Ребята,вы когда-нибудь бывали в театре?
Если да - то вам,значит,проще представить эту историю, приключившуюся однажды с Петрушкой.Если нет - то,надеюсь, что эта книжка поможет хоть как-то представить вам,как же эта история происходила бы в настоящем театре.
Короче,итак,вот - зал,полный маленьких,шумных зрителей.На сцене - занавес.Постепенно,один за другим,как это и бывает в театре перед началом спектакля,раздаются звонки.И с третьим,самым последним звонком,медленно гаснет свет.
И тут наверху ,над сценой вспыхнувший луч прожектора высвечивает красивое,резное окошко.А в нем,подперев ладонью щеку - улыбчивая и добрая бабушка в ярком,цветастом платке.Это - Сказочница.
Она-то и начинает неспешно рассказывать детям в зале эту историю.
Ох,и славный хозяин Петрушка!
Порядок у Петрушки в избушке.
А как он на гармошке играет!
Соседи души в нем не чают.
На празднике всяком он - первый.
И работник,безусловно,примерный.
Словом,все хорошо у Петрушки:
Дом и двор у него - как игрушка.
Ну не жизнь,а сплошное счастье.
И не ждал,не гадал он напасти...
Закрылось окошко у бабушки,и погас прожектор,но зато осветилась сцена.И зазвучала веселая и задорная музыка.
Распахнулся наконец занавес,и увидели мы на сцене тихую улочку,где за заборами - несколько деревянных домиков.Ну а самый большой забор прямо посредине сцены.И под ним - скамеечка.
А вот и Ведущий появился на сцене.Это серьезный и даже немного строгий дяденька средних лет в синем костюме.
В центре сцены остановился,повернулся лицом к детям, прокашлялся и торжественно очень сказал:
--
Дорогие ребята! Сегодня мы вам покажем...
И вдруг из-за забора высунулся Петрушка с большущею книгой в руках,размахнулся,да ка-ак треснет ею дядю по голове!
И - скрылся.
Дяденька так и присел.Потом встал и с изумлением огляделся вокруг.И никого,ясно,не обнаружил.
--
Ну и ну-у! - пробормотал он. - Неужели почудилось?
2.
С удивлением покачал головой и торжественно повторил:
--
Дорогие ребята! Сегодня...
И опять выскочивший Петрушка с размаху огрел его книгой.И - снова исчез.
--
Как,ребята,голова-то моя хоть на месте? - осведомился,слегка
шатаясь,дядя у детей в зале. - Говорите,на месте? Вы в этом уверены? А у меня вот на этот счет оч-чень большие сомнения.На месте,значит?
Осторожно потрогал темечко.
--
Да,вы правы.Причем не только на месте,но еще и с прибавкой -
вон шишкой какой порядочной.
Да,а вы,ребята,случайно не видели,кто же преподнес мне этот
щедрый гостинец? - спросил он. - Говорите,Петрушка? Серьезно?
А ну-ка,проверим...
Он,заслонившись руками,присел на скамейку и,с опаской смотря наверх,громко сказал:
--
Дорогие зрители! Сегодня мы вам...
И замолчал,выжидая.Однако никто из-за забора не выскочил.
Дядя озадаченно хмыкнул.Слегка поднялся.И,опасливо косясь вверх,повторил еще громче:
--
Итак,ребята,сегодня мы вам...
И быстро присел.Однако и теперь никто из-за забора не появился.
И лишь сейчас дяденька успокоился.Встал во весь рост,солидно откашлялся,поправил галстук,потер руки и торжественно объявил:
--
Дорогие ребята! Сегодня в нашем театре вы...
И тут,как чертик из табакерки,выскочил опять наш носатый герой в красненьком колпачке и снова от всей своей кукольной души приложился книгою к многострадальной дядиной голове.Да еще вроде бы как с оттяжкой.
И,конечно,снова исчез,шельмец.
--
Ай! - отшатнувшись и схватившись за голову,вскрикнул
Ведущий.
--
Эй,Петрушка! - сердито позвал он,отойдя чуть в сторонку. -
А ну,вылазь,безобразник! Ты же нам весь вечер сорвешь.
Петрушка - а!..
И что же? Опять выскочил бойко наш нахальный Петрушка с занесенною книгой и хотел треснуть ею Ведущего.Не дотянулся,однако,упал,и - так и повис на заборе башкою вниз,не в силах подняться.
--
Ой-ой-ой! - запищал,дергаясь всем тельцем,несчастный. -
Помогите-е!
--
Ах,ты,негодник,негодник! - помог подняться ему Ведущий. -
3.
Ты чего тут дерешься?
--
Кто - я? - возмутился Петрушка. - Да не дерусь я!
--
То есть как - не дерешься? - удивился Ведущий. - А что ж ты
делаешь?
--
Стихи Пушкина сочиняю! - заявил гордо Петрушка.
--
Здра-асьте! - поразился Ведущий,осторожно потрогав голову. -
А отчего ж больно так?
--
Муки твор-рчества!
--
Да,постой! - спохватился Ведущий. - Объясни - так Пушкина
или все же свои стихи-то ты сочиняешь?
--
Свои собственные - крепкие да ядреные,вот этою башкой, - и
Петрушка гулко постучал по забору своей головенкой, - изготовленные
--
Ну а Пушкин тогда при чем? - не понял Ведущий.
--
Я хотел сказать,как у Пушкина, - уточнил Петрушка.И потряс
книженцией. - Вот как тут вот,как в этой книжке.Ох,и забористо же,чертяка,пишет! Вот я и залез на забор - чтобы и у меня забористо вышло!
--
Я-асно, - вздохнул Ведущий.- Своей,значит,головой сочиняешь,
а на моей стихотворный такт отбиваешь?
--
Не-е! Это я тоненько намекал,чтоб ты мне своими криками
сочинять не мешал.
--
Да-а,тонкий намек, - покачал головою Ведущий. - Шишка
только,боюсь,толстой будет.
--
А ты не мешай поэту! - важно сказал Петрушка.
--
Ладно.Ну а посидеть,да поэта послушать можно?
--
Можно! - махнул ручкой Петрушка. - Только ты,как рыба,
сиди.
--
Как рыба? - удивился Ведущий. - Это как же?
--
Не знаешь,как рыбы на скамейках сидят?
--
Не-ет, - сознался Ведущий.
И решил уточнить.Присев на скамейку и отклонившись назад,он вытянулся,как столб,и спросил: - Так?
--
Нет!
Тогда Ведущий прилег на скамейку боком,вытянул ноги и оперся на правый локоть.На картинках он видел,что так примерно полулежат русалки на берегу.
--
Так?
--
Не-а! - уверенно ответил ему Петрушка.
--
Хм! Ну а как же эти рыбы тогда сидят? Да еще на скамейках. -
Недоумевая,спросил Ведущий.
4.
--
Молча! - рявкнул Петрушка,сердясь на недогадливость дяди.
--
А-а...Ладно,все,сижу,как глухонемая селедка, - заверил его
Ведущий,решив не сердить больше куклу бестолковыми своими вопросами.
А Петрушка,возведя к небу глазки и мерно раскачиваясь из стороны в сторону,стал заунывным голосом "поэтически" подвывать:
--
Как у леса на опушке танцевали две лягушки...Нет! У
Петрушки на макушке целовались две лягушки...Н-нет! Две лягушки на макушке ели сладкую ватрушку...Не-а,не то! Двум чудесным лягушам настучали по ушам...
Так он подвывал и подвывал,как голодный волчонок в лунную ночь,покуда не рассердился:
--
Ррр! Не выходит.Никак! Эй,селедка,ты где? - свесив
головенку с забора,кликнул Ведущего,который очень внимательно его слушал.
--
Тут.
--
Всплывай!
Ведущий поднялся.
--
Ну?
--
Подсоби-ка мне стихи сочинять.
--
Стихи-то? О чем? - не понял Ведущий. - О лягушках?
--
Нет.
--
О макушке?
--
Не-а.
--
О ватрушках?
--
Да нет же! - осерчал Петрушка.
--
А о чем?
--
О...о...о любви! - помявшись,наконец сознался Петрушка.
--
Вот те на! - поразился Ведущий. - Да,а почему о любви?
--
Почему? Да потому,что я...я...
И Петрушка,потупясь,стал застенчиво забор ковырять.
--
Неужели влюбился? - ахнул Ведущий.
Петрушка кивнул.
--
Да ты что!
Петрушка печально вздохнул.
--
Ну и ну-у! И в кого ж? В лягушку?
Петрушка с негодованием замахнулся на него книгой.
Ведущий отпрянул.
--
Извини,ошибся! Ну а в кого же тогда?
Не отвечая,Петрушка какое-то время ,потупясь,смущенно водил по забору ладошкой.
5.
--
Ну,чего молчишь? - спросил Ведущий.
--
Стесняюсь.
--
Да ладно! Ведь мы же тут все свои - верно,ребята? -
Обратился Ведущий к детям в зале.
И вдруг где-то неподалеку телочка жалобно замычала.Потом пес заскулил,да сердито закудахтала курица.
--
Безобразие! Это кто же свою животину не кормит? -
Возмутился Ведущий.
--
Я, - сознался Петрушка.
--
Ты? А-а! Из-за любви-то этой ты и о хозяйстве,поди,позабыл
совсем? - догадался Ведущий.
--
Ну! - буркнул Петрушка.
--
Поня-атно...
Помолчали.Затихли,впрочем,и животные вскоре.
--
Так в кого-таки ты влюбился-то - а,Петруша? - мягко снова
спросил Ведущий.
--
Говоришь,в кого? А,так и быть,слушай! - махнув ручкой,
согласился наконец поведать Петрушка. - Это вечером вчера приключилось...
Свет на сцене погас.Ну а когда опять загорелся,то уже на пустынной улице - вечер.Темнеет.Перекликаются где-то, возвращаясь с полей,селяне,бредет неподалеку стадо коров с колокольчиками,да красиво поют вдали хором девушки.
Ну а на заборе снова возник Петрушка - однако не в красной уже, нарядной своей рубашечке,а в комбинезончике синем,с лопатой и граблями на плече.
Инструменты отставил и смахнул пот со лба.
--
Фу-у! Ох,и наработался я сегодня! Теперь же...
И стал делать легкие,гимнастические упражнения,приговаривая:
Раз-два,раз-два,
Деда покормить сперва.
Три-четыре,три-четыре,
Навести уют в квартире.
Пять-шесть,пять-шесть,
И Полкану дать поесть.
Семь-восемь.семь-восемь,
Остальных на ужин просим.
Девять-десять,девять-десять,
Пельмени постирать и повесить!
6.
--
Ой-ой-ой,все я напутал - пельмешки с бельишком спутал! -
Засмеялся над собою Петрушка. - Вот уж и впрямь заработался,так заработался!
На улице появилась соседка Петрушки,Аленка - в сарафанчике и скромном платочке.С трудом несет большую охапку дров.
При виде Петрушки глаза ее синие так сразу и засветились.
--
Добрый вечер,Петруша! - радостно сказала она.
--
А,ты,Аленка! - пробурчал Петрушка.
--
Погода-то какая чудесная,правда? - молвила
Аленка,остановившись.
--
Ну все,все! Прочь ступай,отдыхать не мешай!
Повесив голову,Аленка грустно побрела дальше.
Ну а на улице,держась за руки,появились Парень и Девушка.
Однако не куклы,как Петрушка с Аленкой, а живые,настоящие люди - ну вот как,скажем,Ведущий.Видно,случайно сюда зашли.
И хотя Девушка и небольшого была росточка,но такая уж славная - стройная,черненькая,с ярко-красными губками - что Петрушка , ее увидя,даже рот разинул.И,зажмурясь от удивительной ее красоты,так ошеломленно затряс башкой,что колпачок замотался из стороны в сторону.
Потом присел оробело,и лишь глазки его над забором остались.
--
Ты только посмотри,что за улочка! Прелесть! - сказала
Девушка светловолосому и румяному спутнику.
--
Да! - откликнулся тот восторженно.
Не отводя друг от друга влюбленных глаз,они,так и держась за руки,присели рядышком,как голуби,на скамеечку.И принялись вздыхать по очереди.
Тут и носатенький наш герой завздыхал от чувств,переполнявших его сердечко.
--
О,слыхала? - наконец спросил Парень,нежно глядя в глаза
подружки. - Кто-то еще вздыхает.
--
Да,слыхаю..ой,то есть вздыхаю...то есть слышу, - также не
сводя с него своих глаз,отозвалась та.
--
Вот и я это вздышу...ой,то есть слышу, - сказал Парень.
Помолчали,так втроем в очередь и вздыхая.
--
Значит,дышишь,как кто-то еще слыхает?.. то есть слышишь,
как кто-то еще вздыхает? - спросил Парень.
7.
--
Да, - подтвердила красавица. - Да как тяжко вздыхает-то - ну
словно маленький паровозик!
--
Ну и кто ж,интересно,это с нами-то рядом? - вздохнул
Парень.
--
Да,кто? - вздохнула Девушка.
--
Да я,я это - воробушек! - из робости прикинувшись птичкой,
пискнул Петрушка.И снова тяжко,по-паровозьи вздохнул.
--
Ну,слыхала? Воробей это вздыхает,воробушек, - сообщил нежно
Парень Девушке.
--
Воробушек? - удивилась она. - Да ты что! А вздыхает,как бегемотушек.
"Бегемотушек" за забором ,услыхав это,разобиделся и тут же утих,зажав рот ладошкой.
--
А я стихи про тебя сочинил, - сознался наконец юноша.
--
Опять? - обрадовалась его собеседница. - Ой,как здорово!
А ну-ка,прочти...
И он негромко и с чувством стал ей читать:
Сказку в детстве я читал
Про одну царевну.
Эта сказочка была
Про тебя,наверно.
Те же брови,милый взгляд -
Глаз от них не оторвать!
Красавица смущенно потупилась.
--
Вот,пока все...И как тебе? - несмело спросил он.
--
Чудесно! Замечательно! Вот из-за стихов-то своих ,как
поэт,ты мне больше всего и нравишься...Впрочем,нам пора, - добавила она,с сожалением взглянув на часики на запястье.
--
Как,уже? - огорчился он.
--
Уже, - вздохнула она.
--
А давай завтра опять встретимся.Тут же, - предложил он.
--
Тут? Завтра? А что,в общем-то,я не против, - согласилась
Девушка.
Парень обрадовался,и они поднялись и пошли.
--
Хотя нет! - спохватилась Девушка где-то через десять-
пятнадцать шагов. - Завтра я страшно занята.Давай послезавтра встретимся,в это же время.
--
Хорошо!
Необходимо добавить,что Петрушка самую последнюю часть их
8.
разговора так,увы,и не слышал.
А молодые люди ушли.
Высунув снова из-за забора свой нос и проводив красавицу долгим взглядом,Петрушка едва не расплакался.В отчаянии, урча,укусил он забор.Потом ,"выстрелив" из пальца себе в висок,повалился за забор,как подрезанный сноп.
И опять потемнело на обезлюдевшей сцене.Ну а когда появился свет,то мы снова видим Ведущего и Петрушку в его нарядной, красной рубашке в их прежних позах.
--
Вот что,короче,приключилось вчера со мной! - доложил
Петрушка.
--
Поня-атно...- выслушав этот рассказ,вздохнул
Ведущий. - Значит,сердце Петруши разбито?
--
Н-напрочь! - рубанул ручкой воздух Петрушка. - Одни
черепки остались.
--
Так вот ради кого,получается,ты стихи-то свои сочиняешь?
--
Ага! Если уж она их так дико любит.Прихватил вот,короче,
с собой книженцию, - Петрушка потряс книгой, - чтобы мастерства у Пушкина поднабраться,да и орлом на забор сюда - Девушку дожидаться.
--
Да,Петрушка! - спохватился Ведущий. - А ну,как жениться тебе
придется? Тогда ребятам в зале ответь - а дом, да хозяйство у тебя есть?
--
Это куда молодую жену привесть? А как же! - выпятив грудь,
хвастливо сказал Петрушка. - Да у меня ведь не только книжечка эта вот,да гармоника,а и другого добра довольненько.
--
Да ну?
--
Ей-ей! И домик имеется,и садик,и огородик,и метелка,и
телка. А к ним синий мотоциклет,да кудрявый дед,модно одет.Затем курица Машка,в тыщу рублей бумажка,пес Полкан,двадцать один таракан - и все Петруша кинет к ее ногам!
--
Да-а,хозяйство солидное! - уважительно покачал головою
Ведущий.
--
Ха,еще бы! И домовладелец-то я,и садовладелец, и знатный
куро-,собако- и телковладелец! Не то,что вчерашний этот румяный блондин - поди,лишь сам у себя в хозяйстве один.А если еще и стихами его побить - то Девушка лишь Петрушу станет уважать и
9.
любить.
--
Погоди,погоди...Это как же: стихами его побить? -
Заволновался Ведущий. - Как и меня - книжкой по голове,что ли?
--
Да не-ет! - засмеялся Петрушка. - Талантищем своим
стихотворным побить я его хочу!
--
А-а-а-а...- понял Ведущий. - Однако в огромном этом
хозяйстве тебе и впрямь никак без жены-то - помощницы.
--
Никак! - согласился Петрушка. - Потому-то и искал
помаленьку в последнее время себе я хозяюшку.И наконец-то нашел!
--
Ясненько, - сказал Ведущий. - Но,понимаешь ли,только вот...-
Заколебался он. - Не ошибиться бы.Нет,красота,конечно,дело хорошее,но жена, однако - это друг ведь в первую очередь.А друзья познаются в беде.
--
Здра-асьте! - воскликнул Петрушка. - Ну и где же,
родимый, я тебе беду-то возьму?
--
И все равно я б на твоем месте еще подумал.
--
А,будешь учить Петрушу! - махнул ручкой Петрушка.- Ты
лучше скажи - а нос-то у меня как?
--
Нос-то? А что?
--
Что! -фыркнул Петрушка. -Да эвон,глянь,что за богатырский-то
нос - величиною с орех-кокос,да таковскому позавидует и Барбос: на семерых рос,а одному Петруше достался!
--
Ну что ты! Абсолютно нормальный нос.
--
"Нормальный!" - передразнил его Петрушка. - А теперь глянь,
что удумал я.
Нырнул за забор и вытащил оттуда большущую зеленую бельевую прищепку.
--
Что это?
--
Гениальная идея моя - прищепочка обалденная для белья!
--
Да к чему она? - пожал плечами Ведущий.
--
К чему? А если носягу этою штуковиной прихватить,да
часок-другой этаким кандибобером походить - глядь,нос и уменьшится!
И Петрушка,недолго думая,насадил прищепку себе на нос.И,гнусавя страшно,спросил:
--
Бу - бак бой босик беберь?
--
Что? - не понял Ведущий.
10.
--
Бе боче бебик?
--
Что-что?
Петрушка сердито сорвал с носа прищепку.
--
Тьфу! Русским же языком говорю - как носик-то мой теперь?
Не очень велик?
--
Да ну пустое все это,Петруша, - вздохнул Ведущий. -
Тут главное - душою,характером Девушке-то этой понравиться.
--
Л-ладно! - решил Петрушка. - А чтобы ей на нос-то мой не
очень глядеть - я ей на гармошке стану играть и петь! Все! Лечу за гармошкой!
И - исчез,будто корова его языком с забора слизала.
Ведущий растерянно развел руками и,дожидаясь неугомонную куклу,присел на скамеечку.
На улице появилась задумчивая Аленка с граблями на плече.Она грустно и негромко,как бы про себя,напевала:
Я брожу по улочке,
И никто не знает,
Что лишь о Петрушечке
Душа моя страдает...
Заметила Ведущего наконец и ахнула от неожиданности и испуга.
--
О,здравствуй,Аленка! - ласково сказал,поднимаясь,Ведущий.
--
Здравствуйте... - сказала Аленка.И,опустив глаза свои
васильковые,тихо добавила: - Вы...вы не слыхали только что мою песенку?
--
Я? Нет.А что?
--
А,так...Пустое.
--
С огорода идешь?
--
Да.Весна,работы много...
--
Нелегко,поди,одной-то вести хозяйство?
--
Привыкла - вздохнула Аленка.
--
Да-а,сирота ты у нас,сиротинушка.Ни отца нет,ни матери, -
Покачав головою,сказал Ведущий.
Это была правда.Еще тем летом отправились в лес родители Аленкины за грибами,да так и пропали.Искали,искали их - нет,и только.То ли медведь их задрал,то ли в болоте сгинули,бедные... Непонятно.
--
Скажите... - помолчав,сказала Аленка, - а это случаем не
Петруша побежал только что?
11.
--
Он самый.За гармошкой помчался.Нет,ты представляешь -
влюбился ведь наш Петрушка!
--
Неужели? - изумилась Аленка.
--
О,еще как!
--
И...в кого? - затаив дыхание,с забившимся сердцем спросила
она.Надеясь втайне,что это ее полюбил Петрушка.
--
В кого? А,в девушку какую-то тут одну.
--
В девушку?..
--
Ну!
--
В...какую девушку?
--
Черненькую,хорошенькую такую.Вечером вчера тут с
приятелем гуляла своим.
--
Ах,вот оно что...
И Аленка,опустив голову,отвернулась.
--
Эй,что с тобой? - лишь сейчас почуяв неладное,удивился
Ведущий.
--
Ничего... - прошептала Аленка.
--
О,слезы! - воскликнул Ведущий. - Ты что,Аленка?
Да ты...любишь никак Петрушку?
Ничего ему не ответив,еще ниже поникла Аленка милой своей головкой.
--
Да уж мне-то скажи,- ласково попросил Ведущий. -
Ты же,как дочь ,для меня.Ну,любишь его?
Аленка через силу кивнула.
--
И давно?
--
Очень.
И негромко,почти про себя запела:
Ах,почему ж в упор ты
Не видишь девчонку,
Тихую,да скромную
Соседку Аленку?
Может,я и глупая,
Может,и дурнушка,
Но,поверь,мне счастья нет
Без тебя,Петрушка.
Да,я простая девчонка,
И что же?
И у Аленки
Есть сердце тоже.
Я брожу по улочке,
12.
Глаз не поднимая.
Неужели жить одной
Мне судьба такая?
--
Н-да-а, - пробормотал Ведущий. - Эх,Аленка,Аленка!
Да нет,ты очень миленькая,и нисколько не глупая,да только... Нет,не представляю,чем и помочь-то тебе.
--
А не надо мне помогать, - гордо выпрямилась Аленка.
И,помолчав,вздохнула: - Полюбил ее - и пускай! Разве сердцу прикажешь?
--
Действительно, - согласился Ведущий.
--
А про любовь мою вы ему,пожалуйста,ни словечка - ладно?
--
Хорошо,обещаю.
--
И еще...Знаете,мне по душе больше,когда меня
Аленушкой кличут.
--
Аленушкой?
--
Да.Маменька так когда-то меня величала.
--
Понятно...
--
Ладно,пора мне.Козочку еще покормить надобно.
--
До свиданья,Аленушка! - помахал вслед ей Ведущий.
Аленка ушла.
А на забор снова взлетел соколиком наш Петрушка.И гармошка блестела на соколиной его груди
--
Оп-ля! Принес! - горделиво сообщил он. - Слушай!
И,свесив голову набок и почти касаясь румяной щекою гармошки,заиграл.Да и как славно-то!
Шумные воробьи на березе,тут же затихнув,только клювы от восторга поразевали.
Ну а проходивший мимо дымчатый котик,осторожно взяв собственный хвост в зубы,чтоб не путался под ногами,и подбоченясь,прямо посреди улицы так и пустился вприсядку!
Да и,честно говоря,сам Ведущий едва сдержался,чтобы тут же с гиканьем в пляс не кинуться.
Пальцы нашего музыканта между тем лихо бегали по перламутровым кнопкам,а руки бойко сводили и раздвигали меха гармони,которая то грустила,то плакала,а то смеялась от всей души.
Долго,нет ли играл Петрушка,сказать трудно,но только чудесную
13.
эту музыку хотелось слушать еще и еще...
--
Все! - отыграв,выдохнул наш умелец. - Ну - как?
Воробьи,покачивая от изумления головами и переглядываясь, одобрительно зашумели и захлопали крыльями,как в ладоши.
Котик же,выпустив наконец хвост изо рта и с трудом дыша,послал музыканту воздушный поцелуй лапой.Поклонился затем ему, чихнул и - слегка пошатываясь,отправился важно дальше по кошачьим своим делам.
--
Ну что - как? Замечательно! - похвалил гармониста Ведущий.
--
Понравится Девушке,как я играю?
--
Еще бы!
--
То-то! Ну а вернее,конечно,стихами ее сразить.Раз она так
их любит. Подсоби сочинить! - попросил Петрушка,убрав гармонь.
--
Стихи-то? - сказал Ведущий.И с сомнением покачал головой: -
Ох,даже не знаю...Тут ведь,Петруша,и опыт необходим определенный,да и рифмою владеть надо.
--
Чем? Фирмой? - не понял Петрушка.
--
Рифмой.Пора и знать бы,раз уж ты у нас в поэты подался.
--
Ну,вот! Все вы,люди,такие! - надулся Петрушка. -
Считаете,что мы,куклы,и знать ничего не знаем!
И снова раздалось жалобное мычание.
--
Не твоя ли опять это телочка? - поинтересовался Ведущий.
А тут еще курица закудахтала,да тоскливо заскулил пес.
--
Твои? - спросил Ведущий. - Чай,изголодались совсем?
--
А,не до них мне сейчас! - отмахнулся сердито Петрушка. -
Мне стихи сочинять надобно.Объясни хоть,как их пишут-то?
--
Гм! Но сперва ответь - что же самое,по-твоему,главное для
стихов?
--
Самое-самое? - переспросил Петрушка.
Он,разумеется,в поэзии ничего не петрил,и теперь лишь тянул резину,стыдясь обнаружить свое невежество.
--
Самое-самое, - подтвердил Ведущий.
--
Самое что ни на есть главное?
--
Да.
--
А-а,для стихов!
--
Для стихов,да.
--
Понял.Для стихов.Понял, - важно кивнул Петрушка.
--
Знаешь?
--
Не имею понятия! - наконец чистосердечно сознался наш
славный стихотворец.
14.
--
Ну а как ты думаешь?
--
А ничего я не думаю.
--
Но хоть догадки-то у тебя есть какие? - допытывался дотошный
дяденька.
--
А нет у меня никаких догадок.
--
Ладно.Подсказать,что главное для стихов?
--
Ну-ка,ну-ка?
--
Главное для них - вдохновение.
--
Отдохновение? Так я не устал еще.
--
Да нет, - терпеливо втолковывал Ведущий. - Не отдохновение,а
вдохновение.
--
А-а! Выдохновение! - опять не расслышал толком Петрушка.
И,не мешкая,тут же выпустил из себя через рот весь воздух! До самой последней воздушной капельки.
И,обвиснув на заборе,как тряпочка,слабенько просипел:
--
Это?
--
Да нет, - огорчился Ведущий,что его снова не так поняли. -
Пойми же: не вы-дохновение,а - вдох-новение.
--
А-а! Так бы сразу и говорил! - "сообразил" наконец Петрушка.
И,долго не думая - как некий носатенький пылесос с колпачком - моментально,вздохнув, засосал внутрь себя ну такую громадную порцию воздуха, которой хватило б,пожалуй,на небольшой дирижабль. После чего запечатал ладошкой рот.
Воздух,однако,оставаться внутри Петрушки не пожелал,и тотчас же с противненьким визгом стал вырываться через его багровый, просторный нос.
Петрушка поискал глазами прищепку,но та затерялась где-то внизу ,в лопухах.А поэтому наш поэт-самоучка торопливо зажал нос второю ручкой,отпустив при этом забор.И - едва не свалился.
Той же рукою он судорожно схватился опять за забор - однако предатель-нос ,почуяв свободу,снова завизжал,как обиженный поросенок.
Тогда Петрушка перекинул левую ножку через забор,оседлав его,как лошадку.И - опять пальцами прищемил красненького, выдающегося предателя на своем лице.
И лишь теперь ,на секунду отдернув ото рта вторую ладошку, торопливо спросил:
--
Это?
И - тут же захлопнул рукою рот.
--
Да нет,нет, - расстроился Ведущий. - Опять не то!
15.
Огорченный Петрушка освободил нос,и воздух-узник с поросячьим радостным визгом бурно устремился из куклы на волю.
Отчего бестолковая Петрушкина головенка замоталась над забором,как спускаемый резко воздушный шарик.
--
Ну,вот! - наконец, вернув в атмосферу излишний воздух,с
упреком сказал Петрушка. - Сказал: вдох-новение - я и вдохнул.А ты меня опять обманул!
--
Ну что ты! Да я и не собирался тебя обманывать! - стал
оправдываться Ведущий. - Просто,видимо,объяснить толком ничего пока не сумел.Понимаешь,Петруша,вдохновение - это... Гм!..Короче,как только оно к тебе придет...
--
Так вот покуда оно ко мне идет - профессоришка один
несчастный от меня уйдет! - раскипятился вконец Петрушка. -
Бр-рысь!
И,достав книжку,он снова оттянул ею дядю по голове!
Тот так и присел.
--
Ай! Ты что? Да ведь я же тебе объяснить хочу!
--
Еще словцо - и опять по башке хвачу! Вот гусь ученый,слегка
копченый! Ну совсем заморочил Петрушу!
--
Но я ведь...
--
Все!! - треснул в сердцах по забору книжкой Петрушка. -
Убирайся,важный гусь,без тебя я обойдусь!
--
Эх,Петрушка,Петрушка! - вздохнул Ведущий.
И повернулся к ребятам в зале.
--
Ну,вот! Собирался ведь я,ребята,ему помочь,да сами видите...
И - ладно! Бог с ним! Вот сам пускай со стихами своими и выкручивается теперь,как знает!
И сердито ушел.
--
Вдохновение,вдохновение...- оставшись один,почесал затылок
Петрушка. - Как хоть выглядит-то оно? Маленькое ль,большое? Толстенькое,худое? Страшное,может,ужасное - с хвостом и рогами? Как черт с горячими пирогами!
И он от страха чуть с забора не полетел,вообразив себе такое вот вдохновение.
- Или напротив - миленькое такое? - успокоил себя стихотворец. -
С бантиком и в кудряшках.Навроде барашка.Подбежит,и об ногу потрется тебе - бе-е-е! Попросит молочка из бутылочки пососать - и ну за тебя стихи сочинять!
И Петрушка мечтательно вздохнул.
16.
--
Ну а лучше всего бы знать,что кушает-то оно, - решил он. -
Позовешь его погромче тогда - кыс-кыс-кыс или цып-цып-цып - поманишь,вкусненькое ему покажешь - и вот уже вдохновение пред тобой,как лист перед травой!
--
А может... - задумчиво шмыгнул носом Петрушка. - Может,
где-то рядом оно? Прознало,что Петруша стихи сочиняет,да и топает сюда уж давно..Ну и,короче,чтоб время зря не терять, пойду-ка навстречу его искать! Куда вот только?.. Гм!..
Покрутил,покрутил головой Петрушка,и решил заглянуть к соседям справа.Взял и,недолго думая,сиганул к ним через забор.
И - угодил прямо курам в тазик с их питьевой водой!
Ах,как рассердились они! Да как накинутся с криками на Петрушку!
И взлетел герой наш на забор обратно,мокрые ножки задрав повыше.
--
Курочки! - отчаянно завопил он. - Ей-ей,нечаянно водичку я
вашу разлил! Не буду больше! Ай-ай-ай!
Куры,однако,не отставали,и так и норовили,галдя и подскакивая, клюнуть нашего искателя вдохновения.
Пока тот,озлившись,отбрыкиваться не стал,и даже сам чуть не клюнул подпрыгнувшего рыжего петуха своим большим,красным носом.
--
Ну все,все - мир! - завопил наконец оглушенный и затравлен-
ный наш поэт,поняв,что так вдохновение к нему и близко не подойдет.
Спустился быстро к себе за гармошкой,опять на забор залез,да и заиграл,голося изо всех сил,чтобы заглушить куриный гомон.
То березка,то рябина,
Куст ракиты над рекой!
Край родной.навек любимый,
Где найдешь еще тако-ой!?
Ну а как замечательно он умел играть - вы уже сами, ребята, знаете.
Потому-то возмущенные куры мало-помалу и стихли,внимая,как зачарованные,нашему гармонисту.А потом и вовсе ,разбившись на пары,танцевать стали,кружась и подпевая негромко Петрушке.
Ну а голенастый,рыжий петух,понаслушавшись о родном крае,удалился в кусты украдкой.По щекам его текли слезы.
17.
Новыми как бы глазами оглядывал он все вокруг,и бормотал с умилением:
--
Березки...цветочки...небушко...Крайчик родимый мой!
Как же не замечал я раньше твоей красы?..
Наконец умолк гармонист.
И курицы,любовно оглядывая свой двор ,забор,небо,и взявшись за крылья,пошли на отдых в родной курятник.
А Петрушка смахнул пот со лба:
--
Фу-у! Успокоились!
--
Ладно! - решил он. - А гляну-ка теперь я это самое вдохновение
на другом дворе.
И запустил глазенки во двор,что слева.
--
Та-ак,курей нет...Отлично! И соседский пес Шарик,башка
кудлата,удрал,видно,играть куда-то.
Но,однако,и вдохновения никакого бойкие глаза нашего стихотворца нигде не приметили.
" А может... может,оно ,в дороге-то притомившись,у Шарика в будке сейчас отдыхает?" - подумал Петрушка.
Осторожненько,как лазутчик,перевалился он через соседский забор и шлепнулся в кусты.После чего,почесавшись,на четвереньках,по-тараканьи,подкрался неслышно к собачьей будке.
И - сунул внутрь любопытную свою головенку.
Ну а там...там...представляете,там,пуская слюнки,дремал сам кудлатый хозяин будки! И как раз сейчас-то явилась во сне песику сладкая-пресладкая косточка сахарная на синенькой,узорчатой мисочке.Счастливый песик уже приготовился благоговейно взять ее в зубы...
И тут на тебе! - вместо чудесной косточки в его,понимаешь ли, будку кто-то сует свой красный,огромный нос!
Шарик, от злости рявкнув,тут же едва его не оттяпал.
Чудом,ну просто чудом отдернул в последний момент Петрушка красненькое свое,любознательное сокровище.
Дал задний ход,отлетев от будки,поднялся,и - то и дело подскакивая,стал кругами носиться по чужому двору,спасаясь от разъяренной собаки.
Мотая кудлатой башкой и рыча,Шарик не отставал - будто морда его была приклеена к Петрушкиным пяткам невидимым скотчем.
Со стороны же улицы только и видно было,как носится и подпрыгивает над забором,вопя,бестолковая и носатая головенка
18.
куклы в красненьком колпачке.
--
А-а-а! Шарик,Шаричек! Миленький,родименький! -
Голосил несчастный Петрушка. - Извини,разбудил! А-а-а!
Но пес соседский не отставал.
Наконец,улучив момент,поэт сиганул мартышкой на свой забор, подтянулся,перемахнул,и - полетел вниз башкой на свою территорию.
Порычав еще для порядка и боднув забор,Шарик наконец успокоился и ,ворча,затрусил обратно в будку.Досматривать сон о сладкой косточке,так невовремя замененной недавно любопытным Петрушкиным носом.
--
Да-а,вот что такое любовь! - вздохнул Петрушка,сидя на
родимом дворе и прислонившись спиной к родному забору. - Едва лишь втюрился,а уже чуть курами не заклеван,чуть собакою не покусан.Мда-а!.. От такой любви Петрушке хоть башкой ныряй в кадушку!
И,отчаявшись отыскать-таки это самое непонятное вдохновение, Петя,тяжко вздыхая,стал просто-напросто дожидаться красивой Девушки.Надеясь сочинить все же при встрече с ней хоть какие-нибудь стишата.
Но наступил вечер,затем ночь,высыпали на небо желтые звезды,а Девушки так и не было.(Ведь Петрушка вчера не слышал ,что встреча молодых людей на другой день назначена).
И он долго еще клевал на заборе носом,из последних сил тараща слипающиеся глазенки вдоль улицы.Пока наконец не свалился мешком с забора и не засопел тут же,посвистывая,в родных лопухах.
Не слыша ни мычанья голодной телочки,ни обиженного потявкивания забытого хозяином Полкана,ни кудахтанья вконец изголодавшейся курочки Маши...
Ж Ж Ж
Наступил,итак,новый день.Продрал наш Петруша глазки,когда солнце уже взошло.Высунул поскорей за забор головенку,повертел ею - не идет ли Девушка? Но ее не было.
А брела мимо Аленка,согнувшись под тяжестью ведер с водой,что несла она домой из колодца.
--
Доброе утро,Петруша! - сказала приветливо,ведра поставив.-
19.
Что-то зверушки твои,смотрю,раскричались с утра пораньше.
Не приболел ли уж ты,Петруша,если не даешь им покушать?
--
А твое-то какое дело? - проворчал Петрушка. - Подумаешь,
раскричались! Ничего им не сделается.
--
А то чем,может,помочь тебе?
--
Ступай,ступай! Без тебя обойдусь... "помощница"!
Поникнув головою и взяв ведра,Аленка грустно побрела дальше.
А Петрушка долго фыркал еще,как барсук,сердито.Ишь,лезут тут с помощью,когда их не просят! О Девушке не дадут подумать!
Наконец,успокоившись,стал он дальше красавицу свою высматривать.А заодно и стихи опять сочинять решил.
Ан не тут-то было! Потому что и дед,и телочка,и Полкаша,и курочка Маша,видимо,и впрямь не на шутку проголодались.Да
та-акой концерт устроили!
Кудрявый дед,модно одет,ругаясь,в доме палкой гулко стучит. Маша кудахчет,телка мычит.Ну а Полкан то басом лает,а то сердито рычит.
Насупился недовольно Петрушка - и вдруг все стихло,как по команде.И показалось удивленному этим Петрушке,что вроде бы голосок Аленки,как ручеек,зазвенел где-то у его дома.Но,видимо,и впрямь ему показалось.
--
Наконец-то утихли! - обрадовался наш стихотворец.
И ну красавицу свою поджидать,да стихи сочинять.
Однако,как ни старался он,как ни чесал головенку,ну ни одной стоящей рифмочки не мог из нее вычесать.Уже и нос от натуги ,как переспелый помидор,покраснел,а на ум лезли одни лишь несуразные рифмы типа "любовь - морковь,страсть - украсть". Да уже давно нам знакомые "макушка" с "лягушкой".
Между тем кругом вовсю жизнь кипела.Шли и шли по улице люди.
Пронесся шустренький тракторишко,тарахтя и обдав Петрушку вонючим газом.
Тащились,скрипя,телеги с картошкой,дровами и сеном - но не замечал ничего Петрушка,поглощенный стихами.
Так и пролетел,короче,день для Петрушки - с натужным сопением помидором-носом,сочинительством нелепых стишков,да с почесыванием макушки.
И лишь к вечеру только Она появилась.
А Петрушка,неожиданно оробев,за забор нырнул.
Девушка подошла и,платье белое подобрав,на скамеечку села.
А Петрушка за забором смелости набирался.Наконец,
20.
набравшись,выскочил наверх и раскланялся.
--
Ниж-жайшее почтение и глубочайшее уваж-жение!
Девушка испугалась.
--
Ой,кто тут?
--
Я,Петр-руша!
--
Что вы тут делаете?
--
Я? А я тут живу.
--
Как,на заборе?
--
Не-е,за ним сразу, - смутился Петрушка.И,прокашлявшись,
сказал решительно. - Пож-жалте в гости! Гостей я завсегда привечаю,веду за стол и наливаю им чаю.
--
Большое спасибо,но...
--
А не хотите чаю - так сыграю,чтоб не скучали!
И,боясь,что она откажется слушать его игру,поскорее схватил гармошку и заиграл задорно "Барыню" с переборами.
"Если уж противненькие стишата сочиняться у меня не желают - то покажу ей,как я играю!" - решил он.
Верная гармошка и впрямь так и пела,так и заливалась под его искусными и бойкими пальчиками.Никогда еще Петрушка так не старался.Очень уж хотел понравиться своей слушательнице.
--
Ну и как,по-вашему,играет Петруша? - спросил не без
гордости,закончив игру.
--
О-о! - сказала Девушка с восхищением. - Да вам прямо хоть с
концертами выступай.
--
Раз плюнуть! - осмелев,расхвастался гармонист. - Да редко,
редко играю.Лишь когда красоту этакую встречаю.Эх! Да я...я...да я б для таких-то ушек играл с раннего утра и до вечерних лягушек!
Все,что хочешь,все,что надо - вальсы,польку иль ламбаду!
И Петрушка и впрямь заиграл зажигательную ламбаду,следя при этом за Девушкой своими хитрыми глазками.Заметив,что она , покачивая в такт плечиками,с удовольствием его слушает,музыкант наш совсем осмелел.
И,закончив играть,вниз с гармошкой спустился.Примостился на скамейке поближе к Девушке и решительно заявил:
- Ну а тепер-рь - поцелуйчик позвольте!
- Поцелуйчик? - удивилась Девушка. - А это еще с чего?
- Гонорар!
И,зажмурясь,вытянул губы в ее сторону,насколько смог.
- Еще чего! - отодвинулась Девушка.
21.
Выжидательно посопев,Петрушка открыл глаза,похлопал ими.И укатил наконец губки на старое место,под свой развесистый красный нос.А гармошка в его руках смущенно хрюкнула.
- Да! А известно ли вам,как Петруша пляшет? - спросил он,решив подобраться к сердцу прекрасной соседки с другой стороны.
- Нет! - отвернувшись,отрезала собеседница.
- Нет? Ну тогда смотрите!
И Петрушка,лихо заиграв,так прямо с небольшою своей гармошкой в пляс и пустился.Лишь сапожки его замелькали,да колпачок на башке то туда,то сюда замотался.
И как раз в это время возвращался мимо уже нам знакомый дымчатый котик.Ошеломленный зверь так и застыл,как усатый столбик,выпучив глаза на задорный Петрушкин танец.
Но не стерпело,однако,вновь горячее кошачье сердце,и котик, сунув опять хвост в зубы,лихо кинулся в перепляс.
Так и поддавали огня плясуны,так и лезли они из кожи,норовя превзойти друг друга.
А Девушка,пощелкивая в такт пальчиками,с улыбкой следила за их коленцами.Особенно забавным казался ей кошачий танец.
- Молодцы! Браво! - захлопала она,когда ее обожатель и вынувший изо рта хвост зверь завершили свою пляску.
И пошли,пошли кланяться,да расшаркиваться перед Девушкой, как заправские мастера сцены.
- Ну а вам за вашу мя-узыку ,дорогой мя-аэстро, - поклонившись так,что почти коснулся земли усами,сказал запыхавшийся кот Петрушке, - грандиознейшее мое м-мяр-си!
- Да нет,это вам,вам,мяу-илейший,грандиознейшее мое м-мяр-си! - передразнил его с легким поклоном Петрушка.
И оба расхохотались.
После чего кот-плясун молодецки расправил свои усы и вальяжно двинулся вдоль по улице,мурлыча танцевальный мотивчик и небрежно,по-дирижерски помахивая в такт хвостом.
- Вот как,короче,Петруша играет и пляшет! - гордо сказал Петрушка Девушке.И не преминул заметить:
- А вот приятель-то ваш,поди,не умеет ни того,ни другого!
- Какой приятель? - не поняла она.
- А с которым вы в прошлый раз на скамеечке на этой сидели.
- А-а! - поняла наконец Девушка.И обиделась:
- И пускай не умеет! Знаете зато,какой он поэт чудесный!
22.
Н-да-а! Вот это был удар для Петрушки! Ну да вы же,ребята,сами знаете,сколько времени и усилий поистратил наш Петя,сочиняя стихи! И вдруг...
Однако мужская гордость не позволила Пете признать над собой превосходство какого-то приблудного паренька.
Ну и,короче,Петрушу нашего понесло...
- Это кто - он? Он поэт?! - так и подскочил он,услышав ее слова. - Да я,я это наипервейший поэт на свете!
И топнул сердито ножкой.А гармошка в его руках свирепо рявкнула.Так вот чтобы она не встревала больше во взрослый и очень ответственный разговор,Петрушка отставил инструмент свой на край скамеечки.
И повторил упрямо,опять топнув ножкой:
- Да! Я поэт! Причем самый что ни на есть самый-самый-самый!
- Вы? - переспросила с сомнением Девушка.
- Я!
- Хм! Ну хорошо...Вот и прочитайте что-либо.
- Это кто - я? - опешил Петрушка.
М-да! Хвастануть-то он,как видите,хвастанул,но вот что его попросят и впрямь почитать стихи - то об этом он,знаете,как-то, увы,не подумал.
- Вы, - подтвердила Девушка. - Вы.
- Прочитать? Свое? - прикинулся,что не понял Петрушка.
- Свое,свое, - кивнула Девушка,глядя на него с любопытством.
- А-а,что-нибудь свое! - сделав вид,что лишь сейчас до него дошло,воскликнул незадачливый стихотворец.
- Вот именно.
- Я понял.Свое.Я понял.
- Вот и прочтите.
- Стихи? - уточнил Петрушка.
- Да.
- Но не какой-нибудь там ,э-э...рассказик?
- Нет.Стихи.
- А-а,стихи-то прочесть! - тянул до упора наш горе-поэт.
- Вот-вот, - вздохнула Девушка.Уже догадываясь,что хвастунишке просто-напросто нечего ей читать,и он тянет резину.
- Я понял.Стихи.Я понял.
- Вот и прочтите.
- Значит,свои стихи? Не чужие? - уточнил снова Петрушка.
23.
- Да.Свои.
- Понял.Я все понял, - пробормотал Петрушка.Теперь на одно лишь надеясь - что,быть может,в самый-то последний моментик к нему все же явится это непонятное вдохновение-черепаха.
- Ну так читайте,читайте! - начала сердиться соседка. - Чего же вы?
Петрушка вздохнул,как бегемот после тяжелой работы,повесил хитроумную головенку на грудь и,болтая одной ногою,стал стыдливо водить пальчиком по ребрам стоящей рядом гармошки.
Собеседница терпеливо ждала.
Наконец поэт-недотепа снова по-бегемотьи вздохнул:
- Значит,сказать,почему я вам ничего не читаю?
- Ну?
- А я...я...робею!
- Робеете? Вы? Чего? - удивилась Девушка.
- А то будто не знаете!
- Чего я не знаю? - пожала она плечами.
- Чего я робею.
- Да ну откуда мне это знать?..Ну? Чего сопите? Так чего-таки вы робеете? - допытывалась соседка.
Петрушка до упора опустил головенку - так,что его пунцовый нос почти уперся в черную пуговку на рубашке,посопел им смущенно,затуманив совсем несчастную пуговку,и наконец чистосердечно сознался:
- Да красоты вашей я робею - ну н-никакими стихами не описуемой!
Девушка так и зарделась от удовольствия.Ну а чтобы не показать,как это ей приятно,погрозила Петрушке пальчиком:
- Вот подлиза! Подлиза и вруша.Не умеете,поди,сочинять стихов - оттого и молчите.
- Мычите? - сделал вид,что не расслышал Петрушка.
Он по-прежнему тянул время.Потому что,если сказать по правде,то он,как соловей лета,все еще ждал прихода этого непонятного вдохновения.
- Молчите, - поправила его собеседница. - Ну,в молчанку то есть играете, - пояснила она.
- В мычанку?
- В молчанку.
- А-а,в мочалку! - "сообразил" " соловей".
24.
- А,да какой же из вас поэт,если вы и простых-то слов понять не способны! - махнула рукою Девушка.
- Кто - я?! Я не способен?! Это я-то,по-вашему,не поэт? - вскочив, как ужаленный,со скамейки,разгорячился Петрушка.
- Вы.Раз так и не прочли ничего до сих пор.
- Л-ладно! Вот сейчас ка-ак возьму,да ка-ак прочту! - посулил сердито Петрушка.
- Очень была бы признательна, - сказала насмешливо Девушка.
- Сейчас-сейчас! Освежу лишь чуток в памяти - да и...
- Ну-ну.
Петрушка отошел в сторону и повернулся лицом к забору.Затем,
по-наполеоновски скрестив на груди ручонки и "вдохновенно" задрав нос,он принял "поэтический",мечтательный вид.Ну а сам тихонько,чтобы,не дай Бог,не услышала Девушка,забормотал:
- Кы-ыс - кыс - кыс!
Ведь он же не знал,как надо приманивать вдохновение!
Выжидающе помолчал.И ничегошеньки,разумеется,не дождался.
Тогда он тихонечко пробубнил:
- Ути-ути-ути!
По-прежнему стараясь выглядеть так,будто он стихи,вспоминая, шепчет.
Однако и сейчас вдохновение явно к нему не спешило.
- Гу-ули - гули - гули! - позвал он тогда.
Тишина.
- Бя-яша - бяша - бяша!
- Ну? - не выдержала красавица. - И где же хваленые ваши стихи?
- Один моментик! - успокоил ее Петрушка.
Отошел еще дальше и чуть погромче позвал:
- Цы-ыпа - цыпа - цыпа!
Надо ли говорить,что и сейчас никакое вдохновение не клюнуло на Петрушкину удочку.
Но,однако,этот последний зов услыхали соседские куры.И, набежав с той стороны к забору,загалдели,как сумасшедшие:
- Куда-ах - тах - тах! Ко - ко - ко! Ко - ко - ко!
Ну а знакомый нам рыжий петух аж на самый забор взлетел.И,балансируя крыльями и уставясь нагло и выжидающе на Петрушку,изо всех сил как завопит прямо в его красный, "поэтично" задранный нос:
25.
- Ку-ка-ре-ку-у!
Вечнокрасный Петрушин нос даже позеленел от злости.Ясно,что ни о каком вдохновении теперь уже и речи не шло.
И Петрушка,урча,озлобленно спихнул возмущенного петуха опять за забор.
- Ну уж,куры,петухи! - пробурчал он. - Распугали все стихи!
- О-о,какая рифма роскошная! - насмешливо заметила его соседка. - Да вы и в самом деле поэт.
- Поэт! Да! - пискнул задетый за живое незадачливый наш стихотворец. - И,причем,большой-пребольшой!
И,обозначая грандиозные свои поэтические размеры,широко раскинул ручонки в стороны:
- В-во какой!
- Неужели? - улыбнулась Девушка.
- Да! Мне по наследству,ясно,талант достался! Да вы хоть знаете,какие у меня предки?
Да - а,так и не дождавшись стихотворного вдохновения,Петрушка принялся вдохновенно напропалую врать.Что,необходимо прямо признать,иногда у него получалось весьма занятно.
- У вас? Предки? И какие ж? - поинтересовалась заинтригованная Девушка.
- Ой,какие предки в роду у Петруши! М-м-м! - покачал многозначительно головой наш поэт-горемыка. - Какие предки-и!
- Ну и кто же у вас в роду?
- Кто? Ну а про Пушкина вы когда-нибудь слыхали?
- Это про поэта,что ли?
- Поэта!
- Ну конечно,слыхала, - пожала плечами Девушка. - И что?
- Что! Ну а самая что ни на есть доподлинная фамилия его вам известна?
- Это кого же фамилия - Пушкина? - изумилась Девушка.
- Пушкина!
- Ну...Пушкин, - растерянно сказала она.
- А вот и нет,и нет,и нет,вот и нет! - приплясывая на травке и торжествующе покачивая из стороны в сторону головой,пропел Петрушка. - Вот и нет,и нет,и нет,вот и нет!
- Нет? А какая ж,по-вашему,настоящая-то его фамилия? - совсем растерялась соседка.
- Какая? Петр-рушкин!
26.
- Петрушкин?..
- Да!
- Хм,что-то не очень верится, - с подозрением глядя ему в глаза,сказала Девушка.
- Петрушкин, Петрушкин! - авторитетно заявил наш Петруша-вруша.И с гордостью добавил: - Так вот этот-то самый поэт знаменитый и есть мой прапрапрадедушка!
- Хорошо,допустим.Ну а почему же писал он всюду тогда,что он Пушкин? - не унималась дотошная собеседница.
- Почему? - доверительно сказал ей Петрушка. - Да потому лишь,голубушка,что ленился,ленился он полностью-то писать свою фамилию, - и Петрушка в доказательство стал водить указательным пальчиком по скамейке: - Пет-руш-кин.Вот и сокращал постоянно свою подпись: Пуш - кин! Вот,вот какая,в общем,у Петруши родня, - завершив разъяснения,задрал он к небу свой нос-помидор. - Какие люди!
Девушка,разумеется,не очень ему поверила,но решила не спорить.Тем более,что ее начинало уже беспокоить опаздывание ее друга.
- Ну ладно, - сказала она,нетерпеливо глянув на часики на руке. - Родня,так родня.В таком случае почитайте тогда хотя бы стихи своего прапрапрадедушки,что ли, - с легкой иронией сказала она. - Уж их-то,в отличие от своих,надеюсь,вы помните?
- О-о,еще бы! - важно сказал Петрушка.
- Вот и прочтите.
- Какие?
- Любые.
- Ладно,прочту-ка эти,одни из самых-самых моих любимых.
Он присел на скамеечку и,прикрыв глаза и мерно раскачиваясь из стороны в сторону,как дрессированая змея,стал с выражением завывать:
Там в облаках перед народом
Через леса,через моря
Колдун несет богатыря.
В темнице там царевна тужит,
А ей Петрушка верно служит...
27.
- Вы уверены,что Петрушка? - улыбаясь,спросила Девушка. - А по-моему,серый волк ей там верно служит.
- А,да,да,да! - спохватился чтец. - Ну конечно,волчара!
Он и на самом деле лишь недавно увлекся поэзией Пушкина,а потому неважно знал текст.К тому же,читая стихи,он на месте царевны и ее слуги ярко представлял Девушку и себя.
Ну а теперь он решил начать с другого места.И,снова раскачиваясь с закрытыми глазами,стал торжественно и таинственно завывать,как из глубокой пещеры:
Там на неведомых дорожках
Следы невиданных зверей.
Петрушка там на курьих ножках
Стоит...
- На чем он,на чем стоит? - захохотала Девушка. - На курьих ножках? Ха-ха-ха!
Боже мой,как разобиделся при этом Петрушка! Покраснел моментально весь от пяточек до макушки,приобретя окраску своего носа.Отвернулся резко от Девушки и засопел,как маленький,закипающий чайник.
- Смешно? Веселитесь,да? - наконец спросил он с обидой. - Что,если Петруша кукла - то,значит,и смеяться над ним позволительно? Так вот,чтоб вы знали - и на Петрушку бывает прорушка!..то есть,на Петруху проруха!..то есть...ну,в общем,короче,вы меня поняли! - взвизгнул он оскорбленно.
Ну а так как Девушка продолжала смеяться,то Петрушка совсем надулся.А,подувшись,решил он прочесть ей что-либо из книги своего "прапрапрадедушки" про...любовь! Чтобы тоненько намекнуть красавице на свои нежные чувства к ней.
И с гармошкой подмышкой он и полез за книгой через забор.
Но,однако,незадачливой кукле в этот день ну никак не везло!
Потому что с самого верха он сорвался.И если музыкальный инструмент загремел по ту сторону ограды, то его хозяин - по эту.
Да так "удачно",что - словно заправский клоун - кувырнулся по инерции раза три через голову.Да и - хлопнулся со всего маху носом прямо в лужу через дорогу,подняв брызги!
Надо ли говорить,что его собеседница еще пуще закатилась от смеха?
А Петрушка сел на изумрудную травку,очумело тряся башкой и плюясь лужей.Которая непонятным каким-то образом оказалась частично у Петрушки во рту.
28.
- Ну и что,что я маленько смешно упал? - с обидой воскликнул бедняга,вернув наконец луже ее имущество. - Зато Петруша у нас ох,какой горбатенький!.. то есть,ох,какой богатенький! - исправился тут же он.
Как видим,от небольшого сотрясения мозга у него немного стали мешаться слова и мысли.
И,видя ,что красавица смеется по-прежнему,Петрушка совсем осерчал.
- Да,богатенький! - крикнул он,ударив кулачком по земле. - Да у меня - если хотите знать! - и свой садик имеется,и огородик,и метелка,и телка! А к ним синий дед,да мопед,модно одет.Затем в тыщу рублей бумажка,курица Промокашка,пес Таракан,двадцать один Полкан - и все готов я бросить к вашим ногам!
Вот как в головенке у него все смешалось!
- Ой-ой-ой,обознался! - опомнясь,взвыл он.И,вскочив на ноги,завопил:
- Не так! Нет! Наоборот все!
Но Девушка уже ничего не слыхала.Схватившись за живот,она не могла разогнуться от смеха.
Ну а Петрушка,на нее глядя - как хамелеон,то зеленел,то бледнел,то краснел от негодования и обиды.Затем,насупив сурово бровки,решительно и молча к забору направился.
Вскарабкался на него,развернулся и,потрясая над головой кулачком,завопил оскорбленно:
- Обиделся я на вас! Очень! Вот ей-ей - провались я на этом месте!
И хотел с размаху ударить зло кулачком по забору.Но промахнулся и - сорвавшись,так и полетел за забор вниз - прямо на жалобно взвывшую гармошку.
У Девушки уже не было сил смеяться - она просто на скамейке сидела и икала от смеха.
А Петрушка присел на травке по ту сторону,оттолкнул ногою гармошку и,урча,в отчаянии треснулся о забор затылком.
"Господи,и почему же я такой невезучий?" - привалившись спиной к забору и свесив головенку,сидел и горестно размышлял бедолага.
"А может...может,дело еще и в огромном моем носе? - внезапно подумал он. - А что? Да будь он не такой здоровенный,а помельче,
29.
да аккуратнее,то и я бы,глядишь,симпатичней стал.Ну а к красавцам-мужчинам иное и отношение - девушки над ними не очень смеются".
И,короче,поколебавшись,нацепил он опять на нос лежащую рядом бельевую прищепку.Чтоб хоть немного подержать ее на носу - а ну как за это время нос хотя бы чуток убавится?
Девушка между тем не на шутку встревожилась - не расшибся ли этот забавный Петрушка? Что-то затих совсем.
- Эй! Вы там как - живой? - испуганно и негромко окликнула она,постучав по доскам забора и приложив к ним ухо.
Но оскорбленный Петрушка не отзывался.
" Пускай подумает,хохотуша,что взял,да и откинул коньки Петруша, - сердито решил он. И фыркнул: - Тоже мне,царевна-Смеяна!"
Так и не дождавшись ответа,Девушка совсем всполошилась.И крикнула:
- Да вы как там - живой,нет?
И лишь теперь наш страдалец решил сознаться,что он живой.Но забыл снять с носа прищепку.И,выскочив над забором,как чертик из табакерки,гордо крикнул:
- Ба бибой,бибой я!
От неожиданности Девушка отпрянула,но потом - при виде зеленой большой прищепки на гордо поднятом,словно флаг, красном носу Петрушки - так и покатилась снова от смеха.
Жутко опять на нее обидевшись и проклиная свою судьбу , Петрушка за забор повалился.Непреклонно решив никогда-никогда уже не смотреть больше на эту такую красивую и такую жестокую хохотушку.
Впрочем,терпения его ненадолго хватило.
"Ладно,полюбуюсь-ка на нее еще разок.Последний! - решил он.И вздохнул: - Уж больно она симпатюлечка!"
И,стянув наконец с носа прищепку,выглянул снова из-за забора.
- Да-а,это о вас,поди,писал мой прапрапрадедушка, - сказал он.
Подняв голову,Девушка оживилась.
- Обо мне? Пушкин?
- Петрушкин.
- А что,что он,по-вашему,писал обо мне?
- Что? А вот.
И,помахивая плавно в такт правой ручкой,Петрушка негромко и
30.
"поэтично" завыл:
- Оче-ей очарова-анье...Ге-ений чистой красоты-ы...Не пей,краса-авица,при мне-е...
Девушка звонко рассмеялась.
- Бррр,нет,не так как-то! - спохватился "прапраправнучонок". - Или вот еще...Подруга дней моих суро-овых,голубка дряхлая
моя-а!..- продекламировал он.
Девушка обиделась и,надув губки алые,отвернулась.
- Ой,опять не то! - всполошился Петрушка. - Да ведь сами видите,что все-все-все сикось-накось в моей башке - и все из-за ваших прекрасных глаз!
И вдруг,повернув головенку,показал вдаль:
- О,а вон и друг ваш сердечный - тар-раканюга запечный!
Соколиный Петрушкин взгляд и впрямь еще издали заприметил Парня с огромным-преогромным букетом цветов. Таким огромным,что казалось издали - будто это сам букет идет на своих ногах в светлых брюках.
- Наконец-то! - поднявшись навстречу другу,сказала сердито Девушка. - А я,понимаешь,жду,жду его...Ты почему опоздал?
- Извини,старался букет поярче для тебя на лугу собрать, - смутился Парень. - Вот!
- Какая прелесть! - восхитилась Девушка,любуясь цветами.
Петрушке досадно стало,что сам-то он не допетрил собрать подобный букет для дамы.Но он,однако,не растерялся.
- Да этот несчастный веник и мизинчика вашего недостоин, - льстивенько шепнул красавице с забора подлиза. - Потому что вы в полторы,нет,в две тыщи раз красивее этих цветов!
- Отстаньте! - от удовольствия покраснев,прошептала она ему.
- Отстать? От вас? Никогда! - так и сверкнув глазенками,пылко шепнул красноносый наш кавалер с забора.
- Да нет уж,и в самом деле - отстаньте,пожалуйста,от нее, - ломающимся,строгим баском попросил Парень.
- Это вы кому - мне? - рванув на груди рубашонку так,что пуговки едва не посыпались,вспылил Петрушка. - Мне?!
- Вам, - подтвердил Парень. - Вам.
- Так-так-так, - голосом,предвещающим ужасные бури и ураганы,пробормотал Петрушка. - Так-так-та-ак!..
Они обменивались холодными взглядами,а Девушка,не зная,
31.
как их помирить,от стыда готова была провалиться сквозь землю.Хотя в глубине души ей льстило,что она способна так сильно нравиться.
А соперники глядели все друг на друга,как два удава, повстречавшиеся на узкой тропинке.
Пока наконец Петрушка не фыркнул.И,дернув плечиком, презрительно отвернулся,задрав нос.
Ну ведь не драться и впрямь с каким-то там человечком! Ну а главное же заключалось в том,что Петрушка чувствовал - этот приятный и вежливый Парень очень нравится Девушке.Очень.И что она,похоже,будет счастлива именно с ним - этим скромным, серьезным,да и к тому же по уши влюбленным в нее молодым человеком.
И лишь по этой причине уступил наш Петрушка.
- Ну что,пойдем? - спросил Парень у Девушки.
- Ой,гляди! - показала она вдруг куда-то ему за спину.
Он машинально оглянулся.
Повернулся к ним и любопытный Петрушка.
А Девушка - вскочив на скамеечку - быстро чмокнула в румяную Петрушкину щеку и тут же спрыгнула.
Этим она как бы выражала Петрушке свою признательность и благодарность за его чувства к ней.И еще за то,что он нашел-таки в себе силы и мудрость оставить ее с другом в покое.
Ошеломленный Петрушка качнулся,ойкнул и,закатив глазки к небу,с блаженной улыбкой "поплыл" от ее поцелуя.И - повалился за забор ,как деревце в бурю.
Парень,так и не обнаружив ничего у себя за спиной, удивленно обернулся к подруге.
- А что там?
- Не заметил? Эх,ты! - ласково упрекнула она его. - Да глянь, какие чудные облака...И небо...И какой вообще замечательный день сегодня...Весна!
- Весна! - радостно улыбнулся он в ответ.
Девушка затянула негромко какую-то нежную песенку.
Парень подхватил.
И,напевая и взявшись за руки,они с огромным своим букетом влюбленно направились куда-то вдаль - в сторону теплого и ясного заходящего солнца.
32.
Из-за забора меж тем ,сопя,поднималось другое "солнышко" - это большой и багровый Петрушин нос.Вслед за которым вынырнул и его владелец.
Печально вздыхая,долго провожал он взглядом красавицу.
- Ну вот и ушла.С другим.Эх,Петруша! Нет тебе в жизни фарта! Укатить,что ли,на самый,самый край света,подальше от людей этих?
И,достав гармошку,сел на скамейку,заиграл и запищал жалостно,свесив головенку набок:
По диким степям Забайкалья,
Где золото роют в горах.
Петруша,судьбу проклиная,
Тащился с сумой на плеча-ах.
Петр-р-руша,судьбу проклиная-а!..
- Ой! - неожиданно вскинулся он. - А - дедушка? Телочка? А Полкаша? Ну а пестрая курчоночка Маша? Отчего же так долго они молчат - не бранятся,не лают и не мычат? Не погибли уж ли смертью они голодной, - ахнул он, - покуда пел я тут,да плясал,да никудышные стихи сочинял?
И хотел,отложив гармошку,домой уж кинуться,да глянь - а из калитки его навстречу ему - Аленка!
- Аленка! - закричал Петрушка испуганно. - Как,как там мои? Живы,здоровы ли?
- Живы,Петруша,живы! - успокоила Аленка его. - Жаль их, бедных,мне стало - вот я и,зайдя к тебе,напоила всех,покормила,а Машеньке еще и клювик помыла.
- Как,и помыть успела? - обрадованно ахнул Петрушка.
- И даже с мылом.
- Ну надо же! - покачав головою,изумился Петрушка. - Вот спасибо тебе...Аленушка!
Вздрогнула тут Аленка.Так ведь - Аленушкой - лишь маменька когда-то ее величала.И обрадовалась,и смутилась девчушка. Опустив милую головку свою в синеньком,скромном платочке.
Залюбовался ею Петрушка.
- Как же не замечал я,какая ты прелесть,Аленушка! Куда глядели мои глаза?
И вдруг как пошел,как пошел шпарить стихами!
Есть ли сердечко добрее,
Есть ли улыбка милее,
33.
Чем у Аленки,соседки моей?
Как хорошо-то мне с ней!
Телку кормила,собачку поила,
Курочку Машу умыла.
Есть ли заботливей ручки,
Есть ли проворнее ножки,
Чем у Аленки,соседки моей?
Как хорошо-то мне с ней!
- Так,значит,вот она какая - любовь-то!.. - произнес Петрушка задумчиво.
- И какая ж она,Петрушечка? - затаив дыхание,спросила Аленка.
- Какая? А это - понимаешь,Аленка - когда стихи-то при виде милой ну так и прут,так и прут из тебя со страшной силой - как лошадки из загона на волю!
Долго искал я подружку -
Не царевну,но и не лягушку...
- Ой,как бы остановиться? - ахнул Петрушка,потому как стихи-то и в самом деле высыпались бойко у него изо рта,как горох из мешка с дыркой.
С испугом загородил он ладошкой рот,но,однако,рифмованные строчки ,теснясь и толкаясь,по-прежнему так и рвались из его души наружу,отталкивая Петрушкину пятерню.
По...подружку...голосистую...
Словно пичужка...
Чтоб любима была мной,Петрушкой...
- Ай-ай-ай! Выручай,Аленка! - в панике завопил Петрушка.
- Тебя? Как,как,Петрушечка? - всполошилась Аленка,поначалу-то от таких от стихов Петрушки поразвесив радостно свои ушки.
- Говори что-нибудь скорей,да меня перебей!
- Тебя перебить? Зачем?
- Как зачем? Да я же,в тебя-то втюрившись,остановить стихи теперь никак не могу!
Он снова зажал испуганно рот,однако настырные стишата и впрямь,как табун лошадок,сметая все на своем пути,так и ломились сквозь его пальцы на волю.
И...и...и вот полюбил я Аленку -
Лучшую в мире девчонку!
- жалобно хлюпнув носом,проорал Петрушка.
Сорвав с головы платок,Аленка в ужасе заткнула им дергающийся
34.
Петрушкин рот.И отчаянно закричала:
- Как же дома,дома-то по тебе все соскучились!
- М-м-м? - головой мотая и тараща глазенки,промычал незадачливый стихотворец.
- Угум-м! - подтвердила Аленка
- М-м-м! - понимающе закивал Петрушка.
- Ага! Все-все-все по тебе скучают! - заголосила прямо в ухо ему перепуганная Аленка. - И твой дедулечка,и Полкаша,ну и телочка,и курчоночка Маша!
После чего,выручая беднягу-поэта,она понесла вообще какую-то дребедень,приводить которую нет ни малейшего смысла.И несла ее добросовестно до тех пор,покуда разбушевавшиеся не в меру стихи в глубине Петрушки не присмирели.
- Фу-у-у, - рухнув в изнеможении на скамейку,вздохнул бедолага, вытолкнув наконец языком изо рта платок.
- Фу-у-у, - присела рядом Аленка.
- Значит,баешь,все там дома по мне скучают?
- Еще как!
- А - тараканы? - подмигнул ей задорно Петрушка.
- И они,басурманы! - улыбаясь,махнула ручкой Аленка.
- Аленушка... - с нежностью на нее глядя,сказал Петрушка.
- Петруша... - прошептала Аленка.
И,взявшись за руки и помедлив,они робко поцеловались.
Появился Ведущий.Что-то хотел он сказать детям в зале,но - увидев целующихся Петрушку с Аленкой - так и замер.И приложил палец к губам - чтобы дети не очень шумели.
И стал тихо-тихо занавес закрывать...И тут...
Господи,но что,что это?!
На улице родители Аленкины появились! Исхудавшие, бледные...Дочь увидели - да и к ней.
- Доченька! Аленушка! - радостно закричали.
- Папенька! Мамочка! - не помня себя от счастья, закричала,вскочив,Аленка. - Да где ж вы были-то?
- А нас в лесу медведь изодрал! В избушке у лесника так весь год-то и жили - травами лечились,кореньями,да тебя,доченька, вспоминали!
И ну обниматься,да целоваться с Аленкой!
На шум высыпали из домика Петрушки и кудрявый дед,модно одет,и Полкаша,и телочка,и курочка Маша.
Ну а там и другие соседи,возбужденные голоса-то услышав, повыскакивали дружно на улицу.
35.
Так что вскоре тут на улочке у забора все село,как пчелиный улей,гудело,радуясь,что родители нашлись у Аленки.
И накатило вдруг на Петрушку.Хвать он свою гармошку,да и ну на ней наяривать! Да так,знаете,весело,да задорно,что село все, недолго думая,так в пляс и пустилось!
Модный,кудрявый Петрушкин дед какие-то современные коленца откалывает.
Полкаша,тряся ушами,с какой-то черной собачкой под ручку пляшет.
Телочка, башкою мотая,так усердно ногами топает,словно земной шар расколоть хочет.
Завертелся,ясно,тут и дымчатый плясунишка-котик. Который, подмигивая, бойко приплясывал в паре с курочкой Машей.
Ну а рядом и дядя Ведущий ботинком молодецки притопывал.
А там и девки,и старушки,и мужики - ну,словом,все-все-все так лихо отплясывали,что лишь столбы да заборы тряслись.
Ну а заодно вдруг решили и свадьбу Петрушки да Аленки сыграть! А что? И в самом деле - ну вот к чему лишний раз, понимаешь,гармошку потом трепать,а плясунам обувку свою топтать? Если и за раз можно со всем управиться! Вот и стали, короче,свадьбу сразу играть,да молодых поздравлять.
Ну и все же в конце концов - как в театре и полагается - занавес стал медленно-медленно закрываться,а свет гаснуть.
Тихо стало.
Но зазвучала негромко музыка из начала сказки.И высветилось опять наверху окошко улыбчивой и доброй Сказочницы.Которая и завершила эту историю.
Так и стали жить Петрушка с Аленкой.
Через год,через два или меньше
Забелели на заборе пеленки
Для малютки-озорника Петрушонка.
Дед женился.
Появились цыплята у Маши.
От спокойной и сытой жизни
Шире будки разнесло пса Полкашу.
Вот,пожалуй,и все,ребята.
Так и кончилась сказка наша!
Белов Сергей Николаевич. г.Москва, тел. 127-66-10
(Две другие повести автора - "Проделки попугая Андроши" и "Попугай Андроша и пират-сладкоежка" также можно найти в Интернете).