Аннотация: Простенький рассказ, который всё же заставляет задуматься, что под час истинная сила может маскироваться под слабость.
Не люблю этот гнусный город за его грязь, за тех, кто здесь живёт и кто сюда приезжает. Ненавижу все эти, так называемые, "меньшинства". Я хочу очистить от них нашу страну.
Одевая свою кожаную куртку, я думаю о своей ненависти и о своих идеалах: да, я жесток, но иначе не должно быть. Им всем тут не место!
Сегодня сходка. Надо узнать у Фюрера, на какую точку пойдём сегодня.
- Здарова, Череп! Пиво будешь? - Фюрер протянул мне бутылку.
- Здарова! Когда ты наконец прекратишь задавать тупые вопросы? - говорю я, выхватывая из его рук бутылку из коричневого пластика - на какую точку идём сегодня?
- У меня появилась неплохая идея. Надо пойти к Нигерийскому посольству. Думаю, будет весело...
Фюрер откуда-то достал пистолет, а мы взяли цепи и биты.
Как было странно идти по мирному и, будто всё ещё спящему, городу. Никто ни о ком ничего не знает... Никому ни до кого нет дела...
Многие говорят, что мы изверги, что мы жестокие. Но никто так и не понял, что на самом деле жестоки не мы, а мир вокруг нас.
Вдыхая никотиновый дым, я как всегда спокоен и лишь предвкушаю развлечение и торжество МОЕЙ правды и МОЕГО суда.
Так мы впятером стояли у посольства и сегодня на редкость мало говорили друг с другом и не обсуждали, как мы будем действовать... Хотя, как действовать мы знали и так. Сигареты выкуривались одна за другой. Привычность ситуации породила равнодушие и точность действий.
Из посольства выходили люди, но в течение некоторого времени Фюрер не давал команды к действию - он всегда выбирал кого-то особенного. При чём мы никогда не знали в чём будет выражаться эта особенность в следующий раз...
Тут Фюрер всё же кивает нам, указывая на негритянку небольшого роста... Вполне симпатичная девушка, но ничего особенного я не вижу. Позже спрошу, почему выбрали её.
Мы пошли за ней. Её длинные волосы были заплетены в тугую косу, туфельки на невысоком каблуке звонко цокали по асфальту. Она заметила, что мы идём за ней и явно занервничала. Мы ускорили шаг и она почти уже срывается на бег. Мы загнали её в один из тёмных и глухих переулков:
- Ну чё? Попалась, тварь? - Фюрер ударил её по лицу.
Тут все накинулись и начали её бить, а я только стою и смотрю. Я не могу стронуться с места.
Впервые я почувствовал к своей жертве что-то другое, вместо ненависти и злобы. Я не могу поднять на неё руку... Что это? Слабость? Или, может, просто временное пробуждение совести?
Парни заметили моё замешательство:
- Ты чё тупишь? Не хочешь повеселиться? - все отступили от девушки и я увидел, что она измазана кровью и уличной грязью, а кто-то из наших отрезал её косу.
- Не могу... - почти прошептал я.
- Чё? Ты чё, совсем рехнулся? - все стоят в шоке и ничего не понимают...
- Я её не трону! Я не могу! - говорю я чётко и громко.
В один миг мои друзья стали мне врагами.
Фюрер вытащил пистолет и протянул его мне:
- Стреляй в неё! И прекрати распускать нюни! Не беси меня!
Я посмотрел на протянутый мне пистолет и взял его. Потом посмотрел на несчастную девушку... Она была напугана, а в её больших глазах читалась боль и мольба о жалости. Я так и не понял, что особенного для себя увидев Фюрер, но я теперь разглядел ту невероятную и очень необычную красоту...
- Ну стреляй! Чё встал как вкопанный?!
Голосов бывших товарищей вернули меня к реальности... На сколько мерзкими они мне показались... Теперь я знал, что мне делать.
Я медленно подходил к негритянке. Она уже была почти без сознания от страха и не могла даже кричать.
Подойдя к ней вплотную, я нагнулся и посмотрел ей прямо в глаза, она отшатнулась от меня. Грубо схватив её под локоть, я поднял её на ноги. Все смотрели на меня с непониманием.
Фюрер сделал шаг ко мне, но я уставил на него пистолет:
- Никому не подходить, а то я выстрелю! Я сказал, что не могу тронуть её! Но в вас я буду стрелять не задумываясь!
Угрожая им оружием, я отошёл назад и вывел девушку из переулка.
Она молчала, но жалась ко мне. Мы пошли с ней в посольство и она забрала свои вещи, что бы пойти со мной.
Мы немедленно уехали из этого города к моей родне...
Утро... Я смотрю на спящую девушку... На мою любимую. И пусть кто-нибудь посмеет осудить мой поступок и объяснить его минутной слабостью и помешательством. Мне уже всё равно. Впервые я поступил как человек, а не как животное.
Каждая маленькая слабость - это часть огромной Силы... А Сила есть лишь в самой святой и важной в жизни вещи - Любви.