3.
Урфин Джюс с почтением встретил Нику на дороге перед Приютом. Рядом, чуть за его спиною скромно стоял Граф. - Госпожа Вероника, - сказал Урфин. - Я желаю быть Вашим помощником в колдовской миссии. А это мой и, если не ошибаюсь, Ваш старый знакомый Граф. Раньше наш Граф был паранормален, но сейчас он изменился к лучшему. Я всё правильно говорю, Граф?
- О, да! Госпожа Вероника, примите и моё почтение к Вам. Я также хотел бы иметь своё скромное место вокруг колдовского дела на благо всей нашей страны.
- А, кстати, где же наш любимейший котишенька, замечательный Шат?
- Замечательный Шат отправился вперёд в Мельничный дом.
- Ах, так, госпожа Вероника. Передавайте привет Шату по возвращению. А мы, я думаю, отправимся назад вместе - через ход в старой хижине лесоруба, не так ли?
- Конечно, так, пожалуй нам будет ближе. И по пути поговорим.
- Замечательно, замечательно!
Урфин Джюс, Граф, Тарвиль Соломкин, Кагги-Карр и Ника собрались одной компанией, которая двинулась на выход из Подземного царства. Теперь им было известно, что по своему желанию только Ника и Шат могли открывать и закрывать вход в иной мир. По своему желанию Ника могла провести тех, кто был ей спутником. Но пока Ника никому не сообщала о гномской книге Звуков, которую Шат тайно понёс в Мельничный дом. Книга была обнаружена в нише на переходе между Басовым и ранее неизвестным Соло Ключом. На страницах были прописаны гномские указания о том, как использовать оба ключа - Басовый и Соло, и как настраивать Музыку, которая обеспечивает силой магии всю страну.
Урфин Джюс поинтересовался:
- А где же запропастилась наша рыцарская пара Карина и Мансер?
- Они сейчас в Берилле. По последним новостям от них, они вполне успешно договариваются о постройке новой мастерской в Изумрудной Городе
- Мастерской, вероятно, по производству карет?
- Да. Карет, но самодвижущихся. На болотном топливе.
- Ах, так! Ну, если это больше не секрет, госпожа Вероника, то должен заметить, что идея восхитительная. Существует только одна загвоздка. Такая карета в нашем городе далеко не уедет. У нас по соседству лишь одно подходящее болото - это на границе Синего Лоскута и Бокового леса. А туда - пилить и пилить. Прежде надо подумать, как сделать хранилище топлива, и как его лучше доставлять до заправочной станции.
- Верно. Это проблема, о которой я пока не думала.
- Ничего. Ведь теперь мы можем думать о будущих делах вместе.
Соломкин покосился на Урфина Джюса, но ничего не сказал. Его мысли уже переключились на то, как он будет рисовать карту этого района для Ники, какой выберет масштаб, и как хорошо, что здесь оказалась Кагги-Карр, которая сможет с успехом внести в его работу свои птичьи дополнения.
Граф молчал половину пути, а затем кашлянул, и всё-таки решил завести с Никой светскую беседу.
- И как Вам живётся в стране Лоскутов? За старым домом не скучаете?
- Хорошо живу, Граф. Иногда скучаю, вспоминая наш дом, поляну, лесную дорогу. Обязательно однажды вернусь назад. Но вот какое дело, Граф: я чувствую, как изменилась сама, понимаю теперь, как стремительно прокатилось колесо жизни по всем уголкам. Прежнего не вернуть, ничто не остаётся таким, как было до нашего с Шатом прилёта сюда. И каким я увижу свой дом на Поляне? Узнают ли меня?
-Вас, колдунья , обычно быстро узнают.
Ника чему-то улыбнулась. - Конечно, я многому научилась, и продолжаю учиться, стараясь разглядеть то, что с нами происходит. Вижу то, чего ещё вчера абсолютно не замечала. Поняла, как не просто налаживать отношения с мастерами своих дел. Ещё меня беспокоят люди в Рубиновом, которые пристрастились к хмельной баге. Разве мало таких? Они лишь силуэтами напоминают весёлых человечков: внутри у них ничего нет, кроме жажды к баге и мелкой хитрости, как её достать, когда она заканчивается.
- О, хмельная баги! Забульбенишь её вечерком под грибочки, и так оно хорошо посидеть!
- Что, простите, Граф?
- А - да, я говорю, сделаешь глоточек баги за вечерним столом, обязательно заешь лесным грибочком. И тогда всякая беседа идёт на лад. Но предупреждаю: хорошо идёт пара маленьких-маленьких глоточков. А больше-то зачем, верно я говорю, Урфин? Всё хорошо в меру - это золотое правило.
И вот компания подошла к двери, ведущей наружу. Ника поднесла ладони ко входу, а затем толкнула дверь. Лёгкий скрип, дверь открылась.
Соломкин резко повеселел. Теперь он был уверен, что нормально выполнит просьбу Ники: нарисует подробную карту, и обязательно постарается сделать из прежнего Приюта уютный дом, в котором можно по-настоящему отдыхать и жить. А на лёгком ветерке закрутилась мелодия, вылетевшая из-под мельничных лопастей.
Мы с тобой научимся дышать,
Хворь и боль отправим вон.
Мы с тобой ещё нырнём в росу,
Пройдём по кромке ручейка.
Умоемся, в окно запустим утро,
И от души найдём свои слова.
Мы за обочину пугнём вампира.
У нас своя ведущая тропа..
Мы научились горизонт вдыхать,
И выдыхать, что пройдено за день.
Мы с тобой учились побеждать:
Хвора и боль сбегали вон.
Здесь я выложил то, что осталось вне глав, мелодии, что притаились за рамкой.
И покатили строки песен, как отзвук рассказанной истории.
Спасибо за ваше внимание!
*
Идёшь, а песок в лицо.
Попутно ветру - прямо к обрыву.
Снова рвёшься против течения,
Но это дорога к мечте.
Так хочется найти хоть каплю чуда.
Где будем мы, когда уйдём отсюда?
Спишь на обрывках вопросов,
Ответы скользят в радужной дрёме.
Просыпаешься, а кругом осыпались листья.
Всё возвращается к своим корням.
Так хочется вдохнуть кусочек чуда.
Где будем мы, когда уйдём отсюда?
Рассыпаны слова и пыль.
Но вот на свет взошёл росток:
Зерно упало на живую почву.
И вместе с нами раскрывается дорога.
Так хочется дойти, коснувшись чуда.
Где будем мы, когда уйдём отсюда?
*
Беспокойство вышло зря:
Доживём до сентября.
*
Звуком сцену распорол:
Так играют рок-н-ролл.