Посыпем сети поутру.
Живая рыба пахнет морем.
Ей брюхо лезвие распорет
И пальцы выпростают споро
Густую мокрую икру.
А зыбь вовсю валяет катер,
И чайки падают в кильватер,
Крылами черпая волну,
И, поминая маму, братьев,
И в три колена сатану,
Оглохший грек в линялых шортах,
Механик-ас и парень тертый,
Ласкает дизель, как жену.
И мы летим, как чайный клипер,
А капитан сегодня выпил,
Ему спиртяга - что вода.
И развевается как вымпел
Седеющая борода.
Портовый люмпен-пролетарий,
Стеклянной тары сдатчик старый,
Матрос костистый держит яро
Штурвал, как черта за рога.
Вдали - бердянска берега,
А мачта - словно метроном.
Но, не делясь вниманьем с зыбью,
Стоит на камбузе, как глыба,
Вальяжный боцман - жарит рыбу,
Моряк, поэт и гастроном.
По дереву три раза стукни,
Запоминай, как греет ступни
Смола, заполнившая паз.
А в небе - голубом колодце
Сияет над Азовом солнце,
Как выдраенный в блеск компас!