
  
  По словам его отца, самый простой способ получить доступ к автомобилю - открыть дверь. Люди слишком часто оставляли их разблокированными. Чарли осторожно потянулся к ручке водительской двери «бьюика», готовясь к тому, чтобы владелец машины выскочил из мотеля.
  
  Дверь в вестибюль оставалась закрытой.
  
  Скорее всего, «бьюик» принадлежал человеку за стойкой регистрации. И, судя по шансам, в таком месте не платили за камеры наблюдения на стоянке.
  
  Чарли осторожно поднял ручку. Дверь открылась, петли скрипели. В куполе вспыхнул свет. По-прежнему никто не заметил.
  
  Он бросился в пространство для ног водителя, захлопнув за собой дверь. Стараясь держать голову ниже линии окна, он ударил раненым плечом по рации. Оно ужалило, но он быстро растянулся по полу, перевернулся на спину и изучил дуло зажигания.
  
  На его нижней стороне он нашел изогнутую прямоугольную панель размером с пирог и выдернул ее. Теперь ему нужно было найти два красных среди джунглей проводов внутри ствола зажигания. Глаза его жгли от нервного пота.
  
  Он заметил красные. Без особой надежды на то, что это сработает, он соприкоснул их концы вместе.
  
  Двигатель ожил.
  
  Чарли удивится позже. Теперь его взгляд метнулся к двери вестибюля.
  
  Обычно.
  
  15
  
  Скудный солнечный свет не смог сжечь густой туман у Мобил Бэй к позднему утру. Несмотря на шестьдесят градусов, день оставался слишком ветреным и в целом унылым для большинства занятий в бассейне или на набережной. Несколько бегунов и велосипедистов прошли по тропам, пролегающим через пышную территорию Гранд-отеля. Группы безопасности G-20 не могли быть более заметными. Многие из агентов были одеты в блестящие черные куртки с надписью SECRET SERVICE, HAZMAT и COUNTERSNIPERS. Конференция начнется не раньше вечера, но посты охраны уже сформировали стену вокруг главного здания отеля и окружающих зданий. Еще больше охранников заполонили территорию.
  
  В надежде прослыть одним из бегунов Чарли надел беговой костюм и кроссовки, купленные в торговом центре по дороге из Хаттисберга. Выбегая из отеля, он услышал пронзительный визг и хихиканье. Живая изгородь раздвинулась, обнажив детей на игровой площадке, в пределах досягаемости пластической взрывчатки в ADM, который, как он подозревал, находился в порту Мобил-Бэй.
  
  Он продолжал к пристани. Для кого-то на смотровой для него теперь, любой из париков будет поддавки. Таким образом, он также купил батарейках машинки для стрижки волос и, стоя на зеркале мужской уборной безлюдной аллеи, побрился назад большую часть своего роста волос. Остальной он отделан в стрижку. Гель намазанный над его недавно залысины сделал вид, что прошло лет с тех пор он имел какие-то там волосы. Он добавил Wraparound очки, чей «огнь-иридий» термин -The производителя для «красного» -lenses бы отвлечь внимание от его особенностей.
  
  К сожалению, он не особо любил бегать трусцой. И продвижение вперед оказалось еще более трудным, чем обычно, из-за пулевого ранения в плечо, а также из-за двух слоев длинного нижнего белья, которое он носил под своим спортивным костюмом, чтобы он выглядел коренастым.
  
  В нескольких ярдах от бокового входа в пристань он опустил руки на колени, словно переводя дыхание. Нет необходимости в притворстве. Блестящий белый моторный катер, похожий на миниатюрный круизный лайнер, теперь занял стоянку Камподонико в конце причала. В брезентовом кресле на корме лежал мужчина лет от тридцати до сорока, уткнувшись лицом в журнал. На нем были темные очки, ветровка для гольфа Grand Hotel и пара шорт-бермуд. У него были темно-каштановые волосы и бородка. Одних только шорт-бермуд - на самом деле, бронзовых мускулистых штанин, которые обнажали шорты, - было достаточно, чтобы Чарли узнал очки, коричневый парик и наклеенную бородку такими, какими они были. Когда-нибудь павлин: Лещу следовало носить длинные штаны.
  
  Вместо того, чтобы чувствовать трепет быть права, Чарли был поставлен в тупик. Он не имел ни малейшего представления о том, как остановить лещ. Он может предупредить секретную службу, но они, вероятно, просто бросить его обратно в местном вытрезвителе, а потом, что еще хуже, тревога лещ. Может помочь ЦРУ, но не раньше, чем кабели для авторизаций съедали остаток дня. Или Эскридж может иметь Чарли отброшен в вытрезвителе.
  
  Чарли весила соперничающих с самим леща. Пилот, вероятно, счел слишком велик риск доверить свой груз кому-либо, кроме самих себя, а это означает, что его план был очаровать капитан Glenny, то болтаться на яхте, пока он не сделал сделку. Или, возможно, он ждет всех лидеров G-20, чтобы прибыть, в какое время он будет переключиться на машину и за ее пределами радиуса взрыва. Тридцать миль на межгосударственном должны это сделать. Там он будет взорвать бомбу, нажав кнопку на пульте дистанционного управления, или, если он приспособил детонатор, набрав сотовый телефон.
  
  Чарли пожалел, что у него не было пистолета. Он пошатнулся от воспоминаний о ломбардах, мимо которых пролетел. Со всей его проклятой подготовкой, как он дошел до этого даже без перочинного ножа?
  
  Он подумал о том, чтобы заманить Леща подальше от яхты, а затем как-нибудь подняться на борт. Как только он нашел стиральную машину, он мог навсегда отключить детонатор, набрав неправильный код три раза, активировав его предохранитель, конденсатор, который по существу поджарил бы систему. Это займет у него максимум две минуты.
  
  Но как он мог убрать Леща с дороги хотя бы на одну минуту?
  
  Чарли огляделся, чтобы включить пожарную сигнализацию, затем понял, что Лещ просто останется на своей яхте. Лодка, окруженная водой, была неплохим местом для пожара. В лучшем случае сигнализация очистит пристань, делая приближение Чарли таким заметным, как если бы он поджег себя.
  
  А как насчет доставки пиццы?
  
  Менее глупо, чем больше об этом думал Чарли. Как и на нескольких лодках, пришвартованных здесь, некоторые окна яхты Campodonico были приоткрыты, чтобы в каюте не было душно. Пока Лещ и парень Домино стояли на стоянке, пытаясь разобраться в проблеме с доставкой, Чарли смог протиснуться через окно в кабину. Если только парень Домино не принес пирог прямо на яхту Леща. В любом случае, Лещ может заметить. Как и Гленни-Чарли, заметил движение за матовым стеклом окна кабинета начальника порта.
  
  Он обдумывал более осторожный подход через залив, используя каяки, стоящие на пляже в отеле, когда Лещ встал и запер дверь в хижину снаружи.
  
  Присев за кустом, Чарли наблюдал пилот оседлать правый борт, бухать на скамью подсудимых, и идти с целью по направлению к стоянке. Возможно, он собирался в маленькую деревню, чтобы получить обед. Что бы он ни делал, если он подразумевает выезд на пристань, он должен уйти достаточно долго для Чарли, чтобы получить доступ к яхте. И это может быть единственным шансом Чарли.
  
  16
  
  С безмолвной молитвой к безымянным божественным сущностям, которых он призвал, когда одна из его лошадей вырвалась вперед в гонке, Чарли побежал трусцой к пристани. Он пытался думать о себе как о госте Гранд-отеля, имеющем право возиться там, где ему чертовски приятно, и он надеялся, что спроецирует эту атмосферу. Особенно капитану Гленни.
  
  Лещ отсутствовал пару минут, когда Чарли добрался до пирса. Он обменялся дружеской улыбкой с человеком на катамаране, затем побежал - хотя и не слишком быстро для бегуна - к яхте Камподоникоса.
  
  На борту никого не было видно. Чарли слышал только ветер и скрип яхты, когда она поднималась и опускалась в воду. Ступив на корму, он, должно быть, нервничал, но почувствовал что-то вроде восторга.
  
  Несколько шагов по узкой боковой палубе - и он достиг одного из приоткрытых окон каюты. Стекло полностью открылось при легком нажатии. Он едва прошел, упав на кремовый ковер, в коридор, уставленный морскими картами в рамках, которых хватило бы для музея.
  
  Он проследовал за ним в просторную столовую со столом на восемь человек. В соседней кухне была вся необходимая бытовая техника, которая есть в роскошном доме. Кроме стиральной машины.
  
  Затаив дыхание, он на цыпочках спустился по винтовой лестнице с твердыми ступенями из красного дерева на нижнюю палубу. В одной из кают засветился телевизор, заставив его вздрогнуть, но там никого не было. В двух других каютах были только высокие кровати и встроенные шкафы.
  
  Стиральной машины по-прежнему нет и никаких следов.
  
  В конце коридора был чулан. Не ожидая многого, Чарли распахнул раздвоенную дверь и обнаружил удивительно компактную нишу для стирки с множеством полок, раскладную гладильную доску и, наряду с современной сушилкой, дешевую квадратную Perriman Pristina, все еще покрытую грязью из пещеры.
  
  «Эврика, - подумал он.
  
  Он потянулся, чтобы открыть крышку верхней загрузки, когда услышал щелчок болта над палубой.
  
  Страх ударил его, как кнут.
  
  Дверь кабины со скрипом открылась. Он услышал по крайней мере две пары шагов.
  
  «Как насчет холодного пива, Стив?» - спросил Лещ. «Я купил тебе безалкогольные напитки».
  
  «Очень любезно, спасибо». Низкий скрипучий голос с сильным ближневосточным акцентом. «Но давайте, пожалуйста, займемся делом?»
  
  «Это было бы прекрасно», - сказал Лещ, позволив двери захлопнуться, и направился к лестнице. "Всем уважении."
  
  Чарли рассматривал каюты, которым явно не хватало мест, где можно было бы спрятаться. Пригнувшись под гладильную доску, он залез в десятидюймовую щель между задней стенкой стиральной машины и стеной. Он бы споткнулся о рваный оранжевый шнур питания стиральной машины, протянутый в розетку, но упасть было негде.
  
  Он упал на одно колено. Пространство было темным и в остальном напоминало заднюю часть шкафа для одежды.
  
  «Пока я думаю об этом, ты должен иметь их на тот случай, если по какой-то причине тебе понадобится переместить лодку», - сказал Лещ, что-то звякнув. Его кожаные сандалии показались у подножия лестницы.
  
  Чарли замер, надеясь, что отбойный молоток, который раньше был его сердцем, не привлечет внимание Леща.
  
  Вхождение в коридоре на нижнюю палубу, в лещ вручил набор ключей обратно к Стиву, смуглым кабанов человека, наверное, двадцать пять, с сближены, черными глазами. Его свежий Levi's и новая блестящая майка Florida Marlins, а также высокие кеды Converse All Star иронично подчеркивали его чуждость.
  
  «Большое спасибо», - сказал Стив, кладя ключи в карман. Он огляделся, пока не остановился на стиральной машине. Он смотрел.
  
  Сердце Чарли чуть не выскочило изо рта, когда Стив подошел ближе. Чарли использовал мускулы, о которых он не подозревал, чтобы оставаться на месте.
  
  Стив указал на панель управления стиральной машины. «Так действительно ли эта кнопка является спусковым крючком?»
  
  Лещ подошел так близко, что Чарли мог протянуть руку через щель между стиральной машиной и сушилкой и коснуться своего колена.
  
  "Вы имеете в виду кнопку запуска?" Лещ наклонился вперед и нажал ее.
  
  Кровь текла с лица Стива.
  
  Машина рыгнула, и длина шланга, проходящего мимо Чарли, раздулась, наполняясь водой из медной трубы на стене. Вода попала в стиральную машину.
  
  Принимая во внимание беспокойство Стива, Брим усмехнулся. «Вода поступает в течение примерно пяти минут, затем стекает, и машина снова выключается. Это небольшой особый эффект на случай, если таможенный инспектор включит вещь, что они иногда и делают ».
  
  Стив вздохнул с облегчением. «Я еще не был готов».
  
  «Стив вот-вот станет мучеником, - подумал Чарли, - а Лещ ебется с головой». Какой парень.
  
  "Проверь это." Лещ открыл крышку.
  
  Стив удивленно заглянул внутрь. "Нет воды."
  
  «Вода поступает в специальный отсек в задней части машины».
  
  "Ах."
  
  «Конечно, если инспектор откроет крышку, игра окончена. Невозможно замаскировать бомбу ». Лещ указал на стиральную машину. «Видите там три циферблата?»
  
  "Да. Ссылки прогрессивного действия. Я прошел с ними тщательную подготовку у доктора Закира ».
  
  "Хороший. Вы будете рады знать, что, чтобы спасти вас от неприятностей, он набрал в коде вооружить устройства. Затем он сделал паузу это, две секунды в десять минут обратный отсчет. Здесь ...»Лещ передал Стиву устройство, похожее на пульт дистанционного управления телевизора. «Хороший доктор сфальсифицированы это тоже. Во время игры сегодня вечером, вы просто нажмите на большую красную кнопку и отсчет возобновляется в девять минут и пятьдесят восемь секунд. Если вам нужно остановиться на какой-либо причине, нажмите кнопку еще раз. Это в основном игра и кнопка паузы в одном. Батареи являются новыми, и вы получили больше на кухонном. Если по какой-либо причине удаленные неисправности, и вы должны использовать Pals, код здесь.» Лещ указал на область панели управления, где, Чарли напомнил, серийный номер был выгравирован на полосу металла.
  
  Стив кивнул.
  
  «Так что у тебя должно быть все готово». Опустив крышку, Лещ повернулся, чтобы уйти. «В холодильнике полно ваших любимых вещей - не волнуйтесь, все халяль».
  
  "А ты будешь где?" - спросил Стив.
  
  Лещ повернулся к лестнице. «За пределами радиуса взрыва».
  
  «Что делать, если есть неисправность?»
  
  «Если что-то пойдет не так, Хеб Катада знает, как связаться с Закиром или со мной - я знаю, что у вас есть босс на быстром наборе». Лещ медленно двинулся к лестнице.
  
  Чарли очень хотел, чтобы он ушел. Это означало бы бороться только со Стивом.
  
  «Что ж, тогда хорошо, мистер Брим», - сказал Стив. «Большое спасибо».
  
  «Доброе спасибо, Стив». Лещ бросился к лестнице.
  
  Он остановился, едва не успев сделать первый шаг, и резко повернулся, глядя на дверцу прачечной. «Эта складная дверь была открыта, когда мы спустились сюда, не так ли?»
  
  Стив кивнул.
  
  Кровь Чарли застыла. Ему нужна была стратегия выхода. Это было прямо там с оружием в списке упущений в его планировании.
  
  Лещ встал на колени, изучая пол.
  
  Сможет ли он обнаружить следы Чарли на линолеуме?
  
  Он вскочил в главной спальне, освежающие надежду Чарли. Поскольку ниша для стирки выглядела непомерно маленькой, Лещ и Стив, возможно, не подумали заглядывать за приборы.
  
  Мгновение спустя Лещ вернулся из спальни с глоком с глушителем. Он повернулся к стиральной машине. Он не мог видеть Чарли, но дуло его пистолета находилось на прямой линии с лицом Чарли.
  
  «Пожалуйста, выходи сейчас же и спаси меня от пулевого отверстия в моей красивой сушилке», - сказал он.
  
  17
  
  Чарли встал, его ноги горели булавками и иглами. И страх. «Я должен тебе большое спасибо, Джей Ти», - сказал он.
  
  «Это кто?» - потребовал Стив у Леща.
  
  "Никто." Лещ был необычайно невозмутимым.
  
  «Никто не участвует в общей схеме вещей», - сказал Чарли. «Но для наших сегодняшних целей - актив ЦРУ».
  
  Стив пробормотал что-то по-арабски.
  
  «Он лжет, - сказал Лещ. «Он просто игрок». Он поманил Чарли, взмахнув пистолетом.
  
  Чарли стоял на своем. «Игрок, который на днях присутствовал на разборе допросов в Лэнгли и вспомнил, как вы говорили, что собираетесь отпраздновать завершение сделки по оружию стойкой с ребрами. Аналитику потребовалось около секунды, чтобы понять, что вы нацелены на G-20 ».
  
  «Не волнуйся, он не ЦРУ», - сказал Лещ Стиву. «Даже самым плохим игрокам иногда везет. Это просто кража денег ».
  
  Глаза Стива расширились от паники. «Что, если он не один?»
  
  «Он один».
  
  "Откуда ты это знаешь?"
  
  «Он зарабатывает на жизнь лошадьми; ЦРУ не подпустило бы его к операции. И если бы с ним действительно был кто-то, они бы предупредили его, что мы едем сюда, или, по крайней мере, попытались бы подстеречь нас, чтобы дать ему время выбраться ».
  
  Стив на мгновение остановился. "Мистер. Лещ, план состоит в том, чтобы взорвать досрочно, если что-то пойдет не так. Это было частью сделки, да? В Гранд-отель уже прибыло очень много влиятельных людей, в том числе почти все члены французской делегации…
  
  Лещ протянул ладони. «Ого, мы забегаем вперед. Поверь мне, Хихиканье - дворняга-одиночка.
  
  «При всем уважении, сэр, это не вопрос доверия».
  
  "Хорошая точка зрения. Позвольте мне доказать вам это ».
  
  "Как?"
  
  «Если бы у него была какая-то поддержка, они бы уже были здесь». Лещ нацелил пистолет на Чарли и спустил курок.
  
  Чарли подошел к стиральной машине. Пуля разорвала воздух над его волосами, звякнув в сушилку. Странное шипение доносилось из темного лабиринта каналов и шлангов. Внезапно его рубашка стала влажной. Кровь? Его охватил холод. Он заметил брызги холодной воды из разрыва шланга, втекающего в стиральную машину.
  
  Он скользнул за шайбу, надеясь, что Лещ не захочет прострелить бомбу.
  
  Стив в ужасе махнул рукой, глядя, как в нише скапливается вода, скользящая по коридору. «Что насчет всего этого?»
  
  «Вода ничему не повредит». Лещ подошел к щели между стиральной машиной и сушилкой, обогнув лужу воды, образовавшуюся на полу. «Это устройство сконструировано таким образом, чтобы оно могло опуститься на дно Мобильного отсека и при этом взорваться».
  
  Его пистолет был достаточно близко, чтобы Чарли почувствовал запах отработанного кордита.
  
  В такие моменты его отец обычно приходил на помощь. Или Алиса.
  
  Но никто даже не знал, что он здесь. Никто этого не сделал.
  
  «Я все еще не уверен, - сказал Стив. «Если бы я был с вашим ЦРУ, я позволил бы ему умереть, чтобы мы думали, что они ничего о нас не знают».
  
  Лещ вздохнул. «Они не знают, хорошо. Конечно, есть стратегический смысл пожертвовать мужчиной. Однако они никогда этого не сделают, опасаясь только расследования Сената ».
  
  "Может быть и так." Стив направил пульт на стиральную машину. «Но зачем рисковать?»
  
  Лещ ощетинился. «Тебе действительно нужно продержаться там».
  
  Стив держал пульт у стиральной машины, как фиксированный штык.
  
  «Послушайте, есть девушка, которую я хочу убрать из красной зоны, не говоря уже о себе, - продолжал Лещ. «Полчаса времени на выполнение заказа были частью сделки».
  
  Стив провел большим пальцем по большой красной кнопке. «Ясно и бесповоротно воля Аллаха изменилась». Он щелкнул пультом дистанционного управления. Коническая лампочка на голове гаджета загорелась красным.
  
  Механизм бомбы ожил, корпус стиральной машины задрожал о грудную клетку Чарли.
  
  Лещ выстрелил из глока с глушителем.
  
  Изображение пришло к Чарли. Воспоминание о гостиной в шале. Он и Алиса на удобном диване, а Драммонд в кресле. Все трое были поглощены одной из своих игр в Scrabble. Интересная информация: даже болезнь Альцгеймера не могла помешать Драммонду поставить слово из семи букв после слова из семи букв.
  
  Теперь, не чувствуя ничего, кроме брызг холодной воды, Чарли выглянул из-за стиральной машины.
  
  В центре лба Стива была красная дыра. Он рухнул, и на стене позади него на уровне головы открылась струйка крови.
  
  «Он все равно собирался здесь умереть», - сказал Лещ, словно ища отпущения грехов.
  
  «Позвольте мне убедить вас не использовать бомбу», - сказал Чарли.
  
  «Среди других причин, по которым вы не сможете меня убедить, это то, что я не получу ни цента, если здесь не будет взрыва».
  
  «Предположим, я сказал вам, что вы не получите задуманного взрыва. Пентрит и тринитротолуол в бомбе - подлинные предметы, а U-235 - подделка ». Чарли решил не упоминать, что устройство, созданное для того, чтобы обмануть клиентов, заставив их сначала поверить в то, что они осуществили ядерный взрыв, все равно вызовет взрыв, достаточный для того, чтобы убить детей на детской площадке, всех агентов безопасности и значительную часть населения отеля. гости и персонал.
  
  "Не правда. Буквально сегодня утром Вивек Закир, физик-ядерщик нобелевского уровня, подтвердил, что обогащенный уран относится к классу А. "
  
  «Это устройство было разработано, чтобы обмануть даже лауреатов Нобелевской премии по ядерной физике. Это то, что мой старик сделал для ЦРУ. Его команда воспроизвела старые российские ADM, потому что урановые ямы установлены на такой глубине, что вы не можете адекватно протестировать ...
  
  "Хорошая история." Лещ подошел к нише с прибором. «Даже если бы это было правдой, сто фунтов пластической взрывчатки все равно дают достаточно большой взрыв, чтобы удовлетворить мои цели».
  
  "Отлично. Вместо этого продай мне бомбу. Я могу заплатить тебе больше, чем тебе когда-либо понадобится.
  
  «Похоже, я собираюсь услышать еще одну громадину».
  
  «Вы знаете о сокровищах Сан-Исидро?»
  
  "Ага."
  
  «Мой отец нашел это. Это было на одном из тех маленьких островков у Мартиники.
  
  Лещ опустил пистолет. «Вы это видели?»
  
  "Ага. Вся крыша из золота, сделанная из панелей венесуэльской церкви ».
  
  «Если бы это было правдой, какого черта вы сюда пришли?»
  
  Чарли постучал по стиральной машине.
  
  «Тогда ты дурак. И даже если бы ты нашел Эльдорадо, я был бы глупцом, если бы тебе доверился ». Влетев в нишу, Лещ нацелил пистолет на Чарли. «На самом деле, я дурак, что вообще с тобой разговариваю».
  
  "Спасибо." Чарли погрузил оборванный шнур питания стиральной машины в воду.
  
  С звериным воплем Лещ взлетел в воздух. Как и надеялся Чарли, сандалии Леща сделали его уязвимым для течения; Чарли был защищен его кроссовками на резиновой подошве.
  
  Лещ кучей приземлился на стиральную машину и потерял контроль над пистолетом. Чарли поймал оружие, развернулся и нацелил на него.
  
  Мускулы пилота задрожали. Однако его дыхание, похоже, прекратилось, и цвет его кожи сошел.
  
  Чарли повернулся боком, проскользнув в щель между приборами. Он опустился на колени перед телом Стива и вырвал пульт из руки террориста. Он направил устройство на стиральную машину и щелкнул. Коническая лампочка загорелась.
  
  Но механизм детонации в стиральной машине продолжал работать.
  
  Пистолет все еще нацелился на Леща, Чарли подошел ближе к стиральной машине и попытался снова.
  
  Без изменений. Может, вода закоротила пульт дистанционного управления? В любом случае он мог ввести код вручную. Если оставалось достаточно времени. 07:55, судя по светодиодному индикатору, приклеенному к внутренней стороне крышки стиральной машины.
  
  Много времени.
  
  Чарли посмотрел на серийный номер на панели управления. Металлический ремешок, который он использовал на Карибах, был удален, заменен лентой с другими номерами. Он понял причину с пугающей ясностью: с пультом дистанционного управления все в порядке. Ученый Нобелевского уровня, доктор Вивек Закир, был достаточно умен, чтобы создать пульт дистанционного управления, который использовался бы только для инициирования детонации. Он удалил настоящий серийный номер по той же причине, как предохранитель на случай, если мученик похолодел в 9:58 между нажатием кнопки и последующим.
  
  Не имея возможности вспомнить настоящий код, Чарли не знал, как остановить взрыв.
  
  18
  
  07:34.
  
  Чарли мог позвонить в службу экстренной помощи и объяснить, что он был на борту яхты с двумя трупами и ядерной бомбой, хотя на самом деле это не было ядерной бомбой - часть секретной программы ЦРУ - но все же в ней было достаточно высококачественной пластиковой взрывчатки, чтобы уничтожить хороший процент людей в окрестностях, и это было вызвано, так что вам действительно нужно поторопиться.
  
  Если ему это удастся, то у саперов будет 00:04, чтобы прибыть и сделать свою работу.
  
  Отказавшись от этой идеи, он вытащил ключи от лодки из кармана Стива и помчался вверх по лестнице. Он намеревался развязать яхту и увести ее как можно дальше от берега. За милю или две устройство могло взорваться, причинив относительно небольшой вред - туман и общий мрак не позволяли большинству яхтсменов оставаться дома.
  
  Ему нужно было сначала развязать тяжелые веревки, которыми была привязана яхта к причалу, он бросился через дверь каюты на кормовую палубу, где обнаружил, что смотрит в дуло ружья.
  
  Время, казалось, замедлилось, адреналин снова переключил его чувства и мысли на более высокие скорости. Он предвидел множество препятствий и планировал контрманевры. И все же вид Гленни заставил его подпрыгнуть.
  
  «Остановитесь прямо здесь, мистер Пулитцер. Поднимите руки, чтобы я мог их видеть ».
  
  Он поднял обе руки над головой. «Просто послушай секунду».
  
  "Нет, сэр." Прищурившись, она сжала палец на спусковом крючке.
  
  «Одну секунду, пожалуйста».
  
  "Одна секунда." Она посмотрела на бледное небо. "Время вышло."
  
  «Человек, которого вы знаете как племянник Тома Камподонико, на самом деле очень плохой парень». Палец Гленни не двигался. «У этой лодки в настоящее время есть бомба с сотней фунтов пластикового взрывчатого вещества, которого достаточно, чтобы уничтожить пристань и все остальное в пределах четверти мили. Он взорвется через семь минут. У меня нет возможности выключить его, поэтому мне нужно убрать его с дороги ».
  
  Гленни задумался. "Фигня. Ты яхтенный вор ».
  
  Взглянув на парковку, Чарли вздохнул с облегчением. «Вот секретная служба. Они это исправят ».
  
  Она повернулась, чтобы посмотреть, и увидела только безлюдную пристань для яхт. Когда она оглянулась, готовя проклятие, она обнаружила, что Чарли нацелил на нее Глок Леща. Она побледнела.
  
  «Если бы я был плохим парнем, у тебя сейчас были бы проблемы», - сказал он.
  
  Она признала это с ворчанием. И выстрелил из дробовика.
  
  Предвидя, что она это сделает, он упал на палубу. Через шпатель он увидел, как толстый нос раскололся надвое, освободив нос яхты от шипа на причале.
  
  Поворачивая ствол к корме, Гленни сказал: «Я видел, как сегодня утром Том два раза проезжал мимо моего офиса с арабскими парнями, которые как бы то и дело оглядывались через их плечи». Она взорвала кормовую леску, разрушив при этом громоздкую металлическую планку. «Тебе лучше оттолкнуться, товарищ по плаванию».
  
  «Спасибо», - сказал Чарли, врываясь в рубку.
  
  Он взглянул на светодиод, который вырвал из стиральной машины. 04:58.
  
  Он вставил ключ Стива в зажигание, взвесив шансы, что этот ключ, как и пульт, не работает. Ревели двигатели, взбивая окружающую воду.
  
  На скамье подсудимых Гленни крикнула в сотовый телефон и помахала Чарли.
  
  Управление яхтой было похоже на управление Riva Aquarama, хорошо, поскольку Чарли толкнул дроссельную заслонку в обратном направлении, диктуемом здравым смыслом, и случайно отправил яхту на стоянку. Ему удалось отойти от пристани, запустив колесо. Сдвинувшись вперед, он направил яхту к тому месту, где он думал, что это середина бухты. Из-за тумана, по сути, низко лежащих облаков, невозможно было сказать, что он не просто обнимал побережье. Или вот-вот врезаться.
  
  Двухуровневое современное навигационное оборудование было для него не более полезным, чем для пещерного человека, за исключением ярко-розового шарикового компаса, новинки, удерживаемой резиновой присоской, чтобы лобовое стекло. Если компас работал, лодка шла строго на запад. К центру бухты.
  
  Он стоял у руля, используя весь свой вес, чтобы поглощать удары набегающих волн.
  
  Когда часы показывали 3:00, он оставил больше мили между собой и пристанью для яхт. Или достаточно далеко.
  
  Теперь переберемся на спасательном плоту за борт.
  
  Чтобы яхта не продолжала врезаться в коммерческое грузовое судно, он выключил двигатели, погрузив темные окрестности в кладбищенскую тишину, нарушаемую только плеском воды и его собственным тяжелым дыханием, когда он выбежал на нос.
  
  Он остановился и сорвал ремни-липучки, которыми ярко-красный плот «Зодиак» крепился к внутренней стороне перил. Около десяти футов длиной, у него был подвесной мотор на корме, который выглядел так, как будто у него было много застежек-молний.
  
  Плот не сдвинулся с места. Замок на конце толстой кормы прикреплял его к самому верхнему поручню яхты. Чарли посмотрел на заднюю часть замка. Никакой миниатюрной замочной скважины. Однако он мог бы разрезать леску ножом или пилой. И пару минут.
  
  У него было 1:43.
  
  Он думал о том, чтобы нырнуть за борт и уплыть. Переохлаждение побеждает распад.
  
  Вместо этого он держал ствол «глока» в двух футах от замка. Он прикрыл лицо и спустил курок. Либо звук, либо осколок пронзили его барабанные перепонки; он не мог быть уверен в каком именно. Тем не менее, от замка больше не было никаких следов.
  
  Он погрузил «Зодиак» в воду. Стараясь не думать о пятнадцатифутовом падении, он оседлал поручень. Он заметил мигание светодиода с 1:00 до:59 во время прыжка.
  
  Его вес и инерция торпедировали его в воду, которая казалась такой холодной, что это должен был быть лед.
  
  Он всплыл и обнаружил, что Зодиак улетает быстрее, чем он умел плавать. Обычно. С криком вздоха он добрался до плота, примерно в семидесяти пяти футах от яхты или на добрую тысячу футов ближе, чем нужно.
  
  Поднимаясь на борт, он дернул за шнур, запустив небольшой подвесной мотор на корме. Схватив румпель, он взял прямой курс. Плот устремился вперед, как драгстер, в тот момент, когда ослепительная вспышка рассекла туман, а затем последовал такой сильный гул, что его слух исчез, сменившись липкой кровью и сводящей с ума болью.
  
  Водная башня библейских размеров поднималась из разваливающейся яхты. Сила взрыва сбила вертолет с неба и опрокинула парусники вплоть до восточного берега.
  
  «Зодиак» взлетел в воздух, как воздушный змей, Чарли цеплялся за него до тех пор, пока не терял способность оставаться в сознании.
  
  19
  
  Он проснулся в центре скопления крошечных сильфоподобных частиц света. Он видел звезды. Эффектный, но, судя по боли, результат сотрясения мозга.
  
  Встряхнув зрение, он оказался на «Зодиаке», двигатель все еще бурлил, хотя ледяная вода текла через отверстия в корпусе, затопляя большую часть носа.
  
  Осколки яхты врезались в его беговой костюм. Несмотря на два слоя длинного нижнего белья, он был залит кровью. Каждая волна, обрушившаяся на его раны, казалась сотней свежих порезов. Тем не менее он был жив, и осознание того, что ему удалось перенести бомбу на достаточно большое расстояние от берега, превратило боль в простой дискомфорт. Он чувствовал, как улыбается, от уха до уха до крови.
  
  Полицейский катер помчался от восточного берега к столбу дыма, бывшему яхтой, в четверти мили отсюда. Сквозь рассеянный туман он увидел еще два полицейских катера, атакующих с противоположной стороны залива.
  
  Когда к нему вернулся слух, он различил в суматохе волн вой мотора, заметил моторную лодку и различил фигуру у ее руля. Девушка. Держась за козырек от пара, она осматривала то место, где находилась яхта.
  
  Алиса!
  
  Даже в туманном силуэте она была прекрасна.
  
  "Где ты?" она позвала.
  
  - Вот, - прохрипел он через горло, покрытое солью и кровью.
  
  Она не смотрела в его сторону.
  
  Он сглотнул, потом попробовал еще раз. «Алиса». Получился хрип. Что-то было серьезно не так с одним из его легких.
  
  Она уклонилась от Зодиака.
  
  Над заливом стелился туман, окутывая полицейские катера в районе обломков яхты. Чарли сомневался, что сможет добраться до них, а это означало, что его выживание сводилось к гонке между Алисой и переохлаждением.
  
  Он подумал о том, чтобы выстрелить из глока, чтобы привлечь ее внимание. Прежде чем он успел дотянуться до него, лук Зодиака резко поднялся. Он повернулся и посмотрел через плечо.
  
  Лещ цеплялся за корму.
  
  Чарли подумал, что у него галлюцинации.
  
  «Она ищет меня», - сказал Лещ слабо, но слишком реально. Каким-то образом он выбрался из яхты, а затем ухватился за корму «Зодиака».
  
  «Многие люди будут искать тебя». Чарли потянулся за глоком.
  
  Это прошло.
  
  «Ты не понимаешь, Чарли Браун. Она со мной. Лещ все еще висел на корме справа от мотора. Очевидно, ему не хватило сил подняться на борт. «Я знал, что вы с папой были в Швейцарии, потому что она сказала мне. ”
  
  Чарли вспомнил, как Драммонд задавался вопросом, сама ли Алиса организовала исполнение.
  
  «Это означало бы, что ее похитили и стреляли в нее», - сказал Чарли.
  
  "Точно." Лещ, казалось, обрадовался открытию. «Весь смысл представления заключался в том, чтобы дать ей алиби. Для ее «похитителей» мы выбрали наемников, у которых был опыт работы в спецслужбах, чтобы получить деньги на чаевые, чтобы ЦРУ установило, что она стала жертвой выдачи. Так кто, черт возьми, мог подумать, что она мне помогает? »
  
  Чарли посмотрел на Алису сквозь сгущающийся туман. Она склонилась над носом своей моторной лодки, все еще ища волны и крича. Он различил пистолет в ее правой руке.
  
  «И она случайно позвонила прямо во время крушения самолета?» - спросил Чарли.
  
  «Мы хотели, чтобы вы рассказали о пенджабских сепаратистах», - сказал Лещ.
  
  «Иначе она бы позволила самолету разбиться?»
  
  «Иначе мы бы вообще не поставили вас в падающий самолет».
  
  «Значит, ничего личного? Еще один день в офисе в Призрачном Городе?
  
  Сдерживая ухмылку, Лещ медленно кивнул.
  
  «Ты говоришь мне это, чтобы отвлечь меня, не так ли?» - сказал Чарли. И надеялся.
  
  «Вы учитесь». Лещ поднял «глок». «Слишком поздно».
  
  Ему было трудно удерживать ствол, потому что его нижняя половина все еще была погружена и хлестала волнами, а остальная часть его покачивалась вместе с Зодиаком, но на дистанции выстрела в шесть футов, даже с добавлением штормового ветра. у него были бы отличные шансы поразить Чарли.
  
  «Я нужен тебе живым», - сказал Чарли.
  
  "Действительно? Почему это?"
  
  «Хеб Катада не собирается платить ни цента за ваши услуги. Вы захотите узнать, где спрятаны сокровища Сан-Исидро ».
  
  "Почему ты сказал мне?"
  
  «Чтобы отвлечь тебя». Чарли пнул румпель изо всех сил. Он повернул подвесной мотор в сторону Леща. Жужжащие лопасти пропеллера впивались в его таз. Горячая кровь забила лицо Чарли и заляпала большую часть плота.
  
  Лещ попытался закричать, но волна набрала ему рот. Тем не менее он выстрелил.
  
  Пуля оторвала рукоять от остальной части румпеля. Чарли перекатился к корме, схватил ручку и повернул ее, отбросив «глок» от леща. Оружие странным образом отскочило от кормы и упало в залив.
  
  Оттолкнувшись от плота, несмотря на очевидную боль, Лещ нырнул в темную волну и каким-то образом выудил оружие.
  
  Чарли нырнул в дальний конец плота.
  
  Лещ боролся с волной, чтобы попасть в прицел Чарли.
  
  Металлический шум моторной лодки стал громче, привлекая их внимание.
  
  Лук рассек туман, показывая Чарли размытое изображение Алисы у руля. Она прищурилась, направив на него дуло пистолета. Зрелище было более болезненным, чем пуля. Все, что он мог сделать, это взять себя в руки, пока она уточняла цель и стреляла.
  
  Воздух содрогнулся от отчета. Пуля просверлила дымку, далеко не попав в него.
  
  Лещ ахнул. Волна откинула большую прядь его волос, открыв пурпурную впадину сбоку на голове. Еще одна волна ударила его по дну бухты.
  
  Чарли задавался вопросом, действительно ли Алиса застрелила его - или Лещ застрелил его - и теперь он проводил свои последние муки в задумчивости.
  
  Мгновение спустя моторная лодка была достаточно близко, чтобы он мог ясно видеть лицо Алисы. Она улыбалась.
  
  "Нуждается в подъеме?" спросила она.
  
  Он взглянул на свой плот, почти под водой. "Куда ты направляешься?"
  
  Положив пистолет, она собрала лук и швырнула ему конец. Он ухватился за веревку обеими руками, затем крепко держался, пока она тянула к себе останки Зодиака. Когда он сошел, схватившись за нос лодки, плот вообще исчез под волнами.
  
  «Мне нужно кое-что тебе сказать», - сказал он, когда она помогла ему подняться на борт.
  
  "Что это такое?"
  
  "Я люблю вас."
  
  "Тем же." Она встала на цыпочки и поцеловала его.
  
  20
  
  Чарли любил говорить, что лучшее в жизни - это выиграть деньги на трассе. И второе лучшее - потерять деньги на трассе. За три месяца после Мобила он потерял сотни тысяч долларов, не считая своей вкладки с бурбоном, которая не сильно отставала.
  
  По крайней мере, потери произошли в Кинеланде, историческом ипподроме Кентукки, известном своими кольями Голубой травы, а также своим тонизирующим действием на игроков. Сидя на величественной трибуне, вдыхая лошадей, сено и свежескошенный мятлик, Чарли часто чувствовал себя так, как будто он попадает в прошлое. Иногда он поворачивался к грохоту копыт, наполовину ожидая, что Сухарь будет впереди.
  
  В последнюю неделю Spring Race Meet к Чарли на трибуне присоединился его отец. Сердце Драммонда полностью исцелило на Мартинике, и после девяти недель в Женеве его психическое состояние начало улучшаться. В Кентукки он был счастлив просто находиться в компании своего сына.
  
  На третий день вместе, за несколько минут до финальной гонки, Чарли сказал: «Я собираюсь сбежать вниз. Нужна еще чашка бургу? » Крепкое мясное рагу было фирменным блюдом Кинленда и любимым блюдом Драммонда.
  
  Драммонд улыбнулся. «Было бы неплохо, спасибо».
  
  Чарли направился к проходу, затем снова повернулся к Драммонду. «Это ваша шестая чашка бургу, и вы еще не предоставили интересную информацию о ней».
  
  Драммонд приподнял плечи. «У меня его нет».
  
  «С таким именем, как burgoo, мы должны найти его».
  
  Оставив его понежиться на солнышке, Чарли пошел смотреть почтовый парад, в частности Королеву песков, коренастую темно-коричневую кобылу с белой звездой между умными глазами. Ее прославленная родословная включала двух победителей Дерби. Ее владелец, принц Мохаммед бин Зайед, в последнее время, казалось, обладал золотым оттенком, хотя ходили слухи, что его золото на самом деле было новым противовоспалительным препаратом, не поддающимся обнаружению, который может маскировать боль, позволяя лошадям бегать быстрее.
  
  Чарли был известен бен Заиду не столько как наездник, сколько как сын Драммонда Кларка, отставного шпиона, который недавно купил замок в Швейцарии на выручку от незаконной продажи российского атомного боеприпаса. Ходили слухи, что у Драммонда был еще один ADM.
  
  Бин Зайед, главный благотворитель международной террористической сети, подозревал, что Чарли узнал местонахождение второй бомбы от своего отца и его можно было убедить отказаться от нее, чтобы выплатить свои игровые долги.
  
  ЦРУ передало эту информацию бен Заиду через вырубки в Саудовской Аравии.
  
  По правде говоря, ставки Чарли и бурбон были всего лишь прикрытием. Алиса, ожидающая в Париже, все поняла. Настоящей причиной его приезда в Кентукки была продажа стиральной машины.
  
  
  Благодарим Вас за то, что воспользовались проектом NemaloKnig.net - приходите ещё!
  
  Ссылка на Автора этой книги
  
  Ссылка на эту книгу
 Ваша оценка:
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Болдырева "Крадуш. Чужие души" М.Николаев "Вторжение на Землю"

Как попасть в этoт список

Кожевенное мастерство | Сайт "Художники" | Доска об'явлений "Книги"