- И давно это у вас? - лекарь с интересом постучал по прозрачному кубу в груди у властелина.
Куб был размером ладонь на ладонь, и находился в месте, где должно было находиться сердце. Но никакого сердца в кубе не было. Через куб виднелась противоположная стена комнаты.
- Дней десять назад. Точно не помню. Я уже всех местных знахарей к себе звал. Ничего не помогло. Одни расходы, - поморщился Властелин. - Только на вас вся надежда, Пётр.
- Пока не знаю, Правитель. Но есть одна догадка, - куб был гладким, как стекло. - Вы хорошо себя чувствуете?
- Отлично, Пётр. Так что со мной? Я не для того выписал вас с другого конца Империи, чтоб отвечать на вопросы! - Властелин начинал злиться. - Я ведь уже десятерых шарлатанов казнил. Магов, травников, лекарей. Всё исцелить меня обещали. Как видишь, не смогли. Так что это за болезнь?
- Проявите терпение, Правитель. Без вопросов нет ответов, - склонив голову, сказал лекарь. - Постарайтесь вспомнить, что вы делали в тот самый день. Это очень важно.
- До чего же ты нудный, Пётр. Тащи сюда регистр, - приказал властелин советнику.
Лысый толстяк поклонился и вышел. Вскоре он вернулся, неся перед собой огромный том в кожаном переплёте.
-- Не думаю, что дело в каком-то из указов, Ваше Всевластие, - передавая том Повелителю, заметил толстяк.
- Я тебя о чём-то спросил, Марк? - зло бросил Повелитель, листая регистр. - Ах, да. В тот день я казнил убийцу одной благородной девицы. Безусого юнца. Свидетель видел, как юноша целовал девушку прямо у дверей её дома вечером, а ночью девушку задушили в её же комнате. Верно, влюблённому одного поцелуя показалось мало. Вот он и забрался в комнату девушки за кое-чем большем. Но девица отказалась. Поэтому была задушена.
- Вы казнили человека без прямых улик, Повелитель? На основании своих домыслов? - уточнил лекарь.
- Но новых убийств ведь не было. Значит, я оказался прав, - заметил Властелин. - Так что со мной?
- Это не болезнь. Это проклятье, Повелитель. И, если вы будете дальше поступать несправедливо, то положение ухудшится, - объявил лекарь. - Милосердие и дела праведные. Вот что вас спасёт.
- Ты очень расстроил меня, Пётр. Стража, уведите этого человека! - приказал Властелин...
...- Десять золотых от Карла, - тихо сказал советник Властелину, когда они направлялись в Зал Справедливости.
Ох, уж эти процессы. То, что Властелин ненавидел больше всего на свете. То, что приносило с недавних пор приличный доход, и то, что неизмеримо тяготило. Но что делать, если Император больше не оплачивал развлечения Наместников? А развлекаться Властелин любил. От того и брал. До Рима далеко, обойдётся. Вот только кусочек льда в груди. Но он же не болит.
- Всего десять? - поморщился Властелин.
- Речь идёт о маленькой лавке, - пояснил советник.
Слуги распахнули двери и Властелин вошёл в Зал Справедливости. Правитель взобрался на деревянный трон, в то время, как трон золотой, украшенный драгоценными камнями, остался пустовать. Этакое соседство всегда раздражало Повелителя. Но что делать? Императорский трон указывал Наместнику его место.
- Слава Императору! - начал заседание Властелин.
- Да продлятся дни Его! - поднимаясь с колен, хором ответили просители.
Их было двое. Один седой старик. Другой мужчина лет тридцати.
- В чём дело, граждане?
- Карл хочет меня обокрасть, Повелитель, - старик ткнул пальцем в своего оппонента. - Дело в том, что я очень стар. Поэтому решил продать свою мясную лавку и пожить в праздности. Замечу, что лавка моя находится на Императорской улице, и даже в самый плохой день меньше пяти монет не приносит. Поэтому и цена ей сто монет. Карл сразу согласился. Даже половину суммы вчера вечером выплатил. Посидели, выпили по-товарищески. А сегодня утром этот мошенник явился в лавку с двумя молодчиками. Говорит, пошёл прочь из лавки. Мол, вчера всё сполна выплатил. Защитите старика, Повелитель!
- Врёт старик, Повелитель. С честного дельца три шкуры содрать хочет, - вступил Карл. - Лавка та и сорока монет не стоит. Я и так из уважения к сединам Иосифа четверть переплатил.
- Да разве можно за сорок монет лавку на Императорской купить, когда на Римской меньше семидесяти не просят?! - возмутился старик.
- Дело нешуточное. Сбор за исследования уплачен? - спросил Властелин.
- Какой ещё сбор?! - удивился старик.
- Дополнительное исследование требует дополнительного ви... времени, - чуть не оговорился Властелин. - А время теперь дорого. С вас по две золотых монеты.
- Но разве нам не для того дан Наместник, чтобы решать споры справедливо и без платы?! - воскликнул старик. - Я даже кошель не брал.
- Я уплачу за обоих, Властелин. Лишь бы всё было по справедливости, - четыре золотых перекочевали из рук Карла в карман Повелители. Карл быстро смекнул, что к чему.
- При вашем вечернем разговоре был ещё кто-то? - спросил Властелин.
- Свидетелей не было, Повелитель. Но есть договор, по которому лавка Иосифа переходит ко мне, - сообщил Карл.
- Но я и представить себе не мог, что Карл меня обманет. Я не признаю этот договор, Повелитель! - заявил старик.
- Но это же незаконно. Не признавать договор, если он подписан, - заметил Карл.
- Дайте сюда вашу бумагу.
Карл с поклоном протянул документ Властелину. Наместник, морщась, несколько минут рассматривал пергамент.
- Договор подлинный и должен немедленно вступить в силу, - заключил Властелин, и тотчас же ощутил такую сильную боль в правой руке, что закричал и потерял сознание...
... - Не стоит так, расстраиваться, Ваше Всевластие. Рука же не болит. Со временем вы овладеете левой рукой также, как владели правой, - успокаивал Марк. - Не надо ни созывать лекарей, ни писать Императору. Лекари вам не помогут. Только слух пустят, что Наместник наполовину изо льда состоит. А слух Вам зачем? Император же, получив от Вас прошение об отставке, мигом издаст указ о Вашем аресте. По какой ещё причине Наместник добровольно отказывается от власти, если не преступление? Не поверит Император, что Вы неизлечимо больны. Вас схватят, доставят в Рим, и там под пытками Вы сознаетесь даже в том, чего не совершали. И будете болтаться в петле, как лист на ветру. Разве о таком конце Вы мечтали?!
- Напиши, как сказал. Что нет ни сил, ни желания. Ни править, ни судить. Пусть пришлёт другого Наместника, и как можно скорее. У самой границе служу. Варвары силы копят, со дня на день войной пойдут. Не удержу провинцию, - Властелин рассматривал правую кисть. Холодная, гладкая и прозрачная. Не болит и не шевелится. - Проклятье на мне, Марк. И за дело.
- Но Вас там не было, Ваше Всевластие. Вдвоём они сидели Карл и Иосиф. О чём-то договорились, бумагу подписали. А уж каким уговор был, о том не узнать. Поэтому поступили Вы по справедливости. Если и ошиблись, то нечаянно. Сам Зевс в этих Карлах и Иосифах запутается, - говорил Советник напористо.
- Сказано же: напиши и отправь! - разозлился Властелин. - Завтра на рассвете отправь гонца с прошением в Рим!
- Сделаю, как прикажете, Повелитель, - советник склонил голову. - Только звание Наместника такая штука, что от него вот так сразу не отказаться. Вас ожидают в Зале Справедливости.
- Что ещё?
- Нужно осудить или оправдать Питера Крамера, Ваше Всевластие. Сына Грегора Крамера: самого богатого купца нашего города.
- А, того самого Питера: лентяя и пьяницу? - поморщился Властелин. - Что он натворил на этот раз? И сколько нам заплатил его папаша?
- Питера подозревают в непредумышленном убийстве конюха по имени Михаил. Питер сбил несчастного скача на лошади. Имеются свидетели со стороны защиты и со стороны обвинения. Сотник Роман утверждает, что Питер был в меру пьян и требовал посторониться, а погибший кричал что-то неотребное и никак не реагировал на окрики Питера. Цирюльник Якоб заверяет, что смертельно пьян был Питер. Он-де выскочил из-за угла внезапно, и у Михаила не было шанса уклониться. Несчастье произошло около полуночи, поэтому иных свидетелей не нашлось, - быстро говорил советник. - При этом и Якоб, и Роман сознались, что возвращались из кабака и были навеселе. Питер сказал, что тоже выпил, но не более трёх бокалов вина. Что несчастный конюх сам бросился под его лошадь, и что избежать столкновения не было никакой возможности.
- Опросили дружков Питера? Сколько он выпил на самом деле?
- Кто бы нам сказал правду, Ваше Всевластие?! - всплеснул руками советник. - Никто не хочет связываться с Крамерами, кроме полоумного Якоба. Да и дело пустяковое. Мало ли народу под копытами лошадей гибнет? Но, если прикажете Питера выпороть, у Вас станет больше на одного могущественного врага.
- Хорошо, Марк. Но в следующий раз я поступлю по совести.
- Да будет так, Ваше Всевластие, - склонил голову советник...
... - Ты заплатил Мартину? - опираясь на палку, Повелитель хромал к Залу Приёмов.
Левую стопу Повелитель перестал чувствовать, как только подписал указ об освобождении Питера Крамера. Стопа стала прозрачной, гладкой и холодной на ощупь. Точно такой же, как правая кисть.
- На десять дней вперёд уплатил, Ваше Всевластие. И за ночлег, и за похлёбку, и за лекаря, если потребуется. Две нищенки уже пируют в вашем приюте, - сообщил советник.
- Посмотреть хочу.
- Что на нищих смотреть, Ваше Всевластие? Падут в ноги, благодарить будут. Своё тщеславие хотите потешить?
- Нет. Тебя проверить хочу, Марк. Не обманываешь ли?
- Хорошо, Повелитель. Как только переговоры с северянином проведём, так сразу в приют поедем, - пообещал советник.
- Прошение в Рим отправил?
- Отправил, Ваше Всевластие. Вы не о том думаете. Если сейчас с северянином не продешевим, то Вам этого золота до конца ваших дней хватит, - заверил советник.
- Третье прошение за четыре месяца, и ни одного ответа. Ты хоть что-то отправил в Рим, Марк? Соблазн-то велик господина своего от гнева Императора избавить. Кем ты будешь при новом Наместнике, а?
- Отправил, Правитель, клянусь Зевсом, - сказал советник с раздражением. - Радуйтесь, что Императору недосуг или гонцов перехватили. Болтались бы сейчас на верёвке напротив Дворца.
Слуги распахнули двери Зала Приёмов. Седовласый мужчина в шубе из соболей сидел на коленях, уткнувшись головой в пол. Рядом с Государем стоял сундук три локтя в длину и в две ладони в поперечном сечении. Знать недоброе задумал Государь, если пред Наместником этакое унижение терпел.
Недовольно косясь на золотой трон, Повелитель взобрался на трон из дерева.
- Да здравствует Император! - гаркнул Наместник.
- Долгие годы Императору Юлиану! - воскликнул Государь.
- Встань и говори, - разрешил Наместник.
- Государь земель польских и литовских Януш желает Наместнику Великой Империи земель фламандских Виктору здравствовать. А также просит помощи и защиты, - начал Януш.
- Защиты от Великой Империи? - спросил Властелин с иронией. - То-то мы наблюдаем конные отряды у нашей границы.
- Это меры предосторожности, Виктор. Если мы заключим союз и...
- Тогда вам в Рим, друг мой, - оборвал Властелин. - Наместники не заключают военных союзов.
- Я хотел одолжить у Вас всего триста легионеров, Виктор. По три золотых за воина, - заявил Януш.
- Езжайте в Рим, друг мой, - Властелин поднялся с трона. - Легионеры не имеют права пересечь границу без повода.
- Повод мы Вам предоставим, Виктор, - улыбнулся Януш. - Четыре золотых за воина. Им только и нужно будет, что пройти маршем на север, разбить лагерь в первой же деревушке варваров, да попировать там неделю. При виде знамён Империи, варвары даже боя не дадут, разбегутся. Если же я своими силами пойду, то на всё лето в тех северных болотах увязну. Выручите, Наместник. Очень уж мне эти дикари своими набегами досаждают.
- Что, если коварный Януш засаду моим легионерам приготовил? - прищурился Наместник. - С лучшими воинами расправитесь, а потом всю Фламандию захватите.
- Ваши легионеры до того наивны, что угодят в ловушку Януша? Пять золотых за воина.
- Сколько тут? - Властелин кивнул на сундук.
- Две тысячи золотых, Наместник.
- Будут у Вас легионеры, Януш. Через три дня будут. Ступайте, - Властелин встал между Янушем и сундуком.
- Вы очень добры ко мне, Виктор. Долгих лет Вам, - Януш поклонился и вышел.
- Вы прирождённый переговорщик, Ваше Всевластие! - советник вбежал в зал и открыл сундук с золотом. Попробовал на вес одну монету, вторую, третью. - Настоящие. Вы выманили у дикаря всё, что у него было.
- С собой берут ровно столько, сколько готовы заплатить, - покачал головой Властелин. - Беги к Теодору. Скажи, чтобы завтра утром ударил по коннице, и чтобы прорывался на север до тех пор, пока не нагонит и не пленит Януша. Передай, что это тайный приказ Императора.
- Ваша хитрость не знает границ, Повелитель. Убегаю...
... Стоя у окна и наблюдая за толпой, что убегали прочь из города, Властелин не чувствовал ничего. Люди, позабыв о своих пожитках, спасались бегством. И только Марк на телеге, гружённой сеном, старался пробиться вперёд. Под сеном скрывались сундуки с золотом.
Марк оказался в сговоре с Янушем, и отправил отряд Теодора прямиком в ловушку. Остатки легиона не устояли под напором северян.
И приюта советник не открывал, и прошений в Рим не отправлял. Обо всём этом Марк признался часом ранее, когда запер Властелина в Его покоях. Дубовая дверь не поддалась, а слуги к тому времени разбежались.
Теперь же, не надеясь на благосклонность Януша, Марк стремился прочь из города. Но телега его безнадёжно увязла в людском потоке.
- Рубят! Спасайтесь!
Властелин посмотрел направо, и увидел с десяток отрубленных и насаженных на шесты голов. Среди них он узнал и голову Теодора. Одни всадники держали шесты, а другие направо и налево рубили несчастных горожан.
Внезапно голова Повелителя сделалось гладкой и прозрачной, треснула, и осколками осыпалась вниз.