Рассвело. Вышло солнце. Все в голубоватой дымке. По соседнему метромосту пошли поезда. Первые автобусы с редкими пассажирами.
Люди группками покидают Белый дом. "Защитники". То ли уставшие от бессонной ночи, то ли спешащие на работу.
Омоновцев спешно выводят из гостиницы. Они садятся в автобусы и куда-то уезжают. Какой-то человек в синем плаще подбегает к оставшимся водителям, показывает удостоверение с красной корочкой и отдает распоряжения. Затем "синий плащ" убегает.
4 октября, 6 часов 45 минут.
Со стороны Белого дома раздается стрельба. Бронетранспортеры цвета камуфляж врываются на территорию белого дома, окружая здание мэрии и гостиницы "Мир". Стрельба ведется из крупнокалиберных пулеметов. Из машин камуфляжного цвета выскакивают солдаты и цепочкой разбегаются, укрываясь за парапетами.
"Хорошо, что их делали на совесть, из гранита" - думаю я.
Стрельба нарастает. Запылал автобус, стоящий с той стороны набережной. Черные клубы мажут небо.
На Кутузовском появляются бронетранспортеры управления. Их два. Столько же боевых разведывательно-дозорных машин.
На "броне" люди в форме и в "гражданке". Все с оружием.
- Откуда?
- Таманская дивизия, - отвечает полковник.
- А в "гражданке"?
- Тоже наши, но только бывшие "афганцы".
Суета. Офицеры ругаются и отгоняют корреспондентов. Колонна трогается. Успеваю запрыгнуть на одну из машин.
4 октября, начало восьмого утра.
Министр обороны России окружен какими-то людьми "гражданке". По выправке военные. В руках автоматы, пистолеты Стечкина, снайперская винтовка. Ее берет в руки министр. Через оптический прицел рассматривает Белый дом.
Метров с тридцати нас снимают западные корреспонденты. Придворные лизоблюды министра отталкивают друг друга, давая возможность журналистам получше запечатлеть министра в этот момент.
- Павел Сергеевич, здравствуйте, я когда-то начинал у вас службу в Кабуле, - я подлизываюсь, но говорю правду, чтобы меня не вытолкнули взашей. - Теперь я журналист.
Грачев улыбается, протягивает руку. Охрана расступается.
- Будут ли переговоры?
- Отпереговаривались. Хватит.
- Принимают ли участие в штурме части госбезопасности и МВД?
- Нет. Только армия.
- Какое количество людей?
- Не очень большое. Но их достаточно.
Стрельба вокруг Белого дома нарастает. Министру обороны приносят бинокль.
- Да долбаните вы по пятому этажу! - со злостью говорит Грачев.
(На пятом этаже находится кабинет Руцкого. - О. Б.)
Раздается грохот. Это "работает" крупнокалиберный пулемет БРДМ.
Министр улыбается. Я от стрельбы непроизвольно пригибаюсь.
4 октября, после 8 утра.
Сижу за парапетом на мосту. Стрельба вовсю. "Защитники" огрызаются. Слышны гранатометные разрывы. Метрах в пяти от меня ребята - спецназовцы. Посвистывают пули.
Рядом со мной журналист из Голландии. Учу парня, как надо выглядывать, закрывая голову руками. Со стороны мы, наверное, как два идиота, особенно на фоне тех, кто в полный рост лицезреет действие.
Гремят танки. Они уже как час стоят на Кутузовском, но к мосту не подходят.
- Что они там думают? - злится спецназовец, который переполз ко мне. - Они уже должны пойти.
На мосту, спрятавшись за столбом, сидит мужик и смотрит на белый дом. Видны вспышки крупнокалиберных пулеметов бронетранспортеров.
- Эй, приятель, вон тот дом видишь? Там на крыше снайпер. Ты к нему спиной сидишь. Подстрелит.
- Не-а, - мужик качает головой. - Вы на ту сторону посмотрите. Там человек двадцать к нему ближе сидят.
Мы смеемся.
4 октября, 8 часов 55 минут.
На мосту горит "баррикадный" троллейбус. Стрельба вокруг Белого дома интенсивнее. Спецназовцы, которые возле него, отрываются от парапетов и бегут обратно к бронетранспортерам.
С противоположной нам стороны горит мэрия. Несколько людей выскакивают из нее и торопятся к Белому дому. Через некоторое время человек шестьдесят в камуфляжной форме бегут вслед за ними. Начинается отчаянная автоматная стрельба.
- Наши, наши пошли на штурм, - говорит спецназовец.
- Вас готовили к нему?
- У нас каждый день подготовка. Называются занятия "Штурм здания".
4 октября, после 9 утра.
Танки Кантемировской дивизии выходят на набережную. Целятся. Начинают стрелять. Стараются попасть в герб или же в часы.
Два танка выползли на мост. Стволы опущены так низко, что, кажется, направлены на нас.
- Слышь, - говорит один спецназовец другому,- давай перейдем, а то ненароком какой-нибудь тупорылый в нас попадет.
Мы переползаем, в то время как десятки людей все подходят и подходят в полный рост к мосту: женщины с детьми, подростки, мужчины. Короче говоря - любопытствующие, абсолютно не принимающие того, что их в любой момент могут убить.
Корреспондентов - огромное количество: фотоаппараты, видеоаппаратура, диктофоны.
И я со спокойной совестью отправляюсь в редакцию, зная, что обо всем остальном я смогу узнать от других.