Единственное, чего хотела Клеа на протяжении последних трех суток - это уснуть, но высшие силы, очевидно, были против. Представителем высших сил выступал Чива, жизнерадостно бубнивший что-то про новые ножны и полировку.
К середине третьего часа Клеа настоятельно попросила его заткнуться, для большей убедительности сопроводив просьбу угрозой перековки болтливого меча на молчаливые бусики, но клинок не проникся. И вот в тот кульминационный момент, завершавший обычно препирательства вампирши и ее оружия, а именно - швыряние меча в стену по самую рукоять (в гневе и состоянии критической невыспанности Клеа была способна и не такое), в дверь позвонили.
- Убью, - пообещала наемница, размышляя, каким способом расправиться с непрошеным гостем.
- Для начала открой дверь, - посоветовал Чива. - нет, то есть я, конечно, понимаю, что ты можешь застрелить его и через глазок, но лучше будет привязать к стулу и долго измываться. К тому же, вдруг это просто соседка за солью пришла?
Стараясь не обращать внимания на словесные излияния меча, вампирша подошла к двери и резко распахнула ее, уже практически видя в измученном бессонницей воображении растерзанный труп звонившего.
Но...
На пороге стоял пожилой мужчина, почти старик, похожий на седого льва; все в нем - от осанки до выражения лица, а особенно глаз - говорило о железном характере, умении подчинять и управлять, но жестоким он не казался.
- Клеа? - голос незнакомца неожиданно чуть дрогнул. - Меня зовут Майкл Карре.
Это имя было знакомо наемнице: неделю назад ее предупредили, что этот человек ищет ее.
- Проходите. - Клеа посторонилась, давая гостю войти, и захлопнула дверь.
Мужчина прошел в комнату и, чуть помедлив, произнес:
- У меня есть заказ для вас. Я заплачу, сколько потребуется.
"Многообещающе" - подумала вампирша.
- Что за заказ?
- Убейте этого человека, - мистер Карре протянул Клеа папку с бумагами, к обложке которой была прикреплена фотография.
- Почему? Если вы не назовете причины, я не возьмусь за это - мой профессиональный пунктик.
Старик поник головой, властный голос показался надтреснутым:
- Он... он изнасиловал и убил мою дочь.
Клеа промолчала, разглядывая фотографию.
"Нехорошо... таких маньяков нужно убивать хотя бы из женской солидарности. А тут еще и за деньги..." - думалось ей.
- Выясните, зачем он убил мою Элизу, - я увеличу вознаграждение вдвое, - продолжал м-р. Карре, - Если за ним кто-то стоит, сообщите мне.
Голос человека вдруг задрожал, и хотя он удивительно быстро совладал с собой, Клеа успела заметить блеснувшую слезу...
- К завтрашнему вечеру его голова будет у вас, мистер Карре.
*********
Попасть в квартиру "заказанного" паренька не составило труда - третий этаж, окно нараспашку: прыжок, ухватиться за выступ в стене, еще прыжок, проскользнуть в широкую форточку.
Кисса в комнате не было; Клеа опустилась в глубокое кресло, так, чтобы видеть дверь, и стала ждать.
На смену сонливости пришло раздражение и желание поскорее покончить с этим ублюдком, забрать свои деньги и уехать куда-нибудь в деревню на отпуск, или, на худой конец, пойти на кладбище, найти склепик поуютнее да уснуть лет эдак на двести.
- Он идет, - шепнул вдруг Чива.
Скрипнула дверь, в комнату вошел человек, и Клеа не раздумывая пригвоздила его мечом к стене.
Крик заметался по тесному помещению, перешел в вой и затих.
Щелкнув выключателем, наемница зажгла свет и подошла ближе к жертве - худощавому русоволосому юноше в черном бизнес-костюме. Клинок вошел в плечо, и пиджак потемнел от крови. Здоровой рукой Кисс пытался вытащить меч, хватаясь за лезвие и раня ладонь, но это ему не удавалось. Он тихонько скулил от боли, по щекам текли слезы, а во взгляде, устремленном на вампиршу, читался безумный страх смерти.
Клеа приставила лезвие говорящего меча к его шее и спросила:
- Зачем ты убил Элизу Карре?
- Если отвечу, ты оставишь мне жизнь? - всхлипнул Кисс, поморщившись от боли в плече.
- Нет. - бесстрастно ответила наемница.
Словно борясь с чем-то внутри себя, Кисс выдавил:
- Не убивай! Пощади! Я хочу жить! Я убил Элизу, чтобы змея проклятья не убила меня, я готов на все, чтобы не умереть!
После этих слов человека Клеа с трудом удержалась, чтобы не сплюнуть от отвращения.
- Как же низко ты опустился... Тряпка... Настоящий мужчина на твоем месте бросился бы на меч! Ты заслуживаешь смерти как никто другой.
- Нет! Поставь себя на мое место! Что бы ты сделала?! - в отчаянье воскликнул Кисс, полными безысходности глазами пожирая своего убийцу. - Ты должна меня понять! Ты Клеа, Защитница Проклятых, вампир наполовину! Ведь и ты должна отнимать жизни и пить кровь, чтобы не погибнуть!
"Как же вы все мне надоели..." - устало подумала Клеа, давно решившая для себя эту дилемму.
- Послушай, мальчишка, - проговорила она, сильнее прижимая клинок к горлу Кисса. - Мне дали на тебя заказ. Ты изнасиловал и убил дочь одного из живых. Меня не волнует уже, почему ты это сделал, я собираюсь поскорее разобраться с тобой и наконец выспаться. Но напоследок хочу тебе сказать, как вампир со стажем, что я думаю по поводу всего этого. Нельзя не уважать себя настолько, чтобы становиться трусом. Нельзя лишать жизни беззащитных, стариков, детей и женщин, тем более таким способом. Убивай в сражении: если охота - отправляйся на войну, там наглядишься на кровь и смерть. Не хочется? Проще обольстить наивную девушку? Извини. Это грязно. Так что прощай, паренек.
Наемница отвела меч для замаха и вдруг...
Неуловимым движением Кисс схватил ее свободной рукой за запястье, и время для вампирши словно замерло.... Все вокруг поплыло, звуки медленно умолкли, краски погасли, стало спокойно и хорошо, как будто во сне, о котором так мечтала Клеа последние сутки...
"Черт, а ведь я умираю..." - промелькнула отрешенная мысль.
Сквозь дурман девушке почудилось, что ее лица коснулось нечто, покрытое чешуей, холодное и мерзкое, похожее на голову змеи.
Внезапно резко, вызывая слезы, резанула по глазам знакомая рубиново-красная вспышка.
"Чива!"
И мир разом обрел прежние краски, меч, который Клеа так и не выпустила из руки, завершил прерванную дугу и словно дым перерубил шею человека, все еще державшего Клеа за запястье.
Вытащив клинок из плеча безголового трупа, вампирша вздрогнула: вокруг шеи паренька вилась татуировка в виде змеи, но голова и часть туловища нарисованной твари была живой...
- Дрянь какая... - брезгливо проговорила Клеа, вытирая лезвие о край скатерти, свисавший со стола. Потом, подобрав отрубленную голову, она положила ее в мешок из плотной ткани и затянула тесемки.
- Что скажешь? - спросил Чива, тускло сверкнув рубином.
Клеа медлила с ответом.
- Лучше умереть, чем жить таким ничтожеством. Жаль только, он не успел этого понять...
N2
Зима - это красиво... Снежинки, каждая - словно изысканное украшение, сработанное искусным ювелиром, пушистые белые сугробы как шапки на головах уснувших под землей великанов....
Но, черт подери, как же зимой холодно! Особенно на третьи сутки пути! И ни одной теплокровной твари в радиусе сотни километров! Клеа загрызла бы белого медведя, если бы он показался на горизонте.
- Может теперь ты, наконец, поймешь, как неуютно быть наемницей? - подзуживал Чива. - В твои-то годы! Остепенись, пора уж!
- Заткнись. Мне скучно остепеняться, как будто не знаешь, - бросила Клеа, стряхивая с плеч снег. - И не смей говорить про возраст - мне лет-то всего...
- За четыре тысячи! - закончил меч, - что, по-твоему, должен делать такой древний вампир? Он должен сидеть в теплом гробу, потягивать коктейли на крови через соломинку, воспринимать окружающих людишек и нелюдишек как стадо безмозглой скотины, одним взглядом создавать из них армии зомби и завоевывать мир. А ты? Ты перебиваешься непостоянным заработком, вникаешь в проблемы заказчиков, хуже того - в проблемы жертв! Ты плюешь на Сообщество Древних, жалеешь и не убиваешь детишек, стариков и женщин! Ну куда это годится?!
Конечно, Чива говорил не в серьез - ведь он знал Клеа и понимал, почему она не ведет себя соответственно возрасту - ей это и вправду скучно, так она перестает чувствовать себя живой.
- Смотри! Вон он - айсберг! - воскликнул он минутой позже.
Наемница вгляделась - да, так и есть; она уже вышла к берегу моря и в сотне метров увидела застрявшую во льдах белоснежную громаду.
- Задание помнишь? - спросил клинок. Клеа кивнула, мысленно проговаривая наказ лорда N: в таком-то месте у берега Антарктиды на айсберг должен телепортироваться человек; у него будет перстень, который нужно забрать и передать заказчику. Поскольку у лорда не было возможности подрядить единственного в городе мага, способного создать портал, он счел за лучшее заплатить втрое больше вампиру-полуоборотню, чтобы она добралась до места своим ходом.
... в несколько прыжков взобравшись по отвесной ледяной стене, оборотень свечкой взвился над айсбергом. Казалось, встречный ветер затупленным лезвием старого ножа клочьями сдирает со зверя шкуру, а затем, будто под руками искусного скульптора, огромное мощное тело вервольфа преобразилось в изящный силуэт девушки, и миг спустя Защитница Проклятых стояла на вершине ледяной горы.
- Опаздывает, - после минутного молчания изрек Чива. - Не забудь упомянуть об этом, когда будешь получать жалование.
- Боюсь, что упоминать ни о чем не придется, - проговорила Клеа: в нескольких метрах от нее воздух сгустился, замерцал и ослепительно вспыхнул - портал открылся.
Из светящегося пятна вышла девушка, похожая на лисицу, а следом за ней что-то вроде белой мыши-переростка; глаза создания были затянуты розоватыми бельмами.
- Ба! Антропоморфы! - удивился Чива. - Я такую зверушку последний раз лет двести назад видел. Что скажешь, Клеа?
- Мыш - сноходец.
- Верно-верно, - еще больше раззадорился клинок - даже рубин засветился ярче. Казалось, меч был посетителем в зоопарке или зрителем в цирке, и все происходящее для него не больше, чем увлекательное представление: вот на арене фокусник, вот дрессировщик, а вот и клоуны.
Заметив, наконец, Клеа, лисица попятилась и судорожно схватилась за рукоять кукри, висевшего на поясе; ее спутник не двинулся с места.
- Перейдем к делу. - Наемница шагнула вперед и протянула руку ладонью вверх. - Кольцо.
- Никогда!
Девушка-антро шарахнулась в сторону и выхватила нож.
Вампирша не стала обнажать меч - она легко уклонялась от выпадов лисицы, и как та ни старалась - кидалась в сторону, отскакивала, набрасывалась, делала обманные выпады - Клеа даже не изменилась в лице.
- Какой скучный бой... - будто сдерживая зевок, произнесла она. - Пора заканчивать.
Широким росчерком клинка Защитница Проклятых выбила из руки противницы нож, но внезапно второй кукри словно сам лег в ладонь хозяйки и та, поднырнув под меч наемницы, вспорола ей горло.
Удивление застыло в глазах Клеа, когда она, так и не выпустив рукоять меча, упала на снег; вокруг ее головы подобно жуткому нимбу цветком багровой астры разливалась кровь...
- Вот и закончили, - уперевшись ладонями в колени и тяжело дыша, выговорила лисица и тут же набросилась на мыша: - Почему ты мне не помог?!
- Потому что это конец...
- Что?! Какой конец, что ты несешь? Я убила ее!
****
- А ведь ловкая чертовка, согласись! - оживленно выпалил Чива, пружинисто прохаживаясь по сознанию Клеа в образе долговязого юноши с растрепанными волосами рубинового цвета. - Давай-давай, приходи в себя, - он похлопал вампиршу по щеке (понятное же дело - Клеа в своем сознании тоже была.)
- Отстань, - буркнула та, отпихивая теплую ладонь. - При жизни от тебя один шум и суета, так дай хоть умереть спокойно.
- Не-а, не выйдет. Глянь - у тебя и шея уже почти зажила, так что быстренько вставай.
- Уйди, ради всего святого, - устало отмахнулась Клеа, переворачиваясь со спины на бок и потягиваясь.
-Эй, ты чего - спать собралась?! Сейчас же поднимайся, там снаружи бой идет, к твоему сведению!
- Да уймись ты. Пусть зверушки проваливают на все четыре стороны, плевать я хотела на этот перстень и лорда N вместе с ним. Между прочим, если я сейчас очнусь, у меня потом неделю шея чесаться будет, а здесь так хорошо и уютно...
- Черт, Клеа, ну почему мне всегда так сложно вытягивать тебя с того света? Каждый раз, как ты умираешь, начинается: хочу спать, дайте тишины, заткнись, Чива, бла-бла-бла! - передразнил ее меч (или все же человек?) и скорчил рожу.
После небольшой паузы он заговорческим голосом позвал:
- Клеа...
- Чего тебе, болтливая зараза?
- Если очнешься, обещаю целую неделю молчать как рыба.
Вампирша вскочила и с горящими глазами вцепилась Чиве в воротник.
- Поклянись!
- Клянусь. Железно.
****
- Я же убила ее, ты что, не видишь? - повторяла лиса, потрясая окровавленным кукри у морды мыша, но ни ее жест, ни слова не производили на того впечатления - он словно и вправду не видел.
Вдруг позади послышался легкий стон, девушка-антро обернулась и замерла, в немом недоумении глядя, как убитая ею вампирша взмывает над снегом, не сгибаясь ни в одном суставе, так же прямо, как и упала. Через мгновение она открыла глаза, провела ладонью по горлу и досадливо поморщилась:
- Мало мне шрамов было...
- Да брось, Клеа, он же исчезнет не сегодня - завтра, - ободряюще вставил меч.
- Умолкни.
- Не может этого быть... не может быть! Я перерезала тебе горло, вампир! - не веря своим глазам, воскликнула лисица.
- Ей больше четырех тысяч лет, - севшим голосом проговорил сноходец и медленно опустился на снег, - она уже не просто вампир...
- Поигрались и будет. - Защитница Проклятых повела шеей, с хрустом вправляя выбитый позвонок, обнажила меч и пошла на антро, ускоряя шаг.
- Силы природы, я взываю к вам!
Лиса воздела руки к небу, сверкнул изумруд перстня и тотчас, повинуясь, завыл ветер, разбивая ледяные оковы вздыбились волны, в наемницу полетели острые обломки льда, колкие снежинки, спрессованные комья из замерзшей воды и снега, бил по лицу град, морская вода окатывала с головы до ног, но Клеа не замечала ничего - она приближалась к жертве, не видя преград.
Неотвратимо, как сама смерть.
- Прощай, антро.
Меч описал сверкающую дугу и с хрустом впился в податливую плоть... сноходца.
- Неееет!
От вопля девушки-лисы заложило уши, и вторя ей, заскулил, засвистел ветер, обрушились на айсберг гигантские волны, метель заслонила само солнце.
- Хватит! - прокричала Клеа и наотмашь ударила лисицу рукоятью меча в висок.
Антро осела на снег, и взбесившаяся стихия разом утихла.
- Сноходцу не повезло, - с сожалением произнес Чива, когда его хозяйка прошла мимо мыша и склонилась над девушкой. - Он положил жизнь, чтобы защитить ее. Как благородно... и бесполезно.
- Чива.
- Да?
- Посмотри, - вампирша кивком указала на ту часть айсберга, откуда смело снег. - Мы ошиблись.
На краю льдины лежало закоченевшее тело молодого мужчины, тонкие посиневшие пальцы сжимали ободок кольца.
- Он телепортировался дня на три раньше срока, а лиса и мыш просто попали под остаточную магию портала. Черт... мне жаль.
- Девушка еще жива, мы можем забрать ее и отнести в город.
Наемница вздохнула.
- Она не простит смерть сноходца.
- Он знал, чем кончится битва, - ответил ей меч, - и был обречен с самого начала. Но... Клеа, я бы не смог бросить здесь девчонку...
- Так ведь и я не смогу.
N3
Примечание. Проба пера на основе "Мира Тьмы" ("Маскарад") - Нет, Клеа, и не уговаривай! Еще одной встречи с этой... с этой... - Чива не находил слов, что было совсем уж редким делом, - с этой психованной Малкавианкой я не выдержу! Я расплавлюсь! А ее меч? Да этот клинок меня прямо живьем ест, грызет! Давит! Клеа, Клеа, послушай меня, я стар и опытен... - А еще болтлив и труслив, - одернула его вампирша. - Умолкни. Мы почти пришли, и я не хочу, чтобы ты своими воплями нас выдал. Наемница шла по пустынным улочкам провинциального городка, и в данный момент ее не волновало почти ничего; своего противника она знала - Иллия, чокнутое дитя Малка, нашкодившее так, что за ее голову назначили поистине астрономическую награду. Задаток Клеа уже получила, а в довесок к нему - "хвост", который не меньше часа таскался за ней по всему городу (конечно, молодчик был уверен, что его не заметили). Вдруг... - Берегись! - крикнул меч, но вампирша не нуждалась в его предупреждении - она и сама успела заметить короткий метательный нож, пущенный из темноты, и отскочила в сторону. - Выйди из тени! Я все равно вижу тебя, Малкавиан. - произнесла наемница.
Но Иллия не спешила показывать себя и попыталась атаковать еще раз - дисциплина Помешательство, способность, использовать которую потомки Малка не так давно обрели снова, не возымела никакого результата. - Ну ты хоть притворись, - прошептал Чива, которому явно хотелось зрелища. - И не подумаю. Иллия, ты ведь знаешь, что твои техники против меня бессильны. Выходи и сразись, если не хочешь умереть по-собачьи! Ответом был хохот, дикий, безумный хохот сумасшедшего, эхом заметавшийся между домами. - Собачья смерть - удел Гангрел! Удары катаны посыпались на Защитницу Проклятых из темноты, словно картечь - со стороны казалось, что вампиршу накрыл сверкающий купол. - Мяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяяясо!!!!!!! - восторженно взвизгнула Иллия, приземляясь в кровавую кашу, оставшуюся на том месте, где всего секунду назад стояла Клеа. - Юппии!!!! - восторгу сумасшедшей не было предела: она подпрыгивала, приплясывала, взметала брызги, крутилась на месте и упивалась победой... Удар мечом привел ее в чувство, хотя должен был убить - Малкавиан чудом удалось увернуться. - Как?! А... - она ошалело переводила взгляд с месива из мяса и костей, растекшегося по тротуару, на живую и невредимую наемницу. - Неужели... Фантасмагория?! Но ведь Равнос никому и никогда.... Как тебе удалось?
- Не забывай, кто перед тобой, - высокомерно (даже слишком) изрек Чива, - она Клеа - Защитница Проклятых, сильнейшая и древнейшая из клана Гангрел. Можешь гордиться - ты примешь смерть от ее меча! А ее меч, в свою очередь, это я, который... - Заткнись. - Осадила его вампирша. - Иллия из клана Малкавиан, я даю тебе выбор: сражайся и умри, или сдайся, и тогда твою судьбу решит тот, кто дал мне заказ на тебя. - Фу-фу-фу, как пафосно, - скривилась та, - отдает душком и Тореадор. Нас сейчас стошнит, бееее, - Иллия изобразила гримасу, которая должна была выказывать отвращение. "Совсем спятила, бедняжка. Прикончим ее по-быстрому, проявим сострадание, а?" - умоляюще попросил Чива, проникая в сознание хозяйки. "Да я бы рада, но..." - Давай уговоримся, Гангрел: ты выпустишь своего зверя, мы - своего. А там уж как карта ляжет. Что скажешь? - девушка по-птичьи склонила голову набок и выжидающе посмотрела на Клеа. - Я не собираюсь выслушивать твой бред. Умри. Реакция Иллии поражала: она без особых усилий уклонилась от меча наемницы, и молниеносно ударила своим снизу вверх; клинки сошлись с зубовным скрежетом и выбили искры; катана Тал'Маэ'Ра была легка и маневренна, но Чива - тяжелый полуторный меч, при столкновении увеличивал давление на оружие противника, да и Клеа обладала куда большей силой, чем молодая Малкавиан, и миг спустя она отшвырнула клинок Иллии в сторону, и лезвие Чивы обагрилось кровью..... Тишина давила на уши ровно полминуты (говорящий меч был точен, как часы): - Все, девочки, расслабьтесь - за нами больше не следят. Иллюзия растаяла, и обе вампирши опустились на землю. - Это уже пятый заказ на твою безмозглую голову, малолетней детеныш Малка. - Мы тоже рады тебя видеть, старая перечница...
N4
Примечание. Дом -любой не-живой, если у него есть деньги, может нанять себе охрану из воинов Дома, или заказать убийство, да хоть сватов подрядить, в общем. Также Дом - это пристанище для тех, кому нет места в мире людей. В тексте используются строчки из песни "На север" Мельницы. Раскаленная баня, не бой даже - резня, страшнее которой Клеа не знала...
Небо на восходе, казалось, умылось багряным дождем, а песок под ногами пропитался кровью и превратился в грязь.
Здесь, в самом сердце пустыни, сошлись в битве Охотники и воины Дома, чтобы решить в последней схватке, кому нет больше места в этом мире.
Четыре дня тому, на закате грянул бешеный, яростный гимн, и Клеа навсегда запомнила его слова:
В наших зрачках
Острые грани вечного льда,
А на клыках
Свежей кровью пахнет вода.
Видишь мерцание
Лезвий средь стонов разодранной ночи?
Слово прощания -
Жизнь уже стала мгновеньем короче.
- Если переживу эту битву, клянусь - присягну на верность Дому! - выдохнула Защитница, рывком вспарывая горло юноше в измазанном грязью серебристом доспехе с эмблемой Охотника.
- Переживешь! И не думай умирать! - крикнул Чива; сталь его клинка не видела ничего, кроме плоти, костей и крови уже пятый день.
В этой сече не было места изящным, словно танцевальные па, движениям, красивым росчеркам меча и долгим одиночным поединкам.
Были только кровь, смерть и грязь. Настоящая война - не постановочный бой с вычурными фразами в диалогах с врагом.
Ни капли романтики средневековых романов.
Жизнь и смерть, и выбирать будешь не ты.
Вдруг где-то вдали, перекрывая шум битвы, протяжно запели рога - сигнал к отступлению.
...Клеа, наконец, удалось различить среди толпы нежити широкую спину Верховного Демона Дома.
- Верховный!
- Защитница Проклятых, - черноволосый демон с обломанным рогом слегка поклонился. - Ты оказала воинам Дома неоценимую услугу, согласившись биться за нас...
- Почему мы отступили? - вампирше сейчас было не до выражений признательности.
- Потери слишком велики, сражаться больше некому - вчера днем маги Охотников перебросили к нам в тыл нескольких людей, и те успели перебить спящих вампиров; почти все оборотни полегли еще в первой атаке, гоблины и орки не вынесли жары, троллей остался всего десяток, и те... - демон махнул рукой. - У нас сейчас только один выход.
- Поединщики?
- Да. Клеа, я не смею просить...
- И не нужно. Я выступлю поединщиком от Дома, - наемница опустилась на землю, - но мне нужен хотя бы час отдыха, фляжка воды и ветошь, чтобы вытереть мечи.
- Все это будет. Тебя проводят к лекарям, чтобы осмотреть и залечить раны, а потом ты отдохнешь - Охотники выставят своего человека не раньше полудня.
- Мне не нужен лекарь, со своими ранами я справлюсь сама. Верховный...
- Да?
- Я уже пятые сутки чувствую, что не могу перевоплотиться, - проговорила вампирша. - Если до полудня сила не вернется, мои шансы на победу совсем невелики.
Демон поднес руку к подбородку и задумался.
- Скорее всего, маги где-то в тылу людей сдерживают твоего зверя, потому что считают самым опасным противником тебя, а не мое войско. Ходящий сквозь тень должен справиться...
Глубокий, словно бездна, сон без видений. Просто темнота, в которую проваливаешься как в омут, но обжигающий холод этого омута лечит раны и придает сил.
- Клеа, проснись, пора. Полдень, - произнес голос, и наемница открыла глаза.
- Что с магами?
Посланник главы Дома - антро-пес с коричневыми подпалинами на серой шерсти - покачал головой:
- Мне это не известно.
Клеа рывком поднялась на ноги, смахнула с корсета клочок соломы, на которой спала, и пошла вслед за антро.
- Кого выставили Охотники?
- Антро-рысь. - с плохо скрываемой злостью, не оборачиваясь, ответил воин.
Вампирша знала, что многие из нелюдей служат людям, но для ее спутника это, похоже, было новостью.
- Он способен использовать четыре стихии и комбинировать их, владеет светлой и темной магией, еще магией призыва и перевоплощения.
В каждом слове антро кипела ярость на предателя, и Клеа знала: будь такая возможность, пес, не задумываясь, перегрыз бы ему горло.
- Клеа! - он вдруг резко обернулся и схватил вампиршу за плечи. - Ты обязана победить!
- У меня нет выбора.
Полдень. Охотники не случайно выбрали это время - солнце жарило вовсю, раскаленный песок скрипел под ногами, горячий ветер выжигал глаза и забивал легкие пылью - вампиру, даже полукровке, было тяжело просто стоять, не то что сражаться.
Ее соперник был облачен в костюм, поддерживающий постоянную температуру тела - Клеа видела такие во многих лавках, где из-под полы торговали оружием и доспехами. В правой руке антро сжимал рукоять легкого изумрудного меча, в левой - сапфировый кинжал.
"Детские игрушки. Я справлюсь", - спокойно сказал Чива.
- Я все еще не могу использовать силу стального оборотня, - негромко проговорила наемница, выходя на середину широкой полосы песка между двумя армиями.
Ее противник церемонно поклонился.
- Мое имя Осирис. Сразиться с тобой, Клеа, Защитница Проклятых - большая честь для меня.
"Скорее покончить с этим".
Вампирша прыгнула, коротко замахнувшись мечем, но рысь уклонился и швырнул ей навстречу огненный шар; Клеа едва успела отбросить его клинком, как Осирис сбил ее с ног потоком воздуха и накрыл ледяным куполом. Он уже готов был отвернуться от поверженной соперницы, сетуя на короткий бой, но... стремительно, словно луч лунного света, блеснул у самого его носа клинок, на затылок обрушился удар невероятной силы, и только провидение спасло антро от встречи со сталью зачарованного меча.
"Ближний бой! В ближнем бою ему нас не одолеть!" - прокричал Чива, сверкнув рубином.
Осирис еще не успел полностью прийти в себя, и Клеа разом выбила у него из рук оба клинка - и меч, и кинжал, но рысь молниеносно отскочил в сторону, набрал горсть песка и швырнул его в глаза вампирше.
У самой земли он подхватил выпущенный ею меч и махом всадил его в живот наемнице.
- Наконец... - сплюнув кровь, неожиданно усмехнулась вампирша, и от этой усмешки антро пробрала дрожь...
Из рубина в оголовье меча вырвались багряные молнии и оплели тело девушки, скрывая от тысяч пар глаз перевоплощение.
Никогда еще метаморфоза не проходила так стремительно и так мучительно больно: плавились кости, обретая новую форму, лопалась кожа, выпуская наружу зверя, а затем расплавленный металл клинка проник в вены, смешиваясь с кипящей кровью и сжигая плоть, чтобы заменить ее сталью.
Считанные секунды спустя искрящий кокон распался, и существо, ужасней и сильнее которого не видели еще ни люди, ни воины Дома, одним ударом тяжелой лапы размозжило голову полу-рыси.
- Ваш поединщик пал! - прогремело над выжженной солнцем землей, и многоголосый рев за спиной оборотня торжествующе прокатился по пустыне....