Багдерина Светлана Анатольевна
Иван-царевич и С.Волк - 3: Криббль, Краббле, Круббле

Самиздат: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Links
Кожевенное мастерство: сумки, ремни своими руками
  • Аннотация:
    Добыть златогривого коня? Легко! Но задачи, с которой не могло справиться целое войско, настоящим героям мало. Нужно заодно попытаться разбудить спящего красавца, усыпить принцессу, отремонтировать пряничную избушку, освободить город от гнета колдуна, а прекрасную незнакомку - от дракона, и всё это - имея на руках лишь говорящий ковер-самолет и многофункциональные экспериментальные сапоги-самогуды. Но как же конь, спросите вы? А про коня-то они и забыли...
    Купить электронную книгу можно тут:
    Литрес
    Озон
    счетчик посещений
Бесплатные счётчики

  - ...Иван, ты дурак! - в который раз за долгий жаркий июньский день разнеслось по ясному небу.
  В ответ раздавалось обиженное молчание.
  - Она же была у тебя в руках! Ну какое тебе дело, кто что когда у них там отвоевал, украл, обменял и так далее! Тебе-то ее абсолютно добровольно давали! Как ты и хотел! А сейчас вместо того, чтобы с чувством глубокого удовлетворения лететь домой, тебя несет в какие-то Дарессалями!
  - Шатт-Аль-Шейхи.
  - Какая разница!..
  - Дарессалями находится на семьсот километров южнее, и климат там...
  - Чево?
  - Климат. Комбинация...
  - Какая комбинация*! Ты чего, перегрелся?
  - Но ты же сам спросил, какая разница между Дарессалями и Шатт-Аль-Шейхом, - мстительно заметил царевич.
  Серый отреагировал немедленно:
  - Сам дурак.
  Царевич привычно воздел очи к небу, простонал что-то нечленораздельное, но нашел в себе силы дискуссию продолжить.
  - Сергий! Ну ведь он - мой друг!!! И пусть даже он сам отдавал мне ее, я не мог ее принять, не мог, ну как ты не поймешь!!! Это было бы... Неправильно. Нечестно по отношению к нему. Я ни за что получал все, а он оставался без птицы, без коня и в осажденном городе без надежды прогнать шантоньцев! Это...
  - Это - здравый смысл.
  Иван вздохнул.
  - Ну, хорошо. Попробуем с другой стороны. Послушай, Сергий, я не понимаю, почему ты - бродяга, авантюрист и бретер...
  - Сам такой, - на всякий случай осторожно отозвался Волк.
  - ...почему ТЫ жалуешься, что мы летим не домой, а вперед, навстречу новым приключениям, друзьям, славе, жизни, полной восторга и неизвестности! Отчего ты не хочешь вдохнуть полной грудью хмельной воздух свободы и счастья? Я не знаю, как ты, сорви-голова и рубаха-парень, можешь...
  Сергий вдохнул. Вернее, вздохнул. Он-то знал. Он знал, почему, отчего и как он может. Просто не хотел говорить. Чтобы не обидеть. Чего не сделаешь для друга. И поэтому, хоть и считал в глубине души, что он еще слишком молод, чтобы быть нянькой-телохранителем так долго, пусть даже и для такого чуда, как Иванушка, вслух он только вздохнул. Обреченно.
  - Ну и ... Ну и ладно. Вперед, так вперед.
 
 
  Вечерело.
  Задремавший на солнцепеке по-стариковски ковер встрепенулся, пошевелил затекшими кистями и спросил:
  - Садиться куда будем*
  Серый походя свесил голову вниз:
  - Без разницы. Ну, давай, хоть туда, - и он ткнул пальцем в опушку проплывающего под ними леса.
  - Куда ведь скажете... - пробормотал ковер и начал снижение.
  - Смотри, смотри!!!
  Волк едва успел ухватить исчезающие за бортом ноги Иванушки и втянуть их и все остальное обратно.
  Причем все остальное этого даже не заметило.
  - Смотри! Смотри, Сергий!!! Там человек!!! Он ранен!!! Ковер, туда, к нему!!! Скорее!
  - То туда, то сюда... Сами не знают, чего хотят... - проворчало их воздушное судно, но, тем не менее, послушалось и мягко приземлилось среди молодых кленов около неподвижно истекающего кровью незнакомца.
  - Сергий, гляди... Он весь в крови... Похоже, его изодрали дикие звери... Что нам делать*..
  - Перелететь, пока не поздно, на другое место, где нет диких зверей! - в который раз подивился несообразительности друга Волк.
  - Что нам с НИМ делать?..
  Разбойник задумчиво почесал подбородок.
  - Прирезать, чтоб не мучился*
  - Как ты можешь!!!..
  - С большим сожалением, - нехотя признался Серый.
  - СЕРГИЙ!!!
  - Ну, или попробуй его для начала привести в себя и умыть. Может, все не так страшно. Я как раз тут неподалеку видел один ручеек...
 
 
  Разбуженный и умытый раненый оказался принцем Соланы Орландо, который и поведал друзьям удивительную историю, похожую на сказку.
  На первый день рождения единственной и долгожданной дочки короля Крисаны - страны, в которой они сейчас находились - были приглашены двенадцать добрых фей, каждая из которых приготовила волшебный подарок-пожелание для малышки - красоту, грацию, умение станцевать любой танец и спеть любую песню в мире, играть на всех музыкальных инструментах, вышивать крестиком, и прочие жизненно-важные для любой принцессы качества, а еще, по исполнении шестнадцати лет, ей было обещано, что самый прекрасный принц в округе влюбится в нее. И все бы было гладко, но откуда ни возьмись, появилась тринадцатая фея - злодейка с сердцем черным, как уголь, и предрекла, что принцесса в день своего шестнадцатилетия уколет палец веретеном и заснет вечным сном. Но бедная девушка была спасена оставшимся пожеланием последней доброй феи, обещающим ее пробуждение от поцелуя доблестного принца. В положенный срок скорбное пророчество сбылось - принцесса заснула, весь замок погрузился в беспробудную дрему вместе с нею, а покой несладким сном уснувших крисанцев стали охранять непроходимые дебри самых колючих трав, кустарников и деревьев, какие только бывают на белом свете - ученые-ботаники из соседних стран немало пополнили свои гербарии, не уставая благословлять добрую фею.
  Конечно, только те, которые возвращались из этих джунглей.
  И вот, не вынеся нечеловеческих страданий, презрев увещевания всех, кто любил его, Орландо решил бросить на весы удачи все, включая свою опостылевшую без любимой жизнь, и с огнем и мечом отправиться в эти богомерзкие джунгли.
  Ему удалось пробиться вглубь метров на пятнадцать. Потом чудовищный лес, как бы вдруг опомнившись, набросился на него и стал терзать шипами и колючками сталь доспехов как беззащитную плоть. До последнего прорываясь только вперед, принц споткнулся обо что-то и упал...
  После этого Орландо ничего вспомнить не сумел. И как оказался он здесь, в тени и прохладе настоящего мирного леса, живой - объяснить не мог...
  А принц действительно был прекрасен, с неожиданной завистью подметил
  Иванушка. Даже глубокие кровоточащие царапины от шипов колдовской флоры не
  могли испортить совершенной красоты его бледного благородного лица со следами перенесенных физических и нравственных мучений. И он так убивался по этой Оливии! Вот это пророчество! Вот это любовь!.. Как в "Приключениях лукоморских витязей", страницы с 456 по 789, где королевич Елисей...
 
 
  Утром, едва встало солнце, кряхтя и охая под тяжестью трех человек, ковер-самолет поднялся в воздух и направился к замку королей Крисаны, который сверху теперь был похож всего-навсего на одну из живописных рощ, в изобилии окружавших его прежде. За год, прошедший со времени печального события, колючки времени зря не теряли.
  - Вон, вон - видите, из кроны этого чудовищного репейника торчит башенка* Там была спальня принцессы Оливии. Садимся на балкон! - уже через десять минут заводил ковер на посадку Орландо.
  - На балкон! - возопил ковер. - Да вы видите этот так называемый балкон*! Его носовым платком прикрыть можно! Куда, по вашему мнению, тут опускаться мне*!
  - Ковер, милый, придумай что-нибудь!!! - взмолился принц. - Я должен попасть туда! Я обязан увидеть ее! Хотя бы раз - обнять прекрасную Оливию - и умереть!.. Жизнь без нее пуста, как высохший колодец, как сердце палача, как...
  Серого передернуло. Еще один поэт! Надо срочно что-то делать.
  - Слушай, ковер, а, может, ты в воздухе повисишь, не опускаясь, пока мы на балкон спрыгнем, и подождешь нас*
  - Подожду. Если кто-то один на мне останется. Иначе не могу. Так устроен. Извиняйте.
  - Ладушки, - согласился Серый. - Тогда я...
  Но поймав на себе умоляющий взгляд Иванушки, закончил:
  - ...останусь. Целуйтесь там без меня.
  - О, Иван, Сергий - я до гроба буду вашим должником - вы возвращаете мне жизнь! - воспрянул Орландо, и надежда с новой силой вспыхнула в его взоре. - Любовь моя, я иду к тебе! Оливия!
  И наследники престолов исчезли в дверях.
  Сергий остался один, растянулся на ковре, подложив под голову мешок с продуктами, закинул ногу на ногу и стал ждать. Принцесса Оливия []
  "Минут десять-двадцать... нет, пусть тридцать, у них уйдет на поиски принцессы. Минут пять на целование. Часа полтора - на восторги и объятия по случаю счастливого пробуждения. Надеюсь, что кто-то при этом не забудет отдать приказ вырубить весь это чертополох внизу и начать готовить праздничный пир. А то придется вмешаться. За год скоропортящиеся припасы, скорее всего, уже приказали долго жить, но, принимая во внимание, что птица и всякая прочая живность засыпала вместе со всеми, все равно есть шанс неплохо подкрепиться перед дальней дорогой. С Ивановой кухни ноги протянешь, если прежде не загнешься от его проповедей... Тоже мне... Ум, честь и совесть... Нашелся на мою голову... Принципиальный... А хорошо бы, умей тут готовить расстегаи рыбные... Или гуся с гречневой кашей... Так ведь гречки у них здесь днем с огнем не сыскать. Что поделаешь - дикие люди... А пирожки с капустой и грибами тоже бы сейчас лишними не оказались. Или, например, бананы в шоколаде..." - захлебнулся слюной Волк и полез в мешок за хлебом - утром, едва продрав глаза, спасательная команда вылетела к замку, даже воды не испив - Иван так горел энтузиазмом, что и думать больше не о чем не хотел, а самому Серому стенания безутешного Орландо отбивали весь аппетит, и он уже почти не сомневался, что влюбленный принц не по своей воле покинул родные пенаты, а домочадцы, вылив ему на голову переполнившуюся чашу терпения, выставили его за ворота, заявив, что или они - или эта злополучная принцесса...
  Умяв полбуханки и пожалев, что воды у них оставалось так мало - придет
  царевич, захочет попить, а ему не хватит - отрок Сергий перевернулся на левый бок и
  постарался уснуть - ведь предыдущей ночью вздохи соланского принца лишили его не
  только аппетита, но и сна.
  Но ему не удалось даже задремать.
  - Блямс! - осыпалось где-то совсем рядом стекло.
  И то ли послышалось, то ли почудилось:
  - Сергий...
  То ли шепот, то ли стон...
  Волка как пружиной подбросило:
  - Иван?.. Иван!.. Иван...
  Там, внизу, на балконе, на куче битого стекла, лежал, вздрагивая, Иванушка, и глаза его были закрыты.
 
 
  Как он вытащил царевича с балкона, умудрившись не покинуть полностью ковер, Серый так потом понять и не смог, хотя в тихие часы перед сном иногда и пытался восстановить эти события в своей памяти. Сумел он вспомнить только, как крикнул ковру "Погнали отсюда!", свист солнечного ветра в ушах, да недвижимое тело царевича на руках.
  Картина пронзительной трагичности, если бы не храп.
  - Чтоб тебе пусто было, Иван-царевич! Проснись! Проснись же! А ну, проснись, тебе говорят!!! - Волк изо всех сил мял, тряс и тормошил Ивана, но тот и глазом не моргнул.
  - Ты что, разыгрывать меня вздумал? Да, Иванушка? Ха-ха, я попался. Иван, вставай! Я тебе поверил! Да вставай же!.. Что же это с ним... Что у них там случилось?!.. Иван! Дурацкие твои шутки! Ну, сейчас ты у меня вскочишь... Королевич Елисей - болван, придурок, валенок лукоморский!.. Иван!.. Спит... Ах, чтоб провалился этот Орландо со своей зазнобой... Не хотел ведь я тебя туда пускать... Как чуял ведь...
  - Куда летим-то, достопочтенный? - не выдержал ковер. - Определитесь сразу, а то потом ведь порешите, что не туда летели, а кому в такую даль везти вас обратно, а? Мне ведь уже не триста лет, не половичок уж поди.
  - Чево? - недопонял Серый, некстати отвлеченный от своих горестных мыслей.
  - Садиться где будем, говорю!
  - Там, - раздраженно ткнул пальцем себе под ноги Волк. - Хоть где. Найди ровное место и сядь. Привязался на мою голову!
  - Ах, привязался... Ну, хорошо, - пробормотал ковер и сделал все, как ему было сказано - быстро нашел превосходно ровную поляну и сел.
  Не остановило его даже присутствие на месте посадки маленькой избушки.
  Хлоп. Бух. Шмяк.
  - Хррр...
  - Ах ты, тряпкин сын!!!
  Серый вскочил, яростно вращая глазами и потирая отбитый бок.
  С двускатной крыши, откуда они только что двое и скатились, как черкасское седло со спины тощей коровы свисал их ковер. И если бы Серый мог поверить в это, он бы сказал, что тот удовлетворенно ухмылялся.
  - Ну, я тебе еще покажу, одеяло лоскутное! - и, взмахнув многообещающе кулаком и перепрыгнув через поверженную трубу, помчался на храп искать царевича.
  Долго разыскивать того не пришлось - он лежал у противоположной стены домика, под крошечным окошком, на маленькой аккуратненькой клумбочке, аккурат посредине, подложив ладошки под щеку, и чему-то счастливо улыбался во сне. Домик феи Баунти (до приземления Масдая :) []
  Не долго думая, Волк стукнул в стекло.
  - Эй, дома есть кто?
  Молчание было ему ответом.
  - Эй, хозяева! Не бойтесь! Это мы тут нечаянно!
  От второго стука стекло, глухо хрупнув, сломалось.
  - Еще лучше... - мрачно пробурчал Серый, осторожно вынимая осколки из рамы. - Теперь только стену повалить осталось - и... и...
  Пальцы стали липкими.
  Озадаченный разбойник оглядел их со всех сторон - крови, вроде, нет - и, на всякий случай, лизнул.
  Барбарис? Дюшес?
  Мятная!
  Он лизнул еще. На этот раз - стекло.
  Так и есть. Леденец. В мармеладной раме. С карамельным наличником. И стены - из пряников "Белочка" с паклей из сахарной ваты между коврижками. Траля - ляля - ляля. А я сошла с ума. Какая досада.
  Серый изо всех сил зажмурился, потряс головой, снова растопырил глаза - ничего, и даже хуже. Теперь на краю опушки показалась еще и маленькая старушка в черном.
  "Шоколадная, наверно. С апельсиновой начинкой," - истерично хохотнул про себя Волк, последним отчаянным усилием протирая рукавами очи.
  Не помогло.
  - А, вот и гости ко мне пожаловали, как с неба свалились, - улыбнулась старушка, и удивительно легко для ее возраста ступая, уверенно зашагала к путешественникам.
  - Извините, пожалуйста, - беспомощно развел руками Серый. - Мы тут на ваш торт маленько упали...
  - На мое... что?
  "Старческая тугоухость", - мгновенно поставил диагноз Волк и проорал:
  - МЫ ТУТ НА ВАШ ТОРТИК ПРИЗЕМЛИЛИСЬ НЕЧАЯННО!
  - И незачем так кричать, молодой человек, - обиженно заявила бабулька. - Во-первых, я не глухая, а во-вторых, это не мой тортик...
  - А чей?
  - ЭТО НЕ МОЙ ТОРТИК, ЭТО МОЙ ДОМ, К ВАШЕМУ СВЕДЕНИЮ!
  - Ну все равно, по-моему, ничего серьезного тут не сломано, чего нельзя было бы поправить за месяц-два ремонта, - вежливо выразил надежду отрок Сергий.
  - А что это такое там на крыше? Очень веселенькая расцветочка, конечно, но...
  - Не волнуйтесь, сейчас все исправим! - засуетился Серый и дернул ковер за свисающие почти до окошка кисти.
  Раздалось шершавое "Ой!", и ковер с грохотом и остатком трубы обрушился на землю, прикрыв собой Ивана.
  - Ой, - повторил за ковром Волк и развел руками. - Но не волнуйтесь, сейчас все исправим!..
  - Не надо! - испуганно пискнула старушка. - Не надо. Я сама. Потом. Когда вас провожу.
  - Уже уходим, - поспешил ее успокоить Серый. - Ну, Иванушка, раз-два-взяли! - и он, подхватив царевича под мышки, поволок его с клумбы, сея среди цукатных фиалок и желатиновой травы смерть и разрушение.
  - Мои цветы! - отчаянно всплеснула руками бабулька. - Мои узамбарские фиалки! Из самого Узамбара!.. А что это с вашим другом, молодой человек? Он умер?
  - Умер?! - Серый в панике заглянул Иванушке в лицо. - Да нет же... Почему вы так решили?
  - Да потому, что с больными и ранеными так не обращаются, а спящий... спящий...
  - Что - "спящий"? - впился глазами в лицо старушки Волк. - Что - "спящий"? Что вы
  хотели сказать? Вы что-то знаете?
  - Извините, что я вмешиваюсь, конечно, молодой человек, но ваш друг, случайно, не принц?
  - Ну, вроде того... Он царевич. А что?
  - Тогда все понятно. Он хотел поцеловать принцессу Оливию, не так ли?
  Мысль о том, чтобы Иван захотел кого-либо поцеловать, кроме своего коня, Волка изрядно развеселила.
  - Нет. Он не хотел ее поцеловать. Точнее, это не он хотел ее поцеловать. Он про нее только вчера вечером первый раз услышал.
  - Значит, это вы хотели? - не прекращала расспросы хозяйка.
  - Не было печали! - сплюнул Серый.
  - Молодой человек, в обществе незнакомых пожилых дам воспитанные молодые люди не должны плеваться, - осуждающе покачала головой старушка.
  - Так в чем же дело! Давайте познакомимся! - встрепенулся Волк. - Меня зовут Сергий, прозвание мое Волк, а призвание - бродяга. Но друзья называют меня просто сэр Вульф. А это - царевич Иван Лукоморский, и этим все сказано, - и он сделал что-то среднее между реверансом и книксеном в лучших традициях мюхенвальдского двора.
  Старушка то ли неодобрительно поджала губы, то ли попыталась скрыть улыбку.
  - Меня зовут мадам Баунти, друзья называют меня тетушкой, а по призванию я - фея.
  В мозгу Серого при этом слове тут же звякнул тревожный колокольчик, и разбойник подозрительно покосился на новую знакомую.
  - Это какая фея? Одна из тех, поди еще?
  - Одна из каких? - так же подозрительно прищурила левый глаз тетушка Баунти.
  - Из тех. Которые эти. Да, поди еще, та, - пояснил Волк.
  - Из тех, которые эти, какие те? - уточнила фея.
  - Не те, которые те, а те, которые эти, - любезно разъяснил Сергий.
  - Те, которые эти, не могут быть этими, особенно из тех.
  - Из тех эти как раз те.
  - Как вы могли такое подумать!
  - А что? - смутился Волк. - Когда тут такое рассказывают...
  - От кого вы вообще услышали эту историю?
  - От пострадавшего, конечно. От принца Орландо.
  - Орландо?.. Бедняжка... Я надеюсь, ему уже лучше.
  - По-моему, ему уже никак.
  - То есть как - никак? - снова недопоняла фея.
  - То есть никак никак. Последний раз я его видел, когда он пытался добраться до своей принцессы.
  - Ну, после этого я его вынесла из заколдованного леса живого, хотя и не совсем здорового - никогда бы не подумала, что он зайдет так далеко. Очень настойчивый молодой человек, этот Орландо.
  - Из леса? Как он там оказался? Они же с Иваном залезли на самый верхний балкон самой высокой башни. Что он делал в лесу-то?
  - С Иваном? Балкон? Башня? Юноша, что вы говорите - какой Иван, какой балкон - это было вчера - у меня не склероз еще - и он был один и полез в заколдованный лес, чтобы попасть в замок, а не наоборот!
  - Бабушка...
  - Тетушка, с вашего позволения, молодой человек.
  - Да, тетушка. Я помню. Ну, так вот, бабушка. Не далее, как вчера мы нашли его в лесу. В простом. И не далее, как сегодня утром они с Иваном-царевичем с ковра-самолета спустились на балкон спальни принцессы. Вернулся один Иван, который с тех пор не
  может проснуться. Орланду я больше не видел. И если вы к этому...
  - Он был внутри?! - подпрыгнула тетушка Баунти как ужаленная. - Скорее в дом!
  Быстрей! Если еще не поздно!!!
 
 
  Иванушке снилось, что пахло ванилью и корицей. Что лежал он на матрасе из бисквита с прослойкой из вишневого варенья и укрывался огромными блинами, а над головой его, под низким потолком из горчичных сухарей, висела большая груша, которую почему-то нельзя было скушать, а вокруг нее вились изюмрудные козявки. Над ним то и дело склонялась старушка из черного и белого шоколада с апельсиновой начинкой и поила и обрызгивала его чем-то, что по вкусу и запаху напоминало Ивану глубокое детство, осеннюю ярмарку и заморских гостей с их сладкими улыбками, речами и яствами, название каждого из которых - сказка странствий... При этом шоколадная бабушка приговаривала шепотом, делая певучее ударение на каждом загадочном слове: "Кориндер! Фенугрик! Турмерик! Кумин! Блепепер! Репепер! Бейлиз! Целери! Нутмег! Кловес! Онион! Гингери!.." А потом еще раз... и еще... и еще... и еще... И вот уже царевич невольно повторяет за ней: "Целери! Нутмег! Кловес! Онион! Гингери!.."
  А вот и без Серого тут не обошлось... Интересно, а он в этом сне из чего сделан? Судя по цвету лица - наверное, из халвы... Он как-то непонятно смотрит на Иванушку и сосредоточенно повторяет за смешной старушкой: Гингери...Кориндер...Фенугрек... Финугрик... Фингурик...
  Ну, вот... Всю песню сбил...
  - Фенугрик, - нетерпеливо подсказывает ему Иван. - Турмерик.
  И тут отрок Сергй окончательно испортил песню.
  - ПРОСНУЛСЯ!!! - взревел он как медведь, проглотивший вместе с медом пчелу. - ОН ПРОСНУЛСЯ!!!
  - Ну естественно, так орать - мертвый проснется, - недовольно, сонным еще голосом пробурчал царевич, все же стараясь поймать невесомую паутинку ускользающего волшебного сновидения.
  Взгляд Серого стал странным:
  - Не проснется. Иванушка []
  - Это троп такой. Фигура речи, - поспешил пояснить Иван, ругая себя, что забыл о том, что стилистические приемы для отрока Сергия - территория нетоптаная.
  - Фигура у нас тут одна, Иван-царевич. И это - ты, - Волк заботливо поправил под спиной царевича подушку, пахнущую малиновым желе. - Садись, давай, да речь сказывай - что у вас там с Орландой в этом замке случилось. Нашли вы эту... как ее... Ну, принцессу, то есть, как ее там...
  - Оливию, - подсказала тетушка Баунти.
  - Оливию... - повторил, как завороженый, Иван, и только теперь понял, что по-настоящему проснулся.
  - Оливию...
  - Да, Оливию, Оливию! Так нашли, или нет? Что там произошло-то? Где Орландо? Где принцесса? Сказывай, не тяни!
  - Нашли мы ее быстро, - озадаченно пожал плечами Иван. - Но что произошло дальше - я не понял... Принцесса Оливия лежала в большом зале на помосте, в руках ее было зажато то самое веретено, которым она укололась, то есть, мне так кажется,что это должно быть оно, а вокруг ее ложа, на коврах, спали король, королева, придворные и стража... Все так, как я себе и представлял. Увидев свою возлюбленную, Орландо обрадовался до безумия...
  "То есть, остался равнодушным," - проворчал Волк.
  - ...и, вихрем взлетев на помост, преклонил перед ней колени. Как он был счастлив в эту
  минуту!.. На вершине блаженства! Он долго шептал ей нежные слова, робко взяв принцессу за руку, а потом трепетно склонился над ней, и их уста соприкоснулись.
  "Поэт!" - грязно выругался Серый.
  - Но что произошло потом, осталось для меня загадкой, и даже сейчас тщусь я понять скудным разумом значение сцены, предо мной развернувшейся, - Иван нервно отхлебнул какао со сгущенкой из любезно подсунутой ему под руку заботливой тетушкой Баунти кружки. - Как только Орландо поцеловал принцессу Оливию, она очнулась ото сна, обняла его, но, открыв глаза и увидев его лицо, изо всей силы оттолкнула его от себя, как если бы это был прокаженный, или призрак.
  "Прокаженный призрак," - пробурчал себе под нос Волк.
  Иван проигнорировал предложенную поправку.
  - "Ты когда-нибудь оставишь меня в покое?!" - гневно воскликнула она и, схватив с покрывала своего то самое веретено, ткнула им себе в палец. Орландо рухнул, как подкошенный, на пол, среди зашевелившихся было крисанцев, и зарыдал, как ребенок. Я же почувствовал, как у меня все поплыло перед глазами, как веки мои стали тяжелеть с каждой секундой, и я почувствовал недоброе и бросился обратно в башню, к тому балкону, где ждал меня ты, Сергий, только не помню - дошел я, или нет... И вот я здесь... Если, конечно, все еще не сплю, и это все мне не снится- отщипнул он кусочек матраса, положил в рот и стал задумчиво жевать, запивая какао.
  - А вот этого я предвидеть не могла, - вздохнула тетушка Баунти.
  - ??????!!!!!!! - в один голос воскликнули друзья. - !!!!!!!!??????
  - Да, молодые люди. Именно ваше вмешательство с наиблагимейшими намерениями - я не сомневаюсь в этом ни секунды - все испортило, и теперь Орландо обречен. Если бы вы не помогли ему пробраться в заколдованный замок, тяготеющее на нем проклятие рассеялось бы вскоре, и он мог бы стать прекрасным монархом, жениться со всеми вытекающими отсюда последствиями и жить долго и счастливо, не вспоминая об Оливии никогда. Теперь же...
  - Проклятие? На нем? А разве злая ведьма прокляла не принцессу Оливию? - перестал жевать Иванушка.
  - Злая ведьма?.. Принцессу?.. Молодые люди, вы хоть знаете, ЧТО случилось семнадцать лет назад во время того злополучного празника? Я имею ввиду, на самом деле. Хотя, откуда же... Вы же узнали эту историю от бедняги Орландо...
  Серый, полный вдруг дурных предчувствий, искоса скользнул взглядом по лицу царевича и тяжело вздохнул. Кажется, худшие из его предположений собирались оправдаться. Но попробовать стоило.
  Улыбаясь изо всех сил, как камикадзе в последнем пике, он поднялся, поклонился фее и одернул свой мюхенвальдский камзол.
  - Ну, спасибо за помощь, бабушка, но, кажется, мы у вас засиделись. Пора, как говорится, и честь знать. Спасибо, значит, этому...
  - Сергий, подожди, - в голосе Иванушки звучала непоколебимая решимость. - Тетушка Баунти, что же все-таки случилось тогда в замке семнадцать лет назад? И неужели мы совсем ничем не можем помочь Орландо и Оливии? Вы же фея! Не может быть, чтобы все было потеряно! Сергий, посиди еще немножко, пожалуйста. Не так уж мы и спешим.
  Страшное случилось. Камикадзе врезался в землю, не успев сказать последнего "банзай". Конечно, можно было спорить. Можно было возразить, что все уже давно, еще до него, было потеряно, что он, отрок Сергий, уже достаточно насиделся, и что мы спешим именно ТАК, но зачем?.. Этот ненормальный царевич уже вбил себе в голову, что здесь и сейчас родилась та самая ситуация, которая нуждается именно в его неотложной помощи, и переубедить его, скорее всего, не смог бы даже королевич Елисей, явись он специально сюда с этой целью каким-нибудь магическим образом. И вот уже в который раз Серый убеждался, что его друг - абсолютно невозможный человек. И если бы он не был его другом, он бы его когда-нибудь убил, наверное. Может, даже сейчас. И что только он рядом с этим авантюристом все еще делает?..
  - ...как я уже упомянула, погода в тот вечер была по-настоящему ненастная - дождь лил, как из ведра, ветер ломал ветки деревьев, а гром гремел ну буквально не переставая. Так что с незнакомки вода стекала не то, что ручьями - водопадами. Но добрые король и королева приказали выдать ей новое платье, она обсохла и согрелась у камина и подкрепилась, перестала дрожать, и как раз, тогда, когда крестные матери стали преподносить новорожденной дары, выяснилось, что она все-таки не немая. Когда оставалось сказать свое пожелание только мне, она подошла к колыбельке и промолвила, и зловещий грозовой раскат подчеркнул ее слова:
  - Когда тебе исполнится шестнадцать лет, в тебя влюбится самый прекрасный принц в округе!
  Увы, только тогда мы обратили на нее внимание по-настоящему. Ей самой было едва ли больше этих шестнадцати лет - и она была феей. Да-да, молодые люди, феи тоже бывают молодыми, и даже маленькими, и не надо на меня так смотреть, хотя, честно-то говоря, в свои шестьсот сорок я уж сама стала об этом забывать, - и тетушка Баунти смущенно хихикнула.
  - А вам больше трехсот пятидесяти не дашь, - подоспел с комплиментом Волк.
  - Но пока я не вижу ничего плохого, и даже эта пришелица оказалась совсем не злой колдуньей, как говорил Орландо, а такой же доброй феей, как и вы, - в недоумении взглянул на волшебницу царевич. - Как же случилось, что все закончилось вот так - столетним сном и колючками?
  Фея откинулась на спинку вафельного кресла и улыбнулась - снисходительно и грустно:
  - Ах, молодость, молодость... Когда она вообще видит что-нибудь плохое?.. Ну, а если я скажу, что приблизительно за год до шестнадцатилетия Оливии Орландо - ему тогда было семнадцать лет - уже начал чувствовать действие заклинания? И что отказался жениться на девушке, которая считалась до этого его невестой, и в которую он был влюблен самым немагическим манером? И что бедняжка - единственная наследница престола Зиккуры - ушла после этого в монастырь? И что влюбленный в Оливию Орландо убил на дуэли другого принца, которого Оливия полюбила в пятнадцать лет, и который предложил ей руку и сердце за три дня до ее шестнадцатого дня рождения?
  Иван стыдливо потупился.
  - Я же не знал, что все так обернулось... Я думал, что любовь презирает все преграды и препятствия... Что возвышеннее и чище чувства не может быть...
  - Амалия, бедная девочка, юная фея, тоже так думала. И я с вами с обоими согласна. Настоящая любовь - да. Но не наведенная колдовством. Колдовство и любовь - две вещи несовместные. И этот печальный пример - лишний раз тому подтверждение, - безнадежно развела руками старая фея.
  - Ну а где же во всем в этом колючки и всеобщая спячка? - прервал реминисценции тетушки Баунти Волк, заинтригованный рассказом помимо воли.
  - Но ведь оставалось еще одно, последнее пожелание - мое, - продолжила волшебница, слегка нахмурившись от подобной бесцеремонности. - Я предвидела, что возможно, случится что-либо подобное, и, поскольку чужое пожелание я ни отменить, ни исправить не могла, я предложила этот выход. Десятка за два лет, которые бы прошли со дня маленького магического происшествия с веретеном, в то время, как Оливия бы спала, действие заклинания на бедного Орландо, смягченное волшебным лесом, ослабло бы настолько, что он смог бы успокоиться и завести нормальную королевскую семью - он ведь тоже единственный наследник короны - и проявлялось бы, скорее всего, только иногда в тревожных снах. А через сто лет, к тому времени, когда его жизненный путь уже прервался бы, появился бы новый принц, который и смог бы пройти через лес в замок и разбудить Оливию поцелуем - это просто ключ к заклинанию, - и, перехватив непонимающий взгляд отрока Сергия, старушка поспешно добавила: - Нет-нет. Любовь тут не предусмотрена.
  Любые чувства между ними были бы сугубо на их совести, -nbsp; и лукаво улыбнулась.
  - Но тут пришли мы и все испортили, - угрюмо подытожил царевич.
  - Увы, - улетучилась улыбка. - Теперь, даже если вынести Орландо из замка, он не проснется, пока не разбудят Оливию.
  - И - "опять - двадцать пять", - подытожил Серый.
  - Если не учитывать того, что два престола уже сейчас остались без наследников, - уточнила фея. - А это - смена династий, гражданская война, голод, мор... Ну, вы же образованные мальчики, должны знать...
  - Что мы наделали... - схватился за голову царевич. - Что мы натворили...
  Серый пару секунд раздумывал о том, не стоит ли напомнить Иванушке о том, что это, вообще-то ОН наделал и ОН натворил, но пожалел его, и не стал.
  - Если бы мы только могли догадываться... - продолжал убиваться Иван. - Это только я виноват. И ничего нельзя теперь поделать... Или можно?
  Он кинулся на колени перед старой феей, схватил ее пухлую морщинистую ручку и умоляюще заглянул ей в глаза.
  - Или можно? Тетушка Баунти, молю вас, откройте нам всю правду. Есть ли на свете средство, что могло бы все исправить? Чтобы помочь если не Оливии, то Орландо? Я по глазам вашим вижу - есть. Вы только скажите нам - мы из-под земли его достанем, весь свет обойдем, мы жизни не пожалеем...
  - Ну, что ж... Если вы настаиваете... Только нелегкое это дело... И даже если завершится все у вас успешно, но вернетесь вы позднее, чем через три месяца, от сегодняшнего дня считая...
 
 
  Часть текста удалена по договору с издательством.
 
 
Купить электронную книгу можно тут:
Литрес
Озон
Узнать новости, любопытные подробности создания Белого Света, посмотреть весь фан-арт, найти аудио-книги и просто пообщаться можно в официальной группе Белого Света :
во вконтакте
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Болдырева "Крадуш. Чужие души" М.Николаев "Вторжение на Землю"

Как попасть в этoт список

Кожевенное мастерство | Сайт "Художники" | Доска об'явлений "Книги"