Снится толп струя сквозь мир.
Снится волк, что зубы точит.
Только я, идя в сортир,
Задушу его, короче.
Вспоминается боксер,
Что подпрыгивал пред боем.
Унесли его, героя,
Под ужасный зала хор.
Раскричался что-то Net.
Очевидно, смерти нет.
"Мальчики и Матрица-120"
Клавиатура напрягается. Дымится сигарета.
Come on, come on, trabajo en el "LIB".
ICH Bin герои гении кричат на многих языках,
Из каждого - по слову,
Из каждого - по два.
И каждый - и Христос, и фюрер,
Дьявол, гоблин, Гарри Поттер,
И агент КомКона, лауреат "Тенеты",
И претендент на матюкливый б... "Дебют"!
Ура!
В заду вселенной процессоры веселый вяжут шум,
Мешаясь с офигенностью сверхскоростных детей.
Один из них писал:
"Вот Пушкина прыгал по деревьям...".
За это он взлелеян был толпой
Всех гениальных хакерных поэтов.
Другой уверенно эстраду опустил
И хохотал от этого всю ночь.
(Не спал, пацан. Ништяк в его крови гулял).
А третий и четвертый - киберпанкеры и хопперы в одном лице,
Еще - диджействующие панки-гитаристы и лидеры Либ.Ру.
В их думах много слов.
Запас велик. Стыкуются друг с другом
По принципу случайных чисел генератора.
* * *
Я - Брежнев. Я - восстал.
Привет! Возможно, что не ждали.
Но, думаете, я зря цеплял себе медали?
RETURNING KPSS.
Back to my KPSS, back to native haunts
I went back to the country
Of my boyhood,
Where like a watchman' s tower made of bird wood,
Shorn of crucifix, the belfry soars.
Люба Огурцова.
Очевидность категории по морде.
Безформальность мальчиков в цене.
Литератераторские прения по горло,
Существительного нет, и - хрен с ним, где.
Я беру лопату и выкапываю хрен
Из землю веселой всем словам взамен.
Но - оставлю разговоры эти.
Любу Огурцову я встречаю на рассвете.
Люба очевидностью слова не косит,
Люба огурцы в мой дом приносит.
Стих о Воротникове N1.
Мальчики, трясет озноб идей?
Хочется вопить. Идей так много!
Скоро лопнет голова от них, б...й.
Кибер-панк взорвется матрицей страстей.
О у о, носки.
О у о, Христы.
О у о, миллиард стихов.
О у о, к вам идет Воротников.
Девы юные со звездной пылью на устах,
Девы ясные, да с именами муз,
Расплескали композицию во снах,
Да декомпозиция - бубновый туз.
Где он, свет мой, где мой пот?
Может быть, он больше не придет?
Но печалится не надо, девы, нет,
Вам Воротников поможет вновь увидеть свет.
О у о, подруги наияснейших Кантов,
О у о, вы - музы обалденных пацанов.