|
|
||
My mistress' eyes are nothing like the sun; Coral is far more red than her lips' red; If snow be white; why then her breasts are dun; If hairs be wires, black wires grow on her head. I have seen roses damasked, red and white, But no such roses see I in her cheeks, And in some perfumes is there more delight Than in the breath that from my mistress reeks. I love to hear her speak, yet well I know That music hath a far more pleasing sound; I grant I never saw a goddess go - My mistress when she walks treads on the ground. And yet, by heaven, I think my love as rare As any she belied with false compare. |
Глаза черны, как солнце не светла. Коралловые губы - не коралл. Грудь белоснежная её - смугла. И проволокой волос я б назвал. Дамасских насмотревшись алых роз, Я их не вижу на её щеках; И аромат мне чуять довелось, Куда как слаще, чем в её устах. Я речь её люблю, но знаю я, Что музыка приятней тешит слух. Как ходят боги, я не зрел. Моя Любовь ступает по земле на двух. Но всем, кого привыкли восхвалять Хвалой фальшивой, - фору может дать. |
|