Балтин Александр Львович
Божий Сад

Самиздат: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Links
Создай обложку книги бесплатно
Кожевенное мастерство: сумки, ремни своими руками
 Ваша оценка:



  БОЖИЙ САД
  В нём осмысленно - стволы и корни,
  И листья жизни, и земля сама.
  И мысли - что порой сложнее кроны,
  И даже снежно-белая зима.
 
  Мы, будучи в саду, его не очень
  И замечаем, мы - его листы.
  А что за летом наступает осень
  Трагедией не посчитаешь ты.
 
  * * *
  Пунктирно снег обвёл деревья,
  Их обнажённость подчеркнув.
  Не любит тишина движенья,
  Оно ей - в сердце вбитый клюв.
 
  Двор зачарован тишиною,
  Снег серебрист и ярко-бел.
  И склонность личная к покою
  Мне говорит - я постарел.
 
  ТЕОСОФСКОЕ ОБЩЕСТВО В КАЛУГЕ
  В дом частный входят люди в чёрном,
  Рассаживаются. Порой
  Мы нечто представляем вздорным,
  Не видя правды шаровой.
 
  Так Теософия в Калуге
  Растеньем света предстаёт.
  А много скуки - жизнь в округе
  Столь заурядная идёт.
 
  Но город стар, и в этом сила,
  И в этом опыт судеб дан.
  Иль теософской перспектива
  Предстанет для господ и дам.
 
 
  Их дом под вечер принимает,
  И вот незримые миры
  В их рассужденьях возникают -
  Великолепны и милы.
 
  Наш мир - он только отголосок
  Непостигаемых высот.
  А сын хозяина - подросток -
  Придёт к открытьям? Не придёт?
 
  ПРАКТИЧЕСКОЕ ЛИТЕРАТУРОВЕДЕНИЕ
  Домик деревянный во дворе,
  Снегом запорошено крылечко.
  Слышится откуда - до-ми-ре?
  Вниз пойдёшь, и скоро будет речка.
 
  Домик точно книгу почитай.
  В ноябре довольно мало снега.
  Ссоры ведь бывают - просто край,
  Будто и не существует небо.
 
  Вот такое введенье, а что?
  Домик та же книга, та же книга...
  Сознавая - в мире ты никто,
  Вздрогнешь от неведомого крика.
 
  ЧЕЛОВЕЧЕСКАЯ ДРАМА
  1
  Он едет хоронить отца.
  И городок провинциальный
  Он вспоминает без конца -
  Он милый, хоть весьма банальный.
 
  Отца не видел год. Дела,
  Заботы, будничная драма.
  Насколь действительность светла?
  Насколь от оной в сердце рана?
 
 
  Коррозия листвы вокруг.
  Вот старый дом, соседи. Худо.
  Да, худо. Иль разорван круг
  Реальности, а мнилось - чудо?
 
  Здесь то, а рядом где-то пир.
  Иль кот, сидящий у оконца.
  И жёлтый свет как жидкий жир
  Льёт человеческое солнце.
 
  2
  Много качеств, и избыток их -
  Смелости, допустим - и приводит
  К нарушеньям правил - тех, каких
  Много очень в социуме...вроде.
 
  Дерево бывает что растёт,
  Развивается вполне нормально.
  А потом - незримый поворот,
  И пошло развитье инфернально.
 
  Математик. Преступленья он
  Рассчитать способен виртуозно.
  Сбитый жизни лад. Какой-то фон.
  Фон глотает всех довольно грозно.
 
  3
  Фигура на фоне
  Деревьев, дождя.
  Банально. И то не
  Пойму толком я.
 
  Фигура я знаю
  Я сам, я иду.
  Дорогу теряю,
  Грядущего жду.
 
 
 
  4
  Грядущее вполне
  Переносимо, ясно мне.
  Грядущее как форма настоящего,
  Из чьей-нибудь кастрюли убегающего.
  Поймай, коль выкипает молоко!
  Действительность, наверно, далеко
  От пониманья - понимаю я.
  И это вот зовётся жизнь моя.
 
  ПЕРЕМЕЩЕНИЕ БАРАХЛА
  С антресолей снимают банки
  С вареньем, с огурцами солёными.
  Пыль...будто жизнь с изнанки,
  Старый термос, фонарик...
  В окне - часть двора с воронами.
 
  ...куртка старая, что-то ещё,
  Всё рассовывается по шкафам, антресоли - на слом.
  Надо чистить периодически дом,
  Жизнь обновляя, любя её...
 
  * * *
  Мне кажется я не вернусь
  В тот город, где бродил когда-то.
  Где испытал, гуляя, грусть,
  В чём сердце вряд ли виновато.
 
  Черты реальности порой
  Так на фантазии похожи.
  Где город с тихою рекой?
  Или мечтать о нём негоже?
 
  Иду...по улице иду,
  И липы в два ряда, и зданья.
  Случится ли чего я жду,
  Или напрасны ожиданья?
 
 
  * * *
  Оглянись - увидишь над собой
  Зев змеиный в половину неба.
  Бездна алчет. Страшно! Боже мой!
  Страшно жизнь прожить лишь ради хлеба.
 
  Суть же бездны укрепить тебя
  В предпочтеньях. Зев змеиный розов.
  Мнилась часто сложною судьба,
  От духовных уходил морозов.
 
  Нет, не проглотить меня, нет-нет,
  Выбрав свет, назад дороги нету.
  Ибо побеждает только свет
  Космоса, купающий планету.
 
  ДРАКОНЫ
  1
  Хребтистые тела и лапы
  Когтисты - страшен сей удар.
  Дракон ползёт, наносит раны
  Земле...Огонь - дыханья жар.
 
  Но есть иные - те Китаю
  Известны - мудрость золотит
  Глаза...Корона золотая.
  Величествен дракона вид.
 
  Корея тоже тех драконов
  Представит символом своим.
  Тут нарушение законов
  Легенд Европы.
  Или дым
 
  И пламя, что из пасти рвутся
  Всего фантазии? А то...
  Нам те фантазии даются
  Красиво, здорово зато...
 
  2
  Витиеватая реальность
  Драконов - когти, лапы их.
  Проглядывает инфернальность -
  Она любой испортит стих.
 
  А вот и мастер по поимке
  Драконов - где он их видал?
 
  Жизнь раздробите на картинки,
  И - да не устрашит финал.
 
  3
  Драконы в Европе! Слух пошёл -
  В Испании видели их, во Франции.
  Дракон в полёте весьма тяжёл.
  А в чём же сила драконьей субстанции?
 
  Видали? Вон-вон летит.
  Да что вы, это же облако.
  А что там виднеется около?
  Или это солнце что-то там золотит?
 
  Институт драконоведенья появился уже -
  Профессора, доктора, кафедры.
  Страх у многих уже
  В сердце каменный.
 
  Китай драконами не удивить,
  Также Японию и Корею.
  Прежде, чем нечто в реальности ощутить,
  Надо постичь этого нечто идею.
 
  * * *
  Слова ль идут от тишины,
  Иль тишину дают слова?
  Мы просто осознать должны
  Насколь действительность права.
 
  И полюбить её должны,
  Пусть не хватает тишины,
  Пусть очень много разных слов -
  Далёких от златых миров...
 
  * * *
  Организован, а не органичен
  Наш социум...А органичен кто?
  Поэт, какой не слышен - слишком личен -
  Работает на вечность он зато.
 
  Иль музыкант в своей убогой келье,
  Лелеющий мелодию свою.
  Вот их органику назло ущелья
  Организованной реальности пою.
 
  * * *
  В сгущенье воздух синеват,
  Перед глазами он прозрачен.
  Иль факт любой неодназначен?
  Глаза вам нечто говорят,
  А подоплёку как понять?
  Так, только важные мотивы
  Звучат дыханьем перспективы.
  Иным - так не дано звучать.
 
  * * *
  Поэт, писатель - он тотально,
  Он совершенно одинок.
  Его действительность печальна
  И совершенна в суммах строк.
 
  Другого нету варианта.
  Ты. Сочиняя. Сам уже
  Заложник данного таланта,
  Расти же свет в своей душе,
 
  Чтоб дальше выплеснуть, и строчки
  Наполнить им. Удел таков.
  Ведь могут только одиночки
  Существовать в пространстве слов.
 
  ТАЛИСМАН
  Палочка как талисман,
  Отшлифована руками.
  Гость пришёл - поставь в стакан:
  Тайны собственные сами
  И должны хранить. В руке
  Снова палочка, удобно.
  Ночью в звёздном огоньке
  Голос выси благородно
  Прозвучит...
  Мой талисман!
  Палочка! Бамбук! Надёжность.
  Жив. Здоров. Но только сам
  Ценишь в жизни осторожность.
 
  * * *
  Тень догоняет тело - то есть
  Вдруг в сумерках мурыжит страх.
  И ты разматываешь повесть
  Былого в собственных мозгах.
 
  А...человек всего обходит
  Тебя - что страшного? Пойми...
  Коль у судьбы полно угодий,
  То кто-то хлопает дверьми.
 
  * * *
  На похоронах отца приятеля
  Познакомился с приятельской женой.
  Странное знакомство это... - Кстати я
  Много слышала о вас. Такой
  Оборот сколь вот сейчас уместен?
  Дальше встретил в городе её.
  Посидели в баре, сумма песен.
  Выпили. И выпили ещё.
 
  А потом на выставку ходили.
  А потом роман возник у них.
  Вот такие знаете ли были
  Ныне бременят мой бедный стих.
 
  * * *
  Хомо сапиенс всё же сначала,
  Хомо легенс потом.
  Чтоб усвоить пласты матерьяла
  Разум важен, и сильный притом.
 
  Хомо легенс чтоб даден в начале
  Был представить едва ли тебе.
  Или разума дни отзвучали,
  Коли книги забыты в судьбе?
 
  БОРОДИНО
  -И мы попёрли друг на друга,
  И содрогнулася округа
  От наших ратных дел!
  Вот так внучёк. - И набивает
  Неспешно трубку, дым пускает -
  Участник Бородинских дел.
 
  -А видел ты царя? - А как же!
  -А страшно драться? - Страшно, даже
  И очень - грохот, крики, тьма...
  -Откуда тьма? - А я был ранен.
  -Но ты, дед, испугался разве?
  -Нет, хоть мила мне жизнь сама.
 
  И он рассказывает внуку
  Про ту военную науку,
  Что довелось ему узнать.
  Про раны, что болели сильно.
  Воспоминания обильны,
  И сладко их перебирать.
 
 
  * * *
  Пять человек прочтут, и ладно,
  Для многих не за чем писать.
  Подпольный дух! И жить отважно
  И мыслить - так, чтоб небеса
  Взирали благосклонно на
  Твою действительность. Иное
  Всё от лукавого. Война
  С собой...победа над собою.
 
  * * *
  Латышские стрелки,
  Латышские грехи -
  Черноты прошлого, тугие сгустки
  Истории, узлы,
  И адский ток смолы -
  Как грустно...
 
  ПРЕСЛЕДОВАТЕЛЬ
  Преследователь...для чего?
  Что ты преследуешь? Не знаю.
  Не омрачается чело,
  Коль нечто важное теряю,
  И всё моменты - весть сама:
  Дана как целостность сиянья -
  Через неё видна весьма
  Пространна чаша мирозданья.
 
  * * *
  Увеличение музея -
  Зашёл в провинции от скуки -
  Не то, что завела идея
  Познанья мест. А что за звуки
  Там за стеною? Интересно!
  Оркестры мощные играют.
  Я полагал - мне всё известно,
  Но как в домах вороны грают?
  А дом раздвинут в сто иль тыщу -
  Отделы парков и беседок.
  Мне тут свою найти ли нишу?
  Цветов нарвать бы напоследок.
  Вот сотни граждан изучают
  Макет (сверкает) мирозданья.
  Детали явно изумляют.
  Вот вижу комнаты молчанья.
  И мне не выйти из музея,
  Расширенного невозможно.
  В основу чья легла идея
  Определить довольно сложно.
 
  * * *
  Те, кто принимались как герои
  Ныне очевидны, как убийцы.
  Чёрное превозносили белым - то и
  Страшно. Ну а в прошлом не укрыться.
 
  Станет настоящее прошедшим,
  Выдвинутся новые герои.
  Нужно быть...наверно, сумасшедшим,
  Чтоб реальность мнить реальной - то и
 
  Вызывает страх, и ощущенье
  Ирреальности любого мненья.
 
  КАНДИНСКИЙ И ЕГО ЖЕНА
  Жизнь пёстрая, как пятна на холстах
  Василия. Жена куда моложе.
  Гаданье, гороскопы - на холмах
  Грядущего стоять - мороз по коже.
 
  В Европе не особенно житьё,
  Достаточно к тому же буржуазно...
  Художник? А иные от сарказма
  Сдержаться вряд ли смогут - не твоё
  Кандинский время.
  Далее вдова
  Так ловко развернулась, так богато.
 
  Тщеславна, любит лестные слова,
  Мечтания её всегда ль крылаты?
 
  Нашли убитой в ванной на полу.
  На два мильона камешков пропало.
  Гадалка смерть когда-то предсказала,
  И всё сбылось, жаль картам веры мало.
  Жаль будущего не смягчить иглу.
 
  УСКОЛЬЗАЮЩИЙ МИР
  Ускользающий мир, и в другую минуту
  Не узнаешь уже ускользающий мир.
  Почему жизнь реальна? Ответь! - Почему-то!
  Ухвати же за хвост хоть какой-нибудь миг.
 
  Ускользающий мир, где игра диссонансов,
  Где накал и надрыв, разрывающий всё.
  Мир богатых отливов, И, скажем, бриллиантов
  На траве по утру - дан росой и красой.
 
  ЯЩИК ПАНДОРЫ
  Ящик, где...вы помните...Как много
  Негатива в ящике! Как много...
  Любопытство праздное, и вот
  Зло клубится темнотой итога
  Любопытства, зло окрест плывёт.
  Общая искажена дорога.
 
  Формы зла различны, суть одна.
  Злу дана реальность, и она
  Наша - та реальность...Любопытство...
  Мир красив, по существу далёк
  От того, что правда нам даёт.
  Правдой же едва ли насладиться.
 
  ТРИ МУШКЕТЁРА
  Атос как тайны концентрат,
  И мастер фехтованья - ас.
 
  Портос - такой забавный фат,
  И напивался тыщи раз.
 
  О, хитроумный Арамис,
  Церковной догмы ученик.
  Теперь попробуй, отстранись
  От образов великих книг.
 
  И д Артаньян - лихой всегда,
  Притом привыкший побеждать.
  Литература как вода -
  Она живою может стать.
 
  * * *
  Уехать что ли жить в Калугу?
  Там переулки так милы,
  И даже тёмные углы
  Мигают кажется друг другу.
 
  Тут в церкви тир когда-то был,
  Сегодня снова церковь. Мимо
  Прошёл, но детство не забыл -
  Стрелял тут. Плохо? Да! Но мило.
 
  Гостиные ряды, подъём
  По Ленина. Проходит время.
  В Калуге бы купить бы дом
  И позабыть, что жизнь есть бремя...
 
  ЖИВЫЕ БУКВЫ
  Живые буквы в Интернете -
  Нажмёшь на кнопку - нету их.
  Мне интересны те и эти
  Картины тем и дел земных.
 
  Живые буквы, ложноножки
  Цепляются, etc.
  Вот непонятные дорожки
  И малоясная игра.
  Перетеканье буквиц этих
  Во смыслы разные смешит.
  Сколь человечество ответит
  Высотам, если ум грешит?
 
  * * *
  Антониони идёт к внутреннему от внешнего -
  Стена в потрескавшейся штукатурке, мерно текущий ручей.
  И ясно, что ежели одинок, то спрашивать не с кого,
  Ибо ты сам полагаешь, что ты ничей.
 
  Карнавалы Феллини, данные пестротою,
  Сколь глубоки? Или их пляс, их круг
  Пронизаны в сущности пустотою,
  Которую вполне допускает мир вокруг?
 
  Бергман - Достоевский кино - по изломам
  Строит повествованье, но выводит к свету едва ль.
  А то, что определяет жизнь вертикаль
  Кино не демонстрирует нам, доверено внешним законам.
 
  ПОСЛЕ ВЕЧЕРИНКИ С КОКТЕЙЛЯМИ
  -Как тебе вечеринка? - Коктейли вполне.
  -А меня обстановка блескучести раздражает.
  -А...обстановка такая по мне.
  -Всяко бывает.
  Жена влезает в халат, у окошка муж
  Курит. - Разные , говорит, интересы.
  -Да всё в мире разное... - И к тому ж
  Твоя болтливость... - А ладно, сплошные стрессы
  От тебя! Кружится голова.
  На коктейли не налегала б.
  И уже ничего не значат слова,
  И бессмысленны все сентенции, сумма жалоб...
 
  КАТЕНИН
  Катенин - мощный дух, распятый алкоголем.
  (Не знаем часто, чем себя неволим.)
  Но Инвалид звучнее звучного звучит.
  Державинская медь звенит, играя,
  Психологические драмы открывая.
  А кружка пенится и золотом кипит.
 
  Обманчивое золото такое
  Не в состоянье победить людское
  Стремленье в слове сердца выражать.
  Пусть даже и во власти мира -
  Чтобы была расколотою лира -
  Но песен дивных этим не сломать.
 
  ПЛАТИНА
  Платина, чей вес весьма серьёзен,
  Действует ли в мире духом зла?
  Этот дух едва ли слишком грозен -
  Пошловат, равно его дела.
 
  Платина металл всего лишь...редок,
  Оттого и дорог. Дважды два.
  Платиново небо. Сумма веток.
  Сила ноября всегда права...
 
  ПОЭЗИЯ ПРАВА
  Закорючки параграфов, строчки
  Уложений, засушен язык.
  Как усвоить все точки и кочки?
  Где поэзия права, старик?
  Отвечает старик поседевший -
  Тут поэзии быть не должно,
  Тут куда посерьёзнее вещи.
  (Мне ж милее и двор. И окно.)
  Право Гроция Гуго певуче,
  Расцветают иные сады.
  Ты не ждёшь - но лучи из-за тучи
  Всем сияют, увидишь и ты.
 
  ПО МОТИВАМ "ФОТОУВЕЛИЧЕНИЯ"
  Случайно увеличивая фото,
  Фотограф видит в старом парке труп.
  Не для него подобная забота.
  Мир больше буржуазен, нежли груб.
 
  Вот недра антикварной лавки, это
  Пропеллер, это статуя, и проч.
  Вот снова парк. И линиею света
  Подчёркнута быть может ярко ночь.
 
  Увеличенье фото...или марки...
  Бессмысленно предметы уменьшать.
  А коли впечатленья были ярки,
  Их вряд ли до клочка бумаги сжать.
 
  Играют в теннис клоуны смешные,
  А теннисного нет у них мяча.
  И пусть сильны пространства шаровые
  Я верю в мощь всесильного луча.
 
  * * *
  Двенадцать лет как перескажешь
  За час, за два? Приятель жил
  В Америке. В другом пейзаже,
  Там опыт бытия копил.
 
  Теперь вернулся. Вот и встреча.
  Ну, выпили, бодрее речь.
  Порой напоминает вечер
  Спокойное теченье рек.
 
  Но жизнь едва ль была спокойна.
  Как описать двенадцать лет?
  Минуты радости и войны
  С самим собою. Редко свет,
 
  А чаще тьма. Ещё по рюмке?
  Ведь жизнь у каждого своя.
  И опускались часто руки
  Перед накалом бытия.
 
  Но жив, однако. Жив приятель.
  И вечер заменила ночь.
  И прошлое (подумай, кстати)
  Уходит прочь.
 
  ПРЕДМЕТЫ ВРЕМЕНИ
  Предметы времени - пространство,
  Воспоминания твои,
  Чужое пышное богатство,
  Страданья чьей-нибудь любви...
 
  Так что - предметы эти люди?
  Предметы времени, предме...
  А то, что все когда-то будем,
  Так мало объясняет мне...
 
 
  * * *
  Цветы воды, воды же мышцы!
  Какие образы даны
  В твоём сознанье! Тень вины
  Какой-то древней портит мысли.
 
  Цветами вод реальность мне
  Раскроется - насколь красива?
  Насколь позволит перспектива,
  Что очевидна не вполне.
 
  Но мышцы лёгкие воды
  Её движенье обеспечат -
  Её движенье в сферу речи,
  Какую обживаешь ты.
 
  МЕДЬ
  Медь звучна и медь прочна -
  Сохраняет письмена.
  Письмена же сохраняют
  Жизнь, которая одна.
 
  Переложенная так
  В знаки (ведь сакрален знак)
  Жизнь останется надолго,
  Письмена отцедят мрак.
 
  Медь высот, незримых строк! -
  Сохранят от катастроф,
  От провалов в ямы бездны.
  Медь сияний, чей исток
 
  Выше разума...
 
  * * *
  Идут цепочкой по камням
  На берег, океан мерцает.
  И грозной массой закипает.
  А камни верят ли шагам?
 
  Дохнёт внезапно океан,
  Всё посереет, почернеет.
  И ражим ужасом повеет.
  Страх - человеческий изъян.
 
  Волна смывает в никуда,
  От берега могуче тащит.
  Им ужас дан из настоящих,
  Не то что серая беда.
 
  Борись с волною, широка,
  Синеет серой бородою.
  Борись с тоскою шаровою
  За честь жить дальше - велика.
 
  * * *
  Побрякушка реальности - слава,
  Рядом с ней труд медовый молчит.
  Лес и пруд - всё твоё, и по праву.
  Что ж поэт неизвестный грустит.
 
  * * *
  Выстрелы небесной артиллерии
  Городу уроном не грозят.
  Снег блистает - туго-синеват.
  Или размышляю о потере я
  Осени? Хоть осень длится, мощь
  Снеговых ударов потрясает.
  И дворы так быстро превращает
  В чертежи вполне волшебных рощ.
 
  * * *
  Очарование снежинок -
  Их белизна, их род, их рой.
  Свечение таких картинок!
  Когда неважно - ты герой,
  Изгой ли ты...дар снегопада!
  Великолепные черты -
  Какие образами сада
  Сейчас узреть способен ты.
 
  * * *
  Финты фантазии твоей
  Забросят в дальние пределы.
  Едва ль необходимо тело
  Среди небесных тополей.
 
  Но вот и Византию я
  В мерцанье пурпура я вижу.
  Дворец, и статуи, и крышу
  Немыслимого бытия.
 
  Вот Вавилон, чей монолит
  Своим размером устрашит.
  А вот духовные поля
  Для осознанья яви, для
 
 
  Чего не знаю сам - она.
  Моя фантазия - грешна?
  Едва ль, а коль грешна - насколь?
  Не ведаю, играя роль.
 
  ПАМЯТИ Ф. Г. РАНЕВСКОЙ
  Гудела слава будто улей,
  И резонировала так,
  Что не было домов и улиц,
  Где б не звучало имя. Факт.
 
  Потеря молодости - это
  Трагедия для большинства -
  А тут - увеличенье света,
  Тут сокровенность волшебства.
 
  Таланту время не помеха,
  А новизна его всегда
  И в дальних поколеньях эхо
  Всё вызывает. Да-да-да.
 
  Актрисы жизненная повесть
  Была не очень весела.
  Талант единственная новость,
  Которая всегда светла!
 
  ПОПУГАЙ И РОЗА
  Попугай глядит на розу -
  Хороша, какой окрас.
  Попугай, встающий в позу,
  Был бы так смешон для нас.
 
  Тем не мене заявляет -
  Я красивее тебя.
  Роза...нет, не отвечает.
  Попугай же, теребя
 
  Лепестки, её к ответу
  Призывает - Отвечай!
  А в ответе смысла нету,
  Коли роза видит рай.
  * * *
  Для пишущего постоянно
  Привычка эта , как вино.
  Вина коль много - окаянно
  В тяжёлой сущности оно.
 
  Божественная одержимость -
  Писать? Или самообман?
 
  Стихов бушующая жимолость,
  И ясность их, и их туман!
 
  * * *
  Он бросил мать, пил беспробудно,
  Он странствовал и воровал.
  Стихи при этом сочинял
  Великолепные так трудно.
 
  Старуха-мать ждала его.
  Он - в неизвестности; поэтом
  Был замечательным при этом.
  Над ним черны колокола.
 
  Оправдан ли стихами путь
  Такой хотя бы на чуть-чуть?
 
  * * *
  Богат и тёмно-мутноват
  Воспоминаньями своими.
  Советский классик в сердце ад
  Скрывает.
  Всем известно имя.
  И издан тыщи тысяч раз,
  И пьёт без просыпа - не пишет.
  Иметь успех едва ли рад -
  Всё голос преступленья слышит -
  Да, преступленья своего:
  Укравший рукопись повержен.
  Во внешнем мире - торжество,
  В душе - разбит, расколот стержень.
  Окован был тот сундучок,
  Где рукописи - толстым слоем.
  И был застрелен белячок,
  Неистово владевший словом.
  Вот классик славы - всех высот,
  Ему они нужны едва ли.
  И снова пьёт. И пьёт и пьёт,
  Не ведающий вертикали.
 
  ПОД БАЛАЛАЙКУ
  1
  Иностранные напитки
  Нам по сути хуже пытки,
  Символ - водочка у нас.
  Ну а коль без градусов -
  Будет квас,
  Тоже форма радости.
 
  2
  Пляс под балалайку -
  Прыгну - улечу.
  С явью в угадайку
  Играть я не хочу.
 
  Мне того довольно,
  Что реальность есть.
  И смеюсь невольно,
  В пляс влагаясь весь.
 
  3
  Балалайка ль загрустит?
  Элегический мотив
  Ей едва ли подойдёт -
  Веселить должна народ.
  И сама в узорах сада
  Райского - отвянь, досада!
  Ноги бьём и рады тем.
  Не боимся смерти.
  Может, нет её совсем?
  Нет её! Поверьте!
 
  АНДРЕЮ БОЛКОНСКОМУ
  Аристократ и по рожденью
  Страдать снобизмом будет. Что ж...
  Андрей, ко славе вожделенье
  Негоже. Или мир негож?
 
  Зачем хотя б минута славы,
  Коль есть действительность сама?
  Она серьёзна, величава,
  Неважно - осень ли, зима.
 
  Твои Андрей и размышленья,
  И чувства так понятны мне.
  Ты жив помимо и прочтенья -
  Что очевидно. Да. Вполне.
 
  ПОЛЬСКАЯ МУЗЫКА
  Из костёла, хороня
  Запятые свечек,
  Мы выходим - для меня
  Сладок этот вечер.
 
  Польской музыки разлив,
  Жемчуга мерцанье.
  И каштановый порыв
  К сердцу мирозданья.
 
  Да, Коперник? Сладок путь?
  Путь познанья? Страшен?
  Сколь стихи являют суть
  Дней, воды и башен?
 
  Нежно-бархатный Шопен,
  Переливы звука.
  Замков старых сумма стен!
  И без действий скука.
 
  Шляхта яростна была,
  Как мечи звенели.
  Всё же музыка светла
  Польская на деле.
 
  * * *
  За кризисом грядёт подъём.
  Надежда ум насколь питает,
  Когда действительность пытает
  Провалом за провалом, в том
  И заставляя суть искать?
  А эта суть весьма чревата.
  Снег, ныне явленный богато,
  Искрист. Не буду отрицать.
 
  ЗНАК
  Знак изменяет угол зренья
  На точку "а" и точку "я".
  И раскрывает без сомненья
  Суть - жалко, части - бытия.
 
  Сколь интересна пиктограмма?
  Но имя интересней мне.
  Знак слово всякое. Вот мама,
  А вот ребёнок, мал вполне.
 
  Система знаковая - наша
  Реальность. Сложно осознать.
  И - опрокинутая чаша
  Небес - как сокровенный знак.
 
  * * *
  В Крыму под Кафой половцы стоят,
  Но крепость не сдаётся - генуэзцы
  Её обороняют. И пестрят
  У стен отряды половцев, чья резкость
  Жестокости равна - отсюда и
  Решенье - труп чумной забросить в крепость.
  Тут, катапульта, рычаги твои
  Помогут, и броска известна резкость.
  Труп размозжён о камни, и чума
  Пропитывает воздух постепенно.
  Незримо входит в разные дома,
  Незримо проникает в наши вены.
  Всё шире круг чумы - не победить.
  Уже не крепость, а Европа стонет.
  Мы будем жить? Ответ не получить.
  История порою в Лете тонет.
  Черна река - глубокая она!
  А население Европы пострадало.
  Чума сбирает оптом дань, сильна,
  О будущем не думая нимало.
 
  АМЕРИКАНСКАЯ ПОЭЗИЯ
  Поэзии американской
  Вольтаж в ХХ векек крут.
  От музыки викторианской
  Едва ли что услышим тут.
 
  Викторианские мотивы
  У Фроста разве прозвучат?
  Уоллес Стивенс перспективы
  Иные видит. Новый лад.
 
  Вой Крейн, чей мост натянут мощно
  Струною спинномозговой.
  А вот и Лоуэлла роща,
  И всюду свет, весьма густой.
 
  И даже чёрные провалы
  Хоть Барримена или Плат -
  Нам драгоценные кристаллы
  Высокой музыки сулят.
 
  * * *
  Хорошо ль быть мягким человеком?
  Мягкое осилит жёсткое.
  Жёсткое - жестокое и косное -
  Вдвинуто в реальность каждым веком.
 
  Мягкое - душа твоя легка,
  И поступки вряд ли инфернальны.
 
  Ведь не ослепит свет маяка -
  Путь укажет, что вполне банально.
 
  * * *
  Загадывал часто: если так - то так,
  Если апельсин сумею очистить одним движением,
  Значит...вывод не важен, но - знак...
  Характера что ли? Человек, одержимый сомнением.
 
  Вышел гулять с пёсиком, в кармане монету нашёл,
  Рупь, наверно - подумал, её извлекая.
  И - увидевши рупь - вдогонку: всё хорошо
  Будет, ежели рупь.
  Такая привычка дурная.
 
 
  * * *
  Мёд и золото окон вбирай.
  Час вечерний, осенний, укромный.
  Ну а окна - сияющий рай
  Беспредельности, жизни огромной.
 
  Те ли счастливы там, за окном?
  Иль старуха сидит, одиноко,
  Говорит с рыжеватым котом.
  Толстый кот понимает насколько?
 
  Много окон - единая жизнь.
  Не свободна, увы, ото лжи.
 
  * * *
  Гнездо я вижу из окна,
  Но птичья жизнь едва ль ясна.
  Вороны грают, а чертёж
  Ветвей зимой насколь хорош?
 
  Понятен он тебе насколь?
  Я помню прошлое. Позволь,
 
  Но я ли это? Или штрих
  Каких-то дел и тем других?
 
  Но вижу всё же из окна
  Гнездо, и знаю - жизнь одна.
 
  БИБЛИЯ
  Тебе рукоплескали стадионы,
  Когда ты пел... Повержен, одинок,
  Больная печень, и тоски колонны
  Сейчас обрушат дома потолок.
 
  Вот Библия раскроет веер света,
  Оттенков смысловых не перечесть.
  Сильней всего для нас - и ясно это -
  Звучит Евангельская весть.
 
  Ты к цели шёл, чтоб разочароваться,
  Достигнув цели. Пустота в душе.
  Огню небес нельзя сопротивляться.
  Пойми! Но понял это я уже.
 
  Осмысленность любого мига! Ибо
  У Бога каждый только на своём
  Законном месте. Говорю - спасибо,
  Небесным светом оживлён, огнём.
 
  Раскрыта книга. И закрыта книга.
  И смыслы все её - предел высот.
  И всё - от света неба и до крика,
  Пусть боли - в ней значенье обретёт.
 
 
  * * *
  Сочная щедрость травы -
  Вот ощущение жизни.
  А от последней главы
  Вдруг ощущение - лживы
 
  Сказанные слова,
  Фиксированные бумажно.
  Жизненная полова
  За горло берёт вас важно.
 
  Где же ты щедрость - ау?
  Травка водой закрыта.
  Удержишься на плаву
  С камнями косного быта?
 
  Потонешь? Выплывешь? А?
  Где я? Который полюс?
  И глотает Москва
  Равнодушно какой-то голос.
 
  ЮНОША БРЕЖНЕВСКИХ ВРЕМЁН
  С комсомольской риторикой в сердце,
  И с фарцовым зарядом в очах,
  Он в надёжном нуждается средстве,
  Чтобы вверх, чтоб азарт не зачах.
 
  Ну а что комсомола милее?
  Лишь отвратный пейзаж Нижних Мымр.
  Наизусть все известны идеи,
  Что Четвёртый построили Рим.
 
  Молодой человек чистолобый
  Честолюбье запрячет в карман.
  А терпенья с избытком - ещё бы!
  Лишь столовка, куда ресторан!
 
  Комсомол, верит, выведет круто!
  А пока - поболтаем чуток
  В предвкушенье такого маршрута,
  Где занятен любой завиток.
 
  * * *
  Мыльной пеной на траве
  Мнится снег с шестого.
  В ноябре весьма в Москве
  Холодно, сурово.
 
  Снег пошёл, но так...чуть-чуть,
  На траве мутнеет.
  Зимний предстоящий путь
  Долгой тьмою веет...
 
  * * *
  Золото просыпят окна в ночь,
  Ночь и вечер, впрочем, перепутал.
  Каждый ли двора известен угол?
  Ветер воет, не признавши нот.
 
  Кто вон тот бегущий человек?
  Пострашнее звука ветрового
  Жизнь сама. А что на тему Слова,
  Давшего её? Который век?
 
  Осени ночной пейзаж тяжёл,
  Вечер с ночью чрезвычайно схожи.
  За твою действительность глагол
  Сколь в ответе, коль мечты негожи?
 
  ГОГОЛЬ В РИМЕ
  В траттории гора спагетти
  Дымится, сыром пахнет пар.
  Писатель ощущенья эти
  Так любит...как словесный жар.
 
  А вот красиво итальянка
  Танцует, музыка звучит.
 
  Ужели жизни есть изнанка?
  И Гоголь в основном молчит.
 
  Молчит, и думает, и пишет.
  Гуляет часто, Рим хорош.
  Хотя жарою летом пышет,
  В тени спасение найдёшь.
 
  Жизнь эта в римской окантовке
  Той русской музыкой звучит,
  Которой выше нет...
  Неловкий
  Стал нищий, и на дом глядит...
 
  * * *
  Общительностью сына раздражалась -
  Всех тащит в дом, все шаркают, гремят.
  Когда один на кухню - не сдержалась -
  Зашёл и шарил всюду. Грозный взгляд:
  -Что ищите? - Да хлеба хоть кусочек.
  Теперь была бы счастлива вот тем -
  Ведь сын погиб в аварии...И прочерк
  В дальнейшем, темнота густа совсем.
 
  * * *
  И под напором яви мягко в сон
  Уходит человек, ей изувечен.
  Он жить хотел бы лишь в пределах речи,
  А суетиться век обязан он.
  И оттого весьма желанен сон.
 
  КРОВЬ
  Кровь, как информации поток.
  Родниковый ток, глубины тайны.
  Кровь в районе сердца...Ну а ног?
  Эта кровь, мне кажется, окраины.
 
  Кровь, как плазма - норма естества,
  Волхвованье тёмного прибоя.
  Кровь - она идёт для колдовства
  Чёрного, лишённого Любови.
 
  Кровяные сгустки на земле,
  Тут даны следами преступленья.
  Или небо видел на заре
  Остро-красное, шипы лученья...
 
  А в крови душа, и в этом связь
  Всех со всеми, а иное мелочь.
  Если знаешь - свет сильней, чем грязь -
  Это значит наступила зрелость.
 
  ДУХ ОБЩАГ
  Дух общаг дремуч, кондов, тягуч.
  Запах вечный - щи, бельё стирают...
  Запах осязаем, столь могуч,
  Что флюиды стены пропитают...
  Майки и трико, и лень менять
  Что-либо...Из окон - двор помойный.
  Водка снова и портвейн опять -
  Вот общаг портрет, весьма достойный.
  Плазма жизни втуне столь густа,
  Что способна отвращенье вызвать.
  Ты рванул в столицу - думал выиграть?
  Да не получилось ни шута.
  Лампы вечно тусклые, и шарк
  Тапочек, линолеум истёртый.
  И мужик орущий - пьяный, потный.
  И за окнами вороний карк...
 
  * * *
  Мы знаем свет, холод, и тепло,
  Мы помним - небо выше, нежли горы.
  Но в час, когда у нас в душе светло,
  Мы и не вспомним, что бывает горе.
 
 
 
  Л. И. ШИГАЕВ
  Домовит, с пузцом, уютен, сер,
  Мил - его не знал, но представляю.
  Проза, что даётся силой сфер,
  Образы в реальность вводит, знаю.
 
  Плоть даёт им, запускает кровь,
  Жизнь порою отбирает тоже.
  Домовит. От русских тех основ,
  Что крушить совсем-совсем негоже.
 
  Мрачен сколь для русского Берлин?
  Вот огни, и их блистанье ярко.
  Ежели отведаешь глубин,
  Просто яви очень мало. Жалко.
 
  Был Шигаев? Нет? Жил тишиной,
  Тёплой незаметностью на свете.
  Навсегда останется со мной
  Памятью - пусть детскою - о лете.
 
  ВОТ ТАКАЯ ЖИМОЛОСТЬ
  Жимолость мой оплетает мозг,
  Буйная, неистово ветвится.
  Тропы-ветви - позывные звёзд,
  Светом их возможно ль насладиться?
 
  Жимолость питается ли мной?
  Или же стихи мои питает?
  Строчки до последней запятой
  Собственною силой насыщает?
 
  Жимолость сколь хороша я не
  Знаю толком, но она реальна,
  Столь, что разрывается во сне
  Цветом ярким, мудро и печально.
 
  Фейерверка цвета не боюсь,
  Коль даны рассветные мотивы.
  Радость же моя - она же грусть,
  Ибо слишком знаю перспективы.
 
  * * *
  Он говорит - А ДЕЛО моё затянулось.
  Дело он произносит, голосом выделяя.
  И становится ясной его понурость
  И седина, всклокочено-шаровая.
 
  Какое дело - кому охота расспрашивать?
  Ясно - оно для него чрезвычайно серьёзно.
  НН-то сегодня видели нашего?
  Ему уже и помогать кажется поздно.
 
  Дело моё затянулось. Что там за дело?
  Пустота в окне трогает пальцем раму.,
  Расширяя реальность до невиданного предела,
  В котором старик вдруг припоминает маму.
 
  ИДЕЯ ИСЛАНДИИ
  ...выпускать журнал под названием Вестник Изиды,
  И идею Исландии в оном истолковать,
  Из собственной квартиры при этом описывая виды.
  Смесь такая способна мозги питать?
 
  Идея Исландии это идея острова,
  Идея автономности в мире чисел больших.
  Идея тела зависит ведь от идеи остова,
  Когда не от пространств шаровых.
 
  Над Исландией очень синее небо,
  И синь океана вокруг.
  В Исландии всем хватает хлеба,
  А о смысле жизни размышлять недосуг.
 
  Где теперь сохнут рыбацкие сети?
  Уютны проулки и улицы городов.
  Как ни крути, но вырастают дети.
  Я тоже вырос, но к этому не готов.
  ПАМЯТИ А. Л. РЕШЕТОВА
  Соприродность лесу и ручьям,
  Озеру и отраженью леса
  Ощущал, стихи слагая, сам,
  Не нуждаясь в золоте прогресса.
 
  И не умер - растворился он
  В лёгком ветре иль воде озёрной,
  Стал стихом, вливаясь в небосклон,
  Уходя от жизни иллюзорной.
 
  ЖЕНЩИНА В СЕКСЕ
  Тайны тела отдаёт в любви,
  Щедро раскрывает эти тайны
  Женщина любимому свои -
  Щедро, вся - от центра до окраины.
 
  О СКАЗКАХ АНДЕРСЕНА
  1
  К сказкам путь от жизни,
  Ибо жизнь скучна.
  В Датской холодно весьма отчизне,
  А русалочка обречена.
 
  Но с Дюймовочкой всё будет чудно,
  Хоть представить это трудно -
  Так противны все кроты земли!
  Жабы алчные и крысы...
  Мысль острее биссектрисы
  Вы представить бы могли?
 
  Сказка тоже дочка мысли.
  И реальность против сказки зря
  Напрягает мышцы -
  Знаю я.
 
  2
  Китайский император лют.
  А соловей поёт чудесно -
  Механика отменный труд.
  И много золота окрестно.
 
  Метафизический бамбук
  Бывает, друг?
 
  За сказкой - дебри, тайны, искры
  Каких-то далей...чьи-то игры...
  А жизнь одна.
  Лу-на.
 
  3
  Зачем русалке ноги? Вот, поди,
  Необходимы!
  Каждый шаг острее
  Мир иногда взрывающей идеи.
  Дойдёшь? Конечно, нет.
  Иди, иди...
 
  * * *
  Выбелены
  Асфальта выбоины
  Новым снегом - чёрно-белые острова
  Фантастической карты
  Разглядываешь без азарта,
  Двигаясь от усталости едва-едва...
 
 
 
 
 
 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Болдырева "Крадуш. Чужие души" М.Николаев "Вторжение на Землю"

Как попасть в этoт список

Кожевенное мастерство | Сайт "Художники" | Доска об'явлений "Книги"