БОЖИЙ САД
В нём осмысленно - стволы и корни,
И листья жизни, и земля сама.
И мысли - что порой сложнее кроны,
И даже снежно-белая зима.
Мы, будучи в саду, его не очень
И замечаем, мы - его листы.
А что за летом наступает осень
Трагедией не посчитаешь ты.
* * *
Пунктирно снег обвёл деревья,
Их обнажённость подчеркнув.
Не любит тишина движенья,
Оно ей - в сердце вбитый клюв.
Двор зачарован тишиною,
Снег серебрист и ярко-бел.
И склонность личная к покою
Мне говорит - я постарел.
ТЕОСОФСКОЕ ОБЩЕСТВО В КАЛУГЕ
В дом частный входят люди в чёрном,
Рассаживаются. Порой
Мы нечто представляем вздорным,
Не видя правды шаровой.
Так Теософия в Калуге
Растеньем света предстаёт.
А много скуки - жизнь в округе
Столь заурядная идёт.
Но город стар, и в этом сила,
И в этом опыт судеб дан.
Иль теософской перспектива
Предстанет для господ и дам.
Их дом под вечер принимает,
И вот незримые миры
В их рассужденьях возникают -
Великолепны и милы.
Наш мир - он только отголосок
Непостигаемых высот.
А сын хозяина - подросток -
Придёт к открытьям? Не придёт?
ПРАКТИЧЕСКОЕ ЛИТЕРАТУРОВЕДЕНИЕ
Домик деревянный во дворе,
Снегом запорошено крылечко.
Слышится откуда - до-ми-ре?
Вниз пойдёшь, и скоро будет речка.
Домик точно книгу почитай.
В ноябре довольно мало снега.
Ссоры ведь бывают - просто край,
Будто и не существует небо.
Вот такое введенье, а что?
Домик та же книга, та же книга...
Сознавая - в мире ты никто,
Вздрогнешь от неведомого крика.
ЧЕЛОВЕЧЕСКАЯ ДРАМА
1
Он едет хоронить отца.
И городок провинциальный
Он вспоминает без конца -
Он милый, хоть весьма банальный.
Отца не видел год. Дела,
Заботы, будничная драма.
Насколь действительность светла?
Насколь от оной в сердце рана?
Коррозия листвы вокруг.
Вот старый дом, соседи. Худо.
Да, худо. Иль разорван круг
Реальности, а мнилось - чудо?
Здесь то, а рядом где-то пир.
Иль кот, сидящий у оконца.
И жёлтый свет как жидкий жир
Льёт человеческое солнце.
2
Много качеств, и избыток их -
Смелости, допустим - и приводит
К нарушеньям правил - тех, каких
Много очень в социуме...вроде.
Дерево бывает что растёт,
Развивается вполне нормально.
А потом - незримый поворот,
И пошло развитье инфернально.
Математик. Преступленья он
Рассчитать способен виртуозно.
Сбитый жизни лад. Какой-то фон.
Фон глотает всех довольно грозно.
3
Фигура на фоне
Деревьев, дождя.
Банально. И то не
Пойму толком я.
Фигура я знаю
Я сам, я иду.
Дорогу теряю,
Грядущего жду.
4
Грядущее вполне
Переносимо, ясно мне.
Грядущее как форма настоящего,
Из чьей-нибудь кастрюли убегающего.
Поймай, коль выкипает молоко!
Действительность, наверно, далеко
От пониманья - понимаю я.
И это вот зовётся жизнь моя.
ПЕРЕМЕЩЕНИЕ БАРАХЛА
С антресолей снимают банки
С вареньем, с огурцами солёными.
Пыль...будто жизнь с изнанки,
Старый термос, фонарик...
В окне - часть двора с воронами.
...куртка старая, что-то ещё,
Всё рассовывается по шкафам, антресоли - на слом.
Надо чистить периодически дом,
Жизнь обновляя, любя её...
* * *
Мне кажется я не вернусь
В тот город, где бродил когда-то.
Где испытал, гуляя, грусть,
В чём сердце вряд ли виновато.
Черты реальности порой
Так на фантазии похожи.
Где город с тихою рекой?
Или мечтать о нём негоже?
Иду...по улице иду,
И липы в два ряда, и зданья.
Случится ли чего я жду,
Или напрасны ожиданья?
* * *
Оглянись - увидишь над собой
Зев змеиный в половину неба.
Бездна алчет. Страшно! Боже мой!
Страшно жизнь прожить лишь ради хлеба.
Суть же бездны укрепить тебя
В предпочтеньях. Зев змеиный розов.
Мнилась часто сложною судьба,
От духовных уходил морозов.
Нет, не проглотить меня, нет-нет,
Выбрав свет, назад дороги нету.
Ибо побеждает только свет
Космоса, купающий планету.
ДРАКОНЫ
1
Хребтистые тела и лапы
Когтисты - страшен сей удар.
Дракон ползёт, наносит раны
Земле...Огонь - дыханья жар.
Но есть иные - те Китаю
Известны - мудрость золотит
Глаза...Корона золотая.
Величествен дракона вид.
Корея тоже тех драконов
Представит символом своим.
Тут нарушение законов
Легенд Европы.
Или дым
И пламя, что из пасти рвутся
Всего фантазии? А то...
Нам те фантазии даются
Красиво, здорово зато...
2
Витиеватая реальность
Драконов - когти, лапы их.
Проглядывает инфернальность -
Она любой испортит стих.
А вот и мастер по поимке
Драконов - где он их видал?
Жизнь раздробите на картинки,
И - да не устрашит финал.
3
Драконы в Европе! Слух пошёл -
В Испании видели их, во Франции.
Дракон в полёте весьма тяжёл.
А в чём же сила драконьей субстанции?
Видали? Вон-вон летит.
Да что вы, это же облако.
А что там виднеется около?
Или это солнце что-то там золотит?
Институт драконоведенья появился уже -
Профессора, доктора, кафедры.
Страх у многих уже
В сердце каменный.
Китай драконами не удивить,
Также Японию и Корею.
Прежде, чем нечто в реальности ощутить,
Надо постичь этого нечто идею.
* * *
Слова ль идут от тишины,
Иль тишину дают слова?
Мы просто осознать должны
Насколь действительность права.
И полюбить её должны,
Пусть не хватает тишины,
Пусть очень много разных слов -
Далёких от златых миров...
* * *
Организован, а не органичен
Наш социум...А органичен кто?
Поэт, какой не слышен - слишком личен -
Работает на вечность он зато.
Иль музыкант в своей убогой келье,
Лелеющий мелодию свою.
Вот их органику назло ущелья
Организованной реальности пою.
* * *
В сгущенье воздух синеват,
Перед глазами он прозрачен.
Иль факт любой неодназначен?
Глаза вам нечто говорят,
А подоплёку как понять?
Так, только важные мотивы
Звучат дыханьем перспективы.
Иным - так не дано звучать.
* * *
Поэт, писатель - он тотально,
Он совершенно одинок.
Его действительность печальна
И совершенна в суммах строк.
Другого нету варианта.
Ты. Сочиняя. Сам уже
Заложник данного таланта,
Расти же свет в своей душе,
Чтоб дальше выплеснуть, и строчки
Наполнить им. Удел таков.
Ведь могут только одиночки
Существовать в пространстве слов.
ТАЛИСМАН
Палочка как талисман,
Отшлифована руками.
Гость пришёл - поставь в стакан:
Тайны собственные сами
И должны хранить. В руке
Снова палочка, удобно.
Ночью в звёздном огоньке
Голос выси благородно
Прозвучит...
Мой талисман!
Палочка! Бамбук! Надёжность.
Жив. Здоров. Но только сам
Ценишь в жизни осторожность.
* * *
Тень догоняет тело - то есть
Вдруг в сумерках мурыжит страх.
И ты разматываешь повесть
Былого в собственных мозгах.
А...человек всего обходит
Тебя - что страшного? Пойми...
Коль у судьбы полно угодий,
То кто-то хлопает дверьми.
* * *
На похоронах отца приятеля
Познакомился с приятельской женой.
Странное знакомство это... - Кстати я
Много слышала о вас. Такой
Оборот сколь вот сейчас уместен?
Дальше встретил в городе её.
Посидели в баре, сумма песен.
Выпили. И выпили ещё.
А потом на выставку ходили.
А потом роман возник у них.
Вот такие знаете ли были
Ныне бременят мой бедный стих.
* * *
Хомо сапиенс всё же сначала,
Хомо легенс потом.
Чтоб усвоить пласты матерьяла
Разум важен, и сильный притом.
Хомо легенс чтоб даден в начале
Был представить едва ли тебе.
Или разума дни отзвучали,
Коли книги забыты в судьбе?
БОРОДИНО
-И мы попёрли друг на друга,
И содрогнулася округа
От наших ратных дел!
Вот так внучёк. - И набивает
Неспешно трубку, дым пускает -
Участник Бородинских дел.
-А видел ты царя? - А как же!
-А страшно драться? - Страшно, даже
И очень - грохот, крики, тьма...
-Откуда тьма? - А я был ранен.
-Но ты, дед, испугался разве?
-Нет, хоть мила мне жизнь сама.
И он рассказывает внуку
Про ту военную науку,
Что довелось ему узнать.
Про раны, что болели сильно.
Воспоминания обильны,
И сладко их перебирать.
* * *
Пять человек прочтут, и ладно,
Для многих не за чем писать.
Подпольный дух! И жить отважно
И мыслить - так, чтоб небеса
Взирали благосклонно на
Твою действительность. Иное
Всё от лукавого. Война
С собой...победа над собою.
* * *
Латышские стрелки,
Латышские грехи -
Черноты прошлого, тугие сгустки
Истории, узлы,
И адский ток смолы -
Как грустно...
ПРЕСЛЕДОВАТЕЛЬ
Преследователь...для чего?
Что ты преследуешь? Не знаю.
Не омрачается чело,
Коль нечто важное теряю,
И всё моменты - весть сама:
Дана как целостность сиянья -
Через неё видна весьма
Пространна чаша мирозданья.
* * *
Увеличение музея -
Зашёл в провинции от скуки -
Не то, что завела идея
Познанья мест. А что за звуки
Там за стеною? Интересно!
Оркестры мощные играют.
Я полагал - мне всё известно,
Но как в домах вороны грают?
А дом раздвинут в сто иль тыщу -
Отделы парков и беседок.
Мне тут свою найти ли нишу?
Цветов нарвать бы напоследок.
Вот сотни граждан изучают
Макет (сверкает) мирозданья.
Детали явно изумляют.
Вот вижу комнаты молчанья.
И мне не выйти из музея,
Расширенного невозможно.
В основу чья легла идея
Определить довольно сложно.
* * *
Те, кто принимались как герои
Ныне очевидны, как убийцы.
Чёрное превозносили белым - то и
Страшно. Ну а в прошлом не укрыться.
Станет настоящее прошедшим,
Выдвинутся новые герои.
Нужно быть...наверно, сумасшедшим,
Чтоб реальность мнить реальной - то и
Вызывает страх, и ощущенье
Ирреальности любого мненья.
КАНДИНСКИЙ И ЕГО ЖЕНА
Жизнь пёстрая, как пятна на холстах
Василия. Жена куда моложе.
Гаданье, гороскопы - на холмах
Грядущего стоять - мороз по коже.
В Европе не особенно житьё,
Достаточно к тому же буржуазно...
Художник? А иные от сарказма
Сдержаться вряд ли смогут - не твоё
Кандинский время.
Далее вдова
Так ловко развернулась, так богато.
Тщеславна, любит лестные слова,
Мечтания её всегда ль крылаты?
Нашли убитой в ванной на полу.
На два мильона камешков пропало.
Гадалка смерть когда-то предсказала,
И всё сбылось, жаль картам веры мало.
Жаль будущего не смягчить иглу.
УСКОЛЬЗАЮЩИЙ МИР
Ускользающий мир, и в другую минуту
Не узнаешь уже ускользающий мир.
Почему жизнь реальна? Ответь! - Почему-то!
Ухвати же за хвост хоть какой-нибудь миг.
Ускользающий мир, где игра диссонансов,
Где накал и надрыв, разрывающий всё.
Мир богатых отливов, И, скажем, бриллиантов
На траве по утру - дан росой и красой.
ЯЩИК ПАНДОРЫ
Ящик, где...вы помните...Как много
Негатива в ящике! Как много...
Любопытство праздное, и вот
Зло клубится темнотой итога
Любопытства, зло окрест плывёт.
Общая искажена дорога.
Формы зла различны, суть одна.
Злу дана реальность, и она
Наша - та реальность...Любопытство...
Мир красив, по существу далёк
От того, что правда нам даёт.
Правдой же едва ли насладиться.
ТРИ МУШКЕТЁРА
Атос как тайны концентрат,
И мастер фехтованья - ас.
Портос - такой забавный фат,
И напивался тыщи раз.
О, хитроумный Арамис,
Церковной догмы ученик.
Теперь попробуй, отстранись
От образов великих книг.
И д Артаньян - лихой всегда,
Притом привыкший побеждать.
Литература как вода -
Она живою может стать.
* * *
Уехать что ли жить в Калугу?
Там переулки так милы,
И даже тёмные углы
Мигают кажется друг другу.
Тут в церкви тир когда-то был,
Сегодня снова церковь. Мимо
Прошёл, но детство не забыл -
Стрелял тут. Плохо? Да! Но мило.
Гостиные ряды, подъём
По Ленина. Проходит время.
В Калуге бы купить бы дом
И позабыть, что жизнь есть бремя...
ЖИВЫЕ БУКВЫ
Живые буквы в Интернете -
Нажмёшь на кнопку - нету их.
Мне интересны те и эти
Картины тем и дел земных.
Живые буквы, ложноножки
Цепляются, etc.
Вот непонятные дорожки
И малоясная игра.
Перетеканье буквиц этих
Во смыслы разные смешит.
Сколь человечество ответит
Высотам, если ум грешит?
* * *
Антониони идёт к внутреннему от внешнего -
Стена в потрескавшейся штукатурке, мерно текущий ручей.
И ясно, что ежели одинок, то спрашивать не с кого,
Ибо ты сам полагаешь, что ты ничей.
Карнавалы Феллини, данные пестротою,
Сколь глубоки? Или их пляс, их круг
Пронизаны в сущности пустотою,
Которую вполне допускает мир вокруг?
Бергман - Достоевский кино - по изломам
Строит повествованье, но выводит к свету едва ль.
А то, что определяет жизнь вертикаль
Кино не демонстрирует нам, доверено внешним законам.
ПОСЛЕ ВЕЧЕРИНКИ С КОКТЕЙЛЯМИ
-Как тебе вечеринка? - Коктейли вполне.
-А меня обстановка блескучести раздражает.
-А...обстановка такая по мне.
-Всяко бывает.
Жена влезает в халат, у окошка муж
Курит. - Разные , говорит, интересы.
-Да всё в мире разное... - И к тому ж
Твоя болтливость... - А ладно, сплошные стрессы
От тебя! Кружится голова.
На коктейли не налегала б.
И уже ничего не значат слова,
И бессмысленны все сентенции, сумма жалоб...
КАТЕНИН
Катенин - мощный дух, распятый алкоголем.
(Не знаем часто, чем себя неволим.)
Но Инвалид звучнее звучного звучит.
Державинская медь звенит, играя,
Психологические драмы открывая.
А кружка пенится и золотом кипит.
Обманчивое золото такое
Не в состоянье победить людское
Стремленье в слове сердца выражать.
Пусть даже и во власти мира -
Чтобы была расколотою лира -
Но песен дивных этим не сломать.
ПЛАТИНА
Платина, чей вес весьма серьёзен,
Действует ли в мире духом зла?
Этот дух едва ли слишком грозен -
Пошловат, равно его дела.
Платина металл всего лишь...редок,
Оттого и дорог. Дважды два.
Платиново небо. Сумма веток.
Сила ноября всегда права...
ПОЭЗИЯ ПРАВА
Закорючки параграфов, строчки
Уложений, засушен язык.
Как усвоить все точки и кочки?
Где поэзия права, старик?
Отвечает старик поседевший -
Тут поэзии быть не должно,
Тут куда посерьёзнее вещи.
(Мне ж милее и двор. И окно.)
Право Гроция Гуго певуче,
Расцветают иные сады.
Ты не ждёшь - но лучи из-за тучи
Всем сияют, увидишь и ты.
ПО МОТИВАМ "ФОТОУВЕЛИЧЕНИЯ"
Случайно увеличивая фото,
Фотограф видит в старом парке труп.
Не для него подобная забота.
Мир больше буржуазен, нежли груб.
Вот недра антикварной лавки, это
Пропеллер, это статуя, и проч.
Вот снова парк. И линиею света
Подчёркнута быть может ярко ночь.
Увеличенье фото...или марки...
Бессмысленно предметы уменьшать.
А коли впечатленья были ярки,
Их вряд ли до клочка бумаги сжать.
Играют в теннис клоуны смешные,
А теннисного нет у них мяча.
И пусть сильны пространства шаровые
Я верю в мощь всесильного луча.
* * *
Двенадцать лет как перескажешь
За час, за два? Приятель жил
В Америке. В другом пейзаже,
Там опыт бытия копил.
Теперь вернулся. Вот и встреча.
Ну, выпили, бодрее речь.
Порой напоминает вечер
Спокойное теченье рек.
Но жизнь едва ль была спокойна.
Как описать двенадцать лет?
Минуты радости и войны
С самим собою. Редко свет,
А чаще тьма. Ещё по рюмке?
Ведь жизнь у каждого своя.
И опускались часто руки
Перед накалом бытия.
Но жив, однако. Жив приятель.
И вечер заменила ночь.
И прошлое (подумай, кстати)
Уходит прочь.
ПРЕДМЕТЫ ВРЕМЕНИ
Предметы времени - пространство,
Воспоминания твои,
Чужое пышное богатство,
Страданья чьей-нибудь любви...
Так что - предметы эти люди?
Предметы времени, предме...
А то, что все когда-то будем,
Так мало объясняет мне...
* * *
Цветы воды, воды же мышцы!
Какие образы даны
В твоём сознанье! Тень вины
Какой-то древней портит мысли.
Цветами вод реальность мне
Раскроется - насколь красива?
Насколь позволит перспектива,
Что очевидна не вполне.
Но мышцы лёгкие воды
Её движенье обеспечат -
Её движенье в сферу речи,
Какую обживаешь ты.
МЕДЬ
Медь звучна и медь прочна -
Сохраняет письмена.
Письмена же сохраняют
Жизнь, которая одна.
Переложенная так
В знаки (ведь сакрален знак)
Жизнь останется надолго,
Письмена отцедят мрак.
Медь высот, незримых строк! -
Сохранят от катастроф,
От провалов в ямы бездны.
Медь сияний, чей исток
Выше разума...
* * *
Идут цепочкой по камням
На берег, океан мерцает.
И грозной массой закипает.
А камни верят ли шагам?
Дохнёт внезапно океан,
Всё посереет, почернеет.
И ражим ужасом повеет.
Страх - человеческий изъян.
Волна смывает в никуда,
От берега могуче тащит.
Им ужас дан из настоящих,
Не то что серая беда.
Борись с волною, широка,
Синеет серой бородою.
Борись с тоскою шаровою
За честь жить дальше - велика.
* * *
Побрякушка реальности - слава,
Рядом с ней труд медовый молчит.
Лес и пруд - всё твоё, и по праву.
Что ж поэт неизвестный грустит.
* * *
Выстрелы небесной артиллерии
Городу уроном не грозят.
Снег блистает - туго-синеват.
Или размышляю о потере я
Осени? Хоть осень длится, мощь
Снеговых ударов потрясает.
И дворы так быстро превращает
В чертежи вполне волшебных рощ.
* * *
Очарование снежинок -
Их белизна, их род, их рой.
Свечение таких картинок!
Когда неважно - ты герой,
Изгой ли ты...дар снегопада!
Великолепные черты -
Какие образами сада
Сейчас узреть способен ты.
* * *
Финты фантазии твоей
Забросят в дальние пределы.
Едва ль необходимо тело
Среди небесных тополей.
Но вот и Византию я
В мерцанье пурпура я вижу.
Дворец, и статуи, и крышу
Немыслимого бытия.
Вот Вавилон, чей монолит
Своим размером устрашит.
А вот духовные поля
Для осознанья яви, для
Чего не знаю сам - она.
Моя фантазия - грешна?
Едва ль, а коль грешна - насколь?
Не ведаю, играя роль.
ПАМЯТИ Ф. Г. РАНЕВСКОЙ
Гудела слава будто улей,
И резонировала так,
Что не было домов и улиц,
Где б не звучало имя. Факт.
Потеря молодости - это
Трагедия для большинства -
А тут - увеличенье света,
Тут сокровенность волшебства.
Таланту время не помеха,
А новизна его всегда
И в дальних поколеньях эхо
Всё вызывает. Да-да-да.
Актрисы жизненная повесть
Была не очень весела.
Талант единственная новость,
Которая всегда светла!
ПОПУГАЙ И РОЗА
Попугай глядит на розу -
Хороша, какой окрас.
Попугай, встающий в позу,
Был бы так смешон для нас.
Тем не мене заявляет -
Я красивее тебя.
Роза...нет, не отвечает.
Попугай же, теребя
Лепестки, её к ответу
Призывает - Отвечай!
А в ответе смысла нету,
Коли роза видит рай.
* * *
Для пишущего постоянно
Привычка эта , как вино.
Вина коль много - окаянно
В тяжёлой сущности оно.
Божественная одержимость -
Писать? Или самообман?
Стихов бушующая жимолость,
И ясность их, и их туман!
* * *
Он бросил мать, пил беспробудно,
Он странствовал и воровал.
Стихи при этом сочинял
Великолепные так трудно.
Старуха-мать ждала его.
Он - в неизвестности; поэтом
Был замечательным при этом.
Над ним черны колокола.
Оправдан ли стихами путь
Такой хотя бы на чуть-чуть?
* * *
Богат и тёмно-мутноват
Воспоминаньями своими.
Советский классик в сердце ад
Скрывает.
Всем известно имя.
И издан тыщи тысяч раз,
И пьёт без просыпа - не пишет.
Иметь успех едва ли рад -
Всё голос преступленья слышит -
Да, преступленья своего:
Укравший рукопись повержен.
Во внешнем мире - торжество,
В душе - разбит, расколот стержень.
Окован был тот сундучок,
Где рукописи - толстым слоем.
И был застрелен белячок,
Неистово владевший словом.
Вот классик славы - всех высот,
Ему они нужны едва ли.
И снова пьёт. И пьёт и пьёт,
Не ведающий вертикали.
ПОД БАЛАЛАЙКУ
1
Иностранные напитки
Нам по сути хуже пытки,
Символ - водочка у нас.
Ну а коль без градусов -
Будет квас,
Тоже форма радости.
2
Пляс под балалайку -
Прыгну - улечу.
С явью в угадайку
Играть я не хочу.
Мне того довольно,
Что реальность есть.
И смеюсь невольно,
В пляс влагаясь весь.
3
Балалайка ль загрустит?
Элегический мотив
Ей едва ли подойдёт -
Веселить должна народ.
И сама в узорах сада
Райского - отвянь, досада!
Ноги бьём и рады тем.
Не боимся смерти.
Может, нет её совсем?
Нет её! Поверьте!
АНДРЕЮ БОЛКОНСКОМУ
Аристократ и по рожденью
Страдать снобизмом будет. Что ж...
Андрей, ко славе вожделенье
Негоже. Или мир негож?
Зачем хотя б минута славы,
Коль есть действительность сама?
Она серьёзна, величава,
Неважно - осень ли, зима.
Твои Андрей и размышленья,
И чувства так понятны мне.
Ты жив помимо и прочтенья -
Что очевидно. Да. Вполне.
ПОЛЬСКАЯ МУЗЫКА
Из костёла, хороня
Запятые свечек,
Мы выходим - для меня
Сладок этот вечер.
Польской музыки разлив,
Жемчуга мерцанье.
И каштановый порыв
К сердцу мирозданья.
Да, Коперник? Сладок путь?
Путь познанья? Страшен?
Сколь стихи являют суть
Дней, воды и башен?
Нежно-бархатный Шопен,
Переливы звука.
Замков старых сумма стен!
И без действий скука.
Шляхта яростна была,
Как мечи звенели.
Всё же музыка светла
Польская на деле.
* * *
За кризисом грядёт подъём.
Надежда ум насколь питает,
Когда действительность пытает
Провалом за провалом, в том
И заставляя суть искать?
А эта суть весьма чревата.
Снег, ныне явленный богато,
Искрист. Не буду отрицать.
ЗНАК
Знак изменяет угол зренья
На точку "а" и точку "я".
И раскрывает без сомненья
Суть - жалко, части - бытия.
Сколь интересна пиктограмма?
Но имя интересней мне.
Знак слово всякое. Вот мама,
А вот ребёнок, мал вполне.
Система знаковая - наша
Реальность. Сложно осознать.
И - опрокинутая чаша
Небес - как сокровенный знак.
* * *
В Крыму под Кафой половцы стоят,
Но крепость не сдаётся - генуэзцы
Её обороняют. И пестрят
У стен отряды половцев, чья резкость
Жестокости равна - отсюда и
Решенье - труп чумной забросить в крепость.
Тут, катапульта, рычаги твои
Помогут, и броска известна резкость.
Труп размозжён о камни, и чума
Пропитывает воздух постепенно.
Незримо входит в разные дома,
Незримо проникает в наши вены.
Всё шире круг чумы - не победить.
Уже не крепость, а Европа стонет.
Мы будем жить? Ответ не получить.
История порою в Лете тонет.
Черна река - глубокая она!
А население Европы пострадало.
Чума сбирает оптом дань, сильна,
О будущем не думая нимало.
АМЕРИКАНСКАЯ ПОЭЗИЯ
Поэзии американской
Вольтаж в ХХ векек крут.
От музыки викторианской
Едва ли что услышим тут.
Викторианские мотивы
У Фроста разве прозвучат?
Уоллес Стивенс перспективы
Иные видит. Новый лад.
Вой Крейн, чей мост натянут мощно
Струною спинномозговой.
А вот и Лоуэлла роща,
И всюду свет, весьма густой.
И даже чёрные провалы
Хоть Барримена или Плат -
Нам драгоценные кристаллы
Высокой музыки сулят.
* * *
Хорошо ль быть мягким человеком?
Мягкое осилит жёсткое.
Жёсткое - жестокое и косное -
Вдвинуто в реальность каждым веком.
Мягкое - душа твоя легка,
И поступки вряд ли инфернальны.
Ведь не ослепит свет маяка -
Путь укажет, что вполне банально.
* * *
Загадывал часто: если так - то так,
Если апельсин сумею очистить одним движением,
Значит...вывод не важен, но - знак...
Характера что ли? Человек, одержимый сомнением.
Вышел гулять с пёсиком, в кармане монету нашёл,
Рупь, наверно - подумал, её извлекая.
И - увидевши рупь - вдогонку: всё хорошо
Будет, ежели рупь.
Такая привычка дурная.
* * *
Мёд и золото окон вбирай.
Час вечерний, осенний, укромный.
Ну а окна - сияющий рай
Беспредельности, жизни огромной.
Те ли счастливы там, за окном?
Иль старуха сидит, одиноко,
Говорит с рыжеватым котом.
Толстый кот понимает насколько?
Много окон - единая жизнь.
Не свободна, увы, ото лжи.
* * *
Гнездо я вижу из окна,
Но птичья жизнь едва ль ясна.
Вороны грают, а чертёж
Ветвей зимой насколь хорош?
Понятен он тебе насколь?
Я помню прошлое. Позволь,
Но я ли это? Или штрих
Каких-то дел и тем других?
Но вижу всё же из окна
Гнездо, и знаю - жизнь одна.
БИБЛИЯ
Тебе рукоплескали стадионы,
Когда ты пел... Повержен, одинок,
Больная печень, и тоски колонны
Сейчас обрушат дома потолок.
Вот Библия раскроет веер света,
Оттенков смысловых не перечесть.
Сильней всего для нас - и ясно это -
Звучит Евангельская весть.
Ты к цели шёл, чтоб разочароваться,
Достигнув цели. Пустота в душе.
Огню небес нельзя сопротивляться.
Пойми! Но понял это я уже.
Осмысленность любого мига! Ибо
У Бога каждый только на своём
Законном месте. Говорю - спасибо,
Небесным светом оживлён, огнём.
Раскрыта книга. И закрыта книга.
И смыслы все её - предел высот.
И всё - от света неба и до крика,
Пусть боли - в ней значенье обретёт.
* * *
Сочная щедрость травы -
Вот ощущение жизни.
А от последней главы
Вдруг ощущение - лживы
Сказанные слова,
Фиксированные бумажно.
Жизненная полова
За горло берёт вас важно.
Где же ты щедрость - ау?
Травка водой закрыта.
Удержишься на плаву
С камнями косного быта?
Потонешь? Выплывешь? А?
Где я? Который полюс?
И глотает Москва
Равнодушно какой-то голос.
ЮНОША БРЕЖНЕВСКИХ ВРЕМЁН
С комсомольской риторикой в сердце,
И с фарцовым зарядом в очах,
Он в надёжном нуждается средстве,
Чтобы вверх, чтоб азарт не зачах.
Ну а что комсомола милее?
Лишь отвратный пейзаж Нижних Мымр.
Наизусть все известны идеи,
Что Четвёртый построили Рим.
Молодой человек чистолобый
Честолюбье запрячет в карман.
А терпенья с избытком - ещё бы!
Лишь столовка, куда ресторан!
Комсомол, верит, выведет круто!
А пока - поболтаем чуток
В предвкушенье такого маршрута,
Где занятен любой завиток.
* * *
Мыльной пеной на траве
Мнится снег с шестого.
В ноябре весьма в Москве
Холодно, сурово.
Снег пошёл, но так...чуть-чуть,
На траве мутнеет.
Зимний предстоящий путь
Долгой тьмою веет...
* * *
Золото просыпят окна в ночь,
Ночь и вечер, впрочем, перепутал.
Каждый ли двора известен угол?
Ветер воет, не признавши нот.
Кто вон тот бегущий человек?
Пострашнее звука ветрового
Жизнь сама. А что на тему Слова,
Давшего её? Который век?
Осени ночной пейзаж тяжёл,
Вечер с ночью чрезвычайно схожи.
За твою действительность глагол
Сколь в ответе, коль мечты негожи?
ГОГОЛЬ В РИМЕ
В траттории гора спагетти
Дымится, сыром пахнет пар.
Писатель ощущенья эти
Так любит...как словесный жар.
А вот красиво итальянка
Танцует, музыка звучит.
Ужели жизни есть изнанка?
И Гоголь в основном молчит.
Молчит, и думает, и пишет.
Гуляет часто, Рим хорош.
Хотя жарою летом пышет,
В тени спасение найдёшь.
Жизнь эта в римской окантовке
Той русской музыкой звучит,
Которой выше нет...
Неловкий
Стал нищий, и на дом глядит...
* * *
Общительностью сына раздражалась -
Всех тащит в дом, все шаркают, гремят.
Когда один на кухню - не сдержалась -
Зашёл и шарил всюду. Грозный взгляд:
-Что ищите? - Да хлеба хоть кусочек.
Теперь была бы счастлива вот тем -
Ведь сын погиб в аварии...И прочерк
В дальнейшем, темнота густа совсем.
* * *
И под напором яви мягко в сон
Уходит человек, ей изувечен.
Он жить хотел бы лишь в пределах речи,
А суетиться век обязан он.
И оттого весьма желанен сон.
КРОВЬ
Кровь, как информации поток.
Родниковый ток, глубины тайны.
Кровь в районе сердца...Ну а ног?
Эта кровь, мне кажется, окраины.
Кровь, как плазма - норма естества,
Волхвованье тёмного прибоя.
Кровь - она идёт для колдовства
Чёрного, лишённого Любови.
Кровяные сгустки на земле,
Тут даны следами преступленья.
Или небо видел на заре
Остро-красное, шипы лученья...
А в крови душа, и в этом связь
Всех со всеми, а иное мелочь.
Если знаешь - свет сильней, чем грязь -
Это значит наступила зрелость.
ДУХ ОБЩАГ
Дух общаг дремуч, кондов, тягуч.
Запах вечный - щи, бельё стирают...
Запах осязаем, столь могуч,
Что флюиды стены пропитают...
Майки и трико, и лень менять
Что-либо...Из окон - двор помойный.
Водка снова и портвейн опять -
Вот общаг портрет, весьма достойный.
Плазма жизни втуне столь густа,
Что способна отвращенье вызвать.
Ты рванул в столицу - думал выиграть?
Да не получилось ни шута.
Лампы вечно тусклые, и шарк
Тапочек, линолеум истёртый.
И мужик орущий - пьяный, потный.
И за окнами вороний карк...
* * *
Мы знаем свет, холод, и тепло,
Мы помним - небо выше, нежли горы.
Но в час, когда у нас в душе светло,
Мы и не вспомним, что бывает горе.
Л. И. ШИГАЕВ
Домовит, с пузцом, уютен, сер,
Мил - его не знал, но представляю.
Проза, что даётся силой сфер,
Образы в реальность вводит, знаю.
Плоть даёт им, запускает кровь,
Жизнь порою отбирает тоже.
Домовит. От русских тех основ,
Что крушить совсем-совсем негоже.
Мрачен сколь для русского Берлин?
Вот огни, и их блистанье ярко.
Ежели отведаешь глубин,
Просто яви очень мало. Жалко.
Был Шигаев? Нет? Жил тишиной,
Тёплой незаметностью на свете.
Навсегда останется со мной
Памятью - пусть детскою - о лете.
ВОТ ТАКАЯ ЖИМОЛОСТЬ
Жимолость мой оплетает мозг,
Буйная, неистово ветвится.
Тропы-ветви - позывные звёзд,
Светом их возможно ль насладиться?
Жимолость питается ли мной?
Или же стихи мои питает?
Строчки до последней запятой
Собственною силой насыщает?
Жимолость сколь хороша я не
Знаю толком, но она реальна,
Столь, что разрывается во сне
Цветом ярким, мудро и печально.
Фейерверка цвета не боюсь,
Коль даны рассветные мотивы.
Радость же моя - она же грусть,
Ибо слишком знаю перспективы.
* * *
Он говорит - А ДЕЛО моё затянулось.
Дело он произносит, голосом выделяя.
И становится ясной его понурость
И седина, всклокочено-шаровая.
Какое дело - кому охота расспрашивать?
Ясно - оно для него чрезвычайно серьёзно.
НН-то сегодня видели нашего?
Ему уже и помогать кажется поздно.
Дело моё затянулось. Что там за дело?
Пустота в окне трогает пальцем раму.,
Расширяя реальность до невиданного предела,
В котором старик вдруг припоминает маму.
ИДЕЯ ИСЛАНДИИ
...выпускать журнал под названием Вестник Изиды,
И идею Исландии в оном истолковать,
Из собственной квартиры при этом описывая виды.
Смесь такая способна мозги питать?
Идея Исландии это идея острова,
Идея автономности в мире чисел больших.
Идея тела зависит ведь от идеи остова,
Когда не от пространств шаровых.
Над Исландией очень синее небо,
И синь океана вокруг.
В Исландии всем хватает хлеба,
А о смысле жизни размышлять недосуг.
Где теперь сохнут рыбацкие сети?
Уютны проулки и улицы городов.
Как ни крути, но вырастают дети.
Я тоже вырос, но к этому не готов.
ПАМЯТИ А. Л. РЕШЕТОВА
Соприродность лесу и ручьям,
Озеру и отраженью леса
Ощущал, стихи слагая, сам,
Не нуждаясь в золоте прогресса.
И не умер - растворился он
В лёгком ветре иль воде озёрной,
Стал стихом, вливаясь в небосклон,
Уходя от жизни иллюзорной.
ЖЕНЩИНА В СЕКСЕ
Тайны тела отдаёт в любви,
Щедро раскрывает эти тайны
Женщина любимому свои -
Щедро, вся - от центра до окраины.
О СКАЗКАХ АНДЕРСЕНА
1
К сказкам путь от жизни,
Ибо жизнь скучна.
В Датской холодно весьма отчизне,
А русалочка обречена.
Но с Дюймовочкой всё будет чудно,
Хоть представить это трудно -
Так противны все кроты земли!
Жабы алчные и крысы...
Мысль острее биссектрисы
Вы представить бы могли?
Сказка тоже дочка мысли.
И реальность против сказки зря
Напрягает мышцы -
Знаю я.
2
Китайский император лют.
А соловей поёт чудесно -
Механика отменный труд.
И много золота окрестно.
Метафизический бамбук
Бывает, друг?
За сказкой - дебри, тайны, искры
Каких-то далей...чьи-то игры...
А жизнь одна.
Лу-на.
3
Зачем русалке ноги? Вот, поди,
Необходимы!
Каждый шаг острее
Мир иногда взрывающей идеи.
Дойдёшь? Конечно, нет.
Иди, иди...
* * *
Выбелены
Асфальта выбоины
Новым снегом - чёрно-белые острова
Фантастической карты
Разглядываешь без азарта,
Двигаясь от усталости едва-едва...