Признаюсь честно - я решился на это ради денег. Агаша, конечно, ради меня.
Да за нее одну много бы и не дали. Кому оно надо - вселяться в старую лошадь?
Пусть даже породистую. Пусть даже с умными и добрыми глазами.
Рано утром я напоил ее водой, расчесал хвост и гриву, и повел на окраину деревни.
Там - в заброшенном доме - пару недель назад открыли заведение "От души".
Несмотря на жару, из домов повываливал народ - поглазеть на меня и Агашу.
Еще бы...Сам - горький пьяница, лошадь - старая кляча...А живут - и не дохнут!
Даже дочка мясника - полногрудая красавица Христя - вышла c зеленым яблоком на крыльцо и презрительно скривила сочные губы: то ли на яблоко, то ли на нас.
Увидев Христю, я приосанился, весело засвистел и тут же упал, не заметив лежащий под ногами булыжник.
Агаша меланхолично остановилась, лениво помахивая хвостом.
Христя громко заржала. За ней - вся деревня.
Вскочил я с пыльной дороги и с досады прикрикнул на лошадь:
- Пшла!..
Вяло покачивая тощим задом, Агаша продолжила путь.
- Эх, до чего водка людей доводит, - послышалось за спиной, - А ведь был мужик как мужик...И жена -красавица. И дом - полная чаша...Куда что девалось?
Востроглазый, похожий на перепуганного дятла, мужичок поджидал нас у калитки.
- Пришли! - обрадовался он, розовея от удовольствия.
- Как обещали, - важно кивнул я, привязывая кобылу к дереву. - Надеюсь, и вы - не обманете.
- Что вы, что вы! - засуетился востроглазый, закрывая за нами калитку, - Заказчики уже на месте. И деньги пересчитаны. Надо сказать - сумма приличная. Господа переживали - придете ли, не передумаете ли?
- Ну, что ж...Коли так...Хорошо бы познакомиться, как подобает! - кашлянув, сказал я.
Мужичок метнул на меня беспокойный взгляд и толкнул тяжелую дверь.
Войдя в избу, я увидел седого старика и заплаканную бабу - немолодую, но еще красивую. Странно, но мне показалось - я их знаю.
При виде меня она вскрикнула "Коля!", но тут же осеклась и присела на скамейку возле окна.
- Да! - радостно подтвердил востроглазый, - Это и есть наш Коленька! Николай! Он пришел. И привел с собой лошадь!
Лица заказчиков просветлели.
- И где же, где...она? - дрожащим голосом спросил старик.
- Во дворе, привязана. Так что - не тревожьтесь, все будет, как договаривались.
- Ну, так давайте начинать! - всполошилась баба, рванувшись к дверям.
Чудные какие...И чего им так не терпится?
- Куда торопиться-то? Хоть бы водочки распить за знакомство-то, - рассудительно начал я.
- Водочки?! - подскочила ко мне бабенка, - Никак не нажрешься, скотина, да?!
Я сочувственно покачал головой.
- Небось, мужик у тебя сильно зашибает?
Востроглазый закивал, цокая языком:
- Ой, зашибает...Пьет как лошадь просто...Так что за стол мы садиться не будем - сами понимаете. Лучше - сразу к делу.
Я развел руками:
- Ну, к делу - так к делу. Где животное-то?
- Какое животное? - удивился востроглазый.
- Которое с Агашей телами меняться будет.
Заказчики переглянулись.
- Так не будет никакого животного. Господа сами желают - в вас, так сказать, вселиться.
Я оглядел всех присутствующих:
- В меня и Агашу?!
- Ну, да. Понимаю - необычная прихоть. Но потому и денег много дают.
- Да кому ж охота целый год сено жевать?!
Востроглазый кивнул в сторону заплаканной бабенки:
- Вон, ей - охота. Умаялась, горемычная. Хочет тихой, размеренной жизни.
- М-да...Всякое в жизни бывает. Ну, а он? - кивнул я в сторону старика.
- А он - сами понимаете - от старости устал. Хочет в молодом теле годок погулять. За это - любые деньги отдашь. Ну, что - приступим?
Я почесал затылок:
- Где деньги-то?
- Вот дельный разговор! - обрадовался востроглазый, вытаскивая из под стола мешок. Он развязал его, я заглянул внутрь - и увидел, что в нем полно золота. Сердце радостно запрыгало в груди - поживу в теле старика, зато через год вернусь в деревню и заживу на широкую ногу. Вот тогда посмотрим, Христя, кто из нас ржать-то будет!
- Ну что - по рукам? - усмехнулся мужичок.
- По рукам! - сказал я.
И почему-то заржал...
Проснулся я от ощущения, будто меня душат. Веревка врезалась в шею, стягивая горло тугой петлей. Я попытался ухватиться руками за ненавистный шнур, но они не слушались меня. Тело вообще меня не слушалось! Я чувствовал себя - как в капкане. И не понимал, что делать. Неужели это - из-за тела старика? Тогда лучше и впрямь молодым умереть.
Давление веревки ослабло.
- Вставай, Агаша! Чего разлеглась?! - услышал я знакомый голос. Я попытался вскочить на ноги, но не смог. Посмотрел вниз и похолодел: вместо ступней я увидел копыта...Испуганно закричал - но из горла вырвалось...ржание. Лошадиное ржание...
А затем я увидел...себя. Точнее, свое бывшее тело. Оно было в новой красной рубахе и начищенных до блеска сапогах. Рядом с ним стояла вчерашняя бабенка - веселая и нарядная.
- Что - Агаша? Тело жмёт? - усмехнулся Николай, - Понимаю, сам через это прошел. Ну, потерпи - привыкнешь. Вот я тебе воды принес. Пей. Не водка, конечно. Но и ты - не человек. Ну, что, женушка, пойдем к отцу - заждался он нас.
Николай ласково потрепал меня по шее. И я радостно забила копытом.
Хозяин!...