На улице стояла довольно странная погода. Было солнечно, но при этом небо затянуло полупрозрачными облаками, с которых то и дело то тут, то там падало пара капель. Было тепло, но при этом в той же мере свежо, а время от времени излишне нагревшихся людей обдувал идеально прохладный ветерок. В общем, если подводить итоги, то день идеально подходил для всего на свете.
Норабелла Полставки, будучи ребёнком весьма вдумчивым, предпочла посвятить этот день очень важному занятию. Она решила, что сегодня, во что бы то ни стало, она наконец-то заведёт себе друзей.
Было что-то ироничное в том, что десятилетиями не рождался ни один ребёнок, но стоило Норабелле появиться на свет, как на следующий год родилось сразу четверо. И, как назло, все четверо наотрез отказывались дружить с Норой. И ладно если бы для этого была хоть какая-то причина, так нет же. Девочка обдумывала эту ситуацию множество раз и пришла лишь к одному выводу: с ней не хотят дружить, потому что. Что очень печалило девочку. Имейся у остальных детей хоть какой-нибудь повод с ней не дружить, так она хотя бы могла с этим работать, но когда никакого повода нет, то и что делать с этим тоже не понятно.
В итоге юной Норабелле Полставки только и оставалось, что качаться на качелях, придумывая планы того, как она могла бы завоевать дружбу других детей.
Пока Норабелла Полставки, сидя на качелях, обдумывала свою ситуацию, стараясь найти хоть какое-то решение, возле её ног упал мяч. Девочка, только и ждавшая подходящего момента, среагировала моментально. Ловко соскочив с качели, она изящно приземлилась на ноги и быстрым движением подобрала удобно расположившийся у её ног мяч. То был вполне обычный мяч, таких мячей полно в любых дворах, где присутствуют дети. Он был сделан из дешёвой кожи, местами облезший, да и вообще видавший виды. Но что это меняло? Именно ничего. Даже такой мяч вполне себе может служить поводом для завязывания разговора и последующего формирования дружеских отношений. Собравшись с мыслями, Норабелла Полставки направилась в сторону детей, которые только что этот самый мяч и пнули в её сторону.
Дети сильно занервничали, когда увидели, как Норабелла подняла их мяч. Они остались стоять, ожидая того, что произойдёт дальше, попутно переглядываясь, ища поддержки друг в друге. В какой-то момент старший мальчик в компании детей нервно сглотнул и, утерев проступивший на лице пот, вышел вперёд, чтобы принять удар на себя.
- Не подходи, Жуткая Нора, тебя ещё не хватало! - прокричал мальчик, изрядно стараясь выглядеть как можно более сурово.
В притворстве мальчика было слишком много брешей, чтобы Нора их не заметила. Однако слова о том, что она жуткая, её всё равно задели.
- Вот, это же ваш мяч, возьмите, - пытаясь игнорировать обзывательство, попробовала завязать разговор Норабелла, протягивая руки вместе с мячиком в сторону детей, старательно игнорируя выкрик одного из них.
Увидев, как Нора приближается к ним, дети начали нервничать ещё сильнее, их и без того ощутимое потоотделение перешло на новый уровень.
- Да знаешь, наверное, оставь его себе. Нам он уже всё равное не нужен, слишком старый, - прокричал в ответ мальчик, что до этого назвал Нору жуткой.
- Эй, но это мой мячик, - поспешил было возразить другой мальчик, но, заглянув в лица остальных детей, быстро передумал. - Да, забирай себе, дарю, - с лёгким надрывом в голосе согласился мальчик, которому, судя по разговору, и принадлежал мячик.
Было видно, что осознание потери мяча на мгновение помогло мальчишке побороть своё неконтролируемое потоотделение, но то было лишь мгновение, которое прошло столь стремительно, что зацепиться за него не представлялось возможным.
- В таком случае, может, я присоединюсь к вам, и мы вместе поиграем теперь уже в мой мячик, - попробовала зайти с другой стороны Нора.
Дети снова нервно переглянулись, ища поддержки друг у друга. Некоторое время они судорожно придумывали, что бы ответить Норе, пока слово опять не взял старший мальчишка.
- Да не, нам уже это, пора, родители заругают, если задержимся. Правда, ребят? - обратился к друзьям мальчик, что взял и без какого бы то ни было повода назвал Нору жуткой.
- Да, меня вот мама уже десять минут назад звала домой. И меня, да. И меня тоже, - закивали дети один за другим.
- Но я просто... - хотела было продолжить разговор Нора, но была прервана резким тоном мальчишки.
- Пойдёмте, ребята. - отрезал мальчик, назвавший Нору жуткой, уводя за собой детей.
"Ну вот опять", - подумала Нора, смотря на то, как другие дети уходили играть где-то в другом месте. Там, где не было её. Девочка знала, что никто их не звал, и что никто из них не планировал в ближайшие часы идти домой. Всё это был просто спектакль, который они разыграли для неё, чтобы избежать общения.
Норе не оставалось ничего другого, как развернуться и пойти к качелям.
Размеренное покачивание, сидя на подвешенной верёвками доске, хоть как-то помогало скоротать время и подумать. Сколько себя помнила, Нора всегда сталкивалась с таким отношением от других людей. Они просто отказывались находиться в её присутствии. Девочка думала, что уже давно привыкла к такому поведению окружающих, но каждый новый отказ обидой скребся у неё где-то под рёбрами. Нора не плакала, вовсе нет, но было в её одиночестве что-то разочаровывающее её саму, что-то, что словно бы шептало ей о недостойности. Раз за разом она пыталась, придумывала новые способы, строила планы по завоёвыванию друзей даже не для того, чтобы этих самых друзей обрести, а скорее, чтобы доказать самой себе, что она достойна, что она тоже имеет.