Ну что сказать! Она была красива. Меня сразил её спокойный голос и тембр её вошёл в моёй подкорке в резонанс с. Знать бы с чем! Меня пронзила молния - с ушей до пят. Секундный паралич! Моё дыханье спёрло. Слова нашлись. Сейчас не помню ничего, о чём я говорил.
Нашлось в нас то, что, вероятно, в конце концов, и заставляет слиться одной нитью ДНК. Я должен был что-то купить - смеситель для ванны. Да, старый уже заедал. Мы с Ольгой Зашли в магазин, я купил ту запчасть, пошли прогулялись ко мне до подъезда, потом мы дошли к её дому, пошли погулять и с Речного уплыли куда-то на старой "Ракете". Сошли мы на острове, на том самом причале, куда я уже приезжал с палаткой, Аверкиным, целлюлитной Ирен и её очень жирной подружкой.
Сейчас мы шли по островку и целовались. И вот я нашёл старый след от палатки, забитые колья, бревно. Кострище. Бутылки, бутылки, бутылки валялись кругом. Одну пнул ногой. "Не наши" - припомнил: свои мы тогда закопали.
Присели. На ней была юбка. Чулки... Мало ден.
-Не сейчас... не сейчас, - зашептала она, вцепившись мне в плечи. - Не сейчас... - повторяла она.
Скорей всего, она ногтями боялась распустить свои колготки. Помог. Прозрачный лайкр спустился с гладких бёдер.
-Не сейчас... - Она шептала.
Она сидела на бревне, я опустил её плечами на траву, расставил её бёдра и вошёл - легко. Раздался стон. Сначала робко задвигались: вперёд-назад. Потом на волосах своих она крутила головой - туда, сюда, на лево, вправо. Расстёгнутый ворот сорочки манил к её шее, плечам. Ещё одна пуговка и... Хотелось на что-то отвлечься, но взгляд всё скакал то на бёдра, на шею, на грудь, на колени, на голень,. Она уходила в себя, извивалась. Ещё раз, толкнувшись, отпал. Смущённо, на коленках по траве, я отшагал за куст. Оттуда, довершая своё дело, смотрел на её ноги, на лобок, на шевелящиеся в такт дыханью рёбра. Она дышала громко, пыталась на меня взглянуть из-за бревна. Крестцом она при том лежала на бревне, прогнутая, лобком наверх.
-Трус!.. - она смеялась, когда её я поднимал. - Боишься?! - Её от смеха пёрло! -Ха-ха... Я тоже... боюсь. Ха-ха, ха-ха. Не могу. Смешно смотреть, как ты боишься. - Она согнулась со смеху к своим коленям. - Но... думаю... - Она распрямилась, её грудь и живот продолжали вздыматься, - для медика... - она дышала глубоко, - тут нет проблем!..
-А ты... - я встал из-за куста, подбирая ремень, - медик?
-Зубной врач... - надевая трусики, продолжала смеяться она.
-Понятно...- Я примолк, - Ну и как же: "не проблема...". - Моё дыханье затаилось.
-Не бери в голову! - качнула она волосами, стряхая с головы какой-то лист. - Мне даже жалко, что ты в меня не кончил.
Она смотрела мне в глаза, а я пытался спрятать руку, хотелось взять лопух и вытереть её. И я уже приметил лопушок, хотел за ним нагнуться - она схватила мой рукав и повлекла к себе. Брезгливо дёрнув кисть к себе, я почувствовал её когти:
-Х-уу... - прорычала пантерой она. Она улыбнулась в глаза. - Не стоит так делать! - Шершавый язык щекотнул мои пальцы, она их засунула в рот и легонько кусала. Потом я бешено привлёк её к себе, схватив прелестную головку за затылок. И мы скреблись потом зубами в поцелуях...
Обратно по узким ущельям канала везла нас всё та же "Ракета". Сидели в носу на мягчайшем диване. Менялась панорама, кренилась влево, вправо - синхронно разворотам и влётам - вылетам на гладь водохранилищ.
-...Зубной врач, говоришь?!.. - сказал я.
-Не совсем. - Улыбнулась она.- Аспирантка. Адьюнгтатуру заканчиваю.
-Ого! - Я одобрительно кивнул. - Но... лечишь?..
-Конечно... Своего кабинета, правда, нет... - Она сказала с сожаленьем.
-А будет - клиника?!.. - Ободрил я её.
-Со временем...- ответила она.
-А я вот, тоже аспирант. - Поскромничал и я. - Но клиники не будет. - Я улыбнулся. - Сейчас я, правда, смутно представляю, зачем мне диссертация?
Подруга удивилась:
-Диссертация?!.. - У неё поднялась одна бровь, - Ну, это - основание...
-Основание, обоснование... Чего? - Хотелось мне ей выплеснуть всё то, что накопилось по поводу ненужной никому сейчас науки. - Не хочешь ты сказать, профессор твой, допустим, удаляет зубы лучше рядового хирурга?
-Нет. Но что-то новое он все же предложил. Иначе - какой он профессор?!.
-В стане профессоров навалом, а всё - по старому... - И я отвёл свой взгляд в окно
-Навалом?.. - она переспросила, наверно, не совсем расслышав то, что пробурчал я себе в нос.
Секунда - и вновь, как иголке в ушко "Ракета" вскочила пролёт ещё одного рукава.
-Дух захватывает... - Восторгалась она.
Она смотрела, в окно и на меня. Глаза влекли спокойствием и негой. Я взял её коленку, щекой прижался к её лбу, и Мир замкнулся в нас двоих. Ни стало будто никого в "Ракете": ни бабки, что скрипела своим мешком со стеклотарой сзади, ни шумной ватаги подростков с канистрой и с пивом, ни дачников, что возвращались вечером домой. Как будто бы остались мы одни - парящие куда-то.
По парку от Речного обнимались. Она смотрела мои зубы, качала головой:
-Уже трёх нет!.. Что с вами, мальчик! Остальные - совсем не гнилые?! Ну, вот это я понимаю - зуб мудрости. - Она раскрыла мне мой рот. - А это?! - она ткнула пальцем в дырку.
-Это?! - Я припоминал. - А! это я думал, что этот болит, - и, оттопырив щёку, показывал пустое место, - пошёл к платному, и... выдрал...
-А спустя день-другой абсцесс начался у соседа... - Она имела ввиду зуб. Своим тоненьким пальцем она нажала на три года вакантное уже пустое место.
-Не поверишь! Да!.. - Кивнул я, улыбнувшись.
-Верю!
-Я пол-степендии отдал за этот зуб! Зато, наверное, зуб мудрости мой лучше вышел: с вот такими коготками! Б-рр! - Я скрюченными пальцами изобразил его коренья. - Хирургичка потела!.. А инструменты!... - Я аж фыркнул, вспоминая, - Аж мороз по коже...
-Кого пожалел... - и она засмеялась, - Ха-ха-ха.
-Да вешать Вас - таких врачей надо, ве-шать! - по слогам констатировал я.
-На врачах и жениться опасно: отравят... - Она рассмеялась почти что до слёз.
-Это точно... - Я хмыкнул. - Ты дашь телефон?! - спросил я.
Она на меня посмотрела, утёрла слезу:
-Дам... - ответила она.
Номер я записал на каком-то клочке. Я засунул его в кошелёк, точнее - в какую-то обложку от, не помню, что там было написано, какого-то удостоверения. Куда я клал, чтоб не искать по всем карманам, талоны на автобус, проездной, свой пропуск и другую мелочь. Короче, придя к её дому, ещё полчаса целовались в подъезде. Она открыла дверь своёй квартиры. В квартире кто-то был: вода шумела в ванне, пахнуло чем-то с кухни - какой-то смесью из лаванды, духов, нафталина. Она вошла в прихожку, повернулась и, вытянувши губы с шеей в дверь, ловила мой последний поцелуй. Я обнял её - мы расстались.
-Ты обещал сегодня сделать кран! - с порога начала сестра, мне в нос ударил стандартный запашок моей квартиры.
-Мне кандидатский минимум готовить надо было... - Придумал что-то я, что б оправдаться. Снял кроссовки. - Счас Посмотрю! - добавил я, припоминая, где же ящик.
-Ладно-ладно...- она сказала недовольно, удаляясь.
Мой старый ящик звякал, раскрываясь. Отцовский трубный ключ лежал на месте. Средь хлама старых гаек, винтиков, шурупов, облезших ручек к двери и резинок, ключей: рожковых, звёздочек и пассатиж, ключей от всех замков, что поменялись с тех пор, как я родился, нашёлся, наконец, и полу-ржавый, с трудом настраивающийся разводной. Пучочек льна был весь запутан. Собрав всё нужное, пошёл в санузел.
Одна из вод никак не закрывалась.
-Горячая!.. - я чертыхался, пытаясь завернуть несчастный вентиль.
-Отходь!.. - мне крикнула сестра с ведром, и я отпрял от унитаза.
Контраромат ударил в ноздри. Сестра спустила воду:
-Сполосни!.. - она поставила отхожее ведро и, перестав дышать, пришлось мне снова открывать холодный вентиль.
-Смотри! - сестра предупреждала. - Зальёшь всех, на ночь глядя!..
От ней мне оставалось только отмахнуться.
А на работе снова вышел сбой: не включенная в план RA-86123 компании "Трансаэро" вставала на ТО - всем предлагали выйти в выходной. Ну, кто ж откажется!? Ещё один оклад, - подумал я, - не помешает! И день свиданья был потерян...
Придя домой к программе "Время", повесив сумку на к4рючок в прихожей, искал я тапки.
-Звонила какая-то Ольга.
Я замер, снимая кроссовок.
-По голосу - пава какая-то, - добавила сестрица.
-Твоё какое дело?!... - Я мягко огрызнулся, давно уж поняв, что если не слинять отсель куда-нибудь, то этот цербер (моя сестра) сгрызет меня, а если не меня - то будет грызть любую мою бабу.
-Ты это прими к сведению, - она махала пальцем с кухни, назидая, - какие сейчас бабы. Нужен ты ей больно!..
- О себе бы подумала! - кусался я в ответ. - Смотри! Ведь сороковник скоро!
Я быстро без бумажки набрал желанный номер:
-Алло...
-Привет.
-О-о, привет! - ответил Ольгин голос.
-Что делаешь?
-Да вот, фильмец купила. Собираюсь посмотреть...
-А у тебя и видик есть?.. - спросил я восхищённо.
Я, если честно, в тот момент не должен был звонить ей. Мне нужно было хоть, прийти в себя (сейчас я даже думаю, что надо было плюнуть, взять летнюю куртку, паспорт и пропуск и никогда больше не возвращаться в эту квартиру). Но тогда, тогда, наверно, в душе моей всё превратилось в кашу, в ту, что классно варила сестра.
Заложенная цербером программа стала выполняться. Видак... - крутилось в голове, - то пол моей зарплаты. - Она - врач... Видак!... Да я и сам хотел купить магнитофон, хотя бы двухголовый... Видак сейчас почти у всех, и даже у студентов -лавеласы. Соблазняют, крутят девкам порнушки. Видак - это имидж. Всего двести баксов...
А кто я? - спросил я себя. - Я - жмот, копящий на машину, всё время отдаляющий покупку из-за бесцельных трат.
Видак... Видак...- крутилось в голове. И мысль о видаке вдруг возбудила во мне злость. К тому ж, сестрой заложенная в мозг программа пошла работать мне назло, и у висков как будто зашепталось: "Пава... По голосу - пава... Зубной врач... Да, будет клиника - со временем..."
"А, ведь, домой - не пригласить, - подумал я, непроизвольно обернувшись: На диване лежала моя мать, смотрела на меня, пытаясь, верно, ни о чём не думать. - Вот и приехали! - мелькнуло в голове. - Не женишься, потрахаться аж негде".
Обидевшись до слёз, я отвернулся с телефоном.
-Есть... - продолжал нежнейший Ольгин голос.
-А что за фильм? - промолвил я.
- Не знаю, ужастик какой-то...
-Приглашаешь?..
-Не сейчас... - прошептала она в трубку, - мама дома...
Я чувствовал, что ждёт она меня. И тем не менее, мой мозг искал какую-то за что-нибудь зацепку. А, вот она - зацепка, - я нашёлся. Мне, словно мазохисту, стало легче: зацепка? - Вот! И вместо: "Погуляем?..", сказал:
-Я устал, я тоже, что-то посмотрю: устал сегодня...
Закончить разговор сил не хватало: стандартных пара фраз, потом: "Пока".
-Пока, - послышалось, пошли гудки, и я повесил трубку.
Затылком чуял я сестрицу, что довольна. Швырнуть в неё хотелось телефоном. Поставив аппарат на стол, пошёл я в коридор, надел кроссовки. Закрыв на ключик дверь, спустился я по лестнице во двор. Потом пошёл гулять, за пивом.
Ещё в последний раз мы встретились зимой. Автобус - Мерседес раскрыл передо мною двери. Вскочив в салон, я копошился по карманам. Раскрыв талонов "раскладушку", я смотрел, как компостирует талон один мужик. Хотелось, поглядев рисунок компостёра, в своей "библиотеке" найти нужный, давно пробитый. Останется лишь только подыграть и щёлкнуть компостёром по другому, который раз пробитому талону. Всё было просто и привычно. Я только нервничал, ведь приближалась снова остановка: откроют двери - и тогда стану я автоматически считаться не оплатившим во время проезд...
-Привет! - раздался мне знакомый голос.
Глянул вниз: сидела Ольга. Шуба; большая брошь на тёмно-синей шляпке изящной делала её и без того прелестную головку, шарфик - грел, длинненькую , стройненькую шею. На узком плюшевом сиденье она смотрелась словно прима. Я даже проглотил слюну от удивленья.
- Ты думаешь, платить, иль не платить?! - сказала она тихо.
-Да... вот... - привычка!.. - Промямлил я, заговорщически посмотрев по сторонам.
-На! Смотри!.. - она достала свой талончик из перчатки. Подсмотрев, нашёл похожий, сконфузился, но тут же пробил новый.
-Да, ну брось, ты! - хмыкнул я сконфуженно. - Не беден я...
-Да, но хотел... - она сказала.
Я сел рядом:
Она смотрела с укоризной. Взгляд спрашивал: " Ну, как дела?!".
-Вот, думаю, купить машину...- сказал я что-то, что б сказать. - Тогда не буду экономить.
-Какую?.. - спросила она.
-Любую!.. - я замаялся. Мне рядом с нею было неудобно, - Так, баксов, тысчи за две - зачем мне лучше. Не украли б! Я даже объявление дал, по телефону. - Припомнив свой курьёз я и сказал, как было, - Продиктовал в "Клаксоне" де, куплю одно-двух летний автомобиль "Ока", а они написали: "одно-двух местный автомобиль Ока"" Смешно?.. Ха-ха. - Я засмеялся, пытаясь будто подсказать, где именно над чем смеяться. - Так что в былые времена сказали про меня, что у меня есть почти полный джентльменский набор: мол, дача и машина.
-Квартира?.. - она спросила безразличным тоном.
-Квартиры нет!..- Как час назад перед профессором я засмущался. - С сестрой живу и с матерью. Да, рано мне ещё жениться. Я Шутливо толкнул её локтем.
-Странный ты, - сказала Ольга.
-Что же странного?
-Сразу - жениться...
-Я не предлагал!.. Хотя, был бы не против. Пора...
-А семью содержать ты сумеешь? - спросила она.
Я понял тут, что сел не в тот автобус, что мне не нравится весь этот разговор, что разговор идёт, но мной неуправляем, что я сегодня одет в спецовку, что у меня нет другой куртки, которую мне не хочется покупать. Она в шубе, я - в пёстрой рабочей спецовке на меху со светоотражающей полосой, на которой написано "АТЦ Шереметьево", к тому же и с надорванным карманом.
-Семью?.. - переспросил я.
-Надо ж деньги... - она смотрела мне в глаза.
-Я зарабатываю.
-Сколько?
Я взглянул в окно. "Пава",- подумал и раскрыл карты:
-Два с половиной московских прожиточных минимума: нормальных, нестариковских прожиточных минимума - сегодня по радио сравнивал.
И мне оставалась ещё остановка, и я решил встать:
-Мне здесь выходить... - Сказал я. Она удивилась, припомнив, наверно, мой адрес. - Счастливо! - дверь автобуса раскрылась. - Как там с диссертацией? - спросил я уже на подножке.
-Завал!.. - прищурилась она, махнув рукой.
Захлопнулась дверь; автобус, закрутил по льду колёсами, а я смотрел ему вослед: "Ну, что за чёрт, - негодовал я. - бери от жизни всё! А ты: " жениться!.."