ЧЕРТОГРАД: РЕВЕРСИВНЫЕ ХРОНИКИ.

28. Ясная

На встречу, назначенную ею самой, Винни явилась с очередным ворохом подозрительности.

- Эт чо такое? - насупилась зверюга и дважды обошла Врана по кругу в обе стороны. Даже обнюхать попыталась, но такого парень уже не стерпел:

- Шум, какая муха тебя сегодня укусила? Белая? Так это в Дарре ненадолго, я тебя уверяю.

В этот самый выходной - в середине декабря - Дарру внезапно посетил снег. Он парализовал движение трамваев и вызвал бурю негодования у местных, вынужденных разгребать снежные заносы во дворах лопатами вручную. Бытовые маги из жилищных служб были слишком заняты расчисткой трамвайных путей и центральных улиц перед администрацией, так что всему остальному городу приходилось лишь смиренно ждать своей очереди - либо же потепления.

Искренне наслаждаться погодой могли только такие вольные птицы как студенты - и то из числа тех, кому не нужно было в свой выходной спешить на подработку.

Но счастливее всех, теоретически, должна была сиять Винни. Около полутора месяцев она изводила окружающих на предмет отсутствия на "безбожном юге" снега. Осень - а хуже того, зима - без снега вызывала у неё инстинктивную, въевшуюся в подкорку мозга тревогу.

- Пока снег не лёг - сезон не окончен, - объясняла она со знанием дела, имея в виду, конечно же, военный сезон. Миртанцы не то чтобы не умели воевать зимой, но по неким негласным правилам - теперь уже ставшими полноформатными традициями - этого не делали.- Зима она для отдыха и продолжения рода!

Однако Вран, как уроженец Метрополии, знал, что снег, выпавший сейчас, в столице задержится от силы дня на четыре - и уж точно не пролежит до следующего "сезона". Расстраивать этими известиями свою миртанскую подругу ему не хотелось - так сразу, - но её нынешнее поведение в рамки привычной логики не укладывалось совсем.

- Что ты там такое учуяла?

- Не знаю, - буркнула Винни ещё более озадаченно. - Но у тебя как будто... фон поменялся.

- ? Да я просто куртку зимнюю купил!

- Ощущается премерзко, по правде.

- Вот спасибо! Я и не ждал, что ты оценишь!

- Из чего... или из кого у вас тут, на юге, эти куртки делают? Чувство, будто барашка наизнанку вывернули, а заколоть забыли.

- Разогналась, барашка! В подкладке простой синтетический пух, он изначально неживой.

- Да? - протянула миртанка брезгливо.

- Да. Мы же, на нашем безбожном юге, не живодёры какие - бережём природу, мать нашу. Для того нам магия предками и дана.

Разговор на близких ей миртанских понятиях возымел благотворный эффект - встревоженная невесть чем фурия начала приходить в себя и успокаиваться. А Вран про себя отметил, что уроки Салазара по тому, что демон скромно именовал "родной речью", на деле оказались гораздо полезнее, чем предполагалось ранее.

Сегодняшний выход в город целиком и полностью инициировался Винией: именно ей в рыжую голову пришла мысль собрать в это ясное и морозное утро всех друзей разом и отправиться гулять. Задумка могла бы и успехом увенчаться, если бы Ирсай не опередил ученицу в своих планах и не укатил за город на весь день, умыкнув при этом из компании ещё и Миелу. К слову, Ирсай тоже в последнее время вёл себя со Враном крайне странно и будто старался избегать. Вран списывал это на последствия их разговора и свои недальновидные попытки раскопать то, о чём не следовало напоминать старосте Неба вслух.

Айя к прогулке также не проявила никакого интереса, и, сославшись на какие-то сверхважные дела, осталась в комнате досыпать. В итоге, из всей компании остались только Виния с Враном. Последний тоже собирался занять выходной более полезными вещами, но рыжей совсем не улыбалось гулять в такой день одной, а она, когда нужно, умела быть очень убедительной. Вран подозревал, что это тоже часть воспитания дворян.

- Позвала бы Путеводителя, ? ворчал он. - Думаешь, отказался бы?

- Вообще-то, я хотела позвать Гилара, - отвечала Винни, и, отметив рефлекторное закатывание глаз собеседника, торжествующе возопила: - Воот! А чем тебе Гилар плох? Он славный парень, я была уверена, что вы поладите!

- Видимо, я для него недостаточно славный, - буркнул Вран, не имея ни малейшего желания раскрывать перед подругой всю глубину неприязни, сложившейся у него в душе к этому парню.

- Глупостей не говори: он о тебе тоже расспрашивал, ясно же, что подружиться хочет, а ты сразу в позу вставать. Так ты никогда друзей себе не заведёшь.

Вран снисходительно покосился на разошедшуюся миртанку и выдохнул:

- Ничего. Мне и одному неплохо.

- Ну начинается! "Посмотрите на меня, какой я гордый и независимый!". Айя нам то же самое разгонять пыталась прошлым летом, да не выгорело.

Об Айе она сейчас заикнулась крайне зря. Прежде у Врана не возникало повода заговорить с кем-нибудь из её друзей на тему, не отпустившую его до сих пор. Но сегодня эта возможность мелькнула перед ним рыжим хвостиком, в который парень неожиданно для себя вцепился мёртвой хваткой.

- Эй, Шум. А ты знала, что Айя себя не помнит?

- Э? Так она тебе рассказала? Ну, допустим, знала, - и что? Мне об этом на каждом перекрёстке кричать надо было, что ли?

То, что в кругу своих так называемых "друзей" Вран не считался за доверенное лицо, он уже давно выяснил. Так что внимания на этом "каждом перекрёстке" заострять не стал. Однако о пробелах в памяти подруги Винни высказывалась слишком уж легко - и эта позиция смотрелась несколько странновато. По его логике, миртанку, обязанную чтить традиции и всяческую родню, уже одно то, что Айя не может вспомнить отчий дом, должно повергать в ужас.

- Так то я, а у вас, на безбожном юге, такое в порядке вещей, разве нет? - в свою очередь, удивилась рыжая. - Об имени родовом при вас попробуй заикнись - сразу рожи корчить начинаете. Так кому тут может быть дело до твоего роду-племени? Вот и Айе оно особо не мешало. Ей жизнь с чистого листа начинать всегда только в радость. Моги она снова такой фокус провернуть - сделала бы без колебаний.

Даже не зная всей подоплёки, Вран ничуть не усомнился в том, что у Айи хватит духу и жестокости стереть его из своей жизни при первой же возможности.

- "Всегда" - это сколько в вашем миртанском понимании? Как давно вы знакомы?

- Да сто лет уже как... Года полтора.

То есть, если принять цифры из гиларова отчёта по практике за истину и смириться с тем, что "год за пять" - это не просто поговорка, а часть вполне обыденной миртанской реальности, то, на валорийский счёт это около семи с половиной лет? Для девчонки, вроде Винни, срок действительно немалый.

- А самой тебе при этом?.. - В Валории считалось дурным тоном спрашивать у девушек такие вещи, но у Винни даже не возникло на сей счёт задней мысли:

- Ну, от сегодня, считай, четвёртый пойдёт. Дряхлею потихонечку.

Насчёт реальности условного "миртанского времени" после прочтения отчёта у Врана имелись кое-какие подозрения и наметки - но прямое, в лоб, подтверждение тому, что люди к северу от кордона - хоть и варвары, а всё же, люди! - в действительности имеют продолжительность жизни не многим больше, чем у домашних собак, поставило его в тупик.

Слухи о том, что якобы из-за тяжёлых условий жизни: без магии и в ходе постоянных войн ? миртанцы не доживают до привычных валорам восьмидесяти-девяноста, по стране, конечно, ходили, но после услышанного сегодня, эта версия больше не выдерживала никакой критики. Гилар подробно, по-научному скрупулёзно описал этот феномен в своём исследовании "источников силы". Удручающую картинку того, как седой, беззубый сорокалетний дед, скорчившись от всех болезней разом, умирает посреди хижины, полной всяческой антисанитарией, формулы Гилара разбивали вдребезги. До сорока миртанцы доживать попросту не успевали, - в противном случае, их жизненному пути в 200 лет могли бы позавидовать даже древние жрецы Полуденной.

Фокус состоял в том, что все фазы жизненных циклов миртанцев были ускорены в среднем в пять раз. Их "источники силы" - сиречь, души - вырабатывали энергию настолько мощную, что тело попросту не могло выдерживать такого воздействия дольше двадцати солнечных лет. За этот срок средний миртанец успевал прожить долгую и счастливую жизнь: вырасти, жениться и умереть в окружении внуков. И безумием это казалось только лишь со стороны обитателей бывшей Полуденной Империи - для соотечественников Винни никакого диссонанса, ощущения несправедливости в их жизни попросту не существовало.

Исследование Гилара не говорило прямо, насколько могучими могут оказаться маги с подобными "источниками силы" - если бы только Миртания изволила отказаться от вековых предрассудков и предубеждения против колдунов, - однако между строк эта мысль читалась крайне ясно.

Что касается второй ошеломляющей новости, то она имела сравнительно меньший масштаб. Итак, сегодня Винни пыталась собрать всех друзей ради собственного дня рождения, однако ни словом не обмолвилась в компании о поводе. А сами они, получается, и не догадывались ни о чём? Или решили устроить ей сюрприз, временно перепоручив тому, кто знал о сегодняшнем дне меньше всех?

- И куда же ты сегодня хотела сходить? - спросил, на всякий случай.

- Что значит, "хотела"? Я к дядьке Герону иду, на чай.

- Ты продолжаешь ходить на опыты к папаше Стожара?!

- Какие ещё опыты, ехидная ты ворона! Герон - дядька просто мировой! Я теперь к ним часто хожу. Он меня сухими печеньками с мёдом прикармливает. Такой умный мужик, а в печеньках совсем не разбирается! Зато столько всего интересного про крылатых магов рассказывает, а ведь сам и не крылатый, представляешь! Научный факультет когда-то заканчивал, а преподаёт у нас. По полётной магии много книжек написал, я тут потихоньку читаю...

- Раз у вас всё так хорошо, за каким чёртом тебе сдались сегодня мы?

- А вам что, так сложно проводить леди? Охотник тебя пристрели, Ворон! Просто хотела совместить доброе со славным, дорогу, так сказать, скрасить беседой... Твою медь! - воскликнула в сердцах рыжая, сделав попытку развернуть курс на 180 градусов и вид, будто не замечает фигуру широкоплечего пилота в защитном стёганом пальто, размашисто шагающего в нашу сторону.

- Э, нет, шумоголовая, не выйдет. Он нас уже увидел. Не показывай противнику спину, храбрая миртанка!

- Да пусти ты меня! Ты даже не представляешь, на что это похоже! Ему уже прямыми словами говоришь, что замужем, - а этот мерзавец даже слушать не желает! Вбил себе что-то в голову - и вот, пожалуйста, проходу честной девушке не даёт!..

- Вот уж точно мерзавец. А ты разве не к нему домой собралась сегодня?

- Это совсем другое!!! Не к нему - а к дядьке Герону! Высеки уже эту разницу в своём вороньем мозгу!

Сбежать ей так и не удалось, Стожар, беззаботно улыбаясь, уже подошёл к друзьям. Впрочем, при взгляде на Врана, от этой беззаботности мало чего осталось, - но сам Вран ход его мыслей понял очень даже хорошо и потому не спешил принимать всё на свой счёт.

- Путеводитель, - начала Виния безнадёжным тоном. - В этом городе тыщи людей, почему из всех этих тыщ мы должны были встретиться именно с тобой?

- Я тут в соседнем доме размещаюсь, если что. И не к нам ли в квартиру проложен твой маршрут?

- Вот там бы и увиделись, а здесь-то чего выслеживать? Ужель не добралась бы?

- А вдруг ты по дороге...

- Что? Потерялась? Заблудилась?!

- Да нет же, - смеётся Стожар не без ехидцы. Для крылатых, с их встроенным в голову компасом, заблудиться было весьма сложной задачей, однако Винни, так и не привыкшая к лабиринтам валорийских каменных джунглей, имела поистине уникальную способность теряться буквально на ровном перекрестке. - ...Проголодалась, например? Купить тебе мороженого?

- В декабре?! Смерти моей захотел, упырь? Да я щас сама за ним схожу! И тебе скормлю.

- О! Здорово, Шум, тогда мне тоже купи, ? обрадовался Вран возможности сплавить подругу подальше с глаз и объяснить ревнивому пилоту ситуацию.

- Извращенцы, спелись! - сердито бухтела рыжая. - Пойду-ка я отсюда, поздорову.

Вран ухмыльнулся, глядя на удаляющуюся в сторону ближайшего магазина миртанку. В том, что она в декабре найдет там мороженое, парень сомневался, зато дело было сделано. Стожар, похоже, и сам был не прочь выяснить отношения прямо здесь и сейчас:

- Да что с тобой не так? Ты ж за Айей, насколько помню, бегал. Вот и продолжай. А эта мелкая зараза - моя.

- Зараза, вроде как, замужем. Тебя ничего не смущает?

- Смущает только это "вроде как". Сдаётся мне, наличие жениха у Айи тебя не слишком сильно останавливает.

- Что, прости? - Потрясений в этот ясный и светлый день оказалось с избытком и так, поэтому сейчас выдержать лицо кирпичом у Врана не вышло.

- Погорячился, виноват, - тут же пошёл на попятный Стожар, заметив во взгляде собеседника недобрые зелёные огни. - Сомневаюсь, что ты в курсе. Но мы-то с ней с самого поступления знакомы, так что кое в чём понятие имею. Я это к тому, что Айя занята так же, как и эта рыжая беда, - и ровно настолько же свободна.

- Поясни. - В груди у Врана разгорался пожар: просто удерживать его внутри уже стоило усилий. В довершение всех бед нихилит, почуявший ослабление контроля, заметно оживился и принялся покусывать хозяйский палец.

- Ты же в курсе про Миртанию, да? Об их отношении к магам, например?

- Допустим. Хотя сейчас оно явно лучше, чем в былые времена.

- Чушь, - отрезал пилот убеждённо. - Нет, в том плане, что сейчас ими хотя бы печки не топят, это, конечно, прогресс. Но в остальном? Рыжая-то тебе наплела, что счастливая невеста крутого миртанского лорда, так?

- Насколько я знаю, Гилар с ним виделся и подтвердил, что всё так и есть.

- Значит, нам остаётся её только поздравить, да? И что думаешь, они просто возьмут и поженятся? Сразу после её выпуска через пять лет?

Пять лет в миртанском понимании - далеко не тот срок, который какому угодно лорду будет уместно потратить на ожидание своей суженой. Теперь до Врана медленно начал доходить масштаб неоднозначности складывающейся ситуации.

- Это не всё. Допустим, она освоила программу универа за год и упорхнула радостно домой. Кем, ты думаешь, она станет там, в Миртании? Светлой леди? Да как бы не так. Приличные лорды на ведьмах не женятся. Они ими, в лучшем случае, воюют. Одну такую историю мы тут уже наблюдали.

- На примере Айи, надо полагать?

- Так точно. Ради кого она, по-твоему, полезла воевать?

- Ну?

- Ради такого же прекрасного светлого лорда, как и жених Винни. Да вот только, как прижало, этот светлый лорд взял да и женился на местной дворянке. Примерно с годик тому назад, зимой.

Рассмотрев новость хладнокровно с разных сторон, Вран пришёл к выводу, что с технической точки зрения лично для него эту ситуацию можно расценивать не как катастрофу, а скорее, как удачную возможность. Как жаль, что он узнал о ней не сразу. Впрочем, подозрения, что сердце Айи безнадёжно разбито, водились у него всегда.

- Ну, допустим, встречалась она в Миртании с местным лордом, а тот не смирился с её ведьмовской сутью и бросил...

- Кто тебе сказал, что он её бросил?

Сердце, решившее было принять этот бой стойко и мужественно, снова пропустило предательский удар.

- Мне неизвестно, о чём думала Айя, связываясь с тобой, но точно знаю, что никакого разрыва с Миртанией у неё не было. Иначе она не поехала бы воевать прошлым летом. И рыжика нам сюда не привезла. Вон, кстати, и она. - Проследив за взглядом Стожара, Вран тоже заметил Винни, весьма решительно направляющуюся к ним с мешком мороженого. - Ну что, поздравлять с нами пойдёшь?

Айя весь день сидела рядом с ним, но каким бы сильным ни было желание окунуться во тьму её глаз, Вран потратил немало сил на то, чтобы сдержаться. Захоти он испортить Винни праздник, за действиями дело бы не стало. Однако он наверняка знал, что внезапный прыжок в прошлое не обрадует Айю, а его самого и вовсе морально добьёт - всё это не укроется от бдительных глаз Миелы и Ирсая, и у них возникнут закономерные вопросы, ответов на которые Вран ещё не приготовил.

- Да что с тобой такое? - сочла своим долгом поинтересоваться Айя, когда на исходе дня Вран, ни секунды не колеблясь, свернул на её этаж в общаге и в комнату втащил девушку буквально волоком. - Эй, объяснись!

Врану хотелось рассмеяться ей в лицо. Требует объяснений? После того, как сама молчала о себе столько месяцев? Да кем она себя считает, в самом деле! Богиней, которой дозволено всё?

На миг его пронзило искушение применить ту самую формулу, что едва не сломала старосте Варуну мозг, добавив к ней пару переменных от себя. Так значит, она жаждет снова стереть себе память и более не возвращаться к прошлому? Что ж, тёмной стороне Врана о том мечталось ничуть не меньше. Он станет первым человеком, которого Айя увидит в новой жизни и больше никогда не сможет забыть.

Остановила лишь мысль о том, что такая Айя - во всём послушная, подобная сломанной кукле с переписанной личностью, - станет ему неинтересна. Подобострастное обожание в глазах от кого-то, вроде нынешней Ламии, - совсем не то, что Вран хотел бы видеть рядом всю свою жизнь. Даже сейчас пылающий гневом антрацитовый взгляд богини, далёкой от человеческих слабостей, будь то нежность или же чувство справедливости, заставлял юного демона терять голову, несмотря на всю горечь обиды, накопившуюся в его душе.

Он всё ещё жаждал понять её. И единственный способ этого добиться буквально состоял из боли, которой, без всякого сомнения, Врану не удастся избежать, если он не откажется от Блуждающей прямо здесь и сейчас.

Подобная перспектива вызвала у демона лишь болезненную усмешку. Отступать слишком поздно. Едва ли он когда-нибудь простит себя, если выпустит из рук то, что должно принадлежать ему. Пути, который Вран уже прошел, должно быть достаточно, чтобы выдержать всё, что бы ни таилось в тёмных глубинах памяти Блуждающей.

Нихилит раскалился, приводя источник силы в движение.

29. Тёмная

Ночь выдалась на редкость промозглой. Декабрьский воздух, казалось, пропитался влагой насквозь: выпавший снег уже успел растаять, но талая вода никуда не ушла и теперь заполняла улицы лужами, а атмосферу - ошеломляющими процентами влажности. Холодный западный ветер с морскими нотками ощущался особенно пронзительным и буквально перехватывал дыхание.

Выйти на улицу в такую погоду можно было только по очень веской причине - и у Невеи она имелась. Сегодня в Дарре давала концерт малоизвестная металл-группа, редко выступающая живьём, так что их выступления девушке пришлось ждать почти год. Народу в зале собралось совсем негусто: зрителей, которые рискнули прийти, насчиталось даже меньше, чем было продано билетов. Однако сам концерт удался на славу - Невее даже стало жаль ребят из своей команды, которые сегодня её не поддержали.

"Ну и ладно, зато я автограф смогла достать. Обзавидуются потом".

Пока холод вел ожесточенную борьбу с энтузиазмом, Невея продолжала двигаться вперед. Последнее такси у неё из-под носа увели другие немногочисленные зрители - да и таксисты в тот вечер тоже были весьма немногочисленны.

"Не так уж далеко мне и идти, - утешала себя девушка дорогой. - А прикатила бы домой на случайном такси - пришлось бы ещё и перед родителями объясняться".

Дорогу от концертного зала до дома она прекрасно знала и смогла бы дойти даже с закрытыми глазами, однако пронизывающий холод всеми силами намекал на то, что для сегодняшней ночи привычный путь - слишком долгое и суровое испытание. К тому же, на концерте она успела напрыгаться так, что ноги в берцах беспрестанно ныли и жаловались на каждый лишний шаг.

"Срезать по промке?" - подумалось ей с сомнением.

Дорога через промзону, однозначно, была короче, но Невея ещё никогда не ходила по ней так поздно сама, без ребят из группы. Парней - особенно после пары литров пива из клубного бара - обычно не пугали ни собаки, ни сторожа, ни какие бы то ни было случайные забулдыги.

"Ладно. Кому там ещё приспичит нос морозить в такую погоду", - решилась она.

Уличное освещение закончилось примерно одновременно с асфальтированной дорогой. Первые шаги по гравию в темноту дались Невее не так уж и легко.

"Странно, тут же, вроде, был фонарь раньше? Не работает?"

Мысленно она уже успела обругать себя последними словами, которые только знала, однако теперь для того, чтобы вернуться обратно на цивильную дорогу, плюсом к пути домой ей предстояло бы заново преодолевать ещё несколько кварталов. Промозглая тишь донесла приглушённый собачий лай откуда-то с окраин злополучной промзоны. Несмелое освещение какого-то полузаброшенного склада маячило впереди - служа одновременно и ориентиром, и пугалом. Окрестности склада ничуть не внушали доверия, так что Невея, пожалуй, предпочла бы и вовсе не иметь возможности их разглядывать. Далее гравийка и вовсе уходила в грунтовую тропку посреди пустыря, заросшего колкой прошлогодней травой и щедро усеянного осколками бутылочных стекол.

"Хорошо, что погода дрянная настолько. - У кромки пустыря она колебалась ещё несколько минут: здесь от освещения остались только слабые фоновые отсветы города. - Представляю себе, что тут творится летом... Сейчас хоть ни души, кроме дурной меня".

Эти спасительные мысли придавали девушке храбрости сделать очередной шаг вперёд, однако они разом стихли в голове, едва ночную тишину рассёк щелчок зажигалки. Огонёк сигареты вспыхнул совсем неподалёку от тропы и как будто выжидающе уставился на Невею. Паника от осознания, что на этом пугающе тихом пустыре есть кто-то ещё, накрыла девушку с головой. Первая и единственная ясная мысль призывала бежать, сломя голову, откуда пришла, но уставшие ноги, словно назло, примёрзли к земле, не желая сдвинуться даже на миллиметр.

- Эй, красавица, не боишься так одна гулять? - Хриплый мужской голос вырвался вслед за облачком дыма. Тёмный силуэт отделился от единообразной ночной тьмы и двинулся в сторону Невеи.

От страха у девушки пропал голос, да и едва ли она понимала, что должна сказать в такой ситуации. Заставить себя двигаться она смогла только напряжённым усилием воли - и отпрянула в сторону от незнакомца.

- Да успокойся, чего ты. Я сегодня на колёсах, могу подбросить до дома.

Даже сквозь тьму на незнакомце угадывалась кожаная байкерская амуниция, вплоть до перчаток на протянутых в сторону девушки руках.

"Это кто-то с концерта? Но это же не значит, что я могу доверять ему только поэтому?" - Невея не в первый раз посещала такие концерты, и имела склонность считать всех людей, собравшихся вместе послушать одну и ту же группу, братьями по духу. Однако ни в самом зале, ни на выходе из него никто из "братьев" не вызвался проводить её - и в результате сейчас она и угодила в такую ситуацию.

Воли в ней хватило ещё на один шаг назад, но байкер оказался проворнее и решительно сцапал девушку за руку. Руку немедленно обожгло холодом, Невея, не выдержав, вскрикнула и зажмурилась.

- Я настолько страшный? - Голос прозвучал даже холоднее ветра, однако в нём настолько отчётливо проступали нотки самодовольства, что девушка с неподдельным интересом распахнула глаза и уставилась на странного парня.

- Это... ты?..

- Ну так что, страшный или нет? - зачем-то продолжал допытываться Вран, как будто бы ему действительно важно было услышать от неё ответ.

- У тебя руки ледяные! - воскликнула Невея громче, чем сама ожидала. - Одет так легко... Что ты тут высиживал в такую погоду?

- Тебя ждал, - просто ответил парень.

- Т-ты серьёзно?.. - Неожиданно для себя Невея залилась краской, но тут же взяла себя в руки. - Не шути так! Кто в здравом уме будет по ночам на пустырях караулить? Хотел бы увидеться - в универ пришёл...А то ведь совсем пропал! Зачетная неделя на носу, сессию как сдавать собираешься?

- За это можешь не переживать.

- А за что надо? Твой староста уже ведёт себя так, словно лично тебя отчислил! Это же неправда? Ирсай сказал, что неправда...

- Ну раз Ирсай сказал...

- А ещё он сказал, что ты болен - этому тоже верить?

- Тут уже суди сама: ты же у нас целительница.

- Здоров, как настоящий симулянт! - в сердцах выдала Невея. - Ещё и... курить начал. Это тебе зачем?

Вран неопределённо пожал плечами, глядя на сигарету в своей руке так, словно сам её впервые видит.

- Согревает? - предположил он вслух.- К слову, если продолжим тут стоять, завтра сляжешь уже ты. На вот, накинь.

На миг парень исчез во тьме и вернулся уже с просторной мотоциклетной курткой в руках. Невея отметила про себя звук хлопка багажника, подняла глаза на протянутый ей шлем.

- На колёсах, говоришь?

- Угу. В наследство получил.

- От дедушки? - попыталась улыбнуться Невея, но замерзшие губы не справились с задачей, сложив эту улыбку кривой и испуганной.

- От Ролли. - Со стороны Врана повеяло ещё большим холодом, чем с этим справлялся запад. Невея решила больше не задавать неудобных вопросов - хоть их у неё и скопилось порядком после всего того бардака, что творился сейчас в универе во время его "болезни".

Особенно сильно её мучило чудесное возникновение однокурсника посреди пустыря. Если он тоже пришёл на концерт, то как она не заметила его в полупустом зале? И почему он не подошёл к ней после концерта, а отправился прямиком сюда? Всё это было так странно, что у Невеи заломило в висках. Поверить в то, что Вран действительно ждал её там, где она сама не планировала оказаться этим вечером, у девушки никак не получалось.

- Поехали уже, - скомандовал парень, забираясь в седло чёрного, как вороньи перья, мотоцикла.

Так значит, это на нём Ролли когда-то гонял по городу, развевая в клочья ночную тишину и дорожные правила Валории? Что же произошло, раз Ролли пришлось расстаться со своим стальным зверем? Конфликт между этими двумя - из-за вертихвостки Ламии - Невея застала во всей красе и долго не могла избавиться от неприятного осадка на душе. Что творится со всеми этими людьми: ведь формально ни Вран, ни Ламия, ни Ролли не были свободны и встречались с другими, - так к чему эти страсти на потеху толпе? И что на самом деле означал их с Ламией "договор", которым Вран попытался прикрыть эту безобразную сцену в "Д-14"? Его отношения со старостой Варуном не улучшились ни на чих - скорее, даже наоборот, раз Вран предпочёл бесследно исчезнуть из универа почти на целых две недели.

Поймав на себе выжидающий зелёный взгляд, Невея смешалась и поспешила запрыгнуть в седло позади водителя.

"А он точно умеет водить? - кольнула сердце непрошеная тревога. - Хотя почему бы и нет? Я ведь многого о нём не знаю...".

- Держись крепче.

Поколебалась, выбирая, за что ей здесь позволено держаться, в результате неловко обняла окоченевшими руками водителя за пояс.

- Ты так с жизнью счёты свести собралась? - недовольно проворчал Вран. - Замерзнешь и улетишь ласточкой со встречным ветром.

- Но...

Он расцепил её руки и резким движением спрятал под слоями собственной одежды. Тело его, в отличие от ладоней, пылало так, что у Невеи тут же пересохло в горле; замерзшие пальцы хором заныли, жалуясь хозяйке не то на недавнюю стужу, не то на нынешний жар.

- Вот так и держи, - велел он, заводя мотор.

- Эй... я же ещё не сказала, куда ехать!

Заглушив ответ рёвом мотора, он снова ушёл от необходимости что-либо объяснять. Невее всю дорогу невыносимо хотелось плакать. Сжимая в объятьях его талию, ощущая ладонями обжигающий жар тела, она не могла прекратить мысленно спрашивать: "Зачем? Зачем ты всё это делаешь? Будь ты другим человеком, я бы ещё поняла... Но разве я не знаю, кем заняты твои мысли каждую минуту? Тогда почему ты сейчас проводишь время со мной, а не с ней?"

В последнее время самочувствие Айи оставляло желать лучшего. К состоянию перманентной хандры за последний год она уже притерпелась, поэтому даже не удивилась, что здоровье, в конце концов, дало сбой. В принципе, в какой-то мере нынешнее состояние её даже устраивало - заняться всё равно было нечем, так отчего бы не позволить себе слегка поболеть?

Возможно, от избытка сил в дверь её одиночной камеры тихонько постучалась бессонница. Теперь мысли, которым она некогда запретила возвращаться, каждую ночь штурмовали сознание. Поначалу колдунья стойко держалась, однако недосып заставлял с каждым разом сдавать всё больше позиций. Засыпать становилось страшно, да и во сне покой не приходил.

Миела поила её сонным чаем и целебными травами, но с самого начала была убеждена, что всё это бесполезно, пока Айя, наконец, не разберётся в себе.

- Легко сказать, - фыркала на это Айя и продолжала жить как прежде.

- А ты не говори, а делай, - замечала Миела довольно прохладно. - Сама же понимаешь, что все твои проблемы от безделья. Слишком много свободного времени - вот и лезут мысли всякие лишние.

- Я и так верчусь в этом универе ужом, хотя и смысла в том вижу немного. Однако хорошие оценки, знаешь ли, сами собой в зачётку не лягут.

- Разве оценки - это то, что тебе на самом деле нужно?

- Что же ещё мне делать, раз до сезона добрых полгода? Здесь я - студент и мой долг - учиться.

Миела выдохнула так, словно вдруг очутилась в детском саду, и на сей раз - воспитательницей.

- Ты к Врану когда последний раз заходила?

- Он больной - вот пусть и болеет себе. К тому же, Ирсай сам велел к ним не заходить. Кто я такая, чтобы спорить?

- Неужто думаешь, что Ирсай не сделал бы для тебя исключения?

- Но он не сделал, - с нажимом заявила Айя. - Значит, либо дела там слишком плохи, либо... слишком хороши - и никакого Врана в комнате нет.

- Неужели тебе самой неинтересно, что с ним? - осторожно начала её беловолосая подруга.

Айя честно задумалась над своими ощущениями и поймала волну непрошеной мигрени.

- Насколько я знаю Врана, он и сам меньше всего хотел бы, чтобы мы совали нос в его тёмные дела. А раз Ирсай молчит и не бьёт тревогу - значит, всё идёт как надо, разве нет? Напомни-ка, Миел, когда он последний раз нам докладывался о своих планах? Не Ирсай - я имею в виду, - а Вран. Он ведь так и не раскололся, кем работает, даже не соврал ничего, просто молчит! Чего уж об остальном говорить?

- Ну, а сама-то много о себе рассказываешь?

- Пф, да было бы что там рассказывать! - Айя закатила глаза и тут же пожалела об этом: мигрень живо отозвалась, словно только её и ждали.

Миела поднялась с места и подошла к подруге. Легко пригладила ей выбившиеся из косы русые вихры, помассировала виски, разгладила морщинки на лбу.

- Спасибо. Слушай, а можешь свою снотворную короночку кастануть? А то я уже устала порядком каждую ночь миртанские сны смотреть, честно. Иногда хочется просто голову разбить. Себе, - зачем-то уточнила Блуждающая.

- Твои миртанские сны - это твоя память, от неё не убежишь. И потом, разве они тебе так уж не по душе?

- То-то и оно, - уныло процедила Айя сквозь зубы. - Что - там и что - здесь. Только душу травят.

- Правда? Тогда почему ты хочешь избавиться от этих снов, а не остаться в них навеки?

- Действительно, почему?

- Потому что головой понимаешь, что настоящая жизнь - она здесь, а не за гранью!

- Жизнь начнётся, только когда я дождусь сезона.

- А до тех пор - гори оно всё огнём? Ох, Айя. Ничуть ты с первого курса не изменилась.- Миела немного помолчала, прежде чем решиться заговорить: - Ты и в этом году поедешь?..

- Разумеется, - отрезала Айя, даже не дослушав подругу до конца. - Что заставило тебя усомниться?

- Я не об этом. Ты, в самом деле, поедешь воевать за него?

- А-йа... Ну, не то, чтобы за него. Скорее, за Арстена. А что? Ты предлагаешь мне примкнуть к их врагам?

- Ты знаешь, что я обо всём этом думаю. Не хватает борьбы в организме - возглавь Бойцовский факультет. Тебе это раз плюнуть, а острых ощущений разом прибавится.

- Ну уж прости, что меня эта ваша возня в песочнице на арене не вдохновляет. Как можно всерьёз относиться к врагу, когда даже не имеешь права его убить? А что мне делать, если, не дай боже, выиграю? Закопаться в бумажках и интригах? Перед Зааром на цырлах ходить? Нет, спасибочки. Я лучше поскучаю.

Целительница осуждающе покачала головой.

- И вообще, вы каждый год заводите одну и ту же песню! Давно бы уже нашли другую кандидатуру.

- Лучшей не найти. Ты отличница и прекрасный боец, никто из деканата не будет против - даже Заар!

- Да вон того же Врана отправьте на арену, и дело с концом. Вы же с самого начала к этому вели, к чему теперь скромничать?

- Он не готов. В лучшем случае, к следующему году...

- Ну так Баташ как раз в следующем и уходит - какие проблемы. Потерпите годик, как все предыдущие терпели.

- Ирсай сойдёт с дистанции раньше. Время - это как раз то, в чём мы проигрываем Баташу.

- И поэтому большее, до чего вы додумались, это заткнуть дыру мной? Чтобы потом, через год, мне пришлось сражаться на арене уже с Враном? Очаровательно! Ах да, учитывая его посещаемость, мальчишка вообще рискует вылететь из универа в первую же сессию - и в результате я останусь среди бумажек и ваших интриг до конца срока! На это был расчёт, да?

- Что за мысли, Айя!

- А что? Думаешь, кто-нибудь другой, в здравом уме, рискнёт бросить мне вызов? Я в этом колесе до конца учёбы застрять не хочу. Ирсай, конечно, хорошо придумал: Стожара - в преемники, меня - на место Баташа, ты в этом году тоже в старосты идёшь, так? А сам сбокушку, в аспирантуре сядет наблюдать за всем этим благолепием? А там, глядишь, и в преподавательский состав пролезет. Молодец, чего ещё тут сказать.

- Этому университету нужны настоящие люди. И Ирсай делает всё, что в его силах, чтобы они окрепли и встали на крыло. Так что он - действительно молодец, тут нет места иронии, Айя.

Айя пожала одним плечом равнодушно.

- С тобой мы договаривались не об этом. И я всё ещё жду, когда ты выполнишь свою часть сделки.

- Потому что в ожидании заключается твоя? - Миела горько усмехнулась одним уголком губ.

30. Бездушная

Часы на неровной сероватой стене мерно тикали маятником, но теперь Врану незачем было следить за временем - он мог просто спокойно читать, развалившись на диване, не ограничивая себя рамками учебного дня или ночи. Собственно, кроме чтения, заняться в этой коморке было совершенно нечем. Вечерами он выезжал в город подышать свежим воздухом и пообедать, однако к полуночи неизменно возвращался обратно, на встречу с Салазаром. Сам Салазар, вопреки прежним врановым подозрениям, в гараже не жил. Впрочем, теперь парень понимал, что заместителю декана Боевого факультета ДМУ такое жильё приходилось слегка не по статусу.

В гараже не наблюдалось никаких преимуществ даже перед общагой. Единственное, что безотчётно подкупало - это покой и полная свобода. Впрочем, за две недели изоляции даже они начали слегка надоедать.

Вызов, брошенный ему Ролли, не только развеял скуку, но и разом обогатил Врана сразу по трём статьям: материально, транспортно и энергетически. Ослеплённый огнями "Дикой удачи", клубный мажор никак не мог смириться с поражением от какого-то залётного бомжа и раз за разом жаждал отыграться, ставя на кон всё, что имел - и чего, как ему казалось, не имел, - тоже.

Обезопасив себя от тревог и волнений активной университетской жизни, Вран залёг на дно в салазаровой норе и позволил нихилиту переваривать добычу вдвое дольше и осторожнее. Новый источник питал молодого демона настолько, что потребность организма в пище резко сократилась до одного приёма - да и о том парень вспоминал лишь после острого голодного сигнала где-то ближе к закату.

Ирония заключалась в том, что, в отличие от той же Ламии, душа Ролли оказалась чересчур лёгкой добычей и сил принесла сравнительно меньше. Впрочем, вместе с силами Ролли к новому хозяину души перешли навыки вождения мотоцикла - и, в довесок к ним, тяга к табаку. Вран знал, что при желании мог бы подавить её усилием воли, но не захотел, считая это в некотором роде искуплением перед обездушенным.

Объективно, на приручение новой души Врану не требовалось столько времени, однако он отчётливо ловил себя на том, что не хочет возвращаться в универ тем, кем был прежде. Не после того, что он увидел в чёрных глубинах памяти Айи.

Теперь ему стало кристально ясно: он с самого начала всё делал не так. У того Врана, каким он был с ней все эти месяцы, не оставалось ни единого шанса завоевать интерес богини смерти. Вся Валория, в принципе, не вызывала у неё ни капли интереса, но, находясь на юге, нужно было чем-то себя занять на целый учебный год. Особенно, если твоя цель - отвлечься от навязчивой тоски по миртанским лесам. Айя водилась с ним только из-за необходимости заземлиться в невыносимо скучном мире. Будь на месте Врана кто-нибудь другой - ничего бы не поменялось.

Эти мысли сводили Врана с ума. Сквозь призму памяти Блуждающей он видел того самого лорда - своего соперника - и отчётливо понимал теперь, что вовсе не является соперником ему. И вовсе не потому, что миртанец был в чём-то лучше: просто в этом мире для Айи существовал только один мужчина, и Вран нисколько на него не походил.

Но кем надо стать, чтобы хоть на волос приблизиться к её идеалу? Могучим храбрым воином, вырезающим врагов, не поведя бровью, целыми отрядами? Непоколебимой скалой, отдающей приказ казнить пленных магов одного за другим в назидание Айе, если у той вдруг в голову закрадётся мысль повернуть свои силы против него? Да чёрт побери, он даже стрелял в неё - хладнокровно и совершенно сознательно! На этом можно было бы и оборвать столь жуткую связь, но куда там... Гордая и отрешённая здесь, в Миртании Айя разве что слюной не захлёбывалась, участвуя во всем этом безумии! Для неё всё выглядело лишним доказательством того, насколько сильно нуждается в ней её "светлый лорд".

Раздумывая над своими шансами в безумие втянуться, Вран сам неделю не вылезал из хандры. Пытался уговорить себя сдаться. Переключить внимание на кого-то менее сумасшедшего, - но Невея... Рядом с ней Вран слишком отчётливо ощутил себя в шкуре Айи, - подобно ему сейчас - искавшей спасения от предательства в обществе первого встречного, кто рискнул проявить к ней интерес. Нет, довольно и того, что сам Вран по уши увяз в своём неоднозначном положении "неполноценной замены", Невея ничем не заслужила подобной участи.

Встреча на пустыре заставила Врана осознать, что как Айя никогда мыслями не покидала Миртании, так и он никогда не сможет отпустить Блуждающую - кто бы ни был рядом с ним в моменте. Так, может, стоит быть честнее с собой?

Так ли уж сложно стать для Айи тем, кого она хочет видеть: бесстрашным и бессердечным чудовищем? Тому, кто уже, не испытывая особенных внутренних терзаний, лишил души двоих человек? Демону?

Вран нагрянул в университет одновременно с началом сессии. Неделя до нового года именовалась зачётной. После следовали экзамены. По их итогам - обязательная церемония посвящения для выживших в сессию первокурсников.

- Говорят, зачёт по АЗам труднее даже, чем экзамен, - предостерегала его Невея.

- Твоему брату не повезло застать препода в грозной ипостаси?

- Не только мой брат! - возмутилась девушка тогда. - Все так говорят, кто сдавал!

Это было всего лишь предупреждение, однако атмосфера в коридоре среди ожидающих начала этого зачёта чувствовалась намного гуще и тяжелее, нежели у остальных курсов.

Первой Вран встретил малознакомую ему студентку Бытового. Столкнувшись с однокурсником, та ойкнула, словно бы парень восстал из могилы, и юркнула обратно, откуда шла, тихонько сплетничать с подругами.

Невея попыталась поприветствовать его, но передумала, спрятав руку за спину. В тот вечер Вран не просил её сохранить их встречу в тайне, однако сейчас сама целительница горела решимостью оберегать копилку их общих секретов любой ценой - и за это демон был ей благодарен.

Виния восседала верхом на подоконнике и о чём-то уверенно вещала своим пилотам. Едва увидев Врана на горизонте, подскочила в воздух и в три прыжка оказалась рядом с ним.

- Ворон, собака! - воскликнула рыжая, повиснув у него на шее.

- Ты уж определись, кто, - усмехнулся парень, в очередной раз отмечая на себе странное недовольство её команды.

- Где тебя носило столько времени, медь твою? - понизила голос Винни, скривившись, будто керосину хлебнув. - Ирсай запретил, но я всё равно несколько раз лазила в вашу комнату. И тебя - такого больного и несчастного - там не было! А ну колись, что делал?

- Пил, курил и играл в карты, - в тон ей признался Вран.

- Ага. И ещё гулял, - не осталась в долгу миртанка, - в этом своём мерзком дохлом пуховике. Не снимая - прям кожей чую. - Даже мурашки на руке продемонстрировала гордо, словно это было боевое ранение.

- Дался тебе мой пуховик. Ты к зачёту-то подготовилась?

- Три дня читала и три ночи. Выучила всё. Так что не надейся, что увидимся на пересдаче.

- Ну, тогда пошли сдавать.

Оглядев мнущихся в неопределённости сокурсников, Вран понял, почему никто из них не решался поверить в своё право зайти в аудиторию в первой пятёрке счастливцев.

"Говорят, он первых валит сразу. М-может, подождём?" - Такая мыслеформа витала буквально над каждым.

"Этому-то всё равно, ему после этой сессии - дорога на отчисление. Можно было вообще не приходить". - Такая - над каждым вторым.

Вран равнодушно пожал плечами.

- Да просто время тут не хочется терять. С вами, - пояснил зачем-то в пустоту, но даже сквозь жужжание толпы его услышали и изобразили на лицах некоторое недоумение.

Поскольку фразу он зашифровал на исходнике, недоумение их было вполне объяснимо, но Врану больше не было никакого дела до мнущихся в неопределённости сокурсников. Он уже двинулся в сторону аудитории, когда услышал за спиной угрожающее рыжее шипение:

? Эй. А вот это сейчас обидно было! - Оторопь пробрала молодого демона по мере осознания: ответ рыжей прозвучал на исходнике: - Я тоже иду!

- Что всё это значит, Ламми?

Староста Варун вышвырнул соседа из комнаты буквально за шкирку и в сердцах захлопнул дверь. Это было большее, в чём он мог применить силу, хотя сейчас более всего руки чесались отвесить неудачнице хлёстких пощёчин. Но нельзя. Ламия - при всех её недостатках - в первую очередь, женщина. Существо заведомо слабое и безвольное, так что ждать от неё чудес не приходилось. Баташ, в общем-то, никогда и не ждал, но то, что она учудила сегодня на зачёте, не лезло ни в какие рамки.

Ламия смотрела на него с видом затравленного зверька: робко, снизу вверх. И этим жалким видом только усугубляла ситуацию.

- Проклятье, Ламия! - Баташ с чувством, гулко врезал кулаком по общажной стене. На той стороне обиженно звякнул посудой чей-то шкаф. - Я всё могу понять, но зачем ты позволила аттестационной комиссии себя допрашивать?!

- Я... я растерялась, - пролепетала едва слышным голосом она. - Они не дали мне времени всё обдумать...

- Ты могла соврать всё, что угодно! Прикинуться больной! Эти ваши... женские дни приплести...

- Но женские дни не влияют...

- Какая разница! Раз чувствуешь себя нехорошо - то и формула не сработала, что тут сложного? В другой бы раз сдала - а теперь что? Скандал на весь универ! Ну-ка попробуй тут, при мне что-нибудь кастануть...

Девушка бессильно помотала головой и разрыдалась, закрыв лицо ладонями. Баташ впервые за несколько недель почувствовал от неё хоть какой-то живой отклик. Даже если это были слёзы, на душе у него немного потеплело. В последнее время Ламия всё больше раздражала его своей идеальной кукольностью, даже привычная её покорность смотрелась теперь какой-то неуловимой насмешкой и вызывала отторжение. Однако поймать её на чём-то подобном никак не удавалось: непонимающе хлопала ресницами и силилась неискренне обижаться за недоверие. Теперь же, когда на середине её второго курса в конце тоннеля внезапно забрезжило отчисление, истинные эмоции девушки тут же прорезались вновь:

- Я... не могу... н-не могу ничего к-кастануть! Не получается! Как и тогда - не получилось!

- Такого не бывает! Ты же не на пенсии! Да даже тогда магия всего лишь постепенно угасает - совсем не пропадает! Ты хоть формулу-то правильно сплела?

- Я же не совсем дурочка... В комиссии меня и на манометре проверили - ноль!

- Ты что, мертвец? Ноля даже у немагов не бывает!

- Не знаю, может, прибор заглючил, а только магия у меня не работает!

- И ты ясно дала это понять аттестационной комиссии?

- Но... что мне оставалось делать? Я не знаю, как это произошло. Они - тоже. Заперлись там, в кабинете, принимают решение... Они же не отчислят меня, правда, Баташ? Я же не на бюджете учусь, им незачем исключать меня из-за такой ерунды, правда?

- Кандидатов на отчисление у них и так полно, - зло процедил староста Боевого. - Ты в них не входишь, ясно, Ламми?

- Спасибо тебе, - прошуршала она седым бесстрастным голосом. - Я так тебя люблю.

- Разве мы не должны вести себя осторожнее, сэнсей?

- Скажи это себе в следующий раз, когда решишь присесть в моё кресло. Ну-ка, брысь отсюда, мелочь ушастая.

Ирсай Акени легко перепорхнул со спинки кресла на подоконник, но закрывать тему даже не подумал:

- Я не об этом, Финн-сэнсей. Наши последние тренировки... стали слишком палевными. Если так продолжится, нас легко вычислят.

- Не говори "последними", крайний раз тебя предупреждаю! Выглядишь ещё большим провинциалом, чем есть.

- Да как не назови, а палево есть палево. Я же ничего не упускаю: "ночной" закон ведь ещё не отменили?

Финн Альтер направил задумчивый взгляд мимо маячившего в окне ученика - на сгущающиеся снаружи сумерки. Опустевшее кресло он так и оставил без внимания.

- Если то, что я думаю, правда, - закон могут отменить. Кажется, ждать осталось совсем недолго.

- Было бы хуб мешуд, конечно, но пока не отменили, может, лишний раз отсвечивать не стоит?

- В кого ты такой осмотрительный, малой? Да у тебя же кровь наранская должна в ушах кипеть, как лава, а не вот это вот всё!

- Так она и кипит. Но мне в лечебницу загреметь никак нельзя. Вам тоже не советую.

- Нет смысла сдавать нас в лечебницу, когда можно ставить опыты прямо здесь.

- Вы это о ком, сэнсей?

- Неважно. Я тоже хочу кое в чём убедиться. Поэтому отставить нытьё, малой, сегодня в полночь вылетаем.

Такого на памяти Ирсая ещё не случалось. Сначала университетский двор заполнили толпы людей в тёмно-серой, как грозовые тучи, форме службы полёт-контроля, потом на закрытую для транспорта территорию городка торжественно въехал абсолютно белый фургон без опознавательных знаков. Всё это второкурсник наблюдал с высоченного шпиля на стадионе, который даже тени толком не отбрасывал по случаю полудня. Однокурсники, обеспокоенные этой суетой, даже не подозревали, в какой глубокой панике утопало сердце самого Ирсая. Он не знал наверняка, что происходит, но подозрения - одно ужаснее другого - парализовали всё его нутро.

Альтер-сэнсей с высоты тоже прекрасно видел этот ажиотаж - и, конечно же, понимал намного больше своих учеников. Поэтому к тому времени, когда наряд полёт-контроля ворвался на стадион, тренер уже приземлился на песок. Он мог бы устроить свой последний воздушный забег наперегонки с бывшими выпускниками Лётного факультета в форме, чтобы наглядно продемонстрировать всем присутствующим разницу между навыками простых законопослушных пилотов, не раскрывших и половины своего потенциала, и ночными - но не стал. Вместо этого сделал первый шаг навстречу затопляющей стадион тёмно-серой лавине и вмиг оказался ею поглощён.

Ароха с Ураганом бросились было на помощь, но спикировавший с неба ястребом Ирсай вовремя сумел удержать друзей от этой самоубийственной акции. Глядя на обречённое спокойствие сэнсея, Ирсаю оставалось только сверлить безэмоциональных пилотов-оперативников свирепым взглядом, молча глотать горечь поражения и терпеть, терпеть, терпеть.

Когда Финна Альтера в смирительной рубашке тащили к белому фургону через весь академ-городок, посмотреть на это сбежался весь ДМУ - даже пары не помешали любопытным студентам приклеиться к окнам и жадно поглощать столь редкое для этих стен зрелище. Ирсай запоминал в лицо каждого, кто рискнул вести себя неуважительно или злорадно, кто имел неосторожность навлечь на себя подозрения в соучастии.

Впрочем, слишком уж долго искать виновника не пришлось: полёт-контроль сам выдал своего информатора, причём в максимально торжественной обстановке, словно медаль за отвагу ему вручал. Особо счастливым третьекурсник Бойцовского себя при этом не чувствовал, но для Ирсая это не имело никакого значения, поскольку ментаграмма именно его воспоминаний послужила основной уликой в деле "мастера ночи".

С приближением весны и турнира в дружном лагере элиты Боевого факультета наметился разлад. Верный пёс старосты вдруг возомнил, будто в силах потягаться в честной борьбе с внуками генерала-протектора Варуна и такая наглость, разумеется, не была оставлена без ответа.

Поначалу его пытались образумить словами, затем более весомыми аргументами. К тому времени, когда терпение загнанного в угол пса истощилось, в толпу его бывших друзей, явившихся на очередные "переговоры", полетел полноформатный боевой фаербол. Ирсаю Акени совершенно случайно удалось оказаться неподалёку и не только вовремя позвать целителей на помощь пострадавшему от многочисленных ожогов студенту, но и дать подробные показания в полиции. Ментаграмма с записью воспоминаний очевидца послужила весомым доказательством для исключения нападавшего из университета и заключению его под стражу сроком на два года.

Никто из Боевого факультета - ни староста, ни деканат - не произнёс ни слова в защиту обвиняемого, и это навело Ирсая Акени на дальнейшие размышления о мотивах и целях происходящего.

Смена главы студенческого самоуправления на Боевом факультете прошла тихо и безболезненно. Вместо зрелищного турнира, которого все ждали, на стадионе произошла лишь показательная трёпка матёрым старостой каких-то невзрачных олухов. Более-менее живо на арене смотрелся младший брат старосты - первокурсник Баташ, впрочем, относительно реальности этого боя на трибунах не заблуждался никто. В конечном итоге, младший брат, всё же, проиграл, но сделал это красиво и совсем не унизительно - в отличие от предыдущих кандидатов, - так что Варуну-старшему не оставалось ничего, кроме как воспользоваться правом уходящего старосты-победителя и передать титул наиболее, на его взгляд, достойному.

Вступив в должность старосты практически одновременно с Баташем, Ирсай довольно быстро заметил, что младший Варун не годится старшему и в подмётки, а сущность факультета, или, если угодно, его политический курс, тем временем, не изменился ни на градус. Как будто что-то незыблемое поддерживало его изнутри, не отвлекаясь на внешнюю мишуру, вроде хвалёного "студенческого самоуправления". Это могло бы выглядеть естественным ходом вещей, когда бы сам Ирсай своими руками не доказал, что обратное тоже возможно. За три года он вывел Небо из положения кучки бесполезных изгоев в число ведущих факультетов ДМУ, не только не опираясь на влияние собственного деканата - но и во многом вопреки ему.

Баташ же Варун тем временем... ну, он остался удобной послушной куклой вышестоящих сил - так же, как и его брат в своё время. Не приложи эти братья руку к падению Альтер-сэнсея, Ирсаю было бы их даже жаль. На просторах бывшей Полуденной Империи считается, будто нет никого злопамятнее таиров, нараны же - народ горячий, но отходчивый. Ирсай Акени был готов с этим горячо поспорить. Даже сейчас, спустя столько лет, староста Неба считал для себя преступным не воспользоваться плывшей прямо в руки возможностью плюнуть в лицо и Варуну-младшему, и силам, поддерживающим его, так называемую, власть.

31. Торжественная

Как только последний экзамен остался за спиной, настал день общеуниверситетской торжественной линейки. Тот самый момент, когда абсолютное большинство сокурсников Гилара задавалось робким, но принципиальным вопросом: "А это обязательно?..". Не будь мероприятие настолько всеобщим, второкурсники уже давно разъехались бы по домам, на каникулы. По крайней мере, сам Гилар, сдавший половину экзаменов автоматом, мог бы уехать полторы недели назад - однако его квартира находилась в Дарре, и он никуда не торопился.

По мнению второго курса, линейка имела какое-то значение лишь для перваков, успешно сдавших сессию и только теперь торжественно получавших официальное право звать себя студентами такого-то факультета ДМУ - вместе с бронзовыми символами на шнурках. На простом студенческом эта линейка звалась "посвящением" именно поэтому. Старшие курсы уже постигли только им понятную истину и воспринимали мероприятие куда спокойнее - как повод лишний раз собраться вместе, обсудить насущные дела и планы, поглядеть на молодняк. Принимая ближе к сердцу точку зрения старших, нежели сверстников, Гилар чувствовал себя дедом.

Для собрания под открытым небом администрация выбрала, конечно, не лучший месяц, но таковы были так называемые "традиции университета". Происходи дело на севере страны, ректорату пришлось бы, всё-таки, придумывать и строить какой-нибудь новый крытый спортивный зал, способный вместить в себя всех добровольно согнанных на мероприятие студентов. Дарра с её мягким климатом избавляла администрацию университета от столь радикальных решений, а солнечный январь с температурой около 3 градусов выше нуля предлагал роскошный выбор мест: плац либо же летний стадион. До Гилара доходили слухи о том, что на организационном собрании руководство Научного факультета предлагало утеплить стадион батареями с мощными термическими формулами, однако ректор счёл эту затею слишком энергозатратной. В итоге победил плац, за который голосовали в кои-то веки объединившие силы деканы Целительского и Боевого факультетов: второй ратовал за воспитание в студентах стойкости и выдержки, первый - против необходимости студентам сидеть на холодных лавках стадиона.

Построение в форме пяти лучей, расходящихся от центральной трибуны, далось не всем в равной степени хорошо. Бытовой, к примеру, факультет толпился растерянно и бестолково и даже простую задачу - построиться шеренгами по курсам - выполнял с трудом и неловкими задержками. Движение внутри строя в стремлении исправить свои ошибки не прекращалось даже после торжественного начала линейки.

У Научного были, в принципе, те же проблемы - с разницей лишь в том, что их ошибки, ввиду малочисленности факультета, не так сильно бросались в глаза. Малочисленнее, кажется, было только на Небе, но у них там всегда царила своя атмосфера. И едва ли кого-то, кроме Ирсая, расстроила выдача в этом году всего лишь пяти штук бронзовых ястребов на весь столичный университет. Гилар вообще считал, что Винии - пока ещё - Вигморт могли бы совершенно справедливо выдать, в качестве исключения, все пять штук в одни руки.

Для Боевого факультета настал, так сказать, звёздный час, когда его студентам выпала редкая возможность продемонстрировать прочим уровень своей строевой подготовки - и заодно выгулять зимнюю парадную форму, нужды в которой ранее не возникало.

Впрочем, не всем присутствующим бойцам эта линейка казалась праздником жизни. Начиная от старосты - мрачного, как раствор хрома, - вся элита факультета пребывала не в лучшем из своих настроений. Гилару это казалось естественным, после грандиозного скандала, прокатившегося по университетскому городку во время сессии.

Скандал разгорелся вокруг одной безвестной табуреточницы, которая во время зачёта разом забыла все формулы и не смогла накастовать даже огонька себе на прикурить. Казалось бы, при чём тут Бойцовский факультет. Но весь парадокс ситуации как раз и заключался в том, что её собственный, факультет, Бытовой, был, в общем-то, готов от этакого позора избавиться и исключить нерадивую девицу втихаря (тем более, прежняя её успеваемость также оставляла желать лучшего), однако в игру зачем-то с ноги ворвался Баташ Варун, староста бойцов, уверяя ректорат в том, что любой студент имеет право на пересдачу, и вообще, второй шанс - это вовсе не пустые слова, особенно когда речь идёт о студенте-договорнике. Обдумать всё, как следует, деканату Кухни не дали, поскольку вмешательство старосты Баташа, не имеющего к этому делу объективно никакого отношения, развязало руки старосте Ирсаю - чьи права здесь были ещё более птичьими, а голос - куда более громким: "Она не может аккумулировать формулы - и будет продолжать числиться в магическом университете лишь потому, что родители заплатили за это деньги? Вы, в самом деле, хотите выставить ДМУ посмешищем на всю страну - перед всем цивилизованным миром?".

Волна общественного возмущения потребовала детальной проверки магических способностей злосчастной девицы - и в результате вскрылись ещё более любопытные подробности. Комиссия доказала, что формулы (не все, конечно, но некоторые - вне всякого сомнения) студентка помнила отлично, а вот с аккумуляцией действительно наблюдались серьёзные проблемы - такие, что никакой "второй шанс" на сдачу зачёта ей уже не поможет. По крайней мере, прямо сейчас.

По просьбе ректора, публично выступили светила целительской науки с заявлением о том, что с девушкой произошёл довольно редкий среди учащихся, но вполне распространённый среди работающего населения случай энергетического выгорания. Согласно исследованиям ведущих целителей, этот недуг прогрессирует из-за постоянных стрессов на работе, неблагоприятной окружающей среды, неустроенности в личной жизни. У граждан, чья профессия связана с магией, случаи заболевания редки, но тоже полностью не исключены, к тому же, у магов они заметнее всего - как раз из-за редукции способности к аккумуляции заклинаний на почве стресса. На ранних стадиях пациенты зачастую сами не замечают за собой тревожных изменений, подчас даже самые близкие могут распознать симптомы слишком поздно. Как отмечают друзья пострадавшей студентки, в начале учебного года с ней всё было в полном порядке, однако с тех пор как в разгар напряжённого периода подготовки к экзаменам она устроилась на подработку, симптомы выгорания, такие как апатия, отрешённость от социума, безразличие к окружению - стали проявляться в ней в полной мере. К счастью, благодаря современным методам лечения, при оказании своевременной помощи специалистами, это устранимо. Так что девушке ещё крупно повезло, что её состояние вовремя зафиксировали, поскольку крайней стадией развития заболевания является суицид.

Взволнованные родители забрали документы дочери из универа сразу после предупреждения целителей - и тут же перенаправили их в специализированную клинику для реабилитации пациентов с подобным диагнозом. Кажется, девчонке даже не позволили попрощаться с друзьями, во всяком случае, уже на следующий день после её ухода из универа, Бытовой факультет вовсю пытался делать вид, будто никакой такой Ламии в их рядах не существовало никогда. Так что тяжелее всех последствия сказались именно на Бойцовском факультете, который влез, можно сказать, в чужую войну, тем самым изрядно подмочив репутацию всего университета в целом. Тем не менее, Гилар не сомневался, что им в очередной раз всё сойдёт с рук.

Отыскав в толпе подмерзающих целителей ослепительно-белое пальто Миелы, он пересёкся с нею глазами. Девушка улыбнулась ему невесело и снова перевела напряжённый взгляд на преподавательскую трибуну. Гилар знал, что Миела отговаривала Ирсая влезать в это дело, но был уверен, что никакие уговоры упрямого нарана, закусившего удила, не проймут. Даже если их противник проиграл, Ми вовсе не походила на участника партии победителей.

Вот уж кто действительно держался так, словно победа эта была его личной заслугой, так это новобранец Бойцовского, Вран Обри. На фоне общей угрюмости своего факультета, этот засранец даже не пытался делать вид, будто сегодняшний день принадлежит кому-то другому, кроме него. Откровенно говоря, никто не рассчитывал увидеть его здесь сегодня, на посвящении, уж очень шатким было положение варунова "любимчика" на факультете, к тому же, он и сам - своими прогулами и не то чтобы прям успеваемостью - делал всё возможное, лишь бы оказаться в списках на вылет как можно вернее. Тем больше было удивление преподавательского состава, когда совершенно незаметно, - на фоне громкого скандала вокруг несчастной табуреточницы, - этот бездельник сумел проскочить через все зачёты и экзамены едва ли не с высшим баллом, запнувшись разве что на АЗах - что, в общем-то, понятно и простительно. И вот теперь он с видом триумфатора на арене движется в сторону трибуны, чтобы забрать свой заслуженный - нет, завоёванный - бронзовый трофей в виде бычьих рогов. Глаза сияют так, что если бы яркое полуденное солнце бликовало чуть скромнее, в душу Гилара могли бы закрасться нехорошие подозрения, относительно истоков "выгорания" бедной Ламии.

Впрочем, об этом Гилар решил поразмыслить на каникулах, торопиться с выводами совершенно не к чему. Когда из студгородка, наконец, разъедутся все его знакомые, университетская библиотека покажется самым спокойным местом на земле, где он сможет привести свои мысли в порядок - и найти разгадку.

Вполне ожидаемо, Салазар устроил ученику серьёзную выволочку после того, как всё закончилось.

- Напомни: я ведь предупреждал тебя быть осторожным и не делать ничего, что может вызвать подозрения людей о нашем существовании - сейчас или же в перспективе?

- Нет, - отрезал Вран. - Ничего такого не говорил.

- Потому что рассчитывал, что у тебя хватит мозгов догадаться об этом САМОСТОЯТЕЛЬНО!

На любое враново возражение у белого демона всегда был соответствующий ответ. Однако сейчас парень чуял, что, несмотря на бурную истерику, Салазар вовсе не зол - скорее, наоборот, горд проделанной работой. Масштаб же работ по прикрытию от общественности скандала с Ламией Вран уже успел по достоинству оценить - и, в самом деле, под строгим изумрудным взглядом наставника чувствовал себя нашкодившим щенком. Ещё парочка таких скандалов и даже слепые увидят в этом систему. Если его вычислят, то хорошо если просто исключат... Жечь на костре, как в старой доброй Миртании, конечно, не станут, но кто знает, сколько места у правительства ещё есть в этих загадочных лечебницах с белыми стенами, в одну из которых угодила его Ламия. В то, что "свой демон" в деканате захочет прикрывать его снова, Врану почему-то не верилось. Он не знал наверняка, в каких отношениях Серпион Заар состоит с верхушкой университета, зато хорошо помнил его жизненную позицию: предупреждать о таких прописных истинах, как "Нет души - нет магии", было ниже достоинства белокосого демона.

- Надеюсь, ты не считаешь меня обязанным прикрывать тебя каждый чёртов раз, когда тебе приспичит сводить свои детсадовские счёты в стенах МОЕГО университета?

- Ты говорил, что дела ДМУ тебя не волнуют.

- Я солгал, - заявил Салазар так самодовольно, словно говорил "я бросил курить". - Посмеешь выкинуть нечто подобное ещё раз - утоплю в серной кислоте, а друзьям твоим скажу, что так и было. И они поверят!

- А что такого? Боишься разбудить других демонов в своём университете?

- Каких ещё "других демонов"? - скривился Белый Змей презрительно. - Никого, кроме нас с тобой, там нет. Кто б их сюда пустил, спрашивается! - фыркнул, ещё немного покипев.

Тему "других" Вран затронул неспроста. Ранее он не знал, как подступиться к своему противоречивому сэнсею с этим вопросом, однако с тех пор, как услышал слова "исходника", отчётливо слетевшие с клыков Винии Вигморт, прежняя уверенность в том, что "никого, кроме нас, там нет", оказалась безвозвратно утеряна. Ответ Салазара его нисколько не устроил, однако для продолжения беседы на эту тему Врану пришлось бы рассказать об истоках своих сомнений. Хорошенько поразмыслив над этим, он пришёл к твёрдому убеждению, что сдавать Винни старому демону - что бы там с ней ни случилось - пока ещё не готов.

Однако какими бы опасностями им с Салазаром не грозил отшумевший скандал, дело того стоило. Достаточно лишь оценить градус бессильной ярости старосты Баташа, который рассчитывал на этой сессии вышвырнуть из ДМУ паршивую овцу факультета - его, Врана, - а в результате не досчитался собственной подружки. Воспоминания Ламии подсказывали демону, что этот удар едва ли задел сердце старосты, однако по его гордости, однозначно, прошелся катком.

Сегодняшнее настроение зашкаливало настолько, что Врану приходилось тратить немало сил на то, чтобы не светиться счастьем слишком явно. И пристально контролировать активность своих энергоединиц в нихилите.

На церемонии посвящения всем первокурсникам выдали медальоны с символами факультетов в знак того, что отныне они стали членами студенческого братства. Со словом "братство" у Врана были самые отвратительные ассоциации, так что он решил про себя, что с "братством" Боевого факультета здесь угадали максимально точно.

Никакого священного трепета перед символом факультета, заполучив его, наконец-то, в руки, парень не испытал. Бронзовая бычья морда на верёвочке его, в принципе, никогда не вдохновляла. Однако давала вполне весомое право называть себя студентом Боевого факультета - и теперь Вран чётко понимал, почему церемонию посвящения в университете принято проводить именно сейчас, а не четырьмя месяцами ранее. Семестр, пережитый в стенах университета, доказал, в первую очередь, ему самому: остаться в списках факультета - это привилегия, которую необходимо заслужить либо же выгрызть зубами, вопреки выпавшим на твою голову испытаниям. Она доступна лишь тем, кто выдержал их все. И хотя, глядя на мрачную физиономию старосты Баташа, Вран осознавал, что его война с факультетом отнюдь не окончена, первый семестр, несмотря ни на что, остался за ним - и это по-настоящему прибавляло сил и вдохновения на дальнейшую борьбу.

Второй семестр обещал сделать новым полем битвы грядущий турнир на звание старосты. Едва ли Баташ Варун или кто-нибудь из его приближенных задумывался об этом сейчас, полностью уверенный в своём превосходящем положении в иерархии факультета. И естественно, никто не рассматривал чудаковатого отщепенца-первокурсника в качестве угрозы сложившемуся в университете порядку.

"Если не можешь терпеть несправедливость этого мира, нужно всего лишь изменить его", - сказал ему однажды Ирсай, подкрепляя свои слова наглядным примером того, как может окружающая реальность становиться всё ближе к идеалу, озвученному в его песнях о свободе и равенстве. Наблюдая за этим изнутри в течение семестра, Вран и сам, наконец, пришёл к выводу, что чудеса не происходят сами по себе: над ними нужно долго и кропотливо работать. Головокружительное влияние старосты Неба возникло не на пустом месте: Ирсай тоже начинал с чего-то, отдалённо похожего на путь Врана, - в таком случае, для Врана, тем более, ничего невозможного в этом пути быть не должно. Во всяком случае, сила для движения вперёд у него уже есть - и главной своей проблемой на сегодня он считал необходимость использовать её как можно более скрытно.

Конец 1 тома.

о факультетах ДМУ

Бронзовые медальоны с символами факультетов выдаются каждому студенту магического университета после успешной сдачи первой сессии. Только спустя полгода обучения студенты имеют право демонстрировать свою принадлежность к сообществу магов.

Символ отражает направление подготовки того или иного факультета, а следовательно, специализацию студента/выпускника. Для каждого из магических университетов Валории существует свой набор символов, так что по бронзовому значку можно определить не только специализацию мага, но и университет, где он проходил обучение.

Даррийский магический университет(ДМУ) считается передовым в Валории. Славится своими многовековыми традициями и высоким уровнем подготовки. Имеет в составе пять факультетов:

Боевой(он же Бойцовский) - выпускает боевых магов, составляющих основу валорийских силовых структур. Боевые маги - залог мирной жизни и устойчивого развития цивилизации в границах Валории.

Область трудоустройства: армия, полиция, спорт. Символ: бычья голова.

Небесный(он же Крылатый, в быту - Небо) - воспитывает крылатых магов, ещё один предмет гордости Валории. Маги, обученные искусству левитации и обладающие исключительным талантом в навигации, делают доступным к освоению воздушное пространство страны.

Область трудоустройства: транспорт, связь, навигация, воздушные силы, спорт. Символ: ястреб, расправивший крылья.

Целительский(он же Медицинский, в быту - Лазарет) - обучает нелёгкой и почётной профессии врача. Помимо исключительно энергетических методов лечения, выпускники осваивают полные курсы травничества и фармакологии.

Область трудоустройства: сфера здравоохранения. Символ: лист мелиссы лекарственной.

Бытовой(он же Производственный, в быту - Кухня) - выпускает специалистов магических технологий в сфере народного хозяйства.

Область трудоустройства: производственные предприятия, заводы, агропромышленный комплекс. Символ: молоток.

Научный(он же Физический, в быту - Колба) - готовит специалистов по программе углубленного изучения теоретических основ магической науки.

Область трудоустройства: сфера образования, магические НИИ, заводы магического приборостроения. Символ: колба.

о самоуправлении в ДМУ В Даррийском магическом университете принята система студенческого самоуправления. Официальным представителем факультета является староста. Он выступает посредником в диалогах между студентами и деканатом, отвечает за порядок и безопасность на факультете. Обладает значительными полномочиями в вопросах разрешения конфликтов внутри университетского сообщества, а также правом организовывать управление факультетом по собственному усмотрению - если эти методы не противоречат уставу университета. В организационных вопросах взаимодействует непосредственно с деканом либо его заместителем. Староста назначается на должность деканом факультета ежегодно, по итогам отбора, который на каждом факультете организован по-своему. Отбор проходит в форме открытых соревнований, на которых определяется лучший из заявленных кандидатов. Староста-выпускник тоже обязан участвовать в отборе: в случае победы он имеет право лично назначить преемника, - это правило зовётся правом уходящего старосты и используется довольно часто. Наиболее захватывающие и зрелищные состязания на звание старост проходят весной - за два месяца до начала летней сессии - у Боевого и Небесного факультетов. Бойцовский турнир проводится, как дань воинским традициям Полуденной Империи, на арене, Небесный - в руинах Башни высшего жречества. Оба мероприятия ежегодно привлекают к себе огромное количество зрителей, громко освещаются в СМИ.

о физической магии В Валории пользуются магией, основанной на знании о физической природе сил. Знания эти описываются с помощьюформул. Формулы дают наглядное представление о совокупности действующих на предмет сил и многократно упрощают процесс применения магии на практике. Формулы выводятся научными магическими лабораториями при университетах на протяжении всех веков существования Валории. Само же открытие возможности преобразования физических процессов в формулы принадлежит ещё жрецам Полуденной Империи. В дань традиции формулы изредка архаично зовут "заклинаниями". Процесс применения формул к материи или же природному явлению в научной среде называютаккумуляцией заклинания(АЗ, либо же просто аккумуляцией).

о крылатых магах

Крылатые- маги особого класса, способные управлять различного рода колебаниями воздуха. Могут свободно перемещаться в воздушном пространстве, отталкиваясь от твёрдых поверхностей и планируя между прыжками - намного дольше и увереннее обычных людей, за счёт магического уплотнения воздушной среды вокруг себя. Имеют выдающийся талант к навигации: всегда, из любого положения чувствуют верное направление.

Чаще всего способностями к воздухоплаванию крылатые пользуются интуитивно, на инстинктах, поскольку состояние полёта размывает границы между осознанным и глубинным, подсознательным началом мага. Обучение нужно, в первую очередь, затем, чтобы научиться удерживать себя в сознании и не позволять подсознательной - звериной - сущности взять над разумом верх. Особенно тяжело самоконтроль даётся крылатым ночью.

С этим обстоятельством и связан принятый в Валориизакон о полётах,ограничивающий использование магии крылатых в тёмное время суток. Для надзора за соблюдением регламента, существует особый государственный орган -служба контроля полётов(полёт-контроль). Структура осуществляет надзор над учебными заведениями и предприятиями, имеющими дело с крылатыми магами. Помимо этого, служба полёт-контроля занимается выявлением потенциальных крылатых среди школьников и предоставляет им возможность обучаться по специальности в ведущих ВУЗах страны.

о ночных крылатых

Ночная ипостась - состояние крылатого мага, в которое он входит, применив магию полёта в тёмное время суток.

В этом состоянии все крылатые выглядят похоже: жёлтые горящие глаза с узким вертикальным зрачком, заострённые звериные уши, длинные и острые клыки, цепкие когти. Кроме того, пилот в ночной ипостаси становится более агрессивным, менее вменяемым, в поведении и повадках проявляется больше звериных инстинктов, нежели человеческого сознания. Тем не менее, пилоты, вошедшие в это состояние по своей воле, способны себя контролировать и легко могут перейти обратно, в "дневную ипостась". Те же, кто пал жертвой полётной эйфории и преодолел предел зверя, остаются в ночной ипостаси навсегда, теряя доступ к своему человеческому сознанию, что делает их опасными для общества.

Пораженный полётной эйфорией маг сходит с ума, теряет контроль над собой, впадает в буйство и в беспамятстве способен растерзать любого, кто попадётся на пути, в клочья. Крылатый может вернуться в исходное состояние после приступа и продолжить вести нормальную жизнь - но только если им не был достигнут предел зверя. Это порог невозврата для крылатого мага во время приступа полётной эйфории, от которого он более не может оправиться и навсегда застревает в своей ночной ипостаси. Для специалистов, изучающих явление, достижение предела зверя означает полную и бесповоротную потерю рассудка.

Выявлением случаев поражения полётной эйфорией, отловом и нейтрализацией обезумевших крылатых занимается служба контроля полётов. В структуру службы входит сеть закрытых государственных лечебниц для жертв полетной эйфории, где оных изолируют от общества и с помощью новейших достижений медицины пытаются излечить от недуга.

о боевых магах

Боевая магия основана на усилении природных процессов с помощью формул, а также во многом опирается на учение о стихиях. Наиболее почитаема в боевой магии, конечно, огненная стихия, однако одной лишь ею дело не ограничивается. Хороший боевой маг способен применять в своих целях любые законы, природу которых может описать в формулах. В этой связи наиболее эффективные боевые формулы приобрели статус культовых и общеупотребительных в профессиональной среде. Помимо научной формулировки, они имеют собственные названия и зачастую применяются как отдельный вид оружия, не требующий от мага, овладевшим им, дополнительных метафизических усилий. Категория таких устоявшихся формул носит название "заклинаний".

Одним из самых знаменитых заклинаний арсенала боевой магии считается фаербол, официально признанный на Даррийской военно-магической конференции 5039 г. боевым орудием, выдерживающим идеальный баланс ударной мощи и расхода энергии.

Боевые маги - это основа военной мощи государства. Поэтому основной потенциальный работодатель для выпускников боевых факультетов магических учебных заведений страны - валорийская армия. Боевой маг, получивший образование в университете, а затем прошедший подготовку в высшем армейском институте, получает звание офицера и распределение в войска внешней либо внутренней обороны. Первые занимаются охраной границ государства, вторые - покоя внутри самой Валории.

о демократической Валории

Валория- страна, построившая своё благосостояние на использовании магических технологий и плодов технического прогресса.

Занимает обширные территории в южной части континента. Территориально состоит из центрального региона - Метрополии - и шести провинций.Метрополия- центральный регион Валории. Занимает равнинные территории с умеренным климатом, благоприятным в том числе, и для сельского хозяйства. Представляет собой исконную территорию, занятую народом валоров до масштабных завоеваний Полуденной Империи и присоединения к ней провинций.

Валория является законным преемником могущественнойПолуденной Империи. Государство было создано валорами в 3590 году, - т.е. примерно за две тысячи лет до описываемых в книге событий, - и в 3603 г. было провозглашено Империей. Полуденная обрела беспрецедентное на континенте влияние за счёт открытия и широкого применения магии жреческой кастой. Фактически управлялась жречеством при поддержке аристократических родов и номинальном наличии на троне императора. На пике своего развития вела политику расширения границ: так к Метрополии были присоединены земли таиров и наранов, лесостепная полоса на севере, некогда заселённая миртанцами. Пала в 4512-4518 гг. под натиском миртанского нашествия короля Октара Кронна (Югоборца).

Миртанское завоевание положило конец владычеству жрецов и императорской семьи, однако страна продолжила существовать - спустя десятилетия внутренних смут - под именем Полуденной республики. Власть над республикой оказалась сосредоточена в руках таирских аристократических родов, почти не затронутых разрушительным нашествием Октара Югоборца, и частично сохранивших утерянные при завоевании магические знания жрецов.

Конец таирскому правительству пришел во время Даррийской революции в 4723 г. Тогда страна и была переименована из Полуденной республики в Валорийскую, затем - в 4809 г. - в Валорию. Революция полностью упразднила аристократию в стране и провозгласила магию национальным достоянием. Отныне все граждане объявлялись равными в своих правах - в том числе и в праве изучать магическую науку.

о Полуденной Империи

Полуденная Империя - величайшая из империй исторического периода. Государство основано в 3589 г. по решению аристократии народа валоров, в 3603 г. провозглашено Империей по благословению императора Даррия I - избранника жрецов и знати. На момент основания страна располагалась в границах, близких территориально к современной Метрополии, однако за время своего существования сумела занять всю южную половину континента. В 3800е гг. к Империи были присоединены земли наранов, ослабленных в то время внутренними раздорами. Несмотря на неравномерное распределение сил, полное покорение солнечного народа отняло у валоров около столетия, а жестокие методы подавления восстаний стали наглядным примером для таиров, присоединение которых прошло сравнительно легко и безболезненно.

Основой могущества Полуденной Империи принято считать магическую науку. Основные принципы магии были созданы жречеством и активно внедрялись во все сферы жизни страны: мелиорацию, строительство, инженерные технологии, промышленность и, конечно же, военное искусство.

Аристократия - союз благородных валорских семейств, позволивший образовать государство вокруг идеологического центра в будущей столице - Дарре. Аристократы участвовали в разработке важных для страны решений, приняли на себя управление армией и городами, из их круга происходила императорская семья, а также многие жрецы, ставшие впоследствии главными вдохновителями и двигателями Империи.

о жречестве в Полуденной Империи

Жречество Полуденной - закрытое сообщество мудрецов, которое стояло у истоков валорийской государственности и в дальнейшем - у руля Империи на протяжении почти тысячи лет её существования. Жрецам приписывается создание валорийской науки вообще - и магии в частности. Основные магические понятия и принципы, использующиеся в Валории до сих пор, были разработаны жрецами. До расцвета эпохи жрецов - согласно преданию "О творцах, богах и демонах" - использование магических сил было доступно только богам, после - людям, избранным жрецами и обучаемым ими при храмах.

У каждого из видных, влиятельных жрецов в ведении находился храм - его резиденция и научная лаборатория. Уклад жизни храма регламентировался жрецами по собственному усмотрению.

Храмы стали колыбелью жреческих школ, из которых выходили люди, обученные основам магии и воспитанные в духе ревностного служения своей Империи. При каждом храме обязательно находилась библиотека, в которой хранились древние священные тексты и более современные научные изыскания. Храмы строились по всей стране, в том числе и в городах покорённых земель. В настоящее время многие храмы разрушены и забыты. Те, что сохранились, находятся под защитой государства как памятники археологического наследия. Сведения о точном числе храмов Полуденной утеряны, поэтому изредка археологам удаётся обнаружить следы неизвестных ранее науке памятников древности.

Жреческие руны - древний сакральный язык, на котором написано большинство жреческих текстов. Знаниями о нём располагал только узкий круг посвящённых в тайну жрецов. После падения Империи и исчезновения жрецов язык оказался забыт и более не подлежал дешифровке. Это стало одной из основных причин утраты огромного пласта сведений об эпохах, предшествующих расцвету Полуденной Империи, а также многих научных достижений.

о жреческих школах

По преданиям, на заре зарождения Полуденной Империи жрецы представляли собой странствующих по стране мудрецов, сражавшихся со хтоническим злом ушедших эпох - демонами - и распространявших учение "О богах и творцах". В союзе с военными вождями народа валоров, ставшими впоследствии аристократами, жрецы построили империю, чья глубинная мощь опиралась на магическое искусство и культ научного познания.

В каждом городе Империи обязательно находился храм (в крупных городах - несколько), в котором жрец занимался изучением природы стихий и усовершенствованием своих магических умений. Тайные знания эти передавались ученику, который впоследствии становился жрецом вместо учителя. Со временем жрецы начали обзаводиться большим количеством учеников - для того, чтобы иметь возможность выбрать достойнейшего в качестве преемника. Так вокруг каждого храма формировалась собственная школа со своим уставом, порядками и направлением изучения магического искусства. Все современные магические университеты Валории, так или иначе, являются наследниками наиболее знаменитых жреческих школ, хотя программа и принципы обучения, спустя века, претерпели ряд кардинальных изменений.

Институт жречества как таковой пал вместе с Полуденной Империей в 4512-4518 гг. под натиском нашествия армии миртанского короля Октара Кронна, прозванного "Югоборцем". Впоследствии предпринимались попытки возродить жречество - но безуспешно, поскольку все истинные жрецы сгинули в хаосе завоевания, а вместе с ними оказался потерян и ключ к запретным знаниям, так и оставшимся неразгаданными потомками.

о народах Валории: таиры

Горный народ таиров исторически заселяет юг Валории, Субтропическую провинцию. Столица их провинции - город-порт Имперский - является крупнейшим морским курортом в стране.

Традиционно народ занимался скотоводством, садоводством, ремёслами. Во времена расширения Полуденной Империи добровольно примкнул к валорам, обладавшим магической мощью, несоизмеримой с силами маленьких разрозненных горных племён. Объединение произошло почти бескровно, в отличие от наранов, которых завоевали первыми с ошеломляющим разгромом на поле боя.

В дальнейшем, у таиров с Империей складывались достаточно мирные и продуктивные отношения: в провинции силами столичных ваятелей был воздвигнут город Имперский, чудо магического зодчества. В Имперском сформировалась своя, сравнительно могущественная и передовая жреческая школа, магическое искусство распространялось среди таиров и приживалось в Субтропической провинции успешнее, нежели в Восточных, наранских.

После миртанского нашествия, опустошившего север страны и уничтожившего институт жречества как таковой, в Имперском всё ещё продолжали поддерживать магические традиции жрецов-учителей. Тайные знания ушли из Полуденной вместе со жрецами, однако их отголоски всё ещё находились в руках круга посвящённых.

Среди старой, изрядно потрепанной аристократии разваливавшейся Империи выгодно выделялись представители таирских знатных родов. Им-то и удалось, в конечном итоге, возглавить страну и направить её по пути аристократической республики. Спустя почти двести лет власти "таирского правительства", в рядах народа-основателя Полуденной - валоров - вызрели радикальные националистические настроения, которые вылились в кровавую Даррийскую революцию в 4723 г.

Несмотря на то, что валорийское население до сих пор относится к таирам не слишком дружелюбно, экономически Субтропическая провинция развита намного лучше, нежели, к примеру, северные валорийские. Представители таирской знати продолжают занимать высокие посты в демократическом правительстве республики Валории и принимать жизненно важные для страны решения.

В генетическом отношении, таирское влияние наглядно выражается в радикальной смене фенотипа валоров. Если в Имперские времена валоры были светловолосыми, то в современной Валории черноволосые встречаются ничуть не реже блондинов.

Сами по себе все таиры черноволосы, чуть более коренасты, нежели валоры или нараны. Имеют ярко выраженные надбровные выступы и густые брови. Говор резкий и громкий, в толпе таира всегда слышно лучше всех. Характер злопамятный, скрытный. В Валории широко известно общепринятое в таирском обществе двуличие: быть радушными с теми, кто представляет для тебя интерес, и демонстративно агрессивными с остальными. Считается, что знаменитые таирские солнечные очки были придуманы не для того, чтобы прятать глаза от беспощадного южного солнца, а лишь затем, чтобы иметь возможность невозбранно смотреть на окружающих с чувством собственного превосходства.

о народах Валории: нараны

Народ наранов традиционно обитает в восточной части Валории. Провинций, населённых наранами, целых три, но обычно их совокупно зовут "Восточными". Главным центром Восточных провинций является город Сиатанг, столицами Северо-Восточной и Юго-Восточной провинций - города Триумф и Сехир-Маяк соответственно.

Исторически нараны - кочевники, но за века в составе Полуденной Империи начали вести оседлый образ жизни.

Присоединение обширных кочевых пастбищ наранов к территории Полуденной произошло во времена расцвета Империи - в 3800-е годы. Война велась с переменным успехом около пятидесяти лет. Наранские племена отчаянно сопротивлялись завоеванию, однако внутренняя раздробленность многочисленных знатных наранских родов сыграла на руку валорийским полководцам. Войска Империи того времени отличались образцовой дисциплиной, и кроме того, в завоевании наранов впервые в истории столь масштабно и открыто была использована боевая магия. Но даже будучи разбитыми в решающем сражении (впоследствии, в память об этой победе Полуденная Империя возведёт на месте сражения город Триумф, столицу современной Северо-Восточной провинции), нараны не оставляли попыток сбросить с себя ярмо захватчиков - вплоть до событий, приведших к падению власти валорийского жречества над Империей.

Изначально территории Северо-Восточной провинции были обширнее, однако возведение кордона на миртанской границе в 4516 г. оставило часть земель и населения за пределами досягаемости Империи - на миртанской, северной половине континента.

Среди потомков трёх ветвей родов нараны Северо-Восточной провинции считались наиболее благородными - белыми. Однако после завоевания Империей вся знать "белых наранов" была выбита, остальные смешались с захватчиками либо с наранами Сиатанга. Встретить настоящего "белого нарана" в современном мире - большая редкость.

Выходцы из трёх провинций имеют некоторые различия в фенотипе, но, несмотря на это, обладают и схожими чертами: это резко выраженные скулы, смуглый бронзовый цвет кожи, тёмные волосы и глаза с миндалевидным разрезом. "Белые" нараны отличаются более светлой кожей, волосами песочного оттенка, глазами карими с ореховой зеленью - при этом среди светловолосых валоров и миртанцев их обычно выдаёт именно разрез глаз.

В характере у обитателей Восточных провинций большая подвижность, энергия, общительность, предприимчивость, вспыльчивость. Кочевничья натура требует от наранов чувствовать себя вольными и независимыми, поэтому в цивилизованной Валории они считаются плохими, необязательными работниками. Однако в своей привязанности к семье и друзьям нараны могут дать фору даже миртанцам. Нараны чтят традиции: за века доминирования валорийской культуры они сумели сохранить собственный язык, хотя редко пользуются им вне семьи.

Нараны трёх провинций считают себя потомками разных родов, но это не мешает им противопоставлять свой народ всему остальному населению страны. Исключительная неуживчивость заставляет их относиться с подозрением не только к валорам, которых признают захватчиками, но и к таирам, и даже к представителям малочисленных миртанских диаспор.

о Миртании

Миртания - страна, занимающая территории континента к северу от кордона. Лежит в зоне лесов, на крайнем севере страны - лесотундры. С севера ограничивается поясом "холодных степей" - тундры. Климат суровый, существенно холоднее, чем в Валории. Дополнительное различие в температурном режиме обуславливает стена кордона, тянущаяся поперёк континента и препятствующая прохождению в Миртанию тёплых воздушных масс с юга.

Кордон держит Миртанию в изоляции от соседней Валории. Через стену существует только две дороги: через г.Карфур на западе и г.Алаин на востоке. Оба разлома в кордоне образовались из-за прохождения в этих местах крупных водных артерий. Также существует морское сообщение между валорийским городом Дельтасом и миртанским Нэльмаром, но путь этот не имеет большого экономического и культурного значения из-за замерзания миртанских портов в большую часть года.

Миртания как государство проявляет черты слабой конфедерации, лишена централизованной власти, политически раздроблена, состоит из десяти обособленных друг от друга земель. Земли управляются светлыми лордами. Светлые лорды вправе заключать союзы с соседями, а также объявлять им войны. Воевать миртанские лорды предпочитают друг с другом, с Валорией отношений не поддерживают, сохраняя строгую изоляцию от внешнего, немиртанского мира.

о миртанских сказаниях

Одно из древнейших миртанских сказаний повествует о том, как ладья с дружиной богов бороздила море со времён его создания и, наконец, пристала к берегам северо-западных земель Миртании. Там их встретили местные жители, в лице которых боги нашли свой народ, взяли на себя роль его защитников и Хранителей. Они же стали первыми миртанскими дворянами, так что каждый светлый лорд может с уверенностью считать, будто ведёт своё происхождение напрямую от богов.

Сами боги полностью ассимилировались с местным миртанским населением, но след, который они оставили, сохранился в Миртании на долгие сотни лет.

Важным наследием можно считать язык предков. Изначально чуждый для миртанцев, чуждым он так и остался - никто в стране на нём не говорит, даже на севере, где традиции чтут трепетнее прочих земель. Однако из корней слов этого языка сложился особый дворянский именник: все фамилии, большинство имен знати, исторические названия земель, городов и иные географические объекты названы в память о предках-богах на их ныне мёртвом языке.

Извечное противостояние "правильной", чтящей традиции Миртании и "безбожного" Юга выражено во многих легендах и сказаниях времён Октара Югоборца и позже. Доблестный Октар исполняет обязанности монарха в любой сказке, где король хороший, храбрый, ибо его империя считается расцветом миртанской культуры. Главные злодеи здесь - колдуны и ведьмы. Особое место уделялось так называемым "чёрным колдунам" - их боялись отчаянно и самозабвенно, им приписывались умения управлять разумом людей, уничтожать их личность и превращать мёртвые тела в своих послушных слуг. В этом образе сконцентрировался весь ужас свободолюбивого миртанца перед перспективой быть угнанным в плен силами рабовладельческой Полуденной Империи.

Магическая помощь героям всегда выходила боком, лёгкие пути порицались - воспевались же собственная сила и храбрость. Герои превозмогают чародейские козни с помощью мудрости отцов, стойкости и верности идеалам - в крайнем случае, благодаря доброму совету от своего Хранителя.

Миртанское размышление о поисках бессмертия

Говорили миру прежде:

"Не ищи себе бессмертья,

Заплутаешь в жуткой чаще,

В путах чародейских грёз".

Но не видимы невежде

Ни преграды, ни сомненья.

Пропасти не замечавший

Улетает под откос.

Сказ об Истоке всего Сущего