|
С каких же пор ему обитель тьмы Чужою стала? Шаг один лишь в сумрак Он сделал, но презренные мечты Пленили Беса юного, на струнах Его надежд Любви сыграли песнь... И в тот же миг занозой поселилась Неведомая ранее болезнь В его душе, и сдался он на милость Того, кого противником считал... Он Ангела увидел. Тот восходы Любил встречать. - О, Светлый! Как кинжал Ты мог вонзить мне в сердце? Иль знакомы И любы Ангелам страдания их жертв? Безмолвно Ангел выслушал упрёки. Смотрел и чувствовал, как в теле каждый нерв Затрепетал. Румянец лёг на щёки Всегда такие бледные... И зов Любви услышал в сердце, что всё громче И в унисон... Отдать себя готов Без боя той любви. "Чернее ночи Глаза его... тону в них... всё равно! Пусть крылья чёрные..." - Люблю..., - и в поцелуе Слились уста. И будто бы вино Туманит разум. - Боже! - Что ты всуе Упоминаешь Бога? - Ты мой Бог!.. - Я есть лишь ТЫ..., - душою, телом слиты Они в одно. И перьями песок Усыпан влажный. Стоны, как молитвы... Слились в одно.... Рассвет. И луч легко Песка коснулся. Не без восхищенья Взирает солнце: "Это ещё кто?.. Бескрылый Ангел? Странное творенье..." Слились в одно... и в целое... навек. Со страхом пусть, но не без интереса Взирал на Солнце первый человек, Любя в себе и Ангела, и Беса... ![[]](/img/a/armant/legendadoc/si23jpg.jpg)
|
|