Везёт же! Непредвиденно вместо изматывающей череды смен, когда путаются день с ночью, проснулся в тревоге: нет привычного машинного гула- под птичьи переливы в лесу за окном.
Это настоящий подарок- месяц тишины, установленного санаторного распорядка в лечебнице Бад Брамштедт. И почти на халяву.
Хвала её учредителю достопочтенному Оскару Александеру, додумавшемуся в кризисные 29-30 годы двадцатого века вложить свой коммерческий капитал в беспроигрышное дело врачевания. Впрочем про «беспроигрышное» я загнул.
Дело в том, что Herr Aleksander был поначалу уважаемым немецким евреем, но прошёл десяток лет и на его раскрученное дело стали засматриваться правильные немцы. В духе повадок третьего Рейха бизнес отжали, а талантливый предприниматель, не вышедший происхождением, сгинул в концлагерях.
Почему-то администраторша кура, презентовавшая бальнеологическую здравницу, на мой вопрос о наследовании семейных традиций отвечала со смущением и тихонько. История любит тишину! Это лжи нужна аудитория и шумиха.
Судя по портрету господин Александер добропорядочный был человек. Светлая память.
Не знаю, как Вам, а для меня этот май особенный. Вышел на финишную годовую прямую к пенсии. С вручением ордена Сутулаго. Аккурат под 66.
Двоякое ощущение, доложу я Вам. Удовлетворения от близкой победы над собой в неравном соперничестве с молодыми коллегами, которым тяготы интенсивной работы в химическом производстве пока «пофик-веники».
И разочарования от скоротечности прожитого, смахивающего на черновик, куда уже не дозволено внести коррективы.
До чего смешное и утешительное выражение: уход на заслуженный отдых! Дела и удовольствия, отложенные некогда на потом, оказываются пустыми и неактуальными. Окружающим ты, старый пень, уже неинтересен: взять с тебя больше нечего. Пнёшь- рассыплется.
Отдыхать мы привыкли перед работой, среди и после, не не вместо. Куда ж нас отправляют «отдыхать» сейчас на унизительное полунищенское положение? Если для последнего пути, так там времени будет вдоволь и концентрации сил не понадобится.
Однако вернёмся в Бад Брамштедт.
Мне повезло получить от пенсионного ведомства этот дополнительный месячный отпуск на восстановление здоровья для заключительного рывка. Здесь уникальная возможность расслабиться, раскинуть мозгами, свести глаза в точку. Хорошо!
Бад Брамштедт- это кур на болоте с лечебным воздухом, напоенным ароматами соснового леса и конских ферм. И тихо. Было б тихо кардинально, только б не оглушительный птичий майский гам по утрам.
И.
Если б не столь высокая концентрация полных инвалидов. Их, болезных, более половины из 650 постояльцев богадельни, куда меня занесло. Среди страждущих на колясках, с костылями чувствуешь себя подозрительно здоровым и случайным. И ты несёшь невольную вину при встрече с бедолагой на тяни-толкае, еле волочащем ноги, но умудряющемся одарить тебя детской улыбкой.
Трудно вынести долго это сосредоточение человеческого несчастия. Хочется запрыгнуть в седло велосипеда и уехать шляться по сельским окрестным дорогам.
По прошествии недели я решил, что такое соседство является одним из незлонамеренных лечебных факторов профессиональной реабилитации.