Для тебя, и для меня, и для всех отважных, брат мой, много доброго терпкого вина в том кабачке за гранью мирозданья...
(Г. К. Честертон)
Делать нечего. Цель намечена.
(Мысли мечутся, стрелки мешкают).
Все замешаны, все замечены.
И отмерено и отвешено.
Дело к вечеру, дело к вечности...
Но есть места, где смерти нет
И ветер носит над рекой
Обрывки завтрашних газет
И недописанных стихов.
Там все окажется другим,
И все покажется простым,
Когда мы встанем из глубин,
Ступив на тонкие мосты
- Мой враг, но я тебя убил...
- Мой враг, но я тебя простил.
Что запрошено - все приложится
Ранней проседью, раной прошлою.
Рваной простынью стяг полощется
Время рвется подобно лошади
По-над пропастью, по-над площадью...
Над перекрестками пути
Над перепутьями крестов.
Как несмолкающий мотив,
Неподбиваемый итог.
- Но я не мог тебя спасти...
- А я не смог спустить курок.
О город кладбищ, Петербург,
Где дольше жизни длится спор!
- Да я его видал в гробу!..
- И мне он снится - до сих пор.
Но этим нас не удивить,
Ведь слухом полнится земля,
Что сколь веревочку не вить,
А на конце опять - петля.
Родившись на брегах Невы,
Мы подписали векселя.
На белом поле декабря.
На листьях в крепостном дворе.
...Но осенью они сгорят,
Как эполеты - на костре.
"Отвечайте же!"... Паче чаяний
Без начала и окончания:
Обличения, обещания...
(Из молчания бьет отчаянье).
Непрощение. Непрощание.
Вновь шею стиснет воротник.
Бокалы сдвинутся, звеня.
Нам ничего не изменить.
И - ничему не изменять.
(А горло до сих пор саднит
И у тебя и у меня).
Но мы сидим с тобою тут
И повторяем имена,
И капли красного вина
По белой скатерти ползут.