Я бродил вторую ночь. Но это так же бессмысленно, как и прогулки днем. Дрянь лезет в голову. Не могу сосредоточиться. Пробовал делать упражнения. Пробовал составлять расписания. Пробовал регулярно общаться.
Ненавижу людей.
Брожу.
Потому что в помещении хочется по потолку бегать.
Это пройдет.
Я буду следить за дыханием.
И оно просто улетит с ночным ветром.
Редкие прохожие. Кто-то поет, кто-то шатается. Где-то кричат, от тоски или радости. А в основном тихо. Холодный воздух. Я смотрю в небо. Мы такие мелкие. Даже если стану больше в 100 раз и растопырюсь на все 11 измерений - все равно мелкий. Но пока вот так шляюсь по городу - мне и дела нет. Эволюция, технический прогресс, вопли фанатиков. Войны, массовый психоз и чувство вины. Мне нет дела.
Я не герой. Но я не убивал, не предавал, не сбегал.
Мне нет дела до фантазий мира людей.
Я не чувствую.
Сижу на лавке в сквере. Ноги скрестил, голову откинул. Смотрю на силуэты ветвей на фоне ночного неба. Как они двигаются на ветру. В голове пусто и меня сейчас как-будто нет. Редкие гуляки проходят мимо.
Слышу, как кто-то садиться рядом.
- Послушай, что я скажу... Мне надо сказать... Люди... То, как люди превращаются в подонков... Это не происходит вдруг. Они... Понимаешь... Ты стараешься... А потом узнаешь, что высокодуховные потаскуны со своим полезным альтруизмом давно оставили тебя позади в умении продвигаться по социальной лестнице... Вот так-то вот...
Я посмотрел в сторону говорившего. Рядом сидит благообразный дядька в костюмчике и с портфелем. Он опустил голову. Качается и что-то бубнит себе. Внезапно он распрямляется и сжимает кулак.
- Да! Это так!
Он резко встает и куда-то уходит быстрым шагом.
Я вернулся в исходное положение.
Мы начинаем подгнивать задолго до того, как окончательно распадемся...
- Ты, ты, ты... Как звать... Как тебя звать... Как... Хорошая ночь... Хорошая... Девушка, почему молчишь? Почему ты такая невежливая? Как тебя звать... Куда идешь... Я провожу....
Мимо идет миловидная девушка самого жертвенного вида, а за ней тащится долговязый тип с суетливыми движениями. Она молча идет, опустив голову. Само непротивление. Думает, если не замечать, то помеха просто исчезнет. Но помеха не желает отступать. Этот тип все больше ободряется и воодушевляется.
- Эй, слушай! Ты чего из себя строишь? Когда с тобой говорят, надо слушать. Почему ты одна идешь? Ты, наверно, больная, да? Не слышишь когда с тобой разговаривают?
- Да отвали, полудурок!!! Уматывай давай по своим делам, пока кости целы!!! Тварь!
Вот так... Внезапно. Голос у милой девушки был низкий и грубый, и она почти рычала. Все происходит из-за недопонимания и чувства неполноценности. Из-за пустоты.
Кто-то должен показать тебе, насколько тебе больно.
Я уже возвращался, радуясь легкости в своей голове. Мои ноги вдруг увязли в тумане. Нездешний туман из звонких нитей паутины. И я понял - "безликие нашли меня". Сам не знаю откуда пришел такой ответ. А дальше как щелбан в лоб - я тоже нездешний и у меня нет места. Если оглянусь, увижу фиолетовый взгляд.
Нащупал стену.
Стена - вот она настоящая.
Чистота восприятия то вспыхнет, то погаснет, не оставляя времени разобраться - что, к чему...
Как будто в руке держишь кусок звезды, но инструкция не прилагается.
Шаги даются с трудом, рука скользит по стене. Мне это не нужно. Не хочу знать. Хочу уснуть.
Уснуть.
Когда ты отворачиваешься, я падаю вниз. В нижний лабиринт. Где множество упало до меня. Мы забываем обо всем и мечемся. Мечемся и рвем друг друга на части. Но я тянусь, меня тянет по привычке летать. Я нахожу нити и ты вытаскиваешь меня на поверхность, как гада из морской пучины. Туда, где так много света. Где я могу понять, что ограничен.
Я был готов бродить в темноте. А теперь... Изьяны видны до мельчайших деталей. Материя застыла в своем отрицании света дня. Я с ней заодно и против воссоединения.
Мне теперь нравится погружать когти в чужую плоть.
Это моя новая близость.
И нити рвуться.
Я там, где Кету Раху беспечно играет со мной.
Мы скачем за тенями, обрываем нити паутины.
Место, где нет цели и смысла.
Я на карачках, скорчился у какой-то стены.
Меня рвет. В животе давно пусто, но спазмы все не проходят.
Что происходит?!
Отдышался.
Встал на ноги.
Дошел до своей уютной квадратной пещерки.
Надо мной небо.
Подо мной этажи пещер.
Хочу уснуть.
8
разговор
Кумара пришел за мной. Он как опора, на которой покачивается моя реальность. Мы ходили в галерею, на показ, выставку... Где выставляют на показ все, что, видно, не дает покоя. Кумара рассуждал о красоте. Красота не дает покоя.
- Красота - это...
- ...истина...
- ...гармония...
- ....честность...
- ...невинность...
- ....молодость...
- ....выразительность...
- ...функциональность...
- ...тело...
- ...цветы...
- ...узоры...
- ...плесень...
- Красота - это...
Фантом.
Прямо сейчас - вот он здесь, а вдруг, и не стало... Кто-то кричит - вот он тут! Другой рвется в противоположном направлении - быстрей, хватай!
Красоту надо поймать.
Сезон охоты.
Пойди туда - не пойми куда, найти то - не понятно что...
А пройдешь - и в конце ждет перерождение.
Как страшно жить.
Кумара не согласен. Он знает все совершенно точно. Он уверен. Вот это - то самое, а там не может его быть. Точка.
- Это успокоение! Успокоение! Мы все на пути к ядру нашей сущности. Мы хотим собраться воедино и застыть в конечном порядке. Но кто-то теряет так много частей, что уже забывает об этом стремлении к завершенности. Для такого красота - ничто. Такой не хочет перемен, не тоскует по целостности. Он доволен, что потерялся и его никто не ищет. Его пустота достаточно служит к его отдохновению. И замечая настроения других в поисках идеальной формы, подобный обрубок радуется, что не склонен к такой суете.
- Значит всем надо объединиться и успокоиться по твоему? Притянуто... Но если говорить о цельности... Возьмем молодую девушку. И с внешностью вдохновляющей. А теперь допустим теряет она ноги. Она может использовать протезы. Это сохранит ее функциональность и она с этой новой формой будет сочетать красоту молодости с красотой функциональности. Ее способ жизнедеятельности будет примером для всех. Но она никогда не вернет себе утраченные конечности. Это будет совсем новый вариант девушки. В сочетании несочитаемого. Многих такое будет отпугивать. И как-бы хорошо она не приспособилась, факт ее безножия все равно будет заметен впереди всех ее остальных особенностей. При всем этом она, скорее всего будет намного счастливее ее целых собратов и проживет, возможно, намного более полноценную жизнь. Таким образом твои рассуждения о потерянности и обрубках не более чем псевдодуховный вздор.
- Значит, по твоему, надо забыть о потерянном и испытывать новые пути... Так можно закончить вечными метаниями по чужим краям, нигде не находя подобия. Ни к чему не принадлежа. Как будто исчезнуть для всего мира.
- Я не против исчезнуть. Прекрасно быть везде и нигде.
Мы возвращались молча.
Листья уже распустились. Холодный ветер налетал порывами ломая слабые ветки. Облака медленно перемещались по небу.
Это здесь, внизу, кажется, что медленно. А там, на самом деле, огромные как континенты и тяжелые массы, проносились с ураганной скоростью.
Мы ползаем как улитки в то время как вся галактика движется в невообразимом темпе. Благодаря чему мы не падаем в пустоту.
Но вряд ли здесь уместна благодарность.
Наши жизни случайны.
Так получилось.
Наверное...
9
легкость бытия
- Это тюрьма...
- Это чистилище...
- Отношения в нашей социальной жизни ужастны...
- Люди такие отвратительные существа.. Они - рак на поверхности Земли!
...Да, люди... мало хорошего... могло быть лучше... все такое...
Мало кто вспомнит, что могло быть хуже.
У нас ...у меня... удобная жизнь.
Наши предки обеспечили.
Люди, которые изобретали, открывали, искали, рационализировали... И все это в основном в социальных условиях настолько ужасных, что нашим современникам будет трудно представить. Но вряд ли тогда озадачивались подобными темами.
Иллюзия гумманизма - нововведение.
Нашей заслуги тут нет.
И за все плохое мы тоже не в ответе.
Предки виноваты... да.
И все же...
По утрам, перед тем как ложиться спать, мне бывает немножко стыдно, что я так неудался.
Я не примкнул.
Мой мозг не отформатирован.
В стороне от хитрых революционеров. С опаской в отношении традиционалистов.
Ни веры - ни порядка...
Индивидуумы с особенными способностями к эксплуатации чужих способностей и те, что полагают целью жизни служить... Одинаково непонятны. Слишком правильно сидит на них личина, слишком тоскливы эти формы соответствия. Мой размер затруднительно поместить куда бы то ни было... Я слишком счастлив, чтобы быть в группе, все меняются - а я желаю оставаться идиотом. Хочу разделять простые желания, очевидные цели. Как все - только с дистанцией.
Ограничения биологии, социальные рамки, умственная неполноценность... Все это есть у меня. Казалось бы - вот прямая дорога воплощать простые мечты. Но что-то шепчет в спину несмолкая. Этот гул невозможно выносить. Дефект сознания - не иначе...
Когда я так стараюсь проникнуться незамысловатыми забавами, свойственными всем человекам. То дыхание неупокоенных титанов с доисторических времен приводит в смятение мою крохотную личность обычного человека. Сдувает с меня эту плохо пошитую одежку. А ведь она мне нравиться. Я цепляюсь за нее, пытаюсь приладить ее на себе, снова и снова.
Не пропасть под давлением своего мутировавшего недоящера - задача каждого дня. Ему тесно, он хочет на волю. Как я своим слабеньким тельцем могу его вразумить.... Я тоже хочу на волю, но я хочу оставаться крохотным. Исполины с их безразмерными желудками пусть остаются только во снах.
Здесь, сейчас...
Так сложно сосредоточиться на настоящем моменте. На смысле слов. На движении вокруг. На Кумаре. Я вижу как он раскрывает рот. Я вижу солнце вспыхивает по листве деревьев. Трава струится зеленью.
Кумара хлопает у меня перед носом.
- Ну чего тебе? Извини, не интересно мне совсем сегодня. Голова совсем другим занята.
...В моей голове просто заело переключатель, и все вращается по одному и тому же кругу...
- Ты вообще можешь сказать, чем определяется твое существование? Мне иногда кажется, что я с куклой, и когда ты мне вдруг отвечаешь, это прям небывальщина.
Говорят, что для успешной жизнедеятельности надо поддерживать связи. Т.е. - чем больше знакомых, тем удобнее. Однако... Свое существование вполне успешно можно обставить почти вообще ни с кем ни общаясь. Вопрос экономии энергии. Многие на самом деле так живут. Возможно мерилом успеха можно считать количество людей, готовых выполнять процедуру общения за тебя. С ростом технологии средств связи значение поддержания связей изменилось. Теперь контакт не есть контакт на самом деле. Случайно ли именно эту сторону человеческой жизни затронули такие перемены?
Иллюзия общения.
Я сказал об этом Кумаре...
- Чем по твоему определяется существование? Сколько пройдет времени когда люди и не вспомнят о том, что была такая штука - реальное общение, настоящие друзья... Может кто-то посчитает подобное неприличным... Сколько было таких слов, у которых осталась только оболочка? Я для тебя кукла когда не отвечаю, а когда отвечаю - значит нет? Но что ты знаешь обо мне, и что я знаю о тебе?
Мы плывем по поверхности, никогда не всматриваясь вглубь. Я слышал тебя - ты говорил про войну. Люди убивают друг друга, экономический кризис, задержка развития... Плохо - да. Человек, по моему, рождается в этот мир, не имея возможности свободно дышать, двигаться, жить... С течением жизни он пытается себя урезать. Урезать собратьев менее приспособленных, чтоб самому притиснуться. Урезать окружающий мир, чтоб соответствовал. Умирать всю жизнь или умереть сразу? Сколько людей ломаются? У скольких нет и шанса на нормальную жизнь? Нам повезло. Мне, тебе, нашим знакомым. Мы можем плыть по поверхности. Я могу сидеть в этом парке. Радоваться солнцу и траве. Мне достаточно. Должно быть достаточно....
Вот так. Кумара ничего не ответил. А я надеялся, он будет спорить, что-нибудь мне возразит. Кумара вытаскивает меня из омута, указывает пальцем, дает свой глаз, чтобы глянуть. Но не сегодня. Он оставил меня. Наверно у него тоже есть свой омут.