Аннотация: Василёк помогает старушке и её "голодным" кроликам.
Операция "Трава"
("Тимуровец‑3")
Учебный год только-только распахнул свои двери, а Василий Петров уже успел стать звездой школьного небосклона. Его "операция с бутылками" превратилась в настоящую легенду: кто-то хихикал, кто-то тяжко вздыхал, а кто-то даже испытывал жгучую зависть - ведь не каждому под силу похвастаться тем, что сумел помочь самому настоящему бездомному и при этом заслужил суровый выговор от директора.
Сам Вася, однако, держался с видом триумфатора, словно только что получил медаль "За трудовое отличие". Он был непоколебимо уверен: это лишь первый шаг на великом пути свершений.
Однажды, возвращаясь домой после уроков, он заметил у соседнего подъезда старушку. крошечная, будто иссохшая, но с такой сталью во взгляде, что казалось - она могла бы остановить мчащийся трамвай одним лишь сиянием глаз. Перед ней возвышался громоздкий мешок, явно тяжелее самой старушки.
Вася, подобно молнии, оказался рядом:
- Бабушка, позвольте помочь!
- Ох, милок, помоги-ка, - выдохнула она, - Силы мои уж не те, что бывали...
Вася подхватил мешок. Он обрушился на него тяжестью, словно в нём была каменная кладка, а не что-то, имеющее отношение к хозяйству. Взбираясь на третий этаж, Вася ощутил, как истинное, чистое добро струится сквозь его жилы. А такие деяния он всем сердцем любил.
Старушка отворила дверь, пригласив его в царство тепла. В квартире витал аромат пирожков, сушёной мяты и... множества кроликов.
- Ты, верно, тот самый... тимуровец? - прищурившись, спросила она. - Который за бутылками ходил?
- Он! Петров Василий! - Вася залился румянцем. Он уже чувствовал, что о нём наверняка знают многие в городе. А если так пойдут дела дальше, то и в газетах о нём напишут... Но нет, он не жаждал славы. Его душа стремилась помогать всем, кто нуждался в его помощи, здесь и за пределами его родного города.
- Ох, молодец! - воскликнула старушка, всплеснув руками. - А мне про тебя рассказывали. И я мечтала: вот бы такого помощника мне! У меня, милок, кролики... ну... есть немножко.
Вася взглянул на клетки. Кроликов было вовсе не "немножко". Их обитало больше десятка, и все они взирали на него с такой надеждой, будто он был их новым поставщиком жизненно важной пищи. Белые, серые, и один угольно-чёрный. Малыши весело прыгали в своих жилищах. А запахи в квартире Вася будто не замечал. Он был очарован животными, нежно гладя их через прутья клеток. Налюбовавшись вдоволь, он обернулся к старушке.
- Травы им нужно, - пояснила она. - А у меня сил нет её косить. Поможешь?
- Конечно! - Вася вспыхнул от восторга. - Где косить?
Старушка скрылась в кладовой и вскоре появилась с: утлым, ржавым серпом, двумя огромными мешками и ещё одним - про запас.
- Тут недалеко, - указала она. - Всего несколько шагов. Трава там - наилучшая. Кролики её просто обожают.
Они вышли из дома и двинулись в путь. Вася шагал бодро, словно на молодёжный субботник. Старушка же, мелкими, но уверенными шажками, следовала за ним. "Несколько шагов" вылились в добрый километр. Через какое-то время они подошли к внушительному забору, обвитому колючей проволокой. За ним простиралась идеальная, ухоженная трава - зелёная, густая, схожая с бархатным ковром. Метрах в ста от этого травяного моря виднелись строения.
На воротах висела грозная табличка: "Воинская часть. Посторонним вход воспрещён".
Но Вася, поглощённый видом травы, её не заметил.
- А что это за территория? - вопросил он.
- Не ведаю. Я тут частенько прогуливаюсь, но ни души не видать. Заброшенные, видать, здания...
- А тут проход есть?
- Как же! Вот здесь, милок, - старушка подвела его к лазу в сетке. - Я пойду, а ты накоси, пожалуйста. Мешки набьёшь - и домой. Заранее благодарна!
И она растворилась в воздухе, словно мираж.
Вася, не колеблясь, пролез в дыру (вероятно, известную старушке заранее) и оказался внутри. Через минуту он уже по щиколотку утопал в траве, ощущая себя настоящим мастером-косарем. Серп свистел, трава ложилась ровными кучками, мешки наполнялись.
- Вот это работа! - ликовал Вася. - Вот это дело! Кролики будут счастливы!
Спустя полчаса он был раскрасневшимся, как рак, но абсолютно счастливым. Работа приносила ему истинное наслаждение.
Он так увлёкся процессом, что совершенно не услышал menacing voices за спиной:
- Гражданин... что вы здесь делаете?
Вася обернулся. Перед ним стоял солдат, сжимавший автомат. За ним - второй. И третий.
- Кошу, - честно ответил Вася.
- Это я вижу, - сухо произнёс солдат. - Но зачем?
- Для кроликов! - гордо заявил Вася. - Они голодные!
Солдаты переглянулись. Один не смог сдержать смешка. Второй отвернулся, чтобы скрыть улыбку. Третий произнёс:
- Здесь косить строго запрещено. Вот табличка. Видели? - Лишь теперь Вася заметил табличку и развёл руками. - Пойдёмте, гражданин косарь. Разберёмся.
Вася не сопротивлялся. Он был твёрдо уверен, что сможет всё объяснить - и его поймут. Так оно и вышло: в караулке его внимательно выслушали, посмеялись, пожурили, записали его фамилию и отпустили.
Но на следующий день в школе...
Директор вызвал его к себе. Классная руководительница сидела рядом, хмурая, как грозовая туча. Вожатый держался за голову.
О его "подвиге" уже знал весь школьный мир.
- Петров! - начал директор, в его голосе звучала сталь. - Проникновение на территорию воинской части! Косили газон! С серпом! Что это такое?!
Вася стоял, подобно мокрому воробью. Он пытался донести до них историю про голодных кроликов, но его никто не слушал. В итоге ему объявили строжайший выговор и велели явиться родителям в школу на следующий день. А ещё взяли с него "честное пионерское" - клятву, что он больше никогда не будет нарушать подобные запреты.
Вася брел домой, понурый и мрачный. Казалось, весь мир восстал против него. Он думал, что совершил доброе дело, а вышло, как всегда - "не туда".
Но у подъезда его снова ждала та самая старушка. Она сияла, словно новогодняя гирлянда.
- Ой, Васенька, спасибо тебе, милый! Кролики мои наелись - сидят довольные! Я им твою травку дала - так они ведь чуть ли не плясали! Мне даже показалось, что они говорили "спасибо". - Она протянула ему пакет. - Вот, пирожков напекла. С капустой. Ты их честно заработал...
Вася взял пакет, покраснел, но в душе зажглась улыбка. И он подумал: "Ну и пусть директор ругался. Зато кролики сыты".
Он шёл домой, окутанный ароматом травы и капустных пирожков, но абсолютно счастливый.