Аннотация: В "Философских этюдах" будут представлены результаты размышлений на разные темы. На научность или строгое следование философским канонам не претендую - это, скорее, лирические мысли...
Философские этюды
4. О смерти
И в конце, и в начале нашей жизни стоит смерть. Рождаясь в сей мир, мы всё равно умираем для другого мира, из которого пришли. Это парадоксальная и странная мысль: мы умираем в одном мире,
но рождаемся в другом. И так - из жизни в жизнь, через смерть.
Мы в муках приходим в мир. В страданиях же, душевных и физических, уходим отсюда.
Итак, смерть - страдание, мучение? Но никто не сможет ответить на этот вопрос, исходя из собст-
венного опыта, за исключением людей, бывших в состоянии клинической смерти и помнящих о ней.
Большинство же из нас ничего не знает о смерти, кроме одного: это мучительная неизбежность, с которой надо смириться. У большинства людей с понятием смерти связан страх - ведь люди уходят
из жизни с болью, посредством травм, болезней, часто долгих и мучительных.
Эта точка зрения внушена нам генетически, это общественное мнение, прочно засевшее в нашем подсознании, это самая типичная инерция мышления.
Но что, если не смерть - боль, а тот ужас, с которым мы встречаем свой конец? Ведь, по
свидетельству других народов, роды - это довольно безболезненный процесс. А как они происходят
у нас? - с болью, страданием, сильнейшим стрессом для матери и ребёнка. Уже с этого момента в
мозгу новоявленного человека, в тёмной, бездонной пучине его подсознания, оседает страх смерти,
ибо первый свой опыт рождения в иной мир он уже получил. Не отсюда ли наше твёрдое убеждение
в неизбежности и мучительности нового рождения - из утробы сего мира?
Такое рабское отношение к смерти, которая суть переход в новое качество, суть рождение,
внушает мне отвращение. Не могу сказать, что я избавилась от внушённой мне миром точки зрения,
но тем более увеличиваются мои силы для борьбы с нею.
Мне кажется, в смерти есть какая-то особая тайна; не в самом физическом процессе умира-
ния, а именно в сути смерти как перехода, как выхода, как тоннеля, соединяющего два мира.
Смерть - тоннель. Но что - за пределами тоннеля, что за его стенами, - то есть, что стоит
за смертью? И что произойдёт, если попытаться выйти из этого тоннеля, уже не принадлежа сему
миру, но ещё не дойдя до иного, - находясь в промежутке, в точке золотого сечения? Я думаю,
здесь-то и хранится тайна смерти. Любая тайна - это выход за пределы. Но что за пределами самой смерти, которая неуловима, как момент настоящего, потому что в нём ещё живёт прошлое и уже
рождается будущее. Настоящее непрерывно умирает, то бишь, оно и есть смерть. "Остановись, мгно-
венье! ты прекрасно!" Всем нам знакомая фраза наполнилась для меня новым содержанием: остано-
вись, мгновенье! ты прекрасно, ибо ты и есть истинное настоящее, ты и есть смерть, остановившаяся
смерть - выход за пределы тоннеля, выход в неизведанное, а потому - страшное, но, несомненно,
прекрасное - выход за пределы смерти.
Меня не удовлетворяет роль смерти как убийцы, как проводника Харона из мира сего в царство теней. Это есть иллюзия смерти, это есть её унижение и низведение до уровня средства.
Два мира, и между ними - непреодолимый антагонизм. Два мира, и между ними - смерть,
которая на самом деле их не соединяет, не примиряет в сознании людей, а - разделяет. И однако же,
смерть - это третий в споре двоих, это арбитр. Благодаря третьему началу в этом дуэте рождается
огонь, напор и сила, ибо три - это активное, созидающее число. Оно также может и разрушать, в за-
висимости от направления и знака вектора.
Итак, смерть содержит в себе две противоположные силы. Мы почему-то всегда видим только одну - разрушающую. Она на виду; мы наблюдаем за тем, что происходит с телом человека
после смерти, и отвращение к ней наполняет всё существо.
Такова одна, видимая сторона Луны. Что же запечатлено на другой - нам неведомо. Для того, чтобы это узнать, необходимо выйти из тоннеля, остановить мгновение и всмотреться в его
глубины. Уверена - мы увидим не прошлое. И не рождающееся в муках будущее. Мы увидим тайну
смерти, тайну её предназначения. Что там, за стенами тоннеля? - быть может, там третий мир, не
подчиняющийся законам двух других, - мир, в котором душа обретёт свободу? . .