- Фффух! -
Назойливая саксонская муха уже четыре часа сидела на носу Уоллеса. Он безуспешно пытался сдуть её, спугнуть суровым горским взглядом, поразить отборными шотландскими матерными песнями, - всё безуспешно. Прибить муху рукой Уоллес даже и не пытался. Слишком противно было ему - вождю гордых горцев прикасаться к проклятой саксонской заразе. Он уже подумывал отрезать кончик носа верной клейморой, когда подошёл Мюррей.
- А-ха-ха! - закричал он ещё с пятиста саженей могучим горским голосом.- Ну что, Уоллес!? Зададим мы сегодня жару проклятым саксонским козявкам!?
- А то! - воскликнул в ответ Уоллес. Но тут же понял, что Мюррей обращался к другому Уоллесу - его троюродному брату. Тот стоял ещё дальше к мосту и натирал до блеска родовой клеймор саксонским скальпом.
-А-а-а-а. Что я вижу! Никак мерзкая саксонская муха?! - Мюррей заметил муху, а потом обратил внимание и на нашего Уоллеса, волею судеб уже четыре часа носившего её на носу.
- И ты тут, другой Уоллес! Ты поймал носом мерзкую саксонскую тварь! Вот что значит истинный горец!
Уоллес согласно кивнул и около получаса рассказывал доверчивому Мюррею, как он выслеживал и ловил поганую саксонскую тварь.
- А кстати, Мюррей, - спросил он запыхавшись, - а с чего ты взял, что они пойдут через мост?
- Кто? - не понял тот.
- Да проклятые английские псы! Кто ж ещё!?
- А! - вспомнил Мюррей и переспросил, - Через мост? Какой ещё мост?
- Да вот этот же! - Уоллес потерял терпение и чихнул от натуги. Проклятая муха от неожиданности слетела у него с носа и описав в полёте замысловатую дугу уселась ему на нижнюю губу. - Проклятая тварь!
- А! - вспомнил Мюррей, - а где ж им ещё идти? До ближайшего брода - пол дня пути на север! А они идут с юга.
- Ну может они всё-таки там перейдут? Может, они давно не мылись! Или просто не любят мосты! Ты вот любишь мосты, Мюррей? - спросил Уоллес пытаясь разглядеть чем конкретно занимается у него на губе проклятая саксонская муха.
- Да не особо. - ответил Мюррей, - Не люблю раков. Они всегда прячутся под мостами и что-то замышляют!
- Ну вот! А может и англичане не любят мосты? Может они протопают лишних сорок миль, только чтобы не переходить по мосту!
- А как же деньги? - нашёлся вдруг Мюррей.
- Какие ещё деньги? - не понял Уоллес.
- Ну они зажмутся платить своим воякам за лишние полдня пути!
- Эх, Мюррей! Ну ты лесной хобгоблин! Ты что же, думаешь у них в войске почасовая оплата?
В этот момент друзья услышали топот проклятых английских сапог и обернулись. Саксонские псы уже шли по деревянному настилу моста. Было их не меньше пяти тысяч. Они шли гуськом и громко смеялись, указывая пальцами на Уоллеса.
- Глядите, парни! - орали в передние саксонцы задним, - у этого, без штанов который, ну который в юбке, - колорадский жук на губе!
- Это мухаааа! - заорал Уоллес и ринулся в бой.
- Зови наших! - крикнул он на бегу Мюррею.
Тот развернулся и зычно кликнул второго Уоллеса, МакЛауда и Дрейфуса. Горцы вытянули клинки и с гиканьем помчались не англичан.
Уоллес добежал до вражеского строя первым и врезался в ряды проклятых саксонцев с истинной шотландской яростью. Муха, устрашившись рукопашной схватки, засуетилась и спряталась в правую ноздрю. Уоллес рубил, колол, резал и шинковал. Верная клеймора дымилась от гнилой вражьей крови. Завидев муху, осторожно выглядывающую из ноздри храброго горца, саксы начисто теряли волю и бросали оружие.
- Колорадский жу-у-ук! -пошёл гулять по их дрогнувшим рядам отчаянный вопль.
Муха приободрилась и строила англичанам страшные рожи из ноздри.
Пролетев стрелой через строй обречённой пехоты саксов, Мюррей оказался лицом к лицу с огромным закованным в сталь дебилом. Дебил что-то мычал, размахивал двухметровым мечом и указывал двухпудовым щитом на небо.
"Ворон нагадил ему в рот" - понял Мюррей.
Сзади верные горцы кромсали в капусту обречённых англичан. Обагрённая гнилой саксонской кровью родная земля принимала в свои объятья их изрубленные тела.
"Соли бы ещё. И перцу!" - подумала родная земля.
Дебил, наконец, вытер с морды воронье говно и почесал шишак шлема.