Поймала как-то царевна-Лягушка стрелу. A стрела ей и говорит человеческим голосом:
- Не втыкай меня в себя, ты же не японец, а я не меч для харакири.
Царевна-Лягушка подумала-подумала и передумала втыкать стрелу в себя, а воткнула её в пробегающего мимо царевича. Царевич и помер. Опал в болото и утонул. Одни сапоги с золотыми шпорами всплыли. Потому как золото было паршивого качества. А как известно г... в г... не тонет. Вот они и всплыли.
Три дня царь ждал сына, а потом объявил о пропаже. Он бы и раньше объявил, но по законам только на 3й день после пропажи заявления принимают.
И стали искать царевича все слуги и служанки милиция и авиация, танки и бульдозеры, таксы у бультерьеры, а с ними сватья баба-бабариха и полоумная ткачиха.
Искали-искали, да и нашли сапоги. Принесли царю, сказали:
- Только их мы и нашли. Видать водяной в болото утащил.
Разгневался царь и приказал осушить болото. Заодно и торфом затариться.
Болота осушили, а на торф, как полагается, забили.
А тут как-то по небу гусь летел, летел, да клювом щёлкал, искры выбивал. Одна искра на сухие торфяники и попала. Задымили торфяники. Дым всё царство заполонил, дышать не чем. Лягушка и задохнулась (странно, что она без болота так долго продержалась). А как лягушка умерла, рухнули злые чары, вылез из горящих торфяников царевич целенький и невредимый. Разве что немножко опалённый.
И стали все жить поживать да дымом дышать.
(C) Rederick Asher