О ФАКТУРЕ И МЕЛАНХОЛИИ
Столы и стулья, табуреты и шкафы,
Цветы в китайской вазе, пыль оконца.
Фактуру яви изучили вы -
Доступней от науки тайна солнца?
Нет, недоступна, и тогда плоды
Сберёте меланхолии. По нраву?
Нет, хочется державу высоты
Познать - столь совершенную державу.
Д. И. МЕНДЕЛЕЕВ
Одолеваема ль? Рогата
Колюча формула, страшит.
А быта так слоиста вата,
Порывы мысли приглушит.
И Менделеев постигает
Объёмы, тайнопись веществ.
И этим старый лад меняет
Давно привычных нам вещей.
АТЛЕТИЧЕСКИЙ КЛУБ
По переулкам попетляв немного,
Ты выходил к нему - спортивный клуб.
Завод на заднем плане даден строго,
И суммой корпусов довольно груб.
(...а во дворе ты похороны видел
впервые - табуреты, красный гроб...
Свернул, и поскорее к клубу вышел -
Качаться, набирая силу, чтоб.)
Вот раздевалка с душевыми, кафель
И плитка красно-жёлтая. Потом
Наверх уводит лестница. Чей кашель?
Грохочут штанги. Чей-то бодрый тон:
-Егор, здорово, что тебя не видно?
-Я две недели грипповал! - и блеск
зеркал - в них наблюдать себя обидно:
так мало преуспел. Тут интерес
к рельефам и объёмам. ( Не постыдно
любить столь сильно тело? Можно без
любви такой?)...Иваныч, подстрахуешь?
Жим лёжа. А Иваныч староват.
-150 поставил? Ты рискуешь!
Я гирю уронил. Не виноват.
Иные грифы самодельны, гнуты,
Двойные с рамой. Старые станки.
На стенах же картины - атрибуты
Подобных мест. А вот и две доски -
На них качают пресс, а рядом - брусья.
-Сём, сдал зачёт? - Ага. - А ты? - И я.
Не позабуду этот мир боюсь я -
Пустой, как искаженье бытия.
ПАМЯТИ ДЖ. ПИРАНЕЗЕ
Собой разрыв пространства вряд ли
Соединить. Какой разрыв?
Небесных лестниц сумма в прятки
Играет с толщей персректив.
Зима в России соболина
И серебристо-холодна.
И воздух сух. Но ведь едина
Вселенная. Желта луна.
Что Пиранезе знал о наших
Сугробах, где бликует наст?
Вино какое ныне в чашах
На празднике зимы у нас?
О, мощь высоких стен! Какие
Иеремия зрел давно.
Фантазии, пусть золотые,
Нам воплотить не суждено.
И своды зданий целокупны
С пространством, что едва ль - для нас.
Какие встретят нас уступы,
Как переступим смертный час?
РЕДАКТОРАМ
А вы меня молчанием давили,
Плевали в чистый мёд моих стихов.
И пусть меня живьём похоронили,
Но вам не уничтожить искры слов.
ЮЖИНСКИЙ ПЕРЕУЛОК
А рябина чахлая была
Возле деревянного барака.
Окна, жиром полные, светла
В комнатах там жизнь была однако.
Световой, легко текущий жир,
И метафизические бездны.
Каждый понимает - я исчезну,
И совсем, совсем не дрогнет мир.
Дерматиновая дверь - конверт,
Вход в письмо, и лестница скрипуча.
А насколько веришь - смерти нет,
Растворяясь в облаке созвучий?
ОКУРОК
Авдеев крепко руку жмёт.
В курилке поболтаешь пылко?
Там вяло разговор течёт,
Как дым. Людей полно в курилке.
Окурок - мелочь бытия,
Гора их в урне неприятна.
За годы чётко понял я -
На жизни проступают пятна
Унынья, злобы и т. п.
Плевок, окурок. Всё отвратно.
Как следовать своей тропе,
Коль явь сама малопонятна?
Иль ты окурок сам? Тебя
Отбросила легко реальность,
Тебя нисколько не ценя,
Поскольку дни твои - банальность?
Коль только матерьялен мир,
Так и получится...Однако,
Ведь есть огни, что шлёт эфир -
Познай душой ту силу знака!