Аннотация: Сборник стихов Михаила Бару с предисловиями.
Предисловие Андрея Комова
"Начнем ab ovo," - можем мы повторить сегодня вслед за Пушкиным. Не потому, что мы стали похожи на него через двести лет, как думал Гоголь, а потому что, как и Пушкин, переживаем время, когда все надо начинать заново, с яйца. Нас и раньше-то мало беспокоили традиции. Весь двадцатый век был временем новизны, когда сегодняшний день ценился гораздо больше вчерашнего, и мы получили только то, к чему всю жизнь стремились. Не оттого ли говорить сегодня о литературе и, тем более, о поэзии, значит попусту терять время? И не потому, что ее нет, а потому что не читают. А не читаем мы, потому что читать нечего. Это замкнутый круг. Это - время, новая полоса стабильных перемен, которую хочется пережить, как вчерашнее светлое будущее. Литература незаметна еще и потому, что все авторы как-то сразу стали неизвестными: будто и не было никогда русской литературы, а только десяток имен в памяти, как забытый храм, из которого вышел самый читающий народ.
Все это вещи общеизвестные и даже кажутся неправдой, потому что повторяются они в нашей культуре каждое столетие. Мы не Франция с прямой почти дорогой от Ронсара до Аполлинера, не Германия, прошедшая без остановок от "Песни о Роланде" до Ремарка, не Англия, соединяющая в себе Шекспира и Джойса. Путь, пройденный Европой от эпохи Возрождения, у нас повторяется последние четыреста лет в пятый раз, и нам даже не интересно уже, почему это так, а не иначе. Мы знаем только, что опять начнем ab ovo, опять будем зашивать прорехи, сращивать позвонки и по мере сил наших поэтов создавать новый язык, который мы можем назвать вслед за Пушкиным "школой гармонической точности".
Поэтам всегда было труднее. "Стихи всегда беззащитны. По совести: кому они нужны," - писал семьдесят лет назад Георгий Адамович о новой России. Сегодня же, если и публикуют книги, то в редком случае большие романы и повести. Малая же поэтическая форма или "трехстрочные верлибры", как определил их Михаил Бару, казалось бы совершенно обречены на невнимание. Кажется, что такие стихи будут читать только поэты, да и то только те, кто знает о них из Интернета. Кажется даже, что "атомы русской поэзии" (как точно назвал недавно малую поэтическую форму поэт и математик Алексей Вернитский) настолько просты, что становятся невидимы и совершенно неспособны вызвать прежнее эхо.
Однако происходит это в России, а не во Франции, и для читателя нашего, увидевшего вдруг в литературе не слово, а товар, три нерифмованные строчки значат, против всех ожиданий, намного больше увесистого кирпича прозы. Происходит это потому, наверное, что мы по природе своей не равнодушны к "свободному" порядку слов, за которыми нам всегда виделось не определение жизни, а нечто большее, не умещавшееся ни в какие слова и ни в какую логику.
Дело не в том, что короткие стихи читать легче. Я помню, как жена моя, преподававшая литературу в школе, показывала детям стихи Михаила Бару и как ей не только не надо было объяснять что там написано и почему именно так, но пришлось создать стенную газету, в которую дети писали свои трехстишья, прозаические миниатюры и рецензии на современную литературу. Школа была обычной, не литературной, и дети не старшеклассники, а 2-6 класс. Все дело - в нашем постоянном, заложенном в самой русской речи, поиске "гармонической точности".
Если не верите, прочитайте вашим детям, например, такое трехстишье из этой книги:
Осенний дождь
Намокшие крылья сложив
По лужам бреду домой.
Спросите, почему "крылья"? И Вы увидите, что получится.
Другой пример - конкурс хайку, который был объявлен летом 1998 года посольством Японии, газетой "Аргументы и факты". Проведению конкурса помогали МГУ и сетевой литературный журнал "Вавилон". Многие об этом знают, и это уже история. Поразительно то, что было получено более 12 тысяч работ из всех регионов России, стран СНГ и дальнего зарубежья от авторов от 6 до 80 лет. Стихи присылали полгода. Вспомните, что это было за время, начиная с августа 98-го. Можно ли представить себе в любой другой стране пенсионера, вдруг понявшего, что его пенсия - это приговор, и сочиняющего японское хайку?
Про конкурс могли бы и забыть - никто бы тогда не упрекнул. Но не только не забыли, а даже деньги на книги нашли и выбрали победителей и дипломантов. Четвертым из 12 тысяч был Михаил Бару.
С тех пор Бару выпустил книги "Обет безбрючия", "Поджигатель жизни", "Презумпция невинности". Его публикации появились в альманахах поэзии хайку "Тритон", в журналах "Волга" и "Арион", много публикаций появилось в литературных журналах Интернета. Внутреннеe зрение автора изменилось, возникла легкость и точность, позволяющие соединять то, что раньше могло потребовать сюжета:
снег на подоконнике
пурпурные цветы магнолии
на почтовой марке
Словом, изменился автор, начавший писать небольшие миниатюры в конце 80-х, изменилась с того времени до неузнаваемости и литературная ситуация. Однако отношение к поэтическим миниатюрам осталось едва ли не прежним - слишком просто. Даже больше. Вдруг стало "очевидным", что никакой особенности у художественной литературы нет, а есть только тексты, необходимые в реальной жизни. Не нужна "школа точности" - можно писать все.
На это замечательно ответил профессор, доктор искусствоведения, филолог и член Союза композиторов М.Ш. Бонфельд: "...свойство художественного произведения делает его сродни живой материи - не механизму, но организму..."
"Язык есть не только материал поэзии, как мрамор - ваяния, но сама поэзия," - вспоминает он также слова, сказанные почти сто лет академиком А. А. Потебней.
Это относится, конечно же, не только к поэтическим миниатюрам, а ко всей словесности, но только на уровне "атома поэзии" это становится совершенно очевидным.
В одном выборе слов и в их порядке, в использовании простоты как приема, проявляется каждые сто лет скрытое от нас до этого стремление русского языка к обновлению его поэтики, а сам он становится настоящей школой поэзии без тропов, рифм, сложной ритмики и даже названия - только на уровне слова, соединяя, как писал Пастернак, в "дыханье сплава" разные лексические уровни, помогая нам преображать значения слов и создавать художественное целое.
Однако дело не только в "гармонической точности".
Русская речь сегодня так активно проникает в другие страны и познает мир, что у нас стали говорить о соединении литератур. Пишу об этом, потому что малая поэтическая форма ощущает это первой. В качестве примера объединения приводят историю проникновения японской поэзии в Америку после Второй мировой войны, затем в Европу, и, наконец, в Россию. Все это верно. Но при этом упускают из виду внутренние правила языка: японская поэзия становится у нас русской. Как стала русской немецкая система стихосложения в XVIII веке, превратившись из силлабической в силлабо-тоническую. Как невозможен в любом языке точный перевод стихов, а только новое их сочинение.
Конечно же, можно точно выполнять правила жанра: три строчки по 5-7-5 слогов. Но долго ли? Михаил Бару написал об этом так: "Что же касается японских корней, то сколько можно за них держаться? Хорошо, что мы от них понемногу уходим. Я бы и вовсе обратился к японской поэзии хайку с просьбой: "Отпусти ты нас, Христа и Будды Амиды ради!". Должна отпустить. Отпустила же Япония своих деревянных кукол к нам. А уж мы их в матрешки превратили".
Чтобы показать, куда движутся "трехстрочные верлибры" Бару, приведу еще один пример. Примерно два года назад он начал переводить сборник североамериканских хайку и ежедневно публиковать их в своем Живом Журнале или литературном сайте (http://www.livejournal.com/users/synthesizer/). Там же публикуются самые последние его стихотворения, поэтические афоризмы, небольшие рассказы и очерки. Сайт вскоре стал настолько популярным, что только количество откликов на публикации превышает иногда сотню, не говоря о тех, кто просто их читает. Но, пожалуй, самое удивительное - появляются соавторы не только переводов, но и его собственных стихов, чему Михаил, в отличии от большинства поэтов, очень рад и публикует их тексты вместе со своими, видимо почувствовав, что краткая поэтическая форма стремится в русской речи от монолога к синтезу голосов и смыслов. К отдельной жизни строк и независимости слов в строгом единстве невидимого целого.
весенние облака
в каждом слове твоем
обещастье
Продолжится ли это движение? Будут ли стихи его лирикой, станут ли они в будущем ближе к хору народной поэзии или их победит проза? Ответа нет, но уже сегодня ясно, что русская речь создала еще одну биографию.
Предисловие автора
Не грести, не рулить, но лежать, беззаботно валяться в дрейфе. Чтобы все мимо и мимо, не причаливая, не приставая, не требуя принять концы. Не сообщать ни координат, ни порта приписки, ни номера телефона, ни семейного положения. Гудеть в трубу нечленораздельное и пускать дым колечками. Не помнить дат убытия и прибытия. Помнить ничего ... Не получается.
ИЗ СБОРНИКА "ПЬЕДЕСТУЛЬЧИК"
Вот и весна. Новорожденный дождик Тщательно моет Маленький неба лоскут Мною зимой закопченый.
*** Весенняя ночь. Из гостей запоздалых Сосед заявился "Жигуль" свой ведя в поводу... Лыка оба не вяжут.
*** Снова весна. Надежды мои, Отощавшие за зиму, Окрепли, поправились И... улетели.
*** Осенний дождь. Намокшие крылья сложив, По лужам бреду домой.
*** Лютый мороз.
Даже кошки, Скребущие душу, Как собаки продрогли
И не скребут, а дрожат...
***
Сегодня под вечер
О сути вещей размышлял...
О продажной, конечно, их сути.
*** Летней ночью без сна
Кажется, душу вложил
В свою кровожадную песню
Молодой и голодный комар.
***
Гости вот-вот...
В ожидании их предвкушаю
Тот сладостный миг
Одиночества полного,
Что наступит, как только
Их черти домой унесут...
***
А спорим, нет места
Для камня за пазухой
У той полногрудой девчонки?
*** Осенний дождь
Все бегут куда-то
Я - бреду
***
Сумерки...
Ветер скулит
Бездомным щенком
***
Летняя ночь... Мотыльком легкокрылым лечу На свет кабака придорожного.
*** Болтаем... Много маленьких глупостей Наговорила ты мне... Одной большой тебе отвечу.
***
На остановке Переполненный автобус Блюет пассажирами - Перебрал...
***
Полночь. Не сплю. Корчу свирепые рожи - Сегодня я снюсь врагу...
***
Как ни старайся Рот поплотнее закрыть - Все бесполезно: Ты и ухом, пожалуй, Глупость способна сказать.
***
А вот и я!
Ты думала: "Пропал" -
Ан - нет! Всего лишь
Завалился за подкладку.
***
вечерняя свежесть...
на сохнущую портянку
воробей подсел... тащится
***
Ночь. Перекресток.
Кого-то высматривает
Красный от бессонницы
Глаз светофора.
***
Лунная ночь.
Так хочется бросить курить -
Просто сил никаких...
***
На усы намотал
То, что ты мне в сердцах прокричала...
Все равно их сбривать собирался.
***
утро
открываю все окна
выветриваю одиночество
***
Кактус расцвел...
Попробуй и ты улыбнуться,
Любимая...
***
Звезда упала...
Чьей она была?
Сама упала или подтолкнули?
Разбилась насмерть?
Сможет вновь подняться?
***
Старею ...
Силы уже не те...
Лишь с третьей попытки
Смог взгляд оторвать
От твоего декольте...
***
Старушечка
Глазки в сетке морщин -
Два паучка
***
До того он прозрачен -
Этот осенний день,
Что я разглядеть ухитрился,
Как темнеет у горизонта
Одинокая старость моя...
*** Вот и осень пришла... Летних песен Беспечные, глупые звуки Мерзнут, мелко дрожат... И умнеют, умнеют....
***
Старость пришла. И сидит, не уходит. Что за манеры! А попробуй хоть слово скажи - Приведет и болезни...
***
Как распелась душа!
Только жаль, что при этом
Изрядно фальшивит...
***
На совещании у начальника
Сижу и курю. А мог и бы выпить... Да кто ж поднесет?!
***
Перед закатом
Мечется, Мечется тень на стене... Страшно таять
***
Полуденный зной... Даже глупость сморозив, Не чувствую облегченья.
***
Дорога домой Петляет, петляет, петляет... Нет, я завяжу.
***
Ночная гроза! В страхе забившись В угол кровати Голос подать не смею В ответ на призыв жены...
***
апрельский денек мобила поет о чиста весеннем, пацанском -- канкретно о бабах
ИЗ СБОРНИКА "ЛЕЙБМОТИВ"
***
Как близко ты придвинулась!
Дымок моей сигареты
Задрожал от желания...
***
И жизнь прожита в фоновом режиме...
***
Как холодно! Прикроешь меня грудью?
***
А пить ты бросил не подумав...
***
Ключи от рая оказались разводными.
***
Хорошо посидели...
Не только язык,
Но и усы заплетаются.
***
Как хорошо,
Раскурив после ужина трубку,
Ароматным дымком
Заглушать испаренья
Кислых щей из соседской квартиры...
***
Дрожу, как осиновый лист
На холодном ветру
У тебя в голове...
***
Ливень весенний. Как буйно, как разноцветно Распускаются зонтики!
***
Под майским ветром Шелестит без умолку Листвой молодой Старая береза - Намолчалась за зиму.
***
Долго-долго
Идут твои письма...
Еще дольше
Их ожидание...
***
густой туман
шумит крыльями
невидимых птиц
***
На снег за окном С ужасом смотрит Маленький кактус
***
В тарелке со щами
Ни мяса, ни сала, ни водки,
Ни бабы, хотя б завалящей ...
О чем ты, весенняя грусть?
***
Тридцать девятое мая. Уже!
Мысль о бабах!
Ты можешь меня отпустить?! Христа ради ...
***
глубокая ночь
вскрикнула спросонок
сигнализация соседской "волги"
и вновь тишина...
***
пасмурно
ветер и зуб
ноют в унисон
***
...и оглянуться не успел -
так быстро затоптали
ту улыбку,
что я нечаянно
смахнул с лица,
да под ноги прохожим...
***
снег на подоконнике
пурпурные цветы магнолии
на почтовой марке
***
летнее небо
облако яхта дрейфует
вдоль облака остров
***
вечернее небо
вертолет-несмышленыш
очумело летает вперед и назад
тревожно мигая огнями -
от стаи, должно быть, отбился
***
летний вечер
оса ползет по кружке
с вишневым компотом
предрассветная тишина
только кусты жасмина
пахнут оглушительно
***
студеный ветер снежинки летят и летят на свет фонарей
***
Недоброе утро...
По больной голове
Невеселые мысли гуляют -
С размахом гуляют. С большим.
***
старый пруд
кто знает, как он глубок...
впрочем, покойник...
***
уездный городок
бронзовый вождь на постаменте
тянет, тянет ко мне свою пустую кепку
***
рисую себе биографию новую
и любуюсь, любуюсь...
***
недвижная ночь
струйка дыма от трубки
тянется к луне
***
осенний вечер
вся измаялась на ветру
молодая осинка
***
ТАБАЧНОЕ ХАЙКУ
Интересно, а что у них внутри - У сигарет "Прима". "Классических". По два с полтиной пачка.
***
ненастное утро
бьются, хлопают на ветру уши,
выбившись из под шапки
***
утренний туман
пытаюсь заблудиться
по дороге на работу
***
так тихо
только сухая осина
поскрипывает о чем-то
***
пикник в лесу
тонко-тонко пищит сарделька
подрумяниваясь над углями
***
тропинка под соснами
упавшие шишки, шиш...
и мертвый крот
***
вечереет
твои длинные ноги
растворяются в сумерках
***
вечереет
ты зябко кутаешься
в лоскуток тумана
***
Холодный осенний день.
Под деревцем в парке
Так настойчиво просит отец малыша
"Ну писай же, писай скорее!",
Что и мне... ну, не то чтоб... а все же...
***
Сниму его осторожно -
после бани прилипший
березовый листик
к твоей, еще влажной...
к твоей, необъятной...
***
осеннее небо
желание улететь
вконец извело
***
здесь никто не живет
полуослепший фонарь
светит себе под нос
***
Ух... как подпрыгивают...
Сколько задора в грудках
Этой маленькой гейши!
***
стемнело
тропинка, бежавшая к лесу
на шаг перешла
и повернуть норовит
на попятный, к деревне
***
первые заморозки
среди желтеющей травы
одинокий конь в пальто
***
дом без хозяина
в углу уютно свернулась
пыль клубочком
***
Ветрено Мальчик кричит барашкам на волнах - Не разбредаться!
***
фильм ужасов
палочка от чупачупса
замерла в уголке рта
***
из цикла "С Большими Мухами"
больничный карцер
у санитара со шприцем
глаз наливается кровью
***
бессонная ночь
три красных луны в квадратах
решетки на окнах палаты
***
после обхода
старик на соседней койке
похож на ветошь
***
смеркается
кто-то пристально смотрит
с черного дна
***
депрессия...
десять мушиных трупиков
двадцать оторванных крылышек
***
НОЧЬЮ НА ОКЕ
тихо
слышно как сучья трещат
в костре рыбака
на том берегу
***
- Во как плеснула!
Щука, поди, килограммов на пять!
- Не... Слышь смеется?
Русалка балует...
РЫБОЛОВНЫЕ ВЕРЛИБРЫ
***
Рыболов лет шести.
Как непросто ему рассказать
О длине кара... тьфу, осетра,
Что был пойман на прошлой неделе -
У ребенка короткие ручки.
***
третий час
без единой поклевки
колокольчик на леске
нем как рыба
***
Спиннинг в дугу изогнулся!
Матерый сомище... ан нет!
На берег, плюясь, матерясь,
Выползает, опутанный леской...
Инспектор рыбонадзора.
***
светает из лодки, к воде наклонясь, рыбак с перепоя блюет
Из сборника "Вожделенин"
***
Правоверный еврей Запутался в пейсах, упал И лежит. И немножечко ропщет
На нелегкую долю свою... или Дору...
А, впрочем, что в лоб ей, что по лбу...
***
Бамбук молодой!
Не спеши, не спеши
Прорасти сквозь врага
Сквозь его мускулистое тело
Чуть помедли, бамбук, чуть...
***
послевчерашнее утро
хоть и смог разлепить почти все -
в зеркало глянуть боюсь
***
осенний ветер
гонит и гонит прочь
опавшие, желтые письма
***
зимняя ночь
равнодушие звезд -
ледяное
***
осенний вихрь
приоделась по случаю елка -
вся в красных кленовых листьях
***
Октябрьские лужи.
Бесстрашно
моржуют в них воробьи.
***
первый снег -
он так долго идет,
что уже перешел во второй
***
Дождь со снегом.
Мотор старенькой волги
Чихает и кашляет.
***
осенний воздух
чуть слышный звон
скрипичных ключиков
***
весенний ветер
кальсоны твоего мужа
машут мне с балкона
***
распахнутое окно
мертвые души на моем столе
о чем-то шелестят страницами
***
заброшенный уголок памяти
покосившиеся домишки
пожелтевших писем
цифры телефонных номеров
бродят бесцельно поврозь
чьи-то зеленые глаза цветут
как ни в чем не бывало
***
кончился дождь
хотел, наконец, себе все объяснить
и ... отступился
***
хмурится утро
надо б ему подарить
хоть одну, хоть кривую улыбку
но жаба... она ведь задушит ...
***
до чего же он глуп
этот ветер весенний -
между трех сосен
блуждает, блуждает...
и я вместе с ним
***
майская теплынь
чешуйки от лопнувших почек
липнут к кроссовкам
***
осеннее небо
прозрачные, горькие крики
улетающих птиц
***
В отчаяньи ломаю тебе руки ...
***
ну и набрался ...
даже у тени моей заплелись
все четыре ноги
***
весенний денек
под мухой сижу... нет, лежал ...
перед тем как решил поваляться ...
***
первый снег
у этой лисички
даже тень рыжая
***
Осенняя ночь.
Так долго звезда
В пруду отраженьем
Своим любовалась,
Что ближе к утру
Нечаянно вмерзла
В ледок молодой.
***
сплошной туман
из ниоткуда прилетела ворона
каркнуть и улететь в никуда
***
заброшенный
зубной канал
паутина оголенных
нервных и злых
окончаний
***
Тень муравья -
Разве в ней отдохнешь?
Уж больно хозяин ее работящ...
***
Домой уползаю с работы.
Завтра опять.
Заползать на нее.
***
они поскрипывают вместе -
велосипед
и на нем старичок
***
прощаться пора...
чтобы вернуться к тебе
кину монетку и пару купюр покрупнее
***
ветер осенний, бесстыжий
хватает за голые ветви
березку с тонким стволом ...
и я бы схватил, я б решился ...
да ты не пришла отчего-то
***
Долгая, зимняя ночь.
До чего ж любопытен
Этот молоденький месяц -
Острый носик просунул
В проем незадернутых штор.
***
Горное, звонкое эхо
не вернуло мои слова ...
Застеснялось.
***
только приобнял
снежную бабу -
уж и тает...
***
Вечереет...
Предзимней печалью налился
Плод луны над моею хрущобой...
Я тоже налился.
Изрядно.
***
на дне фонтана
твое желание блестит
мелкой монеткой
***
как быстро потух он -
семейный очаг.
не успела прожариться теща ...
***
руки оплел вокруг бедер твоих и любуюсь изящным плетеньем ...
***
жара
к прохладной кленовой ладошке
прижался небритой щекой
***
морозная, вьюжная ночь
продрогшая Баба Яга
машет устало метлой
курс держа на трубу
своей ветхой избушки
***
Тропический, ласковый вечер ...
У берега тихой речушки
Девчонки из племени барру
Грызут беззаботно кокосы,
Судачат о новом фасоне
Повязок на бедра из луба ...
Безжалостный глаз крокодила
Желтеет из темной воды ...
***
старая осина -
в пышной гриве
майских и клейких листочков
седая прядь прошлогодних,
приросших намертво
***
На дне моей кружки
С вишневым компотом
Одинокая сморщилась ягодка ...
До чего ж ты настырная, правда --
Тебе зеркала мало? Лезешь из кружки?
***
хищный столб телеграфный
в нощи нападающий аки ...
как меняют картину
привычных созвездий
искры из глаз!
***
на тарелке
ломтик засохшего сыра
делает мостик
***
трамвайная теснота некуда глаз отвести от старушки что плачет тихонько
***
Зимний, предутренний сон ...
Сгребает лопатой дворник
Яхту, блондинку в бикини;
Отступает волна и на берег
Вылезают жена и будильник
И истошно звенят, звенят ...
***
МАСЛЕНИЧНЫЙ ВЕРЛИБР
дюжины две или три
блинов уписал тонкокожих
с маслом, сметаной, икрой ...
трещинка тонко змеится
на сытом, довольном лице
***
наполовину
оно уж и выдохлось,
проклятье старинное -
язык у врага не отсох ...
лишь болтается снуло
в районе промежности
***
собирается дождь
ноет тихонько к непогоде
давно прошедшая любовь
***
два железнодорожных трехстишия
быстрее, еще быстрее...
скороговорка колес на стыках
сменяется полной околесицей
***
второй час ночи
старик, отвернувшийся к стенке купе
вот-вот просверлит ее своим храпом
Из сборника "ЗЕЛЕНОЕ НЕБО"
закатилось беспечное солнце
в углу подоконника
забытый солнечный зайчик
***
Комар и жена
Над ухом поют не смолкая ...
Что тянете?! Пейте же, пейте ...
***
этой ночью - побег ...
греет руку дрожащую ключ
стянутый из-под подушки жены
***
студеный, январский ветер
ты зябнешь, родная
в искусственной шубке своей ...
а тут еще взгляд мой, безжалостный -
раздевает тебя, раздевает ...
***
молодая луна
ее бледное тело в пруду
безжалостно цапля клюет
***
вечер темнее ...
ты все слаще и слаще ...
а я все глупее, глупее, глупее ...
***
тюльпан молодой
с мухой жужжащей в бутоне ...
совсем очумел
***
морозное утро
в три облачка мал мала меньше
оно уместилось, признание
***
мороз отступил
в теплом воздухе тают
с дробным, трескучим звуком
льдинки застывших
на прошлой неделе еще
стуков дятла
***
весенний денек
сохнущие носки на веревке
тянутся друг к дружке
***
зимний полдень
старый ворон щелкает клювом
в кругу друзей-воробьев
***
хочется спать...
слипаются наши глаза
и тела вслед за ними...
***
весна на заброшенном минном поле две тощих коровы пас ... лись
***
февраль
иероглифы нагих ветвей
на облупленной стене кладбища
***
темнеют глаза
неокрепшие корни обиды
прячутся глубже
***
весенний ветер суетится, сушит девчонке слезы ... и без него высохнут
***
дразнит телефон -
звук твоих шагов
твой смех и шум дождя
с той стороны этой планеты
***
старый дворник
шевелит седыми усищами
подметает крошки с тарелки
***
весенний ветер
что парусов наполненных
что крыльев расправленных
что шляпок сорванных
а что голов потерянных ...
***
Безлунная ночь...
Призрак снесенного дома
Бродит по новостройке.
У сторожа спрячет бутылку,
Скинет с лесов кирпич...
Пару ванн, унитазов пяток
Увезет в неизвестном напра ...
Впрочем, это не призрак -
Прораб -- он отъедет вот-вот
На Камазе ...
***
Как я увяз в тебе -
Не чирикнуть...
Коготок мой беспечный...
***
стрекоза присела
на лист кувшинки
хайку успел написать ...
замерла ...
а пожалуй и танка ...
***
две стрекозы
в полете друг дружку ласкают ...
было время и я
летал от постели к постели ...
не спал как сурок на своей
***
печалишься ...
ямочки на щеках
наполняются слезами
***
чернота за окном ... дышу твоим голосом из телефонной трубки
***
пожелтевшее фото
лица моей китайской подружки
и не разобрать ...
***
упорхнула...
твое отражение в зеркале
все еще подмигивает
***
весенний, волнующий ветер ... эх, кабы не дуська, скотина, картофель готовый к посадке - уже бы я плюнул прощальный свой взгляд на уездный наш город и крылья пошире расправив в париж прямиком полетел
***
мартовский денек
из под грязного снега
тянется к солнцу
свежая зелень
пивных бутылок
***
весенняя ночь
ненасытнее твоих губ
только мои
***
в кинотеатре,
в партере, с супругой,
детишками,
тещей, попкорном ...
а бывало на заднем ряду...
***
снегопад ...
останься
не прошептать
***
смутилась как...
коленка, вишь, и та порозовела
под моей ладонью
***
медленно-медленно
провожу языком
по твоим губам -
сухим и горячим...
язык тает
***
только в ней
наши голоса вместе -
в телефонной трубке
***
предрассветный сумрак
река что-то шепчет во сне
и ты
***
холод и лед
наши губы жмутся
друг к дружке
в надежде согреться,
согреться...
***
распрощалась...
вернулась
простить
***
рассвело...
ну и взъерошены мы ...
а стог сена взъерошен как будто
иголку искали мы в нем...
и нашли ... и всю ночь ей кололись
***
еще не проснулась...
а он набухает уже - твой сосок
под моими губами
***
как легко мне простить
твою жадность -
жадность желаний
***
сумерки
кто-то стучится
в сердце
***
осенний вечер
мечтаю при свете
твоего письма
***
зимнее утро
теплый сон о тебе
не дает мне открыть глаза
***
Пора одеваться.
Только крючочки на юбке твоей
Заново стоит пришить...
***
Мимолетен твой взгляд
На меня обращенный случайно...
Уже то хорошо, что нескромен...
***
осенние сны... ты улетаешь на юг с облаками
***
Весенний, холодный день.
Прижались друг к другу. Дрожат...
От холода? Нет, непохоже...
***
Волочусь за тобой...
О, жестокая! Делай поуже шаги!
И веревку ослабь хоть немного...
***
летняя ночь
зеленые глаза кошки
принял за твои -
тоже светятся
***
вечер вдвоем
я обнимаюсь твоими руками
а свои распускаю...
***
упорхнула...
приятно саднят царапины
у меня на спине от твоих коготков
***
весенний ветер
кружится лист прошлогодний
над ростками травы молодой
***
Первые бабочки.
До чего разноцветны их крылышки!
А уж юбочки как коротки...
***
Прозрачный, осенний день.
По темной, зеленой воде
Уплывает мое отраженье
В тридевятое царство. К тебе.
***
на этой фотографии
я не отрываю глаз от тебя
на той фотографии
***
стук твоего сердца...
или моего?
или нашего?
***
эта пуговичка на ее блузке ...
дрожь нетерпеливых пальцев
крупнее, крупнее ...
***
целуемся...
ох, и трудно их удержать -
языки за зубами...
***
шелк твоего белья
холодит ладонь
только ее
***
в ледяной стене
отпечаток твоей ладони
растоплю своей
***
сегодня они зеленые
оба неба
в твоих глазах и надо мной
***
ИЗ ДВУХ СТИХОТВОРЕНИЙ НА ЭТОЙ СТРАНИЦЕ, АВТОРУ БОЛЬШЕ НРАВИТСЯ ВТОРОЕ. А ТЫ, ЧИТАТЕЛЬ, САМ РЕШАЙ, КАКОЕ ТЕБЕ ГЛЯНЕТСЯ. МОЖЕТ ТЕБЕ И ОБА НЕХОРОШИ. КТО Ж ТЕБЯ ЗНАЕТ...
лодка без весел
кто первый из нас обронил -
пора расставаться?
***
заброшенный сад
кто первый из нас подумал -
а все же, свобода...?
***
весенние облака
в каждом слове твоем
обещастье
СОДЕРЖАНИЕ
Предисловие Андрея Комова Предисловие автора Из сборника "ПЬЕДЕСТУЛЬЧИК" Из сборника "ЛЕЙБМОТИВ" Из сборника "СТАТУС КВА" Из сборника "ВОЖДЕЛЕНИН" Из сборника "ЗЕЛЕНОЕ НЕБО"