Аннотация: Последняя осень старого мира подошла к концу. Наступила зима, и никто не знает, сколько она продлится. Но на снегу хорошо видны следы. И они говорят, что холод будет не единственной угрозой лесному краю...
Следы на снегу В сумерках, заменявших теперь утро, снег казался серым, а кровь на нём - почти что чёрной. Дюран стоял посреди лесной тропы, уперев двуручный меч в землю, сложив руки на крестовине, и наблюдал, как Безухая изучает следы. Эльфийка будто бы танцевала, двигаясь то в одну сторону, то в другую, перешагивая что-то, чего Бернард не видел, приседая и наклоняясь. Хотя чтобы понять, что здесь стряслось, навыков следопыта не требовалось.
- Семья или две, - негромко сказал Дюран. Безухая замерла, бросила на него косой взгляд, и тут же вернулась к прежнему занятию. - Или с дальнего хутора, или из какой деревни, откуда все остальные раньше ушли. А эти упрямые были, тянули. Вот и дотянули.
Он перевёл взгляд с девушки на одну вмятину в снегу, потом на другую. Такие остаются там, где упало тело человека. Уж опытный-то солдат это знал точно. Самих тел нигде не было, зато вокруг вмятин крови виднелось куда больше. Тут и там вдоль тропинки был раскидан нехитрый крестьянский скарб. Дюран приметил и мужские вещи, и женские. Насаженную на древко остриём вперёд косу - любимое оружие бунтующих деревенских. Топор с чёрной от крови рукоятью. Беженцы знали, что идут опасной дорогой, и вооружились. Не помогло.
- Может, решили ночью идти, - продолжил Бернард. Он не знал, слушает ли его эльфийка, говорил больше для себя. - Днём на десяток человек никакая тварь не полезет.
Безухая опять замерла. Прямо чёрным столбиком, встав пятка к пятке, глядя себе под ноги. Присела, запустила пальцы в снег, подняла что-то. Дюран шагнул ближе, присмотрелся. На узкой ладони девушки, обтянутой чёрной кожей перчатки, лежала сшитая из пёстрых тряпиц кукла. Такие, пожалуй, во всех деревнях королевства женщины делали из остатков не пошедшей в дело ткани.
Немая эльфийка пару секунд разглядывала куклу немигающим взглядом. Погладила её большим пальцем по голове, бережно положила на прежнее место. Провела ладонью по снегу, засыпав им игрушку. Повернулась к Бернарду. Глядя ему в глаза, показала три боевых жеста: "более одного противника", "одновременная атака" и "отказ от нападения".
- Чего? - нахмурился солдат. Как правило в таких ситуациях Безухая отбрасывала свою дурацкую загадочность и изъяснялась прямо. Но сейчас Дюран её не понял.
Эльфийка просто указала куда-то вниз. Бернард посмотрел. Увидел след. Похоже на босую человеческую ногу, только пальцы слишком длинные и заканчиваются явно когтями. Убедившись, что напарник заметил то, что требуется, девушка отошла дальше по тропе и опять ткнула пальцем вниз. Ещё один след. Звериная лапа. Волчья, наверное. На вид почти обычная. Разве только пальцы растопырены уже очень сильно.
- Так... - Дюран начал догадываться.
Безухая повторила те же три жеста.
- Разные твари... - пробормотал Дюран, оглаживая свою короткую бороду. - Напали на людей одновременно. И не сцепились между собой.
Эльфийка просто кивнула.
- Такого... не бывало прежде.
Новый кивок.
- А ушли они... в разные стороны?
Девушка отрицательно мотнула головой, развернулась на каблуках, и уверенно зашагала куда-то вглубь леса, прочь от тропы.
- Эй! Стой! - Дюран нагнал её несколькими широкими шагами. - Надо вернуться и рассказать. Потом опять сюда придём. Если тут рядом какое-то логово, оно никуда не денется.
Эльфийка пропустила его слова мимо куцых обрубков ушей. Она шла быстро, придерживая ножны меча на левом бедре. Солдату ничего не оставалось, как последовать за ней. Хотя Дюран не сомневался, что выбери он повернуть назад, Безухая этого и не заметила бы.
Так они двигались сквозь заснеженную чащу, пока белесая клякса солнца поднималась в зенит. Дюран и сам начал замечать множество следов, ведущих в одном направлении. Целая стая, притом разношёрстная на удивление. С подобным им ещё не приходилось сталкиваться. Искажённые твари либо были одиночками, либо формировали однородные группы из похожих друг на друга чудовищ. Дюран не слышал, чтобы они конфликтовали между собой, но и о совместной охоте раньше речи не шло.
Безухая остановилась только один раз. Она сняла с ветки куста обрывок тряпицы, показала Бернарду.
- Думаешь, тащили куда-то тела жертв? - Солдат сдвинул тёплый берет на лоб, почесал в затылке. - Но это могло быть и на какой-то из тварей, если она из человека получилась.
С другой стороны, на окровавленной тропе они не нашли костей, а мало какое чудище может за считанные часы сожрать десяток человек так, чтобы кроме брызг крови ничего не осталось.
Выронив находку, словно вмиг позабыв о ней, эльфийка устремилась дальше по следу. Перевалило за полдень, однако лес вокруг становился всё гуще, и здесь, внизу, делалось только темнее. Безухая и Дюран петляли меж старых деревьев с тёмной корой, пробираясь через овраги и нагромождения валежника. Желудок Бернарда подсказал, что наступило время обеда, когда впереди забрезжил тусклый свет. Лес расступился, перед ними открылась вытянутая с севера на юг поляна - узкая и длинная.
- Может здесь пере... - начал было Дюран. И не закончил фразу.
Безухая, шедшая первой, внезапно сбросила с плеча лук, потянула из колчана стрелу. Снежный холмик в дюжине шагов от них словно взорвался. В брызгах снега тёмная туша величиной с кабана метнулась к людям.
- Хлоп! - ударила тетива. Стрела вонзилась точно в центр туши. Та вильнула, запнулась, кувыркнулась через бок, но сразу же вскочила.
Безухая отпрыгнула назад, вытягивая вторую стрелу. Дюран бросился навстречу твари, перехватывая рукоять меча двумя руками. То, что их атаковало, когда-то и правда было лесным кабаном. Только теперь существо передвигалось на множестве коротких щупалец вместо ног, а рыло его удлинилось, наполнившись хаотично растущими зубами.
- Ну! - рявкнул Бернард, заступая твари дорогу. К счастью, нападала та всё ещё по-кабаньи, с разбегу. Имевший дело с ударами латной конницы солдат знал, как себя вести. Он в нужный момент шагнул вбок и рубанул сверху вниз, наискось. Целил в загривок, только чудище оказалось проворным, и начало поворачивать вслед за Дюраном. Лезвие меча лишь полоснуло тварь по макушке. Зато миг спустя стрела вошла "кабану" в висок и вышла из другого, пробив башку насквозь. Это не убило чудище, и всё же оно словно ослепло. Затрясло головой, испуская высокий пронзительный визг, зашаталось. Бернард использовал момент, чтобы как следует замахнуться. Второй раз меч опустился куда надо, раскроив созданию череп. Бернарду показалось мало, и он добавил ещё, отсекая твари голову от тела. Шумно выдохнул... и ещё одна стрела свистнула у самого его уха. Дюран рывком обернулся, вскидывая клинок.
Из чащи по ту сторону поляны вынырнули три крылатых существа. Солдат не разглядел их толком, но для птицы они были слишком велики. Одно уже получило стрелу в голову и мешком падало вниз, два других расходились в стороны. А ещё... сквозь саму чащобу кто-то ломился с треском. То ли воистину огромный монстр, то ли несколько тварей поменьше.
- Отходим! - крикнул Дюран, не оборачиваясь. Ему ответили новые стрелы, летевшие прямо над головой солдата. Уклоняясь, воздушные твари начали метаться туда-сюда, пока одна не поймала-таки стрелу крылом. Едва она начала падать, как ещё пара стрел пронзила её тело. Последнее чудище пересекло-таки поляну и скрылось среди деревьев. Из чащи же гурьбой вывалилось полдюжины существ, явно родственных убитому Дюраном "кабану". Одни были больше, другие меньше, у кого-то рос на спине костный гребень, у кого-то - пара щупалец. Видимо, под выброс сырой магии попал целый кабаний выводок.
- А, Пекло! - Дюран позволил себе быстро оглянуться. Колчан Безухой был пуст. Отбросив лук и избавившись от плаща, девушка обнажила меч и кинжал. Бежать она явно не собиралась. - Отходим к лесу, попробуем использовать местность.
"Научились ли кабаны с щупальцами лазать по деревьям?" - подумал Дюран. А потом над его головой что-то пролетело со свистом. Не стрела эльфийки.
Какой-то предмет ударил в снег перед мчащими в атаку тварями. И грянул настоящий взрыв. Тварь с гребнем на спине подняло в воздух, отшвырнуло назад. Ей сородичи, дико визжа, прянули в стороны. Однако новый снаряд упал прямо между ними, и следующий взрыв опрокинул двоих существ. Уцелевшие теперь пустились наутёк. Одна раненая тварь поковыляла за ними, две другие остались лежать неподвижно. Минуту спустя о них напоминали только удаляющийся визг да треск ломаемых веток.
Безухая повертела головой, указала куда-то своим тонким длинным мечом. "Определила, откуда стреляли", понял Бернард. Он проследил взглядом направление - как раз, чтобы увидеть, как из-за деревьев выходит и направляется к ним высокий человек. Мужчина, густо заросший чёрной бородой, носил грубо выделанную мохнатую шкуру поверх какого-то балахона, а в руке держал явно самодельную пращу. За верёвочный пояс была заткнута дубинка, усиленная вбитыми в дерево острыми камнями.
Приблизившись, человек остановился, окинул солдата и эльфийку пронзительным взглядом из-под низко надвинутой меховой шапки. Сказал:
- Доброго дня, господин Дюран, госпожа эльфийка. Вот уж не ждал вас в гости здесь.
- Пекло! - охнул Бернард. Теперь, только лишь по голосу, он узнал этого человека. - Брат Симон?!
- Просто Симон, - знакомым ровным и мягким тоном попросил самозваный жрец Луны.
- Вы что тут делаете? - Дюран закинул двуручный меч на плечо, но рукоять продолжил сжимать двумя руками, готовый нанести удар в любой момент.
- Живу, - жрец-самозванец пожал плечами. - После нашей прошлой встречи мне пришлось оставить прежнее место... а потом я оценил одиночество. То, что нужно, когда разбираешься в себе.
- И как... разобрались? - Хоть сейчас было не время и не место, Бернард не удержался от кривой усмешки.
- Отчасти. - Симон смотал пращу и убрал в холщовую поясную сумку. - Думаю, вам не интересны мои философские искания. Пока скажу, что пришёл к выводу - от кого бы ты ни получил силу, применяй её во благо других. Ведь так ли это важно, кого славить, делая добро?
- Хм... - только и смог выдавить Дюран.
Безухая же убрала клинки в ножны, подошла к Симону, положила ему руку на плечо и улыбнулась. Кивнула.
- Рад, что вы согласны, леди. - Дюрану почудилось облегчение в голосе бывшего самозванца. Да и вообще, тот словно слегка расслабился, даже плечи едва заметно поникли.
- И что, ты живёшь прям в такой чащобе с монстрами? - поинтересовался Бернард.
- Нет, я держался поближе к селениям, - качнул подбородком Симон. - Только селений становится всё меньше. Я... перемещался постоянно, и заметил закономерность. Хутора вымирают в этой части леса быстрее, чем в других. - Он сделала пространный жест рукой. - А потом... я начал чувствовать...
- Что?
- Не знаю... напряжение. Боль. Там. - Симон указал точно в ту сторону, куда вёл след разношёрстной стаи. - Сначала едва-едва. Теперь сильнее. Даже если я не приближался... Оно будто растёт.
- Хм... - Дюран опустил меч с плеча и упёр остриём в землю. Он помнил, что жрец-самозванец - не самый слабый маг, просто не обученный и не понимающий собственных сил. Если он ощущает нечто странное - это неспроста. - И ты потащился сюда?
- Решил проверить. Благо, кое-какие полезные навыки я освоил в последнее время, - Симон похлопал ладонью по сумке со снарядами для пращи. Дюран бился бы о заклад, что в магическом зрении сумка сияет на половину леса, а внутри её - просто заряженные магической энергией камни. Любой армейский маг за такую растрату сил отправил бы младшего сослуживца чистить воз репы алебардой. Да Симону кто тут объяснит, что правильно, а что нет? Хотя...
- Вот теперь - точно возвращаемся в Белый Ручей. - Дюран хлопнул ладонью по "яблоку" на рукояти своего меча. - Нужно всё рассказать людям поумнее и обсудить ситуацию.
Им потребовалось ещё часа два, чтобы вернуться на тропу - точно к тему месту, где Безухая взяла след. Девушка провела спутников к тропинке, а дальше первым зашагал уже Дюран. И когда четверть часа спустя солдат обернулся, то обнаружил, что за ним следует один Симон. Эльфийки нигде не было.
- Эй? Безухая? - окликнул он. Никто, конечно, не отозвался. Кричать в полный голос было бы совсем глупо, так что солдат просто принялся озираться, надеясь заметить где-то среди деревьев знакомый стройный силуэт.
- Я... тоже не заметил, куда она делась, - смущённо признал жрец-самозванец. - Она шла бесшумно, я даже шагов не слышал всю дорогу...
- Ладно, - Бернард тяжело вздохнул. - Нам её не найти, если она сама ушла. А она нас найдёт, как только захочет. Идём.
В глубине души Дюран надеялся, что девушка снова присоединится к ним где-то по пути. Однако впереди замаячили ворота Белого ручья - а она так и не вернулась...
* * *
- Стой! Прекрати! - возглас Морица заставил Бернарда отвлечься от чистки клинка и поднять голову.
- Но он только начал светиться, - хмуро заметил Симон, разглядывая лежащий на ладони черепок. Обычный осколок кувшина - изогнутый, с куском ручки.
- Он вообще не должен светиться! - Мориц, стоящий напротив лже-жреца, стиснул кулаки и потряс ими в воздухе, не в силах сдержать эмоции. - Нам ещё на первом году в Академии говорили - если заряжаешь магией предмет, и проступило видимое свечение, то сразу швыряй его подальше, а сам прыгай в укрытие!
- Это какая-то перестраховка. - Симон всё ещё хмурился, но ответил без толики смущения. - Почти все амулеты и обереги, которые я создавал, светились.
Мориц сделал паузу - парню потребовалась секунда на глубокий вдох и ещё одна на протяжный выдох. Бернард же только усмехнулся в усы и вернулся к чистке меча. В то же время он не забывал поглядывать по сторонам.
С возвращения в Белый Ручей миновало три дня. Ещё в первый день Дюран сумел, не без угроз и затрещин, заставить колдуна-недоучку взять в ученики жреца-самозванца. Который был вдвое старше и в несколько раз магически сильнее своего "наставника". Однако солдат надеялся, что даже недоучившийся волшебник способен преподать уроки безопасного колдовства - такое в Академии наверняка изучали первым делом. А это именно то, что более всего требовалось Симону, с его-то талантом - научиться применять силу без вреда для окружающих. Тем не менее, уже сам Мориц настоял, чтобы практические занятия велись подальше от людей - и никто в деревне не стал с ним спорить. В итоге они устроились втроём около тракта, ведущего в Белый ручей, на таком расстоянии, чтобы ворота селения были едва видны. Дюран сидел на поваленном стволе дерева, около костерка, двое горе-колдунов практиковались прямо на дороге, сравнительно ровной, с утоптанным снегом. За день до того Бернард в шутку посоветовал: "Вы бы сошли с тракта, а то, если там воронка появится, телегам ездить неудобно будет". В ответ же получил настолько кислый взгляд Морица, что решил больше не трогать беднягу. Вместо этого солдат коротал время в уходе за снаряжением и в наблюдении за окрестностями.
Ещё недавно Белый Ручей считался самым безопасным местом лесного края. Однако зима всё изменила. Поначалу казалось, что холод утихомирил тварей. Многие из них ушли куда-то или впали в спячку, оставшихся же легко было выслеживать на снегу. Этим занимались не только Бернард с Безухой, но и обученная отцом Робером дружина, которой придали местных охотников в качестве следопытов. Там, где без потерь справлялись опытный солдат и эльфийка-егерь, могли управиться и пятнадцать-двадцать крепких мужиков, натасканных бывалым десятником да вооруженных приличным оружием, что осенью добыли с тел убитых дезертиров.
На второй месяц зимы пришли бури. А в бурях пряталась смерть. Крепкие хутора, державшиеся всю осень, вымирали в одну ночь. Из деревень на несколько десятков жителей приходили гонцы с просьбой о помощи - а когда ополчение входило в посёлок, то находило лишь пустые дома с выбитыми дверьми. Дюран с Безухой выследили и перебили несколько опасных стай - однако легче после этого не стало. Самые разные твари действовали словно в одном порыве, проявляя одинаковые повадки, ночами подбираясь к людским жилищам, нападая под покровом снежного урагана. Теперь же ещё новость - смешанные стаи из разных чудовищ, объединивших силы...
Беженцы тянулись в Белый Ручей со всех сторон. А твари шли за ними по пятам, иногда нападая на людей чуть не под самыми стенами. Поначалу беженцев пускали в Ручей, но довольно быстро перестали. Теперь для них разбили шатры к югу от ворот, и там начал расти целый лагерь. С лагерем вырастали и новые проблемы. Белоручейцы совсем не рады были пришельцам из других селений, среди беженцев же крепла злоба на укрывшихся за стенами соседей. Еда, которую беженцы несли с собой, быстро кончалась, и им приходилось выделять всё больше продовольствия из зимних запасов деревни. Отец Робер лично водил свою дружину на вылазки в брошенные сёла, принося оттуда запасы, брошенные в спешке. И всё же понятно было - это только оттягивает катастрофу. Клочок земли, который люди удержали в этих лесах после Ночи Огня, становился всё меньше. И никто не знал, сколько придётся держаться. Никто даже не знал, сколько продлится эта зима.
- Если не можешь контролировать постоянный поток, вливай энергию в предмет мелкими импульсами, - наставлял Мориц своего великовозрастного ученика. - Начал - прекратил. Начал - прекратил. Тогда...
Его прервал крик, донёсшийся со сторожевой вышки у ворот. Часовой что-то заметил. Солдат и оба колдуна дружно повернули головы к Белому Ручью. Затем посмотрели в противоположную сторону. По тракту кто-то шёл. Одинокая фигура, с виду человеческая. Чёрная с зелёным.
- Творец и Пророк! - Дюран вскочил. И бросился навстречу, забыв про осторожность.
Безухая шагала по заснеженной дороге механически, как деревянная фигурка стражника, виденная Дюраном в детстве на ярмарке. Она переставляла ноги, едва сгибая их в коленях, пошатываясь на каждом шагу.
- Безухая! - воскликнул Дюран, подбегая к ней. Девушка словно бы и не заметила солдата, полностью сосредоточенная на том, чтобы сделать ещё шаг. Её зелёный плащ был порван в клочья, на комбинезоне виднелись разрезы и проколы, края которых подозрительно блестели - однако поди пойми, есть ли на чёрной ткани кровь...
- Безухая! - на сей раз Бернард встал перед эльфийкой, положил ей руку на плечо. Девушка наконец-то остановилась. Подняла взгляд. Секунду её жёлтые глаза были совершенно стеклянными, но вот, егерь моргнула - и взгляд сделался осмысленным.
- Кхакх... - Безухая издала гортанный звук, похожий на слабый смешок. Её колени подломились, и девушка завалилась вперёд.
- Пекло! - Бернарду пришлось отбросить меч, чтобы подхватить её. Тотчас рядом оказались оба колдуна.
- Давайте мы поможем! - Мориц сунулся было к Дюрану, но тот отпихнул мага локтем:
- Меч мой подбери.
Поднять на руки эльфийку для солдата не составило труда. Она всегда казалась изящной, как точёная статуэтка, а теперь стала будто бы ещё легче. Бернард отметил, что меч и кинжал егеря в ножнах, а вот лука при ней нет, да и колчан за спиной пуст. Что же с ней стряслось?...
Симон обогнал их, добравшись до Белого Ручья несколькими минутами раньше. Так что у ворот деревни вместе со стражниками Дюрана встретил старик Базиль.
- Давай её ко мне, - коротко сказал лекарь.
В доме Базиля уже был расчищен большой деревянный стол, куда Дюран уложил девушку.
- А теперь - кыш, не мешайтесь, - командирским тоном распорядился старик. - Будете нужны - позову.
Бернард до боли стиснул челюсти, однако спорить с лекарем не стал. Далеко, впрочем, тоже не ушёл. Примостился на дощатой скамье под стеной дома, натянул на уши берет, закутался в тёплый плащ - и стал ждать. Симон, потоптавшись несколько минут рядом, неловко извинился и ушёл. Мориц же устроился рядом с Дюраном, также молча запахнул плащ.
Ожидание длилось недолго - едва ли миновал час. Старик-лекарь выглянул из дверей своего дома, заметил солдата и мага, пальцем поманил к себе. Когда они подошли, сказал:
- Ничего опасного, жить будет.
Бернард ощутил, как у него в груди распускается туго стянутый клубок стальной проволоки, мешавший дышать всё это время. Мориц также испустил вздох, полный неподдельного облегчения. Спросил:
- Так что с ней?
- Колотые и резаные раны, неглубокие, в основном, - лекарь вышел за порог и прикрыл дверь, чтобы не выпускать тепло. - Потеря крови. Ушибы, синяки. Думаю, трещины в костях, но тут уж точно не скажешь. Переломов нет. Вывих правой руки в плече был, она сама себе вправила, похоже. По голове получила один или два раза, череп выдержал. Но мелкие трещинки тоже могут быть.
- Она сражалась с кем-то? - предположил Дюран.
- Похоже на то, - кивнул Базиль. - Я в таком состоянии вашего брата-эспадона видывал, когда он через строй пикинёров прорубится. И ещё...
Старик протянул Дюрану какой-то небольшой предмет:
- Это было у неё в руке зажато. Еле пальцы разжал, чтобы достать. Перчатки у неё хорошие, а то бы острым углом точно ладонь проткнуло.
- Что это? - Мориц вытянул шею.
- Значок с гербом, - Бернард взял у лекаря угловатый предмет, формой напоминающий крохотный щит. - Такие всякая знать на доспехи цепляет. Она что, с жандармом подралась?
Базиль в ответ только пожал плечами. Поскрёб ногтями жуткий шрам на лице:
- Пока пусть лежит у меня. Думаю, до завтра проснётся, тогда сможет объяснить что-нибудь... ну, как она умеет...
...- Нет, Дюран, такая экспедиция невозможна, боюсь, - вежливо, но твёрдо, ответил господин Арно, староста Белого Ручья. Они с Бернардом сидели за обеденным столом в доме старосты, где обычно собирался деревенский совет. Сейчас их было только двое - даже семья Арно занималась делами во дворе.
- Но... - Дюран поиграл желваками. - Вы уже немного знаете Безухую. Она ничего никому не объясняет, зато видит больше прочих. Раз она куда-то сорвалась и вернулась вся избитая, принеся это значок - значит, это важно. Это связано с... происходящим вокруг. Может, она что-то поняла о поведении тварей. Надо пойти по её следам, как следует подготовившись.
За прошедшую ночь эльфийка так и не очнулась. Дюран, в свою очередь, не сомкнул глаз ни на секунду, обдумывая ситуацию. Волнение и бессонница наградили его зудящей жаждой действия, так что утром, справившись у Базиля о состоянии девушки, солдат поспешил к господину Арно. Где сразу получил отказ.
- Наших сил едва хватает, чтобы обеспечивать порядок в Белом Ручье, - терпеливо объяснил староста. - Нужно защищать людей внутри стен, людей вне стен, и быть готовыми к конфликту между людьми. Мы не знаем, как поведут себя беженцы, если увидят, что ополчение и стража покинули Ручей. Отец Максимилиан скажет, что не стоит вводить слабых духом во искушение.
- Я... понимаю, - Дюран подавил вздох.
- Давай дождёмся, пока девушка очнётся, - примирительно поднял руку Арно. - А там уже решим.
Выйдя из дома старосты, Бернард встал посреди улицы, не зная, куда идти. Сидеть на месте он не мог. Опять проведать Безухую и Базиля? Сходить к колдунам? С ними не заскучаешь. Или начать потихоньку собирать вещи? Пожалуй, так. Если Безухая не придёт в себя скоро, Дюрану стоит пойти по её следу самому. Может, удастся привлечь кого-то из охотников, да и Симон наверняка согласится помочь. Тогда...
- Дзинь-дзинь-дзинь-дзинь!
Бернард вздрогнул. Оглянулся. Небольшой колокол на сторожевой башенке при воротах надрывался, звеня без умолку. Такого ещё не бывало. О беженцах и путниках часовой сообщал криком, о угрозах вроде одиночных монстров - подув в охотничий рожок. Но колокол?
- Бом-м-м! Бом-м-м!
Звону у ворот вторил колокол церкви.
- Демоны и Пекло! - Дюран сорвался с места, жалея, не завёл привычку таскать двуручный меч с собой даже внутри деревни. Сейчас у него при себе был только короткий тесак в ножнах.
Солдат за минуту добежал до ворот, взлетел по приставной лесенке на стрелковую площадку. И сразу увидел то, что так напугало часового. По дороге к воротам Белого Ручья колонной по два ехали всадники в доспехах. Человек пятьдесят, если не больше. Все в одинаковых белых латах, каких Дюран ещё не видел прежде. А над головой колонны реял столь же незнакомый флаг, украшенный изображением белой совы...
* * *
Отряд всадников приближался шагом, нарочито медленно, давая себя как следует рассмотреть. За это время на стрелковых галереях и сторожевых башенках собрались почти все важные люди деревни, кроме лекаря.
- Дюран, кто это? - спросил господин Арно, вставая рядом с Бернардом. Староста нахлобучил один из круглых железных шлемов, недавно выкованных деревенским кузнецом для ополченцев. Выглядел он в нём забавно - будто котелок на голову напялил.
- Первый раз такое знамя вижу, - признался солдат. - По доспехам - кирасиры из коронных полков, только зачем-то латы покрасили.
- Не... дезертиры очередные? - Арно уставился на конников, словно надеясь взглядом прочитать их мысли и угадать намерения.
- Творцу ведомо, - хмуро пожал плечами Дюран. - Но снаряжение в порядке, строй держат хорошо, кони ухоженные, сами чистые. Люди, которые полгода ночуют в лесу и живут со случайных грабежей, так не выглядят. Это солдаты.
- Только вот зачем они тут... - протянул староста.
- Угу, - Дюран только кивнул.
За сотню шагов до ворот отряд развернул строй из колонны в тройную линию. За полсотни шагов конники по команде разом остановились. Вперёд выехали двое - офицер в шлеме с пером и знаменосец. Подъехав к самым створкам запертых ворот, офицер поднял голову и крикнул:
- Есть тут староста?!
- Ну я! - Арно вытянул шею и подался вперёд, выглядывая из-за частокола. Бернард напрягся - стрелков среди незваных гостей видно не было, однако солдат на всякий случай приготовился пихнуть старосту в укрытие.
Офицер сунул руку в седельную суму, достал оттуда свиток, развернул и показал людям на стене. Прочесть, что там написано, с такого расстояния смогла бы разве что Безухая, однако золочёные уголки бумаги и красная сургучная печать внизу были видны всем.
- Я - лейтенант Шарль де Крозье из роты Белых Сов, - сообщил офицер, придав своему голосу торжественности. - Именем королевы Виттории объявляю, что прежний сюзерен этих земель, граф Вильгельм де Силлен, признан изменником и придан казни! Его земли конфискованы в пользу короны, и с этого дня переходят под прямое королевское управление!
Наступила долгая тишина. Жители Белого ручья обменивались растерянными взглядами - услышать нечто подобное они явно не ожидали. За последние месяцы люди привыкли, что весь мир сводится к ним, лесам вокруг, и кишащим там тварям. О том, что у земель есть сюзерен, обязанный их защищать, что где-то существует столица, а в ней - королевский трон, все как-то позабыли. Наконец, господин Арно спросил:
- Какая ещё королева Виттория?!
Офицер, успевший свернуть свою золочёную бумажку и положить на колени, взмахнул свитком, словно жезлом:
- Королева Виттория, избранная Высоким Советом после свержения узурпатора Огюста. Ныне законная королева Дерта.
- Сейчас скажут, что они приехали за налогами, - шепнул старосте Дюран.
- И что мы сделаем? - вздохнул господин Арно, поправляя криво сидящий на голове шлем. - Даже от этой полусотни едва ли отобьёмся, а если это правда новая власть в столице, могут прислать ещё солдат...
- Передайте весть о новой королеве в прочие селения графства, - продолжил тем временем офицер, слегка понизив голос. - Откройте ворота и разместите наш отряд. Ваша деревня будет использована как временная база королевских сил для оценки ситуации в графстве и приведения его к порядку.
Дюран видел, как господин Арно колеблется. Староста покусал губу, сжал кулаки. Наконец, ответил:
- От лица жителей Белого Ручья я передаю поздравления нашей новой королеве. Мы с огромной радостью донесём весть о её коронации до своих соседей. Но, боюсь, деревня не может разместить у себя воинский отряд. Если вам что-то нужно, мы постараемся помочь, чем сумеем. Однако просим вас разместиться где-нибудь ещё.
Дюран напрягся. Старосте стоило бы посоветоваться с другими деревенскими старшинами, прежде чем принимать такое решение. Оно могло обернуться очень плохо. Однако после Ночи Огня глава Белого Ручья привык быть почти что самостоятельным правителем близлежащих земель, и это сказывалось. Мечник внимательно следил за лицом офицера внизу. Реагировал лейтенант де Крозье... странно. Он явно колебался. Нахмурился, похлопал себя свитком по ладони. Оглянулся через плечо. Так, словно позади был ещё кто-то, выше него рангом, от кого следовало ждать указаний.
И действительно, из-за спин латников в белом выехали ещё два всадника. Всадницы. Дюран вскинул брови.
Первой ехала совсем юная девушка, не старше двадцати лет. Хорошенькая, стройная, с короткими тёмными волосами, в круглых очках. Одета она была в чёрный комбинезон, почти такой же, какой носила Безухая. Только дополняли его перчатки выше локтя и сапоги до середины бедра. На плечах у девушки был тёплый зелёный плащ, что усиливало сходство с нарядом егеря, на голове - берет, украшенный совиным пером и серебряной бляшкой. За девушкой следовала женщина постарше, в чёрном мужском костюме, воронёной кирасе и стальных наручах. Если у девушки в очках Бернард заметил на поясе тоненькую "городскую" шпагу, старшая женщина носила тяжёлый боевой клинок в паре с длинным кинжалом. Да и ехала она на боевом жеребце, крупном и злом даже с виду. Один глаз женщины был прикрыт повязкой.
Девушка остановилась рядом с лейтенантом де Крозье, что-то негромко сказала ему. Подняв взгляд на сгрудившихся за частоколом деревенских, повысила голос:
- Господин староста, могу я узнать ваше имя?
- Ну... Арно я. - Глава Белого Ручья выглядел заметно сбитым с толку.
- А я - Роза Гранчи, - представилась девушка. Затем, словно вспомнив о чём-то и спохватившись, добавила: - Донна Роза Гранчи... э-э... графиня де... э-э...
Женщина в чёрной кирасе наклонилась в седле, шепнула девушке на ухо.
- Графиня де Жюсо! - выпалила юная донна. - Королева Виттория назначила меня главой Комиссии по противодействию магическим бедствиям. А Белые Совы, хотя и выполняют сейчас королевский приказ, находятся под моим командованием.
Она слегка привстала в стременах. Дюран отметил про себя, что в седле донна Роза держится уверенно - как человек, ездивший много и подолгу.
- Мессир Арно, - девушка подняла руку. - На перекрёстке дорог к северу отсюда мы создали временную базу снабжения. Одна из задач моей комиссии - оценить положение селений в разных частях королевства и определить, в какой помощи они нуждаются. Если вы позволите мне осмотреть деревню, поговорить с вами и жителями селения, то уже завтра сюда могут быть доставлены продукты и медикаменты. Я видела лагерь беженцев с другой стороны деревни. Помощь вам определённо не помешает.
Люди за частоколом начали шептаться. Голоса были чаще встревоженные и испуганные, но Дюран различил и несколько радостных. Ожидаемо. Люди боятся довериться невесть кому, однако в глубине души надеются, что услышанное - правда. И что они теперь не одни перед лицом всех опасностей этой зимы.
- Драться с ними мы всё равно не сможем, - вполголоса напомнил Бернард господину Арно. - Но если получится не впускать их без драки - хорошо. Нужен компромисс.
- Ага, - согласился глава Белого Ручья, не сводя взгляда с женщин у ворот. - Донна Роза! Мы не можем принять на постой отряд конницы, однако, конечно же, будем рады, если вы посетите нашу деревню. Любые нужные вам сведения я с радостью предоставлю.
Женщина в кирасе снова наклонилась в седле и что-то зашептала девушке. Та выслушала её, улыбнулась. Заметив эту улыбку, воительница тут же скривилась, будто угадав, что донна Роза скажет что-то, что ей не понравится.
- Отличное предложение, мессир Арно! - говоря это, девушка всё ещё улыбалась. - Вы позволите мне взять с собой Жанну?
Она указала на воительницу:
- Жанна мой телохранитель, она очень огорчается, когда я пытаюсь от неё сбежать и побыть одна.
Названная Жанной фыркнула и поджала губы.
- Конечно, донна! - закивал господин Арно, даже не пытаясь скрыть облегчение. - Будьте нашими гостьями!
Донна Роза сделала короткий повелительный жест. Лейтенант де Крозье салютовал ей по-военному, как старшему офицеру, развернул коня назад. Вместе со знаменосцем он вернулся к своему отряду, а минуту спустя полусотня кирасир уже снова строилась в колонну, теперь чтобы ехать в обратном направлении.
- Они разобьют лагерь у дороги, вы сможете видеть его со сторожевых башен, - пояснила юная донна для наблюдающих за этим деревенских.
Когда всадники удалились достаточно, господин Арно распорядился открыть ворота - ровно настолько, чтобы пропустить всадниц по одной. Как только женщины очутились внутри, ворота снова закрылись...
...Совет проходил на привычном месте - за обеденным столом в доме старосты. Теперь кроме обычных членов деревенского совета здесь присутствовали и гостьи, а жена господина Арно подавала на стол.
- Признаться, я очень обрадовалась, увидев целую и невредимую деревню, - сказала донна Роза, отпивая подогретого вина из серебряного кубка. Этот кубок староста достал откуда-то из тайника под половицей - видимо, нечасто у него случались визитёры столь высокого положения, чтобы потчевать их из драгоценной посуды. - Слишком много... иных случаев мне попадалось до сих пор.
- Трудами здесь присутствующих, - господин Арно смиренно склонил голову. - Отец Робер вспомнил своё воинское прошлое, чтобы учить наших ополченцев, а мессир Дюран - опытный борец с чудовищами. Он прежде служил в отряде Живой Святой, и его навыки оказались бесценны для нас в этот тёмный час.
- Живой Святой? - девушка глянула на Бернарда со смесью удивления и любопытства. - Какой именно?
- Это... не важно, - проворчал Дюран, отводя взгляд. Дёрнул же демон старосту за язык... - Она мертва.
- Ох... мне жаль, - донна Роза, кажется, искренне смутилась и расстроилась. - Но... вам стоит поговорить с одной моей знакомой. Впрочем, это позже.
- Да... вы не расскажете, что сейчас происходит в королевстве? - сменил тему господин Арно, понявший, что ляпнул лишнего.
- В разной мере - то же, что и здесь. - Юная донна сделала ещё глоток из кубка. - Опустошение и разорение, беззаконие, выбросы сырой магии, чудовища. Временный Совет королевства объединился с союзниками из Коалиции и сверг короля Огюста как узурпатора. Также мы отразили вторжение Империи. Совет избрал новую королеву - Витторию Моракс. Она раньше состояла в королевском суде, и одна из первых выступила против узурпатора. Теперь... - Девушка легонько повела плечами. - Теперь можно заняться внутренними проблемами. Моя комиссия создана именно для этого. С разбойниками, дезертирами и остатками сторонников узурпатора разбирается королевская армия. На мне - более сложные последствия войны.
- И вы можете предоставить нам помощь? Едой и лекарствами? - подал голос молчавший доселе старик Базиль.
- Это первое, что мы сделаем, - кивнула девушка. - Как только оценим количество людей здесь, число раненых и больных, доступное жильё и ваши собственные запасы. Кроме того, сюда прибудут лекари. На время я могу даже вызвать мага-целителя, но только если в том будет острая нужда.
- Это... отличные новости, - расплылся в улыбке господин Арно. - Хотите ещё вина?
Донна Роза жестом отказалась, и сказала:
- Но учтите, если у вас есть излишки любого ресурса... хоть обработанной древесины, хоть сушёных грибов... мы можем попросить вас предоставить их кому-то ещё. Ресурсы короны очень ограничены, и мы изыскиваем их где только можем. То немногое, что уцелело после войны, необходимо распределять между нуждающимися. Разумеется, мы не оставим вас самих голодными, но, если у вас чего-то много - я попрошу вас объяснить, где и как вы собираетесь это применить.
Дюран не удержался, хмыкнул. Что ж, чего-то такого он ждал с самого начала беседы. Хотя прозвучало всё куда мягче и сдержанней, чем он опасался. Тем не менее, солдат искоса глянул на Жанну. Телохранитель юной донны не села за стол со всеми - она стояла за спиной хозяйки, сложив руки на груди. Сейчас эти руки в чёрных перчатках чуточку опустились, кончики затянутых в блестящую кожу пальцев практически касались рукоятей шпаги и кинжала. Взгляд единственного глаза воительницы пробежался по комнате и... зафиксировался на Дюране. Ну да, из присутствующих он явно и несомненно самый опасный. Бернард криво усмехнулся женщине. Та в ответ приподняла уголок губ - едва-едва заметно. "Нелегко с ней будет", - мелькнуло в голове Дюрана. Он слышал, что для девочек из знатных семей часто готовят служанок-телохранителей, умеющих и драться, и фехтовать. Однако эта Жанна... была чем-то иным. Совсем-совсем иным. Не просто женщина, которую научили обращаться с оружием. В её взгляде ощущалось что-то... что Дюран видел в глазах иных лесных тварей. Его пробрал холодок.
- Но может до этого и не дойдёт, - голос донны Розы, мягкий и спокойный, заставил Дюрана вздрогнуть и перевести на неё взгляд. - Будь нужно просто известить вас о новой королеве и провести оценку ваших запасов, я бы не прибыла сюда лично, и не привела бы столько солдат.
Девушка наклонилась вперёд, опёрлась локтями о стол:
- Возможно, скоро нам придётся эвакуировать Белый Ручей и окрестности.
- Эва... что? - не понял господин Арно. - Простите, донна?
- Эвакуировать, - повторила девушка. - Собрать людей и увести отсюда. Потому что в этих лесах таится что-то, с чем ещё не сталкивалась даже моя комиссия...
* * *
Карта выглядела очень и очень кустарно - никаких завитушек на буквах и рисунков диковинных зверей на полях, никакой изысканной розы ветров. Простой чертёж местности, набросанный чьей-то твёрдой рукой. Кажется, даже без инструментов вроде линейки, просто грифелем по толстой бумаге. Дюран видывал такие карты прежде, ещё в армии - их обычно составляли разведчики из рот лёгкой конницы или эльфы-егеря, уточняя детали, не показанные на планах большего масштаба. Не будучи офицером, Бернард всё же умел "читать" карты, и по рисунку рек сразу узнал окрестности Белого Ручья. Он даже нашёл точку, обозначающую саму деревню, прежде, чем донна Роза ткнула в неё пальцем:
- Вот. Мы сейчас здесь.
Не отрывая тонкий палец, затянутый в кожу перчатки, от бумаги, девушка прочертила прямую линию на юг:
- А вот наша проблема.
Проблема выглядела как несколько концентрических кругов, кривовато нарисованных в самой чаще леса, вдали от любых известных Дюрану поселений.
- Около месяца назад драконий рыцарь, проводивший воздушную разведку региона, отметил странное поведение своего дракона здесь, - продолжила юная донна. - Снизившись, он сам ощутил беспричинную тревогу и головную боль. В штабе комиссии решили послать туда же дракона, чей всадник был магом-наблюдателем.
Дюран кивнул. Этот термин был ему знаком благодаря работе со свитой Живой Святой, где всегда имелось несколько церковных колдунов. Маги пятой ступени, они же маги-наблюдатели, были настолько слабы, что вообще не умели творить волшбу. Зато потоки магической энергии они видели не хуже своих более сильных собратьев. Встречались они столь же редко, как маги первой ступени.
- К сожалению, нужный рыцарь освободился не сразу. - Донна Роза почесала в затылке и слегка поджала губы, словно чувствуя себя виноватой. - Когда же он приблизился к тому месту, то... ну... он описал это как сильную и грубую атаку ментальной магией.
- Чего? - не понял господин Арно. И тут же виновато кашлянул в кулак. - Э-э, простите, миледи...
- Кто-то пытался подчинить его волю магией, - глазом не моргнув, объяснила девушка. - Однако более опытные маги, выслушав его показания, пришли к выводу, что это было нечто иное. Скорее... он попал в поле ментального давления... э-э-э... - она замялась, подбирая слова. - Ну вот представьте, что вы стоите возле церковного колокола, когда тот звонит. Это не крик, обращённый к вам. Колокол звонит не для вас, звук идёт во все стороны, и всё же вы оглохнете.
- Ага... - неуверенно протянул деревенский голова. Дюран же снова кивнул. Он-то как раз понял.
- И точка на карте - источник... "звука"? - уточнил он.
- Да, - донна Роза перевела взгляд на солдата. - Около недели мы вели воздушное наблюдение с безопасной дистанции. Удалось определить радиус поля и его центр. Также заметно, что маги ощущают его сильнее. И неразумные существа тоже. На людей-немагов оно практически не влияет. Но радиус растёт - каждый день.
- А чем это опасно для нас? - спросил отец Робер. - Ежели на людей оно практически не действует.
- Во-первых, мы не знаем, какой эффект будет от долгосрочного воздействия. - Девушка с готовностью повернулась к нему. - Во-вторых, воздушная разведка выявила нетипичное поведение искажённых магией существ. Они стекаются со всего леса к источнику поля, а затем расходятся оттуда группами.
- Смешанными группами? - Дюран пожался вперёд, даже привстал со скамьи. - Группами из разных чудовищ?
- Да, насколько я поняла доклады, - подтвердила юная донна. - Это всё создаёт крайне туманную ситуацию. Людям можем угрожать и само поле, и нападение монстров, привлечённых им. Я собираюсь организовать экспедицию к источнику угрозы, а попутно, если устранить его сходу не получится, вывести из угрожаемой области людей.
- Но вы хоть что-то узнали о источнике этого... поля? - заговорил старик Базиль.
- Там есть некий источник магической энергии. Сильный. Неясного происхождения. - Донна Роза пожала плечами. - Маги опасаются приближаться, немаги видят только деревья. Лес там очень густой. Дракону сесть негде.
- И вы пойдёте туда пешком? Сама? - Отец Робер смерил недоверчивым взглядом девушку. Несмотря на егерский костюм, выглядела та очень "домашней". Её легко было представить за столом в какой-нибудь канцелярии, но никак не прорубающейся через заросли с клинком в руке.
- Я буду не одна, - донна Роза просто улыбнулась и чуть откинула голову, чтобы посмотреть на Жанну.
Дюран несколько секунд колебался. Затем, решившись, сказал:
- У нас есть здесь эльфийка-егерь. Мы с ней вместе служили Живой Святой. Несколько дней назад она ушла по следу стаи тварей. Как раз в том направлении. - Солдат постучал пальцем по кругам на карте. - Вернулась раненой и принесла это.
Он достал из кармана и выложил поверх карты похожий на щит значок. Донна Роза наклонилась, близоруко прищурилась, разглядывая вещицу.
- Это рыцарский значок с гербом, - пояснил Дюран.
- Да, знаю, - не отводя взгляда от щитка, кивнула девушка. - Это... герб семьи де Кармон. Драконьи рыцари. - Невесть отчего смутившись, словно оправдываясь, она пояснила: - Я с некоторых пор в этом разбираюсь... по личным причинам.
- Это что-то вам даёт? - спросил Бернард. Ему очень хотелось, чтобы выходка Безухой оказалась не бесполезной, и полученные ей раны - не напрасными.
- Надо подумать, - донна Роза взяла значок со стола, взвесила на ладони. - Мне бы побеседовать с этой эльфийкой.
- Она... не может говорить, - Дюран стиснул челюсти.
- Думаю, это тот самый случай, когда я могу вызвать сюда мага-целителя, - девушка ободряюще улыбнулась Бернарду. - О ней позаботятся.
- Она... вообще не может говорить. - Солдат глубоко вздохнул. - У неё нет языка.
- Ох... - Юна донна прикрыла рот ладонью. - Мне жаль. Это...
- Но она же может писать? - Внезапно вмешалась ни разу до сих пор не подававшая голоса Жанна. - Все эльфы поголовно грамотные, даже их крестьяне.
- Я в любом случае вызову целителя, - прервала её донна Роза. - И... ещё кое-кого полезного. Они прибудут как можно скорее. У Белых Сов есть клетка с почтовыми голубями. Мессир Арно, мы можем переночевать у вас? Завтра прибудет целитель, а мы приступим к осмотру селения и планированию экспедиции. Тогда же и попробуем поговорить с раненой.
- Конечно! - глава деревни закивал. - К вашим услугам, миледи!...
...Белый Ручей стоял на оживлённой лесной дороге, и был достаточно велик, чтобы иметь полноценный трактир. Правда, комната на втором этаже там была одна-единственная, зато просторная и неплохо обставленная. Какое-то время её занимал Дюран. Где в деревне жила Безухая, никто не знал - кажется, эльфийка обычно ночевала на крышах разных домов, в амбарах и скотниках, каждый раз в новом месте. Как она ухитрялась при этом оставаться чистой и ухоженной - тоже представлялось загадкой. Когда в селение потянулись беженцы, трактир отдали тем из них, кто был посостоятельней, Дюран же перебрался на его чердак. Видавшему виды солдату и там было неплохо, разве что потолки оказались низковаты. Бернард получше законопатил щели, обустроил лежанку вблизи печной трубы, идущей с первого этажа. Там было тепло и по-своему уютно.
Однако этой ночью солдату не спалось. Мириад мыслей роился у него в голове. Возвращение Безухой, кирасиры в белом, юная донна из столицы, неясная угроза в лесах... Всё это сплеталось в клубок. И какая роль здесь была у Дюрана? Его не оставляло ощущение, что Единый не просто так поместил его в это место, в этот самый момент. Глупо считать себя избранником Единого, однако если Творец даёт тебе шанс - его нужно увидеть и использовать. Не настал ли тот самый час искупления, к которому Дюран так долго шёл?
С закатом пришла буря. Ветер выл за стенами трактира, за круглым окошком чердака, прикрытым ставней. Бернард плотнее укутался одеялом, придвинулся к тёплой печной трубе, всё ещё погружённый в раздумья. Сон не шёл, и против воли солдат начал вслушиваться в завывания вьюги. Неожиданно его кольнуло беспокойство. Что-то... не то... в голосе буре было что-то... неправильное. Лишнее. Дюран зажмурился, напрягая слух.
Треск. Не хруст снега, не треск промёрзших ветвей на ветру. Другой.
- Пророк милостивый... - выдохнул Бернард. - Выстрелы.
Стреляли где-то далеко, не в деревне. Но много и часто. В лагере кирасир? У некоторых из них были седельные кобуры, где могли уместиться аркебузы.
Дюран сел, откинул одеяло. Не тратя времени на то, чтобы разжечь лучину, принялся одеваться. Солдат почти закончил, когда в свист ветра вплёлся отчаянный вопль.
- А-а-а-а!...
Кто-то кричал так, как кричат только последний раз в жизни. Совсем рядом, около деревенских ворот. Потом крик резко оборвался.
- Пекло! - Дюран одним рывком затянул оружейный пояс с ножнами тесака, подхватил прислонённый к стене двуручник, и скатился вниз по лесенке. В проходе второго этажа его уже ждала Жанна с обнажённой шпагой в руке. Из приоткрытой двери гостевой комнаты выглядывала донна Роза - полностью одетая, только без перчаток.
- Что случилось? - спросила она, неуклюже пытаясь застегнуть перевязь со шпагой.
- Оставайтесь здесь! - вместо ответа бросил Дюран, мчась дальше.
Он одним рывком преодолел первый этаж, выскочил на улицу. Вьюга хлестала потоками снега, колкого, как битое стекло. Солдату пришлось прикрыть глаза запястьем, чтобы не ослепнуть вмиг. Утопая по щиколотку в свежем насте снега, он огляделся. В белесом мраке метались какие-то фигуры непонятной формы - то ли люди, то ли чудища. Слышались жуткие звуки, в которых за воем ветра сложно было различить - человеческие голоса это или рычание искажённых тварей. Наконец, Дюрану удалось рассмотреть цепочку трепещущих огней - факелы, горящие над воротами и частоколом. Солдат поспешил туда. Он успел сделать несколько шагов, когда на него выскочил тёмный силуэт. Примерно человеческих очертаний, силуэт был сгорбленный и крылатый, словно горгулья с фасада имперского собора, потому Дюран рубанул его мечом без колебаний. Клинок перебил одно из крыльев, тварь дико завизжала и кубарем укатилась обратно, во тьму. Ещё несколько шагов... а вот и ворота. Открытые.
Бернард не сразу поверил своим глазам. Засов был снят и валялся в снегу, створки ворот распахнуты внутрь. У основания сторожевой башенки тёмной кучей лежало тело караульного, на котором пировали ещё две крылатые твари.
- Пшли! - Бернард рявкнул на них, будто на голубей, махнул двуручником. Ближайшую тварь он смёл первым же ударом, вторая отскочила, рыкнула, расправляя крылья... и опрокинулась на спину со стрелой в глазнице.
- А? - Бернард обернулся.
Безухая шагнула к нему из мрака. Эльфийка была в своём чёрном комбинезоне, однако чётко выделялась на фоне вьюжной ночи, словно её фигуру что-то подсвечивало. Всегда убранные в толстую косу, сейчас её светло-русые волосы были распущены, и ветер играл ими.
- Дура, шапку надень! - выдохнул Бернард первое, что пришло на ум.
Эльфийка в ответ слабо улыбнулась солдату, сделала жест "внимание вперёд".
- Демоны и Пекло! - буркнул Дюран.
Он прошёл мимо трупа караульного и встал в проёме ворот. Там, в темноте, что-то шевелилось. Массивные, четвероногие тени, увенчанные коронами рогов, собирались перед входом в посёлок.
- Так... - Бернард провёл рукой в перчатке по замёрзшим губам, убирая снег с усов и бороды. - Безухая, попробуем закрыть ворота пока они... Безухая?
Оглянувшись, он понял, что девушка не пошла за ним. Она вскарабкалась на сторожевую вышку, но караульной площадки ей показалось мало, и эльфийка ловко взобралась выше, на острую дощатую крышу.
- Что ты делаешь? - перекрикивая шум бури, проорал Бернард. На ответ он не надеялся, конечно. Безухая, хорошо различимая в свете факелов, тем временем подняла голову и вскинула руку. Дюран тоже посмотрел вверх. Несколько мгновений он не видел ничего, затем в белесой мути урагана наметился крохотный разрыв, в котором промелькнуло звёздное небо. Один-единственный лучик серебристого света протянулся к земле - и тут же угас. Но когда солдат опустил глаза, то увидел, что в вытянутой руке Безухой мерцает таким же лунным сиянием стрела.
- Язычница клятая! - рявкнул Бернард.
Однако девушка его не услышала. Или сделала вид, что не слышит. Она натянула лук и выпустила сплетённую из лунного света стрелу точно вверх, в небо. Синеватый росчерк пронзил пелену бурана, вырвался из неё и расцвёл сотней ярких огней того же оттенка, как фейрверк в праздничную ночь.
Десяток ударов сердца ничего не происходило. Безухая замерла на крыше башенки, Дюран - в проёме распахнутых ворот. Рогатые тени вдалеке пришли в движение, сделались ближе...
Под хлопанье крыльев ещё большая тёмная фигура опустилась с небес, вздымая вокруг себя вихри снега. Огромный угольно-чёрный дракон опустился перед воротами Белого Ручья. А с его спины соскользнула высокая фигура в сияющих золотым пламенем доспехах и выхватила из ножен ослепительно пылающий огненный меч...
* * *
Дракон, оттолкнувшись всеми четырьмя лапами, снова взмыл в воздух. Сияние полыхнуло ярче, вырывая из буранной тьмы пространство перед воротами. Фигура латника слилась в один вертикальный язык неподвижного золотого огня, свет резал глаза, но Дюрану казалось, что он может различить каждую пластинку доспехов на незнакомце. Незнакомке. Ведь эти... или точно такие же латы он видел каждый день на протяжении добрых десяти лет.
Рогатые тени отшатнулись, попятились, но не обратились в бегство. Они рассыпались цепочкой, держась края освещённого круга. Потом одна, самая крупная, всё же решилась шагнуть вперёд. Золотой огонь метнулся ей навстречу. Из него выросли пламенные крылья, широко распахнулись. Огонь оторвался от промёрзшей земли, взмыл вверх... И метнулся вниз, угасая, снова превращаясь в фигуру человека в мерцающих доспехах. Человек с высоты в четыре своих роста обрушился на спину дерзкого чудовища, вонзил тому в загривок меч. Рогатая тварь умерла мгновенно, не издав и звука. Она грузно рухнула, где стояла, а золотой свет будто выжег укутавшую монстра тень. Теперь Бернард видел, что это просто изуродованный сырой магией олень. Шкура облезла с его головы, обнажив кости черепа, рога разрослись, превратившись в путаницу острых шипов, из боков торчали концы сломанных рёбер.
Смерть вожака не обратила остальное стадо в бегство. Чудовища заметались вокруг человек в латах, издавая полные ярости вопли, тряся рогатыми башками. Золотая фигура спокойно выпрямилась, замерла около трупа вожака, держа длинный меч наизготовку. А Дюрана наконец-то отпустило оцепенение.
- Во имя Господа, мать вашу! - выкрикнул он, и помчался вперёд, чувствуя, как на щеках замерзают слёзы. Над головой солдата свистели стрелы.
Первая заградившая ему путь тварь сразу отскочила вбок, отрывисто взвизгивая - из её глазницы торчало древко стрелы. Второй Бернард подсёк передние ноги ударом двуручника. Пропустил мимо себя рухнувшее в снег тело, сделал ещё рывок, и встал плечом к плечу с латником.
- Спасибо, - глухо донеслось из-под опущенного забрала шлема. Голос был незнакомый, но, разумеется, женский. Дюран не ошибся. В ответ солдат только кивнул. Поудобнее перехватив рукоять меча обеими руками, он быстро огляделся. Крылатых тварей не видно, рогатых ещё штук семь. По-прежнему спасаться бегством не собираются, кружат, словно волки, а не олени. В раскрытых воротах Белого Ручья какое-то движение, мелькают факелы, блестит сталь шлемов и копейных наконечников. Однако деревенская дружина скорее всего ограничится тем, что займёт ворота. Если отец Робер уже взял командование, то выйти в чистое поле ополченцам он не даст.
- Госпожа, отходим к деревне, - быстро произнёс Дюран, не переставая следить за рогатыми тварями. Те, опять-таки, совершенно по волчьи, смыкали круг.
- Согласна, - голос был не только незнакомый, но ещё и старше, чем Бернард ожидал. Да... это было наваждение - когда солдату показалось, что он видит её. И всё же рядом с ним сейчас стояла одна из Живых Святых.
Стоило мечнику и Святой сделать несколько шагов, как одно из чудовищ атаковало. Дюран и Святая разошлись в стороны, ударили разом - словно отрабатывали этот маневр много раз. Наверное, так оно и было отчасти - прежняя госпожа Дюрана сражалась точно так же. Бернард подсёк одну ногу монстра, женщина полоснула огненным мечом ей по морде. Тварь свалилась неуклюже, ломая собственные рога о землю, забилась, завыла, слепая и искалеченная. Остальные тени подались назад, всё же не размыкая кольца.
На дороге застучали копыта. Много разом, и так близко, что гул ярящегося ветра уже не заглушал звука. Дюран развернулся на каблуках к новой угрозе, выставил двуручник остриём вперёд...
Всадник в белых латах вылетел из снежной мглы, наставляя копьё. Снег вился за ним, подобно плащу. Всадник вогнал копьё в бок рогатой тени, сломал его с треском, промчался мимо.
За первым конником следовали новые и новые. Кто-то сшибся с рогатым монстром, кто-то проскакал мимо, рубя мечом, кто-то осадил коня и вскинул аркебузу. Затрещали выстрелы. Ещё два чудовища упали. Остальные наконец-то сдались, припустили прочь - и едва ли не моментально пропали из виду, растаяв в вихрях снега.
- Не преследовать! - рявкнул кто-то командирским голосом.
Один из кирасир подъехал к бьющейся покалеченной твари, ударом копья пригвоздил её похожую на череп голову к земле. Другие развернули строй фронтом, прикрывая ворота Белого Ручья от возможной новой атаки. Однако сбежавшие чудища не спешили назад. Бой действительно закончился. А в деревне только теперь, позже уже некуда, забил набат.
- Уфх... - в бою Бернард сам не заметил, как взмок, и теперь спешно вытер с лица ледяную испарину. Уперев меч остриём в землю, опустился на оба колена перед Живой Святой, склонил голову:
- Святейшая госпожа...
- Встань, солдат.
Рука в латной перчатке коснулась затылка Бернард. Мечник послушно поднялся, встретился взглядами со Святой. Она сняла золотой шлем, и без него оказалась красивой, но совершенно обычной женщиной лет тридцати. Приятное лицо, светлые волосы, собранные в хвост, голубые глаза, белесые веснушки... или это снег на лице? Однако Бернард знал, как обманчива эта внешность. Перед его взглядом всё ещё пылали огненные крылья.
- Я не смею стоять перед вами, госпожа, - выдавил он сквозь сжавший горло спазм.
- А если нечистые снова нападут, ты будешь сражать их, стоя на коленях? - Святая усмехнулась, совершенно по-солдатски ткнула Дюрана кулаком в плечо. - Я - сестра-командор Ангела из ордена святой Ангелы Вирийской. Идём со мной, солдат. Расскажешь, где учился так сражаться...
* * *
- ...и вот, я здесь. Мы здесь. - Закончив рассказ, Дюран бросил взгляд на скамью у стены, где сидела Безухая. Комбинезон эльфийки был спущен с плеч, и над ней хлопотал старик Базиль, зашивая открывшиеся раны. Безухая сидела прямо, со стеклянными глазами, и даже не вздрагивала, когда игла лекаря вонзалась в её плоть.
- Мда... - негромко произнесла сестра Ангела, устроившаяся напротив Бернарда. Она облокотилась о край столешницы, опёрлась подбородком о сплетённые пальцы. На несколько секунд задумалась.
Кроме них четверых в обеденной комнате дома старосты никого не было. Сам господин Арно наводил порядок в деревне, его семья спряталась где-то в спальне, лишь с опасливым почтением поприветствовав Живую Святую.
- Я... не знаю, всегда ли мы правильно поступали, - выдавил, наконец, Дюран, смущённый молчанием женщины в золотых латах. - Но я старался... и Безухая, мне кажется, тоже.
- Вы правильно поступили в главном, - сестра-командор подняла на солдата взгляд, улыбнулась. - Вы оба выбрали исполнять свой долг даже тогда, когда некому было с вас спросить. Здесь, полагаю, найдётся немало людей, которые возьмутся свидетельствовать за вас пред Пророком в час суда.
- Тех, кто засвидетельствует против, всё ещё больше. Всегда будет больше. - Раньше при этих словах бывший эспадон королевской армии нахмурился бы, сейчас же просто пожал плечами. Свои грехи он принял давно, сейчас же окончательно смирился с тем, что его жизни не хватит на их искупление. - Но это не важно. Я делаю это не ради себя.
Он снова бросил взгляд на ушедшую в себя Безухую, не слышавшую и не видевшую сейчас ничего вокруг. Сказал, всё же понизив голос:
- Единственное, о чём жалею - не смог до сих пор одолеть упрямство одной язычницы. Может, вы с ней поговорите? Душа у неё добрая, но Творца не принимает.
- Быть может, достаточно того, что Творец принимает её. - Живая Святая улыбнулась чуть шире, в её голубых глазах сверкнули искорки. - Я спешила сюда, но погода не позволяла дракону сесть ночью. Всадник уже хотел поворачивать назад, когда мы увидели яркий свет. Это она подала сигнал, как я поняла?
- Да, - кивнул Дюран. - Я не знаю, как, но похоже на зачарованную стрелу. Видел такие в войну.
- Я ведь маг. - Сестра Ангела легонько повела плечами. - Я вижу магическую энергию. В этой вспышке её не было.
- То есть...
- На алхимию тоже не похоже. Может, это чудо. - Всё ещё улыбаясь, женщина наклонила голову к плечу, посмотрела солдату в глаза. - А всякое чудо - от Единого, даже если подано через чьё-то посредничество.
В сенях-тамбуре хлопнула внешняя дверь, затем распахнулась внутренняя, и в трапезную вошла донна Роза, сопровождаемая неизменной Жанной. Обе женщины отряхнули свою одежду в тамбуре, однако на их плащах и беретах всё ещё оставался снег. Вьюга к рассвету только-только начала слабеть.
- Я не поздоровалась с вами толком, сестра, - юная донна тепло улыбнулась Живой Святой. Вообще, этой девушке улыбка была очень к лицу. Её очки моментально запотели, так что Роза сняла их и принялась тереть линзы пальцами, затянутыми в перчатку.
- Пустяки, - сестра-командор отмахнулась коротким жестом кисти. - Как обстоят дела? Моя помощь нужна где-то?
- Берегите силы, - донна Роза опустилась на стул, стащила с головы берет и положила на колени. Жанна встала у неё за спиной, знакомо скрестив руки на груди. - Пока всё спокойно.
В трапезную заглянула жена господина Арно. Увидев новых гостей, суетливо поспешил к печке, принялась стучать там посудой. Роза же продолжила, надев согревшиеся очки:
- Пока картина складывается такая. Стая летучих тварей напала на часовых Белого Ручья, перебила их, потом принялась носиться по деревне, сея хаос. Попутно они как-то открыли ворота. Стадо искажённых оленей в то же время прошло к Белому Ручью по дороге. На пути им попался лагерь Белых Сов, где случилась стычка. Но твари не стали задерживаться и поспешили дальше, к деревне. У Белых Сов один убитый и двое раненых, в деревне погибло семеро, раненых считают. Лагерь беженцев за стеной твари не тронули.
- Это очень странно, - заметил Дюран. Солдат подавил в себе лёгкое раздражение - ему хотелось ещё поговорить с Живой Святой без посторонних. Однако это было глупое желание - есть дела более важные и срочные. - По моему опыту, чудовища скорее напали бы на толпу безоружных людей, а не на солдат или укреплённое селение. Да и ввязавшись в драку с солдатами они бы или дрались до конца, или сбежали.
- Значит, они шли не просто за мясом, - буркнула Жанна, окидывая людей за столом взглядом исподлобья.
- Согласен, - кивнул её Бернард. Он уже понял, что угрюмая воительница не просто телохранитель юной донны. Телохранители не вмешиваются в беседы хозяев так вот запросто. - И к Белому Ручью прежде стаи не приходили, только отдельные блуждающие твари. Их сюда что-то привело.
- Полагаю, она. - Донна Роза кивком указала на эльфийку, всё ещё безучастно застывшую на скамье. Базиль заштопал вскрывшиеся раны девушки, и теперь втирали в них какую-то мазь из деревянной коробочки.
- Безухая? - Дюран тоже оглянулся на эльфийку. - Почему?
- Она побывала где-то, где много магии. - Сестра Ангела потёрла подбородок двумя пальцами, в свою очередь разглядывая егеря. - Я вижу следы на её одежде и волосах.
- И принесла странный трофей, - добавила Роза. - А уходила она по следам одной из стай, как вы сами рассказали.
- Вы считаете, она была у источника этого... - Дюран замялся.
- Магического поля, - пришла на помощь юная донна. - Да. Она не маг, и поле не должно было сильно ей помешать. Она побывала там, что-то нашла и вернулась, раненая. А за ней пришла погоня.
- Звучит интересно, но ничем не обосновано. Одни рассуждения, - фыркнула Жанна. "Она точно не телохранитель", - окончательно решил для себя Бернард.
- Мне тут другое важным кажется, благородные донны и святая сестра, - внезапно подал голос старик Базиль. Закончив с ранами эльфийки, лекарь утёр пот со лба и принялся аккуратно застёгивать комбинезон девушки. - Твари просто увязались по её следу или их кто-то направил?
- А кто мог направить... тварей? - Жанна уставилась на старика единственным своим глазом.
- Творцу ведомо, - ответил Базиль, не оборачиваясь. Он поправил воротник-стойку егерского комбинезона, легонько похлопал Безухую по щеке и отстранился. - Но по следу твари уж больно далеко и долго тащились. Через населённую местность, не отвлекаясь, даже отстав на несколько дней. И не помню, чтобы чудища раньше снимали часовых да ворота открывали.
- Летучие твари были прежде людьми, у них могла сохраниться остаточная память, - рассеянно пробормотала донна Роза, явно думающая о чём-то другом. Уставившись на поданный женой старосты стакан горячего травяного отвара, донна погладила ладонью свой влажный от истаявшего снега берет, лежащий на коленях. - Их поведение и создание смешанных стай можно объяснить комплексом естественных причин, которые нам пока неизвестны...
- А можно и не объяснять, - Жанна криво ухмыльнулась. - Может это правда кто-то их натравливает на людей.
- Может, - отстранённо согласилась донна Роза. Теперь она смотрела на Безухую, чей взгляд начал делаться осмысленным. Эльфийка вздрогнула всем телом, села, мотнула головой. Принялась осторожно ощупывать себя, первым делом коснувшись груди и бёдер.
- Леди егерь, - негромко, твёрдом голосом позвала донна Роза. - Вы меня слышите?
Безухая уставилась на неё, по кошачьи сжалась, вжав голову в плечи.
- Я из Дерта, меня зовут Роза Гранчи, - всё тем же тоном представилась девушка в очках. - Я прибыла от лица короны, чтобы помочь здесь. Со мной солдаты и припасы. И я хочу избавить эти места от угроз. Вы узнаёте это?
Девушка протянула руку Дюрану. Тот, верно поняв, положил ей на ладонь значок с гербом драконьего рыцаря. Роза показала его эльфийке. Так немного расслабилась, кивнула.
- Вы можете составить письменный отчёт о том, как его получили и где? - продолжала донна. - Я читаю на эльфийском, и пойму текст, если вы не станете использовать сложные выражения.
Безухая смотрела Розе в глаза и медленно моргала. Снова совершенно как кошка.
- Ладно, - донна взяла значок двумя пальцами, помахала им в воздухе. - А вы можете проводить нас туда, где это достали?
Эльфийка так же медленно кивнула. Роза обернулась к своей мрачной спутнице:
- Жанна, немедленно готовим экспедицию. Чую, только полусотни кавалеристов нам не хватит. Пиши запрос в комиссию на воздушное сопровождение, магическую поддержку и снаряжение для особо сложных ситуаций. Под мою личную подпись.
- Вы собираетесь... - начал Бернард, но юная донна кивнула, не дав ему договорить:
- Мы пойдём в лес, мессир Дюран. Хотите с нами?
Солдат бросил взгляд на Живую Святую. Та улыбнулась ему. И Дюран хмыкнул:
- Ещё спрашиваете, миледи...
* * *
Строго говоря, всю историю Дерта со времён Пророка именно Живые Святые и их воинствующие ордена боролись с различными бедами, вызванными магией, демонами и прочим подобным. Никто лучше них не знал, как вести себя в местах, искажённых сырой энергией, заселённых эфирными хищниками, проклятых и потерянных для смертных. Проведя годы на службе ордена, Бернард Дюран хорошо освоил методы церковных отрядов и выучил их историю. Потому сейчас, наблюдая за действиями людей донны Розы, он особенно ясно сознавал, что времена изменились.
Живые Святые сами были оружием против сил зла. Они шагали во врата Пекла и закрывали их, сметая по пути любые препятствия. Их отряды лишь обеспечивали поддержку, следя, чтобы ничто не мешало Святым по пути к главной цели. Но прежде и проблемы, для решения которых привлекали Святых, были локальными. Сейчас же в Пекло провалился весь мир. И Комиссия по предотвращению магических бедствий действовала совершенно иначе.
Уже на следующий день после нападения на Белый Ручей в деревню прибыли сразу два дракона, высадившие нескольких военных магов и целителя. Последний сразу же, повинуясь распоряжению юной донны, занялся Безухой. Ещё через день начали прибывать войска, повозки, припасы. Мессир Арно и словом больше не заикался о том, чтобы не пускать солдат в Ручей. Впрочем, на постой те и не просились - разбили лагеря вокруг деревни. Дюран насчитал две роты пехоты, полсотни лёгкой конницы и ещё полсотни кирасир в белых латах в добавок к тем, кто уже был здесь. Лёгкие кавалеристы занялись беженцами, организовав их сопровождение куда-то в сторону главного лагеря на перекрёстке дорог. В помощь им выделили часть прибывших с солдатами обозных телег. Другие же повозки люди Комиссии взялись переделывать, крепя на борта деревянные щиты и какие-то амулеты. На третий день с нападения отряд выступил.
Десяток укреплённых повозок катились по дороге колонной, в промежутках между ними маршировали пехотинцы. По сторонам ехали кирасиры Белых Сов, держа на коленях заряженные арбалеты и аркебузы. В повозках на тюках с припасами сидели маги и солдаты, вооружённые какими-то длинными ружьями чуть поменьше крепостных - один из бойцов сказал Дюрану, что это эльфийское изобретение под названием "мушкет". Высоко в небе, едва заметные на фоне вечной облачной плёнки, мелькали крылатые тени драконов.
Дюрану и Безухой выделили лошадей, чтобы они могли не отставать от сестры Ангелы, возглавлявшей колонну. Так что бывший эспадон королевской армии мог в полной мере оценить то, как отряды Комиссии движутся через лес. Живая Святая вовсе не была центром этого движения - колонна лязгала и клацала металлом, стучала колёсами и скрипела деревом в такт, словно прекрасно отлаженный механизм без лишних деталей. Какая-то не в меру глупая тварь сунулась к людям - и её смело свинцом прежде, чем Дюран успел разглядеть существо за кустами подлеска. По пути встретился узкий отрезок тропы - несколько военных инженеров за четверть час выворотили огромное старое дерево заложенным под корни взрывным амулетом, открыв дорогу повозкам. Тропу перерезал овраг с крутыми стенами - солдаты быстро соорудили помост из досок, имевшихся в одной из телег, подпёрли его толстыми балками. Когда стемнело, Безухая указала удобное место для стоянки. Телеги поставили кольцом, амулеты на их бортах замерцали синим и алым цветом, создавая видимый даже взгляду простого человека барьер вокруг бивака. Лагерь ощетинился мушкетными стволами и укрылся защитными чарами. До самого утра людей никто не побеспокоил.
Утром колонна так же быстро и слаженно перестроилась в походный строй, двинулась дальше. Перед этим армейские маги раздали всем какие-то амулеты из медной проволоки - для защиты от воздействия на разум, как пояснила сестра Ангела. Сама она в амулете не нуждалась - её золотые латы обеспечивали любую мыслимую защиту от магии.
- Это определённо перст Творца, что я встретила вас здесь, - сказала Святая Дюрану и Безухой за завтраком. - Перебрасывать сюда мою обычную группу поддержки было бы долго и затратно по времени для драконьих рыцарей. Я уже думала, что придётся брать в сопровождение Белых Сов, и не чаяла встретить на месте того, кто умеет биться вместе с кем-то вроде меня.
- Да, святейшая, - Бернард даже замер на миг, не донеся ложку с горячей кашей до рта. Кивнул серьёзно. - Так оно и есть, я думаю.
Безухая только дёрнула обрубками ушей, не отвлекаясь от еды.
На второй день удобные тропы кончились, но какое-то время колонна ещё двигалась по руслу замёрзшего ручья, протянувшегося в нужном направлении. В конце концов и оно кончилось буреломом, который разбирать пришлось бы очень долго. Здесь поставили ещё один лагерь, и снова заночевали под защитой телег. Утром третьего дня продолжили движение пешком, оставив в лагере кирасир и лошадей. Там же остались Роза с Жанной. Юная донна порывалась идти со всеми, однако её мрачная помощница просто ткнула пальцем в улыбающуюся сестру Ангелу:
- Вот. Человек, который всю жизнь занимается такими вещами. Ты собираешься путаться у неё под ногами в ответственный момент?
Донна Роза с тяжким вздохом опустила голову и махнула рукой, сдаваясь.
Даже в пешем строю отряд Комиссии сохранял синхронность и отлаженность механизма. Две сотни человек продвигались сквозь заросли, сохраняя гибкий строй, в котором каждого бойца всегда видели трое или четверо товарищей, где в любую сторону моментально могли повернуться несколько ружейных стволов, где всегда рядом был хотя бы один военный маг.
Лес же становился не столько гуще, сколько... страннее. Дюран не мог описать это иначе. Стволы молодых деревьев искривлялись, кора старых то словно покрывалась мехом, то выглядела как крупная чешуя. Однажды, обходя стороной шипастой дерево, всё ощетинившееся острыми иглами, Бернард осознал, что это дуб.
- Воздействие сырой магии, безусловно, - сказала сестра-командор, тоже взглянув на дуб с шипами. - Не самая большая доза, однако длительное время. Месяцы уж точно.
- То есть - энергия поступает постоянно, понемногу? - уточнил Дюран.
- Да, - кивнула женщина. - Хотя вокруг я сейчас ничего не вижу. Может, заражены подземные воды.
Чем дальше, тем меньше становилось нормальных деревьев, тем больше изуродованных стволов. Сестра Ангела запретила солдатам заходить в кусты и касаться веток. Это ещё больше замедлило продвижение, однако ослушаться Живую Святую никому в голову не пришло.
- Странно, что тут совсем нет тварей, - в какой-то момент заметил Дюран. - Не верю, что мы шумом всех распугали. Хватает настолько кровожадных или тупых, что атакуют и группу людей.
- Если наши догадки верны, то это нормально, - хмыкнула церковная воительница. Она положила ладонь на рукоять меча в ножнах, постучала большим пальцем по рубину в навершии. - Вот представь, солдат. У тебя есть войско, но оно рассеянно по большой площади. А к тебе движется группа врагов. Что ты станешь делать, если не тревожить врага мелкими ударами?
- То есть... - Бернард нахмурился.
- Всё ещё впереди, - заверила его Святая.
Уже начинались сумерки, когда они вышли к цели. Перед ними раскинулась полоса выжженной земли с поваленными стволами давно мёртвых деревьев, а за ней - странное переплетение чёрных ветвей разной толщины, сплошной стеной в три человеческих роста. Словно целая роща слилась в один гигантский куст, иных сравнений в голову Дюрану не приходило. Над чёрной рощей метались быстрые силуэты крылатых тварей. А на опушке просто кишели создания бескрылые - десятки, если не сотни, всех мыслимых форм и размеров.
- Отряд, к бою! - скомандовала сестра-командор. Её приказ повторили офицеры. Пехотинцы без суеты и спешки начали строиться в линию, плечом к плечу, выставляя алебарды и протазаны. За их спинами стрелки раздували фитили ружей. Живая Святая вышла вперёд строя, сопровождаемая Дюраном и Безухой. Обнажила меч. Бронзовый клинок начал медленно разгораться, укутываясь золотым свечением.
Твари по ту сторону просеки заметили людей, заметались. Воздух наполнился рёвом, визгом, воем, какой, пожалуй, можно слышать только в Пекле, когда орды демонов сцепляются друг с другом, терзаемые вечным голодом. Волна искажённых тел покатилась к строю людей. А сестра Ангела... улыбнулась. Не своей обычной ласковой и тёплой улыбкой. Иначе.
- Именем Господа! - рявкнула женщина так, что за всем воем и визгом её услышали ближайшие солдаты. Воздела пылающий огнём меч над головой. И опустила.
На опушку чёрной рощи обрушились громы и молнии.
* * *
Несколько мгновений казалось, что сам Творец откликнулся на слова Живой Святой. Столбы пламени, огненные шары, ветвистые голубые разряды энергии били с неба, взрывали землю, расшвыривая чудовищ, испаряя снег. Но затем над головами солдат пронёсся, широко расправив крылья, чёрный дракон, за ним - ещё два, с красной чешуёй. И Дюран понял, что сестра-командор взмахом меча просто подала сигнал воздушной поддержке, всё это время незримо прикрывавшей отряд сверху.
- Солдаты! За мной! - Сестра Ангела с лязгом опустила забрало шлема, перехватила рукоять меча двумя ладонями и бросилась вперёд. Дюран последовал за ней молча, стиснув зубы.
Строй солдат врубился в поредевшую орду тварей. Первым у них на пути очутилось создание, похожее на оленя, чья запрокинутая назад голова приросла к спине, а на выгнутой шее образовалась зубастая пасть. Сестра-командор одним ударом пламенного меча подсекла передние ноги твари, Бернард двуручником разрубил упавшему существу пасть-шею. Они почти не сбавили шага. Рядом солдаты рубили чудовищ алебардами, разряжали в упор аркебузы, тоже стараясь не останавливаться.
Опушка чёрной рощи горела. Они вошли прямо в огонь, клинками отбрасывая тлеющие ветви, преграждающие дорогу. Разряды боевых амулетов драконьих рыцарей буквально проломили дыры в шипастой стене, окружавшей рощу. И здесь, под сводом переплетающихся кривых веток, Дюран впервые ощутил, как в его разум словно вонзились ледяные иглы. Это была странное и жуткое ощущение. Казалось, кто-то взял саму ярость, ненависть, страх, злобу, и выковал из них острые иголки, которыми теперь тыкал в мысли Бернарда. Закусив губу, мечник шагал рядом с сестрой Ангелой, чьи доспехи мягко светились золотым светом, разгоняя мрак вокруг. Скоро ему стало не до того, чтобы вслушиваться в свои ощущения.
С одного из деревьев на них глянули совиные глаза - прямо из ствола, вросшие в кору вместе с клювом и пучками перьев. Из-под коры вырвались гибкие щупальца, хлестанули по ним. Дюран срубил мечом одно, Безухая, уже сменившая лук на меч и кинжал, отвела клинком в сторону другое. Живая Святая же просто сделала шаг к дереву, положила на него ладонь в золотой латной перчатке... и сухой чёрный ствол вспыхнул, как спичка. Совиный клюв испустил пронзительный визг, щупальца задёргались беспорядочно. Сестра Ангела небрежно отмахнулась от них мечом, прошла мимо объятого огнём создания.
На них прыгали мелкие твари сверху. К ним тянулись острые клешни из подлеска. Им перекрывали дорогу колючие заросли. Они не останавливались, работая клинками. Строй пехотинцев превратился из фронта в клин с Живой Святой на острие, а Дюран и Безухая всё время были возле неё.
А потом лес кончился. Они вышли на круглую поляну, окружённую мёртвыми, давно засохшими дубами, и увидели это. Огромную гору бесформенной плоти, над которой как парус над палубой вздымалось вертикально вверх крыло дракона. Сестра-командор остановилась, и Дюран вместе с ней. Он потрясённо выдохнул. Свет почти не пробивался сюда сквозь сомкнутые, оплетённые колючей лозой кроны дубов, однако латы Живой Святой горели ярко. И в их сиянии мечник смог разглядеть детали. Чешуйчатая шкура двух цветов, когтистые лапы, сломанные крылья... Кажется, два дракона сплелись вместе, и кошмарная сила сырой магии перемешала их в единое омерзительное творение. Одна драконья голова, красная, была видна сбоку, вторая, видимо, крылась где-то внутри искажённого тела. Стоило людям ступить на поляну, как голова дракона распахнула пасть, испустила яростное шипение. И иглы ненависти, до того коловшие сознание Дюрана, глубоко вонзились в его разум, причиняя безумную боль.
- Агх-х!... - Бернард упал на колени, хватаясь за голову. Меч лязгнул оземь рядом. За спиной Дюран слышал крики боли и звон железа - солдатам пришлось не лучше. Выданные армейскими магами простые амулеты уже не защищали от воздействия такой силы. Даже сестра Ангела пошатнулась, приложила ладонь к шлему - хотя её доспехи и собственные навыки должны были отражать почти любую магию. Рыча сквозь зубы, силясь не потерять остатки сознания, Дюран краем глаза заметил движение. Безухая.
Немая эльфийка выглядела совершенно нормально. Бросив короткий взгляд на Дюрана, она быстро зашагала вперёд, побежала... с разбегу запрыгнула на трепещущую груду драконье плоти, ловко вскарабкалась на самый её верх. У основания торчащего вверх крыла наклонилась, погладила что-то кончиками пальцев. И боль, пронзавшая разум Бернарда, начала угасать.
- Что за... - выдохнул мечник, отнимая ладони от висков.
Безухая, продолжая гладить нечто невидимое, свободной рукой сделала знакомый Дюрану жест: "Ко мне".
- Ох-х... - Бернард подхватил двуручник, попытался встать. Сестра Ангела поддержала его под локоть. Пока пришедшие в себя солдаты восстанавливали строй, охватывая поляну защитным кольцом, мечник и Живая Святая вдвоём приблизились к чудовищному созданию. Драконья голова не подавала больше признаков жизни. Дюран повернулся было к ней, вскидывая клинок. Однако Безухая замахала рукой, повторила жест "Ко мне". Выругавшись под нос, Бернард неловко начал карабкаться по боку существа, хватаясь за омерзительные выросты, отростки, складки шкуры.
- Надеюсь, это стоило того, язычница, - хрипло выдохнул мечник, очутившись рядом с эльфийкой. И сразу понял, что - стоило.
Из основания нелепо торчащего крыла росло человеческое лицо. Почти нормальное, не искажённое сырой магией лицо безусого юноши, едва ли не мальчишки. Ниже лица виднелась уходящая под драконью плоть часть человеческого тела с ключицами, обтянутыми остатками белого кожаного костюма драконьего рыцаря. Лицо смотрело на Безухую абсолютно безумными глазами, губы его шевелились. Дюран скорее прочёл по ним, нежели услышал: "Вернулась... вернулась...".
-Ты... была здесь! - понял мечник. - Тот значок рыцаря! Это его!
Девушка приложила палец к своим губам, веля Дюрану молчать.
- Позвольте... - тихо раздалось рядом, и Бернард посторонился, давая место сестре Ангеле в её массивных латах.
Живая Святая посмотрела на сросшееся с чудовищем лицо юноши. В её голубых глазах мелькнула боль - но лишь на короткое мгновенье. Она положила ладонь на лоб рыцаря, сказала, всё так же вполголоса, не глядя на Бернарда и эльфийку:
- Спасибо вам за всё. Дальше я сама.
...Уже совсем стемнело, а сестра-командор всё ещё оставалась на спине чудовища, сияя мягким золотым светом. Ни одна тварь больше не приближалась к людям, чёрная роща затихла. Но солдаты сохраняли бдительность, держа кольцо оцепления, раздувая фитили аркебуз. Егерь и мечник снизу наблюдали за сестрой Ангелой, готовые прийти на помощь, если потребуется. Однако вмешаться им не пришлось. Когда ночная мгла сомкнулась вокруг поляны, и даже деревья вне круга света от Живой Святой сделались едва видны, на спине чудовища сверкнула багровая вспышка магического пламени. Драконья голова существа открыла глаза, широко распахнула пасть... и застыла. Вся гора плоти словно обмякла.
Живая Святая неловко, с видимым трудом, спустилась по боку существа наземь. Её золотые доспехи поблекли.
- Ни одна душа не должна покидать этот мир без утешения и исповеди, - произнесла женщина, убирая меч в ножны. Его бронзовый клинок тоже больше не горел. - Дело сделано. Надо прислать сюда людей из лагеря, с бочками масла. Всё здесь нужно сжечь.
Она встретилась взглядами с Бернардом, вымученно улыбнулась:
- А теперь... вы поможете мне добраться до лежанки? Я сегодня очень... очень устала.
Договорив, она внезапно начала валиться вперёд, и Дюран едва успел подхватить сестру-командор прежде, чем та рухнула ничком.
* * *
- ...Без подробного вскрытия детали узнать сложно, а мы решили обойтись без него, - говорила донна Роза, потягивая чай из большой глиняной чашки. - Если Живая Святая просит вас сжечь что-то как можно скорее, вы не задаёте лишних вопросов, а ищете огниво и трут.
Сидящая за тем же столом сестра-командор фыркнула в кулак. Донна Роза же поправила очки и продолжила:
- Под сгоревшей плотью мы нашли остатки некого магического устройства. По моим догадкам, в Ночь Пламени наш драконий рыцарь сбил дракона Империи, нёсшего один из этих амулетов, которыми имперцы сжигали наши города. Имперский всадник погиб в бою, а драконы и наш рыцарь - нет. Они вместе рухнули здесь, и лежали, искалеченные. Пока энергия из повреждённого устройства искажала их тела.
- Такой судьбы не пожелаешь врагу, - буркнул Дюран.
- Безусловно, - согласилась девушка. - Три организма слились в один, получивший ментальные магические способности. Не знаю, что с ними точно происходило, но это они испускали зов, привлекавший тварей, и как-то контролировали их. Человеческий разум и остатки его знаний слились с драконьим сознанием, всё это сдобрили боль, ужас, гнев... Не хочу думать о таком... - она невесело усмехнулась. - Хотя это теперь моя работа, как раз о таком и думать.
- Что будет теперь с тем устройством? - спросил мечник. - Вы же его тут не оставите?
- Нет, конечно, - кивнула донна. - Мы экранируем утечку магии и вывезем устройство в безопасное место, где его разрядят и очистят.
- А потом изучат конструкцию? - криво ухмыльнулся Дюран.
- Скорее всего - да, - не стала отрицать девушка. - Но этим буду заниматься уже не я. Моё дело - ликвидировать угрозу жителям этих мест. И я это сделала, смею надеяться. Белый Ручей не придётся эвакуировать.
- Миледи. - Дюран склонил голову. - Я благодарен, что вы сочли нужным всё мне разъяснить, ведь я лишь простой солдат. Но только ли ради этого вы меня сегодня вызвали?
В обеденной зале мессира Арно их сейчас было всего четверо - Бернард, Роза, Ангела и неизменная Жанна, стоящая за креслом своей госпожи.
- Не только, - кудрявая девушка достала из кармана кусок белой ткани, на которой чем-то чёрным, вроде угля, были нарисованы незнакомые Дюрану изящные знаки. - Утром ко мне приходила ваша подруга, Безухая. У неё на плече был большой дорожный мешок. Кажется, она ушла из Белого Ручья.
- То есть? - растерянно выдохнул Бернард. - Куда ушла?
- Не знаю, - пожала плечами донна. - Судя по припасам - куда-то далеко. Мне она отдала это. Как я поняла, это для вас.
Дюран посмотрел на белый лоскут. Знаки на нём ничего не говорили мечнику.
- Что это, миледи? - спросил он.
- Вообще, это староэльфийский, - донна Роза коснулась тряпицы кончиком указательного пальца. - И насколько мне хватает моих знаний, это имя. Женское, эльфийское. Лэграта.
- Лэграта... - как зачарованный, повторил Дюран. - Значит, Безухая...
- Возможно, - прервала его Роза. - Но... имя написано в традиции эпитафии. Это очень эльфийская штука, в людских языках аналогов нет. В общем, так пишут только имена мёртвых.
Долгую минуту они сидели в тишине. Потом сестра Ангела тихонько откашлялась:
- На самом деле позвать вас просила я. Но Безухая ушла, и теперь здесь только ты. И моё предложение - тебе, солдат. Вступай в мой отряд. Я буду рада видеть тебя рядом.
Дюран поскрёб бороду, всё ещё ошарашенный всеми свалившимися на него новостями. Взглянул на ласково улыбающуюся сестру-командора, перевёл взгляд на окно, где за мутными пластинками слюды двигались силуэты. Была середина дня, на площади Белого Ручья, с краю которой стоял дом старосты, люди донны Розы раздавали еду сельчанам, попутно составляя их список. Наконец, мечник покачал головой:
- Такое предложение - большая честь для меня. Но... я устал от путешествий. В Белом Ручье всегда будет нужен лишний клинок.
- Понимаю, - кивнула Живая Святая. - Что ж, я ещё наведаюсь сюда. А если передумаешь - просто отправляйся в столицу. В резиденции нашего ордена всегда знают, где меня искать.
Распрощавшись, Дюран вышел на крыльцо. День был светлый, несмотря на затянувшую небо облачную плёнку. Лёгкий морозец кусал щёки. По крыше соседнего дома бежал большой серый кот. Дети лепили из снега нечто большое и круглое, слабо похожее на обычную снежную бабу. Бернард глубоко вдохнул и медленно выдохнул, выпустив облачко пара. У него было ещё много дел. Но он больше не хотел гоняться за искуплением по всему миру. Он мог быть полезен и здесь - так долго, как только потребуется. А ещё... ему предстояло здесь кое-кого дождаться. Он надеялся, что ждать не придётся до старости - ведь людской век короток, и иные создание могут плохо это понимать...