Лютаж Шейла
Под Новый Год все всегда произойдет. (часть 3)
Самиздат:
[Регистрация]
[Найти]
[Рейтинги]
[Обсуждения]
[Новинки]
[Обзоры]
[Помощь|Техвопросы]
|
|
||||
| ||||
|
|
||||
| ||||
|
|
Под Новый Год все всегда произойдет.ЧАСТЬ 3Я посмотрела в сторону расступившейся толпы и чуть не ахнула. К нам неспешно направлялся сам король Франции, не пойму только какой из них, со всей своей свитой. - Ваше Величество, - присела я в глубоком реверансе, мысленно зовя Розу на помощь. - Дитя моё, - сказал король, и широко взмахнув рукой, остановил движущийся за ним поток придворных, - подойдите к Нам! не бойтесь! Короли Франции не кусаются, - пошутил король, - разве что самую малость, - придворные учтиво засмеялись, передавая друг другу шутку короля, приукрашая её и восхищаясь остроумием Его Величества. Я очень медленно направилась в сторону короля мысленно, на чем свет стоит, чихвостя ветреную дуэнью. "Детка, ты меня звала, - раздалось наконец-то у меня в голове, и тут же - о, король, откуда он здесь?" "От туда, - ответила я Розе, взглядом показывая направление, откуда появилось Величество, - Роза, что делать?" "Понятия не имею, - беспечно ответила Роза, - поговори с ним, видишь, монарх жаждет общения, а там действуй по обстановке". "Вот помогла так помогла, - подумала я в след своей сладкой тетке". "А чем тебе собственно помочь? - спросила Роза, в которой, вероятно из-за моего тона вполне могла проснуться совесть". "Скажи мне, хоть какой это король? - взмолилась я". "Французский, - тут же ответила Розалия и с чувством выполненного долга спросила, - ещё помощь нужна?" "Нужна, - не дала я слинять к кавалерам нетерпеливой тётушке, - какой по счёту? Ты знаешь, сколько их там, тех королей было? И не сосчитать". Роза задумалась, а потом сказала, как отрезала: "Так у Князя спроси, - таким тоном, типа, сама догадаться не можешь?! И растворилась в бальном тумане. Я вздохнула, и ничего не придумав лучше, мысленно обратилась к Князю: "Прости, Бога ради, Ваше Сиятельство, но не могли бы Вы подсказать мне бестолковой - что это за король французский?" "Это - Людовик XV", - тут же отозвался Князь. 
" Тот, которому отрубили голову?" - поинтересовалась я. " Нет. Отрубили голову Людовику XVI, его внуку, во времена Великой французской революции". "Гильотиной?" - уточнила я. "Какое знание истории?! - не то удивился, не то восхитился Князь, - да, именно гильотиной". "Отлично, - подумала я, - а этот тогда чем знаменит?" "Оленьим парком, - ответил Князь, - если Вам, дорогая графиня, это о чём-то говорит". "Разберёмся, - заверила я Князя и, подняв опущенные во время мысленной беседы глаза на монарха поинтересовалась, - ну, что Ваше Величество, как там "Олений парк"? Придворные ахнули, у короля глаза выкатились из орбит, в зале, в очередной раз повисла тишина, а я мысленно замычала: "Что опять не так?" Всхлипывающий от смеха Князь не сразу смог ответить на этот, уже ставший традиционным за время моего пребывания на балу, вопрос. На помощь пришел граф Калиостро: "Всё так, дорогая графиня. Всё так, - зашептал граф у меня в голове, - просто такой молодой девушке как Вы, не очень прилично интересоваться, как идут дела в "Оленьем парке". "Ну, и как они там идут, граф", - запоздало поинтересовалась я. "Всё, как у Вас говорится, пучком, - сообщил мне граф, - дела идут, контора пишет". "В смысле, контора?" - не поняла я. "Простите, графиня, - извинился Калиостро, - это я к слову сказал". "А по существу можно, - попросила я, - а то с королём сейчас удар приключится. А я останусь виновата". "Если по существу вопроса, - проинформировал меня включившийся в разговор Князь, - так "Оленьим парком", называется место, где маркиза Помпадур взращивает для своего монарха молоденьких девушек, для разнообразных удовольствий". "Другим словом, бордель?" - решила внести ясность я. "Да, - практически хором ответили мне мои мысленные собеседники". "Вот это я спросила!" - сама себе поразилась я. Но делать нечего. Король не может весь вечер столбом стоять и глазами хлопать. Надо выходить из создававшегося щекотливого положения. И я решила выйти. - Я, в принципе, уточнить хотела, - решила прикинуться дурочкой я, - как там охота на оленей? В парке проводите или лес предпочитаете? Король шумно выдохнул, а за ним и вся королевская свита, посмотрел на меня очень внимательно, даже слегка голову наклонил в мою сторону и произнёс: "Вот так сразу и сказала бы, что тебя охота интересует, а то я невесть, что уже подумать успел. Если по поводу оленьей охоты, то Мы отдаём предпочтения лесным угодьям". "Великолепно, Ваше Величество, - ответила я, - в угодьях оно куда лучше охотиться на оленей, чем в парке". Обстановка, мною созданная развеивалась плохо. Можно сказать совершенно не развеивалась, но хоть не накалялась, и то, Слава Богу! Придворные косились и перешёптывались, а некая мадам, вероятней всего небезызвестная маркиза, сверялась с какими-то списками и бумагами. - Мы изволим танцевать, - сообщил всем король. - Не отказывайте себе, Ваше Величество, - сказала я, чем тут же заработала выпученные глаза, не только придворных, но и всего зала. - Менуэт, - сказал король, и взмахнул рукой. Заиграли скрипки и клавесин. Король сделал странный жест руками и ногой в мою сторону. "Что это, граф? - поинтересовалась я. "Вас пригласили на самый главный бальный танец эпохи Людовик XIV, ну и по традиции всех остальных Людовиков", - ответил мне граф. "Он сложный?" - поинтересовалась, так на всякий случай, потому как, что-что, а менуэт я точно никогда не танцевала. "Ужасно, - сообщил мне радостно граф, - его разучивали годами и танцевали медленно, уделяя особое внимание движению рук, повороту головы и тому подобному". "Мне его не осилить, даже с Вашей помощью, - сообщила я очевидное, - что будем делать?" "Отказать королю, графиня, Вы не можете. Это скандал", - веско произнес Князь прямо у меня в голове. "Так ведь король этот давно тю-тю, в смысле умер", - попыталась выдвинуть свои доводы в пользу отказа от танца, я. "Умер, не умер, а скандал нам не нужен", - подытожил граф, - предложите что-нибудь, графиня, Вы же девушка продвинутая, так сказать". "Могу предложить сальсу, - тут же нашла альтернативу я, - а что, я отлично танцую сальсу, и совершенно не умею менуэт, а король точно в сальсе не силён. Куда ему в таком одеянии сальсу танцевать, он и верхний брейк, навряд ли осилит, не говоря уже о сальсе?!" "Не надо, сальсу, - взмолился граф, - побойтесь Бога, какая в 17веке может быть клубная латина?! Тогда ведь ещё и клубов не было?!" "Ваши предложения?" - не стала я настаивать на своём. "Предложите королю павану, гальярду или куранту, - посоветовал граф, - а я Вам буду мысленно транслировать, какие движения следует делать. Может всё и обойдётся. Без скандала. На этот раз". Мне очень хотелось спросить, часто ли на балу у Великого Князя Дракулы, происходят скандалы, но дрыгающий ручкой-ножкой монарх, сильно отвлекал от мыслей, и я решила оставить этот вопрос на потом. - Ваше Величество, - опять присела я в глубоком реверансе, - простите великодушно, но не умею я танцевать менуэт. Может, что другое потанцуем, - на последнем слове я многозначительно повела бровями, предварительно опустив голос глубоко во внутрь, от чего он стал на несколько тонов ниже и бархатистей. Король хаотичные движения конечностями прекратил. Общая атмосфера ожидания скандала делала мне нервы, как сказала бы Роза, если б была не Таврической, а Одесской. Я застыла с глупейшей улыбкой и немым обожанием в глазах, ожидая, чем это обернётся. Король многозначительно улыбнулся, наверняка голос мой на его всё-таки подействовал, и скандал автоматически перенесся на другое время. - Почему девушка в Вашем, не столь уже юном возрасте, - сделал одному ему понятный намёк монарх, - не умеет танцевать менуэт? Такая красивая девушка менуэтом должна владеть в совершенстве - сказал король, протягивая мне руку и приглашая на танец. Я слегка порозовела, потому как побагроветь, мне не позволил граф, взывая к понимаю сложившейся на балу обстановке, и, прося уважения к маленьким, как он выразился, слабостям, не просто пожившего, а давно уже умершего человека. Я уважение к умершим проявила, гнев в себе погасила и томно прикрыв глаза как рявкнула: "Не могу знать, чуть не сказала Ваше Благородие, но вовремя спохватившись, сказала Величество, - недосмотрели". Король понимающе ухмыльнулся и, делая двусмысленные паузы и акценты, спросил: "А, что Вы умеете танцевать?" Хотелось, вот честно, очень хотелось ответить ему про сальсу, но памятуя о возможности скандала, позволила себе лишь трепет ресниц и робкое: "Можно попробовать куранты". Король сморгнул и спросил: " Может, Вы хотели сказать, куранту?" -Конечно куранту, что ж ещё, - радостно заулыбалась я, и уже обращаясь мысленно к графу, попросила, - давайте уже начинать, что ли, а то если Его Величество со мной ещё немного пообщается, его не в "Олений парк", а в "дурку" отправлять придётся. У бедного Людовика и так сегодня день не задался, со мной повстречался. Музыка всё-таки заиграла, и мы пошли танцевать. 
Хорошо, что король, как выяснилось позже, выбрал простую куранту, а не сложную. Мы танцевали вдвоём, а все присутствующие улыбались и обсуждали нас, короля с восторгом, меня с недоумением. Нет, я, конечно, очень старалась, и даже иногда, попадала в такт, но не всегда. К всеобщей радости танец закончился и король, предлагая мне руку сказал: "Вы совершенно не владеете искусством танца, милочка. Вас следует хорошо выучить. Я думаю, у меня найдётся время для нескольких уроков". "Молчи, - воскликнул у меня в голове граф, вероятно проникшись кровожадным выражением моего лица, - просто промолчи. Я тебя умоляю". "О"кей, - ответила я графу, - я сейчас молча проглатываю эту шнягу, а Вы граф, исполняете за это, одно моё желание. Идёт?" "Даже не хочу знать, что такое "шняга", - ответил граф, - хочу только уточнить, какое будет желание?" "Ещё не придумала, - честно призналась я, но это будет обязательно что-нибудь грандиозное". "Но не предсказание будущего", - сразу же оговорил Калиостро. "Какое будущее, граф? - ответила я, - нам бы с прошлым разобраться". "И по возможности без скандала, - добавил граф, - я согласен". Опустив глаза, а заодно и подбородок, я уставилась в пол, разглядывая узор на паркете. - Почему Вы молчите? - спросил удивлённый король. Я набрала полную грудь воздуха и услышала тихий шепот графа у себя в голове: "Желание, графиня". "Твою маму, Ваше Величество", - мысленно выругалась я, но вслух лишь пролепетала, - это большая честь для меня, обучаться танцам лично Вами, Ваше Величество! Щёки мои пылали кумачом, и никто, вернее сказать почти никто не догадывался, что это не лёгкий стыдливый румянец, украшает нежные девичьи щёчки, а едва сдерживаемая силой воли и желанием получить все-таки от графа своё желание, кипучая и могучая ярость, поднимает свою буйную голову. "Уйдешь ты сегодня уже куда-нибудь - мысленно, ни у кого конкретно, поинтересовалась я, - индюк напыщенный?" "Уже", - ответил мне граф, и я увидела удаляющуюся от меня венценосную спину. - Какое счастье! - вслух выдохнула я. Мои глаза встретились с глазами "Ёлки", которая ехидно заметила: "Я смотрю, Вы, дорогая дебютантка, время даром не теряете. Прямо сразу в "Олений парк" напросилась, ни как-нибудь". - Изыди, - отмахнулась я от навязчивого недоразумения, - завидуй молча. Покрутив головой в поисках знакомых лиц, которых, как и предполагалось, рядом не оказалось, я заскучала. Князь, исполняя роль хозяина бала, был несколько занят наметившейся дуэлью между, так опрометчиво мной отшитым поручиком и неопределённого рода деятельности господином, предъявляющим поручику какие-то претензии. "Что там происходит, граф, - позвала я Калиостро, уже привычно, мысленно". "Ничего нового, - ответил граф, - барон требует, чтобы поручик женился на его дочери". "А барон этот, не Мюнхгаузен ли? - спросила я, - потому как если это тот барон, о котором я говорю, то он всем известный сказочник и ему никто не верит". "Думаю, прекрасная графиня, - сказал мне граф, - что барон Мюнхгаузен, просто убил бы поручика, не прибегая к скандалу. Мюнхгаузен прекрасно владеет оружием и с большим удовольствием проткнул бы поручика шпагой, или продырявил бы из пистолета. Это как вам будет угодно, графиня". "А есть основания к таким требованиям?" - скуки ради поинтересовалась я. "Скорее да, чем нет, - ёмко ответил граф, - простите графиня, я буду несколько занят предотвращением узаконенного убийства, так как этот барон с роду оружие в руках не держал, а Ржевский известный дуэлянт и забияка". "Бог в помощь, мысленно пожелала я, - жаль, что этот барон оказался не Мюнхгаузен, - вздохнула, и переключилась на свою пропавшую тётку - агоу, Роза, где ты? Может, уже вспомнишь, дорогая, зачем ты здесь и уделишь мне немного своего драгоценного внимания". Роза нашлась не сразу, но когда всё-таки нашлась, удивила меня до невозможности. "Что случилось?" - еле слышно прозвучал у меня в голове поникший голос всегда жизнерадостной тётушки. Голос Розы показался мне вялым и безжизненным, и я потребовала, - "Это ты мне скажи, что у Тебя случилось?" Роза шумно вздохнула и сказала: "Не верь мужчинам, Нежа. Никому из них не верь. Все они подлецы и лицемеры". "Тааак, - протянула, я слово давая Розе время перестать хлюпать носом, - а теперь подробно, что случилось?" "Он бросил меня, - зарыдала Роза, - и увлёкся другой". "Интересно, на какую Корзиночку он тебя променял?" - действительно интересуясь сложившимся, почти адюльтером, спросила я. "Ах, - вздохнула Роза, - какая там, Корзиночка?! На бал явилась Нихонсю". "Вот же ж, - дёрнула я головой, - дал же Бог имечко. Кто эта Нихо-Лихо? Ты с ней знакома? Откуда она взялась?" - из меня высыпались вопросы, как из рога изобилия. "Новенькая она. В нашем обществе первый раз. Японка, - рыдала Роза, - вот он и увлёкся". "Гейша, что ли?" - уточнила я. "Нет, - ответила мне Роза, - Гейша - это конфеты с ликёром, а эта, - она выдохнула, и изящно высморкавшись в платок, продолжила. - Она из благородных, в смысле из алкогольных будет. "Сокэ, что ли? - изумилась я, - а кто её на бал пронёс, в смысле, кто её сюда притащил, короче, Роза, с кем она заявилась?" "Говорит, - сдала Нихонсю Роза, - что она из сопровождения самураев". "Час от часу не легче, - подумала я, - вот только опившихся нихонсю самураев, делающих себе на почве передоза харакири, мне сейчас и не хватало". Воображение, срочным образом, рисовало мне картины одна страшней другой, и пришлось даже хорошенько помотать головой из стороны в сторону, избавляясь от навязчивых видений, а Розе я сказала: "Плюнь, Розалия. Плюнь, на того мужчину, кто в тебе красоты не увидел. А если увидел и не оценил, плюнь на него дважды. Потому как калека он, эстетико-кулинарный калека. Вот, что я тебе скажу по этому поводу. Гони ты своего Капитана, куда по дальше. Пусть теперь его самурайская, - я хотела сказать кто она на самом деле, но постеснялась. Роза всё-таки натура утончённая ей про такое знать не положено, хоть она и с опытом. Решила закончить фразу более лояльно, - водка развлекает". "Она сказала, что она не водка", - грустно выдохнула Роза. "Конечно, - тут же поддержала я товарку, - кто ж признается в приличном обществе, что он прямой потомок самогона. Все в благородные хотят". Мы помолчали, и я что б как-то разрядить обстановку поинтересовалась: "Что у вас там ещё нового?" "Ой, - воскликнула Роза, - у нас там совершенно новый мужчина появился. Наполеон". "Это который бенди, торт или император?" - решила сразу определиться я, так как удивляться на этом балу уже ничему не приходилось. И вполне могло обнаружиться, что сам Император Наполеон I Бонапарт, прихватив с собой бутылочку бренди "Наполеон" и тортик-тёзку, явился к милейшему Князю Дракуле, весело кутить и развлекаться. "Роза, - позвала я притихшее Сиятельство, - ты чего молчишь?" " Я не знаю", - расстроено ответила Роза. "Что ты не знаешь?" - не поняла я. "Я не знаю, - пояснила Роза, - как отличить одного Наполеона от другого. И поэтому я не знаю, какой это Наполеон". "Так, Роза, - сказала я, - сосредоточься и вспомни. Этот твой новый мужчина, который Наполеон - он крепкий, как капитан Морган, сладкий как ты, или в такой шапке, треугольной? Роза задумалась, а потом радостно сообщила: "Про шапку ничего не помню, у нас кавалерам в помещении в головных уборах не прилично находится, а вот по поводу остального точно могу сказать мужчина крепкий, а целуется как сладко...", - и моя дуэнья утонула в мечтах и воспоминаниях. "Э, Розалия, - решила я спасти утопающую, хотя это и есть дело рук их самих, - а откуда про поцелуи инфа? Опыт?" Роза, вынырнув из бушующего моря эмоций совершенно спокойно ответила: "Конечно опыт, что же ещё?! Просто опыт может быть свой и чужой, как и ошибки. Так вот, деточка, - Роза, вдруг вспомнила, что она старшая в нашем тандеме, - учится лучше на чужих ошибках". "А опыт приобретать самостоятельно, - закончила я зависшую в воздухе мысль, - и вот теперь скажи мне Сиятельство Таврическое, почему ты до сих пор не окучила крепко-сладкого мужчину марки "Наполеон", а рыдала из-за какого-то там капитанишки. "Он не какой-то там", - попыталась возразить Роза. "Он, - я сделала эффектную паузу, - разбил тебе сердце! А Наполеон, между прочим, может оказаться императором, - добивала я, - а ты, если подсуетишься - императрицей! " А какой из них император? - заинтересовалась моя тётя-торт. И вот, что ей на это ответить, если не императором из троих может оказаться только тот, который сладкий и который торт, но возможно именно он классно целуется?! А это надо заметить тоже очень неплохо. "Знаешь, Роза, - выдала я, - бери, какой есть. Там разберёшься. Может и не нужен тебе будет к тому времени император. Если окажется, что император тот, который в шапке, так этот тебе точно не нужен". "Это ещё почему?" - поинтересовалась Роза. "Он войну 1812года проиграл, - сказала я, - зачем тебе неудачник". "Фу, лузер, - скривилась Роза, - в шапке брать не буду". "Иди, давай, действуй, - напутствовала я дуэнью, - а то пока мы с тобой выясняем, нужен он тебе или нет, очередная Метакса объявится и наложит лапу на твоего Наполеона". "Не наговаривай на Метаксу, - вступилась моя Светлейшая донна за греческий коньяк, - она очень мягкая и такая приятная, прям душу греет. А главное, ведёт себя достойно, не то, что некоторые японки, - пустила шпильку Розалия, - хотя у них там, в Греции, знаешь как с мужиками трудно?" "А где с ними легко? - поинтересовалась я, - в Голландии вон, тоже не всё так просто. Голландия она вообще - страна контрастов, и ничего. Живут же как-то". "А, что собственно, Вы молодая леди, имеете против Голландии?" - услышала я в своей голове скрипучий старческий голос. "Против? - совершенно искренне удивилась я, - да, как Вам, милейший, такое в голову могло прийти!" Поискав глазами говорившего в моей голове и так его и не обнаружив пришлось продолжить свою пламенную речь в никуда, - я, между прочим, в восторге от трех вещей: голландской живописи, тюльпанов и грибов". "Каких грибов? - удивился старичок. Судя по всему по поводу живописи и тюльпанов наши мнения совпадали. "Галлюциногенных, - сказала я, - каких же ещё, - а вы сами кто, простите, будете? И что собственно вы в моей голове делаете? - решила поинтересоваться я. "Я, деточка, Хендрик Антон Лоренс,- представился вписавшийся в разговор дедуля, - слышали о таком?" "Если я скажу, что слышала, но не могу вспомнить, что именно - Вы мне поверите?" - сгорая от стыда, спросила я. Было крайне неловко от того, что я слыхом мне слышала о таком, судя по его представлению, выдающемся деятеле. "Эх, молодость, - вздохнул голландский Антон, - я, деточка, физик. Нобелевской лауреат 1902года, создатель классической электронной теории". "Простите великодушно, - попросила я, - не сильна я в физике". "Зато в грибах великолепно разбираетесь", - поддел меня старичок и отключился. Роза, нашего с нидерландским физиком разговора не слышала, а потому оставшись на своей волне, продолжила тему: "Про Голландию ничего не слышала, говорить не буду, - ответила мне Роза, потихоньку припудривая носик, - а вот про Грецию слышала. Сложно у них там всё. Исторические предпосылки, этническая обусловленность, память клеток", - давила на меня Роза интеллектом, и где только слов таких нахваталась?! "Всем сейчас сложно, - философски заметила я, - а ты пойди и срази наповал этого несчастного, своей красотой. Помнишь, красота - это страшная сила?! Иди уже давай, примени её по назначению". Роза растворилась, как и не появлялась. "Что-то давненько меня никто ангажировать не пытался, - подумала я, - как-то даже странно. Я на балу уже, столько времени и ни одного разбитого сердца. Вон мой торт и та успела и своё разбить и по чужому потоптаться. Живут же люди!" - завистливо вздохнула я. В зале стало ощутимо прохладно, и я зябко повела плечами. Не понятно, откуда потянуло сквозняком. Я стала оглядываться в поисках источника сквозняка и увидела как в распахнутую ветром балконную дверь прямо со снежного облака, в зал вошла девушка. Сказать, что она вошла, будет не правильно - она вплыла на облаке, тут же растаявшим под её ногами. - Граф, - вслух позвала я Калиостро, совершенно забыв, что могу обратиться к нему мысленно, - не могли бы попросить кого-нибудь, прикрыть двери. Дует. Граф Калиостро, находившийся в другом конце зала подарил мне одну из своих загадочных улыбок и, щёлкнув пальцами, легко прикрыл балконные двери. - Спасибо, - выдохнула я, - Вы спасли меня от обморожения. "Не стоит благодарности, - пронеслось у меня в голове. И, дорогая графиня, уделите внимание гостье. Кажется, с Вами желают пообщаться". Я, улыбнувшись графу, повернула голову к вошедшей в зал девушке. Она была одета в длинное белое платье, струящееся по фигуре с открытыми плечами. Девушка была на удивление естественна, совершенно без каких либо украшений. Светлые волосы убраны в строгий узел на затылке, лицо без грамма косметики, поражало своей свежестью и выразительностью. Девушка не была красавицей в классическом значении этого слова. Её так же нельзя было назвать милой, прелестной или пикантной, но было в ней что-то такое, что не позволяло отвести от неё взгляда. Наши глаза встретились, и я поразилась разочарованию, мелькнувшему в глубине её ярко синих глаз. - Спящая, - сказала девушка и слегка презрительно прищурила глаза, - а пора бы уже проснуться, - фыркнула она. 
- Это Вы о ком сейчас сказали?- поинтересовалась я. - О тебе, - ответила девушка, - сколько тебе лет шестнадцать, семнадцать? - Семнадцать, - ответила я, пока ещё не понимая к чему весь этот разговор. - Вот видишь тебе уже семнадцать, - с сожалением выдохнула она, - а сердце твоё ещё спит. Не боишься всю жизнь проспать? - спросила она. - Не боюсь, - ответила я, ощущая, как в душе поднимается глухое раздражение на собеседницу, - а Вы кто собственно будете? - решила спросить я, раз собеседница не представляется сама и нас никто не спешит представить. - Ты даже не знаешь, кто я! - возмущённо сказала собеседница, - а самой уже семнадцать. - На Вас, к огромному сожалению, бейджика с именем и должностью нет, - не скрывая своего раздражения, выдала я, - поэтому я и не знаю, кто передо мной, - обращаться на Вы, к девушке из облака у меня не было ни малейшего желания, и я старательно строила фразу, избегая такого обращения. Девушка, проходившая вглубь зала, остановилась и удивлённо посмотрела на меня, как будто только что увидела впервые. Я же обратила внимание на её спину, за которой реяли два больших птичьих пера. - Что это у Вас - удивленно спросила я, - за спиной болтается? - Это крылья, - ответила мне девушка, - и они не болтаются, а гордо реют. - Два пера по определению не могут, во-первых быть целыми крыльями, а во-вторых, - сделав паузу и внимательно посмотрев за спину незнакомке, продолжила свою мысль, - гордо реять. - Много ты в крыльях понимаешь?! - фыркнула девушка с перьями. - Я может и не много, - согласилась я, - но для маскарадного костюма, если б мне такой понадобился, хоть литературу какую-нибудь почитала. И знала бы как выглядят настоящие крылья. Ты вообще, кого изображаешь? - Я не изображаю, как ты только что выразилась, - уже явно злилась девица, - я ангел. И я им являюсь. - Кому? - поинтересовалась я. - Что кому? - не поняла девушка. - Являешься кому? - уточнила я вопрос. - Кому надо тому и являюсь, - гордо ответила та. - А кому не надо? - не отставала я, - Вот мне, например, совершенно не надо явление ангела с облезлыми крыльями. Я, девушка ранимая, ангелов ни разу не видевшая, как мне после тебя в настоящих ангелов верить? - спросила я. Девушка задумалась, и явно не зная, что ответить, просто пожала плечами. Вроде как, говоря - как хочешь, так и вверь. Мне то, какое дело. - Ангел? - недоверчиво переспросила я, - а ты ангел чего? - Я, Серафима, младший ангел любви, - гордо ответила она. - Младший, - не поверила я, - а как же купидоны? Ты хочешь сказать, что они старше тебя? Не верю. - Какие купидоны? - не выдержала Серафима. - И где ты их здесь видишь? - Видишь ли, Фимочка, - решила я сократить её имя до более удобного, я здесь до тебя ни одного ангела не видела. Так что если ты ангел, то сегодня пока единственный, а, следовательно, старший. - Я тебе не Фимочка, - буквально пылала от сдерживаемой злости девушка. - Но, согласись, - назвать тебя Серочкой, - было бы, наверное, не правильно. Ангел не может иметь имя, хоть и косвенно, но связанное с адом, если только он не падший ангел. Ты случайно не падала? - уточнила я. Ангел фыркнула, пробормотав что-то про "глупых спящих" и увидев Князя, направилась к нему. "Граф, - позвала я уже мысленно, - что это за ощипанное недоразумение, именуемое младшим ангелом. "Понимаете графиня, Серафима, действительно является ангелом", - ответил мне граф. "Каким?"- решила уточнить я. "Любви", - ответил мне Калиостро. "Ой, граф, перестаньте, - ни минуту не поверила я Калиостро, - она такая же ангел любви, как я танцовщица, этой Вашей куранты, что б она Людовику во сне снилась". "И, тем не менее, - без тени улыбки в голосе, сказал мне граф, - так оно и есть". "А почему ангел ощипанная?" - удивилась тогда я. "О! - мечтательно выдохнул мой собеседник, - это очень интересная история. Когда-то самая младшая из выпускниц академии "Света и Тьмы" поспорила с молодым демоном со своего выпуска, что чистая любовь, представителем которой тогда являлась Серафима - это дар небес, а страсть - это проклятье. Демон возражал, считая, что любовь без страсти, пресна как еда без соли. Они поспорили и в подтверждение своих слов, каждый должен был, через неделю, на выпускном вечере, представить подтверждение своей правоты. "И что было дальше?" - сгорая от нетерпения, спросила я. "А дальше, - моя дорогая графиня, продолжил свой рассказ граф - Серафиме не повезло встретить Вашу бабку". "В каком смысле, встретить бабку? - не поняла я. "Я неверно выразился, - сказал граф, - это была Вам не бабка, вернее не совсем бабка. В общем, очень дальняя Ваша пра родственница. Звали её Анна, ей было шестнадцать, когда к ней явилась Серафима и подарила чистую, как небесная высь, любовь. Девушка была счастлива как ребёнок первые три дня, а потом чем дальше, тем больше её стали одолевать сомнения, так ли хорош дар преподнесённый ангелом. Люди стали крутить у виска и говорить, что девушка стала блаженной, а жених, за которого была просватана девушка, и вовсе отказался на ней жениться, говоря, что его невеста теперь не от мира сего. Девушка излучала совершенную любовь ко всему и была абсолютно бесстрастной. Анна не могла переживать сильные эмоции. Бури страстей стали для неё недоступны. Вероятней всего, это не устроило Вашу пра-родственницу, и она пошла к ведунье попросить помощи. Та, недолго думая, вызвала демона. С этого времени не было больше блаженной Анны, от ведуньи вернулась совершенно другая девушка, яркая, живая, уверенная в себе и с рыжими волосами. Её повстречал, возвращавшийся с охоты граф Розумовский, и Анна в сором времени, стала графиней. Серафима проиграла спор и лишилась своих белоснежных крыльев. Теперь прежние крылья появляться за плечами ангела только раз в год - в новогоднюю ночь, с боем часов, оставшиеся перья опадают и возрождаются новые, которые в течение года постепенно выпадают, - завершил свой рассказ граф. " А с пра-родственницей моей, - заинтересовалась я, - что стало?" "Анна стала ведьмой, - как само собой разумеющееся сообщим мне граф, - причём очень искусной". "А я?" - не удержалась я от вопроса. "А в Вас, дорогая графиня, - сказал граф, - только капля крови Анны Розумовской, но и от неё может быть польза". "И в чём будет выражаться эта польза?" - заинтересовалась я. "Пока не знаю, - сказал граф, но точно знаю, что Вы единственная из всех её потомков унаследовали кровь великой Анны". "Так всего ж каплю, - выдохнула я, - этого так мало". "Для ведовства мало, - а вот для снятия проклятья, в самый раз. Там больше и не надо". "С кого будем снимать, - оживилась я, - я готова". "Не торопитесь Неждана, - сказал граф, - всему своё время". Пока я мысленно общалась с графом, в зале, в который раз за вечер, повисла звенящая тишина. Бросив мимолётный взгляд на ангела, вернее, её спину с огромными белыми перьями, понуро свисающими и создающими ощущение своеобразного шлейфа, я всё же решила уточнить. "Граф, - мысленно позвала я, - это опять в мою честь зал затих?" "Не хотелось бы Вас расстраивать графиня, - пришло мысленно от Калиостро, - но на этот раз возмутительницей праздничного веселья являетесь всё-таки не Вы". "Да? - искренне удивилась я. - А кто же тогда?" "Если Вы посмотрите внимательно, то без труда обнаружите того кого ищите", - сообщил граф и отключился. "Очень интересно", - подумала я, уже ни к кому конкретно не обращаясь, и стала глазами искать возмутителя бального веселья. Как и предупреждал граф, долго искать не пришлось. В центре зала, там, где раньше находился Князь, стоял совершенно голый парень, с небольшими темными перьями за спиной. Опущенные руки парня были связаны грубой верёвкой на запястьях, и безвольно опускаясь вдоль тела, прикрывали самое стратегически важно место, сходившимися вместе кистями. Голова незнакомца была закинута вверх, взгляд устремлён в потолок, как будто всё самое интересно происходило на потолке, а не в зале. Надо отдать должное парню - он был невероятно хорош. Мой старший брат Алик, и многие Васькины друзья, увлекаясь спортом, имели очень хорошие фигуры, но то, что я видела перед собой, выходило за рамки моей фантазии. Зал затаив дыхание, беззастенчиво разглядывал незнакомца. Благородные дамы, да что там греха таить, и не дамы тоже, так смотрели на крылатого парня, что казалось ещё секунда, и они кинуться на него, сбивая друг друга в безумной гонке. 
- У меня есть три вопроса, - ни к кому конкретно не обращаясь, вслух сказала я. Слова произнесённые в совершенно тихом зале, надо сказать, что музыканты по какой-то причине тоже замолчали, произвели эффект ударившей в дерево молнии. Зал одновременно вздрогнул и ахнул, а я продолжила спрашивать. - Первое, - поинтересовалась я, - почему парень связан, второе - кто поломал ему крылья, и третье - почему он раздет, когда все в зале одеты? Так как никто не спешил мне ответить, пришлось обраться непосредственно к Князю. - Простите, Князь, - позвала я хозяина бала, - не могли бы Вы просветить меня по этому поводу. - С удовольствием, графиня, - сказал неизвестно откуда появившийся за моей спиной Князь, - я отвечу Вам даже на тот вопрос, который Вы не задали. Я удивлённо приподняла бровь, похлопывая сложенным веером по левой ладони. - Графиня, Вы не спросили кто это? - улыбаясь, сказал Князь. - Вы правы, Князь, не спросила, - бросив взгляд на незнакомца, вернула я своё внимание Князю, - но с удовольствием узнаю. - Этот молодой человек - демон, - сказал Князь. Я повернулась к парню и постаралась найти что-нибудь указывающее на его принадлежность к демонам. - А где рога? - спросила я, уточнив для себя, что кроме нечеловечески красивого тела и небольших крыльев за спиной незнакомец ничем не отличается от остальных мужчин. - Зачем ему рога? - изумился Князь. - Так ведь он демон, - сказала я. - Вы думаете, дорогая Неждана, что все демоны носят рога? - поинтересовался Князь. Я кивнула, а он, покачав головой заметил: "Рога атрибут совершенно не обязательный. Тем более что демон сейчас в человеческом обществе". "Ой, ли? - мысленно выдохнула я, - здесь на каждый квадратный сантиметр пола можно встреть, кого угодно и вероятность напороться на человека ничтожно мала". "Граф, - позвала я Калиостро, - поговаривают, что Вы из ртути золото варить умеете - это правда?" - уточнила я. "Вам надо золото?" - ответил мне вопросом на вопрос граф. "Нет, - не скрывая досады, ответила я, - мне нужна мужская одежда для вот этого молодого человека. И лучше если это будет фрак", - уточнила я. "Сожалею, дорогая графиня, но ни чем не смогу Вам помочь, - вздохнув, ответил граф, - даже золото, как Вы правильно заметили, из чего-то варится. Не могу же я сделать фрак из воздуха. Это будет уже не фрак, а иллюзия, а как я понимаю, Вам нужен настоящий фрак". "Да, - ответила я, - фрак должен быть настоящий, и не только фрак. Всё, что положено иметь на балу лорду, я бы хотела видеть на этом парне". "Нет ничего проще графиня, - сообщил мне Калиостро, - если будет исходный материал". "Много", - уточнила я. "Давайте так, графиня, - что бы сразу расставить все точки над "I" сказал граф, - носового платка мне не хватит". "А юбки?" - поинтересовалась я. "Вашей? - заинтересовался граф, - одной нет, но двух, я думаю, вполне должно хватить и на фрак и на всё, что необходимо, кроме обуви, естественно". "А из чего Вы, граф могли бы сделать пару обуви? - поинтересовалась я. "Для пары прекрасных бальных туфель вполне могли бы подойти Ваши лайковые перчатки", - ответил мне граф. "Странно, - подумала я сама себе, - мне всё время казалось, что перчатки атласные, а они оказывается лайковые. Разве носят лайковые перчатки с лёгким бальным платьем?!", - задала я мысленно, повисший в воздухе вопрос. Ответна мой вопрос так и не пришел, и я решила не уделять внимание таким пустякам. Как материал, из которого изготовлены бальные перчатки. "Хорошо, - мысленно сказала я графу, подождите минуточку", - и начала поиски своей дуэньи. "Роза, дорогая, - мысленно звала я девушку, - ты мне очень нужна". "Что случилось?"- услышала я в голове. "Роза мне нужна твоя помощь. Без тебя я не справлюсь", - сообщила я и стала ждать. Не прошло и минуты, как рядом со мной оказалась разрумянившаяся от танцев и возможно чего-то ещё Роза. - Чем помочь? - поинтересовалась Роза, из-под ресниц разглядывая связанного красавца. - Давай оденем мальчика, - предложила я. - Зачем? - вырвалось у Розы, но она тут же поправилась, спросив, - во что? - Вот в этом то и проблема, - вздохнула я, - граф любезно согласился помочь нам в этом вопросе. Роза удивленно приподняла красивые бровки и спросила: "Тогда я здесь зачем? Я буду его одевать?" - Нет, дорогая, - расстроила я девушку, - ты будешь помогать меня раздевать. Брови Розы поползли ещё выше, выдавая полное недоумение. - Вы хотите Его одеть в Ваше платье? - изумилась Роза, - Но тогда в чём останетесь Вы? И захочет ли Он находиться на балу в женском платье? - сыпала вопросами моя дуэнья. - Роза, - прервала я неиссякаемый поток, - сколько в моём платье юбок? - Двадцать четыре, - тут же ответила Роза, - а что? - Кроме верхних, просвечивающихся, какие ещё есть?- уточняла я. - Из сатина, атласа и бязи с оборочками, - не понимая, к чему я клоню, отвечала Роза. - Роза, помоги мне избавиться от атласной и сатиновой нижних юбок, - тоном, не терпящим возражений, сообщила я. - Здесь? - с ужасом в глазах, уточнила Роза. - Здесь, - ответила я, - а граф нам поможет. "Боюсь графиня, что может возникнуть скандал, если вы у всех на глазах станете избавляться от нижних юбок", - сообщил мне граф. "Но уходить из зала нельзя, - ответила я графу, - вот не спрашивайте почему, граф. Я просто знаю, что покидать зал нельзя". "Тогда попросите помощи у Князя,- посоветовал граф, - думаю, Вам он не откажет". "Спасибо за совет, Калиостро. - мысленно ответила я и позвала Князя, - Ваше Сиятельство, не могли бы Вы мне помочь?" "С удовольствием графиня, а что вы хотите?" - уточнил Князь. "Хочу попросить Вас, Князь, опустить на меня и Розу полог тумана, чтобы мы могли незаметно для окружающих снять две мои нижние юбки", - сказала я. "Очень интересно, заметил граф, - а зачем Вам, графиня всё это?" "Хочу одеть голого демона, в соответствующий обстановке наряд, - сообщила я. - Граф Калиостро обещал помочь и преобразить мои юбки во фрак и всё что необходимо, а из лайковых перчаток сделать пару бальной обуви". "Похвальная затея, - улыбнулся Князь, - вот только позвольте поинтересоваться, а демону это нужно?" Я удивлённо посмотрела на демона, которого мало заботила собственная нагота. Темноволосый парень, с правильными чертами лица был совершенно отрешен. Его не заботило происходящее в зале, не волновали люди с их жадными взглядами и буквально капающей на пол слюной от еле сдерживаемых желаний. "Думаете, это лишнее?" - решила уточнить я. "Думаю, что нагота демона смущает в первую очередь Вас, дорогая графиня, и в саму последнюю его самого. Демоны прекрасно относятся к виду своего обнаженного тела и чувствуют себя при этом вполне комфортно. Так, что, - подвел итог своим мыслям Князь, - давайте оставим Ваше платье в первоначальном виде и обойдёмся без жертв". "Ну, - задумалась я, - если Вы в этом так уверены, то возможно так будет правильно". "И не сомневайтесь графиня, костюм это совершенно не то, что может помочь демону этой ночью". "А что ему может помочь?"- поинтересовалась я, но мой вопрос остался без ответа, а круг лиц, алчно разглядывающих демона, стал как-то сжиматься. Мне стало не по себе. Страх, ледяной рукой, схвативший за сердце, подкатил тошнотворным клубком, к самому горлу. - Князь, что происходит? - плохо скрывая в звенящем голосе страх, спросила я. - Ничего особенного, - выдохнул Князь, - ежегодное развлечение для высшего общества. Догадки одна ужасней другой стали хаотически мельтешить перед глазами и я, опасаясь перепугать себя ещё больше, буквально взмолилась: "Не томите, Князь, что за развлечение?" -Когда круг полностью сомкнётся, они кинутся на него, в страстном исступлении желая урвать себе кусочек от вожделенного объекта. -И Вы это допустите? - зло, сверкнув глазами, поинтересовалась я. - Да, дорогая графиня, - устало сказал граф, - я ничего не могу с этим сделать. Молодого демона, соблазнившего Вашу пра- родственницу и подарившему ей часть своей силы, из академии "Света и Тьмы" выгнали. Рассчитывали, что он раскается и попросит прощения, но просчитались. Демон остался при своих убеждениях и для того, что бы его сломить было предпринято ряд довольно таки серьёзных шагов. - Сломить? - переспросила я, - Зачем его ломать? Ведь спор был честным и он честно победил? - Ну, сломил это я, конечно, оговорился, - одёрнув рукав сюртука, сказа Князь, - в официальном документе это значилось, как убедить в его заблуждении и соответственно переубедить. Спорить в академии строго запрещено. Последствия могут быть самыми печальными вплоть до отчисления. - Так они ж его уже отчислили, этого что мало? - удивилась я. - Понимаете, графиня, - Князь, подыскивая слова, нервничал, что на фоне его исключительного спокойствия, сильно бросалось в глаза, - он был просто молодой демон представляющий страсть, а она ангел. И не какой-нибудь, заметь, а чистой любви. Там наверху решили, что будет правильно, если демон раскается, но он не раскаялся. Сначала его изгнали из академии, потом наложили запрет на одежду в общественных местах, которые он обязан был посещать не реже двух раз в год, на Хэллоуин и на Новый Год. - Это невероятно, - выдохнула я, - ангел любви всего лишь теряет крылья в течение года, а не демона такие напасти. Где же справедливость? - Вы ещё очень молоды графиня, - грустно улыбнулся Князь, и много не понимаете. Не всегда справедливость, в общепринятом понимании этого слова, торжествует. Могу я предложить Вам прогуляться? - совершенно неожиданно спросил Князь. - Куда и зачем? - автоматически поинтересовалась я, наблюдая за всё более сжимающимся кольцом вокруг связанного демона. - Куда хотите, - ответил Князь, - хоть в оранжерею, хоть в картинную галерею. У меня очень не плохая коллекция картин. Вторую часть моего вопроса Князь проигнорировал и попытался взять меня за руку, чтобы перенестись в другое место, но я ловко вывернула свою руку из-под его протянутой руки. - Погодите, Князь, - замахала я руками, - Вы уводите меня из зала, что бы я не видела что эти..., - я задохнулась от возмущения и негодования, и не найдя подходящего слова, продолжила, - с Ним сделают. - Да, графиня, - просто ответил Князь, - я Вам очень настоятельно рекомендую удалиться. - Они связали его, чтобы он не мог сопротивляться, а крылья сломали - чтобы не улетел? - выдохнула я свою догадку. - Вы почти угадали графиня, - подхватывая меня под руку, заметил Князь, - крылья ему сломали, чтобы он не мог летать в принципе. Все ангелы и демоны летают, ему же приходится прорывать пространство. Согласитесь, что это в двойне тяжелее делать со связанными руками. - Если они его разорвут, он умрёт? - спросила я. - Нет, дорогая, - мягко улыбнулся Князь, - демоны бессмертны. Ему будет очень больно и придётся восстанавливаться, но это не убьёт его. Мы оказались в зимнем саду Князя. Вокруг нас благоухали цветы и радовали глаз своей зеленью растения. - Князь, - решительно сказала я, - вернёмся в зал. - Графиня, - достаточно жестко возразил мне Князь, - я бы настоятельно рекомендовал Вам остаться здесь. - Нет, - не менее жестко ответила я и выдернула руку, - Князь я прошу Вас перенести меня обратно в зал. - Вы уверены, что хотите это видеть? - ошарашено спросил Дракула. - Я уверена, что хочу это предотвратить, - слегка сощурив глаза, ответила я. - Желание гостьи - закон, - глядя мне в глаза сказал Князь, - и не говорите, дорогая, что я Вас не предупреждал. - Не волнуйтесь, не скажу, - в тон Князю ответила я. Понятия не имею, откуда у меня взялась решительность и уверенность в правильности того, что я делаю, но последние сомнения растаяли, как только мы вернулись обратно в зал. Невозмутимый демон со связанными руками был охвачен плотным кольцом пригашенных гостей. Эго безразличие, расслабленная поза и полная отрешенность от происходящего, ярко контрастировали с лицами окружающими его людей. Вот уж действительно - страсть во всём своём проявлении. Мне казалось, что присутствующие забыли не только о манерах и воспитании, принятом в обществе, но и о том, что являются людьми, или таковыми когда то были, а не хищными животными, алчущими накинуться на свою добычу. Больше ждать было нельзя и я, ведомая неизвестной мне силой, громко крикнула: "Остановитесь!" На мгновение замерев, толпа повернула ко мне свою оскаленную морду. - Остановитесь немедленно, - тоном, не терпящим возражений, сказала я, - по праву крови этот демон мой! Толпа ахнула и чей-то ехидный голос спросил: "По какому это праву крови? Что-то мы о таком праве и не слыхали?" Обведя взглядом замершую в недоумении толпу я, улыбнувшись, ответила: "Я, графиня Неждана Привалова, правнучка Анны Розумовской, единственная, в чьих венах есть капля её крови именем своим и по праву крови, освобождаю демона страсти от всех наказаний, наложенных на него в связи со спором с ангелом любви! Толпа отшатнулась от демона, а Князь в моей голове произнёс: "Браво, Неждана! Как только капля Вашей крови упадёт на пол, демон будет прощен". "А ангел?" - так же мысленно поинтересовалась я. "А про ангела Вы, дорогая графиня, ничего не говорили. Поэтому ангел останется, так как есть",- проинформировал меня вернувшийся к разговору граф Калиостро. Я задумалась. Ангел, конечно, та ещё штучка, но если с тебя постоянно летит пух и перо у кого угодно испортится характер. "Вы правы граф, - мысленно сообщила я Калиостро, - это моя недоработка, и уже вслух, - как только капля моей крови упадёт на пол, ангел любви обретёт прощение, так же как и демон страсти". Толпа в немом изумлении взирала на меня, не до конца веря в то, что я избавлю демона от наказания, а гостей бала лишу такого изысканного развлечения. "Граф, - позвала я Калиостро, - у Вас иголки не найдется?" "Увы, моя дорогая, но помочь здесь Вам никто не может. Всё надо сделать самой, иначе может ничего не получится". Я закопошилась в поисках иголки. Или чего-нибудь, чем можно поранить палец. Люди в толпе заволновались и кто-то крикнул: "Она блефует!" "Ах, так! - мысленно воскликнула я, - ну, тогда держитесь". Кто-то кричал: "Не дайте её пораниться", а кто-то продолжил поползновения в сторону демона. Изворачиваясь от тянущихся ко мне рук, я громко крикнула: "Того кто тронет Моего демона - прокляну!" Руки к демону тянуть перестали, но зато с удвоенным рвением ринулись за мной. Демон же перестав изображать памятник самому себе, с интересом стал следить за разворачивающимися перед ним событиями. Меня уже схватило несколько пар рук, и потянули в толпу, как перед глазами мелькнуло что-то яркое и до боли знакомое. "Ёлка, - подумала я, - вот тебя-то мне и послал Бог" и рванув изо всех сил в её сторону, ухватилась за одну из брошек, которой так щедро был украшен наряд гостьи. Замочек брильянтовой броши в виде букета цветов больно впился в руку, и я почувствовала, как кровь выступила из ранки. "Она поранила руки, - кричали в толпе, - не дайте её крови упасть на пол", но было поздно. Алые капли крови яркими пятнышками выделялись на блестящем паркете пола. Руки, державшие меня, разжались и если б не граф, я обязательно грохнулась бы в самом центре бального зала. "Как Вы себя чувствуете, графиня", - услышала я голос графа у себя в голов. "Вполне нормально, граф, - так же ответила я, - а где демон и ангел?" "Они исчезли, - сообщил мне Князь. - После того как вы их освободили, им больше нечего делать на балу". "У меня поучилось?" - уточнила я, выискивая глазами демона, ангел меня интересовала мало. Мне не ответили, но и интересующую меня личность я не нашла. "Получилось", - констатировала я мысленно. -Скоро полночь, - сказал Князь, - пора исполнения желаний. Я задумалась, а в чем состоит моё желание. Я хотела побывать на балу и побывала, хотела платье - вот, пожалуйста, хотела танцы с кавалерами - страшно вспомнить. Всё исполнилось, что желалось, и я поняла, что больше всего хочу вернуться обратно, в своё время. -Князь, - сказала я, - у Вас так чудесно, но я хочу обратно. Скажите, это возможно? - с мольбой в глазах спросила я. - Для меня, дорогая графиня, невозможного мало, - ответил Князь, - рад был встречи с Вами, достойная правнучка своей прабабушки. Вы оживили мой ежегодный бал своей непосредственностью, живостью ума и нестандартным взглядом на решение проблем. Нам будет Вас не хватать, дорогая, но желание гостьи в Новогоднюю Ночь обязательно исполниться. Я улыбнулась Князю благодарно и немного грустно, а он поманил меня к огромному венецианскому зеркалу, висящему на стене. 
- Подойдите Неждана, не бойтесь, - улыбнулся Князь, - да и дуэнью свою захватить не забудьте. Роза появилась возле меня, как по мановению волшебной палочки. - Что уже пора? - разочарованно спросила девушка. - Пора, - ответила я ей, - как там, кстати, твой император? - решила я уточнить, пока ещё есть такая возможность. - Он оказался алкогольным бренди под названием "Наполеон Император ВСОП", такой крепкий и мягкий одновременно с невероятным фруктовым послевкусием. - А как же твой капитан? - спросила я о старой привязанности Розы. - Кто это? - картинно заломила бровку моя дуэнья. - Не знаю, даже о ком ты говоришь, - лукаво улыбнулась моя восхитительная дуэнья. Мы подошли к зеркалу очень близко. - Возьмитесь за руки, - услышала я голос Князя, - и не отвлекайтесь. Когда грани времени раскроются, смело шагайте вперёд и не оглядывайтесь. - Спасибо, Ваше Сиятельство, - сказала я, пристально вглядываясь вгладь великолепного зеркала. - Роза, - сказала я, когда зеркальная гладь пошла рябью, - а тебе ничего это не напоминает? - Мне нет, а что это может напоминать? - удивилась Роза. - Сказку, - ответила я, - Алиса в Зазеркалье. - О нет, - выдохнула Роза, - Неждана сосредоточься, а то сейчас мы вместо дома окажемся в Зазеркалье. - Ты против? - поинтересовалась я, заметно ослабевая хватку на её затянутой в перчатку руке. - Нет, что ты? - перепугано, воскликнула Роза, - в Зазеркалье так в Зазеркалье. - Раз, два, три, - громко отсчитывала я, - всё Роза нам пора, идем. И мы одновременно шагнули в зеркальный омут |
|
|
