Известный манифест ненависти, состряпанный холуём совковой власти К. Симоновым - манифест, ставший идейно-хрестоматийным и десятилетиями в обязательном порядке разучиваемый школьниками (-цами) с красными галстуками и комсомольскими значками:
Если ты фашисту с ружьем
Не желаешь навек отдать
Дом, где жил ты, жену и мать,
Все, что Родиной мы зовем,-
Знай: никто ее не спасет,
Если ты ее не спасешь;
Знай: никто его не убьет,
Если ты его не убьешь.
И пока его не убил,
Помолчи о своей любви,
Край, где рос ты, и дом, где жил,
Своей родиной не зови.
Пусть фашиста убил твой брат,
Пусть фашиста убил сосед,-
Это брат и сосед твой мстят,
А тебе оправданья нет.
Видите, прямые призывы к массовым убийствам (убийствам вроде бы врагов-фашистов - ну а врагами-фашистами наречём всех, кого захотим, всех нам неугодных, всех, кто рыпается или вякает не по-нашему), да ещё с угрозой - если не убьёшь, осудим и покараем! Ко всему, в первоначальном и широко растиражированном варианте данного опуса вместо фашиста фигурировал немец, именно немец как таковой (тем же самым занимались и другие советские литераторы, особенно же отличился И. Эренбург, причём гораздо более кровожадно и люто, во многих публикациях требовавший истреблять всех немцев подряд, без разбору - и стариков, и женщин, и детей, и младенцев немецких, ибо "все они виновны").
Лишь много позже К. Симонов заменил немца на фашиста - видимо, под некоторым давлением партийного руководства, осознавшего, что, ввиду "дружеской" эксплуатации ГДР, пора перестать оскорблять целый народ.
Отмечу вопиющие ляпы сего, с позволения, стихотворения. Остаётся удивляться, почему эти несуразности никем не выявлены ранее.
Итак, сначала Костя Симонов заявляет: "никто его не убьёт, если ты его не убьёшь", а чуть дальше: "пусть фашиста убил твой брат, пусть фашиста убил сосед" - хе-хе! Ну как же никто, если брат и сосед!
И зачем фашисту отдавать чью-то мать - он не будет её брать, нах она ему сдалась.
Плохо соображал Костя Симонов, зато соображал подло - чего-чего, а это умел.