Бодров Виталий Витальевич
Весь мир на блюдечке сметаны часть1

Самиздат: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Links
Кожевенное мастерство: сумки, ремни своими руками
Оценка: 6.68*20  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Что-то новое. Давно собирался написать и вот - первая часть готова. Не правилась ни разу, ошибок миллион даже при первом прочтении, потому что писалось ночью, в состоянии "один глаз закрыт, второй держу пальцами". Так что, прошу простить заранее. Ах да, еще - название рабочее, может измениться. А может и не.

Пролог


  Вот и настал этот час! Миг торжества, которого так долго ждал Высший чарун дядька Унорас Труэха Рог, приблизился на расстояние вытянутого посоха. Пятеро остальных Темных Лордов в страхе попрятались по углам своих колдодейских башен, в ужасе ожидая появления Темного же Властелина, а их Светлые коллеги (числом чуть больше трех), как им свойственно, в последний миг прозрели, поняли, что изменить все равно ничего не могут и вернулись к своим делам в надежде, что все само как-нибудь рассосется.
  Унорас злорадно усмехнулся, отложил в сторону дымящийся жезл и взял в руки заготовку, которой аккурат настало время превратиться в могущественный артефакт. Высший чарун придерживался традиций, так что вопрос о форме артефакта не стоял. Ни браслет, ни амулет, ни, упаси Превеликий, серьга его не устраивали. Кольцо и только кольцо - единственная достойная форма для артефакта, в который дядька Унорас решился вложить почти всю свою паверу. Риск, конечно, огромен, годы-десятилетия ходить чаруну без собственной паверы, по капельке собирая внутренний запас. Зато и выгоды такие, что дух захватывает, стоит только представить. Стать первым среди прочих - для начала, разве мало? А чуть выждав, можно и на большее замахнуться. Давненько мир Темного Властелина не видел, соскучился, наверное.
  Темные лорды, объединившись, могли бы его уничтожить, но на то они и Темные, чтобы предпочесть первыми поддержать сильнейшего. Пока соратники не опередили, задница-то одна, чтобы первым поцеловать, придется коллегам изрядно поработать локтями. А вот Светлые что-нибудь непременно попробуют предпринять, например, Совет свой соберут. Дело это небыстрое, в ближайшее время можно не волноваться.
  Ох, нет, не угадал. Кто-то всей силой светлой своей магии постучал в двери его колдодейской башни. Неслабо так постучал, от души, но видно что, во-первых, издалека, а во-вторых, в одиночку. Очевидно, Светлая Леди радость Иллиара не вынесла вынужденного бездействия. Пусть ее ломится, защита ставилась в расчете на совместный штурм всех Лордов, Светлых и Темных, Высший колдодей вовсе не собирался рисковать. Лучше перезаложиться, чем уйти без своих, как говорят картежники. Леди может до конца жизни пытаться найти брешь в его защите, пользы ей это никакой не принесет.
  Дядька Унорас, только что закончивший читать трехчасовое заклинание, наслаждался предвкушением своей победы. Вот сейчас он коснется жезлом раскалившейся в его руках заготовки, ловко вспорет живот жертвенному животному, белому, без единого черного волоска, коту, и охладит золото в священной крови. Потом омоет березовым соком - и торжествующе сверкнет в ответ кольцо... эээ... как бы его назвать? Силы? Могущества? Или традиционно - кольцо Всевластия? Впрочем, с названием можно и подождать.
  Высший чарун на миг представил склонившихся в поклоне Темных Лордов, закованных в колдодейское железо Лордов Светлых, горящие города, рукоплещущие толпы...
  И коснулся светящимся от наложенных на него чар жезлом сияющего кольца...
 
  - Безнадежно! - с отчаяньем воскликнула Леди. - Темный Лорд хорошо подготовился, быстро такую защиту не взломать. Мы опоздали!
  - Может, хоть как-то отвлечь его? - нерешительно предложил ее ученик, низший колшебник седьмой гильдии, дядька Каребус. Впрочем, какой из него дядька - пацан еще совсем, двадцать позавчера стукнуло. Да и колшебник тоже не из первых, пять лет обучения даже у такой наставницы, как радость Иллиара, много знаний не принесут. Чарунство спешки не любит, его десятилетиями изучают.
  - Сам попробуй, умник, - язвительно ответила Светлая Леди. Вообще-то, довольно грубо ответила, совсем не в своем утонченном стиле, но и ее понять можно. Все и так хуже некуда, так еще ученики под руку лезут.
  Дядька Каребус понял уже, что сморозил глупость, но учеником он был вполне себе исполнительным, и приказы учительницы исполнял всегда дотошно. Так что вздохнул невесело (тихонько, чтобы радость Иллиара не услышала) и принялся пробовать.
  Леди атаковала колддейскую башню Темного лорда через усиляющую призму, потому как расстояние было изрядным даже для нее. В эту же призму молодой колшебник и направил свои нехитрые чары - Слепой Огонь, Стрелу Света, Зуб Тигра, Зуб Дракона, Двойной Факел. На этом познания Каребуса в боевой магии иссякли, и он одно за другим добавил в призму все известные ему чары - Сапоги Земли, Шлем Дурака, Бег на Месте, Упань и Спи, Проснись и Пой. И надо же такому случится, что одно из этих совсем уж безобидных заклятий обошло хитромудрую защиту Темного Лорда. Да и кому придет в голову защищаться от чар пробуждения?
 
  Истошный мяв заставил чаруна вздрогнуть. Белый пушистый кот заметался по лаборатории, перевертывая инвентарь. Дядька Унорас сделал попытку перехватить разбушевавшееся животное, но где там! Обезумевшая жертва ловко уворачивалась от рук колдодея, ища подходящее убежище. Шестым чувством кот понимал, что его чуть не убили, и это отнюдь не добавляло ему спокойствия. Укрыться же в лаборатории было решительно негде, даже под шкаф не залезешь, разве что под стол, но он высокий, вмиг достанут. Поняв, что деваться некуда, кот собрал решимость в когтистую лапу и, проскочив меж ног Темного Лорда, выпрыгнул в окно. Прямо сквозь стекло и ажурную решетку. С самой верхушки башни. Коты - они такие, уж если сбежать какой надумал, нипочем не остановишь.
  К чести колдодея, тот не стал рвать на себе редкие волосы, сожалея об упущенном могуществе. Спокойно, без особой спешки, дядька Унорас спустился в сокровищницу и набил заплечную суму самым необходимым - колдодейскими артефактами, не забыв прихватить и немалую толику золота, что всяко не помешает в дороге. Да и в городе лишним не будет, если уж на то пошло.
  И покинул башню, аккуратно притворив за собой дверь. И вышел в ночь, в осененную луной тишину большого города. Следовало торопиться, вот-вот Светлые и Темные коллеги поймут, что произошло, и на несостоявшегося Темного Властелина откроют охоту, а паверы у него - свечку зажечь не хватит. Правда, и чарунством его не найдешь теперь, без паверы-то. Сумка у него специальная, для хранения артефактов, пока в ней - ни один маг не учует, здесь тоже порядок. Осталось укрыться получше и переждать лет сорок-пятьдесят, пока паверу не накопит в достаточном количестве, и медлить с этим не стоило. Скоро в Краснореченске станет жарко.
  Сияла полная луна, тихо посвистывал ветер в безлюдном переулке, хрустел под ногами гравий. Где-то вдалеке торжествующе орал кот Всевластия, а может, Силы или Могущества, созывая окрестных кошек.
  А вы что хотели, весна на дворе...
 

Кот


 
  (краткое изложение вышеописанных событий)
  Zzzz.... Zzzz....Zzzzz...
  Ур? Мр?
  Мяяяя! Мяяяя! Ххх!
  Фрр! Мняуу!
  Фух, вроде ушел. Не достанут. Эй, девки - МяяяяяУууу!
 
 
 
 
 

Глава 1.


 
  Избушку сладить - дело нелегкое. Особенно, на курьих ножках. А если, вдобавок, руки не оттуда растут, то банальное, в общем-то дело, превращается в трудовой подвиг. Собственно, можно было бы жизнь себе и облегчить. Пусть как ведуну мне до бабушки и далеко, но кое-чему я от нее научиться успел, и уж избушку-то себе колдануть сумел бы. А чего там уметь - дунул, плюнул, вот и готово. Дунул шесть раз, плюнул четыре, да с поклоном, да с присядью... Нет, лучше и не думать об этом, бабушка ясно завещала - только своими руками. Иначе добра не жди, для бабы-яги избушка да кот - первые помощники. А у меня пока - ни того, ни другого.
  Вот угораздило же меня, мужика, бабой-ягой стать! Или мужиком-йогом? Поди, разберись, ежели такого до сей поры не случалось нигде. Все всегда по правилам было, рождались в роду только девочки, через поколение внучка сменяла бабулю, и все повторялось. Пока вдруг ни с того, ни с сего, не появился у моей матери мальчик. То есть, я.
  Бабушка поначалу расстроилась сильно. Как же, мол, так, силу свою теперь и передать некому. На девочку-то рассчитывать не приходится, мать родами умерла, не поспела бабушка помочь ей. Вот и пришлось ей меня обучать в бабы-яги... или как там меня называть следует? В общем, все, что бабе-яге полагается, я умею. Или почти все. Отворот-приворот сделать - да за милую душу, зелье сварить какое, наговор сделать - всегда пожалуйста, в ступе полетать - все умею. Хуже с метлой, ее как оседлаешь, запросто что-нибудь нужное отбить можно, все-таки пол у меня для этих полетов неподходящий. Но если припрет, могу и на метле, дело нехитрое, только болезненное.
  Еще бабушка вещицы делать умела волшебные. Как не уметь, коли работа такая. Приедет богатырь сильномогучий, да спросит басом, а нет ли гребешка волшебного да платочка. Чтобы лес одним махом вырастить или озеро разлить в окрестностях.
  Очень полезные вещицы, что и говорить. Вот странствовал один богатырь в пустыне безводной, от жажды помирал уже, ан вспомнил про платочек - и вот тебе озеро. Богатырь дальше и не поехал, так у озера и остался. Потому как вокруг тут же оазис образовался, вода-то в пустыне редкость, сразу люди потянулись, не успел опомниться - вот уже вполне себе князь. А правителю, хоть бы и оазиса небольшого, подвиги искать не след, его дело княжеством править.
  Однако и накладки случаются. К примеру, другой богатырь суму обронил, а гребешок с платочком оттуда возьми, да и вылети. Икнуть не успел, как оказался бедняга на самой вершине ели посреди огромного озера. Так три дня висел, пока местные мужики не сняли. Довольно обидно для богатыря, не находите?
  Я такие вещи делать еще не умею. Может, и научусь когда, бабушка записи оставила. Вот как смерть почуяла, сразу меня за пергаментом в город и отправила, чтоб знания не пропали. И до самой смерти записывала тайны да секреты свои, чтоб мне в наследство оставить. Потому как грех это, когда знания пропадают безвозвратно. Только вот, чтоб освоить их, всю жизнь учиться надо, а меня ведь никто и не спросил, хочу ли я баба-ягой быть. То есть, мужиком-йогом.
  На самом деле, я богатырем хотел стать. Так, чтоб на коне неспешно по полям разъезжать да палицу под облака закидывать. Ну, а если врага какого обнаружу, сразу его... что там богатыри с врагами делают? В землю бы вбил, вот. По самые ноздри.
  И ведь силушкой-то меня Превеликий не обделил, и умение какое-никакое есть. Откуда умение? Да все богатыри же к бабушке ехали. Кому надо Кащея найти, кому - смерть его, третьему вызнать, куда Горыныч девок таскает, четвертому - как меч-кладенец обрести. А бабушке что, нее зеркальце с яблочком было, еще ее пра-пра-бабушка делала, посмотрит - и все про все знает. И где Кащей обитает, и куда смерть свою спрятал (сам-то он давно забыл, куда ее задевал), и куда Горыныч девок таскает, и даже что с ними делает. Так вот, за ответ на вопрос бабушка год службы с богатырей требовала, чтоб любителей халявы отвадить. А богатырь - что он умеет? Ни печь растопить, ни воды принести. Один вон дрова колоть взялся - до сих пор деревья валяются, с лешим еле помирились потом, так сильно обиделся.
  Так что, единственная с богатырей польза - воинские умения. Вот они меня и натаскивали, как могли, и на коне скакать, и булаву кидать, и мечом рубить. Бабушка сначала ворчала, а потом рукой махнула, в жизни, дескать, все пригодиться. Если б я хоть раз заикнулся, что богатырем мне быть милее, чем наговоры читать, может, она бы богатырей отвадила от греха подальше, но мне ума смолчать хватило.
  А сейчас вот умерла она, и подвигов никаких не хочется уже. Потому как Сила ее, что мне в наследство осталась, своего требует. А именно, кота и избушку для начала. Прежнюю-то, бабушкину, я в болоте похоронил, как она мне завещала. У бабушки с болотником шуры-муры были при жизни, так и после смерти отношения продолжить пожелала. Болотник ведь нечисть сильная, ему мавкой сделать покойницу ничего не стоит.
  Я уныло пнул уже готовое бревно, и тут меня осенило. Что толку от избушки, когда у меня кота нет? Сначала ведь положено кота в жилище запускать, а потом уж самому идти. На что мне избушка, пусть даже с куриными ногами, коли жить в ней я не смогу? С другой стороны, вот притащу я кота, а избы-то и нет. Опять же, если избушку сперва построю, а потом за котом отправлюсь, ее кто-нибудь займет непременно. Что делать, ума не приложу.
  Как говориться, не знаешь, что делать - чаю попей. Я развязал бабушкину суму, вытащил оттуда старый комод, рыбацкую сеть, походную печь и, наконец, искомый предмет - маленький котелок под чай. Хорошую сумку бабуля сделала, что хочешь, запихнуть можно, коли с умом подойти. Такую вещицу не так уж и просто смастерить, даже если знаешь, как.
  - Избушка-избушка, - отвлек меня от раздумий низкий женский голос. - Встань...ой! А где бабуля?
  - Я за нее, - мрачно ответил я, вставая с обтесанного уже бревна. - С чем пожаловала, краса... гм, женщина?
  Назвать ее красавицей язык все же не повернулся. Уж на что, казалось, я и ростом удался, и силушкой, ан бабища была и повыше, и в плечах пошире. Из тех, кто коня в горящую избу пинками загонит. И лучше ей при этом на пути не попадаться.
  - Муж у меня пропал, - пожаловалась бабища. - Пять лет назад пошел за хлебом и пропал.
  Повезло мужику, мрачно подумал я. А мне, напротив, не повезло, потому что посетительница нипочем с меня не слезет.
  - Ничем не могу помочь, - попытался я отвертеться. - Зеркальце с яблоком бабушка разбила нечаянно, год назад где-то.
  - А ты чарами, колдодей, неужто заклятий каких не знаешь?
  Заклятья какие я знал. А потому, печально вздохнув, принялся за работу. Даже на оплату не намекнул, лишь бы поскорее отделаться.
  - Волосы, обрезки ногтей, кровь мужа есть?
  - Ничего нету, - обескуражено сказала бабища.
  - Ну, хоть вещь какая?
  - Есть, как не быть! Только я это... не взяла с собой. Чарун, а без нее, без вещи никак?
  - Без вещи ничего не получится, - важно сказал я. И при этом нисколечко не соврал, потому что без привязки к человеку заклятие не подействует. Можно еще по имени поискать, но это дело непростое, и ради непонятной бабы я мучиться не собираюсь. Будь она красавица, дело другое, а так - не буду и все тут. Делать мне больше нечего, как для разных толстых баб пропавших мужей искать. Раз уж повезло бедолаге сбежать, пусть погуляет на свободе счастливым.
  Бабища ушла, и я вздохнул с облегчением. Чем такие клиенты, лучше уж вообще никаких. Но только разложил костерок, вскипятил чайник, как за спиной снова:
  - Избушшшка, избушшшшка, повернись... обана, а где бабуля?
  - Я за нее, - нет, это уже начинает надоедать. Кого это Гнилой Облом принес, скажите на милость?
  Облом принес Змия Горыныча. Это такой дракон трехмордый. У бабушки с ним бизнес был, богатырей на него наводила. Плату брала со всех скопом. А почему нет? Богатыри получали, что хотели, Змий тоже голодным не оставался, вдобавок, у богатырей золотишко завсегда имеется.
  - Куда бабульку дел, чарун? - Змий опасно прищурился и выпустил из ноздрей средней головы струйку дыма.
  - Умерла бабушка, - сказал я и, кажется, голос мой слегка дрогнул.
  - Эх, - грустно вздохнула левая голова. - Ты, стало быть, внук будешь? А мы ей откат принесли с последнего богатыря. Но тебе я его не отдам, парень, потому как - не заслужил.
  - Смотри сам, - сказал я безразлично. - Я и впрямь не заслужил, но должен-то ты бабушке остался, а я - внук ее. Можешь зажилить денежку, но богатыри-то все равно на это место придут, и к Змию пойдут к тому, на которого я покажу.
  Горыныч задумался.
  - Экий ты хват, - сказал не без одобрения, - весь в бабулю. Ладно, давай так - денежку я себе оставлю, а тебе меч богатырский отдам. Потому как стоит он немало, а мне все равно без надобности.
  Пожалуй, стоит согласиться. Змий прав - хороший меч стоит немало. Вдобавок, оружия у меня и нет вовсе, если не считать топора, а его, пока не заточишь и от ржавчины не отчистишь, можно не считать.
  - Договорились, - сказал я, и мы ударили по рукам. В другой раз сначала подумаю, чуть кисть не потерял, у Змия когти-то огого какие!
  - Ну, полечу я, а то вон тучи надвигаются, - сказал Змий, разбежался, тяжело пыхтя, и, не без труда отлепившись от земли, воспарил в небеса.
  И слава Превеликому, что улетел, пока я не задохнулся совсем. Дыхание у него, прямо скажем, от свежего далеко. Все равно, что в горящем доме посидеть, или нет, не в горящем, а скорее, в избе с долго нечищеным дымоходом.
  За недолгое свое пребывание, Змий изрядно успел загадить мою поляну. Деревья поломал, траву повытоптал... брюхом, что ли? Вздохнув, я прочел заклинание, из бабушкиных заветных. Волхвы с заморскими чародеями вкупе дорого бы дали, чтобы наши тайны разузнать. А вот шиш им, пусть сами голову ломают.
  Растерев в пыль столичных и заграничных всезнаек, я уныло повернулся к бревну. Надо пилить, хватит уже лениться. Вот сейчас только меч посмотрю, что Змий оставил, и сразу же за работу. Перекушу только, а то кушать уже хочется.
  После обеда работа пошла веселее. Потому как небо тучками затянуло, упаси Превеликий, еще дождь пойдет. Май хоть и теплым выдался, а под дождь попадать совсем неохота, надо успеть хоть навес соорудить, благо досок хватает уже.
  Так что пришлось ускориться, и как раз до дождя я успел получить хоть какую-то крышу над головой. Правда, помогло не сильно, поскольку был еще ветер, а стены взять было неоткуда. Промок до нитки, хорошо еще, дождь теплым был, не то ходить мне простуженным целую седьмицу, кабы не больше. А так дунул-плюнул, чихнул два раза - и ничего.
  Дождь прошел - работа встала. В мокром мне работать несподручно, сухое искать - лень. В суму все запихивал как попало, пойди теперь разберись, на неделю работа.
  Так что развесил я всю одежду, включая исподнее, по ветвям, да прилег на полянке позагорать, пока не высохнет. И сам не заметил, как задремал.
  Снился мне кот. Здоровенный, откормленный, сидел на печи и вылизывал лапу, время от времени поглядывая на меня круглыми желтыми глазами. Белый, как полагается, настоящий ведьмовской кот. Жаль, что не наяву.
  - Что ж ты, внучек, имущество ценное разбрасываешь? - вклинился в сон посторонний скрипучий, как старый вяз, голос. И я проснулся.
  Бабка Игнасия, подруга моей покойной бабульки, вот кто это. Видел я ее не раз, в гости к нам захаживала.
  - Ты бы оделся хоть, мил-друг, - укоризненно сказала бабка, покачивая головой неодобрительно. - Чай, девок тут нет, прелестями-то сверкать.
  Спаси Превеликий, я же тут голым валяюсь под деревом! Вскочил, принялся спешно одеваться, не попадая в штанины.
  - Это рубаха, - подсказала бабка, с интересом меня разглядывая. Ругаясь про себя самыми страшными словами, натянул штаны, подтянул веревочку на поясе.
  - Попка у тебя ничего, - одобрила бабка (подозреваю, что я покраснел, как спелое яблоко). - Девкам понравится. А теперь скажи-ка, мил-друг, куда это подруга моя задевалась вместе с жилищем своим? Неужто путешествовать отправилась, дура старая?
  - Померла бабуля, - сообщаю грустно. - Похоронил я ее, как просила, в болоте. Прямо в избушке.
  - К хахалю, стало быть, перебралась, - понимающе кивнула старушка. - Ох, Таська, даже на старости лет никак не уймется. Ладно, с ней понятно, а ты, мил-друг, как дальше жить собираешься? Наследников-то у нее, кроме тебя, нет. Примешь ли ношу семейную?
  - А куда мне деваться, - пожал я плечами, - коль ничего другого в жизни и не умею? Буду этим... баб-йогом?
  - Ведуном, - строго поправила меня старая Игнасия. - Или ворожеем, если угодно. Главное, чаруном не называйся, тут же предложат уточнить, Светлым или Темным. А чем они друг от друга отличаются, я тебе не подскажу, сам разбирайся. Вообще, не мужское это дело, ведовать да ворожить, но раз Превеликий не дал твоей матери дочки, а послал в этот мир тебя, то зачем-то нужно, чтобы именно так было. Такое и раньше случалось, что в ведовских родах мальчики рождались, и ничего, мир не рухнул. Наследовали им опять же дочки, и все возвращалось на круги своя.
  - Подскажи, баба Игнасия, - взмолился я. - С чего начать-то?
  - С кота и избушки, - строго сказала ведунья. - А потом представишься Кругу... я сама тебя представлю, так вопросов меньше. Тебе расскажут, какой участок ты должен держать, не спрашивай, сейчас все равно объяснять не буду.
  Гм, что-то еще держать придется. Ладно, бабушка справлялась, и я справлюсь. Стало быть, кот и избушка. Только вот - что раньше?
  - Котом сначала обзаведись, - присоветовала бабкина подруга. - Что ж ты бестолковый такой, неужто сам порог жилища нового переступить надумал?
  - А коту на дереве ютиться прикажешь, пока я избу справлять буду? - возразил я. Резонно возразил, как мне показалось.
  - Настоящий ведьмовской кот на себя половину работы возьмет, - поделилась знанием бабка Игнасия, и это решило дело. Значит, первым делом надо раздобыть кота, причем непременно ведьмовского, раз обычная мявка за меня мою работу делать не будет. Только как его опознать, колдодейного такого? Либо они реже Змиев встречаются, либо живут далеко. Непростое дело предстоит...
  - Своего зверя не пропустишь, - улыбнулась бабка Игнасия неожиданно зубастой улыбкой и ловко оседлала метлу. - Заболталась я тут с тобой мил-друг. Прощай, и помни, что я тебе присоветовала.
  С этими словами бабка не по возрасту лихо взмыла в воздух, заложила над головой петлю и скрылась за деревьями.
  - Один не ходи, - донеслось откуда-то сверху. - Пропадешь один. Попутчика доброго найди, и не поминай лихом!
  И умчала прочь лихая бабка, словно и не было ее. А я остался.
  В лесу коты не водятся, не медведи, чай. Значит, надо идти в город. А вот в какой? Их же на белом свете - не счесть. Жизни не хватит даже половины обойти, проживи я даже столько, сколько бабушка моя. Разве что погадать? У меня не очень получается, но ведь учиться все равно надо, так почему не сейчас?
  Но только я собрался залезть в свою сумку, как неподалеку раздался изрядный треск. Будто сквозь лес медведь ломится, или же богатырь на коне, и лично я бы поставил на второе. Почему? Да не поют медведи на весь лес песни этаким басом, да так, что деревья гнутся.
  А вот и он, дорогой гость. Сидит на коне, как влитой, палица шипастая петелькой запястье охватывает, весь в кольчуге, на поясе меч. В общем, настоящий богатырь, мало ли я их повидал на своем веку, все одинаковые.
  - Здрав будь, добрый молодец. А где бабуля?
  - Померла бабуля, - ответил я с горечью.
  - Как так померла? Она ж мне нужна дозареза!
  Ну, если богатырю нужна, помирать никак нельзя. Вдруг да осерчает? Богатырский гнев, как пожар лесной, полыхнул разок, и спокойно опять все, ни огня, ни леса.
  - Может, я помочь могу? - спрашиваю. - Что за беда приключилась, дядька...
  - Хреногор, - представился богатырь, слезая с коня. - Хреногор меня звать.
  Бабушка моя ведьма, да он головой едва до седла достает! Это что же, новая порода - богатырь карликовый обыкновенный? Вот смех-то, право слово!
  Но Хреногор сжал кулак, и смеяться мне расхотелось сразу, стоило только на пальцы посмотреть. Такими и пятаки медные гнуть можно, и деревья с корнем выдирать, и жизнь из врага выдавить. Хоть и карликовый, а богатырь настоящий, и лучше над таким не смеяться. Себе дороже.
  - Так какая беда приключилась, дядька Хреногор? - спросил я гораздо вежливее, чем сначала собирался.
  - А вот и покажи, какой ты ведун, - недружелюбно ответил богатырь, разжимая и снова сжимая немалые кулаки (каждый с три моих, не меньше). - Сам и скажи, что стряслось у меня, тогда и поверю, что горю моему помочь можешь.
  Тоже мне, загадка! Богатыри по свету в трех случаях странствуют - во-первых, рубежи отчизны оберегая, врагов выслеживают да карают. Во-вторых, подвигов ищут, славу себе да князю добывая. И в-третьих...
  - Девку сперли, - сказал я уверенно, чем немало карлу удивил.
  - Верно, молвил богатырь, разжав, наконец, кулаки. - Твоя правда, ведун. Невесту мою Змий скрал прямо из терема отчего. И надеюсь я, что сумеешь ты колдодейством своим прояснить, где он ее спрятал. А там я уже сам разберусь.
  И снова кулак сжал, да с таким хрустом, будто бедному Змию хребет преломил.
  - Приметы Змия? - поинтересовался я. - Голова одна или три?
  - Одна
  - Шкура какого цвета?
  - Зеленого.
  - На брюхе белая, серая или зеленая?
  - Зеленая.
  Зеленый, стало быть, Змий. Скверно. Зеленых здесь прилично, а блюдечка с яблочком у меня нет. Ладно, есть и другие методы.
  - От Змия что осталось? - спросил без особой надежды, по традиции скорее, но богатырь неожиданно кивнул и потянул из-за пояса тряпицу.
  - Чешуйки и кровь, - сказал застенчиво, чуть ли не извиняясь. За что, интересно? Что целое крыло не припер?
  - Более чем достаточно, - и чего ему сюда переться вздумалось? Неужто в стольном граде чаруны перевелись?
  По капле крови али по чешуе даже новичок найти сумеет. А я, смею надеяться, все же поболее в таких вещах разбираюсь, чем любой колшебник, потому что, как ни крути, это наш ведовской хлеб.
  - А за услугу что попросишь? - вопросил богатырь. - Не стесняйся, ведун, княжьи витязи не бедствуют.
  И высыпал на ладонь из кошеля пригоршню серебряных баблонов, среди которых затерялась даже пара золотых.
  Ого! Неплохо богатыри наши устраиваться умеют! Кто бы мог подумать, что защита Отечества такое выгодное дело! Мне бабуля больше меди оставила, и серебра чуток.
  - Деньгами не возьму, - слова будто сами с губ срываются, без моей помощи. - Паверу на деньги нельзя менять, если потерять не хочешь.
  - А чем можно? - деловито спрашивает Хреногор. - Камешков у меня нету, но при желании можно прикупить, знаю, где.
  - Только услугой можно, - верите, до сего момента сам не знал. Это мудрость бабкина внутри меня проснулась и наставляет меня на путь истинный. А то взял бы деньгами и ходил бы богач-богачем.
  - Какой-такой услугой? - мигом насторожился богатырь. Да, княжьих витязей не проведешь, всегда настороже. Услуги ведь разные бывают, от иной и рад бы хоть целым возом золота откупиться, да не возьмут его взамен. Однако ж сегодня не тот случай, не скажу, что мое условие его не обременит, но хоть все на виду, без подвоха.
  - Мне надо раздобыть ведовского кота, - честно признаюсь дядьке Хреногору. - Где искать его, не знаю, но непременно встречу и узнаю. Беда в том, что мира не знаю, всю жизнь в лесу прожил, без спутника-товарища пропаду ни за медный баблон. А ты, за версту видно, мир повидал, знаешь, что к чему. Давай так - я тебе со Змием помогаю, а ты мне - с котом.
  - А где подвох? - подозрительно спросил богатырь. - Нет, давай еще раз, ты мне помогаешь со Змием, я тебе - с котом, так?
  - Точно.
  - Не вижу подвоха, - пробормотал под нос Хреногор и злобно зыркнул на меня из-под остроконечного шлема. - А ведь должен быть. Ты со Змием, я с котом.... Ты со Змием ...не вижу подвоха.... Ты с котом, я со Змием...
  Кажется, он совсем запутался.
  - А почему должен быть подвох? - спросил я.
  - Ведуны по-другому не умеют, - пояснил Хреногор.
  - Так я еще и не ведун, - пришлось успокаивать бедолагу, пока умом не подвинулся. - Вот будет у меня кот и избушка, тогда только смогу так именоваться. Ну что, по рукам?
  - По рукам, - решился наконец богатырь.
  Ох, ничем не лучше Змия! Так и покалечиться недолго, вон лапища какие, медведя удавит не напрягаясь.
  - Звать-то тебя как? - опомнился Хреногор. Да уж, не быстро сообразил имя спросить. Мелькнула мысль подшутить и Обломом представиться, но вовремя передумал. Богатыри, они ведь шуток не понимают, а с проломленной башкой что-то объяснить тяжеленько будет. Потому и ответил честно, как на суде Превеликого:
  - Зови Совраном.
  - Со-вран? Спутник ворона или ворон-спутник?
  Уж кто бы говорил, Хрен-с-Горы!
  - Неважно, - сказал я и отвел глаза. Тайна имени хранится пуще правой зеницы, особенно теми, кто в ведовстве понимает. И раскрывать ее каждому встречному-поперечному не гоже.
  Честно говоря, сам не знаю, с чего это я карле в спутники навязался. По первому впечатлению, богатырь мне вовсе не глянулся, да еще имя это дурацкое. Но поговорил с ним, вроде, надежный товарищ. Такие вещи я чувствовать умею, спасибо бабушке покойной. Злой, правда, аки собака и недоверчивый, как битый кот, но надежный. А это в дороге куда важнее, мне кажется.
  - Ворожить-то когда будешь? - спросил богатырь с нетерпением. - Поспешать надобно, ведун, пока Змий окаянный зазнобу мою не схарчил или не надругался.
  - Как это? - поразился я. - Ты, дядька Хреногор, Змия-то видел хоть раз?
  - Я его, гада зеленого, вот этой самой палицей достал, - мрачно сообщил богатырь. - Жаль, на излете, высоко летает, сволочь, а не то тебя, дядька Совран, и беспокоить бы не пришлось.
  - Рассказывай с самого начала, - сказал я и уселся прямо на траву, приготовившись слушать.
  В общем, рассказ немногое добавил к моему представлению о похищении. Змий похитил девицу прямо из дома, разворотив крышу терема. Отец и братья невесты пытались дать отпор, но как-то не очень решительно, Змий легко расшвырял их ударами крыльев и хвоста, после чего поднялся в воздух и без помех улетел бы, не принеси во двор терема ангел любви Хреногора на своих крыльях. Увидев в ночном небе гада, богатырь не раздумывал и не пытался определить, относится ли данный Змий к огнедышащим или же просто к летучим (западный лыцарь, к примеру, не прояснив сего момента, в драку бы вообще не полез), а метко запустил булаву в цель. А вы думали, витязи палицы свои под облака забавы ради подкидывают?
  Пораженный в бок дракон неистово заверещал, но девицу, к счастью, не выпустил. Это Хреногор потом понял, что к счастью, а тогда со всех ног бросился искать булаву для повторного броска. Вообще-то, богатыри здорово наловчились ловить свои палицы, но дядька Хреногор в этот раз оплошал. Оно и понятно, от облаков оружие так не отскакивает.
  В общем, пока отыскал в темноте, куда упала булава, пока договорился с хозяином терема насчет разбитой крыши, пока вернул себе оружие, Змий был таков. Вот, собственно, и вся история.
  - А почему к чарунам столичным не обратился насчет поиска? - поинтересовался я. Богатырь смутился, покраснел и пояснил, что с горя изрядно в городе покуролесил. Да и хозяин терема, недовольный ночной побудкой, согласился вернуть булаву не раньше, чем Хреногор раскатал его жилище по бревнышку.
  Князь же буянов в дружине своей не привечал, и каменные подвалы были лучшим, на что безутешный богатырь мог рассчитывать. Конечно, потом владыка отошел бы и простил, он вообще незлобливый и отходчивый, иной раз казнит кого с горяча, а потом сожалеет и прощает беднягу посмертно. Но время драгоценное было бы безвозвратно потеряно, и что сталось бы с любимой, никому не известно.
  О бабуле же моей добрая слава по всей стране шла. Сколько богатырей за советом к ней отправлялись перед решающим боем, не счесть даже. Жаль, что умерла старая, светлая ей память и угольков на том свете поменьше.
  - Запомни сразу, - сказал я твердо. - Невесту твою Змий украл не для себя. Кто попросил-заказал, это нам еще предстоит выяснить, но самому ему девка без надобности.
  - То есть как это? - изумился карла. - Гад зеленый, получается, вроде и ни при чем?
  - Очень даже причем, но воровал он не для себя, девку ему заказали. Сам посуди, куда проще корову украсть, в ней мяса побольше. А для утех подлых, как ты, дядька, изящно выразился, мог бы похитить селянку какую, хоть, воля твоя, никак я эти самые утехи представить себе не могу, воображения не хватает.
  - Это ты, дядька, плохо жизнь знаешь, - тяжело вздохнул богатырь. - Поверь, если кто-то соберется тебя по-крупному поиметь, он такие способы найдет, что тебе, хоть сто лет проживи, в голову нипочем не придут. Вот, к примеру, князь, взял да зажилил жалованье за прошлый месяц и не извинился даже. А ты говоришь - Змий!
  Кажется, я покраснел. Прав богатырь, жизнь я только по книгам знаю, и кроме леса ничего не видел. Ну да горе - не беда, успею еще насмотреться.
  - Ну, как скажешь, - сдался я. - Давай поищем твоего Змия.
  Надо сказать, я волновался. Как правило, каждое мое колдодейство контролировала бабуля, чаровать самостоятельно мне доводилось нечасто. А на поиск Змиев я и вовсе заклинаний не знаю, и у бабули не записано. Можно, разумеется, приспособить стандартные чары, чем я и собирался заняться, однако, что еще на выходе получится, не получить бы палицей по башке за такую работу.
  Эх, как бы блюдечко-яблочко работу облегчило! Но раз в наличии нет, чего о несбыточном мечтать? Как нибудь справлюсь, не совсем же я дурак?
  - Чаруй, ведун, - нетерпеливо подгонял богатырь, и я, наконец, решился. Достал пыльную бутыль, откупорил, капнул ровно четыре капли на тряпицу со Змиевой кровью, собрал смесь в глиняную плошку. Ноздри богатыря при этом зашевелились, сразу видно - выпить не дурак. Грехель растение капризное, при засушке все свойства теряет, а вот если заспиртовать с умом - годами держать можно.
  Ножом с красной рукоятью, самым острым из трех, грубо вырезал из рябины тотем Змия (можно было из березы, но она тверже), вкопал его в землю.
  Начертил вокруг него прямо на земле ножом с белой рукоятью священный круг, зажег первый огонь, капнул в него из плошки. Огонь поперхнулся дымом, хвост указал на юго-восток. Второй огонь разгораться никак не хотел, что-то я делал не правильно. Поэтому повторил все действия снова, на этот раз получилось. Пламя с оглушительным треском облизало тотем, заставив вздрогнуть дядьку Хреногора. Довольно кивнул, замерил высоту столба пламени по закопченному следу. Третий огонь превратил тотем в уголь прежде, чем погаснуть, чего я и добивался. У нас с Хреногором на руках оказался указующий уголек, который не даст сбиться с дороги.
  - Логово Змия, - весомо сказал я. - На юго-востоке, долях в сорока отсюда.
  - Недалеко, - обрадовался богатырь. - Я уж думал, за тридевять земель утащил, гад окаянный. А где у нас этот... юго-восток?
  - Вон там, - показал я пальцем. Лицо Хреногора огорченно вытянулось.
  - Там же бугор! Может, ты чего спутал, ведун?
  - Куда дым указывал, видел?
  - Видел, - сознался богатырь сокрушенно. - Твоя правда. Неужто забугорный Змий к нам паскудничать прилетал? Это же самая настоящая диверсия! И как же теперь быть? Я ж богатырь княжий, мне туда только с посольством можно!
  Я равнодушно пожал плечами. Дядьку Хреногора понять можно, там лазутчиком сочтут, здесь - предателем... незавидная участь. Там шпионов вешают, здесь предателей... хм, тоже вешают, надо же, какое трогательное единодушие!
  - Оставь щит, - посоветовал отчаявшемуся богатырю. - А сам представишься моим телохранителем. Тебя и не опознают.
  - А свои?
  - А своим мы не скажем, - успокоил я его.
  - В нашем княжестве всего восемь богатырей, - отчеканил дядька Хреногор, глядя мне прямо в глаза. - И такого вот роста, как ты понимаешь, я один. Ты всерьез считаешь, ведун, что соседям это не известно?
  Вот тут он меня уел. Ясное дело, ни рост свой, ни выправку воинскую скрыть не получится. А значит, не нужно и пытаться, сказать правду - и дело с концом.
  - Пожалуй, - согласился Хреногор. - Скажу, на подвиги еду, не смогут не поверить. Что я князю-батюшке скажу, вот о чем думы мои.
  - А князю письмо напиши, - осенило меня. - И с птицей лесной отправим! Птаху беру на себя, это дело не хитрое, есть у меня одна зачарованная.
  - Я писать не умею, - тяжело вздохнул богатырь.
  Ладно, это дело поправимое, уж аз от буки как-нибудь отличу. Ведун я, в конце концов, или нет?
  Только вот, все бы хорошо, но ни единого пера найти я так и не смог. Бронзовую чернильницу таки сумел обнаружить, а вот перья - ну ни в какую.
  - Поправимая беда, - просиял богатырь, услышав о загвоздке. - Да я тебе любую птицу подстрелю, хочешь - синицу в руке, а хочешь - журавля в небе. Я мигом, одна нога здесь, другая там.
  - Моя бабуля тоже так говорила, - мрачно сказал я. - Пока ногу не сломала. Костяной ногой прозвали, слыхал может?
  Богатырь неуверенно кивнул, заткнулся и исчез в кустах. Я вытащил из ножен меч, оставленный Змием, сделал несколько атакующих движений. Змий одноглавый, значит, не тот с которым я договор заключал. Вот и хорошо, а то некрасиво бы получилось. Хреногор его на клочки порвет, даже объяснений не спросит. А ведь видно, что похищение заказали, как потом девку искать, если богатырь Змия прибьет?
  Мысль, что может и наоборот случиться, мне и в голову не пришла. Ведь с Хреногором я буду, как же нам не победить?
  Легок на помине, богатырь появился на поляне с убитой уткой в руке. Да, перьев теперь - завались, только птицу придется заговаривать новую. Воистину, если хочешь провалить какое-нибудь верное дело, попроси богатыря помочь.
  Зачаровать птицу на полет, между прочим, не так-то просто, и не так уж быстро. Изо всех сил стараясь не проклинать незадачливого Хреногора (проклятья мне лучше всего даются), начинаю дело сначала - подманить птицу, поймать в силок, спеленать, капнуть в раздвинутый клюв своей кровью, произнося древний наговор, а затем сидеть несколько часов, пристально глядя ей в глаза, чтобы установить внутреннюю связь. Потом слушаю путанные объяснения богатыря, как до столицы добраться, представляю себе дорогу с высоты птичьего полета и передаю совершенно охреневшей вороне куда лететь, кому вручать письмо. Попутно ловлю ее мнение о людях вообще и о себе в частности. Хм... а я-то, наивный парень, полагал, что птицы гадят нам на головы случайно...
  Наконец, измученная ворона пустилась в путь, я, обессиленный, подсел к костру. Дядька Хреногор невозмутимо жарил на вертеле утку-неудачницу.
  - Будешь? - радушно предложил он, кивнув на добычу. Есть, сказать по правде, не хотелось совсем, до того вымотался, но богатыри два раза не предлагают. Откажусь - сожрет в одно лицо, даже костей не оставит.
  - Давай, - сказал вяло, протягивая руку. Хреногор ломает тушку пополам, протягивает мне половину, скрывая улыбку. Можно подумать, он первый богатырь, которого я вижу, и уловок их не знаю. Ладони у витязей в такие мозоли сбиты, что угли руками загребать могут. Что и демонстрируют периодически молодым ведунам с целью утвердить свое превосходство. Однако и у ведунов свои уловки есть...
  С благодарностью кивнул богатырю, взял половинку птицы и спокойно принялся за еду, наблюдая, как удивленно вытягивается его лицо.
  Забыл дядька Хреногор или внимания не обратил, а ведь я специальный наговор как раз на ладони делал, чтобы уголек указующий в руки взять.
  - Силен, - уважительно покачал головой богатырь. - Ну, а ковш зелена вина махом выпить сумеешь?
  Это они так наливку зовут. Почему зелено и почему вино - не понимаю. Ну, не в человеческих силах столько выпить, чтоб наливка зеленой показалась!
  - А ты завтра весь день похмельным в седле провести желаешь? - поинтересовался я в ответ. Хреногор мучительно задумался. А вот нечего ведуна на "слабо" пытаться взять.
  - Тогда спать? - неуверенно предложил он.
  - Угу, - ответил я и, достав из сумки бабкину печь, завалился спать. Как говориться, утро вечера светлее. Паршивый какой-то день выдался, может, завтрашний получше будет?
  Мудрость приходит с опытом. Много позже я понял, что прожил не свой день. А у богатырей они все такие, с чего это я, интересно, посчитал, что завтра будет лучше?
 
 
 

Глава 2.


 
  - Стало быть, дядьку Унораса мы упустили, - задумчиво произнес Светлый Лорд дядька Ранвил Экоро Тум. - Что же, остается только надеяться на Темных коллег, у них не принято прощать неудачи. В дрожь бросает от одной мысли, что в мире сейчас мог царствовать Темный Властелин!
  - Положим, царствовать бы ему никто не позволил, - холодно усмехнулась радость Иллиара. - Но перекос в сторону Темных был бы очевиден.
  - Не факт, - покачал головой Светлый Лорд дядька Постал Иирун Ре. - Возможно, темные схватились бы между собой, чтобы не допустить возвышения дядьки Унораса. В этом случае, перевес был бы на нашей стороне, потому как междоусобица ослабила бы Темных.
  - Мне кажется, коллеги, вы упускаете из вида самый важный момент, - вступил в разговор Светлый Лорд дядька Колорн Ретал Роу. - Что стало с неудавшимся артефактом? Да, всем нам известно, что ритуал провалился, но почему-то никто не обращает внимания на то, что расход паверы в немыслимых, прошу заметить, количествах не привел к выбросу энергии вовне. Между прочим, не только башня дядьки Унораса, весь город должно было перемолоть в пыль. У нас же на выходе ничего нет. Воля ваша, друзья мои, но ничто бесследно не исчезает, тем более павера.
  - Ты предполагаешь, что дядька Унорас нас провел? - немедленно встревожился дядька Ранвил. - Создал артефакт, замел следы и сбежал из башни? И зачем это ему?
  - Что он не сумел создать артефакт Мощи, это очевидно, - покачал головой дядька Колорн. - Вопрос в другом - куда девалась обломная куча паверы? Что именно получилось на выходе? Всем нам надо приложить усилия, чтобы это разузнать, и поскорее, Темные не будут сидеть сложа руки, уверяю вас.
  - Я займусь этим, - очаровательно улыбнулась Светлая Леди, но дядька Колорн неожиданно резко оборвал ее:
  - Нет. Мы все займемся этим, и срочно. Поверьте моему чутью, сейчас этот вопрос наиважнейший.
  Ему поверили. Да и как не поверить - Светлый Лорд, не ученик какой.
 
 
  - Уважаемые, э, дядьки, - начал свою речь Темный Лорд Гаврон Уттук Кут. - Будем откровенны - мерзавца, э, Унораса мы упустили. Отчаиваться, разумеется, не стоит, Светлые нипочем не дадут ему, э, уйти, претендент на престол Повелителя для них куда страшнее, чем для нас. А цепкости и хватке, э, Светлых нам остается только завидовать. С таким изощренным коварством, э, найти брешь в защите Высшего чаруна - только завидовать и остается. А ведь радость Иллиара считается среди них самой слабой!
  - Мы всегда недооцениваем Светлых, - согласно кивнул Темный Лорд дядька Ренн Кибл Рунуну. - А они умело этим пользуются. Не знаю, обратил ли кто внимание, но неудача дядьки Унораса - это большая победа Светлых. Мы потеряли сильнейшего из своих коллег, утратив тем самым свое преимущество. Мы вынуждены перейти от атаки к защите - впервые за последние сорок лет.
  - И все из-за ритуала мерзавца, э, Унораса, - вставил свое слово дядька Гаврон.
  - Будем откровенны, уважаемые дядьки, - усмехнулся Темный Лорд Ренн. - Любой из нас поступил бы также, имей он такие же шансы, как Унорас. Трон Повелителя слишком сильное искушение для любого из нас. Мир заждался Темного Властелина - это же очевидно, дядьки мои!
  - И ты, естественно, примеряешь себя на эту роль? - немедленно окрысился Темный Лорд, дядька Темногор Россоль Лос.
  - А ты кого примеряешь? - не растерялся дядька Ренн, и оппонент немедленно скис.
  - Что необходимо в первую очередь, - вмешался в спор Темный Лорд Ларабн Горед Друкх. - Это разобраться с ритуалом. Что произошло, почему, куда делась вся задействованная павера? Это ведь не шутки, дядьки мои, такое количество мощи неведомо куда вбухать! И главное - где результат? Если б на месте города мы узрели воронку, все было ясно и понятно. То, что мы имеем сейчас, не может не настораживать. Претендент на престол Повелителя в бегах, Светлые активизировались, башня дядьки Унораса буквально блокирована. Боюсь. Дядьки мои, если мы и дальше будем продолжать в том же духе, останемся с пустой тарелкой.
  - А то и вовсе с осколками, - поддакнул дядька Гаврон.
 
 
  В это утро у дядьки Ревана, рыбака, все буквально валилось из рук. Улов не просто оставлял желать лучшего, сети вообще остались пустыми. Мало того, в одной из них зияла немалая дыра, должно быть, зацепилась за что-то на дне. Не лучшее начало нового дня, но именно, что начало. Дядька Реван в таких случаях забрасывал сети повторно, в этот же раз от этого пришлось отказаться, потому как лодка не вовремя дала течь. Вот так, ни с того, ни с сего. Где-то незаметно разошлись плохо просмоленные доски, такое порой случается, и не с одним дядькой Реваном. Если разобраться, дело вполне себе житейское, обидно, что на один день все наложилось, это да, а так - и не такое случается.
  Разобиженный на весь белый свет рыбак вытащил лодку на берег, купил на пару медяков горлодера у старой Бульхи и побрел домой, кляня свою судьбу так, как умеют только рыбаки да моряки - незлобливо и с достоинством. Хотелось ему одного - чтобы его весь этот козлом драный мир оставил в покое. Не так уж и много, верно? Но и этого незадачливому рыбаку не дали. Дома пришлось ругаться с женой как по поводу мизерного улова, так и насчет горлодера. На шум скандала прибежали дети - все пятеро, у старшей на руках вальяжный белый котяра. Хотел дядька Реван отобрать паршивца да на улицу, где ему самое место, пинком вышибить, но жена увильнуть от скандала не дала. И зря, между прочим. Поступи дядька Реван, как собирался, наглая морда не налила бы в углу убогого жилища и не стянула одну из последних рыбин. А так даже проучить паршивца не вышло - сиганул в открытое окно с рыбиной в зубах да и был таков.
  Дядька Реван швырнул вдогонку рваный сапог, забрал бутыль с горлодером и пошел к соседу жаловаться на жизнь.
 

Кот.

Комментарий.


 
  Вот не понимаю я этих людей, разве ж можно в таком месте селиться? Неужто не чувствуют, что страшная-серая-тень прямиком за стенкой живет? По ночам проходит сквозь стенку и сосет из бедных людей удачу. А люди-то неплохие, не то, что прежний хозяин, собака такая, чуть не убил, хорошо, успел сбежать.
  Что б вы без меня делали, несчастные! Но не бойтесь, я вас в обиду не дам. Сейчас этот уголок окроплю, страшная-серая-тень войти не сможет. Не навечно, но пока запах не выветрится, путь ей сюда заказан. А запах у меня - что надо, держаться будет долго.
  И пойду я отсюда. Не мой здесь дом, и люди не мои. Вот рыбку возьму и пойду, пока благодарить не стали, а то у людей благодарности странные такие, вон уже и сапоги полетели... к дождю, наверное.
 
  Барон Кусси, дядька Ферлас прогуливался по набережной, держа на поводке собаку - знаменитого тьенского волкодава, которого собирался показать своему приятелю, барону Крею. Приятель запаздывал, дядька Ферлас откровенно скучал, тщетно пытаясь развлечь себя киданием камешков в море. Время шло, барона не было, и дядька Ферлас уже подумывал, не пойти ли ему домой, как волкодав неожиданно зарычал и сделал стойку.
  Понятное дело, не на волка, откуда ему в городе взяться, собака выследила другую добычу. Здоровенный белый котяра с любопытством взирал на дядьку Ферласа из обшарпанной подворотни. Нагло так взирал, понимая, что тьенец сидит на крепком поводке.
  Что его взбесило так, дядька Ферлас и сам был не в состоянии понять, но вспыхнувшее неожиданно желание проучить наглого кота пересилило здравый смысл.
  - Взять! - негромко скомандовал барон, спуская собаку с поводка. Тьенец рванулся к добыче с утробным рычанием, кот заметался, бросился стремглав к дереву, но видно было, что не успевает. Дядька Ферлас испытал некоторую неловкость, все-таки, несчастный зверь ничего плохого не делал, но именно в этот миг тьенец догнал свою жертву, и азарт мгновенно убил неуместную жалость. Кот ускользнул в последний момент, вздыбился, пугая противника, угрожающе зашипел. Собаку, которая с легкостью душит ледяных волков, напугать сложно, тьенец бросился на кота... и тут произошло то, что снилось потом дядьке Фераласу долгие годы. Собака взорвалась, разлетелась на сотни кусков кровавого мяса и серой шерсти. Перепуганный насмерть кот в два прыжка пересек улицу, взлетел на забор и был таков.
  А барон еще долго стоял, глядя на то, что недавно было великолепным тьенцем, бессмысленным взглядом. Пока не пришел запоздавший барон Крей и не отвел его к лекарю.
 

Кот.

Комментарий.


 
  Уххх! Хашшшш! Хашшшш! Убирайся, тварь! Пошла прочь! Караул!!! Хашшшш! Чтоб тебе лопнуть, мохнатая бесхвостая какашка!
  Ой! Лопнула...
 
  Дядька Леполас был всегда навеселе, и нравом потому обладал общительным и добродушным. Вот только люди старательно обходили пьянчужку стороной, и разговаривал дядька преимущественно с бездомными котами, собаками, а порой, при отсутствии достойных собеседников, и с помойными крысами.
  Этот день для достойного дядьки выдался неудачным. Похмелье было изрядным, а денег на опохмел не было. Не было также возможности их быстро заработать, при мысли о том, что придется что-то делать, дядьку выворачивало наизнанку.
  Оставалось одно - попрошайничать. Народ в Литранде отличался изрядным состраданием к пьяным да похмельным, должно быть, каждый понимал, что завтра на мечте очередного бедолаги может оказаться он сам.
  Беда в том, что улица, где отдыхал дядька Леполас, была пустынной, никого живого, кроме здоровенного белого кота, на ней не наблюдалось.
  - Кыс-кыс, - позвал дядька Леполас, не без труда выползая из канавы.
  Кот не без любопытства посмотрел в его сторону, вопросительно муркнул.
  - Иди сюда, мохнатый, иди, поглажу. Ооо, моя голова! Вот ты, кот, никогда не пьешь, и правильно! Ну ее, проклятую, в жизни больше нее не посмотрю. И опохмеляться не буду, все равно нечем...
  Кот подошел поближе, пьянчуга почесал его за ухом.
  - Хорошо, что ты кот, а не белка, - сообщил дядька Леполас. Кот заурчал, соглашаясь.
  - Эх, сейчас бы хоть воды кружку, - возмечтал пьянчуга. - Был бы ты, дядька кот, волшебным, небось не отказал бы мне в такой малости, а?
  Раздался странный звук, будто кто-то невидимый хлопнул в ладоши. На дорогу перед дядькой Леполасом хлопнулась пузытая бутылка - точь-в-точь, как те, что в трактире старого Луно ценой в три медных баблона.
  Хлопунлась - и разлетелась вдребезги. Заорал заполошно белый кот и стремглав бросился наутек. А дядька Леполас сидел в полной прострации и осмотрел на осколки разбитой стеклянной мечты.
  Говорят, что с этого дня он бросил пить и каждый день стал посещать храм Превеликого. А еще рассказывают, что животных дядька Леполас перестал любить. Насчет же белых котов, отчего-то убежден он, что сии животные непременно приносят несчастье, и если мелькнет что-то белое поперек пути, дядька Леполас непременно сворачивает в ближайшей переулок, либо ждет, чтобы кто-то другой пересек невидимую черту раньше его, и принял белое проклятие на себя.
 

Кот.

Комментарий.


 
  Чуть не убил, придурок! Пьянь подзаборная! Бок дрянью вонючейобрызгал, как вылизывать теперь? Тут от одного запаха глаза разъезжаются, что ж будет, если вычистить? А ведь придется, мряу, мряу...
 
  Малышку Литту никто не назвал бы радостью. Во-первых, она не вступила еще в тот возраст, когда девочек начинают так именовать, а во-вторых, уж больно издевательски это звучало бы. Лита была слепа с рождения, и ни богатство ее родителей, ни положение при дворе не могли вернуть ей зрение.
  Лита не роптала на судьбу, принимая свою участь такой, какая она есть. В конце концов, ей повезло родиться в богатой семье, все ее желания тут же исполнялись. Кроме одного-единственного, но с эти ничего не могли поделать ни премудрые чаруны, ни святые служители Превеликого. Девочка в ежедневных молитвах благодарила Единого за то, что он дал ей возможность жить в чудеснейшем из миров в самой лучшей семье, которая только может быть. О своей мечте Лита не упоминала - Превеликий и так все знает, и если сочтет возможным выполнить ее самое сокровенное желание, то сделает это без просьб и слезных молений.
  В этот день Лита сидела в саду и слушала пенье птиц. Солнышко припекало, ей показалось даже, что стоило одеться не так тепло. Майский денек выдался погодным, птички щебетали наперебой, радуясь весне и теплу.
  В птищьи перепевы неожиданно ворвалось негромкое мяуканье. Лита беспокойно завертела головой, силясь на звук обнаружить кота.
  - Котик, - позвала она. - Иди сюда, хороший.
  - Мяу! - с готовностью откликнулся пушистый комок, провел хвостом по лодыжке, обнюхал ногу и об нее же потерся. Лита засмеялась.
  - Иди ко мне, дай, я тебя поглажу.
  Она подхватила покладистого кота на руки, погладила по загривку. Кот замурлыкал в ответ, спрятав мордочку в ее ладошке.
  В этот момент все и случилось. Чудо, на которое только и оставалась надежда, явилось вдруг, водоворот ярких весенних красок накрыл девочку с головой, она пронзительно закричала. Не от страха, от неожиданности. Кот стремглав слетел с коленей и исчез в кустах.
  Чудеса случаются порой - если не перестаешь в них верить. Не часто, и не со всеми, но такое порой бывает.
  Об одном только жалела счастливая девочка - что слугам не удалось поймать и отблагодарить кота. Коты, знаете ли, не любят, когда их ловят и благодарят.
 

Кот.

Комментарий.


 
  Нет, ну что за манеры - орать, ловить. Пообщался, называется. Почему вы такие странные, люди? Почти как кошки... Мрр, кошки...
 
  Живодерня перестала быть ближе к вечеру. Солнце еще не село, но уже ощутимо похолодало, майское тепло обманчиво. Редкие прохожие спешили пройти мимо мрачного серого здания, как спешили миновать и городское кладбище. Люди чувствовали присутствие смерти в этих местах и стремились быть от нее подальше, наивно веря в глубине души, что этого достаточно для бессмертия.
  Те из них, кто запоздал со своим желанием оказаться подальше от живодерни, стали свидетелями странного и даже страшного явления. Таких оказалось ровно три - дядька Флинн, дядька Богуль и жена его радость Тулла. Радость была не в меру полная и потрепанная жизнью, но дядька Богуль не жаловался. Наверное, для него она по-прежнему оставалась молодой и красивой, он просто не видел, как беспощадное время рисует морщины на ее лице.
  Не было ни взрыва, ни грохота. Просто живодерня перестала быть. Стояла себе чуть не сотню лет, а потом раз - и нету. Только ошелевшие от счастья животные с радостным лаем да мявом разбегаются по окрестным улицам, забыв старые счеты. И каждое из них в полной уверенности, что только что удачно обмануло смерть.
  Что ж, они, очевидно, были правы.
  На кучу гравия, не торопясь, вскарабкался белый кот, горделиво огляделся.
  "Взгляд победителя", - рассказывала потом радость Тулла. В момент же явления кота народу (в составе трех человек) она не обратила на животное ровным счетом никакого внимания, остолбенело таращась на то, что минутой раньше было уродливым серым зданием. А потом подхватила мужа под руку и потащила домой, подальше от странных чудес. Мудрая женщина прекрасно понимала, что с кого-то за живодерню все равно спросят, и уж точно не с кошек-собачек. Потому и спешила увести мужа подальше от всего непонятного.
  Третий же очевидец, дядька Принлег, подобной мудрости не проявил. На его вопли сбежалась едва ли не половина Стражей Порядка, и что, по-вашему они сделали? Правильно, забрали горластого дядьку в тюрьму. До выяснения, как ему объяснили, обстоятельств.
 

Кот.

Комментарий.


 
  Это действительно было страшно. Застоявшийся запах смерти, такой нелепой и беспощадной, давил на нос, глаза слезились. Было страшно, очень страшно. А потом все кончилось. Каменые стены с шорохом осыпались безобидным гравием, страшный запах хоть никуда не делся, зато появилась возможность просто покинуть это место. Навсегда.
 
 
  - Подводя итоги, любезные дядьки, должна сообщить следующее, - неторопливо начала радость Иллиара. - Высший Чарун Унорас все-таки создал артефакт. Правда, не тот, что собирался.
  Светлая Леди лукаво усмехнулась и продолжила:
  - Во время ритуала внезапно проснулся жертвенный кот, и как у этого племени принято, сунул любопытный нос прямо под руку дядьке Унорасу. В результате, весь массив чар был наложен на бедное создание, и на выходе получился...
  - Кот Всевласти! - закончил вместо не дядька Ранвил и зашелся в приступе хохота. - Бедный, бедный дядка Унорас! Какое-то простое колдодейство, чары пробуждения, которыми разве что дети балуются - и все его могущество коту под хвост!
  - Кот же благополучно покинул башню, лишая Высшего чаруна последней надежды на благополучный исход , - продолжила радость Иллиара, как ни в чем не бывало. - Очень интересный расклад получается, благородные дядьки. Артефакт невероятной мощи обладает свободой воли и каким-никаким, но сознанием. Невероятная ситуация, не имеющая прецедентов! Мы непременно должны изучить этот феномен...
  - Кота надо срочно схватить, - жестко сказал дядька Колорн. - Артефакт такой мощи не должен попасть к Темным, оставаться бесхозным он не должен тоже. Уничтожать его не желательно - освободившаяся энергия сотрет город в пыль. Не забывайте, животное, хоть и обладает исключительными свойствами, остается, тем не менее, животныцм. Со своими примитивными потребностями, инстинктами, страхами. Кроме того, оно ничуть не менее уязвимо, чем его собратья. Один удачный бросок камня какого-нибудь мальчишки - и от города даже щебня не останется. Поймать, спеленать сетью из колдодейского железа и потом уже спокойно, не торопясь, изучить.
  Спорить со с дядькой Колорном никто не стал. Вроде, все Светлые Лорды между собой равны, но вот он отчего-то немного ровнее прочих...
 
  - Ситуация сложная, уважаемые, э, дядьки, - начал дядька Гаврон. - Я понимаю, это звучит бредоподобно, но дядька, э, Унорас все-таки сотворил артефакт. Все заготовленные для кольца, э, чары оказались наложены на кота. Это было бы смешно, коллеги, если б не было так грустно.
  - Как это получилось? - поинтересовался дядька Темногор с долей недоверия.
  - Наши аналитики считают, что Светлые смогли найти, э, брешь в непробиваемой защите Унораса и взять под контроль жертвенного кота, - пояснил Темный Лорд.
  - Красиво, - не без зависти покачал головой дядька Темногор. - У Светлых есть, чему поучиться. Если эта бредовая история хоть отдаленно сродни истине. Что у нас с доказательствами, дядька Гаврон?
  - Умному много не надо, - огрызнулся чарун. - Шерстинки на алтаре, кошачьи следы в, э, лаборатории, причем лапы были вымазаны в реактивах из разбившихся, э, склянок, наконец, все эти странные случаи в городе, непременно связанные с белым, э, котом. У людей даже возникло новое суеверие, что увидеть белого, э, кота - к несчастью. Хотя тот же кот, по слухам, вернул дочке Первого, э, Советника зрение.
  - Неубедительно, - хмыкнул дядька Темногор. - А более весомых доказательств у вас нет?
  - А тебя какие устроят? - злобно ощерился Гаврон. - Завещание, э, Унораса или признание кота в письменном виде? Аналитики не сомневаются в том, что наш беглый коллега наложил, э, чары на жертвенное животное. Что тебе еще надо?
  - Отношения выяснять будете не здесь и не сейчас, - резко оборвал обоих дядька Ларабн. - Дядька Темногор, ты в самом деле считаешь версию об артефактном коте ложной, или просто нам показать желаешь, какой ты умный да бдительный?
  - Я считаю, что нельзя цепляться только за одну версию, какой бы привлекательной она не казалась, - упрямо заявил чарун.
  - У остальных, как я понимаю, сомнений нет? - осведомился дядька Лабарн. - Тогда пораскиньте мозгами, дядьки. Артефакт в виде живого существа меня категорически не устраивает. Получается, любой идиот-горожанин может устроить локальный катаклизм просто...
  - Поставив клизму коту, - ухмыльнулся дядька Гаврон.
  - Примерно так, - невозмутимо подтвердил Лабарн. - Далее, колдодеить сам кот не может, обязательно нужен оператор. Но дядька Унорас заложил и охранные заклятья, если коту будет грозить опасность, страж-чары непременно сработают, как в случае с лопнувшей собакой или уничтоженной живодерней. И пусковым механизмом служит, очевидно, страх кота. А эти животные довольно-таки пугливы. Как бы то ни было, Светлые его заполучить не должны. Ни в коем случае не должны.
 

Глава 3.


 
 
  Сегодня я понял, отчего каждая богатырская история начинается со слов "выехал он в чисто поле". Просто по лесу богатыри ходить совсем не умеют.
  За дядькой Хреногором оставалась такая просека, куда там медведю. Вот если Змия за хвост протащить, похоже выйдет. Хотел я богатырю об этом сообщить, но остерегся, с этого станется поймать Змия и проверить.
  А хуже всего, что богатырь без подвигов свою жизнь и не мыслит. Увидел в реке русалку - спас. Вытащил на берег, откачал, положил на ветку сушиться. Как она слезать будет с рыбьим-то хвостом, его и не волнует нисколько.
  Увидел лешего - дал в морду. Это вместо того, чтобы хлебом да молоком попотчевать. Леший в долгу не остался, завязалась драка. Тут я истинную мощь карлы и оценил. Чтобы Хозяина вот так на кулачках носить - это кем же надо быть, спрашивается? Хреногор загнал лешего в озерцо, а у того, как назло, вражда была с местным водяным. На сем одна драка завершилась, началась другая.
  Леший был сильнее, водяной - на своей территории. Как результат, лес пострадал изрядно, а от озерца только тина на дне и осталась. В которую по уши вбили водяного, чтобы не мешался, когда двое на кулачках отношения выясняют.
  Но это еще не самое странное. Куда непонятнее для меня, что было потом. Леший хлопал по плечу и угощал бражкой, а русалка так вообще намекала на переспать, что и сложилось бы, несмотря на невесту, если б эти двое разобрались, как.
  В результате, мы все-таки поехали дальше, а русалка пообещала сходить к ведьме и выменять пару ножек в обмен на голос. И знаете, что я вам скажу? Хорошие ножки на такой вот голосок не выменяешь. Кривые, как плетень деревенский - и это еще в лучшем случае. Правда, есть еще вариант. Если недельку- полторы распевать песни под ведьмиными окнами, цену можно здорово скинуть. Но я бы не советовал - ведьмы отличаются хорошей памятью и изощренной мстительностью. А заставить русалку заткнуться можно ведь и не только этим самым обменом...
  Но это были еще цветочки. Русалка убулькала в озеро, бражки у лешего всего ничего оказалось, богатырь хоть и покачивался в седле чуть, но не так, чтоб заметно.
  Вот когда Хреногор вместе с конем сверзился в непонятно откуда взявшийся овраг (не иначе, привет от лешего), я понял, что и этот день не удался. Но не задумался, а счел совпадением.
  - Да что за ёлы-палы? - донесся из оврага возмущенный голос дядьки Хреногора, и я понял, что с богатырем ничего страшного не случилось. Поразительно, если принять во внимание глубину оврага и крутизну склона, но леший существо не злое, просто шутки у него дурацкие.
  - Эй, Совран! Ты там как? - донесся до меня голос Хреногора.
  - Да со мной-то что случится? - удивился я. - Ты вылезти-то сможешь?
  - Я-то смогу, - грустно вздохнул богатырь (с пары деревьев сдуло листья). - Только пешим. Лошади не выбраться, склон больно крутой. А без лошади я не богатырь, понимаешь?
  - Да брось, ты и сам по себе не дешево стоишь, - попробовал я успокоить Хреногора, но тот резко оборвал меня на полуслове:
  - Не трепись, лови лошадь.
  - Что? - переспросил я, и не потому, что плохо расслышал. Просто бывает так, слова все знакомые, а смысл ну никак не ухватишь.
  Воздух протяжно загудел, и на меня обрушилась визжащая туша с безумно вытаращенными глазами. И если вы считаете, что лошади не визжат, попробуйте закинуть одну хотя бы на крышу дома.
  Именно в этот момент я понял, что богатырем мне не стать никогда. Это сколько же Превеликий им силы дает, чтобы ума ВООБЩЕ не надо?
  Дух из меня вышибло сразу и напрочь. Я лежал на сырой земле, смотрел в небо и понимал, что сейчас умру. Если у вас будет возможность поймать лошадь, постарайтесь увернуться. У меня не вышло.
  - Вот и все, - из оврага выполз довольный Хреногор. - Сейчас почищусь, и поедем дальше. Кстати, хреново ты, парень, лошадей ловишь.
  Вот тут меня накрыло, не волной - океаном ярости.
  Вы знаете, что такое павера? Сила, мощь, энергия - это все слова, а я сейчас на пальцах растолкую.
  Павера - это чувства, контролируемые разумом. Любовь, ненависть, зависть - все чувства и страсти, что бурлят в твоей душе, это овощи для похлебки под названием "павера". Чарун переплавляет эмоции в чистую силу, необходимую для колдодейства, и чем сильнее эмоции, чем больше их может через себя пропустить тем мощь его выше.
  А ведуны живут в гармонии с миром, свою силу черпают из него. Зелья да заговоры, для которых паверы нужно самую малость - вот чем они (то есть мы) сильны.
  О колдодействе я не знал практически ничего, кроме того, что оно существует, меня как раз на ведуна учили, и когда кто чаруном называл - смешно становилось, вот же люди, ничего не понимают в тайных делах. И сам я себя чаруном не представлял даже - до того момента, как разнесчастная, только что вставшая на ноги лошадь полетела в довольно улыбающуюся физиономию богатыря, сметая его обратно в овраг.
  - Хреново ты, парень, лошадей ловишь, - крикнул я злорадно и поморщился от боли, ребрам все-таки изрядно досталось.
  И знаете, что я услышал в ответ? Ругань, проклятия, угрозы? Да, уважаемый дядька, ты прав, смех. Чувствуется, дядьки мои, что вы имели дело с богатырями.
  А потом он вылез из оврага, неся лошадь на закорках. Та, кстати, нисколько не дрожала, очевидно, такие полеты были ей привычны. И то сказать, если с хозяином не повезло, остается либо приспособиться, либо сдохнуть. Я бы, наверное, сдох.
  - Ну ты силен, ведун, - уважительно покачал головой богатырь. - Сколько с вашим братом общаюсь, ты первый, кто в меня Буркой обратно кинул. Знаешь, я начинаю думать, что подвиг наш все-таки завершиться успехом.
  - А вот я боюсь, что убью тебя раньше, - мрачно ответил я, ощупывая поврежденные ребра. После героического броска лошадью накатила жуткая слабость, даже подняться с земли сил не было. Но я все-таки сумел, сначала оперся о колено, потом рывком выпрямился во весь рост.
  Меня шатало, голова кружилась. Увидев это дело, дядька Хреногор понятливо кивнул и принялся раскладывать костер.
  - Ты уж извини, ведун, - сказал он виновато. - Не доверяю я вашему брату. Да и сестре тоже, охмуришь какую, а потом окажется, что ей за пятьсот давно... Бабку-то твою я давно знаю, своя в доску старуха была, а вот насчет тебя уверен не был. Теперь вижу - характер есть, и человек ты честный.
  - Это как же ты выяснил? - недовольно спросил я.
  - Ответил сразу, обиду таить не стал
  Хм, а богатырь-то совсем не так прост, как казалось. Вот ведь, взял да проверку устроил. Прав он, желания горло резать у меня точно нет. Вот врезать ему раза я бы не отказался, только он ведь ответит, а я на ногах и так не стою.
  Тьфу, о чем вообще моя голова думает? Ведуны кулаками не машут, если замыслю отомстить, по другому надо, комаров, к примеру, приманить, а лучше клещей, да под кольчугу. И посмотреть, как он почесаться сумеет.
  - Без обид? - спросил богатырь и протянул руку.
  - Без обид, - подтвердил я, не без сожалений обрывая картины страшной мести. В конце концов, когда два человека дают друг другу по морде лошадью, обидней всего приходится как раз животине. А раз уж она не возмущается, так нам тем более не след.
  Такими мы к деревне и вышли - я, спотыкающийся на каждом шаге и плывущая по воздуху лошадь. Богатыря, ясное дело, местные жители не заметили.
  А потому встретили нас с лошадью древокольем, как и положено приветствовать заезжих колдодеев.
  Многие, особенно среди витязей, силу деревенского оружия недооценивают. Мол, полено - оно полено и есть, да еще в мужицких руках - ну скажите, дядьки мои, какую опасность оно представлять может? Однако ж, в умелых и сильных руках обычный кол дорогого стоит. Что с того, что дядька воин весь из себя в железе? Дерево кольчугу, ясно, не пропорет, но руку-ногу перебить - как орех разгрысть. А уж всадника спешить, вообще дело плевое.
  - Хреногор, - сказал я негромко. - Кажется, у нас проблемы.
  - Еще какие, - подтвердил здоровенный мужик, поигрывая топором. - Сталбыть, конягу твою Хреногором зовут? Ну и имечко ты выбрал, колдодей!
  Точно, проблемы. Если деревенские кого колдодеем величают - не иначе, к костру. Или к воде, если дело летом. Деревенские, надо отдать им должное, парни вполне практичные.
  Однако сейчас их ожидал сюрприз, и не малый.
  - Хреногором зовут меня, - богатырь поставл настрадавшуюся коняшку на землю и выпрямился во весь свой невеликий рост. - Что-то против имеешь?
  Дядька с топором оторопел, вся толпа дружно сдала назад на пару шагов. Я с облегчением подумал, что вроде обошлось. И конечно же ошибся.
  Мужик с топором, но, по-видимому, без мозгов, начал ржать. Громко, со вкусом, и, что самое страшное, заразительно. Все еще могло обойтись выбитыми зубами и парой переломов. Но когда гогот с радостью подхватила стоящая за спиной мужика толпа, я понял - быть беде. И отошел в сторону. Не умно это - беде дорогу загораживать, когда она уже к булаве потянулась.
  - Дядька Хреногор, только без смертоубийства, - только успел сказать я, убираясь с дороги. И началось...
  Я упоминал, что меня с измальства богатыри, порой даже знаменитые, всяким ухваткам обучали? Так вот, именно в тот миг, когда Хреногор начал драку, понял я, что ничего я о богатырях не знаю, хоть и повидал разных-всяких. Потому как не видел, как они дерутся.
  А посмотреть было на что. Булаву Хреногор сразу отбросил, уважил мою просьбу. Зато вытащил из ближайшей избы бревно (это было первое разрушенное жилище, но праздник еще только начинался) и пошел крушить. Далее - как в сказках, махнет направо - улица, махнет налево - переулочек... архитектор хренов! Правда, меру знал, люди у него выше облака стоячего не летали. Говоря откровенно, даже за верхушки деревьев немногие.
  Кто поумнее да посообразительнее, сразу бухнулись на землю. А вот те, кто подраться непрочь был - получили по полной, накормили от пуза и еще с собой надавали в дорогу. Как-то по сказкам я себе это все по-другому представлял. Поверженные, как я полагал, должны быть аккуратно уложены в штабеля, а не развешены беспорядочно по деревьям. Избы вообще можно было не трогать, а им как раз досталось сильнее всего - попасть легче, а увернуться только одна попыталась, наверное, баба-яга в ней жила.
  В общем, пол-деревни Хреногр снес особо не напрягаясь и остановился. Те, кто летать не учился, тишком отползали за обочину дороги, в канаву. Прочие висели на ветках и признаков голоса не подавали, богатырь вроде стал успокаиваться. Я уж было понадеялся, что на сегодня все. И опять промахнулся - ну, что за день такой!
  Из-за угла чудом уцелевшей перекошенной избы вышел дюжий заросший мужик в старой, изрядно обносившейся рубахе и вовсе уж рваными на коленях штанах. Посмотрел на Хреногора недобро, ухмыльнулся тоже... нехорошо.
  - Мы тут, - объявил торжественно. - Чужаков не любим.
  Подхватил с земли бревно, покрутил его, как посох легкий, и шагнул вперед.
  Вот же везенье наше! Сколько деревень на свете, нет, надо было непременно на такую наткнуться, где богатырь честно отсиживал свои законные тридцать и три года на глиняной печи. А уж за столько лет силы можно преизрядно накопить!
  - Как звать тебя, богатырь? - спросил Хреногор, перехватывая бревно подобнее.
  - Зови меня Смерть, - гордо ответил местный дядька богатырь, явно сочинивший ответ заранее. За тридцать лет и три года еще и не то придумать можно.
  - Совсем дурак, - пожурил Хреногор. - Кто ж Смерть по своей воле зовет?
  Местный на "дурака" обиделся, а достойный ответ придумать не сумел. И не удивительно, за тридцать и три года сидения на печи привыкаешь к этакой неторопливости мышления. Зато сиииилы! За таким глаз да глаз нужен, а ну, как не дай Превеликий, найдет точку опоры, что ж выйдет-то?
  Хреногор ловко отбил бревно противника и торцом влепил прямо в лоб. На печи силу можно высидеть (Превеликий дураков любит!), но никак уж не мастерство.
  Местный заревел, бревном закрутил шибче. Недобитые деревенские сползались отовсюду, боясь пропустить невиданное зрелище.
  - Задай ему, Ванька! - азартно крикнул с дерева мужик без топора. Иван, стало быть. Ну, не Илья - уже хорошо. Иваны же, как известно, бывают дураки и царевичи. Так вот, этот на царевича нисколько не походил.
  Хреногор, надо отдать ему должное, ситуацию постарался исправить, как мог. Три раза его бревно вправляло противнику мозги, выбивая попутно зубы и пуская носом кровь. Все-таки, богатыри, наверное, не совсем люди. У меня бы, к примеру, голову с первого же удара оторвало, а этот стоит, даже сопли кровавые не вытрет.
  - А ну, давай на кулачки! - взревел Иван, отбрасывая бревно. Хреногор пожал плечами и отшвырнул свое тоже. И ударились они грудь в грудь... попытались , точнее. Хреногор-то намного ниже. Да еще в шлеме... некрасиво получилось. Отбил противнику боевой дух... всмятку, судя по звуку.
  - Что ж ты, гад делаешь? - провыл Иван, складываясь пополам.
  - Ну, извини, - без особого сожаления ответил Хреногор. - Смотреть надо, куда прешь.
  - Чего хотели-то? - спросил богатырь, с трудом принимая вертикальное тположение.
  - Переночевать у вас думали, - сознался Хреногор.
  - Не выйдет, - злорадно сообщил Иван, обводя взглядом раскатанные по бревнышку избы. Как я и предполагал, целых домов в деревне не осталось. Потому, наверное, богатыри и предпочитают сходиться в чистом поле. Разрушений меньше.
  - Да я уж понял, - миролюбиво ответил Хреногор. Ярость вытекала из него, как вода из худого кувшина - по капле, быстро и неудержимо.
  - А миром решить было нельзя? - возмущался Иван. - Что я людям скажу теперь?
  Он мотнул головой на пригорок, где немым укором стояли бабы, старики и дети. Последние разве только не прыгали от восторга - не каждый все же день пришлые богатыри деревню по бревнышку раскатывают.
  - Скажи, чтоб заново отстраивали, - покаянно вздохнул Хреногор. Иван безнадежно махнул рукой.
  - Идите уж с Превеликим. Откель хоть будешь, дядька Хреногор?
  - Из Топорянска, - беспечно махнул рукой Хреногор.
  - Из столицы, значит, - глаза Ивана нехорошо блеснули, но мы оставили это без внимания. Не будет же человек, хоть и дурак, в отместку столицу по бревнышку раскатывать?
  А если и будет, так в Топорянске богатырей хватает, найдется, кому урезонить. Да и вообще, гори она синим пламенем, столица эта, что мне до нее?
  Забегая вперед, скажу, что раскатать Топорянск Ивану, конечно, не удалось. А участок стены и башню через год отстроили заново.
  Впрочем, это уже неважно...

Глава 4.


 
 
  Белый кот стремительно вылетел из подворотни, ловко проскочил меж ног молодого чаруна в мантии со знаками Темного Лорда дядьки Темногора.
  - Держи! - крикнул тот, силясь развернуться, но запутался в мантии и уселся на мостовую. Его более расторопный напарник бросился преследовать, но это оказалось делом непростым. Кот шустро просочился сквозь дыру в ограде, колдодей не менее ловко использовал псевдолевитацию, перемахнув высоченный забор, как заморский зверь кенгура. И замер - на пути его возникли троица чарунов, носящих серебряные молнии Темного Лорда дядьки Ларабна. И выражение на их лицах молодому колдодею откровенно не нравилось.
  - Так-так, и кто же это у нас здесь? - издевательски пропел невысокий рыжий крепыш в сине-желтой мантии. - Никак, парнишка Лорда Темногора? И что же, позвольте спросить, ему здесь понадобилось?
  - Пропустите, - голос чаруна из свиты дядьки Темногора чуть дрогнул , но этого хватило. Гончие псы Темного Лорда Ларабна оскалили клыки и, не торопясь, взяли его в кольцо. Колдодей отступил на шаг, чтобы держать всех троих в поле зрения и уперся спиной в забор. Развитие ситуации ему абсолютно не нравилось.
  - Не ваши ли ребята вчера потрепали низшего чаруна Вариоха из свиты Темного Лорда Ларабна? - вкрадчиво поинтересовался один из коллег.
  - Я ничего об этом не знаю, - соврал чарун, лихорадочно ища путь к бегству. Противостоять троим равным противникам в колдодействе еще сложнее, чем в обычной драке. А что дойдет до схватки, низший чарун не сомневался.
  - Врет, - не выдержал светловолосый колдодей. - точно Лорда Темногора шпана была, Пернах точно видел. Их золотистые ромбы ни с чем не спутаешь!
  - В общем, ответить придется, - хищно усмехнулся рыжий и представился. - Низший чарун дядька Оррест.
  Называть гильдию он не стал, да это и не было обязательным. Колдодейный дуэльный кодекс требовал назвать имя и принадлежность к тому или иному Лордству.
  - Низший чарун дядька Исаль, - подхватил светловолосый.
  - Низший чарун дядька Слах, - глухо завершил третий, которого колдодей так и не рассмотрел толком, поскольку лицо тот прятал под капюшоном.
  - Низший чарун дядька Лаваль, - нехотя сообщил колдодей из свиты Темногора, который догадался уже, что дуэль будет в регламенте "три к одному", что правилами допускалось, хотя и не одобрялось официально.
  Доски забора вдруг взорвались мелкой щепой, дядька Лаваль рефлекторно закрылся нулевым щитом едва ли не раньше, чем это случилось, но и остальные не отстали. Мелькнула алая мантия с золотым ромбом - знаком Темного Лорда Темногора.
  - Я не опоздал? - задорно тряхнул гривой серебристых волос лучший в мире напарник. - Низший чарун, колдодей седьмой гильдии дядька Пивогор из свиты Темного Лорда Темногора.
  - Сыночек Лорда, - прошипел кто-то из парней Ларабна.
  - Мы атакуем, - коротко бросил дядька Оррест, и Лаваль заметил вдруг, что к противникам присоединились еще двое подельников. Но как же так, регламента "пять к двум" в дуэльном кодексе нет!
  - Минутку... - начал было он, но атака дядьки Орреста заставила его заткнуться. Дуэль или драка, это потом будем выяснять. Сейчас куда важнее выжить. Просто выжить.
 
  Гончая бросилась наперез коту, тот выгнул спину, грозно зашипел, обходя извечного врага по кругу, дождался, пока собака сделала рывок и поймал ее на противоходе. Гончая промахнулась, у кота появился коридор для бегства и немного времени - пока серая тварь развернется и бросится в погоню. Два стука, не более, но тому, кто умеет ловить шансы, больше и не надо. Стук, стук, гончая с рычанием разворачивается, мчится скачками, но кот уже у дерева, взлетает по стволу так быстро, что на соседней сосне белки верещат от зависти. Собака заливается лаем, прыгает, садится и снова лает. Чего это племя никогда не умело, это с достоинством принимать поражение. Непременно надо сообщить всему миру о своей бессильной ярости и страшной мести, которая непременно обрушится на подлого кота, едва тот спустится с дерева.
  А тот комфортно развалился на ветке, не слишком высоко, но куда выше, чем гончая способна допрыгнуть. И с интересом наблюдает за собачьими прыжками.
 

Кот.

Комментарий.


  А ты тут еще откуда, тварь? Караул! Спасите! О, береза, как вовремя. Ну, попрыгай, глупая, еще попрыгай. Люблю клоунов. Ну, прыгни еще, смотри, какой хвост, мняу!
  На три вещи можно смотреть бесконечно - на текущую воду, на рыбок в аквариуме и на то, как бесится собака под твоим деревом...
 
  - Собака кого-то нашла, - низшая колшебница радость Перилла из свиты Светлой Леди Иллиары дернула за рукав своего напарника. - Пойдем посмотрим?
  - Ой, да тут этих котов пропасть, - махнул тот рукой. Низший колшебник дядька Рагунс не желал отвлекаться на какого-то там зверька. Хотя радость Иллиара отдала вполне однозначный приказ - выловить белого кота с необычной аурой. Более того, на всякий случай ловить следовало КАЖДОГО белого кота, тем более, горожане в свете недавних событий боялись этих зверьков до истерики. Белый кот стал символом неудачи, мало кто рисковал продолжать путь, если его пересекла зловещая белая тень.
  Причина, по которой дядька Рагунс столь беспечно отнесся к приказу Светлой Леди, была до очевидности проста - целоваться с Периллой ему нравилось несравненно больше, чем ловить котов любой окраски и возраста.
  - Нет, пойдем посмотрим, - отстранила настойчивого кавалера радость Перилла. Целоваться ей нравилось ничуть не меньше дядьки Рагунса, но чувство ответственности ставило приказ Леди на первое место в списке приоритетов
  Низший колшебник нехотя подчинился. Он, разумеется, понимал важность приказа Леди Иллиары, но душа к этому заданию не лежала. Как-то по-детски это, за котами гоняться. Дядька Рагунс был еще слишком молод, чтобы не бояться выглядеть смешным.
  - Да нет там никого, - недовольно бросил он, внимательно осмотрев дерево.
  - Это и странно, - задумчиво сказала радость Перилла. - Кота на дереве невидно, а собака с ума сходит. Одно из двух - либо гончая сошла с ума, либо кот на дереве есть. Именно НАШ кот, а не приблуда какая.
  - Просканируем? - предложил дядька Рагунс. Его потихоньку захватывал азарт, желание утереть нос подельникам прочих Лордов, Темных и Светлых. Раз уж поцелуи откладываются на неопределенное время...
  Чары обнаружения невидимости довольно сложны в исполнении. Рагунс и Перилла должны были изучать их не ранее, чем через пару лет, но радость Иллиара изменила учебный план, поставив поисковые чары в число приоритетных. Причем задолго до того, как Темный Лорд дядька Унорас создал кота Всевластия. Недаром поговаривали, что Светлая Леди способна прозревать будущее - единственная на всем белом свете.
  - Давай, - согласилась радость Перилла. Дядька Рагунс тут же начал читать заклятие, старательно выговаривая каждое слово. Голос его вибрировал, пробегая по всему диапазону доступных звуковых волн, цепляя крючки чар в окружающее пространство. И когда каркас был готов, щедро влил свою паверу, давая заклятью жизнь.
  Все напрасно. Никакой невидимый кот на березе не сидел.
  - Странно, - радость Перилла была в недоумении. - Собака же ясно показывает - кот здесь. Ну, или белка хотя бы, так и ее нет!
  - Сдурела она, собака твоя, - немного обиженно отозвался дядька Рагунс. -Эй, псина! Пошли уже, хватит деревья пугать.
  Гончая расстроено облаяла напоследок березу и неохотно поплелась за ними следом. Стоило всем троим скрыться за поворотом, как на ветке медленно проявился кот, принявший свой естественный цвет. Невидимость ведь - не единственный способ укрыться от ненужных взглядов...
 
  - Воля твоя, дядька Гаврон, - задумчиво сказал Темный Лорд дядька Тапах Ренадо Гвин. - Сдается мне, пора вмешаться. Ты видел, что творят Темногор с Ларабн? Это ведь война, дядька Гаврон, настоящая война! Оба Лорда ставят все на одну карту, и скоро им двоим весь мир покажется тесным!
  - Странно, Темногор вроде как, э, сомневался насчет кота-артефакта, и вдруг такое рвение, - покачал головой Темный Лорд дядька Гаврон.
  - Будто ты Темногора первый день знаешь, - хмыкнул дядька Тапах. - Всегда темнит, сколь его помню. Сына послал для контроля! Все мы делали вид, что дело баблона медного не стоит, чарунов только низших послали, а он вот рискнул. И сынок его раскатал в тонкий блин пятерых мальчиков лорда Ларабна. И ничего ему за это не будет, потому как ребятки нарушили регламент дуэльного кодекса.
  - Дядька Ларабн ему этого не простит, - хищно ухмыльнулся дядька Гаврон. - На месте молодого Пивогора я бы, э, поостерегся. Но это к делу не относится. Если я правильно понимаю, уважаемый, э, дядька, ты имеешь ко мне некое деловое предложение?
  - Именно так, друг мой. Позволь поинтересоваться. Каков твой интерес в этом деле?
  - В первую очередь, мне не хотелось бы, чтобы кот Всевластия...
  - Мощи, - поправил дядька Тапах.
  - ...кот Мощи достался кому-то из наших уважаемых, э, коллег. Желательно также, чтобы Светлые его тоже, э, не получили. Ну, и по возможности, неплохо было бы заполучить , э, зверушку самому, однако я прекрасно понимаю, что на это шансов мало.
  - Практически нет, - согласился Темный Лорд Тапах Ренадо Гвинн. - Я рад что ты, уважаемый дядька, это понимаешь. Вот что я предлагаю - провести в Краснореченск Демона Па.
  - Демон Па, - дядька Гаврон нахмурил брови, старательно вспоминая, что слышал об этом существе. - Это, случаем, не Пожиратель...
  - Артефактов, - сладко улыбнулся Лорд Тапах. - Именно так, уважаемый дядька.
  - Интересно, - дядька Гаврон лихорадочно просчитывал варианты. - Да, это должно, э, сработать. Демон Па сумеет найти кота Все... Мощи, это несомненно. И, найдя, незамедлительно, э, уничтожит, ведь пожирание артефактов - единственное доступное ему, э, удовольствие, если я ничего не путаю.
  - Именно так, - дядька Тапах просто-таки лучился довольством.
  - Значит, союз?
  - Нам с тобой делить нечего, уважаемый дядька. Сейчас, по крайней мере. А добиться вместе мы сможем много больше, чем поодиночке.
  - Согласен. Дядька Тапах. Предлагаю налить по бокалу, э, вина и выпить за наше предприятие.
  - Ничего не имею против. Есть у меня вино, как нельзя лучше подходящее к случаю. "Роза Лета", урожая года Синего Лебедя.
  - Настоящая редкость, уважаемый, э, дядька. Воистину, не откажусь.
  - Тогда приступим.
  В Заморске, резиденции Темного Лорда дядьки Тапаха, этот день запомнили надолго. Не так уж часто два мага уничтожают все запасы вина в городе. До последней бутылки. Даже на опохмел не оставив...
 
  - И что же понадобилось Светлым в этом несчастном городишке? - дядька Пивогор демонстративно поигрывал паверой. За его спиной стояли трое в алых мантиях с золотыми ромбами, готовые поддержать любое действие лидера. Причем, судя по шнурам аксельбантов, это были не низшие чаруны, а колдодеи среднего звена.
  - А ты не знаешь? - с легкой насмешкой ответила радость Перилла. Пивогор снисходительно улыбнулся.
  - Я догадываюсь. Всем нам нужно одно и то же, не так ли?
  - Кот Мощи, - согласно кивнула радость Перилла.
  - Он же кот Всевластия, - согласился дядька Пивогор. - Но видишь ли, радость моя, вам здесь не светит. Предположим, вам даже повезет поймать зверушку - неужто вы всерьез рассчитываете, что мы уступим ее без боя?
  - А вы всерьез полагаете, что мы к этому не готовы? - голос Периллы стал вкрадчивым. - Или думаете, что мы работаем без прикрытия? Хочу напомнить, что считать других дурнее себя - все равно, что протаптывать дорожку к собственной могиле.
  - Позволю себе заметить... - начал было дядька Пивогор, но его оборвал один из подельников:
  - Вот он! Держи!
  Пушистый белый комок стрелой пролетел мимо них и исчез за углом.
  - Лови! - завопил дядька Пивогор, бросаясь в погоню. Подельники последовали за ним, открывая очередную охоту на котов.
  - Ты куда? - радость Перилла успела поймать за рукав дядьку Рагунса раньше, чем тот умчался ловить зверушку. - Пусть ребята побегают, им полезно. У колдодеев среднего звена работа, говорят, сидячая.
  - Кот! Они поймают кота!
  - Да пусть себе ловят, - пожала плечами радость перилла. - Меня это не слишком волнует.
  - Но почему? - дядька Рагунс превратился в сплошной грамматический знак недоумения.
  - Потому что он, - радость Перилла лукаво улыбнулась. - Кошка.
  - Кошка! - глаза низшего колшебника лучились восторгом. - Перилла, ты гений! Нет нужды гонять бедолагу по всему Краснореченску. Где он предпочитает гулять, мы знаем. Подсунем ему подходящую и возьмем голубчика тепленьким и размякшим.
  - Думаешь, поведется? - сомнением спросила радость Перилла.
  - Я бы повелся, - честно сознался дядька Рагунс.
 
  - Проклятье! Это не кот, - лицо дядьки Пивогора исказила гримаса ярости. - Кошка!
  - Мяяяу! - жалобно пропела кошка, колдодей грубо отшвырнул ее в сторону.
  Сын Темного Лорда был в растерянности. Легкое, поначалу казалось, дело, оказалось далеко не столь простым, как он самонадеянно полагал. Магический поиск ничего не давал. Хотя объект и должен, по идее, обладать сильнейшей магической аурой, ничего подобного сканирование не выявило, наверное, недоброй памяти дядька Унорас предусмотрел маскировочные чары, когда планировал свой артефакт. Следовательно, отличить кота от прочих можно лишь в тот момент, когда он проявляет свои особые свойства.
  Но есть один безотказный способ. Надо просто перебить всех белых котов (и на всякий случай кошек, чтоб не путали) в городе. Артефакт себя убить не даст, так что, последний оставшийся белый кот и будет тем, кого они ищут.
  Нужно только поосторожней действовать, дядька Унорас был мастером на всякие каверзы. Какую защиту он на свой артефакт ставил - только Превеликий знает, но уж точно не слабую. Потому без третьего-пятого щита как минимум за дело лучше и вовсе не браться.
  И еще надо решить, что делать со Светлыми. Это не со своими коллегами отношения выяснять, тут надо соблюдать осторожность, никогда не знаешь, что им взбредет на ум. Безобидная драка на пару трупов с обеих сторон может вполне вылиться в большую войну, были уже прецеденты. Последний раз лет двести назад, после чего Темные Лорды со Светлых буквально пылинки сдували, чтоб на новую войну не спровоцировать. Если и гадили, то только скрытно, исподтишка, чтобы можно было от всего отказаться.
  Дядька Пивогор сплюнул на мостовую. Лучше бы ему не промахнуться, отец неудачи не простит. Снова задвинет, словно ненужную вещь, и когда представится новый шанс, только гадать остается.
  Он решительно развернулся и покинул пустой переулок. Впрочем, безлюдным он только казался. Едва молодой колдодей исчез за углом, от стены отделилась невидимая до того фигура.
  - К артефакту моему ручки тянешь? Так я ручки тебе пообломаю! - прошипел дядька Унорас вслед чаруну. - Самое время, дядьки мои, столкнуть вас друг с другом лбами. Пока сами не столкнулись.
 

Глава 5.


 
  Змий неплохо устроился - совсем недалеко от Холманска. Всего-то долях в десяти, не более. Место для логова было выбрано с умом, под бесчисленными холмами на берегу речки Крыжовницы. Попробуй, отыщи здесь нужный лаз, когда целый лабиринт прорыт. Тем более, места здесь безлюдные и труднодоступные даже, а богатырей в Холманске, к счастью для этого города, не водилось.
  Ночной город доживал последние спокойные пульсы, когда мы подошли к воротам. Ясное дело, закрытым на ночь на огромные кованные засовы. Я уселся на землю и приготовился ждать до утра, а вот Хреногор ждать не пожелал. Помните, из чего веревку плели, на которой солнце висит? Из рыбьих волос, княжьей жалости да богатырского терпения. Крепкая веревка получилась, а совесть карлы работали, столько лет прошло, до сих пор не порвалась. Только вот, рыбы без волос живут, а про князей ничего не скажу, чтобы беды не вышло. Что же насчет богатырского терпения...
  - Открывай давай! Вы что там, спите, что ли?
  Если и спали, то теперь точно проснулись в страхе. Голос у Хреногора таков, что боевые трубы с легкостью заглушает, святой Джельсомино и тот бы позавидовал. Богатырей Превеликий щедро одарил, разве что ума пожалел. До рассвета всего пара сказов - плюс-минус двадцать пульсов, вполне можно и подождать было, когда б пресловутое богатырское терпение уже не использовали в мирных целях.
  - Эй, вы там откроете или мне ворота снести?
  А что вы думаете, и снесет. И наплевать ему, что ворота толщиной в полтора-два хрена, стукнет раз, другой, третий, и лопнут тяжелые засовы, а створка слетит с петель. А потом выбежит вооруженная стража, и Хреногор пошвыряет ее в заросший ряской ров, и мы пойдем в трактир. Где хозяин тоже открывать не захочет, и богатырь вышибет двери ногой, после городских ворот не напрягаясь даже. И хозяин, подавившись своим "заходите утром" отведет нас в комнаты, где кровати с мягкими перинами и клопами, но я сейчас так устал, что даже не почешусь от укусов, тем более, травками разными пропах, комары их не жалуют, может, и клопы не тронут. А богатырю все едино, так в сапогах и завалится, и храпеть будет так, что клопы на всякий случай сбегут из трактира, а может, и из города наперегонки с постояльцами. Потому как богатырский храп уже в легенды вошел, разве что я уснуть смогу, потому как устал безмерно, а еще я умный, и затычки для ушей уже в первую совместную ночевку сообразил сделать, а что земля (или стены в трактире) трясется, так человек и не к тому привыкает
  Хреногор пнул ворота, неслабо так пнул, массивная, обитая бронзой створка глухо загудела. Как после удара тарана, невольно подумалось мне, хотя таранов этих я в жизни не видел.
  - Ну? - вопросил богатырь раздраженно и пнул створку повторно.
  - Чего расшумелся-то? - недовольный заспанный голос с надвратной башни. - Шел бы ты отсюда, мужик, пока не начались.
  - Начались? - третьего удара не последовало, богатырь начал думать.
  - Неприятности, - пояснил стражник, подавив зевок. - Оно тебе надо?
  - Открывай, - и Хреногор пнул створку так, что бронзовая обшивка смялась, а дерево затрещало.
  - Эй! - проснулся окончательно стражник. - А ну, отошел от ворот. Быстро! Не то из самострела пальну.
  - Промажешь, за стрелу из жалованья вычтут, - хохотнул Хреногор и еще раз отвесил воротам пинка, но уже не сильно, так, чтобы разговор поддержать.
  - Перестань! - рявкнул стражник. - А то старшего позову, он тебе задаст.
  - А зови, - зевнул богатырь. - Или хочешь, я сам покричу?
  - Что за шум? - вмешался в разговор второй стражник. - Дядька Быкан, кто там шумит?
  - Да Облом его знает, - помянул к ночи первый. - Сходил бы ты за старшим, Слег, пока он сам на шум не заявился. А ты, буян, отойди от ворот, прошу добром последний раз!
  - А если не отойду, - недобро ухмыльнулся Хреногор. - Тогда что?
  - Уволюсь на хрен, понял? - гаркнул дядька стражник во всю глотку.
  Удивительно, но богатырь угомонился, сел на камень и спокойно принялся ждать старшего. Который появился на удивление быстро, наверное, стражник перехватил его уже по дороге сюда. Старшим вообще свойственно чутье на разного рода неприятности, а стоящий у ворот Хреногор как раз к ним и относился.
  - Страж Быкан, доложить обстановку!
  - Слушаюсь, дядька старший! Неизвестная личность, по виду - человек, требует впустить в город. Орет, стучит в ворота. Орет громко, стучит сильно, боюсь, ворота до утра не доживут.
  - С ума сошел? Как это не доживут? Стоп-стоп. Эй, ты там, кто в ворота ломится! Ты, часом, не богатырь?
  - Богатырь.
  - Что ж ты, Быкан, меня в заблуждение вводишь? Какой он тебе человек? Головой думать надо! Ужель не знаешь, как богатырей привечать надо?
  - Пивом-воблой, - откликнулся стражник обреченно. - Только где ж я среди ночи воблу найду? Пиво еще куда не шло, трактиры до утра не закрывают. Да и на посту я...
  - Эй, богатырь! Пива-воблу ждать будешь, или так сойдет?
  - Открывайте уж, - тяжело вздохнул Хреногор. - Превеликий с ним, с пивом. Спать хочу, сил никаких нет.
  - Клянешься ли ты, богатырь, вступая в пределы города Холманска, не нарушать законы, не учинять буйства, хранить покой и достаток его граждан?
  - Клянусь и подтверждаю честным своим богатырским словом, - торжественно откликнулся Хреногор.
  Богатыри слово свое блюдут свято, всем известно. И в города их пускают никак не ранее, чем слово таковое дано будет. Иначе жди беды, как отведает такой вот Хреногор бочку-другую зелена вина и пойдет куролесить. А богатырь в подпитии уж всяко опаснее для населения, чем Змий какой или, скажем, Кащей.
  А слово данное город от беды хранит. Если вдруг разойдется богатырь, его тут же пристыдят и о слове напомнят. Не придется богатырю со стыда сгорать, а князю - город по новой отстраивать. В общем, все довольны, хорошая задумка.
  Есть в любом городе место, где клятва эта не действует - богатырское подворье. Там герои местные и пришлые силой меряются, подвигами хвастаются. Только нет в Холманске сейчас других богатырей, кроме нашего Хреногора.
  - Проходите, - со вздохом сказал старшой. - Второй-то кто, тоже богатырь, спаси Превеликий?
  - Нет, - сказал я, прикрыв рукой зевок. - Я - ведун.
  - Богатырь и ведун, вот как, - старший с интересом посмотрел на нас. - И какое же дело привело вас в Холманск?
  - Мы здесь проездом, - поторопился сообщить богатырь. Думал, наверное, что я совсем сомлел дорогой и сейчас засыпаю на ходу. Между прочим, верно подумал, сон меня уже срубил так, что я и губами-то шевелил с трудом, не говоря уже о том, что соображать, о чем говорить, а о чем молчать.
  - На подвиг, стало быть, - понимающе кивнул старшой. - Ладно, проходите, за ведунами безобразий никаких не числится, кроме разве что, трех сожжений на костре, но и тут вина скорее косвенная...
  - Нашего не сожгут, - нехорошо улыбнулся Хреногор.
  - Ладно, проходите. Раньше в Холманске бывал?
  - Приходилось, - кивнул Хреногор.
  - Значит, трактир найдешь. И поспеши, ведун у тебя совсем сомлел уже.
  - Сам знаю, - огрызнулся богатырь.
  Это было последнее, что я слышал. Ту-то меня и срубило окончательно. Просто взял и уснул стоя на ногах, вот стыдоба-то. Хотя чему удивляться, день был нелегкий, я к таким нагрузкам непривычен, да еще попробуй-ка сам пешим за богатырской коняшкой угнаться, каковая, хоть и привыкла к неспешности, а все ж человека и побыстрей и повыносливее.
  Проснулся я далеко за полдень совсем разбитым. Руки и шея чесались немилосердно, должно быть, оголодавшие местные клопы успели к ним основательно приложиться. Все мышцы, по ощущениям, были завязаны узлами. Мысль о том, что придется вставать и куда-то идти, вызывала содрогание.
  Однако же без этого не обойтись. Организм требовал свое, я с трудом поднял себя на ноги и двинул на поиски сортира.
  Комнаты внаем, как им и полагается, располагались на втором этаже, а на первом, соответственно, была жральня. Именно туда вела первая из двух дверей, а вторая - во внутренний двор, где и отыскался покосившийся деревянный сортир, колодец и приличных размеров банька. При виде нее, я воспрял духом, если удастся уговорить Хреногора повременить денек с поиском Змия, завтра с утра я буду в порядке.
  Закончив дела и сполоснув рожу в ледяной воде, я почувствовал себя лучше. Настолько, что понял вдруг, что умираю от голода. Но с этой бедой справиться было не сложно, едальня находилась буквально под боком. Я вернулся в трактир, поймал расторопного служку и стребовал с него свиные ребрышки с гречневой кашей, благо время было уже урочное для обеда, и ждать долго не пришлось. Подумав, попросил принести еще кувшин пива, с одного ничего не будет.
  Хреногор так и не появился, но меня это не удивляло, город этот, Холманск, последняя наша остановка перед тем, как навестим Змия. А как там получится, неизвестно, может, разговором обойдемся, а может, смертоубийством закончим, и кому там смерть выпадет, а кому - убийство, так сразу и не скажешь. Понятно, богатырь должен снаряжение пополнить, а может, и пару хитростей военных учинить заранее, чтобы не ложиться костями в чужой сторонке. Появится еще, не беда, вопрос в другом - ждать мне его в трактире или же по городу прогуляться? Не мешало бы мазь особую сделать, да натереться ей, чтоб тело так не ныло, а еще пару нужных отваров стоило бы сделать, раз уж с богатырем путешествовать взялся, надо соответствовать, чтоб не падать позорно от усталости в конце каждого дня.
  Можно, конечно, все нужное в суме своей отыскать безразмерной, но не умею я еще нужное доставать, тут навык особый нужен, а если все подряд вытаскивать, то никак уж не в трактире, потом век не расплатимся. Не сообразил в лесу заняться, теперь жди, пока случай выпадет.
  По всему выходит, придется мне прогуляться. Можно, конечно, и так обойтись, но сейчас поленишься, потом вдесятеро заплатишь, кровью и потом, потому как другой платы радость Жизнь не принимает.
  Заплатив трактирщику медный баблон, я вышел на улицу. Куда идти, понятия не имел, а Холманске никогда не бывал, да и вообще в город не часто заглядывать доводилось. Пришлось спрашивать у прохожих. Так то ли тут травников с дюжину, то ли доброхоты местные только своего города не знают, то ли просто покуражились надо мной дармоеды, но найти нужный домик у меня никак не получалось. Со злости вспомнил даже заклинание превращение в лягушку, давным-давно забытое, а может, сам его только что и сочинил, а уж павера через край хлестала, буквально горлом шла.
  То ли разглядев что-то этакое в моих глазах, то ли просто мысли подслушав (не прочитав, по морде видно, читать не умеет), очередной горожанин вызвался отвести меня к травнику, чем, вне всякого сомнения, спас изрядное количество незлых городских комаров.
  Травник жил довольно далеко. Я запоминал дорогу, поняв вдруг, что забыл уточнить, как наш трактир называется. Вдруг да не получится найти потом? Или хуже того, ноги натру, разыскивая?
  Горожанин, оказавшийся человеком общительным, вываливал на меня все известные ему сплетни и новости, мне совсем не понятные, а потому, не интересные. Были, конечно, среди них и вызывающие любопытство - например, позавчера приехал зверинец, где можно поглазеть на диковинных тварей, в наших краях не живущих. Вот куда с удовольствием бы сходил! Любопытство мое сродни кошачьему, даже зная, что убьет, все равно полезу. Потому как иначе сам помру - от него, треклятого.
  - Вот тут дядька Нахвост и живет, - остановился вдруг мой попутчик у дверей небольшого зеленого домика. - Удачи тебе, путник, а я пошел.
  - И тебе будь здоров, - поклонился я.
  Калитка оказалась закрыта, через низенький палисад я видел ухоженный сад, понимающе покивал головой, обратив внимание на то, какие травы были высажены. Очень грамотный подход, что говорит о том, что специалист дядька Нахвост вовсе неплохой. На грядках росли только те травы, которые можно культивировать, прочие же травник, очевидно, собирал в урочное время в лесу и на лугах. Иные из них сушились сейчас под навесом, чтоб дождь, если таковой случится, не намочил.
  Я поискал колокольчик или что-то в этом роде, во что можно было бы позвонить. Попробовал стучать - нет, в эту калитку разве что Хреногор достучаться смог бы (и то один раз), настолько глухой звук. Поэтому я просто перемахнул через палисад и зашустрил к дому.
  Вот тут она на меня и бросилась, скороподопула. Я таких только на картинке видел раньше, не водятся они у нас, но узнал сразу. Опасная зверюка, быстрая, сильная и ядовитая. Ростом с собаку, и, как пишут, такая же умная и преданная. Только ядовитая и с крыльями, ну, у этой они пообрезаны, чтоб соседских курей не таскала.
  Откровенно говоря, перетрусил я здорово. Просто до колик в животе. А когда боюсь, у меня голова работает не то, чтобы лучше, но быстрее - наверняка. Мигом сообразил, что убегать поздно, скороподопула догонит, что в драке без оружия у меня шансов нет, и сделал то единственное, что успевал при таком раскладе. Что именно? Ну, заклинание превращение в лягушку у меня все вертелось на языке.
  Скороподопула, надо полагать, сильно удивилась. Захлопала глазами, неуверенно квакнула. Квакнула повторно, когда я ее сгреб за лапу и посадил в карман, на этот раз возмущенно. Не удивляйтесь, что я такие тонкости различаю, со зверьми с детства общаюсь.
  На двери опять же не оказалось ни молоточка с гонгом, ни колокольчика, и я просто постучал в дверь, как и полагается неотесанному деревенщине. Против ожидания, никто открывать не спешил. Я постучал еще раз, потом еще и еще.
  Наконец, за дверью раздались шаги. Слава превеликому, я уже подумывал, что меня провели и дом вообще не жилой. Почему и нет, если в саду скороподопулы прыгают, как у себя в Югарских горах, и спасибо еще, что не летают.
  - Что стряслось? - на пороге вырос, как гриб после дождя, благообразной внешности старичок. - Кто ты и как сюда попал?
  - Через забор, уважаемый дядька, - вежливо ответил я.
  Лицо дядьки Нахвоста потемнело от гнева.
  - Ты считаешь, забор тут ради шутки поставили? - дрожащим голосом поинтересовался он. - Убирайся отсюда!
  И сделал попытку захлопнуть дверь у меня перед носом. Но не успел, потому что носок моего сапога заблокировал ее на стук раньше.
  - Простите деревенщину, уважаемый дядька, - покаянно сказал я. - Но на калитке я не нашел ни гонга, ни колокольчика, потому и подумал поискать на двери. Сожалею, если потревожил твой покой.
  Старик оставил попытки закрыть дверь и внимательно рассматривал меня.
  - Хорошо, молодой человек, будем считать, что извинения приняты. Умысла в самом деле не было, простите меня в свою очередь за невольную вспышку. Растения, высаженные в саду слишком ценны, потому разные личности пытаются порой их похитить. Или уничтожить, когда мои конкуренты начинают считать мою практику чересчур обширной. Но у тебя, я вижу, не было намерения мне навредить.
  - Ни малейшего, - заверил я поспешно.
  - Ох, Савка тебе не повредила? Что-то я ее не вижу.
  - Она...эээ... не успела, - жалко пролепетал я, предъявляя лягушку. Травник непонимающе уставился на лягушку, явно не понимая, что произошло. Пришлось объяснять, то и дело запинаясь от смущения.
  - То есть, ты утверждаешь, что это она и есть? Савка? - недоверчиво спросил знахарь.
  - Она, - виновато сказал я.
  - Скороподопула? - дядька Нахвост все еще надеялся, что налицо какое-то недоразумение, и мы говорим о двух совершенно разных Савках.
  - Да, - я готов был со стыда сквозь землю провалиться.
  - Не верю, - решительно объявил старик. - Молодой человек, я прожил долгую жизнь, общался со многими людьми, в том числе умными и образованными, и никогда не слышал, чтобы одно существо вот так взяли и превратили в другое. Если, конечно, не считать сказки, но вы ведь не сказочный персонаж?
  - Самый что ни на есть сказочный, - стыдливо признался я.
  - Это какой же? - заинтересовался знахарь. - На царевича, прости, не тянешь. Дураком я бы тебя не назвал, этих я за свою жизнь тоже навидался. Серый волк? Кащей7
  - Баба-яга, - признался я, пристально рассматривая носок сапога.
  Старик мелко рассмеялся.
  - А где тогда костяная нога? Да и пола вы не того, молодой дядька.
  - Меня можно назвать ведуном, - сообщил я. - Если в роду рождается мальчик, его, оказывается, именно так называют.
  - Ну, предположим, - уступил старик. - Тогда, если верить сказкам, в травах ты должен разбираться очень хорошо. Вот я тебе сейчас устрою экзамен. Ты что собирался у меня покупать, ведун?
  - Мазь для снятия усталости мышц и для выносливости пару отваров, - сказал я. - Видите ли, мы тут с одним богатырем на Змия собрались, а у меня сил не настолько много, чтоб за ним угнаться.
  - Вот и славно, - дядька Нахвост доброжелательно улыбнулся. - И какие ты возьмешь травы для этой мази?
  - Смесь из кузьминицы, крапивы, скороспела и окра белого в долях один к двум, к трем, к одному соответственно протереть в кашицу, добавить долю меда и две доли горючего вина, и дать настояться или же, как в моем случае, когда времени нет, разогреть сильно и добавить две капли временника слабого...
  - Я бы по-другому сделал, - сказал старик, не сводя с меня пристального взгляда. - Но тот рецепт, что предложил ты, он тоже должен сработать, насколько я знаю свойства трав. Только вот ни разу о таком рецепте не слышал, интересно будет попробовать. Хорошо, а отвар выносливости?
  - Синецвет, мажорица и лист копира осеннего сбора, - уверенно протараторил я. - Мажорица свежая, остальные допускается и сушеные. Копир можно заменить на жан-пьянь, ущерба не будет. Теперь о пропорциях. Синецвет одна доля, мажорица и копри - две, а если жан-пьянь, то все три. Варить три часа, настаивать три дня, или же в горячий еще отвар две капли...
  - Временника слабого, - кивнул дядька Нахвост. - А этот рецепт самый, что ни на есть, классический, разве что жан-пьянь не предусмотрен в оригинале. В общем, если б я принимал у тебя экзамен, молодой дядька, то теорию засчитал бы не раздумывая и без дополнительных вопросов. А как у тебя с практикой? Заходи в дом, хочу посмотреть, как ты с этим справишься.
  Я справился. Когда бабушка еще жива была, я часами отвары готовил. Сколько трав запорол, не счесть, но выучился, как должно, из-под палки, силком, но учение в мою голову вбили накрепко, а руки и без того знали, что делать надо.
  - Хорошо, - одобрил старый травник. - А говорят еще, молодежь совсем работать разучилась. Впрочем, во времена моей молодости говорили то же самое, так что удивляться не след. Теперь верю, что ты и впрямь ведун, молодой дядька... как, кстати, тебя кличут?
  - Совран, - сказал я.
  - ...дядька Совран. Так значит, на Змия богатырем собрались. Уж не на того ли, что по ту сторону Крыжовницы живет? Прямиком за бугром?
  - На него, - сознался я.
  - На редкость спокойный Змий, - сказал старик. - Не шалит, не безобразит, овец не таскает. У нас, понятное дело, потому как жрать он, как и всякая тварь, что-то должен. Но умен достаточно, чтобы где живет не гадить. А чем вам Змий-то помешал?
  - Невесту у богатыря украл.
  - Гм, значит, умен все же недостаточно. Мог бы другую девку выбрать, с богатырями связываться- последнее дело. Да и тебе, молодой дядька, я рекомендовал бы держаться от них подальше. Видишь ли, обычная данная сгоряча оплеуха в исполнении богатыря может оторвать тебе голову. Как там вас, ведунов, головы на место приставлять учат?
  - Надо взять живой и мертвой воды... - заученно начал я.
  - Постой, - оторопел дядька Нахвост. - Ты это всерьез, что ли?
  - А как иначе? - удивился я. - Тут, правда, ограничения есть. Если сутки миновали, то хоть ты всего покойника в живой воде утопи, нипочем не воскреснет. То же самое - с мертвой. Если свежую рану, мигом завяжет. А если голову тебе вчера отрубили, можно и не браться, нипочем не прирастет. Только зелье зря потратишь, а его очень непросто достать. У бабушки ни капли нет, ни той воды, ни другой, за ней же в подземное царство спускаться надо, а это не каждый богатырь даже осилит.
  - А ты не подшучиваешь над стариком? - недоверчиво вопросил дядька Нахвост. - Голову прирастить - да виданное ли дело! Всю жизнь людей травками пользую, и ни разу не слышал, чтоб кому-то отрубленную голову на место прирастили.
  - А я - слышал, - упрямо сказал я.
  Тот богатырь у нас часто бывал. Не мог не заехать, если в наших краях оказывался. Потому как здесь он, можно сказать, второй раз на свет родился. И не раз о том рассказывал. Самого-то меня еще и на свете не было.
  Притащили его к бабушке местные пейзанты. Вообще-то они ее изрядно побаивались, но все-таки страх свой превозмочь сумели. Потому как спас тот богатырь деревню их от разора и истребления, победив чудище, из омута вылезшее. Чего твари той, триста лет мирно себе дремавшей, в селении потребовалось, я так и не узнал. Наверное, местные что-то такое и учудили, как обычно бывает. Может, водяного обидели, а может, какой демонолог деревенский умения свои девкам показывал.
  Словом, выползло страшило из реки и давай хватать да убивать всех подряд. Все подряд - скорей к деревне родимой, тварь - за ними, и уж будьте покойны, ни один не ушел бы, не окажись в местной корчме богатыря.
  Тот занимался спокойно любимым делом - о подвигах своих рассказывал, но чудище как увидел, сразу в драку. Богатыри любят со страшилами всякими драться, у тех головы с первого же удара не отлетают. А это, из омута, вообще на редкость крепкое попалось.
  Долго бились они посреди деревни, богатырь уже и палицу сломал, мечом дрался. Тварюке тоже не сладко пришлось, начал ее воин одолевать. И одолел, богатыри они любое дело до конца доводят (отчего их так и боятся в народе). Только под конец оплошал - поверг страшилу на землю, меч уже занес, голову чтоб отрубить, а она возьми и взбрыкни напоследок. Когти на лапах такие - одного удара хватило. Хорошо, пейзанты не растерялись, подхватили тело, и скорей к бабушке, не дожидаясь, пока чудище землю скрести перестанет.
  Бабушка говорила, голова только на полоске кожи держалась. Но была у нее под рукой вода как мертвая, так и живая. Нечастое дело, чтоб обе в одном месте одновременно оказываются, больно уж полезные в хозяйстве вещи. Капля живой воды на ведро, да по чайной ложечке под куст - овощи такие вырастут, медведя задерут, коли сунется. Когда богатыря обратно в деревню несли, одна капелька скатилась, да на репку попала. Так там такое началось!
  В общем, повезло ему. Мертвой водой на отрубленную голову, чтоб приросла. Тут, между прочим и осторожность, и сноровка нужна немалая, потому как опасно с этой дрянью возиться. Капелька на кожу - и поминай, как звали. А также кто и куда.
  Второй момент - голову правильно нахлобучить, причем сразу, одним движением. Иначе ходить бедолаге до конца жизни скособоченным.
  Бабушке ни того, ни другого было не занимать. Мертвой водой, а потом сразу живой, пока не запеклась пена на остывших губах...
  - Я - слышал, говорю уверенно и смотрю в глаза дядьке Нахвосту. Тот усмехнулся в седые усы, прикурил от уголька трубку, положил поклон иконе святого Аленкарра, покровителя курильщиков.
  - Тебе поверю, - сказал неспешно, выдохнув облако вонючего дыма. - У тебя глаза честные. Врать, небось, совсем не умеешь.
  Наверное, он прав. Незачем как-то учиться было. Кроме бабушки, почитай, ни с кем не общался, а ей попробуй соври, ложь за три доли чувствует.
  - Спасибо тебе, дядька Нахвост, - кланяюсь в пояс, как положено. - Сколько с меня запросишь за...
  И замялся. Собирался "за работу" сказать - так я ж ее сам и делал. "За травку" - звучит как-то двусмысленно. Словом, потерялся.
  - Савку обратно преврати, - строго сказал старик. - В таком виде она сад разве что от комаров охранять способна. А больше ничего с тебя не возьму, и не вздумай мне деньги совать. Новый рецепт для меня дороже твоего серебра.
  Серебра! А я-то, дурак, собрался ему медь совать! Хорошо в городе травнике зарабатывают, не то, что у нас в лесу. Там то яичками, то сметанкой заплатить норовят, медью - редко, а серебром - почитай, никогда.
  Ладно, теперь вопрос, как скороподопулу обратно расколдовать. Чары-то вообще непонятно, откуда помню, а уж каких снимать, тем более не знаю. Впрочем, есть один способ, не то, чтобы хороший, но действенный.
  Я достал из-за голенища нож, поморщившись, уколол палец и уронил тяжелую красную каплю на голову лягушке. И сразу отскочил в сторону.
  И очень вовремя. Лягушку раздуло, с треском проклюнулись крылья, хвост, вытянулась и оскалилась острыми зубами пасть. Отвратительное зрелище, надо заметить.
  Савка заметалась по комнате, стараясь от меня держаться подальше, обнаружила, что окно открыто, одним прыжком выскочила в сад. Недовольно захрипела что-то в мой адрес, грозно, но неубедительно.
  - Довел животину, - сказал старик без особого осуждения. - Ладно, иди уж, ведун. Удачи тебе с богатырем твоим. Будешь в Холманске - заглядывай.
  - Спасибо, дедушка, - я чуть не прослезился, до того растрогал меня старый травник, пошли ему Превеликий долгую и счастливую жизнь. Побольше бы таких людей, и жизнь легче сделалась бы.
  Дорогу до трактира я запомнил хорошо, ни разу нигде не заплутал. Страшно довольный собой, я вывернул из-за угла ко входу и тут же наткнулся на Хреногора. На очень злого и недовольного мной Хреногора.
  - Где тебя носит? - прорычал он, схватив меня за грудки.
  - Осторожно, рубаху порвешь, - предупредил я. Богатырь скрежетнул зубами, но рубаху отпустил. Отчего-то я совсем не боялся Хреногора со всей его невероятной силой, возможно, оттого, что успел уже его достаточно узнать за время нашего совместного путешествия, чтобы понять - вреда он мне не причинит. Разве что голову сгоряча оторвет.
  А может меня успокаивала мысль о том, что чары превращения в лягушку совсем простые? Не знаю. Но страха не было - ну, нисколечко.
  - Пойдем в комнату, там поговорим, - сказал богатырь и ушел, не оглядываясь. Я последовал за ним.
  - Ты что, совсем сдурел? - яростным шепотом оглушил меня богатырь, едва дверь за нами захлопнулась. - Это Холманск, понял? Самое, что ни на есть, предбугорье. Тут колдодеев жгут, почем зря, потому что считают забугорными лазутчиками. Или делают вид, что считают, чарунов нигде не любят.
  - Я ведун, а не колдодей, - оскорбился я.
  - Ты думаешь, народ поймет разницу? - скептически вопросил Хреногор. - Да я сам ее не понимаю, что уж говорить о тупых, забитых жизнью, горожанах?
  Мне горожане забитыми не показались, но тут Хреногору виднее. Не удивлюсь, что в роли жизни он и выступал.
  - Куда тебя понесло, ты же города не знаешь!
  - Слушай, дядька, - не выдержал я. - У меня на лбу "ведун" не написано, но даже если и было бы, тупые, забитые жизнью горожане нипочем не прочитали. И еще, я знаю чары превращения в лягушку, понял?
  Наверное, я его все-таки недооцениваю. Иногда. Другой подумал бы, что я ему угрожаю. Хреногор понял правильно - я не телок беззащитный, и способен за себя постоять.
  - Я волновался, - сказал он уже обычным голосом. - Думал, тебя захватили, собирался уже тюрьму разнести, но не решил, какую - их тут две.
  - В следующий раз, - предложил я. - Разноси ближайшую. Чтоб далеко не ходить.

Глава 6.


 
  - Кажется, я нашел способ поймать этого неуловимого кота, - задумчиво сказал Высший чарун Светлый ширк дядька Рутан Аблус Абл своему повелителю, Светлому Лорду дядьке Ранвилу. Как и следовало ожидать, тот немедленно заинтересовался.
  - Слушаю тебя внимательно, дядька мой.
  - Проблема в том, что на артефакт наложена мощная защита, позволяющая ему в случае опасности задействовать некие серьезные возможности. Однако сущность артефакта - кот - не способен на обдуманные поступки, и действует согласно своей животной породе. Сети из колдодейного железа, нейтрализующие чарунов, на мой взгляд, вполне способны остановить и кота-артефакт, принцип схожий.
  - Попробовать стоит, - поощрительно улыбнулся Светлый лорд. - Чем еще порадует аналитическая коллегия?
  - Краснореченск воистину превратился в настоящий террариум, - скривился дядька Рутан. - Темные Лорды окончательно перегрызлись друг с другом, замечены конфликты с сателлитами Светлых. Ситуацию прогнозировать очень сложно, конфликт интересов вполне способен вылиться в локальную войну.
  - Не в глобальную? - быстро спросил дядькаРанвил.
  - Маловероятно, во всяком случае, на данном этапе.
  - Это главное. Локальный конфликт нам сейчас только на пользу, особенно, междоусобица между Темными. Это возможно?
  - Это наиболее вероятно, мой Лорд.
  - Вот и славно. Подбери двух... лучше трех колшебников среднего звена для усиления нашей группы в Краснореченск, и выдели для них колдодейные сети. И помни, я жду результата!
  - Слушаюсь мой Лорд. Будет исполнено.
  Как и полагается правой руке Лорда, Светлый ширк даже не подумал упомянуть, что первыми до идеи применить сети додумались люди Темного Лорда Ларабна. Либо мозги, либо разведка - главное, чтобы одно из двух работало.
 
  - Значит, люди Лорда Темногора истребляют белых котов? Кажется, наш коллега окончательно тронулся умом! - изрек задумчиво Темный Лорд дядька Ренн.
  - Твоя правда, мой Лорд, - подобострастно закивал Темный ширк дядька Рогер.
  - Не понимаю, чего он добивается. Ведь поначалу так активно пытался овладеть наследством Унораса, буквально землю грыз, и вдруг такой поворот. Меня это настораживает.
  - Возможно, он выяснил, что лично ему артефакт по каким-то причинам не подходит.
  - Очень на то похоже. Сам применить не может, значит, надо уничтожить. Вполне разумно, я и сам бы так поступил. Только вопрос, откуда он мог получить информацию?
  - От самого дядьки Унораса? - предположил Темный ширк.
  - Они же на ножах всегда были, с чего это Унорас к нему на поклон пошел, почему к примеру, не ко мне?
  - Возможно. У него не было выбора, мой Лорд.
  - Считаешь, Темногор изловил-таки беглого Лорда? Ох, как некстати! Это его усилит, а остальных, соответственно, ослабит. И в связи с этим, у нас два варианта, поддержать счастливчика или выступить в контрах?
  - Считаю второй вариант предпочтительнее, мой Лорд. Дядька Темногор ни разу не проявил себя достойным союзником. Сомневаюсь, что он сможет достойно отблагодарить моего дядьку за поддержку. Со своей стороны, я предложил бы включиться в игру. Наши умельцы сделали уникальный артефакт, он может оказаться полезен в Краснореченске.
  - Подробности, дядька Рогер.
  - Артефакт (условное название "Мертвый Глаз") подавляет любое колдодейство в радиусе тридцати грядок. - с ноткой гордости, поведал дядька Рогер. - Соответственно, в охоте на кота Всевластия...
  - Мощи.
  - ...на кота Мощи мы получаем преимущество перед остальными. А если ребята Темногора попробуют нас потеснить... думаю, нашу группу стоит усилить воинами. Несколько отборных бойцов в условиях отсутствия колдодейства... хороший сюрприз для любого противника.
  - Это да, - озорно сверкнул глазами Лорд Ренн. - Но и о чарунах забывать не след, мало ли, как все повернется. Три-четыре колдодея среднего звена будут совсем не лишними.
  - Да мой Лорд. Я подготовлю их.
 
  - Все готово, уважаемый дядька. Я хотел, чтобы вы это увидели.
  - Ты прав, э, дядька Тапах, я не разу не вызывал демона ПА.
  - Как и я, дядька Гаврон. Ну, приступим.
  - Стандартная квинтограмма, э? Или нет, не совсем...
  - Квинтограмма модернезированная, - любезно сообщил Лорд Тапах. - Вот эта линия символизирует невидимую цепь, привязывающую демона к квинтограмме. А эта раковина - артефакт обуздания, обеспечивает послушание демона и возвращение его в небытие в случае необходимости.
  - Интересно, - признал дядька Гаврон. - Я могу чем-то, э, помочь?
  - Нет, все уже подготовлено. Просто встаньте у стены, и подержите на всякий случай раковину. Книга старая, написана на мертвом языке, мало ли что...
  - Это на каком, э, мертвом?
  - На анрицком, - пояснил дядька Тапах.
  - Анрицким, э, не владею, - признал дядька Гаврон.
  - И не нужно. Ну, помоги нам Превеликий...
  То, что он читал скороговоркой, на первый взгляд, казалось бессмыслицей кому угодно. Но не дядьке Гаврону. Отведя взгляд в сторону, он фиксировал в памяти каждое слово коллеги. Оттого и пропустил появление демона в квинтограмме.
  - Приказываю тебе, демон...ох!
  Что-то явно пошло не так. Дядька Гаврон дернулся к напарнику, одновременно настраивая паверу как для атаки, так и для защиты.
  - Прошу прощения, - раздался слева густой приятный голос. - Как это называется?
  - Раковина, - ответил ошеломленный чарун.
  - А давайте съедим раковину? - вопросил демон, протягивая руку. На вид он мало чем отличался от человека, если не заглядывать в глаза. Два провала во тьму - вот что они напоминали.
  - Что, э...
  - Спасибо, - сказал Пожиратель, делая жест рукой, и дядька Гаврон почувствовал, что раковина вырвалась из его пальцев и уплыла в сторону демона.
  - Стой! - в отчаянии закричал дядька Тапах, но было поздно. Демон распахнул немалых размеров пасть и заглотил артефакт целиком.
  - Вкусно. Спасибо, - сказал он, и, пройдя сквозь стену, исчез. Два Высших Чаруна переглянулись.
  - Предлагаю, дорогой дядька, не упоминать об этом, э, инциденте, - сказал дядька Гаврон.
  - Полностью согласен, коллега, - вздохнул дядька Тапах, пряча глаза. Ему было стыдно.
 
  - Это еще что такое? - потрясенно спросила радость Перилла, решая про себя, грохнуться в обморок, запрыгнуть на верхушку дерева или просто завизжать. Ее партнер оставил вопрос без ответа, раскрыв рот, он наблюдал за разворачивающимся действом, и не было во всем мире силы, способной его от этого оторвать. Вряд ли он заметит, что его напарница грохнулась в обморок или запрыгнула на березу. Даже разденься она догола - обнаженной он видел ее не далее, как прошлой ночью. А вот парад мышей...
  Мыши шли ровными колоннами поперек улицы. Шли, словно победоносная армия, степенно, без спешки, к заброшенному домику за полусгнившей оградой.
  - Он там! Мы нашли его! - радость Перилла дернула Рагунса за рукав камзола, едва не оторвав его от избытка чувств.
  - Что? - мысли Рагунса были далеко отсюда... если вообще были.
  - Кот! Он в том доме, я уверена. Пошли, скорее!
  Скорее не получилось. Радость Перилла в своем котоохотничьем азарте как-то упустила из виду колонны мышей. По которым она наотрез отказалась идти, как ее не уговаривал нетерпеливый напарник.
  - Я не могу, - жалобно сказала радость Перилла, тоскливо глядя на мышиные полчища, намертво перекрывшие подход к дому. - Понимаю все... и не могу. Это выше меня!
  - Да брось, - уговаривал дядька Рагунс. - Это всего лишь мыши, они тебе ничего не сделают. Закрой глаза и иди. Ну?
  - Не могу, - повторила девушка и расплакалась. Колшебник растерянно топтался рядом, не зная, что предпринять. Можно угостить ее носовым платком... но лучше не надо. Вот платок лучше вообще из кармана не доставать, пока он, дядька Рагунс не припомнит, в каком месяце он его стирал. Или хотя бы в каком году.
  - Давай я тебя перенесу? - с отчаяния предложил он. Слезы на глазах Периллы чарунским образом высохли.
  - Правда? Меня еще никто не носил на руках. А тебе не будет тяжело, я ведь тяжелая?
  - Да какая ты тяжелая, - отмахнулся дядька Рагунс, подхватил девушку на руки и зашагал прямо по серому ковру. Мыши благоразумно метнулись в стороны, давая ему дорогу.
  Девушка доверчиво прижималась к нему, и дядька Рагунс едва не забыл о своей цели. Так бы и брел целую вечность - до края земли, а если и впрямь круглая, как поговаривают, то и вовсе кругами.
  - Так-так, и кто же это у нас? - насмешливый голос Пивогора вывел колшебника из состояния высшего блаженства. - Как трогательно, право слово! Умеют некоторые делать красивые жесты, да, умеют, дядьки мои. Молодому колшебнику наредкость повезло... радость моя, могу ли я, в свою очередь, немного тебя поносить?
  - Нет, спасибо, - холодно ответила радость Перилла.
  -А если нет, - голос колдодея стал острым, как нож. - То вон отсюда. Это наша территория.
  - Вы ее пометили? - язвительно поинтересовался дядька Рагунс. - Как коты, или иначе?
  Дядька Пивогор смерил колшебника презрительным взглядом.
  - Пойдем, я тебе все подробно объясню, - нехорошо улыбнулся он. Дядька Рагунс сделал шаг вперед, радость Перилла вцепилась в его руку в попытке удержать. Она заметила то, что колшебник не углядел - как двинулись справа и слева колдодеи в алых мантиях с золотым ромбом.
  - Эти ребята у тебя вместо цепных собак? - усмехнулся колшебник, Перилла была не права, все он видел.
  - Вместо, - холодно бросил дядька Пивогор. Колдодеи справа и слева потянули из поясных сумок боевые перчатки для метания огня. Радость Перилла сжала в руке четыре шарика ледяного удара, созданных самолично Светлой Леди. Такие артефакты, будучи использованы одновременно, могли причинить изрядные неудобства даже Высшему чаруну, а тут таковых не было. Впрочем, сателлиты дядьки Темногора вполне могли, в свою очередь, иметь пару козырных тузов в рукаве. И получить за шулерство подсвечником, как предписывалось правилами.
  Что собирался сказать или сделать дядька Пивогор, так и осталось тайной. На крышу полуразвалившегося дота выбрался кот, с изумлением оглядел мышиное войско и бросился наутек с истошным мявом.
  - Стой! Держи! - возопил Пивогор и бросился в погоню.
 

Кот.

Комментарий.


  Не понял? Это все - за мной?! Караул! Прочь. Пока не сожрали! Что-то странное в мире происходит, то собаки взрываются, то мыши строем ходят... прочь, прочь!
 
  Едва кот покинул крышу, мыши бросились в рассыпную. Дядька Пивогор громко ругался, его подручные злобно молчали, когда маленькие серые комочки подкатывались под ноги.
  Следом за котом он и его свита пересекли две улицыи настигли несчастное животное на улице Смолокуров. Набравший изрядную скорость кот вдруг попытался остановиться, лапы поехали по мокрой от недавнего дождя мостовой.
  Причина стала ясна сыну Темного Лорда почти сразу - поперек улицы неподвижно стояли четверо в синих. к робах с алыми двойными крестами - знаками лорда Ренна. И еще кучка в знакомых уже цветах Лорда Ларабна поодаль, похоже тут намечалась дуэль. Или в крайнем случае, потасовка. Мир так стрпнно устроен, что каждая потасовка неизменно перерастает в дуэль. Хотя порой бывает наоборот, когда строгая классическая дуэль вдруг вырождается в безобразную драку.
  Кот стрелой взлетел по стволу дерева. Все! Попался! Теперь остается выяснить, кто кинет добычу в ягдаш.
  - Стоять на месте! На месте стоять!
  - Иначе что? - вызывающе бросил дядька Пивогор.
  - Иначе - рискуешь, - процедил ларабновец сквозь зубы. Серебряные молнии на его плаще полыхнули, как настоящие.
  - Сети! - скомандовал он, и его компаньоны начали обходить кота справа.
  - Руки прочь от нашей добычи, - вперед выдвинулся миньон Лорда Ренна, судя по всему, колдодей среднего звена.
  - От вашей? - мягко улыбнулся Пивогор. - Ты кое-что просмотрел, уважаемый дядька. Кота нашли и загнали сюда мы. Это я наше право обосновываю, понимаешь? Но всякое право должно быть подкреплено силой. Понимаешь?
  - Нет, - равнодушно бросил ренновиц. - Не вижу силы.
  - А ты пересчитай парней за моей спиной и за своей, - осклабясь, предложил Пивогор. - Как ты до колдодея среднего звена дорос, не понимаю просто.
  - Плохо считаешь, - холодно ответил ренновиц. - У меня еще четыре воина.
  - Воины? - Пивогор громко, со вкусом рассмеялся. - Чтобы ты знал, здесь чарунство решает, а не железо. В общем, не валяй дурака, отойди и не мешай.
  - А ты проверь свою паверу, - зло усмехнулся в лицо опешившему Пивогору ренновиц и поднял над головой светящийся голубой шар. - Мертвый Глаз!
  И сын Лорда Темногора вдруг сообразил, что павера словно уснула, ни малейшего шевеления в груди, ни слабой искорки. В глазах на миг плеснулся ужас, никогда дядька Пивогор не чувствовал себя столь беззащитным, но колдодей тут же взял себя в руки. Как бы события не повернулись, его страха никто не увилит.
  - Заемными чарами балуемся? - спросил он презрительно. - У меня тоже имеются...
  И достал из-за пазухи припасенный артефакт - Звезду Пробоя. Примитивная вещица, но мощнейшая, сколько туда силы колдодейной вбухано, подумать страшно. Одно покачивание Звездой, и Мертвый Глаз в руке ренновца недовольно зашипел, сдавая позиции. Пивогор почувствовал паверу и торжествующе усмехнулся. Козырь противника бит, теперь его ход!
  - Простите, как это называется? - раздался рядом голос.
  - Звезда Пробоя, - раньше, чем подумал, ответил сын Темного Лорда.
  - А давайте съедим Звезду Пробоя?
  Ответить Пивогор не успел. Демон одним движением вытянул из его руки артефакт, распахнул беззубую пасть и Звезда Пробоя исчезла в ненасытной глотке.
  - Ты чего, совсем? - взревел Пивогор, ничего не успев понять. - Врежьте ему, ребята!
  Сателлиты дядьки Темногора виновато отводили взгляды. Сын Темного Лорда не сообразил еще, что в силу снова вступил Мертвый Глаз, сковывая паверу. Ренновцы и ларабновцы откровенно скалили зубы, наблюдая за унижением соперников.
  Только сейчас дядька Пивогор смог его как следует рассмотреть. Темно-серый, на голову выше него, с обвисшими за спиной крыльями (явно рудиментными, на таких не больно-то полетаешь), демон был облачен в одежду странного покроя, которую и сравнить было не с чем. Пожалуй, только штаны более-менее имели привычный глазу вид, если не обращать внимания, что сделаны они были из тонкой, тщательно выделанной кожи. То, что демону заменяло рубаху или, скажем, сюртук, сравнить было решительно не с чем. Во-первых, состоял этот наряд из нескольких частей. Некое подобие рубахи все же присутствовало, в укороченном виде, без рукавов, со странными застежками на спине (очевидно, сначала крылья просовывались в особые разрезы, а потом только одежда застегивалась на какие-то крючки), рукава пристегивались к рукам отдельно. Еще одна часть конструкции закрывала живот и крепилась как к псевдорубашке, так и к псевдобрюкам такими же крючками. Все это также было сделано из кожи.
  Рост, крылья и одежда бросались в глаза сразу, оттеняя менее заметные странности. Так, уши демона располагались выше, чем им полагалось бы находиться у человека. Наверное, для того, чтобы не мешать чуть вытянутой пасти открываться во всю свою ширину. На вид демон вполне мог запихнуть туда пару больших яблок одновременно (на самом деле, он мог проглотить и значительно большие предметы, только об этом пока никто не знал).
  Глаза, две черных провала без намека на веки, ресницы и зрачки, тоже имели далекий от привычного вид. В общем, никем иным, кроме демона, существо быть не могло.
  - Спасибо. Очень вкусно, - сообщил демон, облизывая узкие губы раздвоенным языком.
  Колдодей должен уметь держать себя в руках. Только потому дядька Пивогор не полез на чудовище с кулаками, а отступил на шаг, бормоча под нос проклятия. Демон же конфликт усугублять не стал, обратившись прямиком к ренновцам все с тем же вопросом:
  - Скажите, а как это называется?
  Указывал он прямиком на Мертвый Глаз. В душе дядьки Урунса, колдодея среднего звена, руководившего группой, зародились необоснованные, но изрядные сомнения:
  - А тебе зачем?
  И до сих пор пребывающий в странном оцепенении дядька Пивогор каким-то невообразимым образом угадал следующую фразу демона за стук до того, как она прозвучала:
  - А давайте съедим Тебе Зачем?
  К слову сказать, действовали ренновцы вполне грамотно. Воины шагнули вперед, прикрывая собой колдодеев, сверкнули мечи. Паверу по-прежнему блокировал Мертвый Глаз, чаруны не могли применить свои способности, зато и демон не мог колдодеить, если даже и умел.
  Он и не пытался. Просто протянул руку, и артефакт послушно лег в нее. Воины рванулись вперед в отчаянной попытке перехватить артефакт. Им-то было понятно, что колдодеи, по своему обыкновению, выкрутятся, а виноватыми окажутся именно они. Каким же окажется наказание разгневанного дядьки Ренна, представить не мог никто.
  Они почти успели. Демону пришлось захлопнуть рот и отпрянуть в сторону. Тело его вдруг потеряло материальность, превратившись в струи серого дыма, и попыталось просочиться сквозь дощатый забор. Именно что попыталось, Потому что артефакт превращаться в дым не захотел, а демон, в свою очередь, не пожелал с ним расставаться. В точности, как в притче об обезьяне и кувшине.
  Мечники с радостными воплями приготовились уже порубить чудовище в солянку, как демон выкинул изящный и совершенно неожиданный для присутствующих финт. Подбросив Мертвый Глаз высоко вверх, он мгновенно превратился в дым и поймал артефакт уже по ту сторону забора.
  - Спасибо. Очень вкусно, - донесся до растерянных колдодеев голос Пожирателя Артефактов, и в тот же миг сила, сковывающая паверу, исчезла.
  - Убить гада! - взревел дядька Пивогор. Забор вспыхнул и осел на землю серым пеплом.
  Про кота мгновенно забыли. Началась новая игра - охота на демона.
  Воздух застонал, сгорая в огне заклятий. Паверы было столько, что ей было можно дышать (тем более, воздух сгорел нах), колдодеи применили все, что имели в своих неслабых арсеналах. Несомненно, какое-нибудь из заклятий уничтожило бы чудовище, если б то осталось на месте. Но кожаная одежда и крылья мелькали уже за квартал от места событий, а заклятия впустую кипятили камень мостовой.
  - Догнать! - рявкнул дядька Пивогор, первым бросаясь в погоню. Остальные, как темногоровцы и ренновцы, так почему-то и ларабновцы, которых, вроде бы, и обидеть-то не успели, последовали за ним.
 
  - Интересно, что это было? - задумчиво спросила радость Перилла, придерживая норовящую высунуться из сумки кошачью голову. - Похоже на демона.
  - Демон и был, - согласился дядька дядька Рагунс. - Странный какой-то, на людей не бросался, только на артефакты.
  - Он нам здорово помог, - сказала колшебница задумчиво. - Но я бы все равно предпочла никогда больше его не видеть. Есть в нем что-то такое, гаже чем даже в мышах.
  - Ладно, демона потом рассудим. Доставай кошку, пока вся толпа не вернулась.
  Радость Перилла торопливо открыла сумку, выпустила кошку. Та сразу собралась удрать, но колшебница мгновенно пресекла попытку, подбросив породистой конгерке сочный кусок мяса. Кошка мгновенно изменила намерения, устроившись пообедать.
  Чаруны отошли подальше, чтобы создать хвостатым должный интим. Дядька Рагунс, неплохо для своих лет разбираясь в жизни, подбросил несколько кусков мяса - не факт, что коту хочется сейчас именно размножаться.
  Ожидание затягивалось. Конгерка, доев мясо, передумала уходить и, развалившись в траве, грелась в лучах теплого майского солнышка. Ветерок лениво поигрывал клейкими тополиными листьями. Кот выходить не желал.
  - Может, он сбежал под шумок? - не выдержала, наконец, радость Перилла.
  Дядька Рагунс пожал плечами. Может, сбежал. А может, не сбежал. Кто их, хвостатых разберет. Можно, конечно, залезть на дерево и проверить, но это заведомо проигрышный вариант. Коты, как известно, спускаются с деревьев куда быстрее, чем люди, а одной Перилле его нипочем не перехватить. На таких каблучках только за котами бегать, да.
  Еще несколько минут нервного ожидания.
  - Похоже, он нас опять обставил, - со вздохом признал дядька Рагунс.
  - Кастрированный, наверное, - разочарованно добавила радость Перилла.
 

Кот.

Комментарий.


  Как они все надоели! Ну, сколько можно играть в одну игру! "Поймай кота", конечно, куда лучше, чем прятки и почти так же хороша, как веревочка, но всему же есть предел!
  А тут еще серый-очень-страшный пожаловал. Чую, с ним вообще лучше не связываться, не знаю, что он такое, но мне страшно. Хуже даже, чем собака, уж не думал что такое возможно. Слава Полосатому Тигру, ушел, и вся толпа с ними. Только двое остались, делают вид, что я им не нужен вовсе. Глупые, мы же такие вещи чувствуем сразу!
  Девку притащили даже... Великий Тигр, где они такую страшную откопали? А ну, закопайте обратно! Теперь нипочем не слезу, вдруг да приставать грязно начнет? А она же стряяяяшшшная!
  Мясо... мррр, мясо я бы слопал, но там же эта дура ходит, жрет и ходит. А эти ждут, что я спущусь, никак не успокоятся. Не знаю, зачем им нужно, но они там, от голода окочурятся раньше, чем я спущусь. Сказано же, в "поймай кота" я сегодня не играю больше!
 

Глава 7.


 
  Мы стояли на нашем берегу Крыжовницы и смотрели вдаль. Как полагается настоящим богатырям, прижав ладонь ко лбу, якобы от солнца, а на самом деле - для солидности.
  Какое тут солнце, на всем протяжении Крыжовницы постоянно дождь идет. Изо дня в день. Мелкий, но противный.
  Такое уж свойство у этой реки. Родники да ручьи ее почти не питают, только дождевые потоки. Подозреваю, кто-то из колдодеев прошлого здорово тут покуролесил.
  Логово Змия ровно напротив нас, за бугром, что разделяет наше княжество и Пряжксое королевство. То есть, на самом деле бугра никакого нет, так говорят просто. Зато есть глиняные холмы преизрядной высоты и вырытые в них лазы Змиевы.
  Умеет гад устраиваться! На глиняный холм не забраться, ни с той стороны, ни с этой. Все равно, что на ледяную горку залезть пытаться, сколько ни пробуй, а катиться тебе кубарем вниз, прямиком в реку.
  - И как же нам на ту сторону перебраться? - почесал в затылке богатырь. Вот это я понимаю, мыслитель, я уже пытаюсь в Змиево гнездо пробраться, а он все через реку плывет. Кстати, вопрос не праздный - конь переправу осилил бы, но на берег выйти не сумеет. Богатырь смог бы, но переплыть только на коне сможет, доспех подводу утянет. Снять тоже нельзя - сопрут за два стука. Да и не дело это, со Змием разбираться идти без кольчуги, меча и щита. Не поймет, уважать не будет. А для пущего позора еще и на бой не выйдет - богатырю тогда, как девке опозоренной, только в петлю и остается со стыда.
  И вот что обидно - я реку могу хоть вплавь, хоть в бабушкиной ступе, а Хреногор - ни так, ни этак. Кстати, а если вот так...
  - Коня придется оставить, - сказал я строго. Богатырь печально вздохнул, потрепал скакуна по холке. Тот расстроенным не выглядел, не больно-то и хотелось нырять в пелену дождя, а потом еще через реку плыть.
  - Надеюсь, волки тут не водятся, - сказал богатырь, стреноживая коня.
  Я промолчал, чтоб не расстраивать добра молодца. Надейся - не надейся, где это видано - лес без волков?
  - В стаи сбиваться не должны, не время, а одного пришибет, - утешал сам себя Хреногор, забрасывая щит на спину.
  А вот в этом он прав. С боевым жеребцом волки сейчас связываться не захотят, стаю собирать не станут, еды хватает. Максимум семья, волк с волчицей да щенки малые. Нет, не полезут, а вот конокрады - запросто. Но на это у нас есть я, а у меня - заговор против воровства. Пусть-ка кто попробует влезть в охраняемый круг, если здоровья не жалко. Нет, ничего опасного, посидит на холодной мокрой земле, пока мы не вернемся, недвижимый, как статуя. Удовольствие то еще, чувствуешь все, а шевельнуться не можешь. Никому бы в конокрады идти не советовал, опасное это занятие.
  - Как меня через реку перенести думаешь, ведун? - спросил богатырь требовательно.
  - На прицепе, - ответил я, заканчивая чаровать круг. Никак не могу заставить себя признаться, он же меня убьет на месте!
  - На вот веревку, завяжи вокруг пояса, только смотри - крепко-накрепко, - приказал я, роясь в бабушкиной суме. Так... печка не нужна, музыкальная шкатулка - тоже. О, кладенец мой, тот, что Змий всучил знакомый, возьмем, пригодится. Смотри-ка, скатерть самоволка нашлась, а я уж думал, сбежала от нас совсем.
  А вот и она - ступа глиняная. И помело для управления.
  Опытные наездники без метлы обходятся, управляют движениями ног. Это не для меня, у меня полетного времени больше двадцати сказов нипочем не наберется. Неуютно мне как-то на высоте, да и птицы смеются. Я их понимаю, человек в ступе нелепо выглядит, но все равно обидно. У бабушки это изящно получалось, лихо, а у меня - коряво. А с богатырем на прицепе и подавно, высоко не поднимешь.
  - Гм, ведун. А ты уверен, что получится? - осторожно поинтересовался богатырь.
  - Разумеется, - уверенно соврал я.
  Нет, до того берега я дотяну, это факт. Беда в том, что на большой скорости я управление теряю, а на малой - Хреногор потонет. И что лучше, неизвестно еще, пожалуй, одинаково плохо. Тонущий богатырь попробует по веревке залезть, и перевернет мне ступу. Тот же результат, если с управлением не справлюсь.
  Стоп, это что же получается? При любом раскладе мы с Хреногором потонем? Что-то не нравится мне такие варианты.
  Ладно, подумаем еще раз. Ступа двоих не понесет (тот еще Боливар), на метле Хреногор не умеет (да и мне без нее тяжеловато править). Без коня утонет, с конем - утонет скакун. Где-то я это слышал уже. Ощущение, что на дне Крыжовницы межевой камень утоплен.
  Лодки у нас нет, но... плот!
  - Придумал! - кричу радостно, хлопаю со всей силы богатыря по плечу. Боль в руке отрезвляет - это же какая куча работы!
  Я ошибся. Это для меня дело, для богатыря же - дельце на пару пульсов. Топором - тюк, тюк, ветви со ствола счистил, бревно оттащил к реке. Потом второе, третье. А больше и не надо.
  Поперек положили пару суков потолще, для жесткости, связали все это веревками, спустили на воду. Я даже не вспотел. Да и с чего бы - раскуривание трубки меня нисколько не напрягает, остальную работу Хреногор делал.
  Дальше - больше. Один конец веревки присоединили к плоту, второй - к ступе. Для чего такие сложности? Течение здесь сильное, снесет без нее прилично.
  Хреногор с некоторым сомнением залез на шаткую конструкцию, пару раз подпрыгнул, чтобы проверить прочность конструкции. По лицу видно, остался недовольным, но жаловаться не стал - богатыри не ноют.
  Медленно, под легкой моросью, плот двигался к другому берегу. Вылети сейчас Змий, мы стали бы легкой добычей, плот, привязанный к ступе, ступа, привязанная к плоту и два дурака в придачу. Но Змий не вылетел, хотя я твердо знал, что он в логове. Наверное, спал, что ему еще в гнезде делать?
  Наконец, мы достигли другого берега. Теперь самое трудное - подъем богатыря к одному из Змиевых лазов... а потом блуждания по глиняным коридорам.
  Плот врезался в узкую полоску берега, этакий крохотный пятачок у подножья холма, и застрял. Это кстати, не надо будет ломать голову, как выбираться обратно.
  Богатырь пополз вверх по веревке. Он часто сглатывал, вниз старался не смотреть. Что можно бояться высоты, я как-то не сообразил, а Хреногор был слишком горд, чтобы признаться. Я с ужасом следил, как он хрен за хреном, грядку за грядкой тащит себя буквально за волосы вверх.
  Наконец, он достиг Змиева лаза и запрыгнул внутрь. Тут же сел на пол, я заметил, что руки его дрожали. Богатырь неловко достал из поясной сумы бутыль зелена вина и изрядно к ней приложился.
  - Хочешь? - спросил он у меня, я помотал головой.
  - Зря. Для общения с зелеными Змиями - самое то. А уж для битвы как хорошо!
  Он оживал прямо на глазах, руки уже не дрожали, на щеках появился румянец. Хреногор сделал еще изрядный глоток, легко поднялся на ноги.
  - Пошли, отыщем зеленого. Разговор к нему есть, - и с хрустом сжал кулаки. Меня передернуло. Стало страшно за Змия.
  Оказалось, что бояться я начал рано. Что бы отпинать Змия, его сначала предстояло найти, а это было непросто. Выкопанные лазы пронизывали холмы под разными углами, пересекались, расходились, заканчивались тупиками. В общем, уже через полчаса бесплодных поисков, я уже перестал понимать, куда мы идем и где сейчас находимся относительно входа.
  Хорошо еще, что мой спутник, человек жизнью тертый и бывалый путешественник, как-то умудрялся ориентироваться в этой безумной паутине лазов, строго придерживаясь странной, одному ему понятной системы. Хорошо быть богатырем! Везде-то ты побывал, все на свете посмотрел, а кое-что даже пощупал. Или кое-кого.
  - Ты раньше дрался со Змиями? - поинтересовался я.
  - Да, - богатырь не стал вдаваться в подробности. Что ж, это кое-что объясняет. Раз он видел жилища предыдущих Змиев, это тоже сложности особой не представляет.
  Следующие два часа блужданий вымотали меня окончательно.
  - Привал, - сказал я измученно. - Не могу больше.
  И рухнул на землю.
  - Хорошо, наверное, быть ведуном, - мечтательно произнес богатырь, присаживаясь рядом со мной. - Я бы нипочем в этой путанице ходов не разобрался. Когда б не ты, ведун, давно б уже заблудились.
  Я закрыл глаза. Желание было одно - не рождаться, но даже Превеликий не может сделать бывшее небывшим. Да и смог бы, нипочем не стал бы надрываться ради одного неудачника.
  Хреногору говорить не стал, чтобы не расстраивать. А сам на пути стал метки колдодейские ставить. Путь отмечать. Догадался бы сразу - уже со Змием беседовали бы... может, и к лучшему, что не сообразил?
  Лаз, которым мы шли, повернул вдруг резко вниз, круто завился спиралью. Мы определенно к чему-то приближались, только вот, я считал отчего-то, что Змий должен обитать под самой вершиной холма. С чего я так решил? Да они мне и рассказывали сами, Горынычи да Холмовичи.
  Лаз уводил нас все ниже, и никаких ответвлений от него не было. Хорошо еще, Змий догадался обжечь глину в своем жилище, не то по колено в грязи бы сейчас ползали.
  Наконец, мы вывалились в огромный котлован, заваленный самыми разными костями, большими и малыми. Хреногора от потери челюсти спас только ремешок шлема, меня - ведунская мудрость.
  - А ты думал, Змий траву ест? - ухмыльнулся я растерянности богатыря.
  - Нет, но я не думал, что их так много, - ответил тот.
  Я задрал голову. Широкая шахта уходила наверх, чуть ли не к вершине холма. И у меня была твердая уверенность, что именно там и обитает Змий.
  - Кажется, он там и есть, - сказал богатырь, задрав бороду вверх. - Только вот, как туда попасть?
  Только не по лазам этим злосчастным! Нипочем не выберемся, в этом я убежден. А если так, то вариант только один - на ступе. Даром я, что ли, эту тяжесть по всему подхолмию таскаю?
  - Тебе ведь летать понравилось? - спросил у Хреногора, забираясь в ступу. Тот позеленел, сглотнул и кивнул обреченно.
  - Тогда полетели! - я кинул ему конец веревки, в которую тот и вцепился, как собака в любимую кость. Ступа медленно, без рывков пошла вверх, натужно поскрипывая. Я осторожно помахивал метлой, подгоняя вверх.
  Движение все сильнее замедлялось, ступа у меня старенькая, устала уже. Не буду ее подгонять, если развалится, лучше не станет, даже если забыть, что падать с такой высоты даже кошке не рекомендуется. Вдобавок, многие кости обломаны, иные острые, как копья, торчат во все стороны. Нет, тут падать не рекомендую.
  Наконец, ступа совсем перестала двигаться, зависла, ни туда, ни сюда. Плохо, но не настолько, чтобы впадать в истерику. Есть у меня еще одно средство, а вот если и оно не подействует, можно смело паниковать.
  Одной рукой продолжая помахивать помелом (оно для меня коротковато, вполне могу и одной рукой управлять), я достал фляжку из колдодейного небьющегося стекла, зубами вытащил пробку. Попросил превеликого не оставить в черный сказ своей помощью, вылил несколько капель на дно, поспешно закрыл фляжку и убрал за пазуху, пока не началось. Сам подхватил помело и приготовился.
  Настой травки-мявки - великая сила. Убойно действует не только на кошек, но и на ведовские вещи, как-то: избушку, ступу, разные артефакты. Хотите насолить недругу, капните пару капель в сапоги-скороходы и предложите примерить. Шансов уцелеть у него будет минимум, а вернуться обратно и того меньше.
  Ступу тряхнуло, и он пошла выписывать невообразимые кренделя. Я вовсю махал помелом, пытаясь из нее не вывалиться. Внизу на веревке висел богатырь и тоскливо ругался матом.
  Ступа сделала неожиданно какой-то безумный кульбит, плавно перетекший в "мертвую петлю", и мы с Хреногором едва не столкнулись в воздухе. Вид у богатыря был не очень, глаза вылезли из орбит, пальцы судорожно впились в веревку.
  - Выживу - убью! - крикнул он, когда мы разминулись. Нет, я все понимаю. Нехорошо ему, но зачем на Змие-то злость вымещать? Я снова взмахнул помелом, ступа пошла резко вверх, богатыря занесло и в очередной раз припечатало о стенку шахты.
  - Ууууубьююююю! - долетел до меня истошный крик. Я покачал головой. Добрее надо быть, вот что. Ступу опять тряхнуло, повело вправо, но я ожидал этого, и взмахом метлы придал ей нужное направление. Мы стремительно неслись вверх, я видел уже край, когда в шахту заглянула голова Змия, которую заинтересовал непонятный шум и кондовая матершина. Вот только время Холмович выбрал неудачно - ступа как раз проскочила выше и заложила новую "мертвую петлю". Веревка с Хреногором по инерции захлестнула длинную шею и раза четыре вокруг нее обмоталась, накрепко привязав богатыря к Змию, вроде того, как в храме молодоженов веревочкой связывают. Там, правда, не за шею, иначе народ вовсе жениться бы перестал, после столь откровенного предупреждения-то.
  - Попался, гнида! - богатырь обрадовался внезапному подарку судьбы и вцепился в глотку Холмовича обеими руками, с хрустом вминая чешую. - А ну, говори, сволочь, куда невесту мою Забавушку дел?
  Змей задумчиво посинел, открыл зубастую пасть и вывалил треххреновый язык.
  - Ах, не хочешь говорить? - Змиев язык удлинился на хрен, и я сообразил, что крылатый гад вот-вот сдохнет.
  - Хреногор, поосторожней! Задушишь!
  Богатырь опомнился, хватку ослабил.
  - Жить хочешь?- спросил ласково. Змий попытался кивнуть, но с привязанным к шее Хреногором, получилось не очень, но витязь понял правильно. - Тогда начинай рассказывать. И упаси тебя Превеликий соврать!
  Для пущей убедительности, он слегка сжал горло Змию, тот с готовностью показал язык.
  - Это светленькая такая? - спросил гад, судорожно глотая воздух. - В кокошнике?
  - Это которая из Топорянска, - уточнил я. Чернявую да без кокошников наших краях не так-то просто найти. Глаз да глаз за этими Змиями, так и норовят обмануть.
  - Ты ее сожрал, тварь зеленая? - богатырь снова усилил-ослабил хват пальцев на горле.
  - Неет! - истошно завопил Змий. - Яйцами клянусь!
  - Хм, достойная клятва, - слегка оттаял богатырь.
  - Он - самка, - сказал я.
  - Что? Обмануть хочешь, тварь?
  - Детенышами будущими клянусь! - завопила Змеиха, поняв, что сейчас ее по недоразумению придушат.
  - Вообще-то, среди костей человечьих нет, - поддержал я чудище.
  - Правда? - богатырь ослабил захват. - Может, плохо смотрел?
  - Похоже, что людей не жрет, - не согласился я. - Иначе, хоть один костяк да заметил бы.
  - Говори, змеюка, - Хреногор попытался встряхнуть чудище, но сделать это, будучи привязанным к шее, оказалось непросто. Куда Забаву дел?
  - Отнесла заказчику, - быстро сказала Холмовна.
  - Кто заказчик, где живет? - продолжал расспрашивать богатырь.
  - Живет в Краснореченске, - не стала таить Змея. - А зовут его дядька Бренс, барон Крей.
  - И давно он девицу забрал? - полюбопытствовал я.
  - Зачем ее забирать? - удивилась Змеюка. - Это сейчас не модно. Он доставку проплатил.
  Мы с Хреногором переглянулись. По всему выходило, что придется прогуляться по Пряжскому королевству самое малое, до Краснореченска, а это отнюдь не ближний свет.
  - Как он выглядел? - продолжал я допрос.
  - Брось, - поморщился богатырь. - Найдем - увидим.
  - А если он Змеюке соврал? - возразил я, и Хреногор заткнулся. Видимо, такого коварства он от похитителя не ожидал.
  - Высокий, статный, волосы до плеч, - сообщила Змеюка. - У вас такие считаются красивыми.
  - А у вас? - не сдержался я.
  - Вкусными, - отрезала та. Холмовна замолчала, а я стал прикидывать, как нам половчее добраться до Краснореченска.
  - Может, прибить на всякий случай со злости? - печально спросил Хреногор, распутывая веревку. Змеюка собралась было ответить, но передумала.
  - Несчастную беззащитную женщину? - поразился я.
  Холмовна открыла было рот, чтобы поправить, и опять передумала.
  Хреногор погрустнел еще сильнее.
  - Плохой день, - пожаловался он.
  - Понедельник - пожал я плечами. - Эй, радость, не проводишь до выхода? А то дядька _Хреногор и так расстроен, ему по твоим лазам сейчас вредно бродить. Может и холм обрушить, богатыри это умеют.
  - Да-да, конечно, - заторопилась змеюка. - Следуйте за мной, дядьки, тут совсем недалеко, надо только знать, как и куда идти.
  Было действительно недалеко, но сами мы этот лаз не отыскали бы нипочем, даже если б всю жизнь бродили. Он не менее шести раз менял направления, а пересекался с обманными лазами не менее восьми раз, пока мы шли до выхода.
  - Ты в Краснореченске был? - поинтересовался я у Хреногора по дороге.
  - Ни разу, - сознался тот. - Да не переживай, друг. Слыхал поговорку - язык до Топорянска доведет?
  - Слыхал. Только нам в Краснореченск надо, - ответил я. Надо же было такую промашку допустить! Висела ведь карта на стене избушки, заморская, дорогая, небось. У кого-то из королей бабушкой самолично упертая. И я ее так и забыл на стене! Ну, не дурак ли?
  - Вот выход, - сказала Змеюка. - Пришли. Спасибо, гости дорогие, что до смерти не убили, хоть и могли. Вот тебе монетка, ведун, из тех денег, что мне тот дядька заплатил, что девицу заказал похитить. Возьми, вдруг, да пригодится.
  - Благодарствую, - сказал я и убрал монетку подальше. Змеюка Холмовна исчезла в хитросплетении ходов и лазов, а мы стояли у нашего плота с кислыми минами. Не знаю, о чем думал Хреногор, а я вдруг понял, что мы как-то забыли посетить змеиную сокровищницу. Вот же лапти, ведь всего-то спросить надо было!
  - Пошли, ведун, - тяжело вздохнул богатырь. - Путь будет трудным.
 

Глава 8.


 
  - Ситуация мне не нравится, - сказала Леди Иллиара Светлому Лорду дядьке Колорну Реталу Роу. - Напряженность растет с каждым днем, присутствие каждого Лорда постоянно усиливается. Однажды полыхнет так, что новой войны будет не избежать.
  - Полностью с тобой согласен, радость моя, - кивнул дядька Колорн, и по тому, как он пропел это самое "радость моя", становилось ясно, что эти двое не только коллеги. - А еще я слышал, в городе появился какой-то жуткий демон. Что ты об этом думаешь?
  - Ну, не такой уж он и страшный, - рассмеялась радость Иллиара. - Демон ПА, пожиратель артефактов, моим людям удалось идентифицировать это существо по описанию в одном из древних справочников. Представляешь, его больше полтысячи солнц не вызывали!
  - Людей, как я понимаю, он не трогает? - осведомился дядька Колорн.
  - Для людей безопасен, вежлив, обходителен, - рассмеялась радость Иллиара. - Был бы завидным женихом, если б проявлял побольше консерватизма в одежде.
  - И был бы чуть покрасивее. Да? - ухмыльнулся дядька Колорн.
  - Ночью темно, - отмахнулась великолепная Леди Иллиара. - Мне интересно, чья это придумка - выпустить демона? Какой прекрасный ход, взять и уничтожить артефакт, вместо того, чтоб грызться за него с остальными, как собаки за кость. В этом есть что-то величественное, не находишь?
  - Ход сильный, - согласился дядька Колорн. - Как по-твоему, кто ввел в игру это существо?
  - Вот уж не знаю, - радость Иллиара удивленно на него посмотрела. - А что, это так важно?
  - Более чем, - заверил ее дядька Колорн. - Мы знаем, что демон ПА способен уничтожить кота Мощи, и мы с легкостью поверим, что это произошло, потому что ситуация постепенно выходит из-под контроля. А если уничтожения артефакта окажется фикцией? Что, если этот демон всего лишь отвлекающий момент, призванный скрыть переход кота в собственность одного из Лордов?
  - Мы получим Темного Властелина, - в ужасе пошептала Иллиара.
  - Правильно. Если кто-то завладеет котом и сумеет скрыть этот факт из остальных, он непременно поднимется на самую вершину. А если не сумеет, мы получим войну. В которую окажутся втянуты все.
  - Восхитительные перспективы, - радость Иллиара содрогнулась. - У тебя есть какие-нибудь предложения? Оба варианта меня как-то не привлекают.
  - Мы должны уничтожить кота, - твердо заявил дядька Колорн. - Не захватить, а именно уничтожить. На виду у прочих, так, чтоб даже сомнений никаких не возникло.
  - Жалко котика, - вздохнула радость Иллиара. - Но ты, полагаю, прав. И еще - меня тревожит то, что не найдено никаких следов дядьки Унораса.
  - Полагаешь, его рано списывать со счетов? - ухмыльнулся дядька Колорн. - Думаю, бывший Лорд забился в самую глухую дыру. Которую сумел отыскать, и все мысли его заняты вопросом, как восстановить свою былую мощь. Он сейчас беззащитней младенца, его даже низший чарун одолеет.
  - Ты забыл про его коллекцию артефактов, - возразила Леди. Внезапно ее зеленые глаза расширились в изумлении. - Артефакты! А ты уверен, дядька мой, что демона призвали охотиться за котом?
  - Теперь уже совсем не уверен, - потрясенно прошептал Светлый Лорд и покачал головой. - а ведь найти Унораса куда важнее, чем кота Всевластия.
  - И проще, - уверенно сказала Леди Иллиара. - Убеждена, что Краснореченска он не покидал.
  - А я убежден в обратном, - возразил дядька Колорн. - Унорас умен, он не мог не понимать, каким котлом станет Краснореченск, едва нашиколлеги прослышат о коте-артефакте.
  - Именно потому, - не уступала радость Иллиара. - Он и остался. Никому ведь в голову не придет, что дядька Унорас совершит такую глупость. Его и не ищет никто... кроме, возможно, того колдодея, что вызвалдемона.
  - Предлагаешь сменить цель? - Светлый Лорд хищно потянулся в кресле, глаза азартно блеснули. - Чтож, дядка Унорас - дичь более, чем достойная.
  - Не сменить цель, - поправила колшебница. - а добавить новую.
 
  - Мне хочется удавить тебя своими руками, - негромко сказал дядька Темногор сыну, и того пробрала легкая дрожь - отец не шутил. - Мало того, что ты не справился с заданием, мало того, что опозорил меня перед другим Лордами - ты потерял ценный артефакт!
  - Я не... - начал было оправдываться дядька Пивогор, но Темный Лорд заставил его умолкнуть властным взмахом руки.
  - Мне не интересны причины. Я хочу знать, почему ты их не сумел нейтрализовать.
  - У меня не хватило умения, - признал Пивогор.
  - Пусть так, но оградить артефакт ты вполне мог. Демон ПА неплохо защищен, зато не агрессивен и весьма слаб в атаке. Отогнать его можно солью, водой и серебром. Не убить, не изгнать, не просто урон нанести - именно отогнать. Этого было бы достаточно. А что делаешь ты? Эта нелепая погоня - зачем? Что ты собирался делать, если бы догнал его? Думаешь, демон выплюнул бы уже сожранный артефакт? Он же физически этого не может, сожрано - значит, сожрано. Или ты собирался скормить ему еще и Зуб Судьбы?
  - Нет, - выдавил из себя Пивогор.
  - Надеюсь, ты все усвоил. А чтобы еще и запомнить - десять плетей. С оттяжкой. Голова куда лучше работает, если как следует врезать по заднице.
  Дядька Пивогор тоскливо вздохнул. Он-то читал уже. Что при порке кровь приливает к седалищу, а значит, мозг снабжается хуже. Для учебы уж точно не полезно.
  Только вот, попытка сказать об этом отцу сейчас только усугубит наказание. Изрядно усугубит. Стало быть, надо сжать зубы и терпеть. В конце концов, от десяти плетей никто еще не умирал. Правда, и сидеть тоже никто не мог.
  Дядька Пивогор стянул штаны и перегнулся через лавку. Надо - значит надо, терпеть он умеет, не в первый же раз. Могло и хуже выйти.
 
  - Котик, прячься! - младшая дочь дядьки Ревана, рыбака была всерьез испугана судьбой уставшего и голодного животного. - Тебе нельзя к нам, понимаешь? Папка продаст злым колдодеям. Меня продаст, если слушаться не буду, а тебя даже если будешь, продаст. Понимаешь, котик? Тебя весь город ищет, денег наобещали - жуть! Прячься, котик, подальше и ни к кому не подходи. На вот рыбки, покушай.
  Девочка Сона, слишком юная еще, чтобы прозываться радостью, протянул коту кусок копченой рыбки. Тот жадно сглодал подачку, посмотрел вопросительно - нет ли еще - поднял хвост трубой и гордо удалился.
  В кустах что-то блеснуло. Сона раздвинула упругие ветви, чтобы посмотреть - и ахнула. На земле лежала монетка, но не медная, и не серебряная даже, те Сона видела. Наверное, золотая, только тусклая какая-то. Девочка всегда полагала, что золото сверкает, как солнце, ну может самую малость слабее. Но раз ни серебро и не медь - стало быть, золото, чему ж еще быть?
  - Вот почему за тобой, котик, все охотятся, - задумчиво произнесла она, глядя вслед белому чудодею.
 
  Жители Краснореченска привыкли уже к стычкам чарунов на улицах их города. Если сначала их это пугало, то сейчас поняв уже, что город жечь никто из пришлых колдодеев не собирается, местные наблюдали за поединками с большим удовольствием. А что? Красивое, необычное, азартное и вдобавок бесплатное - попробуй, найди лучшее развлечение в тихом Краснореченске. Разве что дерби в котобол между "Волками" и "Волкодавами", но это совсем уж другое дело. Поддержать свою команду, всласть поорать, подразнить чужих болельщиков, попить пива и, наконец, подраться - столько удовольствий сразу никакой поединок чарунов не пересилит.
  В этот раз схватились люди Светлого Лорда Постала и ренновцы. Что не поделили - непонятно, но не кота точно, его горожане высматривали с неугасающим энтузиазмом. Награда, обещанная за него каждой из чарунских группировок , превосходила всякое разумение. Причем те, кто собирались получить за животное награду, были в меньшинстве, все помнили, как прозрела малышка Литта, как в кувшине бабки Фарги никогда не зкончается молоко, как у старого дядьки Будула за одну ночь выросли давно выпавшие зубы... Случаев таких было не перечесть, вот самый последний - белый кот оставлял за собой золотые монетки, дочка рыбака Ревана Сона сама видела. Малой, разумеется, никто не поверил бы, но папаша наливается бражкой в кабаке - наверное, помрет, на золотой никому еше не удавалось напиться так, чтоб живым остаться.
  Были и другие случаи - пивовар дядька Ситорг, которому кошки мешали спать, швырнул в окно тяжелым сапогом и то ли в неподходящий момент кинул, то ли в неподходящее место попал, а рука у него с тех пор отсохла. Ювелир дядька Федупас, обнаружив пробравшегося на кухню кота, вздумал отнять у него честно украденную котлету. В результате страдалец полтора дня висел под потолком, знакомя окрестности с богатым своим лексиконом. Радость Додола пожалела для чудо-кота молока, и теперь любая посуда, которой она коснется, сразу в черепки. А вот дядька Будун отвесил коту пинка и ничего с ним не случилось. То ли кот был другой, то ли дядька врет, то ли дуракам закон не писан - сразу и не разберешь. Будун и с колокольни два раза падал, где уж какому-то коту извести того, кого даже Превеликий к себе забирать не желает?
  Словом, большинство горожан сходилось на том, что если чарунам заезжим кот до зарезу нужен и горы золота за него обещают, то и самим горожнам он ничуть не помешает. Деньги деньгами, а здоровье ведь не купишь.
  Так вот, охота на кота в этот раз не велась, но дядьки колдодеи с присущей им настойчивостью нашли другой повод сцепиться. Какой именно - горожане не знали, да и важным это не было. Главное, что чаруны очертили круг, поставили колдодейский купол и принялись метать друг в друга молнии да огненные стрелы. Красиво так и увлекательно.
  Тут же собралась средних размеров толпа, народ принялся обсуждать дуэлянтов и делать ставки. Соратников и того, и другого чаруна это здорово бесило, но они пока сдерживались.
  И вот тут появился виновник торжества. Большой белый кот стрелой пронесся мимо оцепеневшей толпы и исчез в переулке. А за ним следом - сателлиты СветлогоЛорда дядьки Ранвила, с колдодейными сетями наготове.
  И тут толпу прорвало.
  - Держи! - истошно завопил кто-то громкий, и все, кто наслаждался чарунской дуэлью, сколько их ни было, припустили за чудо-котом.
  Ранвиловцев смели в мгновение ока. Двоих изрядно потоптали, прежде чем их товарищи смогли вмешаться. Иные на ходу подхватывали сети, то ли для охоты, то ли просто надеясь потом выгодно их продать.
  Кот в очередной раз ускользнул. Распаленная толпа, посчитав, что догнать чудо-зверя им помешали ранвиловцы, немедленно открыла охоту на новую дичь, но та оказалась настолько хитра, что заблаговременно исчезла в лабиринте улиц. А может, просто стала невидимой - колшебникам это вполне по силам.
  Воодушевленная толпа с призывом "бей колдодеев проклятых" двинулась на поиски не то, чтобы приключений, скорее неприятностей. И, разумеется, она их нашла, не так уж это сложно, найти и поймать ничего не подозревающие неприятности. Что вот с ними делать после этого, другой вопрос.
  В общем, распаленная толпа нарвалась ни на кого нибудь - на самого дядьку Пивогора со товарищи. И началось...
  Когда полетели первые камни, Пивогор удивился, ноне растерялся. В чарунов переодически бросают булыжники, они к этому привыкли и не всегда готовы адекватно ответить. Что, собственно, и было продемонстировано.
  Сильные потоки холодной, мало не ледяной воды, практически смыли нападавших с мостовой. Пивогор мог ответить и жестче, все-таки Краснореченск был вотчиной дядьки Унораса и в данный момент покровителя не имел.
  Едва промокшие, растерявшие уже боевой пыл люди вновь собрались в кучу, недовольно ворча и распаляя себя для новой атаки, какПивогор угостил их пронизывающим ветром. Этого хватило. Толпа кинулась в рассыпную, потому что бить колдодеев дело, конечно, славное и достойное, но ведь так и простудиться можно.
  - Что, черви, не нравится? - расхохотался им вслед дядька Пивогор. - А ну, с дороги!
  Это был его день. Удача, неизменно поворачивающаяся к нему задом последнее время, на этот раз немного нагнулась и подняла юбку.
  Размахивая подхваченными сетями колдодейского железа, темногорцы гордо вышагивали посреди улицы, краснохвостыми петухами поглядывая на горожан, спешащих убраться с дороги.
  И тут, лениво и вальяжно, на мостовую выполз белый кот. Посмотрел на Пивогора с таким видом, будто тот ему должен, и в развалку двинулся к противоположной стороне дороги. Он был не в курсе, что удача нынче прогнулась перед Пивогором.
  Колдодей, не мешкая , влепил ему Огненной Лентой. Животное не превратилось в обугленный комок, как ожидалось, зато добавило скорости и тут же исчезло за забором.
  А дальше команда сработала на редкость слажено, чего Пивогор так старался добиться последнее время. Один чарун поднялся в воздух, чтобы не потерять кота из вида, еще один Тараном ветра снес довольно прочный забор (и две яблони за ним, но эти уже сами под удар полезли), остальные мгновенно рванули в образовавшийся пролом. Даже раньше, чем тот образовался.
  Кот такой прыти явно не ожидал. Все предыдущие победы в игре "Поймай кота" сыграли с ним злую шутку, заставив относиться к противнику с долей пренебрежения. И трое темногорцев сумели подобраться на расстояние броска сети.
  Собственно, накрыл цель только один, от остальных чудо кот сумел увернуться. Но и этого хватило.
  Он истошно завопил, забился, все сильнее запутываясь в прочных металлических нитях, которые не разорвать руками и не уничтожить никакими чарами, зато простое прикосновение железа обращает их в пыль. Железа у кота не было, сверху навалился кто-то из темногорцев, и бедняга тоскливо завыл, сообразив, что попался.
  - Чисто сработано! - дядька Пивогор просто лучился довольством. - Отец будет доволен. Эй, братцы, выше нос! Без награды никто не останется.
  - Уууу! - на одной ноте выл кот, уже не пытаясь вырваться. Ему награды точно не светило.
  - Главное, никто не видел, - золотой мальчик упивался победой. - Осталось только запихнуть его в мешок и доставить отцу. Теперь главное - сохранить тайну.
  - Хрен ты ее сохранишь, - прошипел ему вслед дядька Унорас, выступая из невидимости. Долго быть полутенью не рекомендовалось ввиду изрядного вреда для здоровья, поэтому дядька пользовался каждым моментом, чтобы восстановить защитную оболочку тела. - Поверь, малыш, я об этом позабочусь.
  И лишившийся паверы Темный Лорд мерзко ухмыльнулся.

Кот.

Комментарий


  Нет, ну вы это видели? А чего не помогли, коли видели? Собаки драные!
  Пууустиииите! Ну пуууустиииите! Уууу! Уууу!
 
  - Ты знаешь, что в этом письме? - спросил колдодей среднего звена дядька Урунс у своего помощника дядьку Жирса. Оба носили синие робы с алыми двойными крестамиТемного Лорда Ренна,
  - Что? - без особого интереса спросил тот.
  - Сынок Темногора зацапал кота.
  Апатию чаруна как рукой сняло.
  - Ох, и влетит же нам от Лорда по первое число! - поморщился он.
  - Не нам одним, всем перепадет от своих покровителей, - мрачно ухмыльнулся дядька Урунс. - Нам пишет дядька Слах, из ларабновцев. Предлагает объединить силы и вздуть темногорцев. Добычу поделить.
  - Это как? - вопросил дядька Жирс. - Ему голову, нам хвост, или наоборот?
  - Там разберемся, - неопределенно махнул рукой дядька Урунс.
  - Сдается мне, он тебя просто использует, - сказал дядька Жирс. - Помнишь, что у ларабновцев с темногорцами вышло? Так Слах единственный, кто из той группы выжил. Вот и желает сквитаться, за своих отомстить.
  - А это письмо от миньонов Лорда Ранвила, - потряс конвертом с золотым молотом дядька Урунс. - Обещают поддержку от Светлых в случае конфликта с темногорцами.
  - Этим-то что надо? - изумился дядька Жирс.
  - То же, что и прочим - чудо-кота, - пожал плечами колдодей.
  - И мы что, пойдем драться с темногорцами? - кажется, дядька Жирс не мог до сих пор поверить, что командир говорит серьезно.
  - Не только пойдем, - ухмыльнулся тот. - Мы еще и тапахцев с гавроновцами пригласим. А тебе разве не хочется смыть ухмылку с холеной рожи Пивогора? По одиночке у нас шансов нет, а вот если все вместе - ох, и не завидую я темногорцам!
  - Думаешь, гавроновцы подпишутся? - скептически спросил дядька Жирс.
  - А куда им деваться? Если кто-то заполучит кота, с остальных три шкуры спустят.
  - Это да, - вздохнул помощник. - Ладно, я в лавку, пока время есть. Надо бы разогреться перед потасовкой.
  - Немного только, понял? - строго сказал дядька Урунс. - Увижу пьяного - ноги сломаю. Или паверу отберу, ты меня знаешь.
  - Ладно тебе, - испугался дядька Жирс. - Пара глотков, не болше. Чтобы мандраж снять.
  - Только быстро,- сдался колдодей.
 
  - Дядька Пивогор, - почтительно сказал дядька Брону, колдодей среднего звена. - К тебе человек пришел. Говорит, у него важные новости.
  - Важные? - благодушно переспросил золотой мальчик, рассматривая на свет вино в бокале. - Кто таков, ты его знаешь?
  - Дядька Жирс, из ренновцев.
  - Зови, - разрешил Пивогор. - Послушаем, что скажет. И если его новости не стоят потраченного времени, на своих ногах он отсюда не уйдет. Я ему припомню и Мертвый Глаз, и Звезду Пробоя. И порку отцову тоже припомню!
  Жирс, длинный и худой дядька, мялся и не знал с чего начать.
  - Может, вина? - снисходительно предложил Пивогор. - Не самый лучший сорт, надо признать, но очень даже ничего.
  Дядька Жирс благодарно кивнул, сбросил мокрый плащ (на улице шел дождь) на спинку кресла и приложился к бокалу.
  - Что привело тебя сюда, почтенный дядька? - спросил Пивогор.
  - У меня есть кое-какая информация, - чуть нервно произнес дядька Жирс. - Для тебя, мой дядька. Важная информация. Вот только сговоримся ли мы по цене?
  - Обожаю покупать разные ненужные сплетни, - фыркнул Пивогор. - Ты зря потратил время, дядька. Дверь слева, закрыта на два засова. Счастливого пути!
  - Мне, к примеру, известно, что кот у тебя, - улыбнулся дядька Жорс нервно. - Это тебе интересно? Или золота жалко стало?
  - Говори, - приказал Пивогор, сразу становясь серьезным.
  - Деньги, - упрямо мотнул головой дядька Жирс.
  - Сколько?
  - Много, - не стал отпираться ренновиц. - Сто монет золотом.
  - С ума сошел! - ахнул золотой мальчик. - Сотня золотом!
  - И ни монетой меньше, - жестко добавил Жирс.
  - Пятьдесят, - предложил Пивогор.
  - Сто, - дядька Жирс уступать не собирался. Сын Темного Лорда внимательно посмотрел на коллегу и понял, что поторговаться не удамстся.
  - Хорошо, пусть сто. Говори.
  - Деньги вперед, - дядька Жирс начинал уже раздражать пивогора, но тот сдержался. Вытащил из ящика стола мешок с сотней золотых - резерв всей группы - и передал коллеге. По глазам ренновца видно было, что ему смерть, как хочется посмотреть, что внутри и пересчитать монеты, но сдержался из боязни потерять лицо.
  - Я жду, - напомнил дядька Пивогор.
  - Мы получили письмо от ларабновцев. Сообщают, что кот у вас, предлагают объединиться. Все группы, даже Светлые подписались.
  - Удачливых никто не любит, - вздохнул дядька Пивогор. - Еще что-нибудь?
  - Атака в полночь.
  - Ну, это предсказуемо, - усмехнулся дядька Пивогор. - Да, сотни золотых это вполне стоит. Ты мне здорово помог, дядька, спасибо тебе, выкарабкаюсь - получишь подарок.
  - Премного благодарен, - Жирс поднялся со стула, прихватил плащ. - приятно было посотрудничать.
  - Взаимно, - растекся в улыбке молодой Пивогор. - Эй, там! Проводите гостя!
  Чуть слышно хлопнула входная дверь, в кабинет без стука вошел дядька Андельс. Стука в дверь никто из темногорцев не признавал. Занят - просто запри дверь, все поймут.
  - Мне показалось, или он действительно что-то прятал под плащом?
  - Сто золотых, - не стал скрывать Пивогор. Дядька Андерс уважительно покачал головой. Просто так сто золотых не даются... даже один не дается, если уж на то пошло. Что-то важное этот ренновский колдодей продал
  - Надо срочно бежать, - дядька Пивогор лихорадочно метался по кабинету. - В полночь нас атакуют. Все, кто есть в городе, включая Светлых. К этому времени мы должны быть уже за городом. Брать только самое необходимое. И ни в коем случае не забыть кота - шкуру сниму самолично, и это не метафора. Забирай клетку!
  И он сдернул покрывало с клетки колдодейского железа.
  Против ожидания, клетки там не было. Не было и кота, в ней сидевшего. Как, когда дядька Жирс успел стащить клетку с котом, подсунув вместо нее взятую тут же со стола вазу с фруктами, Пивогор понять не мог. Он и пытаться не стал:
  - Догнать гада! Быстро!
  Хотя сам прекрасно понимал - поздно. Человек так ловко сумевший спереть клетку с котом дожидаться погони не станет.
  А вот-вот начнется атака, если дядька Жирс не наврал. А Пивогору отчего-то казалось, что сказал он правду.
 
 
Оценка: 6.68*20  Ваша оценка:
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Болдырева "Крадуш. Чужие души" М.Николаев "Вторжение на Землю"

Как попасть в этoт список

Кожевенное мастерство | Сайт "Художники" | Доска об'явлений "Книги"