Бумеранг был новенький совсем, полированный и лёгкий-лёгкий. Взял я его в руку - руке приятно стало: для неё он и был сделан. Наклонил я его несколько раз из стороны в сторону, а он как живой разговаривает - блики солнца в глаза мне бросает... Не держал я раньше такую вещь - что-то новое в нём было: как будто из далёких стран гость загадочный приехал...
И захотелось мне испробовать его - взять и кинуть.
Так я и сказал Сашке, а он ответил:
- Нет... Это сувенир... Память об Австралии. Нас здорово потрепало тогда, и мы зашли в Сидней чиниться. Там я его и купил. А ты быстро его раздолбаешь...
Но я не унимался. Я говорил, что только раз его кину - один только раз - выйду за город, и на пустыре где-нибудь кину...
А Сашка заупрямился :
- Нет, потом как-нибудь, не сейчас...
Так всё и кончилось тогда... Было это в шестидесятом. Но я о нём не забылё. Где-то в моей памяти обосновался бумеранг - кусочек дерева, получивший жизнь от человека... Выкинь бумеранг, и он вернётся обратно - дерево познало человека и стало неразрешимой загадкой. Как раскрыть эту загадку? Как заставить его говорить? Невидимые нити протянулись между нами с того дня...
В этом году я снова попал к своему другу. Живёт он теперь в Черёмушках. Семейство его увеличилось: дочь родилась ещё, а всё остальное не изменилось. Повсюду разложены и развешаны разные вещи, которые Сашка насобирал по всему свету. Только бумеранга нигде не было. Я всё искал его глазами, искал, а его всё не было. Остальное меня мало интересовало. Потом я не вытерпел и сказал Сашке:
- Ну, где же бумеранг? Так мы тогда его и не кинули...
- А где он? На месте.
И вытащил бумеранг с самой верхней полки - поверх книг он лежал.
И опять я держал в руках живую тайну - лёгкое и изящное дерево. Тонкие жилки выскакивали из под моей руки и шли дальше до самого изгиба. А крылья чуть были развёрнуты... Подержал я его, подержал, и снова мне захотелось узнать глубину этой вещи, освободить её от многолетнего плена. Почудилось мне: взовьётся бумеранг, и расскажет о себе всё, что нельзя узнать о нём здесь - в комнате, на шестом этаже. Расскажет под лучами июньского солнца, когда с шелестом рассекая воздух, устремится в высь, в синее небо, а потом, опомнившись, убоявшись утерять свой дом и раствориться во Вселенной, уставший, падёт у моих ног...
- Сашка, - говорю я, - ну, когда же мы его покидаем? Ты обещал: "в следующий раз"...
А Сашка сегодня или спешил не так, или изменилось в нём что-то, только он согласился вдруг:
- А что, давай, - говорит, - покидаем...
Я и не думал такое. Сашка-то - это не Сашка. Капитан он известный - Александр Юдович! Под парусами три раза вокруг света обошёл на своей "Заре" - "посудиной" он её называет. И не то, чтобы Морской Волк из Джека Лондона - нет! Он такой же, каким был в детстве: улыбнётся если -рот до ушей, а как смешно ему станет, всем смеяться хочется - в глазах его серых всегда смешинки...
Дома он просто Сашка. И не подумаешь, что моряк настоящий... Просто - друг опять, из детства... Так и кажется, что снова сейчас полезет на старую акацию, или пойдёт громыхать по крышам...
... Давно это было, много лет прошло. И выросли мы уже, Сашка, вот, капитаном дальнего плавания стал, а как будто не так всё было, как будто только что кинул Сашка котёнка с третьего этажа - посмотреть, станет он на ноги, или на голову упадёт...
Натянул Сашка рубаху и говорит жене:
- Галка, я сейчас, вот только вниз спущусь...
И галопом мы вниз по лестнице. Спустились. Сашкин дом один стоит, за ним пустырь начинается - кто-то для нас место специально оставил - бумеранг кидать. Да вот беда - не ровное оно, и бурьяном заросло.
Сашка первым взялся бумеранг кинуть - такой уж он, первенства никому не уступит. Он руку сжал в кулак, а крыло вложил между средним и указательным пальцами. Потом пригнулся в правую сторону так, что левая нога на носок встала, руку с бумерангом назад отвёл, и к-а-ак шпынёт его! Я только успел за Сашку заскочить: вдруг и впрямь вернётся...
Но, бумеранг не вернулся. Полетел он непонятно куда. Сначала совершенно прямо, потом раскланялся: клюнул к земле, взмыл вверх, и как сбитая в лёте птица, перевернувшись через крыло, упал.
Побежали мы с Сашкой искать его в бурьяне. Искали-искали, нашли.
- Слушай, - говорю,- он летать умеет. Надо научиться его кидать.
А Сашка на своём:
- Да нет же, говорю тебе! это сувенир...
- Сувениры тоже летают! Видишь, летит же он прямо, потом вверх взмывает. Только надо его заставить!..
Так и порешили: станем подальше в разных концах и будем кидать, пока научим его возвращаться...
... Забегался я с этим бумерангом, и уже не рад. То в яму он упадёт, то бурьян под корешок подрежет и под него зароется. А летит он всё только по прямой.
Что за бумеранг! Или австралийцы разучились их делать?
Стараемся... Время идёт, а летать по правилам он всё не хочет... Чувствую, загорелся Сашка, по-серьёзному кидать начал. Сосредоточенный такой, молчаливый. Волосы на лбу прилипли - жарко стало...
Но мы продолжаем. Так уж повелось у нас - дело никогда не бросали. Надо бочку с песком взорвать - взрывали её до конца. И бухало во дворе так, что соседи от настоящих немецких бомб отличить не могли. Правда, потом в подвалах по полдня от них отсиживались... А тут бумеранг - мы его всё равно заставим!..
Но и бумеранг норовистый попался - не хочет подчиниться: раньше он хоть по прямой летал, а сейчас его штормить начало: то влево летит, то вправо, а то как завернёт его с полдороги к небу!.. А один раз - так уж совсем не повезло: плюхнулся бумеранг в середину лужи, и вытащить его мы не можем: не так, чтобы лужа глубокая, - грязи очень уж много.
Притащили длинную палку, привязали к ней другую, заставили буме-ранг из воды вылезти.
Вытащили его грязного. Весь он раздулся от обиды, словно в Австралии луж не бывает, словно протестует, как с ним обращаются: "Я же сувенир... Я не настоящий! Что вы меня мучаете?.."
Нам бы взять и уйти сейчас. Давно нас Галя наверху ожидает - улетать Сашке завтра...
- Слушай, - говорю, - Сашка, давай я его без тебя покидаю, а ты иди, Галка ждёт давно...
- Ну, нет! Видишь, пошло дело; ещё немного и он вернётся. Даром, что ли, я его привёз? На кой он черт - сувенир? Это же оружие, - говорит...
Мы уже по-всякому его испробовали: и хватали его всей пятернёй, как топор хватают, и за уголок брали нежно. Только так он далеко не летел.
Я предложил:
- А что если у него угол изменить? - угол атаки не тот...
- Ну, как его изменишь? Это же дерево, не согнёшь его. Ножа-то здесь нет...
- Ладно, давай дальше учиться...
В общем, всё хорошо кончилось. Могло быть хуже - могло быть так, что до вечера кидали бы - день то летом длинный. Часов на пять еще работы было бы... А кончилось всё очень просто: искали мы его долго, а нашли под камнем. Раскололся он вдоль жилок - тонких-тонких. И не подумаешь, что вдоль таких жилок он расколоться может...
Почистили мы его от грязи, переглянулись.
- Ну, ладно, - говорит Сашка, - пошли домой... Настоящий, - говорит, сувенир был...
Что-то в его голосе мне знакомым показалось. Вспомнил я его слова:
- Ну, ладно, сдох котёнок... Зато опыт теперь есть...
И ещё почудилось: не тридцать пять нам сейчас, а тринадцать... Снова мальчишками стали...