Аннотация: Первая публикация в сети.Стиль - особенность автора,а не неграмотность.:)
Борисов Михаил Анатольевич (MIK-16)
Желтое
Шел дождь со снегом. Её каблучки прилипали. Фонарь светил косо. Она пробиралась к подъезду. Рыжий кот, прошмыгнув между ногами, испарился в проклятой тьме. Настороженность спорила с умилением. Скорей согреть коленки! Не доходя двух шагов - скамейка. Прислонив песочный вельвет на сырость, она закурила. 2 этажа к безлюдью - это недалеко. Ей 35 лет, разведена, дети не интересовали. Она глубоко затянулась, взглянув на нежелтевшее окно и с выдохом уловила присутствие. Рядом присели. Один. Но все равно страшно не стало. Спросил огня и замолчал. Шапка - драный заяц, куртка - секонд хенд, ботинки держаться. А вот и еще : момент взгляда и глаза оказались в ней. Длинный пепел упал, фильтр отлетел и вопрос:
- Вы курите?
Еще длинная затяжка с обрывом:
- Курю. А Вы? Вы зачем?
Опять мельком темное окно.
- Устала.
Второй окурок летит в сторону урны. Может и не долетает.
Реверанс в стиле "Благодарю".Встал, выдохнул, исчезла в неосвещенной тишине заячья шапка. Рывок - и в подъезд. Ступеньки, ступеньки, сту ...
Ключ в скважине. Повернуть тяжело. Замок работает хорошо, но тишина не пускает. Ничего - справимся. Залп отошедшего ригеля и удар по выключателю. Свет. Не греет. А вот и кнопочки "Play".И голос - SOS из колонок о том, что она не хочет видеть живые окна. Бред! Бокал вина, подсушенный кусок торта. Песня поменялась. Пульт ищет программу. Новости. Нет, приглядевшись - старости. Ну, пусть очаровательно раскрашенная ведущая помотает своими лохмами. В ванной кран ремонта просит, а лохмы болтаются. Вот и предатель - кусок, закатившийся в складки покрывала.
Нет! Не может быть! Соседка! Это был звонок. Пегое лицо пришло за солью (перцем). Она тоже одна, но с мужем. С мужем, но одна. Собачка замка щелкнула, но на половичке стоял Он. Драный заяц. Улыбка в пол и в руках железка:
- Можно?
Собственный ответ удивил её. Он бережно повесил зайца, ботинки аккуратно в угол:
- Я знаю.
В ванной комнате приятно звякало. Ноги под пледом на диване. Глаза слушают.
"Вот и всё",- сказал.
Вырвалось : "Может чаю?".
На столе шампанское и плитка шоколада "Аленка".
- А Вы смелая.
- Нет. Просто разбитая.
- Что бы стать смелым, надо долго бить. Или быть битым.
- Вы тоже смелый?
- Нет, - битый.
- А я не знаю. Про себя.
- Не удивляйтесь,- я случайность. А может и нет.
Шампанское было кстати. Резина разговора стала твердой.
- Вы за мной следили?
- И да, и нет. Я Ваш сосед из дома напротив.
- Значит следили.
- Не за Вами. Очень печально - желтый свет по-вечерам у Ваших окон.
- Может лампочки поменять?
- А Вы позволите? Я завтра.
Каблуки опять прилипали, заразы! Но так приятно их отнимать у этой жижи! Специально по самой непроходимости - она сзади остается, а впереди - проходимость. Брови навзлет, страшная улыбка. Дом. За поворотом - окна. Страшно. Прикурить - повод оттянуть время. Уже вторая затяжка. Ну и ладно. Завтра выходной - просто покрашу окна в желтый цвет. Шаг навстречу и вперед. Зайца нет! Падает ненужная сигарета. Стоит ненужная лавка. Светит ненужный фонарь. Темнеет ненужное окно. Отшлифованная ручка двери подъезда. Вкрадчивый скрип: "А может?" И тихий кашель за плечом.
Мокрые туфли! Колготкам месяц! Губы с утра не накрашенные! Эх!
Тихо и мило сзади на "Вы". Сердце - предатель, перебивает тишину. Драный заяц, драный заяц! А в руках пакетик с лампочками. Чай, как обычно, и бутерброды. Пакет пустой, а лампа светит ярче. Непривычно, но уютно. А еще вдруг галстук с белым воротником. Одеколон. Одеколон ничто - лампочки все! Неужели все поменялось из-за двух лампочек? И теплее в постели, и не только. Ах ты, драный заяц!
Утро - зубная паста. День - обед и сплетни. Вечер - путь к дому и теплу. Опять снег на каблучках. Да ну его! Пачка сигарет в кармане. Да ну её! Только страшно. Вдруг опять окна черные? Поворот во двор. Взгляд сам отрывается от грязного снега. Окна не желтые, но и не черные - они светлые. Драный заяц!
Пушкино,13 июня 2004г.