Аннотация: Кусочек из будущей повести-дневника о русском студенте в Лондоне. Их нравы - все на основе личного опыта и чистая правда.
Владимир Бойков.
Стриптиз - Show .
--
Да ну его, это кино! Все равно нам будет тяжело смотреть этот фильм. Давайте что-нибудь другое.
Я взглянул на Ринату и внутренне поморщился. То "давайте в кино", то "давайте не будем". Семь пятниц на неделе и парочка в резерве! Сколько же можно?
Признаться, за уикенд, проведенный в Лондоне, эта девушка успела достать и меня, и моего спутника Пабло. Сначала она потащила нас в Британский музей, при этом останавливаясь у каждого магазина. Затем затащила нас в секс-шоп (вы видели когда-нибудь трехэтажный секс-шоп?!) Потом заявила что больна и мне, как единственному мужчине из двух самцов, пришлось ее лечить. Вслед за этим нам устроили шопинг (шоп его так!) в самом дорогом супермаркете Лондона. Я тогда, правда, успел-таки смыться из этого английского ЦУМА.
Ох уж мне эти иностранцы! До чего же они хлипкие. Ладно наша венгерская красавица. У нее хоть есть оправдание - больна. Но Пабло! С фигурой "настоящего мужчины", он умудрялся уставать за каких-нибудь восемь часов ходьбы. В результате в ночь с субботы на воскресенье ночным Лондоном любовался я один. Пабло провел вечер и ночь хрюкая в подушку, Рината же была занята тем, что мотала сопли на кулак и глотала таблетки, которые я сумел раздобыть в арабском квартале, окружавшем нашу гостиницу. Да, не бойцы они…
--
Ну и что ты предлагаешь? - Почти хором спросили мы у нашего венгерского чуда.
Рината наморщила носик и выдала:
--
А давайте в стриптиз клуб!
Мы с Пабло переглянулись.
--
Да я не против, - ответил наш чилийский мачо.
--
Ну ладно, пошли, - согласился я. Только где он, этот твой клуб? Я что-то ни один не видел.
--
Потому что не искал, - парировала Рената.
Я с готовностью кивнул - не искал.
Как мы искали этот клуб - тема для отдельного рассказа. В общем, недалеко от Пикадили, свернув на узкую улочку (можно подумать, что в Англии есть широкие улицы!), мы очутились в царстве секс-шопов и стрипт-клубов. Тут надо отметить тот интересный факт, что в Англии все магазины закрываются не позже семи вечера. Все, кроме секс-шопов. Их владельцы настоящие маньяки своего дела. Готовы работать и днем и ночью. Возможно это потому, что у них очень большая конкуренция. Например, знаете, какой самый ходовой товар в английских сувенирных лавках и небольших магазинах? Наручники! Да, да, обычные полицейские наручники. Всего за 7 фунтов вам продадут хромированную или вороненую пару. Наслаждайтесь! А вот ножик достать проблематично. Почти не реально…
Ну да я отвлекся. Итак, в первый клуб Ренату не впустили. Уж не знаю почему. У входа во второй нас встретило существо, скорее всего женского пола и самого позднего бальзаковского возраста.
Жизнь не пощадила эту крошку. Под слоем пудры и помады затаилось изможденное самой древнейшей профессией лицо. Тусклый взор критически осматривал когти с маникюром а-ля "деревня на панели". Навсегда вытравленные перекисью волосы неровными прядями падали на плечи. Венчала эту ветеранку сексуальной революции безобразная ковбойская шляпа (этакий "стетсон" Крутого Уокера, попавший в плен к безжалостным лас-вегаским проституткам).
На мое дежурное "гуд ивнинг", крошка улыбнулась своими неровными зубами. Все-таки англичане очень вежливая нация.
--
Почем билетики? - поинтересовался я.
--
Пять фунтов за вход и пять за выпивку. Но первую выпивку вы обязательно должны заказать, - выдавило из себя бальзаковское существо.
--
И все? - недоверчиво переспросил я, - Больше платить не надо?
--
Все, все! - закивала в ответ "коровья девушка".
"Ну да! Все! Знаем мы вас, капиталистов", - подумал я, но в слух ничего такого не сказал.
--
Клянетесь, что больше ничего платить не надо?
--
Не надо, не надо, - завертела шляпой "девушка".
--
Родиной клянетесь? Принцем Уильямсом, Чарльзом и Королевой Матерь ее так?!
--
Чего? - удивилась первая женщина Бальзака.
--
Ладно, вот тебе за нас троих. Ее пустим? - я кивнул в сторону Ренаты.
Крошка кивнула.
--
Что ты ей сказал про меня? - спросила венгерская красавица, когда мы спускались по темной узкой лестнице, ведущей в клуб, - Почему меня пропустили?
--
Сказал, что ты лесбиянка и любишь женский стриптиз, - соврал я.
--
Что!!!
--
Расслабься…
Помещение клуба живо напомнило мне гонконгские боевики. Приглушенный свет очень удачно скрывал общую убогость зала, ровно как и лица посетителей, коих было немного. У стены была сооружена небольшая сцена с обязательным шестом и убогой подсветкой. Многие столики были пусты, что, в общем-то, не удивило меня - уж больно жесткая конкуренция на этом сегменте рынка. Жестче, чем в банковской сфере.
--
Гуд ивнинг, гуд ивнинг!
Навстречу нам уже двигалось другое английское создание, в коротком черном платье и копной осветленных волос. При виде нее, из глубин моей памяти всплыла фраза из юмористического монолога времен Перестройки: "Тощенькая, к тому же в возрасте - не на что посмотреть, - сказал Старший и достал полевой бинокль…"
--
Рады видеть Вас… - начала, было, она.
--
Ну это естественно, - перебил я ее, улыбаясь, как японец, которому только что сообщили о повышении зарплаты.
--
Прошу садиться, - нас подтолкнули к столику с диваном.
Мы сели. Рената тут же заняла стратегически выгодную позицию между мной и Пабло. "Так безопасней," - говорила она потом.
Значится так, первое правило туриста, решившего приобщиться к злачным местам Европы: разденут. Нет, не в прямом смысле. Ваша голая тушка там абсолютно никому не нужна. Разденут - значит разведут на бабки (это по научному).
Смысл игры заключается в том, что при входе, меленьким-меленьким шрифтом, на уровне плинтуса, за дверью висит объявление, суть которого сводится к следующему: десять фунтов ты платишь, если весь вечер будешь стоять. А вот если сел за столик - будь добр, выложи еще 35 портретов Бабы Лизы (хорошо хоть со стола, а не с персоны). Причем, сразу предупреждаю: сдачи они не признают. Жулить и обсчитывать пытаются постоянно, но неумело. Может наивного европейца они и обсчитают, но наш человек, закаленный советскими продавцами и российскими лохотронщиками, на такую банальную приманку не клюнет.
Итак, с вас вытянут еще 35 фунтов. Что ж, как показала практика, к такому повороту событий оказываются готовы только русские туристы. Все остальные воспринимают это как личную трагедию. Тут в полной мере проявляется национальный менталитет. Например, три англичанина базарили, возмущались, но денежку заплатили. Дородный араб, фигурой смахивающей на штангиста, минут сорок спорил с официантками, но, в конце концов заплатил.
"Что ты базаришь с ними? Подвинь их своим пузиком и выходи!" - хотел я сказать ему, но передумал. Между прочим, сей невысказанный совет был более чем реален. Дело в том, что в этом "приюте лесбиянок" и охранники, и официантки и, как вскоре выяснилось, танцовщицы были одними и теме же лицами женского пола. Я уже, было, обрадовался этому факту и начал чесать кулаки, но в последний момент заметил под потолком телекамеру. Мда-а-а. Полиции у них там совсем невидно, зато камер… Конечно: их "бобби" из оружия имеют только маленькие такие дубиночки и газовые баллончики. Такого полицейского самого надо защищать, вот и прячутся они ото всех. Я в Лондоне нашел всего двух стражей порядка - они фотографировались у Букенгемского дворца со всеми желающими. В общем, если вас будут убивать - не докричишься, зато потом преступника найдут по видеозаписи, и правосудие восторжествует. Это как-то успокаивает…
В бар вошли двое японцев. Бедняжки еще не знали, что их ждет. Взяв по пиву (пиво у них подается в пластиковых стаканчиках, наподобие тех, куда пациенты в английских больницах сдают анализы. Ассоциация дополняется видом содержимого), наши братья меньшие уселись за столик. "Могли бы и на пол сесть, - подумал я с ехидством, - вы люди привычные и платить не пришлось бы."
Принесенный барышней счет застал японцев врасплох. Глаза их округлились, а лица вытянулись до такой степени, что стали похожи на европейские. Оба самурая живо затараторили на смеси японского и английского, хотя, как мне показалось, в их речи проскальзывали и русские слова. Короче, дети Страны восходящего солнца быстренько смотались из бара. Попытки официантки остановить их своим телом были пресечены парочкой эффектных приемов каратэ.
В самый ответственный момент мы с Пабло вежливо заорали:
--
Мы хотим шоу!!!
--
Сейчас, сейчас, - ответила официантка, поднимая с пола выбитый зуб…
Первая отработала скверно. Именно "отработала", без чувства, без души. Раскидав чулки и трусики по сцене, она повертелась вокруг шеста, продемонстрировала свои "прелести" и исчезла за задней дверью.
--
Мальчики, что-то это не очень, - промямлила Рената, - давайте лучше пойдем отсюда.
--
Нет! - мы дружно завертели головами, - оно еще только начинается.
--
Неужели вам это нравится?!
Мы с Пабло переглянулись:
--
Гадость, конечно, но за такие деньги мы хошь не хошь, а испытаем чувство глубокого удовлетворения…
Вторую танцовщицу я обозначил, как "пирожок". Невысокая, со слегка пышными формами, она подошла к шесту, прихрамывая на левую ногу.
"Это как же она танцевать-то будет?" - с жалостью к бедному существу подумал я.
Напрасно переживал. Если бы мартышки увидели, что эта девушка вытворяла на шесте, они бы заработали комплекс неполноценности на всю оставшуюся жизнь. Все было с чувством, с артистизмом и со знаками внимания лично вашему покорному слуге. Я, правда, на всякий случай скорчил ей злую рожу - еще подойдет к столику и опять платить придется…
Нам было пора уходить - опаздывать на последний поезд до Брайтона не хотелось (справедливости ради необходимо отметить, что мы на него все же опоздали). На выходе я подошел к хозяйке заведения:
--
Баксы берете? - с самым деловым видом спросил я.
Хозяйка заведения ответила, что да. Мы начали торговаться о курсе.
--
О чем они? - спросила венгерская красавица у Пабло.
--
Договариваются о цене. За сколько тебя продать, - на полном серьезе ответил наш чилийский друг.
Рената с визгом вылетела из бара. С воплем "Стой!" за ней выскочил Пабло.
--
Я щас, я их сейчас верну, - крикнул я хозяйке бара, выбегая следом.
До Пикадили мы добежали всего за минуту.
--
Ну, в целом отдохнули неплохо, - произнес я, стоя в вагоне метро.
--
Да уж, - ответил Пабло, отпихивая от себя разъяренную Ренату (ей уже объяснили что к чему).
Она, конечно, потом дулась целых десять минут, но потом, когда ей доказали, что благодаря шутке Пабло мы сэкономили баксов сто - успокоилась. Все-таки, любят они деньги, эти европейцы.