Мама сидела в кресле и рассеянно смотрела в телевизор. Папа читал газету. Классический такой Папа - с газетой и в спортивных стареньких штанах.
Дверь в комнату распахнулась, явив растрепанную Светку. К животу она прижимала кошку, крепко подхватив ее под передние лапы. Кошка Дж возмущенно смотрела перед собой, повиснув и выпятив пушистый серенький живот.
Светка подперла собой дверь и скривила рот, отчаянно глядя на Маму. Мама вздохнула и приготовилась. В дверь с другой стороны что-то крепко ударило. И еще. И - еще.
- Ма-ма! - заорала Светка, пытаясь удержать Кошку Дж и дверь, - ну, ма-ма же!!
- Ма-ма! - донеслось из-за двери.
- А Папа? - кротко поинтересовался отец, выглядывая из-за газеты.
- Уступаю, хочешь? - оживилась Мама.
- Нет, это я так, сексизм проявил. Справляйся, тебя призвали третейским судьей.
Мама снова вздохнула. Кошка Дж мяукнув, вывернулась из девчачьих рук и скрылась под маминым креслом.
- Вот видишь, - констатировал папа, - и эта туда же, к тебе!
Светка крепче уперлась в дверь попой. Но Лися был мальчиком, старше на полтора года и шансов у сестры не было. Дверь распахнулась, Светка повалилась на ковер. Лися, споткнувшись, растянулся сверху.
- Ма-ма!!! - двойной негодующий крик заставил папу сложить газету. Смотреть за развитием ситуации ему стало интереснее, чем изучать спортивную колонку.
- Я ее люблю, - рыдая, поделилась чувствами Светка, выползая из-под брата.
- Я тоже, - сообщил Лися, сжимая кулаки.
- Я - больше!
- Нет!!! Я ее кормил вчера тюлькой! И колбасой! Она ела!
- А я ей спеть только хотела песенку, а он - сразу! Уйди! - и Светка пихнула брата в бок.
- Сама уйди! Это моя Кошка! Ты еще разговаривать не умела, только слюни пускала, а мама и папа ее мне подарили. Она еще котеночком была!
- Я слюни??? - все женское в Светке потряслось до основания от такого безжалостного коварства, - а ты! А ты!!! Лиська! Ты - рыжий зато и конопатый!
- О, женщины! - констатировал Папа, - какие запрещенные приемы...
Мама нагнулась и кыскнула Дж из-под кресла. Дж сверкнула глазами на самых любящих и выходить отказалась.
- Ну, и чего же вы теперь от нее хотите?
- Покатать на машине!
- Уложить в корзинку! - хором поделились любящие.
Мама потянулась, ухватила Лисю за резинку колгот и усадила к себе на колени, обтянутые потертыми джинсами. Лися прижался к старой клетчатой рубашке, не забывая поглядывать на сестру с возмущением.
Светка, надув губу, постояла посреди ковра, подошла к Папе и залезла к нему на диван. Закопалась под руку. Папа хмыкнул, улыбнулся.
Помолчали.
- Вы забыли одну очень важную вещь, - сказала Мама, покачивая Лисю на коленках и приглаживая его тонкие рыжие волосы, - вы забыли спросить Ее Величество Кошку Дж, хочет ли она кататься на машине или спать в корзинке.
- Похоже, она не хочет, - согласился Папа, осторожно вытаскивая куклину ленточку, заблудившуюся в светлых дочкиных кудряшках.
- А... надо спрашивать? - Светка явно не задумывалась об этой стороне вопроса.
- Конечно, - Мама поцеловала Лисю в ухо, - она Кошка сама по себе. Ей надо спасибо сказать, что она согласилась жить с нами и любить нас. Захочет - уйдет. Или - улетит. И никто не сможет ее удержать.
- Но мы же ее любим, - расстроился Лися. Губы у него задрожали, - пусть не уходит! - и, подумав, припугнул, - мы будем плакать!
- Ага, - рассмеялась Мама, - вот уже и "мы" появилось!
- Перед лицом общей опасности, - согласился Папа. И предложил, - а вы ее уважайте. Не таскайте за хвост и не заставляйте делать того, чего она не хочет. И Ее Величество Кошка Дж почтит всех нас своей любовью.
Мама кивнула:
- Так и будет.
Светка тоскливо вздохнула:
- И скоро она нас... почтит?
- Да вот она!
Кошка Дж величественно вышла из-под кресла. Королева, право слово! Вот вы, читатель, смогли бы выйти с таким достоинством - из-под кресла? А она - смогла!
Огляделась по сторонам. Мягко вспрыгнула на диван и уселась возле Светки, обернув пушистым хвостом аккуратные круглые лапки. Светка ликующе посмотрела на брата и показала ему розовый лепесток языка. Лися скорбно вздохнул и повесил голову.
Мама, улыбаясь, спихнула его с колен, подтолкнула к дивану. Лися подошел и присел рядом с Кошкой Дж. Та не возразила. Лися нерешительно поднял конопатую руку, погладил Ее Величество по полосатой спине. Кошка Дж замурлыкала и подставила мальчику шейку - почесать. Лися повернулся к маме и разулыбался, блестя синими, как у нее, глазами.
- Отдых фавна на лужайке, - томно сказал довольный Папа, - пастушки и пастУшки, и - кошки, - и, зашуршав, отодвинул газету подальше, - иди к нам, хозяйка большого дома, будем наслаждаться краткими мгновениями счастья!
- Нет уж, - Мама встала с кресла и потянулась, - мне еще завтрак готовить, чтобы утром не торопиться. Вы тут понаслаждайтесь и спать. А я приду и каждого на ночь поцелую.
Через полчаса Мама тихонько зашла в детскую. Посмотрела на спящего Лисю, вынула из его кулака неудобного для спанья, но такого нужного для засыпания пластмассового индейца. Поцеловала сына в щеку и подышала теплым запахом рыженьких волос.
Подошла к Светке. Та открыла карие сонные глаза и шепотом сказала:
- Мам, а ты почему говорила, что наша Дж улетит? Разве кошки летают?
- Не все, солнышко. Наша Кошка Дж - особенная. Она летает. Сама по себе, когда захочет. И ни у кого не спрашивает.
- Вот и хорошо, что особенная, - успокоенно сказала Светка и отвернулась к стенке, - хорошо. Потому что мне снился сон один раз, что Дж летала, а я проснулась и боялась, что она упадет.
- Нет, птичка, наша Кошка не упадет. Она умная! Спи.
Мама ушла в кухню. Проверила, как ведет себя чечевица, булькающая в кастрюле. Потыкала вилкой в мясо, что тушилось в глубокой сковороде. Села на маленький диванчик и закурила. ...Устала. Скоро надо ложиться, утром рано вставать, проводить Папу на работу, отвести детей в сад. Потом придут ученики. Гаммы, упражнения.
В кухню вошла Кошка Дж. Посмотрела на маму, прыгнула на диванчик и потерлась головой о ее бок.
- Полетишь сегодня? - спросила Мама.
- Полечу, - ответила Кошка Дж.
- Будь осторожна, хорошо? Они так тебя любят.
- Не волнуйся, я давно взрослая.
- Взрослая-взрослая, умная-разумная! - улыбнулась Мама. Затянулась. И снова улыбнулась:
- Повезло нам с тобой, Твое Величество!
- Знаю, - кивнула Дж.
- А ужинать?
- Потом. Я сама. Ты не жди меня, ложись.
Мама покивала, и, поправляя падающую на глаза темную косую челку, забралась на диван. Открыла форточку.
Дж потянулась, напрягла по очереди каждую лапу, вытягивая в струнку. Вспрыгнула к открытому проему, откуда тянуло ночной свежестью. Распушила полосатый хвост и - полетела в ночь. В желтом свете уличного фонаря мелькнул серый бок и растопыренные лапы.
Мама прикрыла форточку, оставив небольшую щелку, чтоб Дж могла спокойно лапой на лету открыть и попасть домой. Посмотрела на себя в черное стекло.
Все прибрала, выключила газ, положила Кошке поесть. Ушла спать.
А Кошка Дж летела над мокрым городом, смотря на блестящие лужицы света от фонарей на черном асфальте. Ловила языком редкие капли, дергала ухом, если нечаянная капля попадала на него. Улыбалась в усы.
В знакомом окне увидела грустного полосатого Кота. Он сегодня не летал. Тосковал.
Посидела рядом. Молча. Знала - ему приятно, что она не забывает наведаться. А больше ничего не могла для него сделать. Не она была его Кошкой. Но - хоть посидеть рядышком.
Попрощалась и полетела дальше. Глядела по сторонам внимательно, запоминала.
Думала город, людей, что спят, собак, что гуляют с хозяевами или роются в мусоре, думала длинный блеск проводов, по которым - телефонные разговоры и письма, думала невидимые волны (это нам они невидимые, а Кошка Дж очень даже их видит!) от мобильного к мобильному. Думала жизнь.
И, залетев высоко-высоко, туда, где даже теплая шубка не спасала от верхнего холода, закрыв глаза, распластала по воздуху лапы, вытянула хвост и подумала южное море. Ведь поедет Семья туда летом. И возьмет ее с собой. Кошка Дж немножко боялась - моря она никогда не видела, но - очень хотела. Страха никому не показывала. Она ведь - Ее Величество Кошка.
Плавно руля хвостом, вернулась в мокрое городское тепло. Полетела между спящих ветвей и птиц. Улыбнулась изумленной горошинке синичьего глаза - птица проснулась внезапно и, не успев сообразить, что к чему, уже потеряла Кошку из виду.
А потом Кошка Дж, не торопясь, возвращалась домой под моросящим ночным дождиком. Думая и его тоже. Дома ее ждали те, кто любят. А если она не будет летать и думать всего, что увидит, что же она будет мурлыкать им?