Скорость воткнута, и нет пути назад.
Жизнь качается, как над огнем казан.
Оглянешься - холод вечен, как базальт,
А сейчас кипит под шинами асфальт.
Ивановых здесь, как в Африке слонов,
Но средь них есть одинокий Иванов.
Мы заварим крепкий пунш, запарим плов,
Я скажу ему: "Ну, хвастай, Иванов!"
Иваов наморщит лоб и сдвинет длань,
Напряжет бухлом сожженную гортань
И с ненашенской тоскою заблажит,
Что на свете одинок, как Вечный Жид.
И параболой взвивается земля
Под колесами, не ждущими руля,
И сознанье отравляет, словно гарь,
Взгляд на мигом облетевший календарь.
Что главнее и о чем успеть сказать,
Прежде чем поймешь, что нет пути назад?
Так, наверное, был Освальд одинок
В ту минуту, когда нажимал курок,
Осязая, как на золотом песке
Вся нагая, только с бусами в руке,
Бронзовея, словно джезвей в погребке,
Спит удача - бьется жилка на виске.
К ней плывет по океану детских снов
Одинокий, как акула, Иванов.