День начинался приветливо и по-весеннему жизнерадостно.
С самого утра улицы заливал яркий солнечный свет, отражавшийся в оставшихся после дождя лужах и рассыпавший вокруг игривые "зайчики".
Ветер, такой непривычно ласковый, теплый и свежий весело кружил над головами, играя молодой листвой, вплетал в воздух нежные ароматы первых распустившихся цветов и словно пытался разбудить еще не проснувшихся после зимы людей. Хотел напомнить им, что долгожданная весна наконец наступила.
И прохожие, казалось, понимали его старания, потому что приветливо улыбались в ответ.
* * *
Маленькая квартира еще не проснулась или, по крайней мере, делала такой вид. Даже залитая солнечным светом, раскрасившим все вещи вокруг в ярко-желтые и оранжевые цвета, она казалась пустынно-тихой, одинокой... и немного печальной.
Яркий свет словно выделял и подчеркивал все ее недостатки - грязноватые, чуть отклеившиеся в некоторых местах, обои, паутинку трещин на потолке, старую, покосившуюся от времени и покрытую слоем въевшийся пыли, мебель.
Квартира выглядела молчаливой и забытой.
В отличие от улицы, звеневшей жизнерадостной, бурлящей энергией, здесь царило спокойствие и какая-то сонная тишина. Все потому, что старушке - хозяйке этой маленькой квартирки уже давно не надо было никуда спешить, не с кем было разговаривать.
Она уже давно перестала чего-либо ждать, привыкла к постоянной тишине и одиночеству.
Сын уехал несколько лет назад в другую страну, и обещал скоро вернуться и забрать мать к себе. Но время шло, а от него приходили лишь короткие письма к праздникам.
Только любимец-цветок, подаренный когда-то им, по-прежнему стоял на окне.
Пластиковый горшок с прижавшимися почти к самой земле широкими, овальными листьями глубокого темно-зеленого цвета. От листьев поднимался вверх тонкий изогнутый стебелек, усыпанный раскрывшимися бутонами.
Каждый с лимонно-желтой, похожей на маленький приоткрытый ротик, сердцевинкой, усыпанной золотисто-оранжевыми крапинками-веснушками. И вокруг - юбочка из нежных, кремово-белых невесомых лепестков.
Гибкий стебелек слегка покачивался в такт дуновениям ветра из форточки.
Почему-то в такие моменты старушке казалось, что цветок разговаривает. Согласно кивает белыми головками, осторожно шевелит желтой сердцевинкой-ртом, словно еле слышно нашептывает что-то.
Старушка осторожно передвинула горшок в тень, подальше от ярких солнечных лучей, косыми полосками ложившихся на подоконник.
Цветок, такой нежный и изящный, всегда казался ей беззащитно-хрупким.
Все свое свободное время она только и делала, что ухаживала за ним: поливала землю, опрыскивала и протирала пластинки-листики, ставила к свету, берегла от прямых и жгучих лучей.
В заботах о растении она даже переставала думать о своем одиночестве: ей было, кого беречь, было, кого любить.
Внезапно в коридоре послышалось резкое дребезжание дверного звонка. Бабушка вздрогнула от неожиданности, чуть не уронив на пол стакан с водой, которой собиралась полить растение. Кряхтя, поспешила открывать.
- Здравствуй, Петровна!
На пороге стояла соседка, жившая двумя этажами ниже, очень любившая ходить ко всем в гости и болтать без умолку. - Я к тебе. Чайком угостишь?
- Да. Только цветок полью, и пойдем.
- Это тот, что у тебя на окне стоит, что ли? Петровна, ты с ума сошла?! - он же искусственный!..
* * *
Всем нужна любовь и забота. И даже искусственному цветку. Ведь дети тоже любят плюшевых зверей и играют в пластмассовых людей.
А вдруг он оживет...