Под дивную песню мрачных старинных преданий
Мы в танце сверкающей смерти друг друга закружим.
Мы снова нарушили мерный ход мирозданья -
На тонкой жемчужной броне мы выжегли души.
Но в бешеной пляске для крови все же нет места,
Для смерти пугающей нет оправданья и славы.
Зовем мы ее любым поворотом и жестом,
Но следующем па мы ее в сердцах отвергаем.
МАНИПЕННИ.
Чтоб найти пропавший разум,
Чтоб надеть чужие тени,
Чтоб забыть проблемы разом -
Я бы стала Манипенни
Чтобы завтракать в постели,
Чтобы плакать кока-колой,
Побывать душою в теле...
Я опять пошла бы в школу...
Засыпая, видеть лица,
Опрокидывать корзины...
Надо стать самоубийцей,
Чтобы не стреляли в спину.
Оступаться на карнизе -
Пусть тогда дрожат колени,
Перелистывая жизни,
Я бы стала Манипенни.
***
Мне петь твое имя,
На стон срываться, отчаясь.
Не петь твое имя -
Молчать, умирая от скуки.
К лицу прикасаться
В сияющих черных перчатках,
И резко отбрасывать
Жаркие томные руки.
Купец
Дивный корабль у гавани встал
Красны паруса, устремленные в высь.
Народ изумленный наполнил причал.
Купец черноглазый спускается вниз.
Крики толпы смешались в одно.
Карета принцессу на свадьбу везла.
Влюбленный король ждет напрасно ее,
Он может состариться у алтаря.
Девичью честь принцесса отдаст,
Заплатит купцу за красоты земли,
Утонет в глубинах купеческих глаз,
И ей безразличны теперь короли.
* * *
Мне в руки знамя давали часто,
И так же часто кидали грязью.
Своей считала любая каста,
Грозя при этом жестокой казнью.
И ветры вились, сплетаясь в руны,
И горны выли, зовя расправу,
А руки пели, терзая струны
Не дожидаясь зари кровавой.
Пьянящий воздух, сухой, багряный.
Проснулось солнце, скользит по краю.
Зажму рукою сквозную рану,
Шагну спокойно на встречу раю.