Своим женщинам любимым
я дарил микроволновки,
чашки мыл и тёр морковки
от зари и до зари,
чтобы ласковые ручки
не страдали от готовки,
и слова простые крайне
им на ушко говорил.
Женщины меня любили,
называли львом и гадом,
целовали где придётся
и туда, куда не жаль;
зазывали на минутку,
оставляли на неделю
или просто жизнь делили,
сколь хватало терпежа.
Что есть сто́ящего в жизни,
как не эти вот моменты
ожидания и ласки,
обещания и сказки,
расставанья и тоски?
Но и тем, с кем мы расстались,
я останусь благодарен
за моей вот этой жизни
пережитые куски.