|
|
||
When to the sessions of sweet silent thought I summon up remembrance of things past, I sigh the lack of many a thing I sought, And with old woes new wail my dear time's waste: Then can I drown an eye (unused to flow) For precious friends hid in death's dateless night, And weep afresh love's long since cancelled woe, And moan th'expense of many a vanished sight; Then can I grieve at grievances foregone, And heavily from woe to woe tell o'er The sad account of fore-bemoaned moan, Which I new pay as if not paid before: But if the while I think on thee (dear friend) All losses are restored, and sorrows end. |
Когда на сокровенный суд души Зову воспоминанья лучших дней, Грущу о том, к чему я зря спешил, О тратах плачу юности своей; Рыдают слёз не знавшие глаза По тем, кому достались смерть и ночь, И вновь былой любви течёт слеза, И не уйдёт никак былое прочь; И горем старым вновь горюю я, Беда к беде - баланс мой подведён, Счёт горький вновь ведёт душа моя, Как будто не оплачен раньше он. Но если вспомню я тебя, друг мой, С потерями расстанусь и тоской. |
|