Господа, наверное, кому-то из Вас представленные ниже строчки покажутся непрофессиональными и простыми, но хотел бы напомнить, что это, прежде всего тексты песен. При чтении это обязательно следует учитывать. Быть может, Вы не найдете в них изящества классической поэзии, но, надеюсь, почувствуете искренность чувств и работу мысли автора. И его несомненный талант. Автор этих песен, поэт и композитор Бережной Юрий, с удовольствием обсудит достоинства и недостатки представленных... и все же, стихов со всеми, кого они не оставят равнодушными. Так же, он готов сотрудничать с теми, кто заинтересуется его работами с целью их дальнейшего продвижения в музыкальномбизнесе. На мой непросвещенный взгляд, эти тексты стоят того! Тел. 8-0482 474644. mailto: maksim02@ukr.net Итак, представляю Вам своего друга - Юрия Бережного! (М. Димов. (http://zhurnal.lib/ru/m/maksim_d/ )
ПАДАЮ.
Как бы мне прыгнуть с подножки в небеса,
И не разбиться и, не закрыв глаза,
Так долететь до дна, и выпить океан,
Соленый, кислый, как девичья слеза.
Как бы излить мне душу, разбавив воду кислотой,
Так, чтобы вспомнить, что жил дурак такой.
Так долететь до дна, и выпить океан,
Соленый, кислый как девичья слеза.
ПРИПЕВ:
Да, я на срыве, и я падаю, падаю, падаю...
Чтоб я так жил, как я падаю, падаю, падаю.
Слови на лету, не сгорел пока пьяною бабочкой.
Подстели океан, где пришел бы я кряду, и рад бы был!
Оставь в покое смысл, а цель на облаках,
Не нужно быть собой, чтобы влюбиться в страх.
Где бы найти ответ на множество "зачем"?
Как бы уйти туда, подальше от проблем?
Так, чтоб, упав на дно, не отравить собой
Большой, соленый, размытый девичьей слезой.
И отдохнув на дне, я зайцем прокачусь
Туда, где сушат души. Где, падая, не разобьюсь.
ФИЕСТА.
На полу рыжий кот,
Валерьяной припертый к паркету.
На столе кислый торт,
Чьи-то губы летят к сигарете.
Взгляд на пальцы с чужим желтым фильтром,
Обгоревшую спичку в безе.
На учтивость ответили смехом,
На вопросы - кивком в пустоте.
ПРИПЕВ:
И я там был, и водку пил,
Продрогший демон бился о стекло.
Была зима, и Санта Клаус
Пытался уволочь за хвост уснувшего кота.
В этой песне припева нет,
Пусть затянут ее не с начала все вместе.
Это шабаш, но не для всех,
Гимн избранных брутальной фиестой!
На стене черный жук,
Без особых претензий к обоям.
За столом пьяный сход,
Под столом чьи-то руки не знают покоя.
На губах печать поцелуя,
Смелым девочкам мало огня.
Был и секс, но прошел как-то всуе,
Впустить бы черта, черт побрал бы меня!
Рыжий кот отрезвел,
Крысы где-то поле боя метят.
Целуем беса ангелам назло,
Хотя, зимой их вряд ли можно встретить.
Целуем беса сквозь стекло,
Ему, наверно, этого так мало.
Впустить беднягу на порог,
Передружившись с дьявольским началом.
ПОЗАДИ ОСТАЛАСЬ БЫЛЬ, Впереди маячит небыль.
Неизменно только небо,
Древнее, как этот мир.
Быль лежит в глубокой коме,
Умирает суета.
Небыль сдалась нам без боя,
Непонятна, но честна.
Ночь гуляет без луны,
Неопрятна и развратна.
Из кромешной темноты
Слышно танго на два такта.
Этот мир сходил с ума
Не вчера - гораздо позже.
Быль, не выдержав, слегла
На продавленное ложе.
Поменялось все кругом,
Солнце обжигает стены.
На балу с луной одной
Растанцовывает небыль
Ночь гоняет звезды плетью,
Невозможностью греша.
На три шага лишь два такта,
Чуть дыша и не спеша
Ночь гуляет без луны,
Неопрятна и развратна.
Из кромешной темноты
Слышно танго на два такта.
Полчища бездомных звезд
Колесят безродной стаей,
Беспризорные света
В черных дырах растворяя.
Небыль сетует на боль.
Все, что быль ей завещала -
Танцы с вдовушкой-луной
Без конца и без начала.
Небыль тянет за собой
Все, что былью недобито,
Недоделано, забыто
Под нечаянной звездой.
Быль умрет на древнем ложе,
Наконец-то, навсегда!
Небыль поменять не сможет
Колера на небесах.
Это танго зазвучит
Если тишина отстанет.
На два такта спляшет жизнь,
Когда былью быть устанет.
МЕТАФОРА.
Лирика, лирика, стихи до истерики,
Фантики-бантики на Рождество.
Любимая, милая, неотразимая,
Ты ярче, чем звездочка в старом кино.
Лирикой, лирикой тебя я подкармливал.
Песенки, басенки, метафорой в слог.
Романчики, сказочки, пафос во фразочках,
Сахаром в душу, как в пустыню песок.
ПРИПЕВ:
Я тебе пою про волшебное "люблю",
Был бы в слове мятный слог,
Влез бы в душу, дай мне Бог.
На фальцете я сорвусь
И собьюсь я, ну и пусть!
Я романтик донельзя,
Ты моя метафора.
Ты моя метафора...
Книжечки, книжечки - аферы, интрижечки,
Лестные песенки соседям по нервочкам.
Танцы при свечечках, ласки от вечера,
Цветочки в горшочечках, сердечки в глазах.
С шампанским в стаканчиках, скрипящим диванчиком,
На полочках томики - умные, сволочи.
Мы где-то как рядышком с метафорой-ладушкой.
Сахаром в душу, словно рифму в стишок.
Словечки-барашечки, лирикой вязаны,
Нежны и трепетны, метафорой склеены.
Дурью навеяны под настроение.
На облачке ножками босыми вниз.
ДУРАК.
У меня на душе кошки не скребут,
У меня по натуре бытовой уют.
На простые вопросы - односложные ответы,
Где опасно молчать, я поддержу беседу.
Вы наплюйте мне в душу - мы квитаться не станем.
Мне не надо лишних проблем!
ПРИПЕВ:
Ведь я дурак, ведь я дурак, я лох и клоун.
Да, я такой, совсем простой, я всем доволен.
В кругу толпы, я с ней на ВЫ, и в море мнений,
Глаза на пол, руки под стол. Вне подозрений!
Мне дано разделять с кем-то горе в водке,
Сокрушаясь, утешать, гладя по головке.
Ну а если на меня кто-то громко рявкнет,
Мне приходится молчать битой жалкой шавкой.
Я насквозь сентиментален, и тихо едет крыша,
А под ней фундамент еле-еле дышит.
Забиваясь по углам, тяжело вздыхаю,
Недомеры по уму бегло прикрываю.
Мне не надо лишних проблем!
УЧИТЕЛЬ ТАНЦЕВ.
Я отменил уроки танцев,
Я отпустил своих старлеток.
И побежали кружевные ножки,
Скользя по старому паркету.
Я стар и груб уже с неделю,
Пора остепениться, может.
Глаза идальго потускнели,
Мрачнеет дух и сердце гложет.
ПРИПЕВ:
Отныне навсегда, наверно,
Я позабуду запах пота
Тех искушенных дилетанток
В руках лихого идиота.
В потертый временем портфель
Я положил лорнет и латы
И навсегда ушел теперь,
Потасканный и виноватый.
Мне было стыдно, но я грезил
О вас, о, милые старлетки.
Я собирал вас воедино,
Но по одной на каждую винетку.
Я изменил вам, может, рано,
Но время рассудило строго.
Я завещал вам крохи славы,
Но каждой хватит на дорогу.
МЫ БУДЕМ КЛЯСТЬСЯ, БУДЕМ ПЛАКАТЬ
Пока никто не видит нас.
По капле нищему накапать,
Но не теперь и не сейчас.
И напевая тихо что-то,
Легко по жизни выступать.
И в миг последний перед Ликом
Мы будем клясться и рыдать.
ПРИПЕВ:
Мы подождем на стороне,
Не под луной, не на луне,
И не при всех, и не для вас,
И не теперь и не сейчас.
Мы будем теребить засовы,
Закрытые от сытых глаз.
Не новые, но вновь, по новой,
Скрипя железом, спрячут нас.
Мы будем клясться, будем плакать,
Топить слезой иконостас,
Хоть и грешны мы, и не святы.
Но, не теперь и не сейчас.
Никто не сможет нас проверить,
Пока скрываемся от глаз,
Не распахнув пошире двери
И не теперь и не сейчас.
Растормошив мошну геенны,
Грехи чертей пересчитать.
И кто сказать нам сможет после,
Кричать нам в голос, иль молчать?
Любимой, даже на иконе,
Мы не смогли бы слова дать,
Пока поют в нас птичьи трели,
Мешая по долгам воздать.
Мы уберем из строчек пафос,
Строку гармонии лишив.
И возведем подножье к трону,
Сизифа камень раскрошив.
(Ю. Бережной и Максим Димов(http://zhurnal.lib.ru/m/maksim_d/ ).
ПРОЩАЙТЕ, ВРЕДНЫЕ ПРИВЫЧКИ,
Прощайте драки, пьянки, стычки.
Я отрекаюсь, ухожу
От бесшабашности зловредной.
Даю прощальный вам обед,
Под водку обрубаю связи -
Из атамана уличных боев,
Да прямо в князи.
Я поменяю темное на светлый,
Я стану добрым и не слишком смелым,
Раздам долги, и сам прощу проценты.
Прощайте, верные друзья,
Девчонки, с запахом помады на губах -
Вас не забуду даже в черно-белой рясе.
ПРИПЕВ.
Таким теплым выдалось лето.
Пылают розы красным, поярче света.
В Большом театре ставят оперетты,
А в Мюзик-холле толпы на балеты...
Во мне бурлила волчья помесь,
Теперь кормлю с ладошки кошку - нежный друг.
Я уязвим и приоткрыт,
И на измену дышит совесть.
Я слыл веселым, стану грустным
Интеллигентным и искусным,
Я вспомню номер телефона мамы.
Мои враги не станут козни строить,
Моим врагам - искать другую жертву.
Я растерялся в бисере из света.
Я отпустил своих старлеток,
В Большом театре хватит места не для всех.
Под легкомысленный вальсок танцует белолицый клоун.
ЗЕРКАЛА.
В разбитом зеркале, разбитые надежды.
В разлитом зеркале себя не узнаю.
В разбитом зеркале размыты отраженья.
В разбитом зеркале, как праведник в аду.
Размыты отраженья, все размыто,
Во мгле не отражается ни что.
Края, края, разбитые мгновенья.
По грани на разбитое стекло.
На каждое несчастье по осколку,
По зеркалу на каждую судьбу.
И в каждом Зазеркалье по Алисе,
И по святому лику - на беду.
И в отраженьях, в зеркалах разбитых,
В прискорбный час прикрытых простыней,
Мы не глядим на глянцевые стены,
Где ждет нас кто-то, обладающий тобой.
Стекла осколки, вправленные в рамы,
Осколки плоти, вклеенные в кость.
И кровоточат зеркала, как раны,
И отражают ненависть и злость.
(Ю. Бережной и М. Димов)
ПУЛИ.
Мы были едины в одном магазине
В ряду бесконечных латунных обойм.
Свинцеголовые, с сердцами смещенными,
Однажды рожденные на страх дураков.
Смелых и глупых, наглых и жалких,
Мужчин настоящих, так называемых,
Кем-то заказанных, в проблемах завязанных.
Бронежилетных, непробиваемых.
ПРИПЕВ.
Но, пули - дуры, жены ревнивые.
Для сильных от мира золотом крытые.
Шальные в баталиях, в вендетте мы - тетушки.
Для самоубийц - игральные косточки.
Мы дети конвейера, нам смерти отмеряно
Грамм десять на брата и пороху чуть.
Судьбой нам назначено посвистывать алчно,
Но нам не сказали, полета в чем суть.
И жизнь нас так быстро несет в ритме твиста
И помнит судьба нас всех до одного.
Одних кровью метит, других рикошетит,
Кого в самый центр, кого в "молоко".
(Ю. Бережной, М. Димов).
СОМНЕНЬЯ.
По лужам скок я под дождь и смог. Это ложь.
Холодный ветер не бросает в дрожь. И это ложь.
Цветы не пахнут, как вино, все это ложь. Но:
Я так счастлив все равно. А это ложь.
ПРИПЕВ.
И я храню молчание.
Есть в этом слове отзвуки сомнений....
Кому-то важно знание,
А мне плевать, я заболел отчаяньем.
На стену лезу, как дурак.
Мне поздно с покаянием
Лампады разжигать впотьмах.
Добру с протянутой рукой не молвлю НЕТ.
От зла я защищу собой. А может, нет.
Что я при жизни к богу вхож - наверно, ложь.
Что посох поменял на нож - как будто ложь.
Мне карты говорят "Умрешь", но это ложь.
Друзья не ценят ни на грош. Наверно, ложь.
Что слягу я под меч врага - вдруг не брехня?
Что херувим боится за меня - тьфу, ерунда!
На небе ангелы нас ждут. Наверно, врут
Добро и доблесть не умрут - уж точно лгут.
По лужам скок, споткнулся, и на нож -
Как будто, правда, так похожая на ложь.
МЫ РЯДОМ.
Обвенчаны мы перед богом,
Святым отцом. Посредник пьяный
Нам надевает крестик ржавый,
В ладонь зевая от тоски.
На нас с икон с укором смотрят
Святые пасынки земли.
Им ли не ждать от нас подвоха?
Мы им покажем языки.
ПРИПЕВ.
Смеемся, как дети,
Любовь для нас вечна.
А вечны ли мы - вопрос для других.
Противны мы богу - с ворчливым и строгим
Нам тысячи лет здороваться с ним.
Мы рядом, мы рядом,
Одним вздохом, одним взмахом.
На крышу мира одним махом -
Нас не догонят облака.
Мы рядом, мы рядом,
Нам свадебных музык не надо.
Для нас кипят котлы из ада,
Для нас заточены рога.
Нас облака не покусают,
Мы эфемерны и легки,
И подлетев к калитке рая,
Мы им покажем языки!
Нам одолжили крылья ненадолго.
А не украсть ли их, сбежав
По лабиринтам, сквозь инферно?
Ожоги после зализав.
Нас объявили вне закона,
И даже ад в союзе с раем
На нас открыл сезон охоты.
Но мы все дальше улетаем.
ДОМ.
Заходи в мой дом, заходи в мой дом,
В этом городе он один.
Заходи, не стучи - нет замков под ключи,
В этом городе он один.
Заходи в мой дом - слез печали ком.
И оставь за порогом свой меч.
Здесь не будет войны и нет местной шпаны,
В этом городе мы одни.
В этом городе есть река,
Но стесала слеза берега,
И негромко шумит водопад
От души, что в груди, и до самых, до самых пят.
Мы пойдем на пляж, на песчаную гладь
Посмотреть, сколько выплакал слез.
Здесь когда-то гуляла моя семья,
А теперь здесь брожу только я.
Посетим музей моих бывших друзей.
Пыль на рамах ушедших забав.
Там была любовь, сумасбродный сон,
А теперь муляжи под стеклом.
ПРИПЕВ.
Иногда ко мне издалека
Заблудившись, заходят ветра,
Сказкой дальних земель теребя,
До души, что в груди, и до самых, до самых пят.
Там, на площади, в центре города
Мне воздвигнут тривиальный лом.
Воля, скована в цепи бронзовы,
Разум, залитый в бетон.
Время позднее, путь не короток,
За порогом ржавеет твой меч.
Мне ль с тобой на суд, или ждать гонца?
Сжечь свой дом и сравнять берега.
Вот мой город готовится спать
А мой гость не спешит исчезать.
Мне компанией ночь, как всегда
И споет лалабай руслом в сердце с печалью река
Я не ждал тебя гость, я убил бы тебя.
Набежавшей волне отпустил бы тебя.
Разбросал бы песок и разгладил следы.
Жил бы снова один у порога реки.
ЕСЛИ.
Если ты не станешь птицей
Я не улечу, останусь.
Если ты не вспыхнешь блицем,
Притворюсь спящим вулканом.
Если солнце слишком ярко,
Стану я великой тенью.
Если ты опять сова,
Припущусь твоей мишенью.
ПРИПЕВ.
Если, если, если ты - одна вторая.
Если, если ты одна вторая от большого сердца.
Если ты сегодня львица,
Буду самым сильным в прайде.
Если где-то тлеет ложь,
Пепел достается правде.
Если обещаний самых
На алтарь возложишь богу,
То пускай одна вторая
Оправдать любовь помогут.
Если мира нам так много
Мы разделим половиной.
Быть тебе в своей богиней,
Мне в своей лишь - полубогом.
Если солнце снова ярко,
Ты его сама зашторишь.
Ведь теперь одна вторая
Ослепить нас вряд ли сможет.
Если где-то тлеет ложь,
Пепел достается ветру,
А от ветра прямо в сердце....
Если ты не станешь птицей,
Этого тебе не надо.
Если ты вдруг вспыхнешь блицем,
Не делись со мной, не надо!