Сгущаются тени. Над поймой реки
туман оседает. На Млечном пути
светил вереница спешит до утра
остынуть в прохладе, покуда жара
опять не зальёт зноем весь небосклон.
Выходит луна из-за туч на поклон,
сыреет вокруг, замирают шумы,
летучие мыши летают, как мы
бесшумно стараются жаться к кустам.
Есть кто-то там, значит, полезный мышам.
Лягушки хоралами славят весну,
резонно готовясь к недолгому сну.
Заря догорает, звон птичий затих.
В лесу зябнут филины*. Видно, у них
зима наступает с восходом луны.
По норам хоронятся с чувством вины
подальше от ищущих глаз грызуны.
Пьёт ночь до утра свой нектар из росы,
бледнеют Стожары**, заря на весы
времён опускается с первым лучом,
рассвет разгорается и кумачом
полнеба окрасил. Прохладно. Знобит.
На теле гусиная кожа. Обид
не помня, залился в кустах соловей.
Черёмухой пахнет и влагой с полей.