- Ну, как он? - вместо приветствия спросил Олег своего друга Вадима.
Олег прибежал к самому открытию лаборатории. Прошло более суток, и ему очень хотелось узнать о состоянии Макса. Две ночи
он плохо спал, все мысли были о "больном".
Вадим и ещё двое ребят попивали кофе.
- Никак, - отрезал Вадим. - Ты его привёз в субботу, вчера был выходной день, так что... пока ничего не ясно.
- Ладно. А можно мне присутствовать на "операции"? Я, как-никак, его родная душа, болею за него, переживаю, он - мой
ребёнок.
- Не волнуйтесь, папаша, - вставил один из парней, - и не таких на ноги ставили. Правда, то были машины, а он... в
сущности, та же машина. Починим.
Через десять минут раскачки все вчетвером направились в цех, где изготавливали роботов-помощников. Цех был большой, в
нём стояло семь столов, на которых лежали полуфабрикаты роботов. Рабочих пока не было, они приходили к восьми, а было
только начало восьмого. Вадим приходил всегда пораньше, чтобы больше сделать. Он являлся бригадиром бригады сборщиков и
ремонтников.
Пройдя полцеха, они вошли в одну дверь. Это был небольшой цех. В нём стояло два стола, на одном из которых уже лежал
"пациент" - Макс. Включив дневной свет, открыв форточки (после двух дней воздух "отяжелел", пахло оловом, клеями,
разными растворителями), Вадим с ребятами облачились в чёрные халаты и подошли к "больному". Внимательно осмотрели.
Потом один парень достал из ящика стола тестер и через минуту подключил его к Максу через спрятанное в кармане гнездо.
Пальцами нажимал какие-то кнопочки, смотрел, что написано на экране, снова нажимал... Олег стоял, переминаясь с ноги на
ногу, нервничал, задавал себе вопросы: почему так долго он смотрит? Наверное, поломали Макса окончательно? Или прибор
барахлит? И много ещё вопросов, на которые не находил ответа. Приходилось ждать. Игорь, так звали парня, через двадцать
минут высказал первый результат:
- Выведена из строя микросхема. Пять датчиков без неё не могут работать, от неё зависит разговорная речь, движение
руками, глазами... Короче, нужно вскрывать.
- Но вы же не попортите ему лицо? - спросил Олег.
- Немного попортим, - спокойно сказал Вадим. - Любая операция без шрама не бывает. Мы ему аккуратно всё сделаем. Между
прочим, девчонки любят парней со шрамами... Или можем заменить ему всю голову. Как скажешь?
- Ого! Надо подумать. А долго длится восстановление?
- Не знаю точно, но... думаю, до конца следующей недели всё будет окей.
- Я тут вот что подумал, - Олег потирал пальцы. - Можете его "научить" дзюдо, чтобы умел защищать себя и других? Или
боксу? Он, всё-таки, мужик.
- Научить-то можно, но тогда придётся изменить ему руки, лицо, добавить кое-где металл, чтоб крепче был, добавить
невидимые глаза по бокам головы, чтоб моментально реагировать на движения противников... и многое другое, - ответил
второй парень, Славик.
- Можно такое сделать? - Олег просяще посмотрел на Вадима. - Я в долгу не останусь.
- Можно. Сделаем.
- Я на вас, как на Бога, надеюсь.
Продолжение следует