Человеческая жизнь – пустота, не по форме, но по содержанию. Всю жизнь очерчивая форму, как минимум более или менее точными границами, не наполняя ее ни на каплю, умираешь от ненужного жжения в сердце и пламени, изрыгающегося в тебя, пожирающего тебя, испепеляющего, оставляющего руины. И пустоту. Как форму, и содержание: связь двух бесконечно малых величин в необъятном пространстве – временном континууме. Бог умер, теперь наш Бог – время, жерновом катящееся по спинам, головам, телам, поколениям, оставляя в памяти горстку праха, пепла, перегноя – всего чего угодно, кроме живой материи.