Брыксин Владимир Ильич
Миссия ч.1

Самиздат: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Links
Кожевенное мастерство: сумки, ремни своими руками
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Нечто в жанре "занимательного эзотеризма"

Мис­сия


 
  В ка­че­ст­ве уни­вер­саль­но­го ат­ри­бу­та че­ло­ве­че­ско­го уде­ла
  смерть су­ще­ст­ву­ет лишь с тех пор, как на­ча­лась со­ци­аль­ная
  дис­кри­ми­на­ция мерт­вых. Ин­сти­тут смер­ти, рав­но как и
  ин­сти­ту­ты за­гроб­ной жиз­ни и бес­смер­тия, суть позд­ние
  за­вое­ва­ния по­ли­ти­че­ско­го ра­цио­на­лиз­ма жре­че­ских каст и
  церк­вей; имен­но на управ­ле­нии этой во­об­ра­жае­мой сфе­рой
  смер­ти они стро­ят свою власть.

Жан Бор­дий­яр


 
 
 
  Но нет заб­ве­ния, нет снов:
  есть толь­ко жи­вая плоть. По­це­луй свя­зы­ва­ет один
  рот с дру­гим
  пу­та­ной се­тью жи­вых кро­ве­нос­ных со­су­дов,
  а тот, кто чув­ст­ву­ет боль, бу­дет чув­ст­во­вать боль
  ка­ж­дый миг,
  а тот, кто бо­ит­ся смер­ти, бу­дет но­сить ее на сво­их
  пле­чах.
 
  Фе­де­ри­ко Гар­сиа Лор­ка
  (пе­ре­вод Ин­ны Ты­ня­но­вой)
 
 
 
 

Гла­ва пер­вая, в ко­то­рой Че­ло­век-Че­ре­па­ха, он же -

Яй­це­го­ло­вый, по­ку­ша­ет­ся на ми­ро­зда­ние


  Ай-ка-ю про­иг­рал "в струй­ку" Че­ло­ве­ку-Че­ре­па­хе три раза по три крем­ние­вых на­ко­неч­ни­ков для стрел, вме­сти­тель­ную ро­до­вую хи­жи­ну, рас­по­ло­жен­ную на по­чет­ной треть­ей ок­руж­но­сти от цен­тра де­рев­ни, увен­чан­но­го рас­пис­ным стол­бом, по ко­то­ро­му по празд­ни­кам Ша­ман взби­рал­ся на Не­бо, а так­же еди­но­кров­ную се­ст­ру Ай-ка-ноа, един­ст­вен­ным хо­зяи­ном и по­пе­чи­те­лем ко­то­рый он пре­бы­вал по смер­ти ро­ди­те­лей. Сия не­при­ят­ная, но впол­не жи­тей­ская ис­то­рия, ос­лож­ня­лась тре­мя - один дру­го­го ве­со­мее - не­со­от­вет­ст­вия­ми: во-пер­вых, ро­до­вая хи­жи­на на­сле­до­ва­лась по ма­те­рин­ской ли­нии до­че­рью, а не сы­ном и, сле­до­ва­тель­но, по пра­ву при­над­ле­жа­ла Ай-ка-ноа, еще не дос­тиг­шей брач­но­го воз­рас­та и на­хо­дя­щей­ся под столь не­на­деж­ной опе­кой стар­ше­го бра­та; во-вто­рых, Ай-ка-ноа еще до ро­ж­де­ния бы­ла обе­ща­на не ко­му-ни­будь, а са­мо­му Ве­ли­ко­му охот­ни­ку; и третье не­со­от­вет­ст­вие, во­ис­ти­ну кос­мо­ло­ги­че­ско­го ха­рак­те­ра, за­клю­ча­лось в том, что по­бе­ди­те­лю в со­стя­за­нии, Че­ло­ве­ку-Че­ре­па­хе, ни­ко­гда не от­ли­чав­ше­му­ся лов­ко­стью в охо­те и со­би­ра­тель­ст­ве, (от­сю­да, кста­ти, и его про­зви­ще, ибо из­древ­ле ве­дет­ся, что обыч­ный че­ло­век дос­то­ин толь­ко сво­его име­ни, а про­зви­ще при­сваи­ва­ет­ся ли­бо за ве­ли­кие за­слу­ги пе­ред пле­ме­нем, ли­бо, мяг­ко го­во­ря, на­обо­рот) уже мно­го кру­го­во­ро­тов Ко­ле­са Вре­мен на­зад здо­ро­во по­вез­ло быть ра­зо­рван­ным ягуа­ром и на за­кон­ном ос­но­ва­нии пе­ре­брать­ся в Ниж­ний пре­дел. Там он ник­чем­ный, по зем­ным по­ня­ти­ям, че­ло­век весь­ма пре­ус­пел в муд­ре­ном ис­кус­ст­ве сло­же­ния и вы­чи­та­ния. Пре­неб­ре­гая ра­до­стя­ми не­зем­но­го бла­жен­ст­ва, Че­ло­век-Че­ре­па­ха по­свя­тил всю имею­щую­ся в его рас­по­ря­же­нии Веч­ность ос­но­ва­тель­ным за­ня­ти­ям ма­те­ма­ти­кой и фи­ло­со­фи­ей. На этом по­при­ще сни­скал боль­шое ува­же­ние сре­ди мерт­вых со­пле­мен­ни­ков и был удо­сто­ен но­во­го про­зви­ща - Яй­це­го­ло­вый. На офи­ци­аль­ном уров­не это вы­ра­жа­лось в из­бра­нии быв­ше­го не­до­те­пы на долж­ность по­ве­ли­те­ля Ниж­не­го пре­де­ла. Ранг, рав­но­силь­ный ран­гу гре­че­ско­го Аи­да (Га­де­са) или рим­ско­го Плу­то­на, с той су­ще­ст­вен­ной раз­ни­цей, что те по­лу­чи­ли его по бла­ту при раз­де­ле ми­ра по­сле по­бе­ды над ти­та­на­ми, а Че­ре­па­ха до­бил­ся все­го сво­им умом. В этом смыс­ле не­по­сто­ян­ст­во зем­но­го уде­ла с лих­вой бы­ло пе­ре­плю­ну­то не­по­сто­ян­ст­вом по­смерт­но­го бы­тия.
  Жизнь (смерть) в Ниж­нем пре­де­ле под управ­ле­ни­ем Че­ре­па­хи за­ла­ди­лась. Жи­вым людям, на­ве­щав­шим мерт­вых род­ст­вен­ни­ков, ос­та­ва­лось толь­ко удив­лять­ся их до­воль­но­му и сы­то­му ви­ду. А ведь так бы­ло не все­гда. В иные вре­ме­на от оби­та­те­лей "бла­жен­ной оби­те­ли"
  смер­де­ло смер­тель­ным уны­ни­ем. Из все­го это­го мож­но за­клю­чить, что тол­ко­во­му фи­ло­со­фу и ма­те­ма­ти­ку не фи­га ез­дить в раз­ные си­ра­ку­зы ис­кать при­клю­че­ний на соб­ст­вен­ную зад­ни­цу. Впол­не дос­та­точ­но уме­реть. Кста­ти, упо­ми­на­ние про­шло­го (зем­но­го) про­зви­ща по­ве­ли­те­ля по­чи­та­лось те­перь в Ниж­нем пре­де­ле страш­ном та­бу, за на­ру­ше­ние ко­то­ро­го впол­не мож­но бы­ло уго­дить об­рат­но в Верх­ний пре­дел, что при ны­неш­нем хо­зяй­ст­вен­ном по­во­ро­те не су­ли­ло, ра­зу­ме­ет­ся, ни­че­го хо­ро­ше­го.
  Ай-ка-ю, не­со­мнен­но, был рад вы­дать се­ст­ру за столь ува­жае­мо­го мерт­во­го че­ло­ве­ка, ко­то­рый, за­быв про­шлые оби­ды, сам вы­брал его на­пар­ни­ком для со­стя­за­ния. Од­на­ж­ды, глу­бо­кой но­чью, ко­гда все оби­та­те­ли Муж­ско­го до­ма, не ис­клю­чая и са­мо­го Ай-ка-ю, (хо­ло­стя­ки, юно­ши, го­то­вя­щие­ся к ини­циа­ции или про­сто по­ссо­рив­шие­ся со свои­ми бла­го­вер­ны­ми му­жья) креп­ко спа­ли, Че­ло­век-Че­ре­па­ха соб­ст­вен­ной пер­со­ной поя­вил­ся на по­ро­ге. Жес­та­ми он по­до­звал к се­бе Ай-ка-ю.
  - При­вет­ст­вую те­бя, Че­ло­век-Че­ре­па­ха, - ска­зал юно­ша, пре­кло­няя ко­ле­ни.
  - Мо­жешь на­зы­вать ме­ня про­сто Яй­це­го­ло­вым, - ми­ло­сти­во раз­ре­шил тот. - Как я
  по­смот­рю, здесь, в Верх­нем пре­де­ле, не слиш­ком-то це­нят столь от­важ­но­го вои­на. Хо­рош ли ты в стрель­бе из лу­ка?
  - С трех ша­гов мо­гу по­ра­зить ка­ба­на, - гор­до от­ве­тил Ай-ка-ю.
  - Но, го­во­рят, в ис­кус­ст­ве пус­кать струю на даль­ность те­бе нет рав­ных?
  - Ты прав ... Яй­це­го­ло­вый. - Честь на­зы­вать со­бе­сед­ни­ка его смерт­ным име­нем
  да­лась Ай-ка-ю не лег­ко. - Я уже про­сил Во­ж­дя при­сво­ить мне про­зви­ще Ве­ли­кий пус­ка­тель струи. Но он про­гнал ме­ня от се­бя.
  - Очень не ра­зум­но с его сто­ро­ны, - за­ме­тил Яй­це­го­ло­вый.
  - А тот, кто скла­ды­ва­ет сло­ва в пес­ни, Ар-фу-а, пред­ло­жил на­зы­вать ме­ня Ве­ли­ким
  ис­пус­ка­те­лем га­зов, - дро­жа от оби­ды, до­ба­вил Ай-ка-ю.
  - Ар-фу-а толь­ко и спо­со­бен со­чи­нять хва­леб­ные гим­ны в честь Во­ж­дя и Охот­ни­ка, -
  пре­зри­тель­но ска­зал Яй­це­го­ло­вый.
  - Еще он со­чи­ня­ет лю­бов­ные пес­ни, от ко­то­рых жен­щи­ны виз­жат и ка­та­ют­ся по
  зем­ле, как Ша­ман на празд­ни­ке Пол­но­лу­ния, - ше­по­том со­об­щил Ай-ка-ю
  - Очень опас­ный че­ло­век. Дер­жись от не­го по­даль­ше.
  - А ведь его про­чат в во­ж­ди, ко­гда в по­след­ний, три­ж­ды тре­тий раз, Ко­ле­со Вре­мен обер­нет­ся во­круг сво­ей оси и ны­неш­ний вождь дол­жен бу­дет уме­реть. Его или Ве­ли­ко­го охот­ни­ка.
  - День не свет­лее но­чи, - за­ме­тил Яй­це­го­ло­вый. - Не по­ра ли те­бе, во­ин, пе­ре­брать­ся в Ниж­ний пре­дел и за­нять ме­сто по пра­вую ру­ку от ме­ня, как ты то­го и дос­то­ин?
  - Но сей­час нет вой­ны, а Древ­ний За­кон за­пре­ща­ет по соб­ст­вен­ной во­ле пе­ре­хо­дить в Ниж­ний пре­дел.
  - Хм-м, а как на­счет то­го, что­бы нам по­со­рев­но­вать­ся в пус­ка­нии струи? На­де­юсь, это­го-то Древ­ний За­кон не за­пре­ща­ет! Ес­ли по­бе­дишь ме­ня, я по­мо­гу те­бе воз­вы­сить­ся в Ниж­нем пре­де­ле.
  - То есть ты сам убь­ешь ме­ня?! Но ведь это са­мое страш­ное та­бу! Древ­ний За­кон гла­сит, что ес­ли мерт­вый убь­ет жи­во­го или, на­про­тив, жи­вой на­не­сет ка­кой-ли­бо ущерб мерт­во­му, зем­ля не при­мет от­ступ­ни­ка. Ду­ша его за­то­чит­ся в ка­мень и пре­бу­дет там до скон­ча­ния вре­мен.
  - Не ду­май об этом, во­ин. Не будь я Яй­це­го­ло­вым, ес­ли не при­ду­маю, как со­блю­сти За­кон и са­мим не ос­тать­ся в на­кла­де. Дос­та­вай свой лук и го­товь­ся к по­един­ку.
  - Но ведь За­кон!.. За­кон обой­ти не воз­мож­но, - дро­жа от стра­ха, шеп­тал Ай-ка-ю.
  - Нет ни­че­го не­воз­мож­но­го для ум­но­го че­ло­ве­ка. Тем бо­лее, ес­ли он мертв. Те­бя убь­ют свои же. Жи­вые. Ес­ли хо­чешь кон­крет­но, сам Ве­ли­кий охот­ник убь­ет те­бя, - ус­по­ко­ил его Яй­це­го­ло­вый.
  - Я по­нял всю глу­би­ну твое­го за­мыс­ла, Ве­ли­кий мерт­вый че­ло­век, - про­мол­вил
  Ай-ка-ю.- Ты пред­ла­га­ешь мне не да­вать раз­ре­ше­ния на брак се­ст­ры с Ве­ли­ким охот­ни­ком. Тот вспыль­чив, как хво­рост ...
  - Ес­ли бы ты мог по­нять мой за­мы­сел, то ты и был бы Яй­це­го­ло­вым, а я - Ай-ка-ю, - улыб­нул­ся со­бе­сед­ник. - За­чем нам драз­нить по­пу­га­ев? По­ло­жись на ме­ня и ско­ро, очень ско­ро, вой­дешь в Ниж­ний пре­дел не без­дом­ным ка­ст­ра­том-се­ст­ро­убийцей, а мерт­вым че­ло­ве­ком, ока­зав­шим ус­лу­гу са­мо­му Яй­це­го­ло­во­му! А он, Яй­це­го­ло­вый, как из­вест­но, не за­бы­ва­ет сво­их дру­зей, - с па­фо­сом объ­я­вил Че­ре­па­ха, по­ми­ная са­мо­го се­бя в треть­ем ли­це и соз­да­вая тем са­мым пре­це­дент, столь це­ни­мый по­сле­дую­щи­ми по­ко­ле­ния­ми вла­дык обо­их ми­ров.
  - Я по­ла­га­юсь на те­бя, Яй­це­го­ло­вый, - ска­зал Ай-ка-ю.
  - Итак, веч­ное бла­жен­ст­во в Ниж­нем пре­де­ле про­тив...
  - ... три­ж­ды по три от­шли­фо­ван­ных мел­ким мор­ским пес­ком крем­ние­вых на­ко­неч­ни­ков для стрел, - при­нял вы­зов Ай-ка-ю.
  - Од­на­ко ма­ло ты це­нишь бла­жен­ст­во Ниж­не­го пре­де­ла, ес­ли пред­ла­га­ешь та­кую ни­чтож­ную це­ну, - ус­мех­нул­ся Яй­це­го­ло­вый. - По­ду­май, Ай-ка-ю, воз­мож­но, по­род­нив­шись с Ве­ли­ким охот­ни­ком, глав­ным пре­тен­ден­том на зва­ние во­ж­дя, ты зай­мешь ме­сто по его пра­вую ру­ку и ста­нешь вто­рым гос­по­ди­ном Верх­не­го пре­де­ла. Мно­гие вои­ны меч­та­ют о та­кой удаче.
  ­Но Ай-ка-ю уже сде­лал свой вы­бор. Глу­пость име­ет стран­ное свой­ст­во ужи­вать­ся с трез­вым рас­суд­ком. Ис­то­рия зна­ет мно­го изо­щрен­ных ком­би­на­ций, про­из­ве­ден­ных че­ло­ве­ком на пу­ти к соб­ст­вен­но­му кра­ху. Что это? Па­то­ло­ги­че­ское вле­че­ние к смер­ти? Со­всем нет. Вся бе­да в том, что глав­ные, фун­да­мен­таль­ные по­ступ­ки не про­счи­ты­ва­ют­ся ло­ги­че­ски, а да­ют­ся нам ис­клю­чи­тель­но в ин­туи­ции. Же­нить­ся ли на этой жен­щи­не? Уе­хать ли на ПМЖ в Аме­ри­ку? Что, кро­ме ин­туи­ции, не­осоз­нан­ной ра­бо­ты не рас­суд­ка, но ра­зу­ма, мо­жет под­ска­зать вы­ход?
  Ай-ка-ю пре­крас­но по­ни­мал, что в Верх­нем пре­де­ле ему "не све­тит". По­род­нись он хоть с са­мим Во­ж­дем, все рав­но ос­та­вал­ся бы в по­ло­же­нии ме­ст­но­го ду­рач­ка, до­бы­ваю­ще­го се­бе и се­ст­ре про­пи­та­ние не су­ро­вым муж­ским ре­мес­лом, а за­ба­вой, по­доб­но на­шим иг­рам "в коз­ла" или "в ду­ра­ка"(пре­фе­ранс, ра­зу­ме­ет­ся, не в счет). Дру­гой во­прос, стои­ло ли де­лать став­ку на Яй­це­го­ло­во­го? Вот тут-то ни­что, кро­ме ин­туи­ции, нам не по­мощ­ник.
  - Я до­бав­лю свою ро­до­вую хи­жи­ну... - на­чал бы­ло Ай-ка-ю.
  - ...при­над­ле­жа­щую тво­ей се­ст­ре, - за­кон­чил за не­го Яй­це­го­ло­вый. - С та­ким же ус­пе­хом ты мо­жешь пред­ло­жить мне всю де­рев­ню или всех жен­щин, в ней про­жи­ваю­щих.
  - По­слу­шай, Яй­це­го­ло­вый! Ты сам пред­ло­жил мне пе­ре­брать­ся в Ниж­ний пре­дел. Сам обе­щал свое по­кро­ви­тель­ст­во, а те­перь об­став­ля­ешь свое пред­ло­же­ние ку­чей раз­ных ус­ло­вий, - не на шут­ку оби­дел­ся Ай-ка-ю, в за­па­ле по­за­быв, с кем име­ет де­ло.
  Что-то, по­доб­ное удив­ле­нию, про­мельк­ну­ло в туск­лых гла­зах мерт­во­го че­ло­ве­ка. На­ли­чия здра­во­го рас­суд­ка у сво­его со­бе­сед­ни­ка он яв­но не по­доз­ре­вал. Уло­вить эту ду­шу ка­за­лось та­ким про­стым де­лом. При­дет­ся на­чи­нать все с на­ча­ла.
  - Не оби­жай­ся, Ай-ка-ю, - при­ми­ри­тель­но ска­зал Яй­це­го­ло­вый. - Я пред­ла­гал те­бе Ниж­ний пре­дел, по­то­му что ви­дел, как ма­ло те­бя це­нят здесь. Вся­кая вещь име­ет свою це­ну. Ес­ли я пред­ло­жу те­бе за бо­ро­ва од­ну пер­ла­мут­ро­вую ра­ко­ви­ну, ты рас­сме­ешь­ся мне в ли­цо.
  Яй­це­го­ло­вый со­шел с ума, ска­жут лю­ди, и бу­дут пра­вы. Вся­кая сдел­ка долж­на быть рав­но­цен­ной или, по край­ней ме­ре, ка­зать­ся та­ко­вой. Ты за­бы­ва­ешь, мой маль­чик, что я пред­ла­гаю те­бе да­же не об­мен, а со­стя­за­ние, в ко­то­ром ты за­ве­до­мо силь­нее ме­ня. На­до, что­бы лю­ди ска­за­ли: Ай-ка-ю, как ис­тин­ный во­ин, не по­бо­ял­ся по­ста­вить на кон са­мое до­ро­гое и вы­иг­рал по пра­ву. Толь­ко это­го я до­би­ва­юсь от те­бя, сы­нок!
  Са­мое до­ро­гое? Но что са­мое до­ро­гое я мо­гу пред­ло­жить, за­ду­мал­ся при­сты­жен­ный Ай-ка-ю. По­лу­чить по бла­ту веч­ное бла­жен­ст­во - лю­ди за­ви­ст­ли­вы и не пой­мут это­го. Здесь ну­жен дей­ст­ви­тель­но серь­ез­ный за­лог.
  - Че­хол от мое­го не­по­бе­ди­мо­го чле­на. Ай-ка-ноа раз­ук­ра­сил его перь­я­ми ара­ру­на, - ре­шил­ся, на­ко­нец, Ай-ка-ю.
  - Ма­ло, - по­ка­чал го­ло­вой Яй­це­го­ло­вый.
  - Це­лую горсть мор­ской галь­ки. Я нау­чу те­бя, Яй­це­го­ло­вый, тай­но­му ис­кус­ст­ву бро­сать ка­меш­ки так, что­бы они, как жи­вые, от­ска­ки­ва­ли от во­ды. Ты смо­жешь вы­иг­рать мно­го пло­дов хлеб­но­го де­ре­ва, ко­ко­сов и да­же же­ну.
  - Я не азар­тен, - на­чи­ная те­рять тер­пе­ние, вздох­нул Яй­це­го­ло­вый. - Ты что-то ска­зал на­счет же­ны? Это хо­ро­шая мысль. Ес­ли ты не мо­жешь по­ста­вить на кон хи­жи­ну, при­над­ле­жа­щую се­ст­ре, то кто за­пре­ща­ет те­бе пред­ло­жить Ай-ка-ноа мне в же­ны? Так мы убь­ем сра­зу двух му­равь­е­дов. Хи­жи­на, пусть да­же с под­се­ле­ни­ем в ви­де се­ст­ры, дос­та­точ­ный за­лог за веч­ное бла­жен­ст­во. Злые язы­ки не бу­дут иметь по­во­да по­су­да­чить. Боль­шин­ст­во со­чтет это за один из ва­ри­ан­тов квар­тир­ных ма­хи­на­ций, на ко­то­рые, как из­вест­но, смот­рят сквозь паль­цы.
  - Про­сти, Яй­це­го­ло­вый, я со­всем за­пу­тал­ся, - при­уныл Ай-ка-ю. - Зна­чит, так: ес­ли нель­зя по­ста­вить на кон про­сто хи­жи­ну, то мож­но по­ста­вить хи­жи­ну вме­сте с се­ст­рой...
  - Ну!
  - ... для это­го я дол­жен пред­ло­жить Ай-ка-ноа те­бе в же­ны...
  - Ко­неч­но!
  - ... и лю­ди не­че­го не за­по­доз­рят. Со­чтут за что-то вро­де об­ме­на с под­се­ле­ни­ем, так?
  - На­ко­нец-то! Ты умен, слов­но про­чи­тал от кор­ки до кор­ки "Эс­се о да­ре" Мар­се­ля
  Мос­са.
  - Что та­кое "мар­се­ля­мос­са" ?
  - Пле­мян­ник Дюрк­гей­ма...Пле­мян­ник Ра­мо... Ка­кая раз­ни­ца! В Ниж­нем пре­де­ле мно­го вся­ких стран­но­стей и, ес­ли ты не ду­рак по жиз­ни, смо­жешь из­влечь мас­су по­лез­но­го для се­бя.
  - Мар-се­ля-мос-са! Я не ду­рак по жиз­ни! Я по­лу­чу мно­го бо­гатств и мно­го жен­щин в
  Ниж­нем пре­де­ле! - во­зо­пил сча­ст­ли­вый Ай-ка-ю, но как это неред­ко слу­ча­ет­ся с ди­ка­ря­ми, от безу­держ­но­го вос­тор­га пе­ре­шел к пол­но­му уны­нию. - Да, но Ай-ка-ноа обе­ща­на Ве­ли­ко­му охот­ни­ку.
  - Опять два­дцать пять! - не вы­дер­жал, в свою оче­редь, Яй­це­го­ло­вый. - Толь­ко не спра­ши­вай ме­ня, су­кин сын, что та­кое "два­дцать пять"! Все рав­но не от­ве­чу! Пой­ми, шут го­ро­хо­вый, что у нас с то­бой не об­мен, а со­стя­за­ние. За­лог в ви­де хи­жи­ны и се­ст­ры ну­жен толь­ко для ле­ги­ти­ми­за­ции про­цес­са. Кто ме­ша­ет те­бе, глав­но­му писуну Верх­не­го пре­де­ла, по­бе­дить ме­ня?
  - Так бы сра­зу и ска­зал, - не­ожи­дан­но "про­зрел" Ай-ка-ю. - Глав­но­му писуну Верх­не­го пре­де­ла ни­что не по­ме­ша­ет по­бе­дить са­мо­го Яй­це­го­ло­во­го, - важ­но про­из­нес он, по­ла­гая се­бя уже од­ним из вла­сти­те­лей под­зем­но­го пле­ме­ни и, по при­ме­ру Яй­це­го­ло­во­го, апел­ли­руя к се­бе в треть­ем ли­це. - И то­гда он по­лу­чит веч­ное бла­жен­ст­во? И ся­дет по пра­вую ру­ку Яй­це­го­ло­во­го, что­бы каз­нить и ми­ло­вать?
  - Твои­ми ус­та­ми гла­го­лит ис­ти­на!
  - Я со­гла­сен. Это дос­той­ное па­ри двух дос­той­ных му­жей, - объ­я­вил Ай-ка-ю.
  Оба со­пер­ни­ка дер­ну­ли друг дру­га за по­ло­вые чле­ны в знак вза­им­но­го рас­по­ло­же­ния в
  пред­вку­ше­нии ско­ро­го пло­до­твор­но­го со­труд­ни­че­ст­ва.
 
 
  - Эй, лю­ди! Кто же­ла­ет быть сви­де­те­лем со­стя­за­ния мерт­во­го с жи­вым? Ай-ка-ю вы­став­ля­ет на кон свою се­ст­ру, юную кра­са­ви­цу Ай-ка-ноа, ро­до­вую хи­жи­ну и три­ж­ды по три крем­ние­вых на­ко­неч­ни­ков для стрел. Мерт­вый Че­ло­век-Че­ре­па­ха от­ве­ча­ет веч­ным бла­жен­ст­вом Ниж­не­го пре­де­ла, где ко­ко­со­вые оре­хи ве­ли­чи­ной с че­ло­ве­че­скую го­ло­ву, а пре­крас­ные же­ны ни­ко­гда не про­ти­вят­ся сво­им мужь­ям, - крик­нул Яй­це­го­ло­вый во мрак Муж­ско­го до­ма.
  Сдер­нув с по­ло­вых чле­нов ще­голь­ски за­кру­чен­ные со­ло­мен­ные рож­ки, то есть об­на­жив ору­жие, оба по­един­щи­ка вы­шли на ос­ве­щен­ную туск­лым лун­ным све­том пло­щадь, вста­ли у рас­пис­но­го стол­ба и из­го­то­ви­лись к бою. Все оби­та­те­ли Муж­ско­го до­ма вы­сы­па­ли на пло­щадь, что­бы не про­пус­тить не­бы­ва­ло­го зре­ли­ща. При­зрач­ны­ми те­ня­ми об­сту­пи­ли они ге­ро­ев, ста­ра­ясь не упус­тить ни­че­го из то­го, о чем впо­след­ст­вии дол­ги­ми ве­че­ра­ми у ко­ст­ров бу­дут рас­ска­зы­вать де­тям и вну­кам, а те - сво­им, и так до тех пор, по­ка сам по­еди­нок, рас­цве­чен­ный бас­но­слов­ны­ми под­роб­но­стя­ми, не по­пол­нит зо­ло­той фонд ме­ст­но­го фольк­ло­ра.
  Ар-ха-ю, са­мый по­чи­тае­мый из ста­рей­шин, при­ка­зал при­нес­ти мо­лоч­но­го по­ро­сен­ка. Двое под­ро­ст­ков, еще не про­шед­ших ини­циа­ции и пото­му не об­ре­зан­ных, взяв­шись за зад­ние и пе­ред­ние ла­пы, рас­тя­ну­ли виз­жа­щую туш­ку жи­вот­но­го и дер­жа­ли ее до тех пор, по­ка ста­рей­ши­на гру­бым ка­мен­ным то­по­ром не раз­ру­бил ее по­по­лам. Жерт­вен­ной кро­вью Ар-ха-ю ок­ро­пил обо­их бой­цов и за­ста­вил их прой­ти ме­ж­ду час­тя­ми животного. По­сле это­го он объ­я­вил, что страш­ное про­кля­тие бес­пло­дия па­дет на то­го из них, кто по­сме­ет на­ру­шить ус­ло­вие па­ри.
  Ай-ка-ю и Че­ре­па­ха скло­ни­ли го­ло­вы в знак со­гла­сия. При этом мно­гие из со­брав­ших­ся на пло­ща­ди муж­чин пре­крас­но по­ни­ма­ли всю не­со­об­раз­ность это­го не­ле­по­го па­ри, ибо ни­ко­му из жи­вых не до­во­ди­лось слы­шать, что от мерт­вых мо­гут ро­ж­дать­ся де­ти. О, ес­ли бы они мог­ли пред­ста­вить, к ка­ким кос­мо­ло­ги­че­ским по­след­ст­ви­ям в жиз­ни ма­лень­ко­го на­ро­да мо­гут при­вес­ти ре­зуль­та­ты это­го по­един­ка! Но они не зна­ли. Знать об этом мог толь­ко Ша­ман, но в это не­доб­рое ноч­ное вре­мя все­вла­стия злых ду­хов его не бы­ло на пло­ща­ди.
  Оба по­един­щи­ка вста­ли на од­ну ли­нию. Ос­мат­ри­вая свое вну­ши­тель­ное "ору­жие", ко­то­рое он ле­ле­ял и бе­рег, ред­ко упот­реб­ляя, к не­удо­воль­ст­вию жен­ской по­ло­ви­ны пле­ме­ни, по пря­мо­му на­зна­че­нию, Ай-ка-ю не удер­жал­ся и ки­нул взгляд в сто­ро­ну про­тив­ни­ка. Член Че­ло­ве­ка-Че­ре­па­хи, как и по­дав­ляю­ще­го чис­ла тол­стя­ков, вы­гля­дел ма­лень­ким и не­взрач­ным и, со­от­вет­ст­вен­но, не су­лил опа­се­ний. Толь­ко раз­ду­тое, как от во­дян­ки, брю­хо, поч­ти скры­вав­шее его от глаз, мог­ло за­ро­дить кое-ка­кие по­доз­ре­ния. Но к по­доб­ным опо­сре­до­ван­ным ана­ло­ги­ям Ай-ка-ю не был спо­со­бен. В серд­це сво­ем воз­ра­до­вал­ся он ско­рой по­бе­де и, не за­мед­ля, пус­тил струю.
  Воз­гла­сы одоб­ре­ния бы­ли ему на­гра­дой. Три раза по три и еще три ша­га от­счи­тал маль­чик, пре­ж­де чем во­ткнуть ко­пье на мес­те па­де­ния пер­вой ка­п­ли. Так удач­но Ай-ка-ю не вы­сту­пал уже дав­но. Три раза по три и еще три ша­га. Сколь­ко это бу­дет? Не­со­мнен­но, мно­го. Ни­кто из со­брав­ших­ся на пло­ща­ди муж­чин, за ис­клю­че­ни­ем, воз­мож­но, Че­ло­ве­ка-Че­ре­па­хи, не смог на­звать точ­ную циф­ру ша­гов, ибо в Верх­нем пре­де­ле та­ко­вой не су­ще­ст­во­ва­ло. Но так ли это важ­но? То не бы­ло вре­ме­нем все­вла­стия спор­тив­ных про­то­ко­лов. Не­зыб­ле­мое древ­ко ко­пья, тор­ча­щее, как фал­лос, про­из­во­ди­тель жиз­ни, го­во­ри­ло об од­ном - Ай-ка-ю не­по­бе­дим.
  А что же со­пер­ник? Все об­ра­ти­лись к Че­ло­ве­ку-Че­ре­па­хе. Ни­чуть не сму­щен­ный три­ум­фом Ай-ка-ю, тот про­из­во­дил ка­кие-то стран­ные ма­ни­пу­ля­ции со сво­им жи­во­том. По­хло­пы­вал, по­гла­жи­вал, раз­ми­нал кон­чи­ка­ми паль­цев этот ма­ло от­но­ся­щий­ся к при­ро­де со­стя­за­ния пред­мет. На­ко­нец, раз­дув, как ме­ха, свое уг­ро­жаю­ще­го ви­да брю­хо, он рез­ко от­ки­нул­ся на­зад и вы­пус­тил в не­бо струю.
  Впро­чем, "вы­пус­тил в не­бо" го­дит­ся толь­ко для фольк­ло­ра, уве­ко­ве­чив­ше­го впо­след­ст­вии этот пе­ре­лом­ный для еще не ис­то­рии мо­мент. "Ис­то­рия" обо всем объ­е­ме и пол­но­те это­го по­ня­тия толь­ко мая­чи­ла на го­ри­зон­те. Сия сиг­наль­ная ра­ке­та, зна­ме­ную­щая ско­рое окон­ча­ние вре­мен бас­но­слов­ных и ми­фо­ло­ги­че­ских, illo tem­pore в тер­ми­но­ло­гии Элиа­де или "при­мор­ди­аль­ных" с точ­ки зре­ния Ге­но­на, уш­ла в не­бо не под пря­мым уг­лом, но, со­об­ра­зу­ясь с ис­кус­ст­вом мор­тир­но­го об­стре­ла, под уг­лом 45 гра­ду­сов. Ины­ми сло­ва­ми, мерт­вый че­ло­век бил не пря­мой на­вод­кой, а по ду­ге. Пря­мая есть крат­чай­шее рас­стоя­ние ме­ж­ду дву­мя точ­ка­ми про­стран­ст­ва. Апел­ли­руя к не­из­вест­нос­ти, дей­ст­ву­ют, как пра­ви­ло, по ду­ге. Вся­кая ма­гия, ос­но­ван­ная ли на прин­ци­пах по­до­бия или вза­им­ной сим­па­тии (го­мео­па­ти­че­ская) или фун­ди­ро­ван­ная за­ко­ном со­при­кос­но­ве­ния и за­ра­же­ния (кон­та­ги­оз­ная), яв­ля­ет­ся свое­об­раз­ной па­ра­бо­лой по от­но­ше­нию к не дос­туп­но­му или опо­сты­лев­ше­му ра­цио­на­лиз­му. Со­вмес­ти­мы ли на­уч­ный и ма­ги­че­ский сти­ли мыш­ле­ния? Сколь угод­но! Со вре­мен Фи­ло­на Алек­сан­д­рий­ско­го, оп­ре­де­лив­ше­го гре­че­ский ра­цио­на­лизм на служ­бу иу­дей­ской мис­ти­ке, че­ло­век не ус­та­ет изо­щрять­ся в по­доб­но­го ро­да эк­зе­ге­ти­ке. Сред­не­ве­ко­вые схо­ла­сты боль­ше все­го це­ни­ли "бо­же­ст­вен­но­го" Ари­сто­те­ля, ис­поль­зуя де­фи­ни­цию "бо­же­ст­вен­ный" в непри­выч­ном для кли­ри­ка­лов пе­ре­нос­ном смыс­ле, так как ир­ра­цио­наль­но­го в ари­сто­те­лев­ских сил­ло­гиз­мах и с фо­на­рем не сы­щешь. Че­ло­век-Че­ре­па­ха обо­же­ст­в­лял При­ро­ду, что не ме­ша­ло ему пре­да­вать­ся фи­ло­соф­ским шту­ди­ям. От­ри­ца­тель­но и по­ло­жи­тель­но за­ря­жен­ные час­ти­цы име­ют вза­им­ную сим­па­тию друг к дру­гу. Впол­не на­уч­ный за­кон, вы­ра­жен­ный в ма­ги­че­ской тер­ми­но­ло­гии. Но ведь воз­мож­но и на­обо­рот. Но вер­нем­ся к на­шим ге­ро­ям. Итак, че­му учат нас ис­то­рия? Или да­же так, бо­лее ра­ди­каль­но: в чем смысл ис­то­рии? Не от­вле­ка­ясь на раз­ные ме­ло­чи вро­де ми­ро­вых бойнь и все­лен­ских ка­так­лиз­мов, глав­ный - он­то­ло­ги­че­ский - смысл ис­то­рии за­клю­чен в том, что ма­лень­кий фал­лос,- имен­но фал­лос, а не ка­кой-ни­будь, про­сти, Гос­по­ди, пе­нис, пусть да­же ги­гант­ских раз­ме­ров ("пе­нис, ме­ж­ду про­чим, то­же фал­ли­че­ский сим­вол", - со­стрил не­ко­гда мрач­ный швей­ца­рец Карл-Гус­тав Юнг) - ни­ко­гда не яв­лял­ся пре­пят­ст­ви­ем на пу­ти к со­вер­шен­ст­ву. На­по­ле­он и дру­гие ве­ли­кие му­жья под­твер­дят это. Воз­мож­но да­же, что имен­но он, Ма­лень­кий Фал­лос, слу­жит глав­ным сти­му­лом к пе­ре­уст­рой­ст­ву ми­ра. А при­со­во­ку­пи­те к это­му из­ряд­ную до­лю чес­то­лю­бия и "не­за­мы­лин­ные" моз­ги - все, пе­ред на­ми взры­во­опас­ная смесь, загасить которую весьма проблематично. Сча­ст­ли­вый об­ла­да­тель ма­лень­ко­го фал­ло­са и не­по­мер­но­го чес­то­лю­бия мерт­вый Че­ло­век-Че­ре­па­ха от­кро­вен­но на­сла­ж­дал­ся за­ме­ша­тель­ст­вом жи­вых со­пле­мен­ни­ков. Три раза по три, не­со­мнен­но, со­вер­шен­ное чис­ло. Но ес­ли к од­но­му со­вер­шен­но­му чис­лу при­ба­вить еще од­но со­вер­шен­ное чис­ло - это что же по­лу­ча­ет­ся? Со­вер­шен­ст­во вдвой­не? В чем же то­гда смысл со­вер­шен­ст­ва? Итог: со­вер­шен­ст­во плюс не­до­со­вер­шен­ст­во про­тив уд­во­ен­но­го со­вер­шен­ст­ва. По все­му вы­хо­ди­ло, что мерт­вый че­ло­век по­бе­дил.
  Ар-ха-ю под­нял хо­лод­ную, как лед, ру­ку Че­ре­па­хи. Оди­ноч­ны­ми раз­роз­нен­ны­ми воз­гла­са­ми са­мые мо­ло­дые и са­мые ста­рые чле­ны пле­ме­ни при­вет­ст­во­ва­ли по­бе­ди­те­ля. Боль­шин­ст­во со­брав­ших­ся на пло­ща­ди муж­чин без­молв­ст­во­ва­ло, ста­ра­тель­но от­го­няя от се­бя мысль о тех­но­ло­гии реа­ли­за­ции свя­щен­но­го пра­ва по­бе­ди­те­ля, всту­пив­ше­го в про­ти­во­ре­чие с не ме­нее свя­щен­ным пра­вом до­го­во­ра. Уже с на­сту­п­ле­ни­ем рас­све­та им пред­сто­ит быть сви­де­те­ля­ми то­го, как Вождь на гла­зах все­го пле­ме­ни, слов­но на­шко­див­ше­го маль­чиш­ку, от­чи­ты­ва­ет гла­ву ста­рей­шин Ар-ха-ю, по не­до­ра­зу­ме­нию ока­зав­ше­го­ся этой но­чью в Муж­ском до­ме и сво­им при­сут­ст­ви­ем уза­ко­нив­шим по­еди­нок, а глав­ный со­вет­ник, по­эт Ар-фу-а, усев­шись по­сре­ди пло­ща­ди, ло­ма­ет го­ло­ву в бес­плод­ной по­пыт­ке со­еди­нить не­со­еди­ни­мое - пра­во жи­вых и пра­во мерт­вых. Ве­ли­кий охот­ник уда­лит­ся в свою хи­жи­ну и не бу­дет по­да­вать при­зна­ков жиз­ни. Страш­ный Ша­ман, при­быв­ший на ут­лой лод­чон­ке с де­ре­вян­ны­ми плав­ни­ка­ми с той сто­ро­ны, где солн­це опус­ка­ет­ся в оке­ан, нач­нет ис­чер­чи­вать паль­мо­вые лис­ты не­по­нят­ны­ми зна­ка­ми... Но все это слу­чит­ся толь­ко с на­сту­п­ле­ни­ем рас­све­та.
  - Яй­це­го­ло­вый, а как же наш до­го­вор? Ты обе­щал взять ме­ня в Ниж­ний пре­дел, ес­ли я вы­иг­раю.
  - А ты вы­иг­рал?
  - Нет, но...
  - Не пе­чаль­ся, Ай-ка-ю. Яй­це­го­ло­вый сдер­жит свое сло­во. Ты го­во­ришь, он вспыль­чив, как хво­рост? Зна­чит, очень ско­ро ты при­ве­дешь мне мою бу­ду­щую суп­ру­гу Ай-ка-ноа в Ниж­ний пре­дел.
  - И то­гда Ай-ка-ю ся­дет по твою пра­вую ру­ку?
  - При на­ли­чии от­сут­ст­вия ... - ус­мех­нул­ся Яй­це­го­ло­вый.
  - Че­го?
  - Серь­ез­ных уве­чий на брен­ном те­ле. Бе­ре­ги се­бя, Ай-ка-ю, - на­пут­ст­во­вал Яй­це­го­ло­вый, рас­тво­ря­ясь в пред­рас­свет­ном ту­ма­не.
 
 

Гла­ва вто­рая, в ко­то­рой за­кла­ды­ва­ют­ся ос­но­вы пер­вой оп­по­зи­ции


 
 
 
  По­ка Ай-ка-ю пре­бы­вал в пред­вку­ше­нии ско­ро­го пе­ре­се­ле­ния в Ниж­ний пре­дел, где, бла­го­да­ря род­ст­ву с Яй­це­го­ло­вым, его дос­то­ин­ст­ва взве­сят и ощу­па­ют бо­лее тща­тель­ным об­ра­зом, сам Ве­ли­кий охот­ник грыз древ­ко ко­пья, уе­ди­нив­шись в сво­ей хи­жи­не. На­де­лав­ший мно­го шу­ма по­еди­нок с мерт­вым че­ло­ве­ком не вы­хо­дил у не­го из го­ло­вы не толь­ко по­то­му, что ка­сал­ся его лич­но. Де­ло пред­став­ля­лось ему мно­го тонь­ше и слож­нее, чем ка­за­лось на пер­вый взгляд, и из су­гу­бо меж­лич­но­ст­ных от­но­ше­ний пе­ре­хо­ди­ло в не­кую - ме­та­фи­зи­че­скую - плос­кость. Че­ло­век-Че­ре­па­ха да­ле­ко не ду­рак и за­те­ял свое пред­при­ятие не из празд­но­го лю­бо­пыт­ст­ва: ку­да кри­вая вы­ве­дет? В неж­ные чув­ст­ва к его не­вес­те Охот­ник, не­пло­хо знав­ший Че­ре­па­ху еще при жиз­ни, ве­рил сла­бо. Во всем этом без­обра­зии он, а так­же Вождь и по­эт Ар-фу-а, "ин­тел­лек­ту­аль­ная" эли­та пле­ме­ни, ус­мат­ри­ва­ли пря­мое по­ку­ше­ние на ос­но­вы ми­ро­зда­ния. ( Кста­ти, не лиш­нее от­ме­тить, что гра­ни­ца ме­ж­ду дву­мя ми­ра­ми, дос­та­точ­но от­чет­ли­вая в ис­то­ри­че­ские вре­ме­на, в замк­ну­том цик­ле не­ли­ней­но­го вре­ме­ни ка­за­лась весь­ма зыб­кой и ед­ва раз­ли­чи­мой.) Древ­ний За­кон, ус­та­нов­лен­ный Ве­ли­ким Не­из­вест­ным, рас­кру­тив­шим Ко­ле­со Вре­мен, за­по­ве­до­вал веч­ную и не­ру­ши­мую друж­бу сре­ди жи­вых и мерт­вых. Лич­ные об­ще­ния ме­ж­ду дву­мя "аг­ре­гат­ны­ми" со­стоя­ния­ми ро­да че­ло­ве­че­ско­го не воз­бра­ня­лись, а, на­про­тив, все­це­ло при­вет­ст­во­ва­лись. И что са­мое глав­ное - не ну­ж­да­лись в по­сред­ни­ке, па­ра­зи­ти­рую­щем на этом об­ще­нии. Эда­кая пер­во­быт­ная раз­но­вид­ность со­вре­мен­но­го про­тес­тан­тиз­ма. Не­пре­лож­ность вза­им­но­го об­ме­на да­ра­ми ни­ко­гда не под­вер­га­лась со­мне­нию, на­хо­дя свое край­нее вы­ра­же­ние в жерт­ве во­ж­дя пле­ме­ни в дар мерт­вым со­ро­ди­чам по за­вер­ше­нии три­ж­ды­пот­рие­ди­но­го цик­ла прав­ле­ния. До­пус­ка­лись ли бра­ки ме­ж­ду жи­вы­ми и мерт­вы­ми? Да, и не ред­ко, но это бы­ли, ско­рее, вы­ну­ж­ден­ные бра­ки, но не в на­шем праг­ма­ти­че­ском смыс­ле: "сде­лал" де­вуш­ке ре­бен­ка - из­воль же­нить­ся! Муж­чи­на мог по­гиб­нуть во вре­мя вой­ны или на охо­те, а пред­на­зна­чен­ная ему не­вес­та, но не же­на, долж­на бы­ла по­сле­до­вать за сво­им воз­люб­лен­ным: ее с раз­ной сте­пе­нью жес­то­ко­сти, в за­ви­си­мо­сти от ран­га по­гиб­ше­го, пре­да­ва­ли смер­ти на мо­ги­ле же­ни­ха. Чем боль­шим ве­сом в об­ще­ст­ве об­ла­дал ушед­ший, тем боль­ше му­че­ний при­хо­ди­лось пре­тер­пе­вать не­сча­ст­ной в свой по­след­ний миг, рас­тя­ги­ваю­щий­ся ино­гда на це­лые ча­сы не­пре­рыв­ных изу­верств, со­об­ра­зу­ясь с ма­ло дос­туп­ным со­вре­мен­но­му ра­зу­му пред­став­ле­ни­ям о том, что ко­ли­че­ст­во стра­да­ний жерт­вы пря­мо про­пор­цио­наль­но сте­пе­ни ува­же­ния, ока­зы­вае­мо­го пле­ме­нем по­гиб­ше­му со­ро­ди­чу.
  Он­то­ло­гия ис­то­рии как об­ра­ще­ние к пер­во­ос­но­вам ма­ло на­по­ми­на­ет ра­зу­да­лые ми­фы о при­клю­че­ни­ях Ге­рак­ла. Бо­лее под­хо­дит ана­ло­гия с "эт­но­гра­фи­че­ской" ди­ло­ги­ей Па­зо­ли­ни, но на не­сколь­ко по­ряд­ков жест­че. Одо­маш­ни­ва­ние жи­вот­ных по­сред­ст­вом ско­то­ло­ж­ст­ва - вот при­мер об­ра­ще­ния к пер­во­ис­то­кам. При­ро­да, ве­ли­кая на­смеш­ни­ца, обо­жа­ет со­от­но­сить самое вы­со­кое с наи­бо­лее низ­мен­ным. "Царь Эдип" Со­фок­ла или "Вак­хан­ки" Ев­ри­пи­да пы­та­лись ис­сле­до­вать эту му­чи­тель­ную для со­вре­мен­но­го че­ло­ве­ка об­ласть зна­ний. Но то бы­ли гре­ки, со­вер­шен­но нело­гич­ная по­пу­ля­ция, на не­сколь­ко ве­ков вы­прыг­нув­шая, как из шта­нов, из соб­ст­вен­ной, ма­ло от­лич­ной от дру­гих на­ро­дов ис­то­рии.
  Наш ма­лень­кий ми­рок, пол­ный не­здо­ро­вых эк­заль­та­ций юных дев с не­оп­ре­де­лен­ны­ми ви­да­ми на бу­ду­щее, раз­ня­щи­ми­ся от простых ра­до­стей се­мей­но­го оча­га до "по­чет­ной обя­зан­но­сти" уме­реть на жерт­вен­ном ло­же, а так­же тос­ки без­утеш­ных вдов, ли­шен­ных да­же это­го убо­го вы­бо­ра, был бе­ре­ме­нен за­ро­ж­де­ни­ем но­во­го куль­та, при­зван­но­го дать вы­ход на­ко­пив­шей­ся энер­гии жен­ско­го ли­би­до. Про­воз­ве­ст­ни­ком это­го куль­та вы­сту­пил по­эт Ар-фу-а. Раз в два-три ме­ся­ца жен­щи­ны со­би­ра­лись не­по­да­ле­ку от са­краль­ной тер­ри­то­рии де­рев­ни, на греш­ной зем­ле, на­по­ен­ной се­ме­нем до­ж­дя и со­ка­ми про­би­ваю­щих­ся к солн­цу мо­ло­дых по­бе­гов рас­те­ний, и раз­во­ди­ли ги­гант­ский кос­тер. Ин­те­рес­но, что ча­са это­го празд­не­ст­ва ни­кто за­ра­нее не оп­ре­де­лял, но лю­бая из уча­ст­ниц без­оши­боч­но пред­чув­ст­во­ва­ла его по на­ко­пив­ше­му­ся внут­рен­не­му на­пря­же­нию, тре­бую­ще­му не­пре­мен­ной раз­ряд­ки. Как мо­тыль­ки к све­ту лам­пы, тя­ну­лись они, по­ви­ну­ясь ин­стинк­ту, к жа­ру это­го по­гре­баль­но­го ко­ст­ра, а там, пре­да­ва­ясь не­ис­то­вым эро­ти­че­ским тан­цам под зву­ки тре­ще­ток и ка­ле­ба­сов, не ред­ко са­ми бро­са­лись в огонь и гиб­ли под вос­тор­жен­ные кри­ки обе­зу­мев­ших под­руг. По­гиб­нуть в этом ко­ст­ре не­уто­лен­ных же­ла­ний счи­та­лось де­лом весь­ма по­чет­ным. И че­го тут бы­ло боль­ше - дио­нис­сий­ско­го бе­зу­мия или ущем­лен­но­го ма­те­рин­ско­го пра­ва, вос­пе­то­го впо­след­ст­вии Ба­хо­фе­ным, - нам не на­до пре­ду­га­дать. А воз­мож­но, все де­ло об­стоя­ло го­раз­до про­за­ич­нее, и са­ма При­ро­да, по­ви­ну­ясь за­ко­ну со­хра­не­ния ба­лан­са в по­пу­ля­ции, про­во­ци­ро­ва­ла эти вспыш­ки бе­зу­мия.
  Од­но­знач­но мож­но ска­зать толь­ко то, что Древ­ний За­кон не одоб­рял этих ор­гий. Но сей­час, в не­ста­биль­ный пе­ри­од пе­ре­хо­да от ани­миз­ма к по­ли­те­из­му, сам он, Древ­ний За­кон, не чув­ст­во­вал под со­бой креп­ких ос­но­ва­ний. Вся на­де­ж­да на ста­ри­ков (хо­тя ка­кая, от­кро­вен­но го­во­ря, на них на­де­ж­да!) и вос­пи­тан­ную в ду­хе ува­же­ния к тра­ди­ци­ям мо­ло­дежь. Но вос­пи­та­те­ли кто? Уж не те ли, кто вме­сто не­зыб­ле­мо­го и всем по­нят­но­го на­ту­раль­но­го об­ме­на при­ду­мал ис­поль­зо­вать пер­ла­мут­ро­вые ра­ко­ви­ны в ка­че­ст­ве все­об­ще­го эк­ви­ва­лен­та? Со­вер­шен­ное чис­ло "три раза по три", взя­тое со­вер­шен­ное чис­ло раз, - пе­ре­ве­ди это ко­ли­че­ст­во в пер­ла­мутр и, из­воль, по­лу­чи лук со стре­ла­ми. Гряз­ный бо­ров сто­ил од­но со­вер­шен­ное чис­ло пер­ла­мут­ро­вых ра­ко­вин. А вот бла­жен­ст­во в Ниж­нем пре­де­ле, как ока­за­лось, и то­го мень­ше, - отос­сысь всласть - и мо­жешь вку­шать ко­ко­сов, ве­ли­чи­ной с че­ло­ве­че­скую го­ло­ву, и пре­крас­ных жен, не знаю­щих от­ка­за.
  В не­ко­то­ром смыс­ле это бы­ло скан­даль­ное вре­мя бес­при­мер­но­го уни­же­ния са­мой фи­ло­со­фии. Ос­но­вы­ва­ясь на ана­ли­зе то­вар­ной фор­мы, один из "по­пут­чи­ков" франк­фурт­ской шко­лы Альф­ред Зон-Ре­тель внес не­раз­бе­ри­ху в эпи­сте­мо­ло­гию, пред­по­ло­жив не­кую фор­му мыс­ли, пред­ше­ст­вую­щую са­мой мыс­ли - "ре­аль­ную аб­ст­рак­цию". "Аб­ст­рак­ция об­ме­на не есть мысль, но она име­ет фор­му мыс­ли", - пи­сал он. Внеш­няя по от­но­ше­нию к са­мой мыс­ли дей­ст­ви­тель­ность "ре­аль­ной аб­ст­рак­ции" су­ще­ст­во­ва­ла за­дол­го до по­яв­ле­ния фи­ло­соф­ской реф­лек­сии. Эта как бы буль­он, про­то­плаз­ма, из ко­то­рой за­ро­ди­лась мысль. Наи­бо­лее ин­те­рес­ной и сущ­но­ст­ной ха­рак­те­ри­сти­кой это­го сим­во­ли­че­ско­го по­ряд­ка бы­тия яв­ля­ет­ся его прин­ци­пи­аль­ное не­осоз­но­ва­ние субъ­ек­том. "Это не-зна­ние дей­ст­ви­тель­но­сти яв­ля­ет­ся ча­стью его су­ти", - пре­ду­пре­ж­да­ет Зон-Ре­тель. По ме­ре соб­ст­вен­но­го осоз­на­ния эта па­ра­док­саль­ная фор­ма бы­тия те­ря­ет свой он­то­ло­ги­че­ский ста­тус. Всем па­мя­тен анек­дот: од­на­ж­ды со­ро­ко­нож­ку спро­си­ли, в ка­ком по­ряд­ке она пе­ре­став­ля­ет свои нож­ки. Со­ро­ко­нож­ка за­ду­ма­лась и ут­ра­ти­ла спо­соб­ность дви­гать­ся. Так и у нас: чу­де­са воз­мож­ны до тех пор, по­ка мы при­ни­ма­ем их как дан­ность и не вне­дря­ем­ся мыс­лью в их при­ро­ду. Это как раз тот пре­дель­ный слу­чай, ко­гда при­сут­ст­вие на­блю­да­те­ля раз­ру­ша­ет са­му воз­мож­ность экс­пе­ри­мен­та.
 
 
  Ве­ли­кий охот­ник по­чи­тал Древ­ний За­кон. Но ни один за­кон, по­ла­гал он, не в си­лах пре­ду­смот­реть всех кон­крет­ных слу­ча­ев жиз­ни. Осо­бен­но, ес­ли сю­да при­ме­ша­на не­жить. Злить­ся на Ай-ка-ю бы­ло ни­же его дос­то­ин­ст­ва. Всей об­щи­не из­вест­но, что па­рень он не­да­ле­кий, да еще уго­дил под го­ря­чую длань по­ве­ли­тель­ни­цы же­ла­ний Ма-ноа. (В ско­боч­ках от­ме­тим, что на за­ре ци­ви­ли­за­ции глав­ные бо­ги, пра­ро­ди­те­ли всех про­чих бо­гов, пре­бы­ва­ли в бла­жен­ной не­из­вест­нос­ти, ибо мис­сия их ог­ра­ни­чи­ва­лась "пер­во­толч­ком," - да про­сит­ся ав­то­ру сей ана­хро­низм: ари­сто­те­лев­ский тер­мин при­ме­ни­тель­но к ди­ка­рям, - за­пус­ком Ко­ле­са Вре­мен, а те­ку­щие ра­до­сти и без­обра­зия тво­ри­лись бо­га­ми ран­гом по­мель­че, как, на­при­мер, в на­шем слу­чае, Ма-ноа.) Злил­ся Ве­ли­кий охот­ник ис­клю­чи­тель­но на мерт­во­го со­ро­ди­ча, ко­то­рый, ма­ло то­го, что обоб­рал ду­ра­ка до по­след­ней со­ло­ми­ны с кры­ши со­вер­шен­но не нуж­ной ему хи­жи­ны, воз­на­ме­рил­ся ли­шить и его, ко­ман­ди­ра гвар­дии луч­ни­ков и копь­е­нос­цев, ра­до­стей бра­ка с Ай-ка-ноа.
  К этой де­воч­ке он при­смат­ри­вал­ся уже дав­но и не раз бла­го­да­рил по­кой­ных ро­ди­те­лей за пра­виль­ность вы­бо­ра. Да­же сей­час, еще не про­шед­шая ини­циа­ции, го­лая, как ощи­пан­ный цы­п­ле­нок, с ног до го­ло­вы вы­ма­зан­ная крас­ной крас­кой, Ай-ка-ноа бу­ди­ла в нем же­ла­ние. Но ско­ро, очень ско­ро, ста­ру­хи в лес­ной хи­жи­не от­мо­ют это юное те­ло, ук­ра­сив его за­тей­ли­вой та­туи­ров­кой за­муж­ней жен­щи­ны, об­ря­дят в нис­па­даю­щую до зем­ли юб­ку из паль­мо­вых ли­сть­ев, на шею во­дру­зят оже­ре­лье из пер­ла­мут­ра, сто­ив­шее Охот­ни­ку тре­ти его со­стоя­ния, а на го­ло­ву - за­ме­ча­тель­ной кра­со­ты убор из перь­ев по­пу­га­ев. Ве­ли­кий Охот­ник дав­но пред­вку­шал мо­мент это­го не глав­но­го в его жиз­ни, но ли­шен­но­го из­вест­ной при­ят­но­сти три­ум­фа.
  А по­том, ко­гда Ко­ле­со Вре­мен еще один раз обер­нет­ся во­круг сво­ей оси, он - ми­ло­стью Древ­не­го За­ко­на и соб­ст­вен­ной от­ва­ги - вождь пле­ме­ни с кра­са­ви­цей же­ной уся­дет­ся на ци­нов­ку в цен­тре по­се­ле­ния, а мо­ло­дые вои­ны, рас­се­кая те­ла за­зуб­рен­ны­ми крем­ние­вы­ми кин­жа­ла­ми, ста­нут при­но­сить ему клят­ву вер­но­сти ...
  О, Ма-ноа! И все­го это­го или, по край­не ме­ре, не худ­шей по­ло­ви­ны со­би­ра­ет­ся ли­шить его мерт­вый че­ло­век?
  Ве­ли­кий охот­ник пе­ре­стал грызть ко­пье, под­нял­ся и вы­шел из хи­жи­ны.
 
 
  - Я ждал те­бя, Вождь, - не по­во­ра­чи­вая ли­ца к во­шед­ше­му, ска­зал Ша­ман.
  - Ты ошиб­ся, Ша­ман. Я не вождь, - от­ве­тил Ве­ли­кий охот­ник.
  - Ша­ма­ны не уме­ют оши­бать­ся. За­гля­нув впе­ред, я ви­жу те­бя, си­дя­щим на пло­ща­ди око­ло рас­пис­но­го стол­ба, со­еди­няю­ще­го Зем­лю и Не­бо. На те­бе ман­тия во­ж­дя из перь­ев чер­ных по­пу­га­ев.
  - При­гля­дись, Ша­ман, а не си­дит ли ря­дом со мной кра­са­ви­ца Ай-ка-ноа? - ти­хо спро­сил во­шед­ший.
  Ша­ман за­крыл гла­за и при­нял­ся рас­ка­чи­вать­ся из сто­ро­ны в сто­ро­ну, бор­мо­ча что-то про се­бя. На­ко­нец вы­пря­мил­ся, по­вер­нул­ся к Охот­ни­ку и, гля­дя на не­го гла­за­ми, оку­тан­ны­ми по­во­ло­кой не­бы­тия, от­ве­тил:
  - Нет, не си­дит!
  - А где она?
  - Ша­ман мо­жет пред­ви­деть де­ла зем­ные и не­бес­ные. Ос­таль­ное не в его вла­сти.
  - От­веть мне, Ша­ман, или я на­са­жу те­бя, как яще­ри­цу, на древ­ко мое­го ко­пья! - вос­клик­нул Ве­ли­кий охот­ник.
  - В этом слу­чае я бу­ду точ­но знать, где на­хо­дит­ся Ай-ка-ноа, но вряд ли су­мею те­бе от­ве­тить, - ус­мех­нул­ся Ша­ман.
  - Ты из­де­ва­ешь­ся на­до мной!
  - Нет, я про­сто хо­чу до­не­сти до те­бя про­стую ис­ти­ну: мерт­вые ме­ша­ют жить жи­вым.
  Это­му дол­жен быть по­ло­жен ко­нец.
  По­сле этих слов Ша­ман де­мон­ст­ра­тив­но по­вер­нул­ся спи­ной к Ве­ли­ко­му охот­ни­ку, слов­но при­гла­шая его ис­пол­нить пред­пи­са­ние Древ­не­го За­ко­на.
  - Ты мед­лишь, мой друг! Жерт­вен­ные кин­жа­лы ле­жат на ци­нов­ке у вхо­да. Я спе­ци­аль­но по­ло­жил их для те­бя.
  - За­чем ты иг­ра­ешь с ог­нем, Ша­ман? Огонь мо­жет об­жечь!
  - Я так ска­жу те­бе, Вождь: все жи­вые де­лят­ся на тех, кто мо­жет удер­жать го­ря­чие уг­ли в ла­до­нях - их ма­ло, и всех ос­таль­ных, ко­то­рые ни­ко­гда не от­ва­жат­ся на по­доб­ный по­сту­пок. Из тех не­мно­гих вы­рас­та­ют ве­ли­кие во­ж­ди, ос­таль­ным уго­то­ва­на участь лю­дей-че­ре­пах.
  Ве­ли­кий охот­ник, скре­стив но­ги, усел­ся по­сре­ди хи­жи­ны. За мно­го лун, про­жи­тых им в Верх­нем пре­де­ле, ему ни ра­зу не при­хо­ди­лось стал­ки­вать­ся с та­кой за­да­чей. Он да­же пред­по­ла­гал, что яв­ля­ет­ся пер­вым из жи­вых, пе­ред кем вста­ла та­кая за­да­ча. Го­ря­чие уг­ли об­жи­га­ли ла­до­ни. Он яв­ст­вен­но чув­ст­во­вал за­пах па­лен­но­го (сво­его) мя­са, рас­про­стра­няв­шийся по хи­жи­не. Ве­ли­кий охот­ник, по­вто­рюсь, ува­жал Древ­ний За­кон, но тот ли­шал его пра­ва об­ла­да­ния су­жен­ной. Опять же - не это глав­ное. Мерт­вые пер­вы­ми на­ру­ши­ли за­кон пред­ков, пре­зрев пра­во пер­вен­ст­ва и во­лю ро­ди­те­лей. Ес­ли этот слу­чай спус­тить, он не­пре­мен­но по­вто­рить­ся. И мертвые, в кон­це кон­цов, возь­мут верх, - это бу­дет уже не ос­вя­щен­ное муд­ро­стью пра­щу­ров пред­пи­са­ние вза­им­ных да­ров и ус­ту­пок ме­ж­ду жи­вы­ми и мерт­вы­ми чле­на­ми пле­ме­ни, а вер­хо­вен­ст­во и под­чи­не­ние. Ко­ле­со Вре­мен рас­со­хлось и на­чи­на­ет да­вать сбои, но по­че­му имен­но он при­зван вы­прав­лять по­ло­же­ние? (Спер­то у Шек­спи­ра. Прим. пла­гиа­то­ра.)
  - Ты мно­го пу­те­ше­ст­во­вал по све­ту, Ша­ман. Пом­нишь, рас­ска­зы­вал, как был в та­ин­ст­вен­ной зем­ле Егип­та и ви­дел ве­ли­кие ле­ст­ни­цы, упи­раю­щие­ся в не­бе­са, по ко­то­рым та­мош­ние во­ж­ди вос­хо­дят на Не­бо. Ска­жи мне: ми­ром пра­вит один за­кон или в дру­гих зем­лях лю­ди при­дер­жи­ва­ют­ся дру­го­го, от­лич­но­го от на­ше­го, за­ко­на? - по­про­сил Ве­ли­кий Охот­ник.
  - Я ска­жу те­бе боль­ше, мой друг, толь­ко не уве­рен, пой­мешь ли ты ме­ня. Глав­ная за­гад­ка пра­виль­но­го вре­ме­ни за­клю­ча­ет­ся в том, что оно ли­ней­но и не­об­ра­ти­мо. Как ска­зал один муд­рец, нель­зя два раза всту­пить в один и тот же по­ток. Вол­ны вре­ме­ни уно­сят ста­рые за­ко­ны и им на сме­ну при­хо­дят но­вые, от­ве­чаю­щие но­вым реа­ли­ям. Но так про­ис­хо­дит не вез­де, а толь­ко там, где ми­ром пра­вят жи­вые. Мерт­вые долж­ны уме­реть. Толь­ко так мы смо­жем ра­зомк­нуть Ко­ле­со Вре­мен и, вме­сто бес­ко­неч­ной че­ре­ды по­вто­ре­ний се­зон­ных цик­лов, об­рес­ти но­вый мир, уст­ро­ен­ный по за­ко­ну жи­вых и для жи­вых.
  - И что мы об­ря­щем?
  - Власть. Но не ту при­зрач­ную власть, ис­чис­ляе­мую не­сколь­ки­ми обо­ро­та­ми Ко­ле­са, а власть ис­тин­ную до кон­ца на­шей жиз­ни.
  - Ты хо­чешь ска­зать, что мы по­лу­чим власть на все вре­мя пре­бы­ва­ния в Верх­нем пре­де­ле? А там, под зем­лей, мы то­же бу­дем иметь власть?
  - Не спра­ши­вай ме­ня об этом, Вождь. Я и так ска­зал слиш­ком мно­го. Твой ра­зум сла­бее тво­ей во­ли. Он мо­жет не вы­дер­жать.
  - Лад­но, я спро­шу о дру­гом: что мы по­теря­ем?
  - Се­бя. Свой мир, про­стой и яс­ный, как ше­лест ли­ст­вы от про­бе­жав­ше­го ве­тер­ка. Я не хо­чу те­бя об­ма­ны­вать: то чув­ст­во ви­ны за со­де­ян­ное, ко­то­рое по­се­лит­ся внут­ри ка­ж­до­го из нас, мно­го ус­лож­нит на­ше су­ще­ст­во­ва­ние. Оси­ро­тив­шее, мы ки­нем­ся ис­кать спа­се­ние в со­цио­ло­гии, пси­хо­ло­гии, точ­ных нау­ках. На­при­ду­мы­ва­ем мно­го раз­ных фе­ти­шей вро­де про­ле­та­рия с его все­мир­но-ис­то­ри­че­ской мис­си­ей или Эди­по­ва ком­плек­са с су­мрач­ны­ми безд­на­ми бес­соз­на­тель­но­го, - и все это ра­ди од­но­го - из­ба­вить­ся от стра­ха и ви­ны пе­ред мерт­вы­ми.
  - Ре­чи твои тем­ны, Ша­ман. Что там на­при­ду­мы­ва­ет Ар-фу-а для от­маз­ки, ме­ня ма­ло ка­са­ет­ся. Ты ска­зал: мерт­вые долж­ны уме­реть. Я не по­ни­маю это­го.
  - Да, они долж­ны уме­реть окон­ча­тель­но и бес­по­во­рот­но. По край­не ме­ре, для нас - жи­вых. Боль­ше ни­ка­ких не­по­сред­ст­вен­ных кон­так­тов ме­ж­ду жи­те­ля­ми Верх­не­го и Ниж­не­го пре­де­лов. Все кон­так­ты че­рез нас или тех лю­дей, ко­го мы упол­но­мо­чим на вы­пол­не­ние этой мис­сии. Это - во-пер­вых! Во-вто­рых, пе­ре­не­се­ние всех за­хо­ро­не­ний из ин­тим­но­сти до­маш­не­го оча­га за тер­ри­то­рию по­се­ле­ния. Не воз­му­щай­ся! Так мы смо­жем пре­сечь кон­так­ты ме­ж­ду дву­мя ми­ра­ми. И, на­ко­нец, по­след­нее по сче­ту, но не по­след­нее по важ­но­сти. Раз­ра­бот­ка со­от­вет­ст­вую­ще­го ри­туа­ла по­ми­но­ве­ния усоп­ших в ка­че­ст­ве вы­ну­ж­ден­ной ме­ры для пре­дот­вра­ще­ния вспы­шек не­го­до­ва­ния с обе­их сто­рон.
  - Но ведь ты сам ска­зал, что мерт­вые...
  - Да ска­зал. А те­перь ска­жи мне, Вождь, как по­лу­чи­лось, что Ве­ли­кий Не­из­вест­ный вдруг ни с то­го, ни с се­го взял да и рас­кру­тил Ко­ле­со Вре­мен?
  - Спро­си что-ни­будь по­про­ще, Ша­ман. Мое де­ло - вой­на и охо­та. Об­ра­тись к ста­ри­кам.
  - Об­ра­щал­ся. Не пом­нят. Зна­ют толь­ко, что в празд­ник Пол­но­лу­ния на­до встать кру­гом и де­лать сна­ча­ла так, по­том - эдак, и толь­ко то­гда вслед за зи­мой на­сту­пит вес­на. А ес­ли де­лать сна­ча­ла эдак, а по­том - так, то по­сле зи­мы не ми­но­вать осе­ни. Не смеш­но? Зна­ешь, один ев­рей из Ал­жи­ра, - не бу­дем всуе упо­ми­нать име­ни оболь­сти­те­ля, - поч­ти убе­дил весь мир, что пре­ж­де Сло­во (Ло­го­са) уже су­ще­ст­во­вал Знак. Еги­пет­ские жре­цы со­гла­си­лись бы с ним, не за­ду­мы­ва­ясь. Тол­ко­ва­те­ли ге­но­ко­да и ки­бер­не­ти­ки весь­ма на­пряг­лись, как пе­ред оп­ле­ухой, и то­же вы­ну­ж­де­ны бы­ли со­гла­сить­ся. Знак ри­туа­ла в ча­ст­но­сти - глав­ное для этих простаков, а чем на­пол­нить его, гри­го­ри­ан­ски­ми пес­но­пе­ния­ми или об­сес­сив­ной пе­ре­бран­кой, из ко­то­рой, как змея, вы­полз­ла ко­ме­дия - де­ло де­ся­тое. Те же Де­сять за­по­ве­дей су­ще­ст­во­ва­ли сна­ча­ла в фор­ме ри­туа­ла до то­го, как об­ре­ли мо­раль­ный смысл. Спро­си сво­его при­яте­ля Че­ре­па­ху. Он за­ни­мал­ся этой про­бле­мой.
  - Да, Че­ре­па­ха - муд­рец, - вы­ну­ж­ден был со­гла­сить­ся Ве­ли­кий охот­ник. - Но он мне со­всем не при­ятель.
  - Что вер­но, то вер­но. Су­кин сын он по­ря­доч­ный! - ска­зал Ша­ман и про­дол­жил: - Ты по­нял ме­ня, Вождь? Хоть чуть-чуть! Это, так ска­зать, про­грам­ма ми­ни­мум. В идеа­ле - да­ро­ва­ние бес­смер­тия за те или иные за­слу­ги. Ты, на­де­юсь, до­га­ды­ва­ешь­ся, при­ятель, что это за за­слу­ги и пе­ред кем?
  Ве­ли­кий охот­ник си­дел на скре­щен­ных но­гах, слов­но ста­туя Буд­ды, при­по­ми­наю­ще­го свои про­шлые жиз­ни с це­лью вы­жечь по­след­ние ос­тат­ки "ви­та­лиз­ма" и, ра­зо­рвав кар­ми­че­скую за­ве­су Майи, дос­тичь ис­це­ле­ния, то есть нир­ва­ны. Но не о та­ком ис­це­ле­нии по­мыш­лял Ве­ли­кий охот­ник. Бу­ри и стра­сти все­го од­ной, не про­жи­той еще жиз­ни, с не­пред­ска­зуе­мо­стью сти­хий­но­го бед­ст­вия бу­ше­ва­ли в нем.
  - Ты пред­ла­га­ешь очень стран­ный ва­ри­ант об­ме­на, - вы­мол­вил он на­ко­нец.
  - Это не об­мен, мой друг! Это - дис­кри­ми­на­ция! Нау­чись, не на­зы­вая ве­щи свои­ми име­на­ми, точ­но оп­ре­де­лять их смысл. И вот еще что: возь­ми-ка из той ты­к­вы це­леб­ную мазь и смажь свои ла­до­ни. Я не ин­кви­зи­тор. За­пах па­ле­но­го мя­са не лас­ка­ет мне ноз­д­ри. А за­од­но и мою спи­ну. Со­гла­сись, до­воль­но стран­но дер­жать го­ря­чие уг­ли на соб­ст­вен­ной спи­не, - рас­сме­ял­ся Ша­ман.
  Воз­мож­но, то бы­ла пер­вая не­глу­пая шут­ка в этом замк­ну­том и обо­соб­лен­ном мир­ке. И Ве­ли­кий охот­ник, как по­ка­за­лось, по­нял ее. Об­ще­ние с Ша­ма­ном бы­ло хо­ро­шей "шко­лой" - со все­ми плю­са­ми и ми­ну­са­ми это­го по су­ти ней­траль­но­го тер­ми­на.

 
 

Гла­ва тре­тья, в ко­то­рой Ай-ка-ю в пер­вый, но да­ле­ко не в по­след­ний раз ли­ша­ет­ся чувств, а Ар-фу-а "рас­те­ка­ет­ся мыс­лию по дре­ву"


 
 
  В не­по­сред­ст­вен­ной свя­зи с не­дав­ним по­един­ком у бе­до­ла­ги Ай-ка-ю поя­ви­лась мас­са за­бот, сов­ла­дать с ко­то­ры­ми не бы­ло в его вла­сти. Боль­ше все­го, как во­дит­ся, до­пе­ка­ла род­ня, то есть се­ст­ри­ца Ай-ка-ноа, дав­но ос­во­ив­шая роль пер­вой ле­ди Верх­не­го пре­де­ла.
  Вый­ти за муж за ста­ро­го, тол­сто­го да еще мерт­во­го? Фи­гуш­ки! Ну и что из то­го, что ко­ко­сы там ве­ли­чи­ной с че­ло­ве­че­скую го­ло­ву, пло­ды хлеб­но­го де­ре­ва пря­мо та­ют во рту, а пре­крас­ные же­ны не зна­ют от­ка­за? По­след­нее об­стоя­тель­ст­во осо­бен­но на­сто­ра­жи­ва­ло мо­ло­дую не­вес­ту. Че­ло­век-Че­ре­па­ха в ка­че­ст­ве по­ве­ли­те­ля Ниж­не­го пре­де­ла впол­не мог со­дер­жать не од­ну, не две, а це­лый га­рем пре­крас­ных жен, не знаю­щих от­ка­за. Эдак, по­ка до­ж­дешь­ся сво­ей оче­ре­ди "не знать от­ка­за", в по­ру со­ста­рить­ся и уме­реть. Фу, опять глу­пость ска­за­ла! Ай-ка-ю го­во­рил что-то о веч­ном бла­жен­ст­ве?.. Зна­чит, не ста­рить­ся, не бо­леть, не уми­рать, а быть веч­но мо­ло­дой и пре­крас­ной. За­ман­чи­во. А в том, что она мо­ло­да и пре­крас­на, уже ни раз, при­цо­ки­вая язы­ком, убе­ж­да­ли ее льсти­вые ста­ру­хи, под­го­тав­ли­ваю­щие Ай-ка-ноа к ини­циа­ции и за­му­же­ст­ву.
  Се­го­дня она це­лое ут­ро пле­ска­лась на мел­ко­во­дье, рас­че­са­ла во­ло­сы пя­тер­ней, вста­ви­ла в уши и в нос бам­бу­ко­вые па­лоч­ки и не ста­ла на­ма­зы­вать­ся крас­ной крас­кой ур­ку­ру, рас­тер­той c жи­ром, то есть в не­ко­то­ром смыс­ле пре­неб­рег­ла кос­ме­ти­кой. В та­ком ви­де от­пра­ви­лась де­фи­ли­ри­во­вать по де­рев­не. Це­лая стай­ка маль­чи­шек бро­ди­ла за ней по пя­там и, весь­ма до­куч­ли­вые в дру­гое вре­мя, се­го­дня они по­че­му-то не вы­зы­ва­ли у нее раз­дра­же­ние. Рев­ни­вые же­ны под­за­тыль­ни­ка­ми за­го­ня­ли му­жей в хи­жи­ны, а мо­ло­дые вои­ны у вхо­да в Муж­ской уст­рои­ли ей ова­цию, не­ис­то­во ко­ло­тя копь­я­ми в тро­ст­ни­ко­вые щи­ты. И толь­ко тот, с кем она жа­ж­да­ла встре­чи, не по­яв­лял­ся на ее пу­ти.
  Ве­ли­кий охот­ник уже вто­рые су­тки о чем-то со­ве­щал­ся со страш­ным Ша­ма­ном. А в том, что Ша­ман ве­лик и ужа­сен, мог со­мне­вать­ся толь­ко сле­пой. Стран­ная лод­ка с дву­мя де­ре­вян­ны­ми плав­ни­ка­ми, на ко­то­рой он при­был, го­во­рят, из то­го мес­та, где солн­це опус­ка­ет­ся на ночь в оке­ан; чер­ная ши­ро­кая юб­ка до шеи, из­го­тов­лен­ная не по­нят­но из че­го, и чер­ные пря­мые во­ло­сы, нис­па­даю­щие до са­мых плеч, - все это до­пол­нял прон­зи­тель­ный взгляд та­ких же чер­ных, как же­ва­тель­ная смо­ла, глаз. Но ведь лю­бо­му из­вест­но, что чер­ный - зна­чит, не ви­ди­мый. Мо­ло­дые вои­ны час­то зло­упот­реб­ля­ли этим, по­кры­вая те­ло чер­ной крас­кой и в та­ком ви­де от­прав­ля­ясь на сви­да­ние со свои­ми су­жен­ны­ми. Ро­ди­те­лям не­вес­ты ни­че­го не ос­та­ва­лось де­лать, как толь­ко вни­мать обо­юд­ным сто­нам из даль­не­го уг­ла хи­жи­ны и уте­шать се­бя мыс­лью, что к зав­траш­не­му ут­ру доч­ка, сми­луй­ся, Ма-ноа, по­пра­вит­ся. Она и прав­да вы­здо­рав­ли­ва­ла, и та­рах­тя, как стая по­пу­га­ев, с не­по­нят­ным во­оду­шев­ле­ни­ем но­си­лась по хи­жи­не и все спо­ри­лось в ее ру­ках. О, тем­ны де­ла твои, Ма-ноа, по­ве­ли­тель­ни­ца же­ла­ний!
  Но вер­нем­ся к на­ше­му оза­бо­чен­но­му Ай-ка-ю. Из­древ­ле ве­дет­ся,что коль от­да­ешь се­ст­ру за муж, из­воль при­го­то­вить бо­га­тый ка­лым, а за не­име­ни­ем это­го, хо­тя бы на­кор­ми гос­тей до от­ва­ла. А тут, как прыщ на зад­ни­цу, сра­зу два празд­ни­ка - за­му­же­ст­во се­ст­ры и соб­ст­вен­ные по­мин­ки. В том, что Ве­ли­кий охот­ник отом­стит бед­ня­ге за на­ру­шен­ный ро­ди­тель­ский за­вет, ни­кто в де­рев­не не со­мне­вал­ся. При иных об­стоя­тель­ст­вах, то есть в слу­чае за­му­же­ст­ва Ай-ка-ноа с Ве­ли­ким охот­ни­ком, по­дар­ки и под­но­ше­ния ре­кой тек­ли бы в хи­жи­ну не­вес­ты. А так - ка­кой смысл? И ес­ли пер­во­быт­ный че­ло­век еще не по­знал mys­te­rium tre­men­dum как оше­лом­ляю­ще ир­ра­цио­наль­но­го ужа­са смер­ти, то в праг­ма­ти­ке внут­ри­ви­до­вых от­но­ше­ний пре­ус­пел впол­не. Хо­ро­ше­го че­ло­ве­ка схо­ро­ни­ли и по­мя­ну­ли бы за об­ще­ст­вен­ный счет. Ай-ка-ю не был хо­ро­шим че­ло­ве­ком. В то же вре­мя ма­ло сма­хи­вал на за­пис­но­го не­го­дяя. Так, де­ре­вен­ский ду­ра­чок, не су­мев­ший ут­вер­дить­ся в "выс­шем све­те" и ри­нув­ший­ся ис­кать сча­стье в "низ­шем". Еще раз на­пом­ним, что "выс­ший и низ­ший" со­вер­шен­но без­оце­ноч­ные ха­рак­те­ри­сти­ки, оп­ре­де­ляе­мые ис­клю­чи­тель­но ося­ми ко­ор­ди­нат.
  Ес­ли бу­дет по­зво­ли­тель­но за­нять­ся ме­та­фи­зи­че­ски­ми изы­ска­ния­ми, то с пол­ным пра­вом ска­зать, что та­кой ин­ди­вид, как Че­ло­век-Че­ре­па­ха, мог раз­вить­ся толь­ко в Ниж­нем пре­де­ле.
  Чем, по сути, яв­ля­ет­ся нау­ка, как не рас­чле­не­ни­ем жи­во­го на не­жи­вое? Толь­ко та­кой эм­пи­ри­ке мы при­вык­ли до­ве­рять се­го­дня. Вре­мя гло­баль­ных ме­та­фи­зи­че­ских спе­ку­ля­ций ка­ну­ло в Ле­ту. (Уче­ная да­ма с сай­та "Ан­тро­по­ло­гия" тон­ко за­ме­ти­ла, что ме­та­фи­зи­ку нам за­ме­ни­ло фэн­та­зи. Страсть к гло­баль­ной ме­та­фо­ре в че­ло­ве­ке не­ис­ко­ре­ни­ма, - вот и тво­рим из эль­фов, гно­мов и хоб­би­тов, как пре­ж­де из Про­стран­ст­ва, Вре­ме­ни, Бы­тия, Бо­га etc.) В ре­зуль­та­те - гро­мад­ный ска­чок в ос­вое­нии и пре­об­ра­зо­ва­нии не­жи­вой ма­те­рии. А как от­но­си­тель­но жи­вой? Ми­шель Фу­ко го­во­рил, что де­вят­на­дца­тый век дал нам со­вер­шен­но но­вый тип ав­то­ра, на­зван­но­го им "ос­но­ва­те­ля­ми дис­кур­сив­но­сти". От­но­си­тель­но хро­но­ло­гии г-н Че­ре­па­ха не­пре­мен­но ввя­зал­ся бы с ним в дис­кус­сию, ре­зон­но за­ме­тив, что "эй­дей­ти­че­ски" дис­курс изо­бре­те­ние от­нюдь не Гус­сер­ля, а, ско­рее, Пла­то­на. Од­на­ко факт, да­же еще не про­изо­шед­ший, все рав­но ос­та­ет­ся фак­том: Фрей­да и Мар­кса еще бу­дут пе­ре­от­кры­вать бес­счет­ное чис­ло раз. Мо­жет, и вся нау­ка о че­ло­ве­ке есть ни что иное, как бес­ко­неч­ный кру­го­во­рот книг в куль­ту­ре? (Во­ды в при­ро­де?) Имен­но по­это­му фе­но­мен Че­ло­ве­ка-Че­ре­па­хи мог раз­вить­ся толь­ко в Ниж­нем пре­де­ле. Он пред­по­чи­тал ре­зать по - жи­во­му. В Верх­нем пре­де­ле до это­го еще не до­рос­ли.
 
  Ма­лень­кий хол­мик у по­лу­раз­ру­шен­ной хи­жи­ны Че­ло­ве­ка-Че­ре­па­хи уже не по­ра­жал сво­ей не­ухо­жен­но­стью. Ста­ри­ки в ка­че­ст­ве глав­ных хра­ни­те­лей Древ­не­го За­ко­на и ско­рых пе­ре­се­лен­цев в мес­та обе­то­ван­ные раз­ук­ра­си­ли пре­ж­де за­бро­шен­ную мо­ги­лу гир­лян­да­ми цве­тов, связ­ка­ми вы­пав­ших от вре­ме­ни ко­рен­ных зу­бов и ты­к­ва­ми, ис­то­чаю­щи­ми ве­се­ля­щие за­па­хи ко­но­п­ля­но­го ды­ма.
  Ай-ка-ю опус­тил­ся на ко­ле­ни пе­ред мо­ги­лой и ти­хо воз­звал:
  - Яй­це­го­ло­вый, брат мой, бе­да под­сту­пи­ла к сте­нам мо­ей (в смыс­ле - тво­ей) хи­жи­ны!
  Мол­ча­ние бы­ло ему от­ве­том.
  - Ни­кто из жи­вых не хо­чет жерт­во­вать на бра­ко­со­че­та­ние се­ст­ры с тво­ей ми­ло­стью
  да­же гор­сти куз­не­чи­ков!
  И сно­ва мол­ча­ние.
  - Брат мой! Я слу­шал­ся те­бя во всем. Не­у­же­ли ты не по­мо­жешь в мо­ей бе­де?
  - То, что ты на­зы­ва­ешь бе­дой, Ай-ка-ю, дос­той­но ли­бо сме­ха, ли­бо со­жа­ле­ния о тво­их
  ум­ст­вен­ных спо­соб­но­стях, - по­слы­шал­ся ти­хий, вкрад­чи­вый го­лос из за­те­нен­ных недр хи­жи­ны. - На­стоя­щая бе­да зре­ет ис­под­воль и не кри­чит о се­бе на ка­ж­дом пе­ре­кре­ст­ке. Но ес­ли гря­нет, не бу­дет спа­се­ния ни жи­вым, ни мерт­вым.
  Ай-ка-ю ос­то­рож­но при­бли­зил­ся к хи­жи­не. В са­мом даль­нем, за­те­нен­ным уг­лу вос­се­дал Че­ло­век-Че­ре­па­ха и, по обык­но­ве­нию, ог­ла­жи­вал свой жи­вот.
  - Ты го­во­ришь о страш­ном смер­че или зем­ле­тря­се­нии, ко­то­рые мо­гут по­ра­зить наш ост­ров?
  - Нет, ма­лыш, я го­во­рю о страш­ном за­го­во­ре жи­вых с це­лью раз­ру­шить за­по­ве­дан­ный пред­ка­ми за­кон.
  - Но кто из жи­вых мог ре­шить­ся на та­кое? Вождь?
  - О, нет! Во­ж­дя, Ар-фу-а и Со­вет ста­рей­шин я на­де­юсь при­влечь на свою сто­ро­ну. Ста­тус-кво им не в тя­гость. Бе­да под­кра­лась из За­пад­ных ши­рот. И та­кая бе­да, пред ко­то­рой все про­чие ка­так­лиз­мы не страш­нее дет­ской по­гре­муш­ки.
  - Ты го­во­ришь о гне­ве Ве­ли­ко­го Не­из­вест­но­го, вер­ши­те­ля Ко­ле­са Вре­мен, - "до­га­дал­ся" Ай-ка-ю, рас­пла­сты­ва­ясь на зем­ле и при­кры­вая го­ло­ву ру­ка­ми. Луч­ше бы он при­крыл уши, ибо даль­ней­шее, ус­лы­шан­ное им, на­дол­го вверг­ло бед­ня­гу в про­стра­цию.
  - Я го­во­рю о том, что от хо­ро­ше­го пин­ка под зад сам Ве­ли­кий Не­из­вест­ный в об­ним­ку со сво­им му­со­ро­сбор­ни­ком, име­нуе­мым Ко­ле­со Вре­мен, за­гре­мит в тар­та­ра­ры!
  ... Рез­кий за­пах на­ша­ты­ря при­вел Ай-ка-ю в чув­ст­во.
  - Вот ведь по­сла­ла судь­ба кон­фи­ден­та! Чуть что - хлоп в об­мо­рок. Из­ви­ни, не за­хва­тил ню­ха­тель­ной со­ли, - рас­сме­ял­ся ему в ли­цо Че­ло­век-Че­ре­па­ха.
  - Ты... ты... ты пре­зи­ра­ешь Древ­ний За­кон! Я до­не­су на те­бя Во­ж­дю или Ве­ли­ко­му охот­ни­ку, - крик­нул Ай-ка-ю, полз­ком вы­би­ра­ясь из хи­жи­ны.
  - Вот-вот. Рас­ска­жи Во­ж­дю, что его дру­жок Ве­ли­кий охот­ник на па­ру с этим чер­то­вым ие­зуи­том - вы­пря­ми­те­лем вре­ме­ни - со­бра­лись срыть все мо­ги­лы и за­пре­тить об­ще­ние с мерт­вы­ми!
  - Ты лжешь!
  - Лгу? По­ве­ли­те­ли ниж­них пре­де­лов не уме­ют лгать, как ска­зал бы наш друг ша­ма­но­ид. Ес­ли бы ие­зу­ит не по­на­ты­кал вез­де "глу­ши­лок", я до­ка­зал те­бе об­рат­ное.
  - Ты го­во­ришь о Ша­ма­не? Но он не за­ни­ма­ет­ся рыб­ной лов­лей.
  - За­чем "лов­цу че­ло­ве­ков" ка­кая-то ры­ба! Наш дос­той­ный вы­кор­мыш Иг­на­тия де Лой­о­лы, док­тор тео­ло­гии и эт­но­ло­гии, ме­ж­ду про­чим, не ста­нет рас­тра­чи­вать свой та­лант по пус­тя­кам. При­шло вре­мя взять ре­ванш за бес­слав­ные окон­ча­ния мис­сий в Ост-Ин­дии, Япо­нии, Ки­тае.
  - Я не по­ни­маю те­бя, Яй­це­го­ло­вый. И не ве­рю те­бе. Ты, ви­дать, пе­ре­грел­ся на солн­це и ско­ро нач­нешь по­па­хи­вать. Срыть все мо­ги­лы и за­пре­тить об­ще­ние с мерт­вы­ми род­ст­вен­ни­ка­ми? Да кто мо­жет ре­шить­ся на та­кое! Про Ша­ма­на - не знаю, он че­ло­век при­шлый, но Ве­ли­кий охот­ник не раз до­ка­зы­вал свою пре­дан­ность Древ­не­му За­ко­ну.
  - Ус­по­кой­ся, Ай-ка-ю, и, во-пер­вых, не гру­би. Ина­че я пе­ре­ду­маю и не обес­пе­чу те­бя всем не­об­хо­ди­мым для празд­ни­ка. Во-вто­рых, ра­зуй уши и слу­шай ме­ня вни­ма­тель­но: зав­тра в хи­жи­не Во­ж­дя со­сто­ит­ся со­вет, на ко­то­ром бу­дут ре­шать, вы­да­вать ли за ме­ня твою се­ст­ру или нет. Ты в ка­че­ст­ве бра­та и опе­ку­на дол­жен при­сут­ст­во­вать на нем. На этом со­ве­те ты бу­дешь мои­ми гла­за­ми и уша­ми, а, воз­мож­но, и язы­ком. Пре­ж­де, чем вой­ти в хи­жи­ну Во­ж­дя, ты по­ло­жишь под язык ма­лень­кий аму­лет, ко­то­рый я дам те­бе. При по­мо­щи это­го аму­ле­та я смо­гу ви­деть, слы­шать, а, при не­об­хо­ди­мо­сти, и вме­шать­ся в дис­кус­сию. Не спорь. Ие­зу­ит сде­ла­ет все воз­мож­ное, что­бы ва­ши ре­чи не бы­ли слыш­ны в Ниж­нем пре­де­ле.
  Че­ло­век-Че­ре­па­ха про­тя­нул со­бе­сед­ни­ку ма­лень­кую бле­стя­щую пла­стин­ку и за­ста­вил спря­тать ее под язык.
  - Толь­ко не взду­май со­жрать, а то в тво­ем брю­хе за­ве­дет­ся кры­са, ко­то­рая по­ла­ко­мит­ся твои­ми внут­рен­но­стя­ми!
  Ай-ка-ю в ужа­се вы­плю­нул дат­чик на зем­лю.
  - Ну-ну, я по­шу­тил! - в сво­ей обыч­ной из­де­ва­тель­ской ма­не­ре ус­по­ко­ил его Че­ло­век-Че­ре­па­ха. - Обык­но­вен­ный аму­лет - ни ка­ких крыс. Мож­но, ко­неч­но, вста­вить те­бе его в зад­ни­цу, но пред­ставь та­кую кар­ти­ну: в са­мый куль­ми­на­ци­он­ный мо­мент пре­ний, ко­гда, воз­мож­но, ре­ша­ет­ся судь­ба бу­ду­ще­го ми­ро­уст­рой­ст­ва, под­ни­ма­ет­ся сам ве­ли­кий Ай-ка-ю, ук­ро­ти­тель не­бес­ных и зем­ных струй, и на­чи­на­ет ве­щать ... че­рез зад­ни­цу. Весь­ма не­глу­пые сло­ва, за­меть! Да­же я за­труд­ня­юсь на­звать то про­зви­ще, ко­то­рым на­гра­дит те­бя Ар-фу-а. Ис­праж­ни­тель ве­ли­ких ис­тин или что-ни­будь в этом ро­де. Те­бе это на­до?
  - Что есть ис­ти­на? - гля­дя на­ив­ны­ми го­лу­бы­ми гла­за­ми, спро­сил Ай-ка-ю.
  Че­ло­век-Че­ре­па­ха слов­но рас­сы­пал­ся на бес­чис­лен­ные го­ро­ши­ны гу­си­но­го ка­ла, в ко­то­рых из­ред­ка по­бле­ски­ва­ли ал­ма­зы.
  - Слу­шай, ма­лец, ес­ли ты за­дашь мне еще па­ру по­доб­ных во­про­сов, я, по­жа­луй, и вправ­ду усы­нов­лю те­бя из ува­же­ния к рим­ско­му пра­ву пре­сто­ло­нас­ле­дия. Не пы­тай­ся по­нять ме­ня, но знай, что на сей раз я го­во­рю серь­ез­но. Ино­гда слу­ча­ет­ся, что в ка­кой-то точ­ке про­стран­ст­ва пе­ре­се­ка­ют­ся ин­те­ре­сы силь­ных ми­ра се­го. Про­ви­де­нию или ка­ко­му-ни­будь шут­ни­ку в не­бес­ной кан­це­ля­рии бы­ло угод­но из­брать наш ост­ров в ка­че­ст­ве плац­дар­ма для гран­ди­оз­но­го экс­пе­ри­мен­та со вре­ме­нем. Ин­те­ре­сы Ва­ти­ка­на и Ор­де­на, ин­те­ре­сы нау­ки и са­мое глав­ное че­ло­ве­че­ское лю­бо­пыт­ст­во: что про­ис­хо­дит там, "за по­ро­гом ис­ти­ны" - сфо­ку­си­ро­ва­лись на на­шем пле­ме­ни. Мы с то­бой, Ай-ка-ю, ста­ло быть, "по­след­ние мо­ги­ка­не", жи­ву­щие в ус­ло­ви­ях цик­ли­че­ско­го вре­ме­ни, где мно­гие при­род­ные за­ко­ны дей­ст­ву­ют по дру­го­му. Нас нет, мы - миф, и в то же вре­мя мы су­ще­ст­ву­ем. Мы не ка­кие-ни­будь руи­ны, ко­то­рые кон­вен­цио­наль­но ре­ши­ли счи­тать Тро­ей, ибо ве­лик со­блазн и кор­по­ра­тив­ные ин­те­ре­сы. Нас мож­но по­тро­гать ру­ка­ми. Вот та­кие мы с то­бой, Ай-ка-ю, фе­но­ме­ны. И что из это­го сле­ду­ет? По­ла­га­ешь, нас на­до изу­чать, что­бы ис­под­воль, на ощупь по­доб­рать­ся к соб­ст­вен­ным ис­то­кам? Как бы не так! Нас на­до окуль­ту­рить, что­бы мы сво­им при­сут­ст­ви­ем не пор­ти­ли строй­ной кон­цеп­ции ми­ро­зда­ния. А луч­ше все­го за­пре­тить, как экс­пе­ри­мен­ты с кло­ни­ро­ва­ни­ем. Впро­чем, нам есть чем гор­дить­ся. По на­ше­му с то­бой, ма­лыш, по­во­ду Ва­ти­кан с Ор­де­ном пре­кра­ти­ли бес­ко­неч­ные спо­ры по во­про­сам прак­ти­че­ской мо­ра­ли и сна­ря­ди­ли ве­ли­ко­го ци­ви­ли­за­то­ра на за­висть всем уни­вер­си­те­там ми­ра, у ко­то­рых про­сто нет спе­циа­ли­стов по­доб­но­го уров­ня. О, прак­ти­че­ская мо­раль - ин­те­рес­ней­шая шту­ка! Во вре­ме­на Кон­ки­сты она до­пус­ка­ла де­сять про­цен­тов вы­жив­ших от об­ще­го чис­ла не­до­че­ло­ве­ков. На сме­ну конк­и­ста­до­рам при­шли ие­зуи­ты, ко­то­рые су­ме­ли по­сту­пить­ся прин­ци­па­ми, и про­цент вы­жив­ших увеличился многократно. Но Ва­ти­кан тре­бо­вал не­воз­мож­но­го: чис­то­ты прин­ци­пов и сто­про­цент­ной вы­жи­вае­мо­сти. Но мы-то с то­бой, ма­лыш, зна­ем, что чу­дес не бы­ва­ет, ибо са­ми из раз­ря­да чу­дес. Здесь нет ни Буд­ды, ни Кон­фу­ция, пе­ред ко­то­ры­ми ка­пи­ту­ли­ро­ва­ли да­же ие­зуи­ты. А зна­чит, бу­дет по­валь­ная пьян­ка, си­фи­лис и СПИД. Змея по­да­вит­ся сво­им хво­стом и не вы­жи­вет ни­кто: ни жи­вые, ни мерт­вые. Несть чис­ла по­гиб­ших по­пу­ля­ций, так и не су­мев­ших про­бить­ся в ис­то­рию. Ва­ти­кан вы­брал, без­ус­лов­но, луч­ше­го. Он дол­жен ле­ги­ти­ми­зи­ро­вать власть брах­ма­нов и кшат­ри­ев. Ра­зу­ме­ет­ся, ни о ка­ком ин­ду­из­ме не идет и ре­чи, - так, про­фес­сио­наль­ная тер­ми­но­ло­гия. Но для это­го ему не­об­хо­ди­мо ли­шить сво­ей до­ли вла­сти мерт­вых - за­гнать их в кон­цен­тра­ци­он­ные ла­ге­ря клад­би­щен­ских ог­рад и по­ста­вить у во­рот сво­его Пет­ра, что­бы плач и скре­жет зу­бов не до­ле­та­ли до Верх­не­го пре­де­ла. Роль ме­диу­ма ме­ж­ду жи­вы­ми и мерт­вы­ми - са­мая вы­год­ная. Цер­ковь жи­вет от­сро­чен­ным бла­жен­ст­вом, рав­но как го­су­дар­ст­во - от­сро­чен­ным дос­тат­ком, говаривал великий гуру галльского племени. Все они жи­вут смер­тью. За­пом­ни это, мой маль­чик: все жи­вые жи­вут за счет смер­ти. На кам­не мож­но по­стро­ить цер­ковь, но не взра­стить обиль­но­го уро­жая. "Ис­тин­но, ис­тин­но го­во­рю вам: ес­ли пше­нич­ное зер­но, пад­ши в зем­лю, не ум­рет, то ос­та­нет­ся од­но; а ес­ли ум­рет, то при­не­сет мно­го пло­да". (Еван­ге­лие от Ио­ан­на, гла­ва 12, стих 24). Вот по­то­му-то мы, мерт­вые, ре­ши­ли вос­стать. Ну­жен был лю­бой пред­лог, ибо чер­ный ие­зу­ит уже на­чал свою служ­бу. А те­перь иди до­мой, Ай-ка-ю, и сде­лай так, как я ска­зал. Зав­тра ты убе­дишь­ся в пра­во­те мо­их слов. И не за­будь про­те­реть гла­за у вхо­да в мою - свою - хи­жи­ну.
  По­след­ний со­вет ока­зал­ся не лиш­ним. Все не­об­хо­ди­мое к свадь­бе и по­гре­бе­нию при­сут­ст­во­ва­ло в на­ли­чии. И да­же сверх то­го - хва­ти­ло бы на пол­го­да без­бед­ной жиз­ни: но­вая шут­ка от Че­ло­ве­ка-Че­ре­па­хи.
 
 
  Ар-фу-а не за­ни­мал ка­кой-ли­бо долж­но­сти при дво­ре Во­ж­дя, хо­тя влия­ние его на по­ли­ти­ку Верх­не­го пре­де­ла не ос­па­ри­ва­лось. Воз­рас­том он был од­но­го­док с Че­ло­ве­ком-Че­ре­па­хой и да­же вме­сте с ним про­хо­дил ини­циа­цию, на ко­то­рой оба они опо­зо­ри­лись, так и не су­мев про­дер­жать ру­ку над ог­нем не­об­хо­ди­мое вре­мя. Меч­та­тель­ный юно­ша, лю­бив­ший иг­рать в сло­ва, Ар-фу-а и юный на­ту­ра­лист Че­ре­па­ха за­мет­но сбли­зи­лись в это вре­мя, так как оба ис­пы­та­ли на се­бе весь груз на­сме­шек и из­де­ва­тельств со­пле­мен­ни­ков. Но сколь раз­лич­но сло­жи­лись их судь­бы. Во вре­мя об­щей охо­ты на ягуа­ра не­лов­кий Че­ло­век-Че­ре­па­ха не смог или не за­хо­тел увер­нуть­ся от прыж­ка за­трав­лен­но­го зве­ря и, как по­до­ба­ет по­гиб­ше­му охот­ни­ку, был с по­че­том пре­про­во­ж­ден в Ниж­ний пре­дел. То был пер­вый - и един­ст­вен­ный - три­умф Че­ло­ве­ка-Че­ре­па­хи в зем­ной юдо­ли. На­вер­ное, это в ка­кой -то ме­ре объ­яс­ня­ет не­ко­то­рые ма­ло при­вле­ка­тель­ные чер­ты его ха­рак­те­ра. Ар-фу-а в тай­не оп­ла­кал быв­ше­го дру­га и в ту же ночь со­чи­нил эпи­та­фию:
  Над зем­лей ле­та­ют лю­ди:
  Взма­хи крыль­ев - власть же­ла­ний
  Еже­днев­но их уно­сит
  В бе­за­ла­бер­ные да­ли.
 
  Под зем­лей, в по­кое зыб­ком,
  Ду­шу ты дер­жи за кры­лья.
  Пусть она, пре­зрев уте­хи,
  По­ра­бо­та­ет не­мно­го.
  Сие тво­ре­ние но­во­яв­лен­ный пи­ит про­чи­тал на по­гре­бе­нии по­гиб­ше­го дру­га. Ме­та­фо­ра бы­ла в но­вин­ку и, как ока­за­лось, при­шлась весь­ма ко дво­ру не об­ре­ме­нен­но­му ло­ги­кой рас­суд­ку со­пле­мен­ни­ков. За рос­кош­ной ме­та­фо­рой вы­страи­ва­лись в оче­редь. Осо­бен­но бес­но­ва­лись да­мы: "твои гла­за, как две звез­ды, су­лят по­кой и на­сла­ж­де­ние" оце­ни­ва­ли в го­до­ва­ло­го ка­бан­чи­ка, пал­ку-ко­пал­ку и за­ве­ре­ния в не­из­мен­ной (по гроб жиз­ни!) ус­туп­чи­во­сти. По­след­нее об­стоя­тель­ст­во ма­ло ра­до­ва­ло мо­ло­до­го пии­та, но ма­те­ри­аль­ны­ми бла­га­ми он не пре­неб­ре­гал. Впо­след­ст­вии со­зре­ла уве­рен­ность, что рас­тра­чи­вать на жен­ский пол та­лан­т и здо­ро­вье - чрез­мер­ная рас­то­чи­тель­ность. Он на­пи­сал тор­же­ст­вен­ную оду на вос­ше­ст­вие на пре­стол но­во­го во­ж­дя, за что, по­доб­но на­ше­му Гав­ри­ле Дер­жа­ви­ну, был об­лас­кан и при­бли­жен. Не­смот­ря на свою бо­гем­ность и не­раз­бор­чи­вость в свя­зях, ока­зал­ся дель­ным со­вет­чи­ком: ска­зы­ва­лось влия­ние дав­ней друж­бы с Че­ло­ве­ком-Че­ре­па­хой, о ко­то­рой во­шед­ший в фа­вор при­двор­ный пи­ит ста­рал­ся не вспо­ми­нать.
  Кста­ти, Че­ре­па­ха был ед­ва ли не един­ст­вен­ным, кто не оце­нил эпи­та­фии, сло­жен­ной в его честь. Не оце­нил не из-за от­сут­ст­вия по­эти­че­ско­го слу­ха, а по иным, прин­ци­пи­аль­ным при­чи­нам. Из всех ри­то­ри­че­ских фи­гур под­на­то­рев­ший в нау­ках Че­ло­век-Че­ре­па­ха от­да­вал пред­поч­те­ние ме­то­ни­мии с ее ас­со­циа­тив­ны­ми ря­да­ми смеж­ных смы­слов. В ме­та­фо­ре он не без ос­но­ва­ния пред­по­ла­гал ло­ги­че­скую ошиб­ку и для сво­его глав­но­го про­ек­та - Эн­цик­ло­пе­дии цик­ли­че­ско­го вре­ме­ни - ма­ло при­год­ной. В то же вре­мя в ми­ну­ты пол­ной от­кро­вен­но­сти с са­мим со­бой (ес­ли они в прин­ци­пе воз­мож­ны - та­кие ми­ну­ты) Че­ло­век-Че­ре­па­ха дол­жен был при­знать, что осо­бым та­лан­том не­дог­ма­ти­че­ско­го мыш­ле­ния обя­зан имен­но это­му меч­та­тель­но­му юно­ше - це­ни­те­лю ка­те­го­ри­аль­ных оши­бок и раз­но­го ро­да па­ра­док­сов.
 
 
  Итак, рас­клад сил на пред­стоя­щую дис­кус­сию по­лу­чал­ся яв­но не в поль­зу "но­вой оп­по­зи­ции", о су­ще­ст­во­ва­нии ко­то­рой ни­кто, кро­ме са­мих оп­по­зи­цио­не­ров и Че­ре­па­хи, не по­доз­ре­вал: яв­лять­ся не­ви­ди­мы­ми в яв­ном, а не фи­гу­раль­ном смыс­ле, бы­ло ма­лень­ким, но ощу­ти­мым пре­иму­ще­ст­вом мерт­вых. Жи­вым при­хо­ди­лось до­воль­ст­во­вать­ся чер­ной рас­крас­кой. Вождь уже вы­ка­зал свое от­но­ше­ние к спо­ру, пуб­лич­но от­чи­тав гла­ву ста­рей­шин. Од­на­ко это со­всем не оз­на­ча­ло, что в спо­ре ме­ж­ду за­ко­ном и без­за­ко­ни­ем он при­мет сто­ро­ну по­след­не­го. Пра­вить ему ос­та­ва­лось не дол­го и, со­от­вет­ст­вен­но, серь­ез­ные рас­при с мерт­вы­ми ни­как не мог­ли вхо­дить в его пла­ны. Прав­да, су­ще­ст­во­ва­ло мно­го юри­ди­че­ских за­ко­вык, ут­ря­сти ко­то­рые и бы­ло по­ру­че­но Ар-фу-а.
  Во-пер­вых, ма­те­рин­ское пра­во на хи­жи­ну для Ай-ка-ноа. Брат не име­ет пра­во на жил­пло­щадь се­ст­ры и, следовательно, сам пред­мет спо­ра не за­ко­нен и ав­то­ма­ти­че­ски ан­ну­ли­ру­ет свои по­след­ст­вия. Имел ли пра­во брат в ка­че­ст­ве опе­ку­на не­со­вер­шен­но­лет­ней се­ст­ры вес­ти пе­ре­го­во­ры о ее за­му­же­ст­ве? Ра­зу­ме­ет­ся, имел, - будь то с жи­вым или с мерт­вым, - без раз­ни­цы. Мерт­вые яв­ля­ют­ся та­ки­ми же субъ­ек­та­ми пра­ва, как и жи­вые, гла­сил Древ­ний За­кон и да­же ин­тен­цио­наль­но на­ме­кал на их привилегированное по­ло­же­ние. Так что от­но­си­тель­но опе­кун­ско­го пра­ва - все чис­то. Но тут, как мы ни раз уж го­во­ри­ли, в де­ло вкли­ни­ва­ет­ся ро­ди­тель­ское пра­во, ко­то­рое, не­со­мнен­но, вы­ше опе­кун­ско­го: раз дочь бы­ла обе­ща­на ро­ди­те­ля­ми Ве­ли­ко­му охот­ни­ку, ни ка­кой брат, сват или хре­нов опе­кун не име­ет пра­во рас­по­ря­жать­ся ее судь­бой. И, ста­ло быть, ви­ды на суп­ру­же­ст­во у быв­ше­го дру­га­на Че­ре­па­хи пах­нут че­ре­пашь­им дерь­мом, ко­то­ро­го при эко­номном рас­хо­до­ва­нии долж­но хва­тить на пол­ный се­зон­ный цикл (Из­вест­ный анек­дот о пло­хих и хо­ро­ших но­во­стях имел хо­ж­де­ние да­же в Верх­нем пре­де­ле).
  И все так и бы­ло бы, ес­ли бы ста­рый ду­рак Ар-ха-ю (с умыс­лом или без умыс­ла - еще пред­сто­ит вы­яс­нить) не про­вел по­един­щи­ков ме­ж­ду час­тя­ми жерт­вен­но­го жи­вот­но­го и тем са­мым не скре­пил кро­вью ус­ло­вия по­един­ка. По­сле по­доб­но­го фак­та все ча­ст­ные пра­ва от­хо­дят на вто­рой план и в дей­ст­вие всту­па­ет Древ­ний За­кон, за­ве­щан­ный пред­ка­ми со слов са­мо­го Ве­ли­ко­го Не­из­вест­но­го: рас­прям сре­ди жи­вых и мерт­вых со­пле­мен­ни­ков - не бы­вать, а ко­ли слу­чит­ся та­кое - раз­би­рать­ся со всей тща­тель­но­стью и пре­дос­то­рож­но­стью. Лю­бые ча­ст­ные пра­ва, по­вто­рим, те­ря­ют си­лу во имя со­хра­не­ния ми­ра и со­гла­сия. Ста­рый дру­жок Че­ре­па­ха пе­рес­сал мир­но­го идио­та, и те­перь кра­сот­ке Ай-ка-ноа пред­сто­ит виз­жать, как ре­за­но­му по­ро­сен­ку, на мо­ги­ле бу­ду­ще­го суп­ру­га под при­твор­ные во­пли воз­бу­ж­ден­ной тол­пы: ах, ка­кую кра­сот­ку мы те­ря­ем; ах, как ей еще хо­те­лось бы по­жить; ах, как ве­лик наш дар по­ве­ли­те­лю Ниж­не­го пре­де­ла и.т.д. и.т.п. Мер­зость в оп­ра­ве бла­го­чес­тия! Про­сить Во­ж­дя не ут­вер­ждать ре­ше­ние ста­рей­ши­ны? Пой­ти на от­кры­тый кон­фликт с мерт­вы­ми со­брать­я­ми? Кто его под­дер­жит? "Пре­то­ри­ан­цы" во гла­ве с Ве­ли­ким охот­ни­ком? По­жа­луй, да, у не­го здесь лич­ный ин­те­рес. Не­сколь­ко бо­га­тых ро­дов, тя­го­тя­щих­ся пле­мен­ной мо­но­по­ли­ей на внеш­нюю тор­гов­лю и же­лаю­щих са­мо­стоя­тель­но вы­хо­дить на рын­ки. Куч­ка мар­ги­на­лов, для ко­то­рых лю­бая война, что мать род­на. Ам­би­ци­оз­ные юно­ши, меч­таю­щие стя­жать сла­ву на рат­ном по­ле. Вся бе­да в том, что сла­ва, при­об­ре­тен­ная во вре­мя гра­ж­дан­ских войн, сию­ми­нут­на и про­хо­дя­ща, за­то по­зор ве­чен. Пред­ки, не­со­мнен­но, зна­ли, что де­ла­ли, ко­гда ус­та­нав­ли­ва­ли свои при­ори­те­ты. Да и как во­об­ще, хо­тя бы тео­ре­ти­че­ски, пред­ста­вить воо­ру­жен­ное столк­но­ве­ние с мерт­вы­ми. Два доб­ле­ст­ных войска на рат­ном по­ле, ли­цом к ли­цу, ко­пье про­тив ко­пья, кин­жал про­тив кин­жа­ла? Ни­че­го по­доб­но­го! То бу­дет та­кая пар­ти­зан­щи­на, о ко­то­рой страш­но и по­мыс­лить. Бро­са­ешь в про­тив­ни­ка ко­пье, а оно со сви­стом про­ле­та­ет сквозь не­го, не при­чи­няя ни ма­лей­ше­го вре­да. Да и то толь­ко в том слу­чае, ес­ли мерт­вый во­ин, из­де­ва­тель­ст­ва или шут­ки ра­ди, из­во­лит пред­стать пе­ред твои­ми оча­ми. Мерт­вых нель­зя убить, они и без то­го мерт­вы.
  Един­ст­вен­ная на­де­ж­да на ма­гию. Но и здесь об­стоя­тель­ст­ва скла­ды­ва­ют­ся не в поль­зу жи­вых. Об­ласть ма­гии внеш­няя, не им­ма­нент­ная им сре­да. Толь­ко дол­гая ра­бо­та ду­ши и не­пре­мен­но вро­ж­ден­ные спо­соб­но­сти по­зво­ля­ют ино­гда при­кос­нуть­ся к транс­цен­дентно­му. Но не ра­ди ко­ры­ст­ных ин­те­ре­сов и уж, тем бо­лее, не для ре­ше­ния сию­ми­нут­ных по­ли­ти­че­ских за­дач. Ар-ха-ю, ко­неч­но, не мог знать глав­но­го за­ко­на ма­гов, сфор­му­ли­ро­ван­но­го Эли­фа­сом Ле­ви: дей­ст­вен­ность ма­гии на­хо­дит­ся в пря­мо про­пор­цио­наль­ной за­ви­си­мо­сти от ее бес­ко­ры­стия, но мыс­лил, как ни стран­но, в пра­виль­ном на­прав­ле­нии. Ма­гия в ка­че­ст­ве по­пыт­ки взять штур­мом цар­ст­вие не­бес­ное (в на­шем слу­чае - под­зем­ное, но это не суть важ­но) об­ре­че­на на по­ра­же­ние в вой­не с мерт­вы­ми. Те жи­вут в транс­цен­дентном за­пре­де­ле, и ма­гия для них ес­те­ст­вен­ная сре­да оби­та­ния. Та­ко­вы не­зыб­ле­мые прин­ци­пы за­цик­лен­но­го вре­ме­ни. Ра­зо­рви Ко­ле­со Вре­мен, и в бур­ном по­то­ке ра­цио­на­лиз­ма ма­гия рас­тво­рить­ся, девальвирует до по­шлых объ­яв­ле­ний о сня­тии сгла­за и пор­чи. Ес­ли не умом, то ин­туи­ци­ей, свой­ст­вен­ной по­этам, Ар-фу-а по­ни­мал, что вой­на с мерт­вы­ми бес­смыс­лен­на. Это бу­дет не вой­на, а ес­те­ст­вен­ный про­цесс вы­ми­ра­ния пле­ме­ни, будь то от хо­ле­ры, чу­мы, СПИ­Да или еще ка­кой-ни­будь па­ко­сти, ко­то­рая при­дет­ся по ду­ше Че­ло­ве­ку-Че­ре­па­хе.
  Ос­та­ет­ся од­но - ус­ту­пить. Вос­ста­но­вить ста­тус-кво пу­тем омер­зи­тель­ной, но столь не­об­хо­ди­мой жерт­вы. И еще: на­до что-то ре­шать с Ве­ли­ким охот­ни­ком. Об­ви­нить его в чем угод­но, хоть в том, что он со­жрал Лу­ну и на­сле­дил в океа­не, но не дать ему по­се­ять сму­ту в гвар­дии. "Пре­то­ри­ан­цы" во все вре­ме­на ис­поль­зо­ва­лись для го­су­дар­ст­вен­ных пе­ре­во­ро­тов. Ар-фу-а не был за­ин­те­ре­со­ван в пе­ре­во­ро­те, а вот в сме­ще­нии Ве­ли­ко­го охот­ни­ка, серь­ез­но­го кон­ку­рен­та на од­ну весь­ма не­ма­ло­важ­ную долж­ность, за­ин­те­ре­со­ван, и не ма­ло. Впро­чем, не ис­клю­че­но, что все это до­су­жие до­мыс­лы, и Ар-фу-а чист и не­ви­нен, аки аг­нец не­бес­ный. С оп­ре­де­лен­но­стью мож­но ут­вер­ждать толь­ко од­но: Ар-фу-а твер­до ре­шил, что бу­дет со­ве­то­вать Во­ж­дю, и имел все шан­сы быть ус­лы­шан­ным.

 

Гла­ва 4, ко­то­рую мож­но про­пус­тить вслед­ст­вие ее ог­ром­но­сти,

сум­бур­но­сти и оби­лия ци­тат


 
  Быв­ший про­вин­ци­ал Океа­нии, а ны­не ас­си­стент всей Юго-Вос­точ­ной Азии в Ри­ме, отец Эуд­же­нио на­ка­ну­не ви­зи­та в пре­ис­под­нюю удо­сто­ил­ся ау­ди­ен­ции с Ио­ан­ном Пав­лом II.
  - Про­сти, Эуд­же­нио, но у ме­ня нет Вер­ги­лия те­бе в про­во­жа­тые. При­дет­ся вы­кру­чи­вать­ся са­мо­му, - ска­зал па­па.
  - Мне не при­вы­кать, Ва­ше Свя­тей­ше­ст­во. Все то, что прес­са раз­ду­ла во­круг ано­ма­лии, по­ла­гаю, не сто­ит при­ни­мать все­рь­ез. О су­ще­ст­во­ва­нии Ост­ро­ва нам, ие­зуи­там, из­вест­но с XVII ве­ка из за­пи­сок Алек­сан­д­ра де Ро­до­са. Свя­той Фран­циск Кса­вье то­же вскользь упо­ми­нал о нем. То­гда это со­чли оче­ред­ным ми­фом об Ат­лан­ти­де. Мы, ие­зуи­ты, на­род прак­ти­че­ский. Тот факт, что Ост­ров не воз­мож­но за­ме­тить с мо­ря, оз­на­ча­ет для нас толь­ко од­но: его не воз­мож­но за­ме­тить с мо­ря. Не бо­лее то­го.
  - Зна­ешь, Эуд­же­нио, те пар­ни из Лэнг­ли, что су­ме­ли про­ска­ни­ро­вать его со спут­ни­ка, ка­за­лись весь­ма и весь­ма ис­пу­ган­ны­ми. Ты ви­дел на­пу­ган­но­го це­ре­уш­ни­ка, Эуд­же­нио? За­нят­ное зре­ли­ще. Они об­ра­ти­лись ко мне, как Гос­по­ду Бо­гу, и по­тре­бо­ва­ли разъ­яс­не­ний.
  Отец Эуд­же­нио по­да­вил не­воль­ную улыб­ку. Пра­во тре­бо­вать от­че­та от ко­го бы то ни бы­ло, вклю­чая Бо­га, впол­не впи­сы­ва­лось в но­вую аме­ри­кан­скую док­три­ну.
  - Я чи­тал их док­лад, Ва­ше Свя­тей­ше­ст­во. Экс­пе­ри­мен­ту с ча­са­ми нель­зя от­ка­зать в ост­ро­умии. Фо­то­сним­ки мерт­вых до­воль­но от­чет­ли­вы. Но по­че­му они ре­ши­ли, что Ост­ров уг­ро­жа­ет Аме­ри­ке? Че­ты­ре­ста лет ни­ко­му не уг­ро­жал.
  - По-сво­ему они пра­вы, - ус­та­ло ска­зал па­па, от­ки­ды­ва­ясь на спин­ку крес­ла. - Все, что не по­хо­же на Аме­ри­ку, в ка­ком-то смыс­ле уг­ро­жа­ет Аме­ри­ке. На­род, столь­ко сил по­ло­жив­ший на то, что­бы вся Ев­ро­па за­ка­ты­ва­лась над жиз­не­ра­до­ст­ны­ми са­диз­ма­ми То­ма и Джер­ри, не мо­жет до­пус­тить со­су­ще­ст­во­ва­ния с не­из­ве­дан­ным. Опа­сен не враг. С вра­гом мож­но рас­пра­вить­ся. Опас­на "чер­ная ды­ра" не­по­знан­но­го. Из нее, как пра­ви­ло, вы­пол­за­ют кош­ма­ры. Быть мерт­вым - са­мый боль­шой кош­мар со­вре­мен­но­го че­ло­ве­ка. И мы с то­бой, Эуд­же­нио, не ма­ло по­спо­соб­ст­во­ва­ли рас­про­стра­не­нию это­го кош­ма­ра.
  Отец Эуд­же­нио по­ду­мал, что па­па очень стар и ны­неш­няя его тен­ден­ция смот­реть на все с точ­ки зре­ния Страш­но­го Су­да, не спо­соб­ст­ву­ет про­па­ган­де ка­то­ли­циз­ма. Се­го­дня он из­ви­ня­ет­ся пе­ред ев­рея­ми. Зав­тра бу­дет из­ви­нять­ся пе­ред стра­на­ми "третье­го ми­ра" за то, что "зо­ло­той мил­ли­ард" жи­вет за их счет. По­сле­зав­тра по­про­сит про­ще­ние у мерт­вых, что уже во­об­ще ни в ка­кие во­ро­та не ле­зет. Ие­рар­хия от­нюдь не над­мир­ное со­ору­же­ние. Она все­гда бы­ла в цен­тре по­ли­ти­че­ской борь­бы. Жи­ли в на­стоя­щем. Раз­го­ва­ри­ва­ли с при­сут­ст­вую­щи­ми. Воз­ни­ка­ют со­жа­ле­ния. Ка­кой в них прок? - так, ка­жет­ся, в из­вест­ном сти­хо­тво­ре­нии Брех­та.
  Па­па при­крыл гла­за и, ка­за­лось, ус­нул.
  - Это бу­дет ка­то­ли­че­ская или свет­ская мис­сия? - ре­шил­ся на­ру­шить его уе­ди­не­ние пад­ре Эуд­же­нио, еще сам до кон­ца не по­ни­мая смыс­ла воз­ло­жен­ных на не­го за­дач.
  - Че­ло­ве­че­ская, Эуд­же­нио. По­ста­рай­ся вер­нуть­ся жи­вым. Я бу­ду мо­лить­ся за те­бя, - чуть слыш­но про­шеп­тал па­па.
 
 
  По­след­ние не­сколь­ко дней до от­ле­та в Сид­ней отец Эуд­же­нио про­вел в ва­ти­кан­ской биб­лио­те­ке за чте­ни­ем ме­муа­ров Ро­бер­та де Но­би­ли. Он все­гда пе­ре­чи­ты­вал эту кни­гу, зна­ча­щую­ся в ка­та­ло­ге пап­ской биб­лио­те­ки под гри­фом "со­вер­шен­но сек­рет­но", в дни со­мне­ний и не­уве­рен­но­сти в соб­ст­вен­ных си­лах. Весь­ма по­роч­ная с точ­ки зре­ния офи­ци­аль­ной церк­ви, она, тем не ме­нее, ка­ким-то за­ме­ча­тель­ным об­ра­зом ук­ре­п­ля­ло его дух.
  Италь­ян­ский ие­зу­ит, пле­мян­ник кар­ди­на­ла Бел­лар­мин, Ро­берт де Но­би­ли при­был в юж­но-ин­дий­ский го­род Ма­дур в 1606 го­ду. К то­му вре­ме­ни кон­вей­ер об­ра­ще­ния ту­зем­цев в хри­сти­ан уже ра­бо­тал на пол­ную мощ­ность. Сот­ня порт­ных в Гоа ед­ва ус­пе­ва­ли шить кре­стиль­ные ру­баш­ки. Ес­ли не вда­вать­ся в под­роб­но­сти, все вы­гля­де­ло наи­луч­шим об­ра­зом. Ес­ли вда­вать­ся, не труд­но бы­ло за­ме­тить, что все но­во­об­ра­щен­ные при­над­ле­жа­ли к низ­шей кас­те. Это впол­не со­от­вет­ст­во­ва­ло ду­ху хри­сти­ан­ско­го уче­ния: Ии­сус про­по­ве­до­вал сре­ди "за­блуд­ших овец ста­да из­раи­ле­ва". Од­на­ко в же­ст­ком кас­то­вом об­ще­ст­ве Ин­дии с ее ог­ром­ным на­ро­до­на­се­ле­ни­ем 300000 но­во­об­ра­щен­ных "не­при­ка­сае­мых" не ме­ня­ли об­щей кар­ти­ны. Власть со­сре­до­та­чи­ва­лась в ру­ках брах­ма­нов и кшат­ри­ев. А сре­ди тех воз­вы­шен­ных пред­ста­ви­те­лей ро­да че­ло­ве­че­ско­го уже во­всю ору­до­ва­ли му­суль­ман­ские мул­лы, еще до при­бы­тия пер­вых хри­сти­ан­ских мис­сий про­то­рив­шие до­ро­гу в Ин­дию, - бла­го, жи­ли по со­сед­ст­ву. Не­об­хо­ди­мы бы­ли ре­ши­тель­ные контр­ме­ры, и Ро­берт де Но­би­ли за­сел за изу­че­ние та­миль­ско­го язы­ка.
  В этом сво­ем ос­но­во­по­ла­гаю­щем на­чи­на­нии хит­рый ие­зу­ит пре­ус­пел на­столь­ко, что гим­ны, на­пи­сан­ные им в честь ин­дус­ских бо­гов, от­ли­чить от под­лин­ных бы­ло по си­лам толь­ко хо­ро­ше­му лин­гвис­ту с боль­шой язы­ко­вой прак­ти­кой. Воо­ру­жен­но­му та­ким ба­га­жом зна­ний, от­цу Ро­бер­ту не со­ста­ви­ло тру­да ра­зо­брать­ся с эмис­са­ра­ми Ал­ла­ха. В ру­ка­ве его су­та­ны скры­вал­ся все­по­бе­ж­даю­щий ко­зыр­ной туз, уже дав­но до­ка­зав­ший свое мо­гу­ще­ст­во на тер­ри­то­рии Вос­точ­ной Ев­ро­пы и Ки­ев­ской Ру­си в ча­ст­но­сти. Спра­вед­ли­во­сти ра­ди на­до от­ме­тить, что пер­вы­ми при­ме­ни­ли дан­ную стра­те­гию имен­но ви­зан­тий­цы, а Ро­берт де Но­би­ли был тем че­ло­ве­ком, ко­то­рый не стес­нял­ся учить­ся да­же у оп­по­нен­тов. На­зи­да­тель­ным при­ме­ром не­даль­но­вид­но­сти мож­но счи­тать судь­бу не­ко­гда ог­ром­но­го ха­зар­ско­го ка­га­на­та, по во­ле сво­их пра­ви­те­лей лег­ко­мыс­лен­но при­няв­ше­го иу­да­изм. К на­ча­лу XVII ве­ка ка­га­на­та уже бо­лее пя­ти со­тен лет как не су­ще­ст­во­ва­ло. Ни Рим, ни Ви­зан­тия не со­чли нуж­ным за­щи­тить экс­цен­три­ков от на­ше­ст­вия Зо­ло­той Ор­ды. Сот­ни ты­сяч но­во­об­ра­щен­ных ев­ре­ев, мес­та­ми брю­не­тов, мес­та­ми блон­ди­нов, хлы­ну­ли на тер­ри­то­рию Ев­ро­пы, а за­тем, по от­кры­тии оной, и в Аме­ри­ку. Па­ле­стин­цы от­ды­ха­ют в сво­их па­ле­сти­нах. Та­ко­ва в двух сло­вах не ли­шен­ная изя­ще­ст­ва кон­цеп­ция Ар­ту­ра Ке­ст­ле­ра.
  "Уче­ние Хри­ста все­силь­но, ибо оно вер­но!" Сла­ва Бо­гу, что сре­ди хри­сти­ан­ских про­по­вед­ни­ков не на­шлось столь ту­по­го­ло­вых про­па­ган­ди­стов, кои­ми яв­ля­лись ком­му­ни­сты. Маркс, вне вся­ко­го со­мне­ния, был ве­ли­ким фи­ло­со­фом, и не его ви­на, что уче­ние, во мно­гом со­звуч­ное ми­ро­ощу­ще­нию пер­во­на­чаль­ной апо­столь­ской церк­ви, по­па­ло в ду­рац­кие ру­ки. Итак, Ро­берт де Но­би­ли вы­та­щил ту­за из ру­ка­ва. Ии­сус, бу­ду­чи ве­ли­ким зна­то­ком че­ло­ве­че­ской ду­ши и со­всем не сно­бом в сво­ей мир­ской ипо­ста­си, ни ра­зу не об­мол­вил­ся, что ви­но есть грех. На­про­тив, сам не гну­шал­ся об­ра­щать во­ду в ви­но. Му­хам­мед, ко­то­ро­му впол­не хва­та­ло и соб­ст­вен­ных при­род­ных эк­заль­та­ций, на­ло­жил на ви­но за­прет. Уме­ло­му про­по­вед­ни­ку убе­дить це­ни­те­лей со­мы, чей бог бо­лее ми­ло­сер­ден, бы­ло не труд­но. Го­раз­до слож­нее про­бить­ся во вла­ст­ные струк­ту­ры раз­де­лен­ной не­про­ни­цае­мы­ми пе­ре­го­род­ка­ми ин­дий­ской суб­ма­ри­ны.
  Ро­берт де Но­би­ли объ­я­вил се­бя сни­зи, каю­щим­ся брах­ма­ном. Об­ла­чил­ся в крас­но-жел­тые оде­ж­ды из мус­ли­на, де­ре­вян­ные баш­ма­ки, вы­брил го­ло­ву и на­ма­зал лоб жел­той крас­кой из сан­да­ло­во­го де­ре­ва. Це­лый год про­жил в уе­ди­нен­ной пе­ще­ре на во­де и ово­щах, пре­да­ва­ясь ме­ди­та­ции, раз­мыш­ле­ни­ям и со­вер­шен­ст­ву­ясь в под­ра­жа­нии Ве­дам. В кон­це кон­цов, на­стоя­щие брах­ма­ны воз­ник­ли на его по­ро­ге с це­лью про­яс­не­ния си­туа­ции. Да­лее сле­ду­ет не­пе­ре­во­ди­мая с та­миль­ско­го на ла­тынь ду­ше­раз­ди­раю­щая ис­то­рия о жи­тии рим­ских брах­ма­нов. О том, как кар­фа­ген­ский брах­ман Ган­ни­бал вер­хом на сло­не пе­ре­шел под­пи­раю­щие не­бе­са не­при­ступ­ные Аль­пы, раз­бил рим­ское вой­ско при Кан­нах и по­до­шел к са­мим сте­нам веч­но­го го­ро­да. Бра­тья-брах­ма­ны Пуб­лий и Лу­ций с кри­ком "Ган­ни­бал у во­рот!" вы­ско­чи­ли за го­род­ские сте­ны и сце­пи­лись в не­при­ми­ри­мой схват­ке с Ган­ни­ба­лом и со сло­ном. Слон был по­вер­жен, а Ган­ни­бал вы­ну­ж­ден уно­сить но­ги к ца­рю Ви­фи­нии Пру­сию, где вско­ре от рас­строй­ства чувств на­ло­жил на се­бя ру­ки по­сред­ст­вом фла­ко­на с ядом. Бра­тья-брах­ма­ны за сей под­виг по­бе­до­нос­но­го сце­п­ле­ния бы­ли про­зва­ны Сци­пио­на­ми: Пуб­лий Кор­не­лий Сци­пи­он Аф­ри­кан­ский, ибо драл­ся и ры­кал, как аф­ри­кан­ский лев, и Лу­ций Кор­не­лий Сци­пи­он Ази­ат­ский, так как в сво­ей стра­те­гии во всем по­дро­жал по­вад­кам бен­галь­ско­го ти­гра. Прав­да, впо­след­ст­вии бра­тья Сци­пио­ны бы­ли об­ви­не­ны су­ро­вым брах­ма­ном Ка­то­ном в при­вер­жен­но­сти к гре­че­ским обы­ча­ям и вы­ну­ж­де­ны уда­лить­ся в ссыл­ку. Что есть гре­ки, ин­дий­цы на­креп­ко за­пом­ни­ли со вре­мен Ис­кан­де­ра Дву­ро­го­го (Алек­сан­д­ра Ве­ли­ко­го), пле­нив­ше­го их соб­ст­вен­но­го ца­ря По­ра. "Вер­хом на сло­не" окон­ча­тель­но убе­ди­ло ин­дий­ских брах­ма­нов, что чу­же­зе­мец не врет. Под име­нем Та­ту­ва-По­да­пар-Суа­ми (об­ла­да­тель 96 со­вер­шенств ис­тин­но­го муд­ре­ца) Ро­берт де Но­би­ли был офи­ци­аль­но при­чис­лен к вар­не брах­ма­нов. Вско­ре "по прось­бе тру­дя­щих­ся", ра­зу­ме­ет­ся, он вы­ну­ж­ден был ос­но­вать ре­ли­ги­оз­но-фи­ло­соф­скую шко­лу, в ко­то­рой ма­ла­бар­ские об­ря­ды на­столь­ко тес­но пе­ре­пле­лись с хри­сти­ан­ской тео­ло­ги­ей, что в сво­ей не­под­ра­жае­мой эк­лек­ти­ке пе­ре­рос­ли во что-то но­вое и весь­ма при­тя­га­тель­ное на­по­до­бие то­го же мар­ксиз­ма: па­ри­ям не­че­го те­рять, кро­ме сво­их це­пей. Да об­ре­тут они весь мир под зна­ме­нем кре­ста и с име­нем Ии­су­са на ус­тах.
  Над са­мим Та­ту­ва-По­да­пар-Суа­ми де Но­би­ли ту­чи на­ча­ли сгу­щать­ся дос­та­точ­но ра­но. Ме­рить­ся с фор­маль­ным кас­то­вым бес­пре­де­лом ин­дуи­ст­ской тра­ди­ции ка­то­ли­цизм был не на­ме­рен. В 1618 го­ду ар­хи­епи­скоп Гоа вы­звал от­ца Ро­бер­та и по­тре­бо­вал от­че­та, ка­ким это стран­ным об­ра­зом он при­ча­ща­ет и ис­по­ве­ду­ет па­ст­ву, ес­ли да­же гос­тию для при­час­тия вы­ну­ж­ден про­тя­ги­вать на кон­це спе­ци­аль­но пред­на­зна­чен­ной для это­го тро­сти.
  Ин­дий­ский сно­бизм не че­та ев­ро­пей­ско­му. Гре­че­ская фи­ло­со­фия и хри­сти­ан­ская тео­ло­гия, столь раз­лич­ные по сво­им це­лям и сред­ст­вам, не сго­ва­ри­ва­ясь, про­воз­гла­ша­ют од­но: все лю­ди по сво­ему ро­ж­де­нию рав­ны. Жизнь еже­днев­но оп­ро­вер­га­ет это ос­вя­щен­ное двой­ной муд­ро­стью ут­вер­жде­ние, но все мы с ма­ниа­каль­но­стью бе­зум­цев по­кло­ня­ем­ся это­му за­блу­ж­де­нию. И в этом, на­вер­ное, на­ша си­ла. Гу­ма­низм - ос­но­во­по­ла­гаю­щая ил­лю­зия ев­ро­пей­ско­го че­ло­ве­ка - со­вер­шен­но не ло­ги­чен с точ­ки зре­ния при­род­но­го де­тер­ми­низ­ма. Вы­жи­ва­ет силь­ней­ший - за­по­ве­до­ва­но нам Дар­ви­ном и При­ро­дой. Ин­те­рес­но, кто-ни­будь ко­гда-ни­будь ут­ру­ж­дал се­бя под­сче­том, че­го боль­ше в со­вре­мен­ном че­ло­ве­ке - при­род­но­го или "на­нос­но­го", ис­то­ри­ей, куль­ту­рой, со­ци­аль­но­стью? Или по­ста­вим во­прос так - ка­кой из двух сфер бо­лее при­вер­жен со­вре­мен­ный че­ло­век: сфе­ре во­об­ра­жае­мо­го с ее спе­ку­ля­тив­ны­ми ло­ги­че­ски­ми по­строе­ния­ми, ино­гда под­твер­ждаю­щи­ми­ся прак­ти­кой, а ино­гда - нет, что со­вер­шен­но не ме­ша­ет ей су­ще­ст­во­вать и ока­зы­вать влия­ние на об­ще­ст­во, или сфе­ре тел­лу­ри­че­ской, при­род­но-био­ло­ги­че­ской? Мо­жет, мы уже жи­вем в том ми­ре, где раз­ви­тие про­ис­хо­дит не по при­род­ным за­ко­нам, а по за­ко­ну фан­таз­ма, вы­ве­ден­но­му Жа­ком Ла­ка­ном? Все кол­лек­тив­ные упо­ва­ния по­лу­чи­ли ка­кую-то стран­ную тен­ден­цию сбы­вать­ся. За­хо­те­ли реа­ли­зо­вать уто­пию в ви­де по­строе­ния ком­му­ни­сти­че­ско­го рая, по-ду­рац­ки, но реа­ли­зо­ва­ли. Ес­ли бы сле­до­ва­ли кан­тов­ской ин­тен­ции прак­ти­че­ско­го ра­зу­ма "Рас­су­ж­дай­те сколь угод­но и о чем угод­но, толь­ко по­ви­нуй­тесь!" и не до­во­ди­ли ин­тел­ли­ген­цию до бе­ло­го ка­ле­ния ме­лоч­ны­ми за­пре­та­ми на Пас­тер­на­ка и Гу­ми­ле­ва, уто­пия, не ис­клю­че­но, слу­чи­лась бы бо­лее ус­той­чи­вая и не по­тре­бо­ва­ла ко­рен­ной де­кон­ст­рук­ции в не­что хао­со­по­доб­ное вре­мен "ди­ко­го" ка­пи­та­лиз­ма. "Ис­ти­на струк­ту­ри­ро­ва­на как вы­мы­сел", - пре­ду­пре­ж­дал Ла­кан. Мо­жет быть, имен­но уни­вер­саль­ные ил­лю­зии и де­ла­ют из че­ло­ве­ка че­ло­ве­ка. Пусть и все­це­ло фан­таз­ма­ти­че­ские, они под­ни­ма­ют его над зем­лей. Вы­тя­ги­ва­ют из био­ло­ги­че­ско­го кру­го­во­ро­та. У ка­ж­дой из них есть свой изъ­ян, свой "не­при­стой­ный экс­цесс". Чем бо­лее мы про­ни­ка­ем­ся ил­лю­зи­ей, тем боль­ше от­ры­ва­ем­ся от зем­ли и тем труд­нее нам су­ще­ст­во­вать в ре­аль­ной дей­ст­ви­тель­но­сти. Сто­ит вос­при­нять все­рь­ез аб­ст­рак­цию ра­вен­ст­ва и на­чать "ка­чать пра­ва", по­че­му это я за свой вау­чер по­лу­чил литр вод­ки, а г-н Хо­дор­ков­ский ЮКОС, дей­ст­ви­тель­ность бы­ст­ро по­ста­вит на ме­сто. По­доб­ны­ми экс­пе­ри­мен­та­ми мы все бо­лее ут­вер­жда­ем в се­бе че­ло­ве­ка и од­но­вре­мен­но с этим об­ре­та­ем сим­птом, но уже не по Мар­ксу-Ла­ка­ну ("Как Маркс изо­брел сим­птом" на­зы­ва­ет­ся пер­вая гла­ва од­но­го из са­мых из­вест­ных ин­тел­лек­ту­аль­ных бест­сел­ле­ров по­след­не­го вре­ме­ни "Воз­вы­шен­ный объ­ект идео­ло­гии" Сла­воя Жи­же­ка), а в чис­то в ме­ди­цин­ском смыс­ле это­го сло­ва: мы ста­но­вим­ся пси­хо­ти­ка­ми, не спо­соб­ны­ми уяс­нить сим­во­ли­че­ский по­ря­док сре­ды сво­его оби­та­ния. Мож­но, ко­неч­но, "по­ло­жить" на уни­вер­саль­ные ил­лю­зии и дей­ст­во­вать по прин­ци­пу - по­сле нас хоть по­топ. Хо­ро­ший ап­пе­тит и сон га­ран­ти­ро­ван­ны.
  Впро­чем, ав­тор ув­лек­ся и об этом у не­го еще бу­дет по­вод по­го­во­рить в свя­зи с "жи­вой эти­кой" мерт­во­го гос­по­ди­на Че­ре­па­хи. По­ка же сле­ду­ет при­ло­жить мак­си­мум уси­лий, что­бы вы­зво­лить из бе­ды экс­цен­трич­но­го ие­зуи­та Ро­бер­та де Но­би­ли. Для это­го нам при­дет­ся ре­шить од­ну не­подъ­ем­ную за­да­чу: уяс­нить при­чи­ны са­кра­ли­за­ции не­ра­вен­ст­ва в ин­дуи­ст­ской тра­ди­ции.
  По­нять эти при­чи­ны слож­но. Ра­цио­наль­но­го, то есть су­гу­бо ло­ги­че­ско­го от­ве­та на во­прос не су­ще­ст­ву­ет. Да­же ве­ли­кий Макс Мюл­лер, пе­ре­во­дчик и ком­мен­та­тор Вед, раз­во­дит ру­ка­ми. "Со­вре­мен­ный ин­ду­изм ос­но­вы­ва­ет­ся на кас­то­вой сис­те­ме, как на фун­да­мен­те, ко­то­рый не мо­жет быть по­ко­леб­лен ни од­ним ар­гу­мен­том; но в Ве­дах, выс­шем ав­то­ри­те­те ре­ли­ги­оз­ной ве­ры ин­ду­сов, не упо­ми­на­ет­ся о слож­ной кас­то­вой сис­те­ме, ко­то­рую мы на­хо­дим в кни­гах Ма­ну; бо­лее то­го, в од­ном мес­те, где речь идет об обыч­ных клас­сах ин­дий­ско­го или лю­бо­го дру­го­го об­ще­ст­ва, упо­ми­на­ет­ся, что жре­цы, вои­ны, сво­бод­ные гра­ж­да­не и ра­бы - все оди­на­ко­во про­изош­ли от Брах­ма­на, ис­точ­ни­ка все­го су­ще­го", - пи­сал он в "Вве­де­нии в нау­ку о ре­ли­гии".
  Во­лей-не­во­лей при­дет­ся об­ра­тить­ся к ис­точ­ни­кам не­че­ло­ве­че­ским, а имен­но, к Еди­но­му Прин­ци­пу все­го су­ще­го. Ре­кон­ст­рук­ции про­яв­ле­ния это­го Еди­но­го Прин­ци­па - При­мор­ди­аль­ной Тра­ди­ции - по­свя­тил свою жизнь зна­ме­ни­тый эзо­те­рик Ре­не Ге­нон. На­сколь­ко не­ор­ди­на­рен был этот че­ло­век, сви­де­тель­ст­ву­ет хо­тя бы та­кой анек­дот. В 1908 го­ду сре­ди чле­нов па­риж­ско­го ор­де­на мар­ти­ни­стов, воз­глав­ляе­мо­го не­бе­зыз­ве­ст­ным в кру­гах до­мо­хо­зя­ек и адеп­тов раз­ных мас­тей док­то­ром Па­пю­сом (Же­рар Ан­косс), раз­ра­зил­ся гран­ди­оз­ный скан­дал. Во вре­мя спи­ри­ти­че­ско­го се­ан­са в при­сут­ст­вии мно­го­чис­лен­ных сви­де­те­лей мар­ти­ни­сты по­лу­чи­ли от ду­хов со­вер­шен­но не­дву­смыс­лен­ное по­сла­ние. Весь ужас или пре­лесть дан­ной ис­то­рии за­клю­чен в том, что по­сла­ние это, в от­ли­чие от со­тен дру­гих по­сла­ний, аб­со­лют­но не ну­ж­да­лось в ин­тер­пре­та­ции, на чем соб­ст­вен­но и спе­циа­ли­зи­ро­ва­лись мар­ти­ни­сты. Со всей об­стоя­тель­но­стью ду­ха­ми бы­ло пред­пи­са­но сле­дую­щее: вос­ста­но­вить ор­ден Там­плие­ров и на­зна­чить его гросс­мей­сте­ром мо­ло­до­го ба­ка­лав­ра фи­ло­со­фии Ре­не Ге­но­на. Уро­же­нец Блуа, Ге­нон со­всем не­дав­но на­чал вра­щать­ся в па­риж­ских ок­культ­ных са­ло­нах, но уже ус­пел за­слу­жить ре­пу­та­цию зав­зя­то­го скан­да­ли­ста. Он имел не­ос­то­рож­ность вы­ска­зы­вать мне­ние, что гос­по­да мар­ти­ни­сты, а иже с ни­ми ма­со­ны, тео­со­фы, ан­тро­по­со­фы, спи­ри­ты и про­чая ок­культ­ная бра­тия не столь­ко изу­ча­ли эзо­те­ри­че­скую тра­ди­цию, сколь­ко вы­ду­мы­ва­ли ее, ис­поль­зуя для сво­их по­строе­ний ма­те­риа­лы весь­ма со­мни­тель­но­го свой­ст­ва. И это­го-то гос­по­ди­на ду­хи про­чи­ли гла­вой са­мо­го из­вест­но­го в ис­то­рии ре­ли­ги­оз­но-ры­цар­ско­го ор­де­на? Ра­зу­ме­ет­ся, док­тор Па­пюс не был го­тов к по­доб­ным жерт­вам. Как ис­тин­ный фи­ли­стер, он ли­шил Ге­но­на всех сте­пе­ней по­свя­ще­ния и фак­ти­че­ски из­гнал его из ор­де­на. И бы­ло за что: ес­ли, со­глас­но Дар­ви­ну, че­ло­век про­изо­шел от обезь­я­ны, то, со­глас­но Ге­но­ну, обезь­я­на есть ре­зуль­тат де­гра­да­ции че­ло­ве­ка.
  Од­на­ко хва­тит анек­до­тов. Во­прос, в сущ­но­сти, ка­са­ет­ся так на­зы­вае­мой дои­сто­рии и в ча­ст­но­сти то­го, что имен­но за все­мир­но-кос­ми­че­ская ре­во­лю­ция про­изош­ла в VI до н.э.
  Пер­вое, что бро­са­ет­ся в гла­за по про­чте­нии Ге­но­на, это то, что зна­ме­ни­тая кон­цеп­ция "осе­во­го вре­ме­ни" Кар­ла Яс­пер­са, из­ло­жен­ная им в кни­ге "Ис­то­ки ис­то­рии и ее цель" в 1948 го­ду, с точ­но­стью до на­обо­рот бы­ла пред­став­ле­на в ра­бо­те Ре­не Ге­но­на "Кри­зис со­вре­мен­но­го ми­ра" (1928 г.). Вы­хо­дит, все пе­ре­врал, но ухит­рил­ся сде­лать за 20 лет до фак­та по­яв­ле­ния пер­во­ис­точ­ни­ка. Ре­не Ге­нон и сам в ка­кой-то ме­ре был "обезь­я­ной Бо­га" Ге­ге­ля: там, где у ве­ли­ко­го диа­лек­ти­ка на­ли­че­ст­ву­ет эво­лю­цио­ни­ст­ская идея вос­хо­ж­де­ния аб­со­лют­но­го ду­ха, у Ге­но­на от­кро­вен­ная и ни чем не при­кры­тая ин­во­лю­ция, нис­хо­ж­де­ние ду­ха в ма­те­рию. Идея эта не но­ва и идет от гно­сти­ков. Ге­ном раз­вил ее до уров­ня ми­ро­воз­зре­ния.
  Для на­ча­ла па­ра ци­тат, что­бы бы­ло по­нят­но, о чем идет речь. "В это вре­мя про­ис­хо­дит мно­го не­обыч­но­го. В Ки­тае жи­ли то­гда Кон­фу­ций и Мо-цзы, воз­ник­ли все на­прав­ле­ния ки­тай­ской фи­ло­со­фии, мыс­лили Мо-цзы, Джу­ан-цзы, Ле-цзы и бес­чис­лен­ное мно­же­ст­во дру­гих. В Ин­дии воз­ник­ли Упа­ни­ша­ды, жил Буд­да, в фи­ло­со­фии - в Ин­дии, как и в Ки­тае - бы­ли рас­смот­ре­ны все воз­мож­но­сти фи­ло­соф­ско­го по­сти­же­ния дей­ст­ви­тель­но­сти, вплоть до скеп­ти­циз­ма, ма­те­риа­лиз­ма, со­фис­ти­ки и ни­ги­лиз­ма; в Ира­не За­ра­ту­ст­ра учил о ми­ре, где идет борь­ба до­б­ра со злом; в Па­ле­сти­не вы­сту­пи­ли про­ро­ки - Илия, Исайя, Ие­ре­мия и Вто­ро­исайя; в Гре­ции - это вре­мя Го­ме­ра, фи­ло­со­фов Пар­ме­ни­да, Ге­рак­ли­та, Пла­то­на, тра­ги­ков, Фу­ки­ди­да и Ар­хи­ме­да. Все то, что свя­за­но с эти­ми име­на­ми, воз­ник­ло поч­ти од­но­вре­мен­но в те­че­ние не­мно­гих сто­ле­тий в Ки­тае, Ин­дии и на За­па­де не­за­ви­си­мо друг от дру­га" (К. Яс­перс).
  А вот не­сколь­ко иная точ­ка зре­ния. "В Ин­дии же в это вре­мя имел ме­сто подъ­ем Буд­диз­ма, или ины­ми сло­ва­ми, вос­ста­ние про­тив ду­ха Тра­ди­ции, от­ри­цаю­щее вся­кий ду­хов­ный ав­то­ри­тет и по­ро­ж­даю­щее под­лин­ную анар­хию, в эти­мо­ло­ги­че­ском смыс­ле это­го сло­ва, то есть "от­сут­ст­вие прин­ци­пов" как в ин­тел­лек­ту­аль­ной, так и в со­ци­аль­ной сфе­рах (...). Про­дви­га­ясь к За­па­ду, мы об­на­ру­жи­ва­ем, что для ев­ре­ев тот же са­мый пе­ри­од был вре­ме­нем Ва­ви­лон­ско­го пле­не­ния. По­ра­зи­тель­ным яв­ля­ет­ся так же сле­дую­щий факт: ко­рот­ко­го 70-лет­не­го пе­рио­да для ев­ре­ев ока­за­лось дос­та­точ­но, что­бы за­быть свой соб­ст­вен­ный ал­фа­вит до та­кой сте­пе­ни, что позд­нее им при­шлось вос­ста­нав­ли­вать Свя­щен­ное Пи­са­ние с по­мо­щью со­вер­шен­но от­лич­ных от ис­поль­зо­вав­ших­ся ра­нее букв (...). Имен­но та­ким об­ра­зом воз­ник­ло то, что мо­жет быть на­зва­но "про­фа­ни­че­ской фи­ло­со­фи­ей", то есть под­дель­ной, лож­ной муд­ро­стью чис­то че­ло­ве­че­ско­го и по­то­му ис­клю­чи­тель­но ра­цио­наль­но­го по­ряд­ка, за­няв­шей ме­сто ис­тин­ной, тра­ди­ци­он­ной, сверх­ра­цио­наль­ной и "не­че­ло­ве­че­ской" муд­ро­сти. Од­на­ко не­что от ис­тин­ной муд­ро­сти в эпо­ху ан­тич­но­сти еще ос­та­лось. Это под­твер­жда­ет­ся, пре­ж­де все­го, на­ли­чи­ем мис­те­рий, чей сущ­но­ст­но ини­циа­ти­че­ский ха­рак­тер не­со­мне­нен. Кро­ме то­го уче­ния са­мих фи­ло­со­фов под­час име­ли "эк­зо­те­ри­че­скую" и "эзо­те­ри­че­скую" сто­ро­ны. Эзо­те­ри­че­ская сто­ро­на "фи­ло­со­фии" ос­тав­ля­ла от­кры­той воз­мож­ность пе­ре­хо­да к бо­лее вы­со­кой точ­ке зре­ния, что ста­ло осо­бен­но оче­вид­ным (хо­тя, воз­мож­но, и в не пол­ной ме­ре) не­сколь­ки­ми сто­ле­тия­ми поз­же в уче­ни­ях Алек­сан­д­рий­ских гно­сти­ков. Для то­го, что­бы "про­фа­ни­че­ская фи­ло­со­фия" смог­ла окон­ча­тель­но сло­жить­ся, не­об­хо­ди­мо ос­та­вить толь­ко эк­зо­те­ри­че­скую сто­ро­ну, пол­но­стью от­бро­сив сто­ро­ну эзо­те­ри­че­скую. Имен­но к та­ко­му ре­зуль­та­ту при­ве­ли тен­ден­ции, впер­вые поя­вив­шие­ся в древ­не­гре­че­ской мыс­ли. Позд­нее им су­ж­де­но бы­ло дос­тичь сво­их по­след­них пре­де­лов. Од­на­ко пре­ж­де, чем воз­ник "ра­цио­на­лизм", то есть су­гу­бо со­вре­мен­ное ми­ро­воз­зре­ние, не про­сто ос­тав­ляю­щее без вни­ма­ния, но под­черк­ну­то от­ри­цаю­щее все, что при­над­ле­жит сверх-ра­цио­наль­но­му уров­ню, не­по­мер­ное зна­че­ние, при­да­вав­шее­ся ра­цио­на­ли­сти­че­ской мыс­ли, долж­но бы­ло еще бо­лее воз­рас­ти" (Р. Ге­нон).
  Как не труд­но за­ме­тить, речь идет об од­них и тех же про­цес­сах. Раз­ни­ца, не прин­ци­пи­аль­ная, в хро­но­ло­гии. Карл Яс­перс пред­при­нял по­пыт­ку ог­ра­ни­чить рам­ки "осе­во­го вре­ме­ни" от­рез­ком ме­ж­ду 800 и 200 гг. до н. э. На­ча­ло про­цес­са, на­до по­ла­гать, свя­зы­вал с Го­ме­ром. К че­му при­вя­зать вто­рой век до на­шей эры мы попытаемся выяснить позднее. Он не сов­па­да­ет с кон­цом "клас­си­че­ской Гре­ции" и на­ча­лом эл­ли­низ­ма. II век до н. э. по­ро­дил нема­ло упо­ва­ний. Наш за­ме­ча­тель­ный тео­лог про­тои­рей Алек­сандр Мень не мог про­стить Кар­лу Яс­пер­су, что он не про­тя­нул "осе­вое вре­мя" хо­тя бы до се­ре­ди­ны I ве­ка н.э. и не вклю­чил в не­го хри­сти­ан­ст­во.
  Ре­не Ге­нон ог­ра­ни­чил­ся ука­за­ни­ем на на­ча­ло пе­ре­ло­ма - VI до н. э. Пре­тен­зии к чис­то про­фа­ни­че­ско­му за­ня­тию, име­нуе­мо­му фи­ло­со­фи­ей, у не­го дей­ст­ви­тель­но ве­ли­ки. Пар­ме­нид еще был пра­виль­ным ме­та­фи­зи­ком. Он за­ни­мал­ся, чем и долж­но: при по­мо­щи ин­тел­лек­ту­аль­ной ин­туи­ции ис­сле­до­вал пре­дель­ные ос­но­ва­ния и по­ро­дил ге­ни­аль­ную идею о то­ж­де­ст­ве Бы­тия и соз­на­ния. С Со­кра­та на­ча­лись со­п­ли и сле­зы. Вы­де­ле­ние эти­че­ской со­став­ляю­щей без при­вяз­ки ее к не­кой не­че­ло­ве­че­ской ис­ти­не (ис­ти­на, по Ге­но­ну, не мо­жет быть че­ло­ве­че­ской, ибо в этом слу­чае она все­гда бу­дет толь­ко от­но­си­тель­ной ис­ти­ной) в тра­ди­ци­он­ных об­ще­ст­вах Вос­то­ка, от име­ни ко­то­рых вы­сту­пал Ге­нон, не­воз­мож­но да­же в тео­рии. Кста­ти, не сле­ду­ет за­бы­вать, что в 1922 го­ду Ге­нон при­нял ис­лам, а с 1930 го­да поч­ти без­вы­езд­но жил в Каи­ре, не по­ры­вая, впро­чем, свя­зей с Ев­ро­пой, и под име­нем Абд-эль-Ва­хид-Яхья (Слу­жи­тель Еди­но­го) про­сла­вил­ся в ка­че­ст­ве од­но­го из круп­ней­ших тео­ло­гов Ближ­не­го Вос­то­ка. Итак, идея ав­то­но­мии мо­ра­ли не при­ни­ма­лась Ге­но­ном да­же в тео­рии. В этом он был не оди­нок. За пол­ве­ка до не­го ляг­нуть "свя­щен­ную ко­ро­ву" Со­кра­та не по­стес­нял­ся фи­ло­лог Фрид­рих Ниц­ше. "Со­крат был не­до­ра­зу­ме­ни­ем; вся­кое улуч­ше­ние мо­ра­ли - не бо­лее как не­до­ра­зу­ме­ние. Яр­кий свет, ра­зум во что бы ни ста­ло, жизнь яс­ная, хо­лод­ная, ос­мот­ри­тель­ная, соз­на­тель­ная, не под­чи­няю­щая­ся ин­стинк­там, бо­рю­щая­ся с ин­стинк­та­ми - все это толь­ко бо­лез­нен­ное со­стоя­ние, хо­тя и в иной фор­ме, а во­все не воз­вра­ще­ние к доб­ро­де­те­ли, к здо­ро­вью, к сча­стью ... Сле­ду­ет бо­роть­ся с ин­стинк­та­ми - та­ко­ва фор­му­ла де­ка­дент­ст­ва. По­ка жизнь раз­ви­ва­ет­ся, сча­стье рав­но­силь­но ин­стинк­ту". (Ф. Ниц­ше "Су­мер­ки ку­ми­ров, или как фи­ло­соф­ст­во­вать мо­ло­том")
  Как мы ви­дим, Со­крат по­лу­чил два ту­ма­ка по двум со­вер­шен­но раз­личным по­во­дам: мо­раль­ная про­по­ведь не при­шлась по ду­ше ни ас­ке­там, ни ге­до­ни­стам. Та­ко­ва пла­ни­да дей­ст­ви­тель­но ве­ли­ких фи­ло­со­фов. У по­сред­ст­вен­но­сти все­гда най­дет­ся мас­са при­вер­жен­цев. А Со­крат и в прав­ду был не­до­ра­зу­ме­ни­ем. Тот ку­бок с ядом, ко­то­рый он, по мет­ку вы­ра­же­нию Ф.Ниц­ше, вы­ну­дил Афи­ны пре­под­не­сти се­бе, по­слу­жил на­ча­лом ве­ли­ко­му про­ти­во­стоя­нию че­ло­ве­ка и При­ро­ды и, пре­ж­де все­го, при­ро­ды в се­бе са­мом. Ин­стинк­ты на­ча­ли при­ни­мать фор­мы ил­лю­зий или фан­таз­мов, но уже иде­аль­ных, и не ан­тро­по­морф­ных...
  Ав­гу­стин по по­доб­но­му по­во­ду вы­ска­зал­ся так: "Ес­ли спра­вед­ли­вость при­хо­дит из при­ро­ды и (ру­ко­во­ди­мой ею) во­ли че­ло­ве­ка, то Хри­стос умер по на­прас­ну".
  Он же, кста­ти, (Ф. Ниц­ше) под­бро­сил со­вер­шен­но не­про­ра­бо­тан­ную идей­ку "о веч­ном воз­вра­ще­нии". Идей­ка, на­до при­знать, по­па­ла в хо­ро­шие ру­ки. Дру­гой тра­ди­цио­на­лист Мир­ча Элиа­де раз­вил ее в кон­цеп­цию двух вре­мен че­ло­ве­че­ст­ва: вре­ме­ни ис­то­ри­че­ско­го и вре­ме­ни ли­тур­ги­че­ско­го. Бу­ду­чи не ка­би­нет­ным мыс­ли­те­лем, он свои­ми гла­за­ми ви­дел, что для так на­зы­вае­мых тра­ди­ци­он­ных об­ществ вре­ме­ни в на­шем по­ни­ма­нии как по­сле­до­ва­тель­но­сти со­бы­тий не су­ще­ст­ву­ет. Есть толь­ко "за­коль­цо­ван­ное" вре­мя бес­ко­неч­но­го вос­про­из­ве­де­ния пер­во­на­чаль­ной кос­мо­ло­гии. Жизнь, смерть, брак, ра­бо­та, празд­не­ст­ва - все под­чи­не­но ри­ту­аль­но­му под­ра­жа­нию ге­ро­ям ми­фо­ло­гии. "По­ли­не­зий­цы, пус­ка­ясь в ве­ли­кое мор­ское пла­ва­ние, ста­ра­тель­но от­ри­ца­ют его "но­виз­ну", бес­пре­це­дент­ность и са­мо­про­из­воль­ность; для них это лишь слу­чай по­вто­ре­ния пу­те­ше­ст­вия, со­вер­шен­но­го ка­ким-ли­бо ми­фо­ло­ги­че­ским ге­ро­ем in illo tem­pore, что­бы "по­ка­зать путь", ус­та­но­вить при­мер. Но та­кое со­вре­мен­ное от­прав­ле­ние в пла­ва­ние в ка­че­ст­ве по­вто­ре­ния ми­фо­ло­ги­че­ской са­ги оз­на­ча­ет то же, что вы­бро­сить на­стоя­щее вре­мя из го­ло­вы. Та­кое не­же­ла­ние встать пе­ред ли­цом на­стоя­ще­го, вме­сте со смут­ным же­ла­ни­ем при­нять уча­стие в ка­ком-ни­будь зна­ме­ни­том, из­на­чаль­ном аб­со­лют­ном вре­ме­ни, ино­гда яв­ля­ет­ся от­ча­ян­ной по­пыт­кой со­вре­мен­но­го че­ло­ве­ка про­рвать­ся сквозь од­но­род­ность вре­ме­ни, вый­ти "за пре­де­лы" его про­тя­жен­но­сти и сно­ва всту­пить во вре­мя, ка­че­ст­вен­но от­лич­ное от то­го, ко­то­рое в сво­ем те­че­нии тво­рит свою соб­ст­вен­ную ис­то­рию. Имея это в ви­ду, мы мо­жем от­ве­тить на во­прос, что же ста­ло с ми­фа­ми в се­го­дняш­нем ми­ре. Со­вре­мен­ный че­ло­век при по­мо­щи мно­го­чис­лен­ных и под­руч­ных средств то­же пы­та­ет­ся "ос­во­бо­дить" се­бя от сво­ей "ис­то­рии" и жить в ка­че­ст­вен­но ином тем­по­раль­ном рит­ме. И по­сту­пая та­ким об­ра­зом, он воз­вра­ща­ет­ся к ми­фо­ло­ги­че­ско­му об­ра­зу жиз­ни, не осоз­на­вая это­го.
  Это мож­но луч­ше по­нять, ес­ли вни­ма­тель­нее рас­смот­реть два прин­ци­пи­аль­ных спо­со­ба "бег­ст­ва", ис­поль­зуе­мых со­вре­мен­ным че­ло­ве­ком - чте­ние и зре­лищ­ные раз­вле­че­ния" (Мир­ча Элиа­де "Ми­фы сно­ви­де­ния мис­те­рии").
  Од­на­ко при та­ком по­ло­же­нии дел да­же обы­ден­но­сти как та­ко­вой не су­ще­ст­ву­ет. Нет и люб­ви с ее не­пред­ска­зуе­мы­ми сим­па­тия­ми и ан­ти­па­тия­ми. Вер­нее, лю­бовь, ко­неч­но, есть, но при­ни­мать ее в рас­чет для лю­дей, осе­нен­ных Кос­мо­сом, из­лиш­няя рос­кошь. Лю­бовь веч­но но­ро­вит об­ра­тить Кос­мос в Ха­ос. Для ге­рои­че­ско­го эпо­са она, мо­жет, и сго­дит­ся, но в жиз­ни на­до ру­ко­во­дство­вать­ся трез­вым кас­то­вым рас­че­том. Да­же гре­ки, как мы пом­ним из Пла­то­на, чет­ко раз­де­ля­ли два ви­да Аф­ро­дит: Аф­ро­ди­ту Пан­де­мию (про­сто­на­род­ную) для удов­ле­тво­ре­ния, так ска­зать, ес­те­ст­вен­ных по­треб­но­стей, и Аф­ро­ди­ту Ура­нию (воз­вы­шен­ную), о ко­то­рой при слу­чае то­же сто­ит по­го­во­рить, но не гром­ко.
  . Коль уж за­шла речь о гре­ках, как тут не вспом­нить лю­би­мую мысль Ге­ор­гия Гат­че­ва о том, что имен­но без­де­лье сде­ла­ло из че­ло­ве­ка че­ло­ве­ка. Ут­ри­рую, ко­неч­но. Речь идет о до­су­ге. Со­пос­тав­ляя две Аме­ри­ки, Се­вер­ную и Юж­ную, он при­шел к вы­во­ду, что раз­ви­ва­лись они по со­вер­шен­но раз­лич­ным тра­ди­ци­ям. Се­вер­ная - пу­ри­тан­ская, про­тес­тант­ская, тру­до­го­ли­че­ская ( вы­го­во­рить не­воз­мож­но, толь­ко на­пи­сать) и где-то да­же де­мо­кра­ти­че­ская - со­всем не ро­дит философские идеи. Зем­ля, на­вер­ное, не та. Да­же лю­би­мый нео­по­зи­ти­визм был под­не­сен в дар Рас­се­лом, Вит­ген­штей­ном и чле­на­ми "Вен­ско­го круж­ка". По не­во­ле при­хо­дит­ся им­пор­ти­ро­вать фран­цу­за или ев­рея. А ес­ли обо­их в од­ном ли­це, то по двой­ной це­не. Ка­кой фран­цуз­ский фи­ло­соф не кор­мил­ся от щед­рот аме­ри­кан­ских уни­вер­си­те­тов? Ален Ба­дью? Это толь­ко ис­клю­че­ние, под­твер­ждаю­щее пра­ви­ло.
  Юж­ная под­руж­ка-за­мух­рыш­ка из обед­нев­ших дво­рян, ка­то­ли­че­ская, ра­бо­вла­дель­че­ская и ари­сто­кра­ти­че­ская, вдруг ни с то­го ни с се­го взя­ла и раз­ро­ди­лась од­ной из луч­ших, ес­ли не луч­шей, ли­те­ра­ту­рой в ми­ре. И все по­то­му, что у без­дель­ни­ка ари­сто­кра­та все­гда на­хо­ди­лось вре­мя по­си­деть с при­яте­ля­ми за бу­ты­лоч­кой брен­ди и по­рас­су­ж­дать о ма­те­ри­ях весь­ма от­вле­чен­ных (от про­цент­ных ста­вок и бир­же­вых спе­ку­ля­ций). До­воль­но стран­ная мысль, на пер­вый взгляд. Но, ме­ж­ду про­чим, Эду­ард Цел­лер, круп­ней­ший зна­ток гре­че­ской фи­ло­со­фии, жи­ви он в на­ше вре­мя, со­ли­да­ри­зи­ро­вал­ся бы с этой мыс­лью на все сто. Тру­дить­ся за пла­ту гор­дый грек счи­тал ни­же сво­его дос­то­ин­ст­ва. Вое­вать, пу­те­ше­ст­во­вать, вы­сту­пать на со­б­ра­ни­ях, раз­мыш­лять под раз­бав­лен­ное вин­цо о кон­цах и на­ча­лах, про­сто бол­тать­ся без де­ла или, чис­то­го ху­ли­ган­ст­ва ра­ди, бро­сать вы­зов бо­гам - это, по­жа­луй­ста. Дос­той­ное муж­чи­ны за­ня­тие. А вка­лы­вать ра­ди хле­ба на­сущ­но­го или из­бы­точ­но­го - из­ви­ни­те. Не на тех на­па­ли.
  Кон­ст­рукт Бо­га, пред­на­зна­чен­ный един­ст­вен­но для встав­ки в фи­ло­соф­ские сис­те­мы, о ко­то­ром упо­ми­на­ет Кар­нап в сво­ей "Ра­зо­бла­че­ние ме­та­фи­зи­ки ло­ги­че­ским ана­ли­зом язы­ка", то­же су­гу­бо гре­че­ское изо­бре­те­ние. Ко­гда для всех по­ря­доч­ных тра­ди­ци­он­ных лю­дей Соз­да­тель пре­бы­вал в мо­даль­но­сти не­изъ­яс­ни­мо­го ужа­са и оше­лом­ляю­ще­го пре­вос­ход­ст­ва, о чем столь це­ни­мая Элиа­де кни­га Ру­доль­фа От­то "Das heilige (Свя­щен­ное)", эти (гре­ки) аб­ст­ра­ги­ро­ва­ли Все­дер­жи­те­ля до по­ло­же­ния за­тыч­ки в ог­ре­хах фи­ло­соф­ских сис­тем. "Пред кем весь мир ле­жал в пы­ли, тор­чит за­тыч­кою в ще­ли", - пи­сал дру­гой грек аль­би­он­ско­го раз­ли­ва.
  Но хва­тит о гор­ды­не. Вер­нем­ся к на­шим сан­ти­мен­там. Как это не по­ка­жет­ся стран­ным, Ре­не Ге­нон от­нюдь не счи­тал ре­ли­гию выс­шим про­яв­ле­ни­ем че­ло­ве­че­ско­го ду­ха. Бу­ду­чи ме­та­фи­зи­ком, он по­ла­гал ре­ли­гию не бо­лее чем эк­зо­те­ри­че­ским яв­ле­ни­ем, соз­дан­ным с яв­ны­ми и весь­ма про­зрач­ны­ми це­ля­ми. По пер­во­на­чаль­но­му смыс­лу ре­ли­гия оз­на­ча­ет "то, что свя­зы­ва­ет". Дру­гой во­прос: что с чем свя­зы­ва­ет и для че­го? Ес­ли она свя­зы­ва­ет че­ло­ве­ка с Кос­мо­сом и Ми­ро­зда­ни­ем с це­лью упо­до­бить­ся их не­зыб­ле­мым прин­ци­пам - это од­но. Ес­ли же свя­зы­ва­ет лю­дей друг с дру­гом - со­всем иное. Древ­ний грек гу­лял по по­ли­сам и ме­нял бо­гов, как пер­чат­ки. Как ут­вер­жда­ет Пла­тон в За­ко­нах, че­ло­век ут­ра­тил вер­ти­каль­ный прин­цип по­ни­ма­ния Бо­га. Вос­тор­же­ст­во­ва­ла то­таль­ная со­ци­аль­ность. Со­крат, стои­ки и иу­дей­ские про­ро­ки раз­вер­ну­ли не­бы­ва­лую мо­раль­ную про­по­ведь. Па­даю­ще­го - не под­толк­ни. Хри­сти­ан­ская мо­раль по­ра­зи­ла да­же этих знаю­щих толк мо­ра­ли­за­то­ров. Им­пер­ский Рим, тер­пи­мый ко всем из­вест­ным ви­дам ре­ли­гий, не ис­пы­ты­вал к хри­сти­ан­ст­ву иде­о­син­кро­зии. Удив­ля­ло не­же­ла­ние слу­жить им­пе­рии и от­ри­ца­ние куль­та им­пе­ра­то­ра. От­сю­да и все по­сле­дую­щие эксцессы.
  Во­об­ще, по Ге­но­ну, ре­ли­гий су­ще­ст­ву­ет толь­ко три: иу­да­изм, хри­сти­ан­ст­во и ис­лам. Все про­чие не есть ре­ли­гии. "Мож­но ска­зать, что ре­ли­гия, в сущ­но­сти, об­ра­зу­ет­ся со­еди­не­ни­ем трех эле­мен­тов раз­лич­но­го уров­ня, - со­еди­не­ни­ем дог­мы, мо­раль­но­го за­ко­на и куль­та - или фор­мы бо­го­слу­же­ния; где од­но­го или дру­го­го из этих эле­мен­тов не дос­та­ет, там не мо­жет быть и ре­чи о ре­ли­гии в соб­ст­вен­ном смыс­ле это­го сло­ва. Мы тот­час до­ба­вим, что пер­вый эле­мент об­ра­зу­ет со­бой ин­тел­лек­ту­аль­ную об­ласть ре­ли­гии, вто­рой - ее со­ци­аль­ную сто­ро­ну, то­гда как тре­тий, ри­ту­аль­ный, эле­мент уча­ст­ву­ет в реа­ли­за­ции как со­ци­аль­ный, так и ин­тел­лек­ту­аль­ной функ­ций", - пи­сал Ге­нон в ста­тье "Тра­ди­ции и ре­ли­гии".
  В Ки­тае, на­при­мер, еди­ная док­три­на рас­па­да­ет­ся на две не­рав­но­знач­ные час­ти: эзо­те­ри­че­ский "дао­сизм", со­хра­нив­ший в се­бе всю мощь даль­не­во­сточ­ной ме­та­фи­зи­ки, и су­гу­бо со­ци­аль­ное кон­фу­ци­ан­ст­во, ко­то­рое не пре­тен­до­ва­ло да­же на зва­ние ре­ли­гии. Впо­след­ст­вии этот ар­гу­мент не без ус­пе­ха ис­поль­зо­вал­ся ие­зуи­та­ми, об­ви­нен­ны­ми в по­та­ка­нии ки­тай­ским об­ря­дам. По­след­ние, ут­вер­жда­ли ие­зуи­ты, но­сят ис­клю­чи­тель­но нрав­ст­вен­ный и по­ли­ти­че­ский ха­рак­те­ры, ос­но­ван­ные на по­чи­та­нии куль­та пред­ков и фи­гу­ры ве­ли­ко­го учи­те­ля Кон­фу­ция. Весть о го­су­дар­ст­ве без ре­ли­гии, ко­то­рым пра­вит про­све­щен­ный им­пе­ра­тор, а чи­нов­ни­ки вы­ну­ж­де­ны про­хо­дить спе­ци­аль­ный эк­за­мен "кэ цзюй", оп­ре­де­ляю­щий уро­вень их ква­ли­фи­ка­ции, ши­ро­ко рас­про­стра­ни­лась по Ев­ро­пе. Во Фран­ции в спеш­ном по­ряд­ке ста­ли воз­дви­гать "ки­тай­ские" двор­цы, им­пор­ти­ро­вать фар­фор и раз­ве­ши­вать, где ни по­па­дя, ки­тай­ские фо­на­ри­ки, - сия мо­да по­лу­чи­ла на­зва­ние "ши­ну­аз­ри". Кста­ти, боль­шой зна­ток ад­ских по­ряд­ков за­ме­ча­тель­ный пи­са­тель Иван Зо­рин ут­вер­жда­ет, что ки­тай­ский ад "ди­юй" оп­ре­де­лен стро­го гео­гра­фи­че­ски. Он рас­по­ло­жен в уез­де Фэн­ду про­вин­ции Сы­чу­ань. Уго­дить в ки­тай­ский ад мож­но за сле­дую­щие про­ступ­ки: не­уп­ла­ту го­су­дар­ст­вен­ных на­ло­гов, во­ров­ст­во мас­ла из улич­ных фо­на­рей и, ра­зу­ме­ет­ся, - са­мый страш­ный грех - пред­по­ло­же­ние, что ки­тай­ский им­пе­ра­тор не­дос­та­точ­но за­бо­тит­ся о сво­их под­дан­ных.
  Ме­ж­ду про­чим, в ки­тай­ских про­вин­ци­ях дей­ст­во­вал свой ие­зу­ит Мат­тео Рич­чи. По сте­пе­ни муд­ро­сти, из­во­рот­ли­во­сти и свое­об­ра­зии по­ня­тия о дол­ге и дог­ме он мало, чем ус­ту­пал от­цу Ро­бер­ту, да и мис­сию свою на­чал зна­чи­тель­но рань­ше - в 1583 го­ду. Ос­нов­ным вкла­дом в тео­ло­гию пад­ре Рич­чи бы­ло оп­ре­де­ле­ние хри­сти­ан­ст­ва как выс­шей и по­след­ней ста­дии кон­фу­ци­ан­ст­ва. Без шу­ток. Так­же весь­ма пре­ус­пел в не бес­по­лез­ном кар­то­гра­фи­че­ском де­ле. На бе­лых мес­тах кар­ты Ки­тая, со­став­лен­ной им по по­ру­че­нию им­пе­ра­то­ра Ван Ли, отец Мат­тео по­мес­тил кре­сты и ци­та­ты из Свя­щен­но­го Пи­са­ния. Им­пе­ра­тор при­ка­зал вы­ткать на шел­ке де­сять таб­лиц из этой кар­ты и по­ве­сить их в сво­ей ком­на­те. (Моя ма­туш­ка, под­ви­зав­шая­ся в свое вре­мя в Ки­тае на том же по­при­ще, - я имею в ви­ду кар­то­гра­фию, а не ие­зу­ит­ст­во, - рас­ска­зы­ва­ла, что имя Мат­тео Рич­чи и по сей день пом­нят в Под­не­бес­ной). Умер в 1610 го­ду, ис­то­щен­ный тру­да­ми бес­ко­неч­ных пир­шеств, на ко­то­рых дол­жен был при­сут­ст­во­вать в ка­че­ст­ве знат­но­го гос­тя. Ки­тай, яс­ное де­ло, не Па­ра­гвай, и труд­но пред­ста­вить, чем бы за­кон­чи­лась дея­тель­ность ие­зу­ит­ских мис­сий в Под­не­бес­ной, ес­ли бы в 1757 го­ду им­пе­ра­тор Цянь­лун не по­ве­сил на стра­ну ог­ром­ный ам­бар­ный за­мок.
  В сво­ей по­след­ней - глав­ной - ра­бо­те "Цар­ст­во ко­ли­че­ст­ва и зна­ме­ния вре­ме­ни" Ре­не Ге­нон пред­при­нял уди­ви­тель­ный экс­пе­ри­мент: ари­сто­те­лев­ские понятия сущ­ность и суб­стан­ция (или схо­ла­сти­че­ские - фор­ма и ма­те­рия) он за­ме­нил бо­лее близ­кими нам тер­ми­нами "ка­че­ст­во" и "ко­ли­че­ст­во" и на их ос­но­ве стал от­страи­вать свою фи­ло­со­фию. Ре­зуль­тат по­лу­чил­ся по­ра­зи­тель­ным. Это одна из тех редких кни­г, ко­то­рую чи­та­ешь с на­сла­ж­де­ни­ем, поч­ти во всем не со­гла­ша­ясь с ав­то­ром. За­кон­чить о Ге­но­не, что­бы пе­рей­ти не­по­сред­ст­вен­но к "За­ко­нам Ма­ну", хо­чет­ся сло­ва­ми со­вре­мен­но­го фи­ло­со­фа Ханд­жя­на: "Вме­сте ко­ли­че­ст­вен­ное и ка­че­ст­вен­ное зна­ние об­ра­зу­ют ду­аль­ную па­ру, две вза­им­но до­пол­няю­щие друг дру­га час­ти. Как спо­со­бы они не со­вмес­ти­мы, но и не раз­де­ли­мы. Итак, с од­ной сто­ро­ны, вре­мя - ил­лю­зия, и то­гда вре­мя это ин­тер­вал, но, с дру­гой сто­ро­ны, вре­мя - ре­аль­ность, и то­гда вре­мя это чис­ло (точ­ка). Эта точ­ка зре­ния сов­па­да­ет с точ­кой зре­ния Ари­сто­те­ля, на­пи­сав­ше­го о вре­ме­ни: "по­сколь­ку оно не­пре­рыв­но, оно дол­гое или ко­рот­кое, по­сколь­ку оно чис­ло - боль­шое или ма­лое ..." (Ари­сто­тель. Со­чи­не­ния. Том 3. Стр.151. Изд 1981г.)
  Как из­вест­но, Ари­сто­тель вы­брал как при­ори­тет­ную вто­рую мо­дель для вре­ме­ни, в ко­то­рой вре­мя вы­сту­па­ет как сущ­ность, под­ле­жа­щая сче­ту, что и пре­до­пре­де­ли­ло на­прав­ле­ние За­пад­ной куль­ту­ры. В то же вре­мя пер­вая мо­дель оп­ре­де­ли­ла раз­ви­тие мыш­ле­ния на Вос­то­ке".
 
 
  Ав­тор, ра­зу­ме­ет­ся, по­ни­ма­ет, что вклю­чать в про­заи­че­ское про­из­ве­де­ние столь объ­ем­ный до­ку­мент, как "За­ко­ны Ма­ну", де­ло не­до­пус­ти­мое. На этот счет у не­го при­па­се­ны не­ко­то­рые оп­рав­да­ния, ко­то­рые, воз­мож­но, бу­дут вос­при­ня­ты чи­та­те­лем, ре­шив­шим­ся всту­пить в мрач­ную об­ласть ин­дус­ских ре­ли­ги­оз­но-фи­ло­соф­ских ис­ка­ний.
  Во-пер­вых, в от­ли­чие от Вед, этот один из са­мых из­вест­ных в ми­ре до­ку­мен­тов древ­не­ин­дий­ской пись­мен­но­сти, прак­ти­че­ски не из­вес­тен ши­ро­ко­му кру­гу чи­та­те­лей. Пер­вый пе­ре­вод с сан­ск­ри­та на анг­лий­ский был осу­ще­ст­в­лен В. Джон­сом еще в 1794 го­ду и впо­след­ст­вии документ не­од­но­крат­но пе­ре­во­дил­ся на все ев­ро­пей­ские язы­ки.
  Рус­ский (и до сих пор един­ст­вен­ный) пе­ре­вод "За­ко­нов" был осуществлен С.Д. Эль­ма­но­ви­чем и из­дан в 1913 го­ду в Пе­тер­бур­ге. Уже в то вре­мя он ма­ло удов­ле­тво­рял спе­циа­ли­стов-сан­ск­ри­то­ло­гов. Пе­ре­из­да­ние с ис­прав­ле­ния­ми Г.Ф. Иль­и­на поя­вил­ся толь­ко в 1992 го­ду. К сво­ему сты­ду ав­тор дол­жен при­знать­ся, что уз­нал о су­ще­ст­во­ва­нии дхар­ма­ща­ст­ры Ма­ну толь­ко в хо­де на­пи­са­ния этой ра­бо­ты, ко­гда в си­лу не­об­хо­ди­мо­сти вы­ну­ж­ден был пред­ста­вить хоть ка­кое-ни­будь ра­цио­наль­ное объ­яс­не­ние факту во­пию­ще­го со­ци­аль­но­го не­ра­вен­ст­ва, яко­бы ос­вя­щен­но­го ав­то­ри­те­том Вед.
  Во-вто­рых, сле­ду­ет учесть, что ав­тор не пи­сал фи­ло­соф­ско­го трак­та­та. Раз­мыш­ле­ния его весь­ма субъ­ек­тив­ны. Кро­ме то­го, с при­су­щей ему без­от­вет­ст­вен­но­стью, ав­тор ро­ма­на со­кра­тил текст документа, по мень­шей мере, на­по­ло­ви­ну, в то же вре­мя ста­ра­ясь со­хра­нить наи­бо­лее важ­ные и по­ка­за­тель­ные мо­мен­ты уче­ния древ­них брах­ма­нов о дхар­ме, кар­ме, вар­нах, пред­на­зна­че­нии че­ло­ве­ка и мес­те его в древ­не­ин­дий­ской сис­те­ме ми­ро­зда­ния. Ком­мен­та­рия­ми в ви­ду их боль­шо­го объ­е­ма то­же при­шлось пре­неб­речь. Ин­те­ре­сую­щие­ся дан­ным во­про­сом мо­гут най­ти пол­ный текст "За­ко­нов Ма­ну" в ин­тер­не­те. Вот, соб­ст­вен­но, и все оп­рав­да­ния.
  От­но­си­тель­но да­ти­ров­ки. Виль­ям Джонс от­но­сил свод "За­ко­нов" к 1250 го­ду до н. э.
  Шле­гель ут­вер­ждал, что ни­как не позд­нее 1000 го­да до н.э. Макс Мюл­лер по­ла­гал, что сти­хо­твор­ная вер­сия Ма­на­вад­хар­ма­ща­ст­ры яв­ля­ет­ся позд­ней­шим пе­ре­ло­же­ни­ем бо­лее ран­не­го про­заи­че­ско­го трак­та­та, и ос­мот­ри­тель­но воз­дер­жи­вал­ся от да­ти­ров­ки. Джол­ли и Мар­сель Мосс во­об­ще от­но­си­ли "Законы" к VII ве­ку н. э. В ка­че­ст­ве ком­про­мис­са в нау­ке ут­вер­ди­лась точ­ка зре­ния Г. Бю­ле­ра, что в ны­неш­нем ви­де дхар­ма­ща­ст­ра сло­жи­лась во II ве­ке до н. э. - II ве­ке н. э. с ого­вор­кой на то, что со­став­ле­на она на ос­но­ве бо­лее древ­не­го до­ку­мен­та, по­ка не най­ден­но­го.
  Впро­чем, во­прос о да­ти­ров­ке не так уж и ва­жен. Что вы­рос­ло, то вы­рос­ло. Да­же без вся­кой ссыл­ки на ав­то­ри­тет "За­ко­нов", ко­то­рые, по­ми­мо про­че­го, и за­ко­на­ми-то и не яв­ля­ют­ся, древ­ние брах­ма­ны су­ме­ли-та­ки раз­де­лить лю­дей на чис­тых и не­чис­тых. На­пи­сан­ная в фор­ме же­ла­тель­но­го на­кло­не­ния (оп­та­ти­ва), дхармащастра, по сути, яв­ля­ет­ся про­сто гре­за­ми о "ду­хов­ном вла­ды­че­ст­ве". На 450 стра­ни­цах "Шес­ти сис­тем ин­дий­ской фи­ло­со­фии" Макс Мюл­лер лишь не­сколь­ко раз упо­ми­на­ет о "За­ко­нах Ма­ну", да и то, как о чем-то, дос­та­точ­но да­ле­ком от фи­ло­со­фии. За­то очень близ­ким к прак­ти­ке со­ци­аль­но­го рас­слое­ния об­ще­ст­ва, за­ме­тим от се­бя. Дхар­ма­ща­ст­ра Ма­ну при­влек­ла ав­то­ра в ка­че­ст­ве од­но­го из ин­те­рес­ней­ших до­ку­мен­тов в пла­не стра­те­гии ма­ни­пу­ли­ро­ва­ния сфе­рой во­об­ра­жае­мо­го.
  И в ин­ду­из­ме, и в хри­сти­ан­ской ре­ли­гии че­ло­век есть су­ще­ст­во из­на­чаль­но не­чис­тое. Один не­сет на се­бе пе­чать гре­хов про­шлых су­ще­ст­во­ва­ний, дру­гой об­ре­ме­нен пер­во­род­ным гре­хом, имя кое­му - не на­до сме­ять­ся - Ве­ды, то есть зна­ния. От-Ве­да-л яб­лоч­ко с дре­ва по­зна­ния до­б­ра и зла, - все - на ты­ся­чу по­ко­ле­ний впе­ред за­ма­ран. В Ве­дах же этот грех объ­яв­ля­ет­ся чуть ли не основным пред­на­зна­че­ни­ем че­ло­ве­ка. Макс Мюл­лер, на­при­мер, од­ной из глав­ных за­слуг ре­ли­ги­оз­ной фи­ло­со­фии ин­ду­сов на­зы­ва­ет ее от­ча­ян­ную бес­ком­про­мисс­ность и стрем­ле­ние во всем дой­ти до пре­дель­ных ос­но­ва­ний. Ка­пи­ла, соз­да­тель санкхьи, без оби­ня­ков за­яв­лял, что его сис­те­ма атеи­сти­че­ская (ан­шва­ра), и это за­яв­ле­ние вос­при­ни­ма­лось его со­вре­мен­ни­ка­ми со­вер­шен­но спо­кой­но. Брах­ма­низм, буд­дизм, санкхъя, ньяя, йо­га и дру­гие со­су­ще­ст­во­ва­ли в древ­ней Ин­дии на за­кон­ных ос­но­ва­ни­ях. Буд­дизм в пе­ри­од рас­цве­та поль­зо­вал­ся по­кро­ви­тель­ст­вом ца­рей, что, ра­зу­ме­ет­ся, не мог­ло ни вы­звать при­сту­па рев­но­сти в сре­де брах­ма­нов. Ки­тай­ский буд­дист Сю­ань-цзан опи­сы­вал слу­чай, про­изо­шед­ший во вре­мя ве­ли­ко­го дис­пу­та при дво­ре Шри­хар­ша из Кань­я­кубд­жи. На дис­пут съе­ха­лись два­дцать ца­рей со свои­ми муд­ре­ца­ми из чис­ла брах­ма­нов и буд­ди­стов. Щед­рая ми­ло­сты­ня, раз­да­вае­мая буд­ди­стам, рас­па­ли­ла брах­ма­нов до такой сте­пе­ни, что они пы­та­лись под­жечь цар­ский дво­рец. По­тер­пев не­уда­чу, на­ня­ли убий­цу, что­бы по­кон­чить с Шри­хар­шем. Убить ца­ря не по­лу­чи­лось. Ве­ли­ко­душ­ный Шри­харш про­стил не­за­дач­ли­во­го убий­цу, но брах­ма­ны вы­ну­ж­де­ны бы­ли по­ки­нуть его цар­ст­во. Так что но­чи св.Вар­фо­ло­мея в древ­ней Ин­дии не бы­ли в по­че­те. Нын­че, как мы зна­ем, нра­вы из­ме­ни­лись.
  В сво­ем не­уем­ном стрем­ле­нии к то­му, что они по­ни­ма­ли под ис­ти­ной, ин­дий­ские мыс­ли­те­ли пе­ре­сту­пи­ли ту грань, пе­ред ко­то­рой ос­та­но­вил­ся бла­го­ра­зум­ный Кант. А эта бы­ла страш­ная грань, на мно­гие ве­ка от­ме­тив­шая ин­дуи­ст­скую тра­ди­цию не­из­гла­ди­мой пе­ча­тью пес­си­миз­ма. "Tat tvam asis" (То ты еси). На на­шем язы­ке это оз­на­ча­ет не что иное, как то­ж­де­ст­во субъ­ек­та и объ­ек­та. У Ф.И. Тют­че­ва есть од­но по­ра­зи­тель­ное сти­хо­тво­ре­ние. На­вер­ное, са­мое "ин­дий­ское" в рус­ской по­эзии:
 
  Те­ни си­зые сме­си­лись,
  Цвет по­блек­нул, звук ус­нул -
  Жизнь, дви­же­нье раз­ре­ши­лись
  В су­мрак зыб­кий, в даль­ний гул...
  Мо­тыль­ка по­лет не­зри­мый
  Слы­шен в воз­ду­хе ноч­ном...
  Час тос­ки не­вы­ра­зи­мой!..
  Все во мне, и я во всем!..
 
  Су­мрак ти­хий, су­мрак сон­ный,
  Лей­ся в глубь мо­ей ду­ши,
  Ти­хий, том­ный, бла­го­вон­ный,
  Все за­лей и ути­ши.
  Чув­ст­ва - мглой са­мо­заб­ве­нья
  Пе­ре­пол­ни че­рез край!..
  Дай вку­сить унич­то­же­нья,
  С ми­ром дрем­лю­щим сме­шай!
 
  Но по­че­му это мис­ти­че­ское еди­не­ние с ми­ро­зда­ни­ем на­де­ля­ет ду­шу по­эта "тос­кой не­вы­ра­зи­мой"? Пер­вый че­ло­век и за­ко­но­да­тель Ма­ну пе­ре­вел бы его, долж­но быть, так:
 
  48. Раз­лич­ные кус­тар­ни­ко­вые (guc­cha­guirna) рас­те­ния, а так­же раз­но­го
  ро­да тра­вы, вью­щие­ся и пол­зу­чие рас­те­ния про­из­ра­ста­ют от се­мян и
  стеб­лей.
  49. Ок­ру­жен­ные тем­но­той, имею­щей мно­гие ви­ды *, - след­ст­ви­ем кар­мы -
  они на­де­ле­ны са­мо­ощу­ще­ни­ем и ис­пол­не­ны на­сла­ж­де­ний и стра­да­ний.
  50. [Та­ко­вы], на­чи­ная с Брах­мы и кон­чая эти­ми [рас­те­ния­ми], упо­мя­ну­тые
  со­стоя­ния в этом все­гда страш­ном, по­сто­ян­но дви­жу­щем­ся кру­го­во­ро­те душ.
  76. Имею­щее ос­тов из кос­тей, свя­зан­ное су­хо­жи­лия­ми, со скре­п­ляю­щим
  ве­ще­ст­вом в ви­де мя­са и кро­ви, по­кры­тое ко­жей, зло­вон­ное, пол­ное мо­чи
  и ис­праж­не­ний,
  77. под­вер­жен­ное ста­рос­ти и го­рю, стра­даю­щее ме­сто­пре­бы­ва­ние бо­лез­ней,
  пол­ное мрач­ной стра­сти и пре­хо­дя­щее - это те­ло пусть по­ки­нет.
  78: По­ки­даю­щий это те­ло, ос­во­бо­ж­да­ет се­бя от бед­ст­вия [это­го ми­ра,
  страш­но­го, как] аку­ла, по­доб­но то­му, как де­ре­во [по­ки­да­ет] бе­рег ре­ки
  или как пти­ца - де­ре­во.
  79. Ос­та­вив [пло­ды] до­б­рых дел друзь­ям, а злых - не­дру­гам, он пу­тем
  раз­мыш­ле­ния дос­ти­га­ет веч­ной брах­мы.
  80. Ко­гда по со­стоя­нию [ду­ши] он ста­но­вит­ся рав­но­душ­ным ко всем
  пред­ме­там, то­гда он дос­ти­га­ет веч­но­го сча­стья и по­сле смер­ти, и в этом
  ми­ре.
  120. На­до ви­деть воз­дух в пус­то­тах те­ла, ве­тер - в ор­га­нах дви­же­ния и
  ося­за­ния; выс­ший свет - в ор­га­нах пи­ще­ва­ре­ния и зре­ния, во­ду - в
  жид­ко­стях [те­ла], зем­лю - в [его] твер­дых час­тях,
  121. лу­ну - в серд­це, стра­ны све­та - в ор­га­нах слу­ха, Виш­ну * - в
  дви­же­нии, Ха­ри * - в си­ле, Аг­ни - в ре­чи, Мит­ру* - в ис­праж­не­нии,
  Прад­жа­па­ти - в де­то­род­ном ор­га­не.
 
  Вот она - бла­го­род­ная и весь­ма опас­ная идея ан­тро­по­кос­миз­ма, за­кру­тив­шая ко­ле­со бес­ко­неч­ных пе­ре­ро­ж­де­ний, где ре­аль­ность при­ни­ма­ют за гре­зу, а гре­зу - за ре­аль­ность.
  Так, где же ис­кать опо­ру в этом ми­ре, га­ран­ти­рую­щую ис­тин­ность на­ше­го по­зна­ния? Упо­вать на Бо­га, как это де­лал ра­цио­на­лист Де­карт, или на чув­ст­вен­ные ощу­ще­ния, как бы­ло при­ня­то у бри­тан­ских эм­пи­ри­ков? Но Бог ни­ко­гда ни­ко­му ни­че­го не га­ран­ти­ро­вал, а чув­ст­ва - из­вест­ные лже­цы. Ос­та­ва­лось толь­ко пред­по­ло­жить, что че­ло­ве­ку да­ны две ап­ри­ор­ные (не за­ви­ся­щие от опы­та) фор­мы со­зер­ца­ния - про­стран­ст­во и вре­мя. Бла­го­да­ря им, мы име­ем упо­ря­до­чен­ное пред­став­ле­ние о ми­ре, а не ха­ос ощу­ще­ний. По­том в де­ло всту­па­ет ра­зум и при по­мо­щи рас­су­доч­ных ка­те­го­рий ос­мыс­ли­ва­ет уви­ден­ное и про­чув­ст­во­ван­ное. Та­ким образом, че­ло­век ста­но­вит­ся об­ла­да­те­лем не­кое­го фе­но­ме­наль­но­го бы­тия, ко­то­рое не столь­ко го­во­рит об ис­тин­ной кар­ти­не ми­ра, сколь­ко о фор­ме на­ше­го по­зна­ния. Впол­не мож­но пред­по­ло­жить, что дру­гие су­ще­ст­ва об­ла­да­ют ины­ми ап­рио­рия­ми и, со­от­вет­ст­вен­но, ви­дят мир по-дру­го­му. А по­то­му не на­до бу­дить ли­хо и иден­ти­фи­ци­ро­вать се­бя с фе­но­ме­наль­ным бы­ти­ем. Пусть мир ос­та­ет­ся "ве­щью в се­бе". Ра­зум­ный кан­тов­ский аг­но­сти­цизм луч­ше бес­ко­неч­ной по­го­ни за при­зра­ком ре­аль­но­го. Не на­до сно­ва при­ле­п­лять­ся к Кос­мо­су. Че­ло­век с та­ким тру­дом вы­де­лил­ся из не­го. У При­ро­ды своя сте­зя, у че­ло­ве­ка - своя.
 
  По­сколь­ку ав­тор ро­ма­на мно­го по­свое­воль­ни­чал с тек­стом дхар­ма­ща­ст­ры, он по­пы­та­ет­ся вкрат­це и в си­лу от­пу­щен­но­го ему ра­зу­ме­нию по­зна­ко­мить чи­та­те­ля с ос­нов­ны­ми по­ня­тия­ми, с ко­то­ры­ми то­му при­дет­ся столк­нуть­ся при чте­нии "За­ко­нов Ма­ну".
  1. Сан­са­ра, или уче­ние о пе­ре­се­ле­нии душ лю­дей по­сле смер­ти в те­ла жи­вот­ных или в рас­те­ния. Ду­ша так­же мо­жет воз­ро­дить­ся в те­ле че­ло­ве­ка бо­лее вы­со­кой или низ­кой вар­ны, а то и в те­ле "не­при­ка­сае­мо­го" в за­ви­си­мо­сти от со­стоя­ния кар­мы. Впро­чем, все со­ци­аль­ные спе­ку­ля­ции сле­ду­ет от­не­сти на счет брах­ма­ни­че­ско­го за­ко­но­твор­че­ст­ва. В Гре­ции это уче­ние на­зы­ва­лось ме­тем­пси­хо­зой и, не­смот­ря на все уси­лия Пи­фа­го­ра, не поль­зо­ва­лось по­пу­ляр­но­стью. В атеи­сти­че­ской санкхье пе­ре­се­ля­ет­ся уже не ду­ша, а тон­кое не­ви­ди­мое те­ло, со­стоя­щее из эле­мен­тов. Этим тон­ким не­ви­ди­мым те­лом пред­по­чи­та­ют опе­ри­ро­вать со­вре­мен­ные мис­ти­ки, что­бы не вхо­дить в про­ти­во­ре­чие с нау­кой.
  2. Не­по­гре­ши­мость Вед - идея нам на­столь­ко зна­ко­мая, что, по­ла­гаю, не ну­ж­да­ет­ся в ком­мен­та­ри­ях. Ко­гда наш ве­рую­щий со­вре­мен­ник в пер­вой и вто­рой гла­вах кни­ги Бы­тия на­хо­дит опи­са­ние двух раз­лич­ных спо­со­бов со­тво­ре­ния че­ло­ве­ка, он не за­ду­мы­ва­ет­ся над этим, ибо сие есть свя­щен­ное от­кро­ве­ние (по-ин­дий­ски - шру­ти) и не фи­га лезть со сво­ей про­фа­ни­че­ской ло­ги­кой в де­ла Божь­е­го Тво­ре­ния. В "За­ко­нах Ма­ну" по­доб­ных про­ти­во­ре­чий зе­ло бо­га­то, но все они при­над­ле­жат к свя­щен­но­му пре­да­нию (смри­те) и то­же не под­па­да­ют под дей­ст­вие ло­ги­ческих законов.
  3. Тео­рия трех гун - не­со­мнен­ная за­слу­га Ка­пи­лы и его санкхьи. Гу­ны (ка­че­ст­во, свой­ст­во) в их не­иде­аль­ной фор­ме, так как по­ла­га­лись Ка­пи­лой суб­стан­ци­ей, со­стоя­щей из эле­мен­тов, суть вся­ко­го про­яв­ле­ния на всех уров­нях бы­тия. На­зы­ва­ют­ся они так: сат­тва (бла­гость), рад­жас (страсть) и та­мас (мрак). По­ка гу­ны ве­дут се­бя при­лич­но и не ша­лят, Кос­мос пре­бы­ва­ет в от­но­си­тель­ном по­кое. Дви­же­ние гун зна­ме­ну­ет со­бой про­яв­ле­ние, на­ча­ло но­вой Ман­ван­та­ры, и Ми­ро­вая ду­ша брах­ма из сред­не­го ро­да пе­ре­хо­дит в муж­ской, то есть ста­но­вит­ся твор­цом про­яв­лен­но­го ми­ра и по­чи­та­ет­ся в ка­че­ст­ве Бо­га. На че­ло­ве­че­ском уров­не (ие­рар­хия про­яв­ле­ний - не­зыб­ле­мый за­кон вся­ко­го эзо­те­ри­че­ско­го уче­ния) пре­об­ла­да­ние то или иной гу­ны оп­рав­ды­ва­ет раз­де­ле­ние лю­дей на "ес­те­ст­вен­ные клас­сы" или вар­ны.
  4. В пер­во­на­чаль­ные вре­ме­на этих "ес­те­ст­вен­ных клас­сов" (Гвал­те­рус Миз "Дхар­ма и об­ще­ст­во") бы­ло че­ты­ре. Брах­ма­ны, кшат­рии, вай­щии пред­став­ля­ли со­бой груп­пу два­ж­ды­ро­ж­ден­ных, по­сколь­ку на­стоя­щее ро­ж­де­ние на­сту­па­ло у них по­сле про­хо­ж­де­ния ини­циа­ции со все­ми при­су­щи­ми это­му об­ря­ду ат­ри­бу­та­ми, о ко­то­рых мож­но прочесть в дхар­ма­ща­ст­ре, и оп­ре­де­лен­но при­над­ле­жа­ли к пле­ме­ни ари­ев, за­вое­ва­те­лей Ин­дии. Шуд­ры, по­бе­ж­ден­ные або­ри­ге­ны, счи­та­лись еди­но­жды­ро­ж­ден­ны­ми, не име­ли пра­во изу­чать Ве­ды и уча­ст­во­вать в жерт­во­при­но­ше­ни­ях. Един­ст­вен­ное пред­на­зна­че­ние "ес­те­ст­вен­но­го клас­са" шудр бы­ло ус­лу­же­ние трем выс­шим вар­нам. Для оп­рав­да­ния по­доб­но­го со­ци­аль­но­го рас­слое­ния про­све­щен­ные брах­ма­ны использовали атеи­сти­че­скую тео­рию гун, по­черп­ну­тую, как мы пом­ним, из фи­ло­соф­ской сис­те­мы санкхья. В "Виш­на-Пу­ра­ны" мы про­чтем сле­дую­щее: "Ко­гда Брах­ма в со­гла­сии со сво­им за­мыс­лом за­хо­тел со­тво­рить мир, то су­ще­ст­ва, в ко­то­рых пре­об­ла­да­ла сат­тва, вы­шли из его рта; дру­гие, в ко­то­рых пре­об­ла­даю­щим был рад­жас, вы­шли из его гру­ди; те, в ко­то­рых рад­жас и та­мас бы­ли силь­ны, вы­шли из его бе­дер; на­ко­нец, ос­таль­ные про­изош­ли из его ног, для ко­то­рых ос­нов­ным был та­мас. Из этих су­ществ бы­ли со­став­ле­ны че­ты­ре вар­ны: брах­ма­ны, кшат­рии, вай­щьи и шуд­ры, про­изо­шед­шие со­от­вет­ст­вен­но из его рта, из его гру­ди, из его бе­дер и его ног".
  Впро­чем, спра­вед­ли­во­сти ра­ди, на­до от­ме­тить, что рас­слое­ние об­ще­ст­ва на "ес­те­ст­вен­ные клас­сы" су­ще­ст­во­ва­ло в древ­но­сти по­все­мест­но. Ис­то­ки это­го рас­слое­ния, по­хо­же, на­до ис­кать не в со­цио­ло­гии, а в био­ло­гии. Че­ло­век во "времена оно" то­же не твер­до сто­ял на двух ко­неч­но­стях, и дар­ви­нов­ская тео­рия "ес­т­ве­ст­вен­но­го от­бо­ра" при­ме­ни­ма и к не­му. При­ро­да не­сколь­ко раз уже экс­пе­ри­мен­ти­ро­ва­ла с со­ци­аль­но­стью на пче­лах, му­равь­ях и тер­ми­тах и ниче­го, кро­ме мах­ро­во­го то­та­ли­та­риз­ма, не по­лу­чи­ла. В кон­це кон­цов, на­вер­ное, плю­ну­ла и пре­дос­та­ви­ла че­ло­ве­ку пра­во вы­кру­чи­вать­ся са­мо­му. Тот, кто возь­мет на се­бя труд про­чи­тать "За­ко­ны Ма­ну", не­пре­мен­но за­ме­тит, на­сколь­ко тес­но об­ще­че­ло­ве­че­ская муд­рость пе­ре­пле­те­на в них с био­ло­ги­ей. Силь­ная особь не долж­на со­во­ку­п­лять­ся со сла­бой. По­доб­ная прак­ти­ка гро­зит вы­ро­ж­де­ни­ем всей по­пу­ля­ции. На этом ин­туи­тив­ном дар­ви­низ­ме и по­ко­ит­ся тео­рия "ес­те­ст­вен­ных клас­сов" со­циу­ма
  Еще од­на чис­то че­ло­ве­че­ская ил­лю­зия - на­де­ж­да на со­хра­не­ние чис­то­ты варн. Но для на­ча­ла сле­ду­ет про­из­ве­сти раз­ли­че­ние по­ня­тий вар­на и кас­та. Вар­на (цвет) - об­ра­зо­ва­ние спе­ци­фи­че­ски арий­ское и, по­ми­мо упо­мя­ну­той вы­ше тео­рии гун, оп­ре­де­ля­ет­ся еще той це­лью, к ко­то­рой стре­мит­ся че­ло­век по мере са­мо­реа­ли­за­ции. Арий­ски­ми брах­ма­на­ми пред­по­ла­га­лась, что стрем­ле­ние к чув­ст­вен­ным удо­воль­ст­ви­ям, име­нуе­мым ка­мой, оп­ре­де­ля­ют жиз­нен­ную по­зи­цию шуд­ры. Вай­щия стре­мит­ся к на­ко­п­ле­нию ма­те­ри­аль­ных благ - арт­ха. Для кшат­рия глав­ным яв­ля­ет­ся ис­пол­не­ние дол­га по за­щи­те со­гра­ж­дан и цель его - дхар­ма. Для брах­ма­на же це­лью счи­та­лось ос­во­бо­ж­де­ние от пут зем­но­го су­ще­ст­во­ва­ния (мок­ша) и при­об­ще­ние к аб­со­лю­ту - Брах­ме. Все че­ты­ре вар­ны бы­ли ле­ги­тим­ны­ми "ес­те­ст­вен­ны­ми клас­са­ми". Сме­ше­ние трех выс­ших варн пу­тем не­рав­ных бра­ков в прин­ци­пе до­пус­ка­лось, но не при­вет­ст­во­ва­лось. В этом слу­чае при­над­леж­ность к той или иной вар­не оп­ре­де­ля­лась по от­цу, но уже с из­вест­ным по­ра­же­ни­ем в пра­вах, ес­ли го­во­рить со­вре­мен­ным язы­ком. От бра­ка два­ж­ды­ро­ж­ден­но­го с шуд­рой про­ис­хо­дил уже соб­ст­вен­но де­клас­си­ро­ван­ный пред­ста­ви­тель ин­дий­ско­го со­циу­ма. Но по­сколь­ку ко­рен­ных жи­те­лей - шудр бы­ло по­дав­ляю­щее боль­шин­ст­во, про­цент это­го де­клас­си­ро­ван­но­го эле­мен­та не мог не воз­рас­тать в гео­мет­ри­че­ской про­грес­сии. По­че­му ко­рен­ные ин­дий­цы не мог­ли, а, вер­нее, да­же не пы­та­лись ос­во­бо­дить­ся от гне­та арий­ских за­вое­ва­те­лей, мы по­го­во­рим не­мно­го поз­же. Сей­час же сто­ит от­ме­тить, что по­ня­тие "каста", как ут­вер­жда­ет Макс Мюл­лер, име­ет не ин­дий­ское, а пор­ту­галь­ское про­ис­хо­ж­де­ние. Это та ужа­саю­щая ре­аль­ность, с ко­то­рой столк­ну­лись пор­ту­галь­ские мо­ря­ки, вы­са­див­шие­ся на бе­рег Ин­дии. Толь­ко в "За­ко­нах Ма­ну" пе­ре­чис­ле­ние сме­шан­ных каст за­ни­ма­ет де­сят­ки шлок (сти­хов). К кон­цу XIX ве­ка ко­ли­че­ст­во этих эн­до­гам­ных групп ис­чис­ля­лось уже ты­ся­ча­ми. В Ев­ро­пе фа­шизм мог про­су­ще­ст­во­вать только с 1922 по 1945 го­ды. Он не был уко­ре­нен в ев­ро­пей­ской тра­ди­ции. В Ин­дии не­осоз­на­вае­мый населением фа­шизм длил­ся ты­ся­че­ле­тия­ми.
  Воз­ни­ка­ет ин­те­рес­ный во­прос: дис­кри­ми­на­ция по прин­ци­пу "об­ла­даю­щий свя­щен­ным зна­ни­ем" - " не об­ла­даю­щий та­ко­вым" (да и про­сто зна­ни­ем во­об­ще) - есть или не есть фор­ма фа­шиз­ма? Для лю­бой идео­ло­гии ров­ным сче­том на­пле­вать, по ка­ко­му при­зна­ку струк­ту­ри­ро­вать об­ще­ст­во. От­тал­ки­ва­ясь от не­дав­них реа­лий, Сла­вой Жи­жек пи­сал, что в ан­ти­се­мит­ских по­строе­ни­ях ев­рей об­ла­да­ет чис­то струк­тур­ной функ­ци­ей. Един­ст­вен­ное пред­на­зна­че­ние его пре­дать ви­ди­мость по­сле­до­ва­тель­но­сти фа­ши­ст­кой идео­ло­гии. Макс Мюл­лер, на­при­мер, про­сто иг­но­ри­ро­вал брах­ма­низм, как не имею­щий ни ма­лей­ше­го от­но­ше­ния к ин­дий­ской фи­ло­со­фии. Жре­че­ст­во, об­ря­до­вая сто­ро­на, да и толь­ко. И весь­ма на­прас­но, ибо эта об­ря­до­вая сто­ро­на и оп­ре­де­ля­ла раз­ви­тие индийского об­ще­ст­ва в те­че­ние мно­гих ве­ков. В то вре­мя, как ев­ро­пей­ские схо­ла­сты об­су­ж­да­ли "жи­во­тре­пе­щу­щую про­бле­му" сколь­ко ан­ге­лов мож­но раз­мес­тить на кон­це иг­лы, их ин­дий­ские кол­ле­ги раз­ра­ба­ты­ва­ли не ме­нее "фи­ло­соф­ское" уче­ние о том, что у ка­ж­до­го два­ж­ды­ро­ж­ден­но­го су­ще­ст­ву­ет пять смер­тель­ных вра­гов, а имен­но: очаг, то­чиль­ный ка­мень, мет­ла, пес­тик со ступ­кой и со­суд для во­ды. С по­мо­щью этих зло­вред­ных пред­ме­тов он мо­жет на­нес­ти ущерб Кос­мо­су, не­на­ро­ком опа­лив ко­ма­ра или "бра­та на­ше­го мень­ше­го" му­ра­вья. Во ис­ку­п­ле­ние этих пред­по­ла­гае­мых гре­хов два­ж­ды­ро­ж­ден­но­му бы­ло пред­пи­са­но еже­днев­ное (!) ис­пол­не­ние пя­ти ве­ли­ких жерт­во­при­но­ше­ний. Му­ра­вья и род­но­го кро­во­со­са, ко­неч­но, жал­ко, но суть, как ни стран­но, не в них. Глав­ное для брах­ма­нов - за­кру­жить че­ло­ве­ка в бес­ко­неч­ном тан­це ри­ту­аль­ных па, не дать ему столк­нуть­ся с жи­вой жизнью в ее обы­ден­ных про­яв­ле­ни­ях, так как в этой обы­ден­но­сти он, не­ра­вен час, столк­нет­ся с са­мым низ­ким из жи­вых су­ществ - чан­да­лой (су­ще­ст­вом, про­из­вод­ным от гре­ха брах­ма­нки с шуд­рой) и в раз­го­во­ре с этим са­мым чан­да­лой не­ожи­дан­но от­кро­ет для се­бя, что тот, кто по ро­ж­де­нию ни­же ко­ма­ра, ни­чуть не от­ли­ча­ет­ся от са­мо­го два­ж­ды­ро­жен­но­го. И то­гда мо­жет по­лу­чить ущерб уже не Кос­мос, а са­ма идео­ло­гия, а это го­раз­до опас­ней. "Лю­бая идео­ло­гия дей­ст­ви­тель­но ус­пеш­на ров­но в той ме­ре, в ко­то­рой она не по­зво­ля­ет уви­деть про­ти­во­ре­чия ме­ж­ду пред­по­ла­гае­мы­ми ею кон­ст­рук­ция­ми и дей­ст­ви­тель­но­стью, ко­гда она са­ма за­да­ет мо­дус дей­ст­ви­тель­но­го по­все­днев­но­го опы­та" (Сла­вай Жи­жек "Воз­вы­шен­ный объ­ект идео­ло­гии").
  А еще г-да брах­ма­ны обо­жа­ли раз­вле­кать­ся раз­ве­де­ни­ем ри­ту­аль­ных ко­ст­ров. В 1933 го­ду та­лант­ли­вый италь­ян­ский тра­ди­цио­на­лист и ис­тин­ный ари­ец Юли­ус Эво­ла опуб­ли­ко­вал кни­гу "Язы­че­ский им­пе­риа­лизм", в ко­то­рой с при­су­щим ему в то вре­мя па­фо­сом пе­ре­пел клас­си­че­скую фор­му­лу учи­те­ля о де­гра­да­ции кас­то­во­го прин­ци­па в Ев­ро­пе: "Ес­ли сверх­че­ло­ве­че­ская ду­хов­ность и "Сла­ва" ха­рак­те­ри­зо­ва­ли "сол­неч­ный" пе­ри­од (чи­тай: брах­ма­низм), ге­ро­изм, вер­ность и честь - пе­ри­од прав­ле­ния вои­нов, а день­ги - пе­ри­од вла­сти ев­ре­ев и тор­гов­цев, то ра­бы с при­хо­дом к вла­сти долж­ны ус­та­но­вить свой раб­ский за­кон: труд, воз­ве­ден­ный в сте­пень ре­ли­гии. И не­на­висть ра­бов са­ди­сти­че­ски про­воз­гла­ша­ет: "Кто не ра­бо­та­ет, тот не есть"; их ту­пость, про­слав­ляя са­му се­бя, го­то­вит свя­щен­ный фи­ми­ам из ча­да че­ло­ве­че­ско­го по­та: "Труд об­ла­го­ра­жи­ва­ет че­ло­ве­ка", "Труд - это ве­ли­чие", "Труд - это эти­че­ская обя­зан­ность". Итак, кас­та ра­бов и эпо­ха тру­да окон­ча­тель­но за­став­ля­ет че­ло­ве­че­ст­во сой­ти в мо­ги­лу, и цикл де­гра­да­ции за­вер­ша­ет­ся окон­ча­тель­но".
  На ро­ди­не фа­шиз­ма в Ита­лии эта кни­га не по­шла, за­то в Гер­ма­нии встре­ти­ла пол­ное по­ни­ма­ние в пра­вя­щих кру­гах на­цио­нал-со­циа­ли­сти­че­ской пар­тии Гит­ле­ра. Вско­ре ри­ту­аль­ная аг­ни­хот­ра в ви­де фа­кель­ных ше­ст­вий за­по­лы­ха­ла по всей Гер­ма­нии. А сам соз­да­тель тра­ди­цио­на­лиз­ма, гу­ру Третье­го Пу­ти и Кон­сер­ва­тив­ной Ре­во­лю­ции мэтр Ре­не Ге­нон взял и обор­вал все свя­зи со сво­им уче­ни­ком. Воз­мож­но, по­то­му что пом­нил сло­ва Бис­мар­ка о том , что все ре­во­лю­ции за­ду­мы­ва­ют­ся ге­ния­ми, осу­ще­ст­в­ля­ют­ся - фа­на­ти­ка­ми, а пло­ды их по­жи­на­ют раз­но­го ро­да мер­зав­цы.
  5. Идея кар­мы (дея­ния и воз­дая­ния), на пер­вый взгляд, "про­ста, как мы­ча­ние" и в том или ином ви­де при­сут­ст­ву­ет во всех ре­ли­ги­ях ми­ра. Что за­слу­жил в этом ми­ре, за то и рас­пла­чи­вай­ся в том, - та­ков ее ос­нов­ной по­сыл. Без этой идеи не бы­ло бы ни­ка­ко­го за­гроб­но­го жи­тия-воз­дая­ния, клас­са жре­че­ст­ва, да и са­мой ре­ли­гии, воз­мож­но. Кто-то ведь дол­жен вес­ти бух­гал­те­рию на­ших гре­хов и доб­ро­де­тель­ных по­ступ­ков, а так­же от­пус­кать эти гре­хи и пред­пи­сы­вать по­кая­ние. В до­ре­фор­мен­ные вре­ме­на ка­то­ли­цизм был не прочь под­за­ра­бо­тать на от­пу­ще­нии гре­хов и изо­брел прак­ти­ку ин­дуль­ген­ций. В на­ча­ле XVI сто­ле­тия эта прак­ти­ка до­б­ра­лась до цен­траль­ной Гер­ма­нии. С бла­го­сло­ве­ния кур­фю­ста Альб­рех­та Майн­цен­ско­го до­ми­ни­ка­нец Ио­ганн Те­цель с по­мо­щью хо­ро­ше­го про­фес­сио­на­ла, сек­ре­та­ря тор­го­во­го до­ма Фуг­ге­ров Вар­фо­ло­мея Рау­ха, раз­ра­бо­тал за­ме­ча­тель­ный прей­ску­рант: от­пу­ще­ние са­дом­ско­го гре­ха оце­ни­ва­лось в 12 ду­ка­тов, свя­то­тат­ст­во - 9 ду­ка­тов, убий­ст­во - 7 ду­ка­тов, кол­дов­ст­во - 6 ду­ка­тов, от­це­убий­ст­во - все­го-то 4 ду­ка­та. (По­ду­мать толь­ко, все­го 4 ду­ка­та, и ника­ко­го те­бе Эди­по­ва ком­плек­са с его "миль­о­ном тер­за­ний", - чем не бла­гая идея?) Но тут в де­ло вме­шал­ся Дья­вол или Бог (не ус­та­нов­ле­но) и на­пра­вил сто­пы на­ших тор­гов­цев дви­жи­мо­стью (ду­ша, как из­вест­но, под­виж­на и ле­ту­ча) в сто­ро­ну гра­да Вит­тен­бер­га, в уни­вер­си­те­те кое­го пре­по­да­вал ге­ни­аль­но-бла­жен­ный ав­гу­сти­ниа­нец Мар­тин Лю­тер. 31 ок­тяб­ря 1517 го­да сей - не­ве­до­мо чей - про­те­же при­ко­ло­тил к во­ро­там Зам­ко­вой церк­ви свои 95 те­зи­сов про­тив от­пу­ще­ния гре­хов. И по Ев­ро­пе по­ка­ти­лась вол­на Ре­фор­ма­ций.
  Не будь Мар­ти­на Лю­те­ра, Иг­на­тий де Лой­о­ла, чья ко­лос­саль­ная ста­туя подпирает цен­траль­ный неф со­бо­ра св.Пет­ра в Ри­ме, ско­рее все­го, сло­жил бы буй­ну го­ло­ву, про­по­ве­дую хри­сти­ан­ст­во сре­ди не­вер­ных му­суль­ман. Но со­бы­тия раз­во­ра­чи­ва­лись та­ким об­ра­зом, что 15 ав­гу­ста 1534 го­да Иг­на­тий вы­ну­ж­ден был ос­но­вать свой ор­ден, что­бы по­кон­чить с лю­те­ран­ской ере­сью. По­кон­чить с ере­сью ма­ло ко­му уда­ва­лось, но бла­го­да­ря Лой­о­ле и его ие­зуи­там смог­ла осу­ще­ст­вить­ся внут­рен­няя ка­то­ли­че­ская ре­фор­ма­ция, и с по­мо­щью ог­ром­ной се­ти мис­сий по все­му зем­но­му ша­ру ка­то­ли­цизм на­чал от­вое­вы­вать ут­ра­чен­ные по­зи­ции.
  Лю­тер не слу­чай­но при­над­ле­жал к ор­де­ну ав­гу­сти­ни­ан­цев и рев­но­ст­но изу­чал тру­ды сво­его па­тро­на. В ис­то­рии ка­то­ли­циз­ма Ав­гу­стин - фи­гу­ра столь же ав­то­ри­тет­ная, сколь и про­ти­во­ре­чи­вая. И пре­ж­де все­го в ин­те­ре­сую­щем нас во­про­се о дея­ни­ях (кар­ме). В борь­бе с пе­ла­ги­ан­ст­вом, про­дол­жав­шим ве­рить во все­си­лие ра­зу­ма и на­стаи­вав­шем на том, что лич­ное спа­се­ние че­ло­ве­ка за­ви­сит от не­го са­мо­го, Ав­гу­стин вы­дви­нул со­вер­шен­но ир­ра­цио­наль­ную идею о пре­до­пре­де­ле­нии, ис­хо­дя из ко­то­рой от дея­ний че­ло­ве­ка, до­б­рых или злых, в сущ­но­сти ни­че­го не за­ви­сит. Кто пре­до­пре­де­лен Бо­гом к спа­се­нию, тот спа­сет­ся. Всем про­чим, не­из­бран­ным, го­реть в аду.
  На­ро­ж­даю­щая­ся но­вая хри­сти­ан­ская ие­рар­хия по­сту­пи­ла очень по-че­ло­ве­че­ски: на Кар­фа­ген­ском Со­бо­ре в 418 го­ду она сна­ча­ла осу­ди­ла Пе­ла­гия, при­няв сто­ро­ну Ав­гу­сти­на, а по­том, пост­фак­тум, по­че­сав го­ло­ву обеи­ми ру­ка­ми, что стро­жай­ше за­пре­ща­лось "За­ко­на­ми Ма­ну", ибо, не ис­клю­че­но, что от та­ко­го по­че­сы­ва­ния мо­гут ро­дить­ся дель­ные мыс­ли, за­ду­ма­лась, что она, соб­ст­вен­но, на­тво­ри­ла. Ве­ра, она, ко­неч­но, пер­вич­на и са­мо­дос­та­точ­на, но ло­ги­че­ски по­раз­мыс­лить ино­гда то­же не грех. Став на сто­ро­ну Ав­гу­сти­на, цер­ковь фак­ти­че­ски рас­пи­са­лась в соб­ст­вен­ной не­нуж­но­сти. Ка­кой ду­рак бу­дет оп­ла­чи­вать ус­лу­ги по­сред­ни­ков, ес­ли от них ни­че­го не за­ви­сит? Пе­ла­гия, ра­зу­ме­ет­ся, не реа­би­ли­ти­ро­ва­ли, но уче­ние о пре­до­пре­де­ле­нии за­мя­ли ти­хой са­пой. Сто­ит, прав­да, за­ме­тить, что в на­ча­ле XIX ве­ка это уче­ние по­лу­чи­ло не­ожи­дан­ную и мощ­ную под­держ­ку от клас­си­ков не­мец­ко­го идеа­лиз­ма, вклю­чая са­мо­го Кан­та и Шел­лен­га. Но это слиш­ком серь­ез­ная те­ма, что­бы го­во­рить о ней по­хо­дя и ме­ж­ду про­чим.
  В Ин­дии идея кар­мы, наряду с сансарой, оп­ре­де­ля­ет са­мую суть арий­ско­го мен­та­ли­те­та. А мо­жет быть, и не арий­ско­го, а са­мо­го что ни на есть шуд­ри­ан­ско­го, ес­ли при­нять на ве­ру ере­ти­че­ские до­пу­ще­ния Мар­се­ля Мос­са. В ра­бо­те "Ис­то­ри­че­ские свя­зи ме­ж­ду ин­дий­ской и за­пад­ной мис­ти­кой" он пи­сал: "При­ба­вим, что по мно­гим при­чи­нам мы с дав­них пор при­ни­ма­ем и все бо­лее ве­рим в на­вяз­чи­вые ут­вер­жде­ния ста­рых ис­то­ри­ков ин­дий­ской фи­ло­со­фии, Гаф и Якобс, за­ме­ча­тель­ных зна­то­ков Упа­ни­шад. Они ви­де­ли в Упа­ни­ша­дах фи­ло­со­фию, ко­то­рую арии на­шли в Ин­дии уже в за­кон­чен­ном ви­де. В са­мом де­ле, тре­бу­ет­ся лов­кость, что­бы вы­вес­ти Упа­ни­ша­ды из Ве­ды. Гим­ны 1,164 и де­ся­тая ман­да­ла Риг­ве­ды ли­бо со­вре­мен­ны Упа­ни­ша­дам, ли­бо да­же бо­лее позд­ние и по сти­лю, и по язы­ку. Па­ни­ни го­во­рил "Nava prok­tavi brah­man­ani" [Пусть но­вое бу­дет то­бой на­зва­но брах­ма­на­ми]. Брах­ма­ны фор­ми­ро­ва­лись еще в его вре­мя (III в. до Р.Х.). Но, по на­ше­му мне­нию, их все­гда соз­да­ва­ли по не­об­хо­ди­мо­сти, что­бы при­спо­со­бить не­арий­скую Ин­дию к Брах­ма­низ­му. Эти мис­ти­че­ские тео­рии яв­ля­ют­ся, на наш взгляд, ме­ст­ны­ми ин­дий­ски­ми и не про­ис­хо­дя­щи­ми из Вед. Это зна­чит, что их древ­ность ото­дви­га­ет­ся, и это под­чер­ки­ва­ет их ино­род­ность".
  Но по­сколь­ку не­ко­то­рые идеи ут­вер­ди­лись в нау­ке ос­но­ва­тель­но, бу­дем и мы счи­тать карму из­де­ли­ем арий­ско­го про­из­вод­ст­ва, хотя имен­но на ней ос­но­вы­ва­ет­ся по­ра­зи­тель­ное рав­но­ду­шие ин­ду­са к со­ци­аль­ной сто­ро­не соб­ст­вен­ной жиз­ни. В то вре­мя, как со­сед­ний Ки­тай пе­рио­ди­че­ски по­тря­са­ли кре­сть­ян­ские вос­ста­ния, в Ин­дии ца­ри­ла тишь да гладь. Ме­ст­ный жи­тель твер­до уве­ро­вал в не­зыб­ле­мый мо­раль­но-эти­че­ский по­ря­док ми­ро­зда­ния, име­нуе­мый им Rita, и все го­ре­сти и пе­ча­ли зем­но­го су­ще­ст­во­ва­ния не­из­мен­но от­но­сил на соб­ст­вен­ный счет. Дес­кать, сам ви­но­ват, не­пра­вед­но жил в про­шлой жиз­ни и не­ча на Бо­га пе­нять, коль кар­ма кри­ва. Ис­то­ри­ки все­гда по­ра­жа­лись, как ари­ям уда­ва­лась дер­жать в по­ви­но­ве­нии Ин­дию с ее ог­ром­ным на­ро­до­на­се­ле­ни­ем. А удив­лять­ся, пра­во, не­че­му: че­ло­ве­ка с по­доб­ны­ми взгля­да­ми на жизнь и за­вое­вы­вать не на­до - про­сто при­хо­ди и бе­ри, что хо­чешь.
  Для ис­прав­ле­ния под­пор­чен­ной кар­мы ме­ст­ные муд­ре­цы раз­ра­бо­та­ли мно­же­ст­во ме­то­дик, ос­но­вы­ваю­щих­ся по пре­иму­ще­ст­ву на ас­ке­тиз­ме и са­мо­со­зер­ца­нии.
  По­ра­зи­тель­ный факт, но да­же раз­ли­че­ние фи­ло­соф­ских сис­тем про­ис­хо­ди­ло не по прин­ци­пу "ре­ли­ги­оз­ное - атеи­сти­че­ское" (as­tika - nas­tika), а ис­хо­дя из ве­ры в ав­то­ри­тет Вед. В ре­зуль­та­те не при­знаю­щие Бо­га в ка­че­ст­ве твор­ца ми­ро­зда­ния санкхья и ми­ман­са ока­за­лись в чис­ле шес­ти ор­то­док­саль­ных фи­ло­соф­ских сис­тем, а пре­дель­но мис­ти­че­ский буд­дизм во­об­ще за бор­том.
  По­ня­тие "кар­ма" раз­ра­ба­ты­ва­лась ин­дий­ски­ми фи­ло­со­фа­ми на про­тя­же­нии сто­ле­тий и яв­ля­ет­ся в сво­ем ро­де иде­аль­ной мо­де­лью в де­ле уст­ра­не­ния со­ци­аль­ных про­ти­во­ре­чий. Про­ти­во­ре­чия рос­ли, как снеж­ный ком, но в то же вре­мя со­вер­шен­но не осоз­на­ва­лись боль­шин­ст­вом на­се­ле­ния. Ге­нон оп­ре­де­лил буд­дизм как вос­ста­ние кшат­ри­ев про­тив ду­ха Тра­ди­ции. По су­ще­ст­ву, так оно и бы­ло, ес­ли по­ни­мать под ду­хом Тра­ди­ции ве­дий­ский ри­туа­лизм вку­пе с лу­ка­вым брах­ма­ни­че­ским за­ко­но­твор­че­ст­вом. Буд­да не сло­мал кас­то­вой сис­те­мы, сдер­жи­ваю­щей раз­ви­тие ин­дий­ско­го об­ще­ст­ва, а фак­ти­че­ски по­ро­дил но­вую и не­ма­ло­чис­лен­ную кас­ту ере­ти­ков, на об­ще­ние с ко­то­ры­ми "За­ко­ны Ма­ну" пытались на­ло­жи­ть стро­гое та­бу под стра­хом не­по­пра­ви­мо­го на­ру­ше­ния дхар­мы, глав­но­го ин­ст­ру­мен­та ма­ни­пу­ли­ро­ва­ния сфе­рой во­об­ра­жае­мо­го. Буд­да был та­ким же не­ис­пра­ви­мым ин­тро­вер­том, как и по­дав­ляю­щее боль­шин­ст­во ин­дий­ских фи­ло­со­фов. От­вер­гая Ве­ды, он ве­рил в за­кон кар­мы, и вся его ре­во­лю­ция све­лась к но­вым ас­ке­ти­че­ским прак­ти­кам с це­лью дос­ти­же­ния не Брах­мы, а нир­ва­ны, то есть пус­то­ты. Лишь в по­сле­дую­щей эти­че­ской Ма­хая­не буд­дизм об­рел свои ис­тин­но ре­ли­ги­оз­ные кор­ни в про­ти­во­по­ло­жность уче­нию об ин­ди­ви­ду­аль­ном спа­се­нии Ма­лой Ко­лес­ни­цы.
  Кар­ма име­ет свою чет­ко про­ду­ман­ную струк­ту­ру. Та кар­ма, что уже на­ча­ла при­но­сить свои пло­ды, на­зы­ва­ет­ся а­рабд­хой. От­мен­ное здо­ро­вье и доб­рот­ная обо­лоч­ка для ду­ши - те­ло - ре­зуль­тат этой са­мой а­рабд­хи. Ес­ли же здо­ро­вье не к чер­ту и, от­ку­да ни возь­мись, вдруг вы­рос лиш­ний член, по­сто­ян­но упо­ми­нае­мый Ма­ну, се­ки­те свою ду­шу, как си­до­ро­ву ко­зу, за склон­ность к не­пра­вед­ной жиз­ни в не­ко­ем пред­ше­ст­вую­щим су­ще­ст­во­ва­нии.
  Впро­чем, есть еще кар­ма в по­тен­ции, пло­ды ко­то­рой не вид­ны, но не се­го­дня-зав­тра на­гря­нут. Име­ну­ет­ся она анарабд­ха-кар­ма и, в свою оче­редь, под­раз­де­ля­ет­ся на ту, что на­ко­п­ле­на в про­шлой жиз­ни (прак­та­на), и бла­го­при­об­ре­тен­ную в ны­неш­ней (крия­ма­на).
  Тут, кста­ти, на­пра­ши­ва­ют­ся ин­те­рес­ные па­рал­ле­ли. В сис­те­мах ньяя и вай­ше­ши­ка кар­ма не ав­то­ном­на и ни­спо­сы­ла­ет­ся Бо­гом, а это уже ни что иное, как ав­гу­сти­но­во пре­до­пре­де­ле­ние, поя­вив­шее­ся на свет за ­ты­ся­чу лет до ро­ж­де­ния гип­пон­ско­го епи­ско­па. Макс Мюл­лер по­сто­ян­но вел по­ле­ми­ку со свои­ми оп­по­нен­та­ми, ут­вер­ждав­ши­ми, что ли­бо ин­дий­цы по­хи­ти­ли у гре­ков не­ко­то­рые фи­ло­соф­ские идеи, ли­бо гре­ки не чис­ты на ру­ку. Ок­с­форд­ский про­фес­сор на­стаи­вал, что гло­баль­ные фи­ло­соф­ские идеи воз­ни­ка­ют са­мо­про­из­воль­но на оп­ре­де­лен­ной ста­дии раз­ви­тия ци­ви­ли­за­ции. Мар­сель Мосс при всем ува­же­нии к ве­ли­ко­му сан­ск­ри­то­ло­гу с ним не со­гла­шал­ся и счи­тал пло­ти­нов­ский не­оп­ла­то­низм александрийским по­дар­ком из Ин­дии.
  По­гре­шив про­тив хро­но­ло­гии, мож­но ска­зать, что джай­ни­сты, буд­ди­сты, при­вер­жен­цы санкхьи и ми­ман­сы бы­ли, по­ми­мо про­че­го, еще и при­вер­жен­ца­ми Пе­ла­гия. Они ве­ри­ли в ав­то­ном­ность за­ко­на кар­мы, а так же в то, что де­ло спа­се­ния че­ло­ве­ка не в "ру­цех божь­их", а в са­мом че­ло­ве­ке, в его во­ле и ра­зу­ме. Вы­хо­ды они пред­ла­га­ли впол­не тра­ди­ци­он­ные: ас­ке­тизм, са­мо­со­зер­ца­ние, бес­стра­стие и бес­ко­ры­стие. Вы­ше­пе­ре­чис­лен­ные прак­ти­ки не вы­зы­ва­ют ни пло­хих, ни хо­ро­ших по­след­ст­вий, но име­ют од­но за­ме­ча­тель­ное свой­ст­во: они раз­ру­ша­ют дей­ст­вие кар­ми­че­ско­го за­ко­на и ве­дут пря­ми­ком к мок­ше или ос­во­бо­ж­де­нию.
  В "За­ко­нах Ма­ну" кар­ме по­свя­ще­на две­на­дца­тая, наи­бо­лее позд­няя гла­ва, ко­то­рую ав­тор ро­ма­на не ре­шил­ся под­вер­гать эк­зе­ку­ции и ос­та­вил в пер­во­здан­ном ви­де, - бла­го, она не­ве­ли­ка. В кар­ми­че­ских спе­ку­ля­ци­ях брах­ма­нов чув­ст­ву­ет­ся хо­ро­шее зна­ком­ст­во с та­ки­ми фи­ло­соф­ски­ми сис­те­ма­ми, как вай­ше­ши­ка (тео­рия пя­ти эле­мен­тов), санкхья (тео­рия гун), ве­дан­та (по­зна­ние ат­ма­на на­зы­ва­ет­ся выс­шим из всех чис­тых дея­ний). Не чу­ж­ды они и ло­ги­ке (ньяя), прав­да, весь­ма свое­об­раз­ной и на­прав­лен­ной на уп­ро­че­нье ста­тус-кво.
  Все дея­ния под­раз­де­ля­ют­ся на со­вер­шен­ные те­лом, сло­вом и умом. Вслед­ст­вие гре­ха те­лес­ных дея­ний че­ло­век идет к со­стоя­нию не­под­виж­но­сти (рас­те­ние), сло­ве­ст­ных - к со­стоя­нию жи­вот­но­го или пти­цы, ум­ст­вен­ных (дур­ные фи­ло­соф­ские сис­те­мы, не ос­но­ван­ные на Ве­дах) - к со­стоя­нию че­ло­ве­ка низ­ко­го ро­ж­де­ния. Од­на­ко да­же не­дур­ные фи­ло­соф­ские сис­те­мы вы­шли брах­ма­нам бо­ком.
  Вай­ше­ши­ка с ее тео­ри­ей пя­ти ве­ли­ких эле­мен­тов, имя ко­им ат­мо­сфе­ра, воз­дух, огонь, во­да и зем­ля, вы­яви­ла од­но не­бе­зын­те­рес­ное след­ст­вие из брах­ма­ни­че­ских спе­ку­ля­ций, а имен­но: за од­ни и те же гре­хи че­ло­ве­ку, сле­дуя их ло­ги­ке, при­дет­ся стра­дать два­ж­ды. С пра­вед­ни­ка­ми ни­ка­ких про­блем не воз­ни­ка­ет: ес­ли ду­ша сле­ду­ет дхар­ме, она дос­ти­га­ет не­ба, "об­ле­чен­ная эти­ми эле­мен­та­ми" (име­ет­ся в ви­ду тон­кое те­ло). А ес­ли не сле­ду­ет дхар­ме, по­лу­ча­ет­ся сле­дую­щее:"Но ес­ли она пре­да­ет­ся глав­ным об­ра­зом ад­хар­ме, а дхар­ме - ма­ло, она пре­тер­пе­ва­ет, ос­тав­лен­ная эти­ми эле­мен­та­ми, му­че­ния, на­ло­жен­ные Ямой" (XII, 21). То есть ду­ша по­па­да­ет в ве­дий­ские ады чис­лом в 21 шту­ку, од­но пе­ре­чис­ле­ние ко­то­рых за­ни­ма­ет в дхар­ма­ща­ст­ре три шло­ки. "Пре­тер­пев му­че­ния Ямы, ду­ша, сво­бод­ная от по­ро­ка, сно­ва при­ни­ма­ет эти эле­мен­ты в над­ле­жа­щей про­пор­ции" (XII, 22). Воз­ни­ка­ют два ре­зон­ных во­про­са: во-пер­вых, в ка­кой про­пор­ции и, во-вто­рых, ку­да ду­ша от­прав­ля­ет­ся да­лее? На пер­вый во­прос, сле­дуя ло­ги­ке Упа­ни­шад, мож­но от­ве­тить так: про­пор­ция эта на­пря­мую за­ви­сит от со­стоя­ния кар­мы. Ду­ше, сво­бод­ной от по­ро­ка, вро­де бы и не­ку­да пе­ре­се­лять­ся, кро­ме как на веч­ный по­стой к Брах­ме. Так ку­да же от­прав­ля­ет­ся ду­ша? Пря­ми­ком в но­вое ро­ж­де­ние, где из "пя­ти эле­мен­тов у лю­дей, по­сту­паю­щих дур­но, воз­ни­ка­ет дру­гое креп­кое те­ло, под­вер­жен­ное стра­да­ни­ям" (XII,16). Кста­ти, "креп­кое те­ло" у фи­ло­со­фов - ре­зуль­тат бо­лее-ме­нее дос­той­ной жиз­ни (арабд­ха-кар­ма), а у брах­ма­нов - на­обо­рот, так как без хо­ро­ше­го и креп­ко­го те­ла не вку­сить в пол­ной ме­ре стра­да­ний это­го ми­ра. Что это за воз­дая­ние, ес­ли от ба­наль­но­го на­смор­ка греш­ни­ки бу­дут дох­нуть, как му­хи? Нет, сле­ду­ет по­жить и по­му­чить­ся. Жизнь, да­же в че­ло­ве­че­ском об­ли­ке, рас­смат­ри­ва­лась в "ра­цио­наль­ном ша­ма­низ­ме" Упа­ни­шад (М.Мосс) в ка­че­ст­ве су­ще­го на­ка­за­ния. Арий­ские брах­ма­ны вся­че­ски ук­ре­п­ля­ли ин­дий­цев в этом мне­нии.
  Об ин­сти­ту­ции ада в Ве­дах сто­ит по­го­во­рить под­роб­нее. Зна­ме­ни­тый му­суль­ман­ский уче­ный-эцик­ло­пе­дист Абу Рей­хан Би­ру­ни, по­бы­вав­ший в Ин­дии в XI сто­ле­тии н.э., го­во­рит уже о вось­ми­де­ся­ти вось­ми ты­ся­чах адов. Вот ма­лень­кая то­ли­ка из их чис­ла:
  "Мас­тер, вы­де­лы­ваю­щий ме­чи и но­жи, от­пра­вит­ся в Ви­ша­са­ну".
  "Тот, кто скры­ва­ет свое иму­ще­ст­во, жа­ж­дая по­лу­чить по­дар­ки от пра­ви­те­лей, брах­ман, ес­ли он про­да­ет мя­со, жир, мас­ло, при­пра­вы или ви­но, от­пра­вит­ся в Адо­мук­ху".
  "Тот, кто от­карм­ли­ва­ет кур, ко­шек, овец, сви­ней и птиц, от­пра­вит­ся в Руд­хи­ранд­ху".
  "Ак­те­ры и дек­ла­ма­то­ры сти­хов на ба­за­рах, те, кто ро­ет ко­лод­цы для снаб­же­ния во­дой, тот, кто всту­па­ет в сно­ше­ния со сво­ей же­ной в по­чи­тае­мые [как празд­ник] дни, тот, кто под­жи­га­ет до­ма лю­дей, и тот, кто из­ме­ня­ет дру­гу, а за­тем при­ни­ма­ет его, до­мо­га­ясь его иму­ще­ст­ва, от­пра­вят­ся в Руд­хи­ру".
  "Тот, кто до­бы­ва­ет мед из пче­ли­но­го улья, от­пра­вит­ся в Вай­та­ра­ни".
  "Тот, кто в опь­я­не­нии сво­ей мо­ло­до­стью на­силь­но за­хва­ты­ва­ет чу­жое иму­ще­ст­во и жен­щин, от­пра­вит­ся в Криш­ну".
  "Тот, кто ру­бит де­ре­вья, от­пра­вит­ся в Аси­па­тра­ва­ну".
  "Охот­ник и тот, кто де­ла­ет кап­ка­ны и сил­ки, от­пра­вят­ся в Вах­нид­жва­лу".
  "Тот, кто пре­неб­ре­га­ет обы­чая­ми и ус­та­нов­ле­ния­ми и по­пи­ра­ет за­ко­ны, а это са­мый худ­ший из всех, от­пра­вит­ся в Сан­дам­ша­ку".
  Мы пе­ре­чис­ли­ли все это толь­ко для то­го, что­бы ос­ве­до­мить о тех дея­ни­ях, ко­то­рые ин­дий­цы осу­ж­да­ют как гре­хов­ные.
  Не­ко­то­рые ин­дий­цы ду­ма­ют, что сред­ний мир, пред­на­зна­чен­ный для сни­ска­ния [на­гра­ды или на­ка­за­ния], есть че­ло­ве­че­ский мир, в ко­то­ром [ду­ша] стран­ст­ву­ет, по­сколь­ку за­слу­жен­но­го ею воз­дая­ния не­дос­та­точ­но ни для на­гра­ды, ни для на­ка­за­ния. Да­лее они счи­та­ют, что рай, воз­вы­шаю­щий­ся над сред­ним ми­ром, [уго­то­ван] для бла­жен­ст­ва, ко­то­рое не­пре­мен­но длит­ся со­об­раз­но до­б­рым де­лам [ду­ши]. А стран­ст­вие в рас­те­ни­ях и жи­вот­ных они счи­та­ют бо­лее низ­шей сту­пе­нью, [уго­то­ван­ной] для му­че­ния и на­ка­за­ния, где пре­бы­ва­ние [ду­ши] длит­ся в со­от­вет­ст­вии с [ее] дур­ны­ми де­ла­ми. И они не ве­да­ют дру­го­го ада, по­ми­мо по­доб­но­го опус­ка­ния ни­же че­ло­ве­че­ской сту­пе­ни. (Кур­сив мой - В.Б.)
  Эти все [раз­лич­ные воз­дая­ния] нуж­ны по­то­му, что стрем­ле­ние к из­бав­ле­нию от оков [ма­те­рии] час­то про­ис­хо­дит не пря­мым пу­тем, ве­ду­щим к дос­то­вер­но­му зна­нию, а идет по пу­ти, из­бран­но­му пред­по­ло­жи­тель­но или в под­ра­жа­ние дру­гим. Ни од­но дея­ние [ду­ши], вплоть до са­мо­го по­след­не­го, не про­па­да­ет зря: все они бу­дут за­чте­ны при взве­ши­ва­нии [и со­пос­тав­ле­нии] со­де­ян­но­го [ею] до­б­ра и зла. Од­на­ко воз­дая­ние бу­дет в со­от­вет­ст­вии с на­ме­ре­ни­ем при со­вер­ше­нии дей­ст­вия и по­лу­чит она его на раз­лич­ных сту­пе­нях: или в том об­ли­ке, в ко­то­ром она на­хо­дит­ся [на зем­ле], или в той обо­лоч­ке, ко­то­рую ду­ша при­мет [при даль­ней­шем стран­ст­вии], или по­сле ее рас­ста­ва­ния с дан­ной обо­лоч­кой и до дос­ти­же­ния ею дру­го­го об­ли­ка.
  Вот здесь ин­дий­цы от­кло­ня­ют­ся от умо­зри­тель­но­го рас­смот­ре­ния и об­ра­ща­ют­ся к ре­ли­ги­оз­ным пре­да­ни­ям про ис­то­ки воз­на­гра­ж­де­ния и воз­мез­дия, о пре­бы­ва­нии [ду­ши] там без те­лес­но­го об­ли­ка, о воз­вра­ще­нии ее по­сле по­лу­че­ния на­гра­ды за свои дея­ния спол­на к те­лес­но­му об­ли­ку и об­ра­зу че­ло­ве­че­ско­му, что­бы при­го­то­вить­ся к то­му, что ей су­ж­де­но в даль­ней­шем. По­это­му ав­тор кни­ги "Санкхья" не счи­та­ет воз­на­гра­ж­де­ние в раю бла­гом, по­сколь­ку оно име­ет пре­дел и не веч­но, ибо жизнь в раю на­по­ми­на­ет жизнь в этом ми­ре: и там ос­та­ет­ся вза­им­ное со­пер­ни­че­ст­во и за­висть вслед­ст­вие раз­но­об­ра­зия сте­пе­ней и по­ло­же­ний [для оби­та­те­лей]; ведь по­ис­ти­не алч­ные стра­сти и скорбь пре­кра­ща­ют­ся толь­ко там, где есть [пол­ное] ра­вен­ст­во." Абу Рей­хан Би­ру­ни "Ин­дия".
  Из все­го это­го, по край­ней ме­ре, у ав­то­ра этих строк скла­ды­ва­ет­ся ощу­ще­ние ка­кой-то на­ро­чи­то­сти и не­дос­то­вер­но­сти. Во-пер­вых, по­то­му что, как пи­сал по­эт, "рас­стре­ли­вать два раза за­ко­ны не ве­лят". По­доб­ной прак­ти­ки не су­ще­ст­ву­ет не в од­ной тра­ди­ции ми­ра да­же на мир­ском, свет­ском уров­не, а в са­краль­ной плос­ко­сти и по­дав­но. Во-вто­рых, как спра­вед­ли­во от­ме­чал тот же Би­ру­ни, ин­дий­ский мен­та­ли­тет во мно­гом род­ст­ве­нен гре­че­ско­му мен­та­ли­те­ту в его склон­но­сти к гло­баль­ным фи­ло­соф­ским спе­ку­ля­ци­ям, но ни­как не арий­ско-рим­ско­му "ад­ми­ни­ст­ра­тив­но­му вос­тор­гу". Пред­ста­вить арий­ско­го брах­ма­на за скру­пу­лез­ным под­сче­том то­го, ку­да ка­кую ду­шу оп­ре­де­лить за ее гре­хи, мож­но без вся­ких уси­лий, а вот ги­ган­та Шан­ка­ру - ни­ко­гда. Не­мец­кий брах­ма­низм то­же был, ме­ж­ду про­чим, весь­ма ще­пе­ти­лен от­но­си­тель­но "че­ло­ве­че­ско­го ма­те­риа­ла". Все­гдаш­ний ве­дий­ский мар­ги­нал Ка­пи­ла вы­ска­зал­ся по это­му по­во­ду пре­дель­но яс­но. Од­ним сло­вом, ве­дий­ские ады с боль­шой на­тяж­ной со­гла­су­ют­ся с ин­дий­ски­ми пред­став­ле­ния­ми о кар­ме, а за­ко­ном сан­са­ры не со­гла­су­ет­ся во­об­ще. Мар­сель Мосс, как мы пом­ним, пи­сал, что тре­бу­ет­ся из­вест­ная лов­кость, что­бы вы­вес­ти Упа­ни­ша­ды из Вед. Так вот брах­ма­ны об­ла­да­ли этой лов­ко­стью не в пол­ной ме­ре.
 
  Об­ло­мав­шись с вай­ше­ши­кой, брах­ма­ны при­ня­лись за санкхью, объ­я­вив, что ода­рен­ные бла­го­стью (сат­тва), идут к со­стоя­нию бо­гов, ко­то­рых эта санкхья не шиб­ко-то и жа­ло­ва­ла; стра­стью (рад­жас) - к со­стоя­нию лю­дей; тем­но­той (та­мас) - "все­гда к со­стоя­нию жи­вот­ных". При­чем ка­ж­дая гу­на име­ет три сте­пе­ни - выс­шую, сред­нюю и низ­шую. Из все­го это­го сло­во­блу­дья нам осо­бен­но ин­те­рес­но сред­нее со­стоя­ние, обу­слов­лен­ное тем­но­той, из ко­то­ро­го про­из­ро­ста­ют тру­дя­ги-сло­ны, ло­ша­ди, львы, тиг­ры, ка­ба­ны, а так­же ко­рен­ные ин­дий­цы шуд­ры и не­кие млечч­хи (не­чис­тые), ко­то­рые, по рас­смот­ре­нии, ока­зы­ва­ют­ся хо­ро­шо зна­ко­мы­ми нам гре­ка­ми, над­рав­ши­ми в свое вре­мя ари­ям зад­ни­цу до со­стоя­ния крас­но­за­дой мар­тыш­ки. Мож­но бы­ло бы и про­дол­жить, но ав­то­ру не хо­чет­ся ли­шать чи­та­те­ля удо­воль­ст­вия са­мо­му от­сле­дить "Ме­та­мар­фо­зы" от гос­по­ди­на Ма­ну.
  В за­ко­не кар­мы нет ни­ка­ко­го лу­кав­ст­ва. Эта ве­ко­веч­ная меч­та че­ло­ве­че­ст­ва о спра­вед­ли­во­сти. Но спра­вед­ли­вость ведь то­же гре­за. Ин­дий­ские муд­ре­цы ис­ка­ли ее в Космосе, и по­па­ли в кру­го­во­рот бы­тия, где од­на кон­крет­ная че­ло­ве­че­ская жизнь не сто­ит ни­че­го. Ев­ро­пей­цы при­ле­пи­лись к гре­зе и взва­ли­ли на се­бя, воз­мож­но, си­зи­фов труд от­стро­ить ее до ис­ти­ны
  6. Ос­та­ет­ся ра­зо­брать по­след­нюю око­ло­фи­ло­соф­скую идею, в наи­боль­шей сте­пе­ни по­вли­яв­шую на жизнь про­стых ин­дий­цев. Имя этой идеи - дхар­ма. От нее и про­ис­те­ка­ет на­зва­ние на­ше­го до­ку­мен­та - дхар­ма­ща­ст­ра Ма­ну.
  Дхар­ма при­пи­са­на к де­пар­та­мен­ту Упа­ни­шад и, по­сколь­ку так сло­жи­лось, что на ее до­лю вы­па­ла не­за­вид­ная участь быть са­мым эк­зо­те­ри­че­ским и спе­ку­ля­тив­ным по­ня­ти­ем в ин­дий­ской фи­ло­со­фии, сто­ит по­го­во­рить о про­ти­во­по­ло­жном.
  Ев­ро­пей­ская ис­то­рио­гра­фия ин­дий­ской фи­ло­со­фии счи­тает Упа­ни­ша­ды тай­ной док­три­ной Вед, на что, по­ми­мо про­че­го, на­ме­ка­ет и сам пе­ре­вод тер­ми­на, оз­на­чаю­щий "си­дя­щий у ног учи­те­ля", то есть пе­ре­да­вае­мый из уст в ус­та и не под­ле­жа­щий ши­ро­кой ог­ла­ске. Из Упа­ни­шад, как из за­ро­ды­ша, раз­ви­лись впо­след­ст­вии шесть сис­тем (дар­шан) ин­дий­ской фи­ло­со­фии, наи­бо­лее влия­тель­ной из ко­то­рых яв­ля­ет­ся ве­дан­та - за­вер­ше­ние Вед. Пред­став­лен­ная в крат­ких и раз­но­ре­чи­вых сут­рах Ба­да­рая­ны, ве­дан­та ста­ра­ния­ми ком­мен­та­то­ра Шан­ка­ры бы­ла до­ве­де­на до со­вер­шен­но­го в сво­ем ро­де мо­низ­ма. К ве­дан­те от Шан­ка­ры да­же по­ня­тие сис­те­мы фи­ло­со­фии ед­ва ли при­ме­ни­мо. Есть толь­ко без­ог­ляд­ная и от­ча­ян­ная ин­туи­ция, наи­бо­лее пол­но вы­ра­жен­ная в ал­геб­раи­че­ской фор­му­ле Tat tvam asis. Аб­со­лют­ное то­ж­де­ст­во объ­ек­тив­ной и субъ­ек­тив­ной сто­рон ми­ро­зда­ния. Нет ника­ко­го фе­но­ме­наль­но­го бы­тия че­ло­ве­ка, мир во всех сво­их про­яв­ле­ни­ях есть ре­зуль­тат ави­дьи (не­зна­ния). Толь­ко из­веч­ный аб­со­лют Брах­ман и со­при­ча­ст­ный ему аб­со­лют Ат­ман. По­знав­ший Ат­ман (соб­ст­вен­ное Я), по­зна­ет и Брах­ма­на. Бо­ги, ри­ши, ге­рои и вся че­ло­ве­че­ская ис­то­рия ко­па­шат­ся где-то там, на эк­зо­те­ри­че­ской сто­ро­не ил­лю­зор­но­го ми­ра. На са­мом де­ле ни­че­го это­го нет. Есть толь­ко ве­ли­кое Еди­ное: Брах­ман - Ат­ман. Имен­но эту мысль о не-двой­ст­вен­но­сти (ад­вай­те) Ре­не Ге­нон счи­тал со­кро­вен­ной су­тью всех эзо­те­ри­че­ских уче­ний, имен­но в нее по­свя­ща­ли неофита во вре­мя Ве­ли­ких Мис­те­рий в Элев­си­не. До Де­кар­та это­го вездесущего дуа­лиз­ма ду­ха и ма­те­рии как бы и не су­ще­ст­во­ва­ло, утверждал Генон. Вер­нее, он су­ще­ст­во­вал все­гда, но ни­ко­гда не пре­тен­до­вал на роль ос­нов­но­го во­про­са фи­ло­со­фии: что пер­вич­но - ма­те­рия или соз­на­ние. "Бо­лее то­го, - не без юмо­ра пи­сал Ре­не Ге­нон, - про­ти­во­по­лож­ность ду­ха и ма­те­рии пред­став­ля­ет со­бой толь­ко один ча­ст­ный слу­чай дуа­лиз­ма во­об­ще, так, два тер­ми­на, об­ра­зую­щие про­ти­во­по­лож­ность, мо­гут быть и со­вер­шен­но ины­ми, и мы име­ем пол­ное пра­во пред­ста­вить не­кий бес­ко­неч­ный ряд, со­стоя­щий из со­от­но­си­мых друг с дру­гом пар тер­ми­нов, ка­ж­дая из ко­то­рых мо­жет за­ме­нить со­бой па­ру "дух-ма­те­рия"(Ре­не Ге­нон "Ме­та­фи­зи­ка и фи­ло­со­фия").
  Тут наш ме­та­фи­зик как в во­ду гля­дел. Се­мио­ти­ки на ос­но­ве тео­рии би­нар­ных оп­по­зи­ций без тру­да со­ору­ди­ли субъ­ект­но-ори­ен­ти­ро­ван­ную За­пад­ную па­ра­диг­му и объ­ект­но-ори­ен­ти­ро­ван­ную Вос­точ­ную. За­пад: субъ­ект - ра­цио­на­лизм - дей­ст­вие - нау­ка - не­тер­пе­ние - аван­тю­ризм (ка­ж­дый во­лен про­дол­жить на соб­ст­вен­ное ус­мот­ре­ние). Вос­ток: объ­ект - мис­ти­цизм - со­зер­ца­ние - тра­ди­ци­он­ные нау­ки, то есть ас­т­ро­ло­гия, ал­хи­мия, каб­ба­ла, нау­ка о чис­лах, иль­муль-ху­руф (нау­ка о бу­к­вах) - со­сре­до­то­чен­ность и ме­ди­та­ция - трез­вый рас­чет (и ог­ром­ные за­па­сы де­ше­вой в до­бы­че неф­ти, не за­мед­лит от­ме­тить скеп­тик-ев­ро­пе­ец).
  Мо­низм же (дру­гое изо­бре­те­ние За­па­да) про­сто-на­про­сто стре­мит­ся све­сти один из тер­ми­нов оп­по­зи­ции к дру­го­му. Спи­ри­туа­ли­сти­че­ский мо­низм гре­зит об­ра­тить ма­те­рию в дух, а ма­те­риа­ли­сти­че­ский - на­обо­рот.
  Хри­сти­ан­ст­во, по Ге­но­ну, то­же за­ро­ди­лось как эзо­те­ри­че­ское уче­ние с при­су­щи­ми ему ини­циа­ти­че­ски­ми прак­ти­ка­ми. В та­ин­ст­ве кре­ще­ния, зна­ме­ную­щем вто­рое ро­ж­де­ние че­ло­ве­ка, он ус­мат­ри­вал ана­ло­гию с ма­лы­ми мис­те­рия­ми древ­но­сти, а ру­ко­по­ло­же­ние в сан - с Ве­ли­ки­ми. Под­твер­жде­ние то­му, что в апо­столь­ские вре­ме­на хри­сти­ан­ст­во бы­ло за­кры­той эзо­те­ри­че­ской сек­той, Ге­нон на­хо­дит в ис­лам­ской тра­ди­ции, от­но­сив­шей ран­нее хри­сти­ан­ст­во к "та­ри­ке" (ини­циа­ти­че­ско­му пу­ти) в про­ти­во­по­ло­жность об­ще­дос­туп­но­му и эк­зо­те­ри­че­ско­му "ша­риа­ту". Вре­ме­ни нис­хо­ж­де­ния хри­сти­ан­ст­ва на эк­зо­те­ри­че­ский уро­вень Ре­не Ге­нон не уточ­ня­ет, ог­ра­ни­чив­шись ут­вер­жде­ни­ем, что ко вре­ме­ни Кон­стан­ти­на и Ни­кей­ско­го Со­бо­ра та­кое пре­вра­ще­ние уже про­изош­ло.
  Са­мое уди­ви­тель­ное, что по­доб­ные не­дог­ма­ти­че­ские ут­вер­жде­ния Ге­но­на раз­де­ля­ет с ним че­ло­век, ко­то­ро­го ни­как не за­по­доз­ришь в сим­па­ти­ях к ге­но­нов­ско­му брах­ма­низ­му, хо­тя бы по той при­чи­не, что жи­ли они в раз­ное вре­мя. "Ут­вер­ждать веч­ное то­ж­де­ст­во че­ло­ве­че­ско­го и бо­же­ст­вен­но­го - не­что иное, чем изъ­яв­лять при­тя­за­ния на бо­же­ст­вен­ность человеческого; и с этой точ­ки зре­ния да­же на­ша фи­ло­со­фия мо­жет ино­гда вы­учить­ся кое-че­му, что час­то за­бы­ва­ет­ся со­вре­мен­ным хри­сти­ан­ст­вом и что, од­на­ко, при­зна­ва­лось су­ще­ст­вен­ным пер­вы­ми От­ца­ми церк­ви - а имен­но един­ст­ву От­ца и Сы­на и да­же един­ст­ву От­ца и всех Его сы­нов". (Макс Мюл­лер "Шесть сис­тем ин­дий­ской фи­ло­со­фии").
  Что бы окон­ча­тель­но не за­пу­тать чи­та­те­ля, сле­довало бы давно уточнить, что Макс Мюл­лер то­же при­над­ле­жал к той ко­гор­те "ста­рых ис­то­ри­ков ин­дий­ской фи­ло­со­фии", ко­то­рые ви­де­ли в Упа­ни­ша­дах и про­из­вод­ной от них ве­дан­те не ­арий­скую, а спе­ци­фи­че­ски ин­дий­скую сис­те­му взгля­дов и пред­став­ле­ний, под обая­ние ко­то­рой труд­но не по­пасть не­рав­но­душ­но­му и глу­бо­ко мыс­ля­ще­му че­ло­ве­ку.
  Но вер­нем­ся к на­шей мно­го­стра­даль­ной дхар­ме. Ав­тор уже где-то упо­ми­нал, что лю­бо­му эзо­те­ри­че­ско­му учению при­су­ще по­ня­тие ие­рар­хии про­яв­ле­ний. В дан­ном кон­крет­ном слу­чае это оз­на­ча­ет, что вы­со­ко­ло­бо­му эзо­те­риз­му по­зво­ли­тель­но пе­рей­ти на об­ще­дос­туп­ный эк­зо­те­ри­че­ский уро­вень, вплоть до рас­хо­жей ми­фо­ло­гии.
  На этой по­след­ней дхар­ма пред­став­ля­ет собой бы­ка, по­яв­ляю­ще­го­ся с на­сту­п­ле­ни­ем но­вой Ман­ван­та­ры. Ка­ж­дая Ман­ван­та­ра рав­на ста кос­ми­че­ским го­дам Брах­мы или 8 640 000 000 зем­ных лет. Макс Мюл­лер при­во­дит за­ме­ча­тель­ный при­мер свое­об­раз­но­го пред­став­ле­ния ин­дий­цев о вре­ме­ни. Ес­ли че­ло­век раз в ты­ся­чу лет бу­дет про­во­дить сво­им шел­ко­вым плат­ком по це­пи Ги­ма­лай­ских гор, он, в кон­це кон­цов, со­трет их до ос­но­ва­ния. Та­кое об­раз­ное пред­став­ле­ние со­от­вет­ст­ву­ет, на­вер­ное, по­ня­тию Ман­ван­та­ра. (Кста­ти, ес­ли не оши­ба­юсь, у Ай­зе­ка Ази­мо­ва есть при­ме­ча­тель­ное в дан­ной свя­зи вос­по­ми­на­ние о том, как он на­чи­нал свою твор­че­скую дея­тель­ность. Бу­ду­чи мо­ло­дым пи­са­те­лем, быв­ший одес­ский ев­рей Иса­ак Ази­мов за­брел в ре­дак­цию на­уч­но-фан­та­сти­че­ско­го жур­на­ла, где был пря­мо-та­ки оша­ра­шен во­про­сом ре­дак­то­ра: "По­ду­май­те, Ай­зек, что бу­дет с че­ло­ве­че­ст­вом, ес­ли звезд­ное не­бо над го­ло­вой ему до­ве­дет­ся ви­деть раз в ты­ся­чу лет?" Иса­ак при­леж­но ло­мал го­ло­ву, но так и не при­ду­мал, что от­ве­тить ре­дак­то­ру. "Оно сой­дет с ума! - по­сле­до­вал от­вет. - А те­перь иди­те и на­пи­ши­те об этом рас­сказ". Иса­ак по­шел и на­пи­сал зна­ме­ни­тый на­уч­но-фан­та­сти­че­ский рас­сказ, с ко­то­ро­го на­ча­лась его ли­те­ра­тур­ная сла­ва. Од­на­ко, это так, к сло­ву. Ин­дий­ский мен­та­ли­тет не стра­шил­ся неумо­по­сти­гае­мых цифр.). Со­сто­ит Ман­ван­та­ра из че­ты­рех юг: Кри­та, Тре­та, Два­па­ра и Ка­ли. В ев­ро­пей­ской тра­ди­ции это со­от­вет­ст­ву­ет Зо­ло­то­му, Се­реб­ря­но­му, Брон­зо­во­му и Же­лез­но­му ве­кам.
  В Кри­та-юге бык дхар­ма чет­ве­ро­но­го, а че­ло­век на­де­лен все­ми доб­ро­де­те­ля­ми, глав­ной из ко­то­рых яв­ля­ет­ся ас­ке­тизм. Сред­няя про­дол­жи­тель­ность жиз­ни в век Кри­та со­став­ля­ет 400 лет, но не­ко­то­рые муд­ре­цы и ге­рои, со­глас­но "Ма­хаб­ха­ра­те", пе­ре­ва­ли­ва­ют за ты­ся­чу, пря­мо как иу­дей­ские пат­ри­ар­хи.
  В век Тре­та в ми­ро­вую гар­мо­нию вкли­ни­ва­ет­ся пред­став­ле­ние о вы­го­де, и бык дхар­ма ли­ша­ет­ся од­ной но­ги. Сред­няя про­дол­жи­тель­ность жиз­ни со­кра­ща­ет­ся до 300 лет, а глав­ной доб­ро­де­те­лью объ­яв­ля­ет­ся зна­ние.
  Даль­ше - ху­же. В Век Два­па­ра че­ло­век уже гре­шит на­про­па­лую, бык дхам­ра ко­вы­ля­ет на двух но­гах, а про­дол­жи­тель­ность жиз­ни умень­ша­ет­ся со­от­вет­ст­вен­но еще на 100 лет. Един­ст­вен­ное спа­се­ние в жерт­во­при­но­ше­ни­ях.
  В ночь с 17 на 18 фев­ра­ля 3102 го­да до н. э. Ка­ли-юга об­ру­ши­лась на ми­ро­зда­ние. И без то­го греш­ный че­ло­век окон­ча­тель­но увяз в гре­хе и в ма­те­рии (прак­ри­ти). Бык дхар­ма ко­пи­ру­ет ма­не­ры Иа­на Ан­дер­со­на из "Jethro Tull". И толь­ко воль­ный дух Пу­ру­ша гор­до ре­ет над зем­лею, то кры­лом ее ка­са­ясь, то опять взмы­вая к ту­чам, он кри­чит и - лю­ди слы­шат ярость в ди­ком кри­ке ду­ха. В этом кри­ке знак воз­мез­дья за не­пра­вид­ную дхар­му и про­кля­тье, и заб­ве­нье слы­шат лю­ди в этом кри­ке ... (Та­ков, без со­мне­ния, эзо­те­ри­че­ский смысл горь­ков­ско­го "Бу­ре­ве­ст­ни­ка", ес­ли не об­ра­щать вни­ма­ние на до­сад­ные ог­ре­хи ин­тер­пре­та­то­ра, сме­шав­ше­го в од­ну ку­чу санкхью с Упа­ни­ша­да­ми. Впро­чем, к по­доб­ной эк­лек­ти­ке сле­ду­ет при­вы­кать. Идеи, по­ло­жен­ные в ос­но­ву "За­ко­нов Ма­ну", на­щи­па­ны ото­всю­ду.). Ос­та­ет­ся уте­шить­ся тем, что Ка­ли-юге длить­ся еще 425 000 лет, а за это вре­мя, как гла­сит вос­точ­ная муд­рость, ли­бо осел сдох­нет, ли­бо шах ум­рет. Кста­ти, глав­ной доб­ро­де­те­лью для "тем­но­го ве­ка" пер­вый че­ло­век Ма­ну объ­я­вил, как ни стран­но, щед­рость.
  Та­ков ми­фо­ло­ги­че­ский смысл по­ня­тия дхар­ма.
  На ра­цио­наль­ном уров­не дхар­ма (dharma) - пра­ви­ло доб­ро­де­тель­но­го по­ве­де­ния че­ло­ве­ка, со­от­вет­ст­вую­щее за­ни­мае­мо­му им об­ще­ст­вен­но­му по­ло­же­нию, а ща­ст­ра (^as­tra) - сбор­ник пред­пи­са­ний и по­уче­ний в раз­лич­ных об­лас­тях зна­ния (Г.Ф. Иль­ин).
  Что­бы по­доб­рать­ся к эзо­те­ри­че­ско­му смыс­лу это­го по­ня­тия, нам не обой­тись без по­мо­щи глав­но­го кон­суль­тан­та Ре­не Ге­но­на. На на­ше "ща­стье" (^as­tie) в кни­ге "Очер­ки об ин­ду­из­ме" он по­свя­тил это­му во­про­су не один, а це­лых два очер­ка.
  Дхар­му мы бу­дем оп­ре­де­лять апо­фа­ти­че­ски, то есть сна­ча­ла ус­та­но­вим, чем она не яв­ля­ет­ся, а за­тем, бо­лее или ме­нее ере­ти­че­ски, по­пы­та­ем­ся все же со­ста­вить об­щее пред­став­ле­ние об оной.
  Итак, во-пер­вых: "Оче­вид­но, что здесь мы очень да­ле­ки от "мо­раль­ной" кон­цеп­ции: и ес­ли та­кая идея, как "спра­вед­ли­вость" ино­гда под­хо­дит для ос­мыс­ле­ния дхар­мы, то толь­ко в том, что она есть че­ло­ве­че­ское вы­ра­же­ние рав­но­ве­сия и гар­мо­нии, то есть од­но­го из ас­пек­тов под­дер­жа­ния кос­ми­че­ской ус­той­чи­во­сти" (Р. Ге­нон).
  Во-вто­рых: "Тем бо­лее идея "доб­ро­де­те­ли" мо­жет здесь при­ме­нять­ся лишь в той ме­ре, в ка­кой она оз­на­ча­ет, что дей­ст­вия не­кое­го су­ще­ст­ва со­гла­со­ва­ны с его соб­ст­вен­ной при­ро­дой и, тем са­мым, с об­щим по­ряд­ком, имею­щим свое от­ра­же­ние и об­раз в при­ро­де ка­ж­до­го"(Р. Ге­нон).
  В-треть­их: "Так­же, ес­ли рас­смат­ри­вать че­ло­ве­че­ское со­об­ще­ст­во, а не изо­ли­ро­ван­ную ин­ди­ви­ду­аль­ность, то идея "за­ко­но­да­тель­ст­ва" со­дер­жит­ся в дхар­ме лишь по­столь­ку, по­сколь­ку это за­ко­но­да­тель­ст­во нор­маль­ным об­ра­зом долж­но быть адап­та­ци­ей кос­ми­че­ско­го по­ряд­ка к со­ци­аль­ной сре­де"(Р. Ге­нон).
  Зна­чит, мы ус­та­но­ви­ли, что во всех сво­их про­яв­ле­ни­ях дхар­ма пред­на­зна­че­на для про­ек­ции кос­ми­че­ско­го по­ряд­ка на не­со­вер­шен­ное че­ло­ве­че­ское об­ще­жи­тие. Из это­го мож­но за­клю­чить, что дхар­ма апел­ли­ру­ет по пре­иму­ще­ст­ву не к ин­ди­ви­ду­аль­но­му че­ло­ве­ку, а к со­ци­аль­ным груп­пам на­се­ле­ния. Для ка­ж­до­го от­дель­но­го че­ло­ве­ка сво­его кос­ми­че­ско­го пред­пи­са­ния не со­ста­вишь (ас­т­ро­ло­гия, к при­ме­ру, ни­ко­гда не пре­тен­до­ва­ла на ста­тус юри­ди­че­ско­го за­ко­на), хо­тя та­кое по­ня­тие, как свад­хар­ма (ин­ди­ви­ду­аль­ная дхар­ма), дей­ст­ви­тель­но упо­ми­на­ет­ся в "За­ко­нах Ма­ну". Но по­сколь­ку мы име­ем де­ло с за­ко­на­ми (нас не ин­те­ре­су­ет в на­стоя­щий мо­мент, как стро­го они ис­пол­ня­лись), ос­нов­ное на­зна­че­ние их ре­гу­ли­ро­вать со­ци­аль­ный по­ря­док про­яв­ле­ния кос­ми­че­ско­го прин­ци­па. Идея кар­мы, как мы пом­ним, не не­сла в себе ника­кой со­ци­аль­ной на­груз­ки, а по­то­му для по­доб­ных це­лей не го­ди­лась. "Не ло­май де­рев­цо, Са­ра­туш­ка, в нем, воз­мож­но, ду­ша твое­го ба­тюш­ки. Он был плот­ни­ком, об­ра­ба­ты­вал де­ре­во, и за это ду­ше его де­сять сро­ков то­мить­ся в рас­те­ни­ях". Что­бы из­влечь из это­го мо­раль­но­го им­пе­ра­ти­ва не­кое со­ци­аль­ное уло­же­ние, ин­сти­ту­ция дхар­мы го­ди­лась впол­не. Кро­ме плот­ни­ка, ко­то­ро­му ка­та­ст­ро­фи­че­ски не по­вез­ло и в хри­сти­ан­ской тра­ди­ции, к греш­ным ре­мес­лам гос­по­да брах­ма­ны от­не­сли зем­ле­дель­ца, ры­ба­ка, пас­ту­ха, куз­не­ца, ору­жей­ни­ка, мо­ре­хо­да, ар­ти­ста, му­зы­кан­та, тан­цо­ра, дрес­си­ров­щи­ка сло­нов и верб­лю­дов, мо­гиль­щи­ка ... Всех и не упом­нишь. Дхар­ма бы­ла хо­ро­ша тем, что по­зво­ля­ла дис­кри­ми­ни­ро­вать не толь­ко по ро­ду дея­тель­но­сти, но и по ро­ж­де­нию, вос­пи­та­нию и да­же по­лу. Да, дхар­ме жен­щи­ны пер­вый тео­ре­тик Ма­ну уде­лил осо­бое ме­сто. На ней и ос­та­но­вим­ся.
  Итак, тем из ува­жае­мых чи­та­тель­ниц, кто воз­на­ме­рил­ся про­жить жизнь чис­той и без­греш­ной, со­об­ра­зу­ясь с му­зы­кой сфер и не­пре­лож­ны­ми за­ко­на­ми ми­ро­зда­ния, над­ле­жит пер­во-на­пер­во за­пом­нить глав­ное пра­ви­ло: ни­ка­кое дело не долж­но ис­пол­нять­ся ва­ми по соб­ст­вен­ной во­ле, а с дет­ских лет сле­ду­ет на­хо­дить­ся под вла­стью от­ца, в юно­сти и зре­ло­сти - под вла­стью му­жа, по смер­ти му­жа - под вла­стью сы­но­вей. Есть та­кой за­ме­ча­тель­ный сан­ск­рит­ский тер­мин "сва­тан­тра­та" - са­мо­стоя­тель­ность. Так вот об этой свое­воль­ной тра­те че­го бы то ни бы­ло, сле­ду­ет за­быть окон­ча­тель­но. Ко­му бы ни от­дал вас отец или, с раз­ре­ше­ния от­ца, брат, то­му сле­ду­ет по­ви­но­вать­ся при жиз­ни и не пре­неб­ре­гать им по­сле смер­ти. Как по­ло­жи­тель­ный факт ком­мен­та­то­ры "За­ко­нов" от­ме­ча­ют, что прак­ти­ка "са­ти" (са­мо­со­жже­ние вдо­вы) не упо­ми­на­ет­ся в дхар­ма­ща­ст­ре.
  Ес­ли вам вдруг, слу­ча­ем, не по­вез­ло и доб­ро­де­тель­ный отец пе­ре­дал вас в соб­ст­вен­ность (sva­mya­kapana) не шиб­ко доб­ро­де­тель­но­му му­жу, не сто­ит от­чаи­вать­ся, а, на­про­тив, "на­до быть все­гда ве­се­лой, ис­кус­ной в до­маш­них де­лах, иметь хо­ро­шо вы­чи­щен­ную ут­варь и эко­ном­ной в рас­хо­дах" и сво­его за­бул­ды­гу и рас­пут­ни­ка по­чи­тать, как бо­га. Та­ко­ва дхар­ма. Ес­ли вам вдруг вто­рич­но не по­вез­ло и ваш лич­ный Прад­жа­па­ти, не пе­ре­жив по­хме­лья, от­пра­вил­ся справ­лять но­вую жизнь в те­ле ша­ка­ла или ди­ко­бра­за, сле­ду­ет в па­мять о нем "доб­ро­воль­но из­ну­рять те­ло, пи­та­ясь толь­ко чис­ты­ми цве­та­ми, ко­рень­я­ми и пло­да­ми" и не сметь про­из­но­сить да­же име­ни дру­го­го муж­чи­ны. По­том­ст­во, ро­ж­ден­ное от дру­го­го, кро­ме осо­бо ого­во­рен­ных слу­ча­ев, не при­зна­ет­ся в этом ми­ре. За­то доб­ро­де­тель­ная же­на, пре­бы­ваю­щая в це­ло­муд­рии по­сле смер­ти му­жа, дос­ти­га­ет не­ба, да­же отя­го­щен­ная страш­ным гре­хом неро­ж­де­ния сы­на. Та­ко­ва дхар­ма. Да­же та, ко­то­рая, ос­та­вив сво­его "низ­ко­го" му­жа (име­ет­ся в ви­ду низ­шая кас­та), со­жи­тель­ст­ву­ет с "вы­со­ким", дос­той­на осу­ж­де­ния и на­зы­ва­ет­ся "па­ра­пур­вой". Вот вро­де бы и эти­че­ская шло­ка, но из­на­чаль­ное раз­де­ле­ние на "низ­ких и вы­со­ких" уби­ва­ет вся­кую че­ло­ве­че­скую эти­ку. А Кос­мос впол­не об­хо­дит­ся без нее.
  Как и лю­бой чи­нов­ник де­пар­та­мен­та во­об­ра­жае­мое, гос­по­да брах­ма­ны бы­ли склон­ны уни­фи­ци­ро­вать лю­бые про­яв­ле­ния че­ло­ве­че­ско­го бы­тия, вплоть до са­мых ин­тим­ных. По ка­ким дням мож­но спать с му­жем, по ка­ким - нель­зя, - все бы­ло под­роб­но рас­счи­та­но и рас­пи­са­но муд­ре­ца­ми. Ме­ж­ду про­чим, брах­ма­ны ус­та­но­ви­ли, что по чет­ным дням за­чи­на­ют­ся маль­чи­ки, а по не­чет­ным - де­воч­ки. Ин­те­рес­но, что, не­смот­ря на всю свою па­то­ло­ги­че­скую склон­ность к ас­ке­тиз­му, плот­ский грех с при­су­щим ему на­сла­ж­де­ни­ем не счи­тал­ся за­ко­но­да­те­лем Ма­ну чем-то пре­до­су­ди­тель­ным. Хри­сти­ан­ская тра­ди­ция ли­це­мер­но по­мал­ки­ва­ет об этом, но по-преж­не­му счи­та­ет все та­кое, не свя­зан­ное с су­гу­бо праг­ма­ти­че­ской це­лью вос­про­из­вод­ст­ва, гре­хом. В по­сле­дую­щем весь­ма эк­лек­ти­че­ском ин­ду­из­ме, а осо­бен­но в ши­ва­из­ме, культ лин­га­ма-Ши­вы при­об­рел да­же фи­ло­соф­ское зву­ча­ние. Ес­ли в ев­ро­пей­ской сис­те­ме цен­но­стей фал­ли­че­ский за­кон От­ца яв­ля­ет­ся но­си­те­лем все­воз­мож­ных за­пре­тов, в ин­дуи­ст­ской "Лин­га-Пу­ра­не" лин­га­ма (фал­лос) объ­яв­ля­ет­ся выс­шим объ­ек­том по­зна­ния и ото­жде­ст­в­ля­ет­ся с Брах­мой. Кро­ме то­го, Ши­ва слу­жит но­си­те­лем не­кое­го энер­ге­ти­че­ско­го на­ча­ла, име­нуе­мо­го шак­ти. Во вре­мя оно мо­ло­дой Ши­ва по не­ра­зу­мию вы­пле­ском сво­ей по­ло­вой энер­гии убил бо­га люб­ви Ка­му. По­том, прав­да, оду­мал­ся, Ка­му ожи­вил, а энер­гию суб­ли­ми­ро­вал в свою жен­скую ипо­стась - бо­ги­ню Шак­ти. В раз­ви­том и эк­зо­те­ри­че­ском ин­ду­из­ме как-то са­мо са­мой ро­ди­лось убе­ж­де­ние, что спа­се­ние мож­но за­слу­жить не толь­ко ас­ке­тиз­мом, но и ве­ли­ким со­вер­шен­ст­вом в де­ле лю­бов­ных утех. Так ро­ди­лась на свет "Ка­ма-сут­ра". В хри­сти­ан­ской тра­ди­ции по­доб­ные трак­та­ты про­сто не­мыс­ли­мы.
  Вот, кста­ти, по­учи­тель­ная шло­ка из драх­ма­ща­ст­ры: "Ес­ли же­на не ро­жа­ет де­тей, мо­жет быть взя­та дру­гая на вось­мом го­ду, ес­ли ро­жа­ет де­тей мерт­вы­ми - на де­ся­том, ес­ли ро­жа­ет толь­ко де­во­чек - на один­на­дца­том, но ес­ли го­во­рит гру­бо - не­мед­лен­но".
  В слу­чае опас­но­сти пре­кра­ще­ния ро­да брах­ма­на­ми бы­ла раз­ра­бо­та­на тео­рия упол­но­мо­чен­ных му­жей (ni­vukta). Жен­щи­на, по ка­ким-ли­бо при­чи­нам не имею­щая сы­но­вей или вдо­ва, мог­ла ис­про­сить пол­но­мо­чий у му­жа или, по смер­ти му­жа, у его род­ст­вен­ни­ков про­из­ве­сти сы­на от де­ве­ря или дру­го­го кров­ни­ка. Ума­стив­шись ко­ровь­им мас­лом, упол­но­мо­чен­ный муж­чи­на дол­жен мол­ча со­во­ку­пить­ся с ней для за­ча­тия од­но­го сы­на, но дру­го­го - ни в коем слу­чае. Та­ко­ва дхар­ма. Что де­лать, ес­ли ро­дить­ся двой­ня, дхар­ма­ща­ст­ра не разъ­яс­ня­ет. Впро­чем, во всех за­труд­ни­тель­ных об­стоя­тель­ст­вах сле­ду­ет об­ра­щать­ся не­по­сред­ст­вен­но к брах­ма­ну, зна­то­ку Вед и сво­да ком­мен­та­ри­ев, но ни ка­ко­му-ни­будь прой­до­хе, пе­ре­би­ваю­щим­ся ис­клю­чи­тель­но сво­им брах­ма­низ­мом.
  Но са­мой за­ме­ча­тель­ной тео­ре­ти­че­ской ра­бо­той брах­ма­нов бы­ла, не­со­мнен­но, "еди­ная тео­рия по­ля", так и не оси­лен­ная Эн­штей­ном. Со­глас­но этой тео­рии муж­чи­на есть се­мя, а жен­щи­на - по­ле. "Как от ко­ров, ко­бы­лиц, верб­лю­диц, ра­бынь (dasi), буй­во­лиц, коз и овец (имен­но в та­ком по­ряд­ке пе­ре­чис­ля­ет осо­бей жен­ско­го по­ла за­ко­но­да­тель Ма­ну) не про­из­во­ди­тель по­лу­ча­ет по­том­ст­во, а хо­зя­ин, так же бы­ва­ет и с же­ной дру­го­го". - "Та­ким об­ра­зом, не имею­щие по­ля, бро­саю­щие се­ме­на на чу­жое по­ле, дей­ст­ву­ют для вла­дель­ца по­ля: об­ла­даю­щий се­ме­нем не по­лу­ча­ет пло­да". В ре­зуль­та­те при­су­щая дан­ной эпо­хе сель­ско­хо­зяй­ст­вен­ная прак­ти­ка пе­ре­но­си­лась на от­но­ше­ния се­мей­ные. Чем не при­мер гло­баль­но­го кос­миз­ма брах­ма­ни­че­ских по­строе­ний?
  Не­ко­то­рые уло­же­ния внут­ри­се­мей­но­го пра­ва то­же дос­та­точ­но ин­те­рес­ны. Не имею­щий сы­на отец до­че­ри впол­не мог до­го­во­рить­ся с ее му­жем о том, что один из сы­но­вей бу­дет счи­тать­ся его сы­ном, ибо толь­ко по ро­ж­де­ния сы­на арий объ­яв­лял­ся ис­пол­нив­шим дхар­му. В од­ной из шлок го­во­рит­ся, что пер­вый сын пред­на­зна­чен для не­ба, так как по смер­ти от­ца бу­дет ис­пол­нять по не­му по­ми­наль­ные об­ря­ды. Стар­ший сын об­ла­дал боль­шим пре­иму­ще­ст­вом по срав­не­нию с млад­ши­ми брать­я­ми. Он в прин­ци­пе имел пра­во на все иму­ще­ст­во ро­ди­те­лей, хо­тя по­доб­ная прак­ти­ка и не при­вет­ст­во­ва­лась. Дочь, ро­див­шая для от­ца сы­на, на­зы­ва­лась пут­ри­кой. Су­ще­ст­вен­ное до­пол­не­ние: ес­ли по­сле то­го, как дочь ста­ла пут­ри­кой, у ее от­ца ро­ж­дал­ся соб­ст­вен­ный сын, при­ем­ный сын ли­шал­ся всех пре­иму­ществ, ибо для жен­щи­ны нет пра­ва пер­во­род­ст­ва.
  Од­на­ко, гос­по­да брах­ма­ны не бы­ли чу­ж­ды и ли­бе­раль­ных идей. На­при­мер, ес­ли дос­то­вер­но из­вест­но, что муж за­дер­жал­ся у лю­бов­ни­цы, ждать его над­ле­жа­ло толь­ко три го­да, - по про­ше­ст­вии дан­но­го пе­рио­да вре­ме­ни, же­на мог­ла счи­тать се­бя сво­бод­ной. Так­же и де­вуш­ке, дос­тиг­шей зре­ло­сти (о зре­ло­сти, прав­да, раз­го­вор осо­бый: в од­ной из шлок ска­за­но, что мож­но со­че­тать­ся бра­ком с вось­ми­лет­ней), по­ла­га­лось ждать три го­да, а по­сле она са­ма мог­ла вы­брать му­жа, рав­но­го се­бе. Но в этом слу­чае все ук­ра­ше­ния, по­лу­чен­ные от от­ца, ма­те­ри и брать­ев уно­сить не сле­ду­ет, так как это бу­дет счи­тать­ся во­ров­ст­вом.
  Как пред­став­ля­ет­ся ав­то­ру этих строк, наи­бо­лее за­мет­ной чер­той брах­ма­ни­че­ско­го за­ко­но­твор­че­ст­ва яв­ля­ет­ся сле­дую­щее: сна­ча­ла объ­яв­ля­ет­ся не­кий эти­че­ский за­кон, про­тив ко­то­ро­го в боль­шин­ст­ве слу­ча­ев воз­ра­же­ний не воз­ни­ка­ет, но бу­к­валь­но в сле­дую­щих шло­ках эти­че­ское уло­же­ние "раз­мы­ва­ет­ся" по­слаб­ле­ния­ми для выс­ших варн и, в пер­вую оче­редь, для брах­ма­нов. Кто бу­дет воз­ра­жать про­тив то­го, что бе­ру­щий воз­на­гра­ж­де­ние за дочь яв­ля­ет­ся фак­ти­че­ски про­дав­цом по­том­ст­ва? И в то же вре­мя пре­под­не­се­ние до­че­ри в дар брах­ма­ну, не­пре­мен­но об­ве­шан­ную дра­го­цен­но­стя­ми, есть де­ло бо­го­угод­ное и на­зы­ва­ет­ся дхар­мой брах­мы. По­доб­ных при­ме­ров не счесть.
  В тек­сте драх­ма­ща­ст­ры мно­го хо­ро­ших и да­же воз­вы­шен­ных слов о ро­ли жен­щи­ны, о кре­по­сти се­мьи, о свя­то­сти бра­ка. А вот ре­зю­ме:" Ма­ну ос­та­вил на до­лю жен­щи­ны ло­же, си­де­нье, ук­ра­ше­нье, по­хоть, гнев, под­лость, зло­вред­ность ха­рак­те­ра и дур­ное по­ве­де­ние"
  (XI, 17)
  Та­ко­ва дхар­ма.
 
  У Н.А.Бердяева в книге "О рабстве и свободе человека" существует замечательная глава с характерным названием "Космическое прельщение и рабство человека у природы". Отрывком из этой главы и хочет закончить эту затянувшуюся часть повествования автор.
  Но существуют более утонченные формы космического прельщения и рабства, на которые человек дает своё согласие и которые готов пережить экстатически. С природой, основанной на детерминизме и закономерности, человек борется. Но иное отношение у него к космосу, к тому, что представляется ему мировой гармонией, к мировому целому, единству и порядку. Тут соглашается он увидеть отображение божественной гармонии и порядка, идеальную основу мира. Космическое прельщение имеет разнообразные формы. Оно может принимать формы прельщения эротико-сексуального (Розанов, Лавренс), национально-народного (мистика народничества), теллургического прельщения земли и прельщения крови, расы, родовой жизни (возврат к земле, расизм), прельщения коллективно-социального (мистика коллективизма, коммунизм). Дионисизм в разнообразных формах означает космическое прельщение. Это есть жажда слияния с материнским космическим лоном, с матерью-землей, с безликой стихией, освобождающей от боли и ограниченности личного существования, или с безликим коллективизмом, национальным и социальным, преодолевающим раздельное, индивидуальное существование. Всегда это означает экстериоризацию сознания. У человека, задавленного условностью цивилизации, её порабощающими нормами и законами, есть жажда периодически возвращаться к первожизни, к космической жизни, обрести не только общение, но и слияние с космической жизнью, приобщиться к её тайне, найти в этом радость и экстаз. Романтики всегда требовали возврата к природе, освобождения от власти разума, от порабощающих норм цивилизации.
 
 
 
  ЗАКОНЫ МАНУ
 
  ГЛАВА I
 
  [1. Почтив самосущего Брахму, наделенного неизмеримым блеском, я
  изложу различные дхармы, объявленные Ману]*
  1. Великие риши, приблизившись к Ману*, сидевшему углубившись в себя,
  почтив его должным образом, сказали такую речь:
  2. "О божественный! Благоволи сказать нам точно и в должном порядке
  дхармы* всех [четырех] варн и имеющих смешанное происхождение! *.
  3. Ибо ты, Владыка, один знаешь истинный смысл обрядов всего
  непостижимого, неизмеримого, предписания * Самосущего".
  4. Он, обладающий неизмеримым могуществом, так спрошенный теми,
  обладающими великой душой, должным образом почтив всех тех великих
  риши, ответил так: "Да будет выслушано!
  5. Этот [мир] неведомый, неопределимый, недоступный для разума,
  непознаваемый, как бы совершенно погруженный в сон, был тьмой *.
  6. Тогда божественный Самосущий невидимый, [но] делающий [все] это -
  великие элементы * и прочее - видимым, проявляющий энергию, появился,
  рассеивая тьму.
  7. Тот, кто постижим [только] умом, неосязаемый, невидимый, вечный,
  заключающий в себе все живые существа *, удивительный (acintya),
  проявился сам [по собственной воле].
  8. Вознамерившись произвести из своего тела различные существа, он *
  вначале сотворил воды и в них испустил свое семя.
  9. Оно стало золотым яйцом, по блеску равным солнцу; в нем он сам
  родился [как] Брахма *, прародитель всего мира.
  10. Воды называются нара, ибо воды-.действительно порождение
  Нары *; они - первое местопребывание его, поэтому он именуется
  Нараяной *.
  II. Из этой [первопричины]*, невидимой, вечной, образующей реальное и
  нереальное *, возник [дух] Пуруша (purusa), который в мире
  прославляется [под именем] Брахмы.
  12. Он, божественный, прожив в том яйце целый год*, сам же силой своей
  мысли разделил это яйцо надвое;
  13. и из тех двух половинок он создал небо и землю, между ними
  атмосферу (vyoiriin), восемь стран света * и вечное местопребывание
  вод *
  14. Из самого себя он также извлек разум (manas), образующий реальное
  и нереальное; из разума же - сознание (ahankara), имеющее способность
  самосознания [и] господствующее;
  15 кроме того,-Великую душу*, все [творения], одаренные тремя
  качествами *, и по порядку пять органов чувств *, воспринимающие
  предметы мира.
  16. Соединяя малые частицы этих шести *, обладающие чрезвычайной
  энергией, с частицами самого себя, он создал все существа.
  17. Так как эти шесть [родов] малых частиц его облика входят (a-cri) в
  эти существа, его облик мудрые назвали телом (^arira).
  18. В него входят великие элементы со своими функциями и разум со
  своими малыми частицами - вечный творец всех существ *.
  19. Из малых [образующих] тело частиц этих семи могущественных
  принципов * происходит этот [мир], приходящий из неизменного.
  20. Среди них каждый последующий приобретает качество каждого
  предыдущего, и считается, что какое место каждый из них занимает,
  столькими качествами он обладает.
  21. Вначале же он определил для всех - для каждого в отдельности, - в
  согласии со словами Вед, имена, род деятельности (karman) и особое
  положение (samstha).
  22. Он, Владыка, создал богов деятельных и одушевленных, и неосязаемый
  сонм садхьев *, а также вечное жертвоприношение.
  23. Из огня, ветра и солнца он извлек тройную вечную Веду, состоящую
  из Риг, Яджур и Сама, ради снискания успеха в жертвоприношении *
  24. [он создал] время и разделение времени, звезды и также планеты,
  реки, океаны, горы, равнины и неровности,
  25. аскетизм (tapas), речь, наслаждение, желание и гнев; и, желая
  сотворить эти живые существа, он создал это творение.
  26. Для различения же деяний он отделил дхарму от адхармы * и подчинил
  эти живые существа двойственным состояниям - [например], наслаждению и
  страданию и т. д.
  28. И к какой деятельности Владыка предназначил[ каждое существо], ее
  только оно само и выполняет, возрождаясь опять и опять *.
  29. Какое качество он установил для каждого при сотворении -
  зловредность или безвредность, мягкость или жестокость, дхарму или
  адхарму, правду или ложь, - то само по себе проникло в него.
  30. Как при смене времен года [каждое] само по себе приобретает свои
  отличительные признаки, так и существа, одаренные телом, - свои виды
  деятельности.
  31. А ради процветания миров он создал из своих уст, рук, бедер и
  ступней [соответственно] брахмана, кшатрия, вайщия и шудру.
  32. Разделив свое тело, он стал посредством [одной] половины мужчиной,
  [другой] половины - женщиной; от нее тот Владыка произвел Вираджа *.
  48. Различные кустарниковые (gucchaguirna) растения, а также разного
  рода травы, вьющиеся и ползучие растения произрастают от семян и
  стеблей.
  49. Окруженные темнотой, имеющей многие виды *, - следствием кармы -
  они наделены самоощущением и исполнены наслаждений и страданий.
  50. [Таковы], начиная с Брахмы и кончая этими [растениями], упомянутые
  состояния в этом всегда страшном, постоянно движущемся круговороте душ. Другие шестеро Ману*, принадлежащих к роду Ману, происшедшего от
  Самосущего, - все творящие существа, обладающие великой душой и
  неизмеримым могуществом
  77. От ветра вследствие его видоизменения происходит озаряющий и
  разгоняющий тьму лучезарный свет; качеством его считается форма;
  78. а от света вследствие его видоизменения - воды; они считаются
  обладающими качеством вкуса; от вод - земля, обладающая качеством
  запаха. Так было создано вначале *.
  79. Ранее упомянутый век богов-двенадцать тысяч [лет]- взятый
  семьдесят один раз, называется здесь манвантарой (manvantara).
  80. Манвантары, создания и разрушения [мира], бесчисленны: Высочайшее
  Существо (paramesthin), как бы играя, создает их каждый раз.
  81. В век Крита дхарма-четвероногая и полная, также и истина; никакой
  выгоды не было людям от адхармы.
  82. Но в другие [века] из-за [стремления к] выгоде дхарма теряет
  постепенно по ноге; и из-за воровства (caurika), лжи (ani-ta) и обмана
  (maya) дхарма исчезает четверть за четвертью.
  83. Свободные от болезней, достигающие всех целей [люди] в век Крита
  живут по четыреста лет, но в Трета и прочих их жизнь уменьшается на
  одну четверть *.
  84. Жизнь смертных, упоминаемая в Беде, желанные результаты жертвенных
  обрядов и сила одаренных телом распределяются соответственно веку.
  85. Одни дхармы - в век Крита, другие - в Трета и Двапара, иные - в
  век Кали, соответственно укорочению веков.
  86. В век Крита объявили главным аскетизм, в Трета - знание, в Двапара
  же - жертвоприношение, в век Кали - одну щедрость.
  87. А для сохранения всей этой вселенной он, пресветлый, для рожденных
  от уст, рук, бедер и ступней установил особые занятия.
  88. Обучение (adhyapana), изучение [Веды] (adhyayana),
  жертвоприношение для себя (yajana) и жертвоприношение для других
  (yajana), раздачу (dana) и получение (pratigraha) [милостыни] он
  установил для брахманов.
  89. Охрану подданных, раздачу [милостыни], жертвоприношение (i.iya),
  изучение [Веды] и неприверженность к мирским утехам он указал для
  кшатрия *.
  90. Пастьбу скота (pa^unam raksana) и также раздачу [милостыни],
  жертвоприношение, изучение [Веды], торговлю (vanikpatha),
  ростовщичество (kusida) и земледелие (krsi)- для вайщия *.
  91. Но только одно занятие Владыка указал для щудры - служение
  (^u^ru^a) этим варнам со смирением *.
  92. Выше пупа человек считается более чистым, именно поэтому наиболее
  чистыми объявлены Самосущим его уста *.
  93. Вследствие происхождения из наилучшей части тела [Брахмы],
  вследствие первородства *, знания Веды, брахман по праву господин
  всего этого творения *;
  94. ибо Самосущий, совершив аскетические подвиги, создал сначала из
  своих уст его для приношения жертв богам и предкам, для сохранения
  всего этого.
  95. Какое живое существо лучше того, устами которого всегда поглощают
  жертвенную пищу (havya) небожители, а поминальные приношения (kavya) -
  предки? *
  96. Из живых существ наилучшими считаются одушевленные, между
  одушевленными - разумные, между разумными - люди, между людьми -
  брахманы;
  97. между брахманами - знающие [Веду], между знающими - признающие,
  между признающими - исполняющие, между исполняющими - познающие
  брахму.
  98. Само рождение брахмана - вечное воплощение дхармы, ибо он рожден
  для дхармы и предназначен для отождествления с брахмой.
  99. Ведь брахман, рождаясь для охранения сокровищницы дхармы, занимает
  высшее место на земле как владыка всех существ.
  100. Все, что существует в мире, это собственность (sva) брахмана;
  вследствие превосходства рождения именно брахман имеет право на все
  это *.
  101. Брахман ест только свое, носит - свое и дает - свое; ведь другие
  люди существуют по милости брахмана.
  102. С целью определения обязанностей (karman) его* и остальных мудрый
  Ману, происшедший от Самосущего, составил эту щастру.
  103. Она должна быть тщательно изучена и правильно сообщена ученикам
  [только] ученым брахманом, никем другим *.
  104. Брахман, изучающий эту щастру и ведущий образ жизни,
  соответствующий объявленному [в ней], никогда не пятнается грехами,
  [совершенными] в мыслях, [а также] словесными и телесными.
  105. Он очищает [всякое] сборище и родичей - семь предшествующих и
  семь последующих [поколений]; только он один имеет право на всю эту
  землю.
 
  ГЛАВА II
 
  1. "Узнайте ту дхарму, которая одобрена сердцем, которой следуют
  ученые, добродетельные, свободные от ненависти и страстей.
  2. Желание не похвально *, но в этом мире нет отсутствия желания, ибо
  на этом желании основано изучение Веды, исполнение ведийских обрядов.
  3. Желание имеет корень в представлении о выгоде, жертвоприношение
  имеет происхождение в представлении о выгоде, обеты * и дхарма,
  предписывающая воздержание, - все считаются родившимися от
  представления о выгоде.
  4. В этом мире никогда не увидишь что-либо, сделанное при отсутствии
  желания [награды]; ведь все, что [человек] делает, исполнено из
  желания.
  9. Ибо человек, следуя дхарме, объявленной в священном откровении и
  священном предании, достигает в этом мире славы, после смерти -
  наивысшего блаженства.
  10. Под священным откровением разумеется Веда, а под священным
  преданием (smriti) - щастры, [содержащие предписания] дхармы
  (dharma^astra); эти оба во всех делах не должны быть оспариваемы, так
  как дхарма возникла от них.
  11. Тот дваждырожденный, который, опираясь на логику, презирает их,
  должен быть изгнан добродетельными [как] безбожник и хулитель Веды.
  12. Веду, священное предание, поведение добродетельных и
  самоудовлетворение - это объявили четырьмя очевидными источниками
  дхармы.
  13. Знание дхармы предписывается для непривязанных к выгоде и
  желаниям; для желающих знать дхарму священное откровение - высший
  авторитет*.
  14. Когда имеется противоречие в двух отрывках из священного
  откровения, они оба считаются дхармой, потому что они оба объявлены
  правильной дхармой.
  30. На десятый или двенадцатый день пусть отец позаботится о
  совершении обряда наречения именем (namadheya) в счастливый лунный
  день или минуту, или при благоприягном созвездии.
  31. [Именем] брахмана пусть будет [слово] благоприятствующее, кшатрия
  - исполненное силы, вайщия - соединенное с богатством, но у щудры -
  презрительное;
  32. [именем] брахмана пусть будет [слово), выражающее счастье, кшатрия
  - исполненное защиты, вайщия - связанное с процветанием, щудры -
  связанное с услужением *.
  33. У женщин [желательно имя] легко произносимое, не страшное, имеющее
  ясный смысл, приятное, благоприятствующее, оканчивающееся долгим
  гласным, содержащее благословение.
  36. На восьмом году от зачатия надо произвести посвящение (upanayana)
  для брахмана, на одиннадцатом от зачатия - для кшатрия, на двенадцатом
  от зачатия - для вайщия.
  37. [Посвящение] брахмана, желающего [приобрести] священное знание,
  может быть .произведено на пятом [году], кшатрия, желающего
  могущества, - на шестом, вайщия, желающего богатств, - на восьмом *.
  38. [Время чтения] "Савитри"* для брахмана не истекает до шестнадцати
  лет, для кшатрия - до двадцати двух, вайщия - до двадцати четырех.
  39. После этого эти трое, не получившие своевременно посвящения,
  лишаются посвящения, становятся Братьями * презираемыми ариями.
  40. С ними, не очищенными должным образом, никогда, даже в бедственных
  обстоятельствах, брахману не следует вступать в сношения - ни
  посредством Веды *, ни посредством брака.
  49. Посвященный брахман пусть просит милостыню, начиная [свою просьбу]
  с [почтительного слова] "господин" (bhavant), кшатрий - [помещая
  слово] "господин" в середине, а вайщий - [помещая слово] "господин" в
  конце [фразы].
  50. Сначала следует просить милостыню у матери или сестры или у родной
  сестры матери и [всякой другой женщины].. которая не унизит его
  [отказом].
  52. При вкушении с лицом, обращенным к востоку, [достигается]
  долголетие, с лицом, обращенным к югу,-слава, с лином, обращенным к
  западу, - благополучие, с лицом, обращенным к северу, - праведность.
  67. Брачный обряд считается для женщин [равным] ведийскому ритуалу,
  служение мужу - жизни у гуру, домашнее хозяйство - поддержанию
  священного огня.
  70. Желающий изучать [Веду] должен приступить к занятиям согласно
  щастрам, очистившись прихлебыванием воды, с лицом, обращенным к
  северу, сделав брахманджали *, имея чистую одежду *, обуздав чувства.
  71. Перед началом [чтения] Веды и по окончании всегда. должны быть
  обнимаемы ноги гуру; читать следует сложив руки: это и называется
  брахманджали.
  72. Обнимание [ног] гуру должно быть произведено скрещенными руками -
  левой должна быть тронута левая [нога],- правой же - правая.
  73. Приготовившемуся читать пусть гуру, всегда бодрый, говорит: "Ну,
  читай!"; [когда учитель скажет]: "Да будет остановка!" - надо
  остановиться.
  74. Всегда - в начале и в конце [чтения] Веды - надо произносить
  слог "0м" (pranava); если слог "0м"* не предшествует [чтению, урок]
  исчезает [из памяти], если не сопровождает, - пропадает*.
  83. Односложное слово ["0м"] - высшая брахма, удержания дыхания -
  высший аскетический обет; но нет ничего выше "Савитри"; правдивость
  превосходит молчание.
  89. Те одиннадцать органов, которые в древности объявили мудрецы, я
  точно назову как полагается [и] в должном порядке:
  90. ухо, кожа. глаза, язык и пятый - нос, задний проход, орган
  рождения, рука и нога, а десятым считается [орган] речи.
  91. Пять из них - уши и прочие - называют органами чувствования, а
  пять - задний проход и прочие - органами действования.
  92. Да будет известно, что разум (manas) - одиннадцатый, по своему
  качеству он относится к обеим [группам]; когда он обуздан, -
  становятся обузданными обе эти группы, состоящие [каждая] из пяти.
  93. Вследствие привязанности [к чувственным удовольствиям, человек],
  несомненно, идет ко греху (dosa), но, обуздывая их, - добивается
  успеха *.
  94. Желание никогда не угасает от наслаждения желанными предметами;
  как огонь от возлияния масла, оно ещо больше возрастает.
  95. Если кто-либо достигает всех этих [чувственных наслаждений] и
  кто-нибудь отрекается от всех них, [то] отречение от желаемых
  предметов предпочитается приобретению.
  96. Эти органы, греховные [вследствие привязанности] к чувственным
  наслаждениям, можно обуздать не столько воздержанием, сколько
  постоянным стремлением к знанию.
  97. Ни [изучение] Веды, ни щедрость [в милостыне], ни
  жертвоприношение, ни воздержание, ни аскетизм никогда не ведут к
  успеху [человека], имеющего характер, оскверненный [чувственностью].
  98. Кто слыша, прикасаясь и видя, вкушая и обоняя, не радуется и не
  печалится, тот человек должен считаться обуздавшим чувства.
  114. Священное знание, придя к брахману, сказало: "Я - твое сокровище,
  береги меня, не передавай меня хулителю; тогда я могу стать
  могущественнейшим.
  115. Но сообщи меня тому брахману - хранителю сокровища, - которого ты
  знаешь [как] чистого, обуздавшего чувства, целомудренного
  (brahmacarin), внимательного; тому брахману - хранителю сокровища -
  сообщи меня".
  116. Но кто овладевает знанием Веды без разрешения учителя, тот
  виновен в краже Веды (brahmasteya); он низвергается в ад.
  119. Не следует располагаться на ложе или на сиденье, используемом
  старшим; занимающий ложе или сиденье, встав, пусть приветствует его.
  120. Ведь жизненные силы собираются покинуть молодого человека, когда
  приближается старший; он их опять восстанавливает вставанием и
  приветствием.
  121. У имеющего обыкновение приветствовать, всегда почитающего
  старших, возрастают четыре - долголетие, мудрость, слава и сила.
  131. Сестра матери, жена дяди по матери, теща и сестра отца должны
  быть почитаемы как жена гуру, [ибо они] равны жене гуру.
  132. Ноги жены брата, [если она] той же варны, он должен обнимать
  каждый день; но [ноги] жен [других] родственников по отцу (jnati) и
  матери (sambandhi) он должен обнимать, [только] вернувшись из
  длительной отлучки.
  133. К сестре отца, [его] матери и к своей старшей сестре следует
  относиться, как к матери, [но] мать почтеннее их.
  134. Жители одного города считаются друзьями [и равными, хотя бы они
  были] десятью годами [старше один другого], занятые той же профессией
  - пятью годами, знатоки Вед (^rotriya) - тремя годами, но родственники
  - [только] при незначительной разнице в возрасте.
  135. Десятилетнего брахмана и столетнего царя следует считать отцом и
  сыном, но из них двоих отец - брахман.
  136. Богатство, родство, возраст, [надлежащее исполнение] обрядов- и
  пятое - священное знание - достойны уважения, [причем] каждое
  последующее важнее [предшествующего].
  145. Учитель (асагуа) в десять раз почтеннее преподавателя
  (upadhyaya), отец - в сто раз [почтеннее] учителя; но мать превосходит
  почтенностью отца в тысячу раз *.
  146. Из двух [отцов] - дающего рождение и дающего знание Веды -
  почтеннее отец, дающий знание Веды; ведь рождение, данное Ведой, вечно
  [и] после смерти и в этом мире.
  150. Брахман - творец рождения от Веды и наставник [в исполнении
  учеником] его дхармы - даже ребенок является согласно дхарме отцом
  старика.
  151. Кави - юный сын Ангираса, [когда] учил своих старших
  родственников, отцов по возрасту, превосходя их знанием,
  обратился [к ним] так: "Дети!".
  152. Они, преисполненные гнева, спросили относительно этого богов.
  Боги же, собравшись, сказали им: "Дитя обратилось к вам правильно".
  153. Несведущий действительно является ребенком, обучающий Веде
  (mantrada) является его отцом, ибо всегда говорили несведущему "дитя",
  а обучающему Веде - "отец".
  155. Старшинство у брахманов [зависят] от знания, у кшатриев - от
  доблести, у вайщиев - от богатства зерном и только у щудр - от
  возраста.
  156. [Человек] является почтенным не потому, что у него седая голова;
  того, кто изучил Веды, боги считают почтенным, даже если он юн.
  157. Как слон, сделанный из дерева, как антилопа, сделанная из кожи,
  так и брахман, который не учен: они трое [только] носители
  [соответствующих] имен.
  158. Как кастрат бесплоден с женщинами, корова бесплодна с коровой,
  как бесплоден дар невежде, так бесполезен брахман, не знающий
  священных гимнов *.
  162. Брахман пусть всегда боится почета, как яда, и всегда желает
  презрения, как амриты *.
  163. Ведь презираемый спит спокойно, спокойно просыпается, спокойно
  ходит в этом мире, [но] презирающий - погибает.
  167. Именно тот дваждырожденный до кончиков ногтей совершает высший
  аскетический подвиг, кто, даже нося гирлянду, ежедневно читает Веду,
  как только он может.
  168. Тот дваждырожденный, который, не изучив Веду, прилагает старание
  к другому [делу], уже при жизни быстро идет вместе с потомками к
  состоянию щудры.
  177. Следует воздерживаться от меда, мяса, духов, гирлянд, приправы *,
  женщин, от всего прокисшего, а также от причинения вреда живым
  существам,
  178. от умащения, коллириума * для глаз, ношения обуви и зонта, любви
  и гнева, жадности, танцев, пения и игры [на музыкальных инструментах],
  179. от игры, болтовни, злословия и лжи, от разглядывания женщин и
  прикосновения к ним, от причинения вреда другим.
  180. Пусть всегда спит один, никогда не испускает семени; ведь если он
  добровольно испускает семя, он нарушает обет.
  181. Дваждырожденный ученик, невольно испустив семя во сне, омывшись,
  пусть трижды произнесет гимн ..Опять ко мне... *.
  210. Жены гуру, если они одной с ним варны (savarna), должны быть
  почитаемы как гуру, но неравной варны (asavarпа) - должны быть почтены
  вставанием и поклоном.
  211. [Им] не должны производиться умащения жены гуру, купание,
  растирание членов и расчесывание [ей] волос.
  212. [Учеником], достигшим двадцати лет, знающим, [что такое]
  добродетель и грех (gunadosau), молодая жена гуру не должна быть
  приветствуема здесь [обниманием] ног.
  213. Природа женщин в этом мире вредоносна (dusana) для мужчин; по
  этой причине мудрые остерегаются женщин,
  214. ибо женщина способна повести по неверному пути в [этом] мире [не
  только] глупца, но даже ученого, подверженного власти страсти и гнева
  (kamakrodhava^anuga).
  215. Не следует оставаться в уединенном месте с матерью, сестрой или
  дочерью; ведь чувства могущественны, они увлекают даже ученого.
  216. Но, при желании молодой [ученик] может кланяться до земли молодым
  женам гуру, говоря: "Я такой-то".
  217. Вернувшись из длительной отлучки, он может обнимать ноги и
  ежедневно приветствовать жен гуру, помня дхарму добродетельных.
  224. Благом считается дхарма вместе с богатством (artha),
  [исполненное] желание (kama) вместе с богатством, только дхарма, или
  же в этом мире за благо [почитается] только богатство; но истина
  [состоит] в соединении [этих] трех.
  226. Учитель, отец, мать и старший брат не должны быть презираемы даже
  обиженным, особенно брахманом.
  227. Те тяготы, которые переносят родители при рождении людей, не
  могут быть вознаграждены даже за сотни лет.
  228. Надо всегда делать обоим приятное, а также учителю, - ибо, когда
  они трое удовлетворены, [тем самым] исполняется всякий аскетический
  подвиг.
  229. Послушание им трем считается высшим аскетическим подвигом; не
  следует исполнять иную дхарму без их позволения.
  233. Почитанием матери он достигает этого мира, почитанием отца -
  среднего, послушанием гуру - мира Брахмы *.
  244. Тот брахман, который служит гуру до полного разрушения [тела],
  идет прямо в вечную обитель Брахмы.
  245. Знающий дхарму пусть ничего не дает гуру заранее; но, готовясь к
  [последнему] омовению, с дозволения гуру надо преподнести, что он
  может, в качестве платы гуру за обучение.
  246. Следует преподнести угодное гуру: поле (ksetra), золото, корову,
  лошадь, зонтик, в крайнем случае - обувь, зерно, одежды или зелень.
  247. Когда умрет учитель (асагуа), следует далее служить сыну гуру *,
  наделенному хорошими качествами, жене гуру или [его] сапинде *.
  248. Если никто из этих не остался в живых, надо поддерживать
  священный огонь, стоя [днем] и сидя [ночью], и таким образом окончить
  жизнь.
 
  ГЛАВА III
 
  4. Омывшись с позволения гуру, исполнив, согласно правилу обряд
  возвращения домой (samavrtta) *, дваждырожденному надо взять жену
  одной с ним варны, обладающую благоприятными знаками .
  5. [Девушка], которая не сапинда * со стороны матери и не принадлежит
  к тому же роду *, что и отец, предписывается дваждырожденным для брака
  и любовных отношений.
  6. При заключении брака (strisambandha) надо избегать следующие десять
  семейств (kula), даже [если они] большие (mahat) и богаты коровами,
  козами, овцами, деньгами и зерном:
  7. семейство, пренебрегающее исполнением обрядов, лишенное мужчин
  (nispurusa), в котором не изучается Веда, [члены которого] волосаты,
  подвержены геморрою, чахотке, плохому пищеварению, падучей, белой или
  черной проказе (^vitrikust'hin).
  8. Не следует брать в жены девушку рыжую (kapila), имеющую лишний член
  *, болезненную, безволосую, слишком волосатую, болтливую,
  красноглазую,
  9. носящую имя созвездия, дерева, реки, название низшей касты (antya),
  горы, птицы, змеи, слуги* или устрашающее имя *.
  10. Надо брать в жены женщину, свободную от телесных недостатков,
  имеющую приятное имя, походку лебедя (hansa) или слона *, нежные
  волосы на теле и голове, красивые зубы, нежные члены.
  11. Благоразумному не следует брать в жены ту, у которой нет брата и
  отец неизвестен, из опасения, что она может оказаться путрикой *, а
  также [из.. опасения] нарушения дхармы *.
  12. При первом браке дваждырожденному рекомендуется [жена] его варны;
  но у поступающих по любви могут быть жены согласно прямому порядку
  [варн] (krama^as).
  13. Для щудры предписана жена щудрянка, для вайщия - [шудрянка] и
  своей [варны], для кшатрия - те [обе] и своей [варны], для брахмана -
  те [три], а также своей [варны] .
  14. Ни в одном сказаний не упоминается жена-щудрянка у брахмана или
  кшатрия, даже у находящихся в крайних обстоятельствах.
  15. Дваждырожденные, берущие по глупости в жены низкорожденных женщин
  *, быстро низводят семьи и потомков к положению щудры (yudrata).
  17. Брахман, возведя щудрянку на ложе, [после смерти] низвергается в
  ад; произведя от нее сына, он лишается брахманства.
  18. Предки и боги не вкушают [приношения] того, у которого обряды в
  честь богов, предков и гостей совершаются в ее присутствии; поэтому он
  не идет на небо.
  19. Для целующего* щудрянку (vrsali), для оскверненного [ее] дыханием,
  а также для породившего от нее потомство не предписывается
  искупления*.
  27. Вручение (dana) дочери, наряженной и наделенной [драгоценностями]
  жениху, ученому и доброго поведения, [которого отец] сам приглашает,
  называется дхармой брахма *.
  28. Вручение наряженной дочери жрецу, надлежаще занятому в
  жертвоприношении, когда он исполняет обряд, они называют дхармой дайва
  *.
  29. [Когда отец], получив от жениха в соответствий с дхармой * быка и
  корову или две пары, выдает дочь по правилам, такая дхарма называется
  арша.
  30. Вручение дочери [ее отцом после] произнесения слов: "Исполняйте
  оба вместе дхарму", - и оказания почестей [жениху] называется обрядом
  (vidhi) праджапатья.
  31. Выдача дочери, [когда жених] дает добро (dravina) родственникам и
  невесте столько, сколько может и добровольно, называется дхармой асура
  "".
  32. Добровольный союз девушки и жениха, любострастный (maithunya),
  происходящий из желания, называется гандхарва.
  33. Похищение из дома кричащей и плачущей девушки силой,
  сопровождаемое убийствами, ранениями и разрушениями, называется
  обрядом ракшаса.
  34. Когда [кто-либо] тайком овладевает спящей, опьяненной или
  безумной, это - наихудший из видов брака, восьмой, известный, [как]
  пайщача *.
  42. Безукоризненное потомство у людей производится от безукоризненных
  браков, достойное осуждение - от достойных осуждения, поэтому надо
  избегать [форм брака], достойных осуждения.
  43. Обряд соединения рук предписывается [при брачной церемонии] с
  женщинами той же варны; должно знать следующий обряд при браке среди
  представителей различных варн:
  44. при [обряде] бракосочетания с человеком более высокой варны
  кшатрийка должна держать стрелу, девушка-вайщийка - стрекало, щудрянка
  должна держать край одежды'-.
  45. Пусть [муж], всегда верный своей жене, приближается к ней в
  надлежащее время; исполняя долг (vrata) по отношению к ней, желая
  доставить ей наслаждение, пусть приближается к ней [в любой день],
  кроме парван *.
  46. Шестнадцать ночей, вместе с четырьмя другими днями, осуждаемыми
  благочестивыми *, считаются естественным временем женщины*.
  47. Но из них первые четыре, одиннадцатая и тринадцатая запрещены,
  остальные десять ночей дозволены.
  48. В четные ночи зачинаются сыновья, в нечетные - дочери; поэтому
  желающий сына пусть соединяется с женой в надлежащее время, в четные
  [дни].
  49. При преобладании семени мужчины бывает сын, при преобладании
  женщины - дочь, при равенстве - гермафродит * или сын и дочь, при
  слабости или недостаточности - обратное *.
  50. Избегающий женщины в запрещенные [шесть], а также в другие восемь
  ночей * является как бы учеником, в какой бы ащраме он ни жил.
  51. Разумному отцу не следует брать даже самого незначительного
  вознаграждения (^ulka) за дочь; ибо человек, берущий по жадности
  вознаграждение, является продавцом потомства *.
  52. Те родственники, которые по глупости живут, [используя]
  собственность женщины*, средства передвижения, предназначенные для
  женщин, или одежды, те грешники идут в ад.
  53. Некоторые назвали корову и быка, [данных] при бракосочетании арша,
  [только] "вознаграждением" (^ulka), [но] это неверно: [принятие платы]
  малой или большой является по сути дела продажей (vikraya).
  54. Если родственники не присваивают вознаграждение за кого-либо, -
  это не продажа; это только знак уважения и благоволения к девушкам.
  55. Они должны быть почитаемы и украшаемы отцами. братьями, мужьями, а
  также деверями, желающими много благополучия.
  56. Где женщины почитаются, там боги радуются; но где они не
  почитаются, там все ритуальные действия (kriya) бесплодны.
  57. Та семья, где женщины, члены семьи, печалятся, быстро погибает, но
  та, где они не печалятся, всегда процветает.
  58. Те дома, которые проклинают непочтённые женщины, члены семьи
  совершенно погибают, как бы разрушенные магической силой.
  59. Поэтому людьми, желающими благополучия, они должны быть почитаемы
  [дарением] украшений, одеждами и пищей на праздниках и торжествах.
  60. В какой семье муж всегда доволен женой и жена так же - мужем, там
  благополучие прочно.
  61. Ибо, если жена не блистает красотой, она не привлекает мужа, а
  из-за отсутствия привлекательности муж не производит потомства.
  62. Если жена блистает, весь дом сияет; но если она лишена красоты, он
  весь не сияет.
  68. У домохозяина [есть] пять вещей, могущих вызвать смерть *, - очаг,
  точильный камень, метла, пестик со ступкой и сосуд для воды;
  употребляя их, он опутывается [сетями греха].
  69. Для искупления в должном порядке [прегрешений, совершенных
  посредством] всех этих [пяти], великими риши предписано для
  домохозяина ежедневное [исполнение] пяти великих жертвоприношений:
  70. обучение - жертвоприношение Брахме, тарпана * - жертвоприношение
  предкам, хома * - богам, [приношение] бали * - духам, гостеприимство -
  жертвоприношение людям.
  71. Кто как только может, не пренебрегает [исполнением] этих пяти
  великих жертвоприношений, тот не пятнается грехами, [совершенными]
  вещами, могущими вызвать смерть, даже если всегда живет в доме.
  72. Кто не снабжает пищей пятерых - богов, гостей, тех, кого он обязан
  содержать *, предков и себя, - тот дышит, но не живет.
  75. В этом мире надо всегда изучать Веду и приносить жертвы богам; ибо
  исполняющий жертвоприношения поддерживает это [все] - движущееся и
  недвижущееся;
  76. жертва, надлежаще брошенная в огонь, достигает солнца, от солнца
  происходит дождь, затем от дождя - пища живым существам.
  77. Как все живые существа живут, используя воздух, так, завися от
  домохозяина, существуют люди других ащрам *.
  101. Трава*, место [для отдыха], вода и - четвертое - ласковое слово
  никогда не отсутствуют в жилище добродетельных.
  104. Те неразумные домохозяева, которые стараются [прожить только]
  пищей другого, после смерти становятся благодаря этому скотами,
  [принадлежащими] дающий [им] пищу.
  105. Гость, пришедший после заката, не должен быть выгнан
  домохозяином; вовремя он пришел или не вовремя, пусть -он в его доме
  не пребывает не накормленный.
  106. Пусть не ест то, что не предлагает гостю *; [угощение] гостя
  [обеспечивает] богатство, славу, долголетие и небесное блаженство.
  107. Надо обеспечить [гостям] сиденье, помещение, ложе, внимательность
  и почтительность: высшему - высшее, низшему - низшее, равному - равное
  109. Брахману[-гостю] не следует называть свою семью и свой род ради
  снискания пищи, так как хвастающий [своим происхождением] ради
  снискания пищи называется мудрыми поедающим блевотину (vanta^in).
  114. Надо не колеблясь накормить, даже раньше чем гостей, следующих:
  женщин, недавно вышедших замуж, детей, больных и беременных женщин.
  115. Но кто, неразумный, не дав им, ест раньше [них], тот не знает,
  поглощая пищу, что [после смерти] он сам будет пожираем собаками и
  коршунами.
  118. Кто готовит пищу [только] для себя, тот ест один грех,. ибо
  установлено, что пища, остающаяся от жертвоприношения, - пища для
  добродетельных.
  126. Большое общество уничтожает пять следующих [выгод]: хороший
  прием, [удобства] места и времени, чистоту и обеспеченность
  [добродетельными] брахманами *, поэтому не следует заботиться [об
  угощении] большого общества.
  127. Известен этот обряд для умерших под названием питрья,
  [исполняемый] в день новолуния; этот мирской обряд для умерших всегда
  идет [на пользу] исполняющему его.
  128. Приношения богам и предкам должны быть даны жертвователями только
  знатоку Вед; данное такому достойнейшему брахману [приносит] великий
  плод.
  129. Если* он накормит одного ученого при [жертвоприношении] богам и
  одного [во время приношения] предкам, то приобретает наилучший плод,
  [но] не [тогда, когда накормит] незнающих мантры, хотя и многих.
  134. Некоторые дваждырожденные посвящают себя [приобретению] знания *,
  иные - аскетизму; [некоторые] - аскетизму и изучению [Веды], а [иные]
  исполнению обрядов.
  135. Приношения предкам должны быть ревностно предлагаемы посвятившим
  себя [приобретению] знаний, а приношения богам - в соответствии со
  смыслом - всем четырем [ранее упомянутым].
  142. Как сеятель, бросив семя в бесплодную почву, не получает плода,
  так и жертвователь, дав жертвенную пищу человеку, не знающему гимнов
  Ригведы (гс), не получает плода.
  143. Дар, данный согласно правилам ученому, делает дающего и
  получающего вкушающими плоды в этом мире и после смерти.
  147. Таково главное правило (prathamakalpa) при приношении богам и
  предкам; однако должно знать следующее дополнительное правило
  (anukalpa), всегда соблюдаемое добродетельными *.
  148. Можно также покормить [в таких случаях] деда по матери и ее
  брата, сына сестры, тестя, гуру, сына дочери, мужа дочери, [всякого]
  родственника и жреца с жертвователем.
  149. Пусть знающий дхарму не проверяет брахмана при обряде,
  посвященном богам; но при исполнении обряда, посвященного предкам,
  надо проверять тщательно.
  150. Ману объявил брахманов-воров, изгоев (patita) *, кастратов и
  ведущих образ жизни неверующих (nastikavj-tti) недостойными приношений
  богам и предкам.
  151. Не следует кормить при щраддхе следующих: носящего волосы *, не
  изучившего [Веды], импотента *, игрока, ни тех, которые приносят
  жертвы для многих *.
  152. Надо избегать при приношении богам и предкам лекарей,
  обслуживающих идолов * жрецов, продавцов мяса и живущих торговлей,
  153. слугу (presya) деревни и царя (raja), имеющего больные ногти,
  имеющего черные зубы, ослушника гуру, покинувшего священный огонь, а
  также ростовщика (vardhusin),
  154. чахоточного, пастуха, младшего брата, женившегося раньше
  старшего*", человека, не исполняющего религиозных обязанностей,
  ненавидящего брахманов, неженатого старшего брата женившегося младшего
  * и члена какого-либо объединения *,
  155. актера *, нарушившего обет целомудрия, имеющего жену-щудрянку,
  сына вступившей в новый брак женщины, одноглазого и того, у которого в
  доме [находится] любовник [его жены],
  156. обучающего за плату, обучающегося у платного учителя, ученика
  щудры и имеющего учителем щудру, человека дерзко говорящего,
  внебрачного сына замужней женщины, сына вдовы,
  157. покинувшего без причины мать, отца и гуру, вступившего в общение
  со [ставшим] изгоем посредством Веды * или брака.
  158. поджигателя, огравителя, получающего пищу от внебрачного сына
  замужней женщины, продавца сомы, морехода (samudrayayin), барда
  (vandin), маслобоя, того, кто склоняет к лжесвидетельству *,
  159. спорящего с отцом, игрока, пьяницу, пораженного ужасной болезнью,
  обвиненного в грехе, лицемера, продавца соков *.
  160. того, кто делает луки и стрелы, мужа, жена которого вступила в
  брак раньше старшей сестры, того, кто ненавидит друга, существующего
  игрой, имеющего учителем сына,
  161. эпилептика, имеющего воспаленные гланды, страдающего белой
  проказой, доносчика, сумасшедшего и слепого - [эти вот] должны быть
  избегаемы так же, как хулитель Веды,
  162. дрессировщик слонов, быков, лошадей и верблюдов, тот, кто живет
  астрологией, кто разводит птиц и кто обучает военному искусству,
  163. отклоняющий водный поток [и] склонный перегораживать его, зодчий,
  посыльный *, а также выращивающий деревья.
  164. дрессировщик собак, сокольник, соблазнитель девушек, находящий
  удовольствие в нанесении вреда живым существам, получающий средства к
  жизни от щудры и приносящий жертвы для объединений *,
  165. не следующий правилам добродетельного поведения кастрат, всегда
  просящий милостыню, земледелец (krsijivin). имеющий распухшие ноги и
  порицаемый добродетельными,
  166. овечий пастух, сторож при буйволах, муж вторично вышедшей замуж
  женщины и носильщик мертвых - [все они] должны быть тщательно
  избегаемы.
  169. Я полностью изложу, каким бывает результат для жертвователя после
  его смерти, если он дает пищу при жертвенных обрядах в честь богов и
  предков людям, недостойным находиться в обществе [при трапезе].
  170. [Пищу], съеденную дваждырожденными, не исполняющими обетов, а
  также женившимися раньше старшего брата и прочими, а также другими,
  недостойными находиться в обществе, в действительности поедают
  ракшасы.
  171. Кто вступает в брак или совершает агнихотру раньше старшего
  брата, того должно называть париветтаром, старшего же брата -
  паривитти.
  172. Паривитти, париветтар и [женщина], с которой [такой брак]
  заключается, все они пятеро - с выдавшим ее замуж и исполнившим
  свадебный обряд - идут в ад.
  180. [Пища], данная [человеку], продающему сому, [становится] калом,
  лекарю - гноем и кровью, жрецу, обслуживающему идолов, - погибает,
  ростовщику (vardhusin)-[как бы] не существует (apratisfha),
  181. та, которая дана торговцу (vanijika), не будет полезна ни в этом
  мире, ни в ином; [данная] дваждырожденному-- сыну женщины, вступившей
  в новый брак, - подобна жертве богам, принесенной на пепле.
  182. Мудрые говорят, что пища, [данная] прочим, ранее упомянутым,
  недостойным находиться в обществе, - [это] жир, кровь, мясо, мозг и
  кость *.
  183. Какими брахманами очищается общество, оскверненное [присутствиям]
  недостойных находиться в нем, про тех брахманов, очищающих общество,
  вы полностью выслушайте.
  187. Накануне или на следующий день после совершения щраддхи
  полагается созвать должным образом по крайней мере трех брахманов,
  [таких], которые были упомянуты.
  188. Дваждырожденный, приглашенный на обряд в честь предков, пусть
  всегда обуздывает себя и не читает ведийские гимны; это же относится и
  к совершающему щраддху;
  189. ибо предки находятся вместе с приглашенными дваждырожденными,
  подобно ветру следуют за ними и садятся рядом, когда те сядут.
  190, Дваждырожденный, должным образом приглашенный на обряды в честь
  богов и предков, хотя бы немногим нарушающий [предписания], - злодей
  [и после смерти] становится свиньей.
  191. Но если приглашенный на щраддху сожительствует с щудрянкой
  (vrsali), он принимает на себя любой грех жертвователя.
  192. Предки - изначальные божества, свободные от гнева, совершенно
  чистые, всегда непорочные, миролюбивые, одаренные великими
  добродетелями.
  201. От риши произошли предки, от предков боги и данавы, от богов же -
  в последовательном порядке - весь движущийся и недвижущийся мир.
  202. Даже [только] вода, данная [предкам] посредством сосудов,
  сделанных из серебра или украшенных серебром, доставляет бесконечное
  [блаженство].
  203. Для дваждырожденных обряд в честь предков важнее обряда в честь
  богов, так как жертва богам, предшествующая обряду в честь предков,
  считается [лишь] средством усиления [последней].
  204. Пусть сначала исполнит обряд в честь богов, имеющий целью охрану
  тех [жертв предкам]; ракшасы уничтожают щраддху, лишенную [такой]
  защиты.
  205. Надо совершать ее, начиная и кончая жертвой богам; пусть она не
  кончается и не начинается с приношением предкам; совершающий ее,
  начиная и кончая с приношения в честь предков, скоро гибнет вместе с
  потомством.
  206. Следует обмазать коровьим пометом чистое и уединенное место и
  тщательно проверить, [имеет ли оно] уклон на юг.
  207. Предки всегда удовлетворяются приношением, [предложенным] на
  местах чистых, на берегах рек, в местах уединенных.
  208. Следует усадить по отдельности * на приготовленных сиденьях,
  покрытых травой куща, тех [приглашенных] брахманов, надлежаще
  окропленных водой.
  209. Усадив тех безукоризненных брахманов на сиденьях, надо почтить
  [их] душистыми гирляндами и благовониями, [почтив] сначала богов.
  210. Принеся для них воду, зерна кунжута со священной травой*,
  брахману с разрешения брахманов надо совершить [жертвоприношение] на
  огне.
  211. Удовлетворив вначале Агни, Сому и Яму приношением согласно
  правилу жертвенной пищи , надо затем удовлетворить предков.
  212. За неимением же [священного] огня * можно положить [приношение]
  'в руки брахмана, так как брахманами, знающими мантры, объявлено, что
  брахман - это огонь.
  213. Они называют также этих брахманов-свободных от гнева, которых
  легко умилостивить, заботящихся о благе людей-древнейшими божествами
  щраддхи*.
  214. Исполнив [приношение] на огне [и] весь ряд церемоний *, сделав
  обход кругом [места щраддхи, имея его] по правую руку, следует правой
  рукой окропить водой землю.
  224. Сам, [жертвователь], взяв обеими руками [сосуд], полный пищи,
  пусть тихо поставит [его] перед брахманами, размышляя о предках.
  225. Пищу, которая приносится не обеими руками, силой расхищают
  зловредные асуры.
  228. Принеся же все это, он, чистый и полный сосредоточенности, пусть
  постепенно предлагает [гостям], объявляя все качества [пищи].
  229. Пусть он ни в коем случае не уронит слезы, не гневается, не
  говорит неправду, не касается ногой пищи и не встряхивает ее.
  230. Слеза отправляет [пищу] к претам *, гнев - к врагам, ложь - к
  собакам, прикосновение ногой - к ракшасам, встряхивание-к злодеям
  (duski-tin).
  237. Сколько времени сохраняется жар в пище, сколько времени едят в
  молчании и не говорят о качестве пищи, столько времени едят предки.
  238. Что [гость] съедает, имея покрытую голову, что съедает, обратясь
  лицом к югу, что съедает, обутый в сандали, - то пожирают ракшасы.
  239. Чандалы *, свинья, петух, собака, женщина в период нечистоты и
  кастрат пусть не смотрят на вкушающих дваждырожденных.
  240. На что они посмотрят при приношении на огне, при дарении,
  трапезе, при жертвоприношении богам и предкам, - то пропадает без
  пользы.
  241. Свинья губит обнюхиванием, петух-обвеванием крыльями, собака -
  взглядом, низкорожденный * - прикосновением.
  242. Хромого, одноглазого, человека с недостающим или излишним членом,
  даже если он слуга жертвователя, надо оттуда удалить.
  244. Смешав всякого рода пищу, окропив водой, пусть поместит ее перед
  вкушающими, рассыпав на земле.
  245. Остаток [пищи] и часть [ее], разбросанная на траве .куща, - доля
  умерших до посвящения (asamskj-ta) и покинувших добродетельных жен.
  246. Остаток, упавший на землю при обряде в честь предков, считается
  долей прислуги *, честной и верной.
 
  ГЛАВА IV
 
  16. Пусть не будет привязан из чувственности ко всяким мирским утехам;
  чрезмерную привязанность к ним следует отвращать размышлением (manas).
  17. Надо отвергать всякое богатство, мешающее изучению им Веды, но
  изучать как полагается; ведь это ему [обеспечивает] достижение цели.
  18. В этом мире следует жить, приводя платье, речь и мышление в
  соответствии с возрастом, родом деятельности (karman), богатством
  (artha), священным знанием и родовитостью (abhijana).
  19. Надо постоянно изучать науки, способствующие быстрому возрастанию
  ума, приносящие богатство и полезные [в других отношениях], а также
  нигамы *, объясняющие Веды.
  22. Некоторые люди, знающие правила жертвенных обрядов, не заботясь о
  великих жертвоприношениях, всегда приносят жертвы только в своих
  органах чувств *.
  23. Зная негибнущий результат жертвоприношения в речи и дыхании,
  некоторые всегда приносят в жертву дыхание в речи и речь в дыхании.
  24. Иные брахманы, видя оком знания, что знание есть основание обряда,
  всегда приносят жертвы только знанием.
  29. Пусть ни один гость не пребывает в его доме, не будучи почтённым,
  как только возможно, сиденьем, пищей, ложем, водой или кореньями и
  плодами.
  30. Не подобает выказывать почтение, даже только на словах, еретикам*,
  людям, практикующим запрещенные занятия (vikarmastha), живущим подобно
  кошке*, обманщикам, рационалистам (haituka), а также живущим подобно
  цапле*.
  31. Надо почтить снатак - домохозяев, знатоков Веды (^rotriya) -
  приношениями богам и предкам, но следует избегать противоположных.
  32. Домохозяин должен давать столько, сколько он может, неготовящим
  пищу для себя *; и всем существам нужно выделишь долю без ущерба [для
  себя].
  33. Снатака, мучимый голодом, может просить средства у царя, у
  жертвователя и воспитанника (antevasin), но не у других: таково
  правило.
  35. Имея остриженные волосы, ногти и бороду, смиренный, в белой
  одежде, чистый, пусть всегда занимается изучением Вед и [делами],
  полезными для него.
  36. Ему полагается носить бамбуковый посох, сосуд с водой, священный
  шнур, [пучок] травы куща и две блестящие золотые серьги.
  37. Никогда не надо смотреть на солнце - восходящее, заходящее, во
  время затмения, отражающееся в воде, идущее в середине неба.
  38. Не следует перешагивать веревку, которой привязан теленок, ни
  бежать во время дождя, ни смотреть на свое отражение в воде - таково
  установленное правило.
  39. [Когда идешь], надо оставлять с правой стороны земляной холмик,
  корову, идола, брахмана, коровье масло, мед, перекресток и хорошо
  известные деревья.
  40. Он, даже возбужденный, пусть не приближается к жене во время
  менструаций и даже не спит с ней на одном ложе.
  41. У мужчины, приближающегося к женщине, покрытой месячными
  выделениями, гибнет ум, энергия, сила, зрение и жизненность.
  42. У него, избегающего ее, находящуюся в таком состоянии, ум,
  энергия, сила, зрение и жизненность возрастают.
  43. Не полагается есть вместе с женой, ни смотреть на неевкушающую,
  чихающую, зевающую и сидящую в вольной позе.
  44. Брахман, желающий энергии, пусть не смотрит на [женщину],
  натирающую свои глаза [коллириумом], умащенную, обнаженную и рожающую.
  45. Не следует есть, имея на себе [только] одну одежду, купаться
  нагим, мочиться - ни на дорогу, ни на пепел, ни в загоне для коров *,
  46. ни на вспаханную землю, ни в воду, ни на основание [жертвенника
  или погребального костра] (cit), ни на горе, ни на развалины храма,
  никогда - на муравейник,
  47. ни в норы, населенные живыми существами, ни на ходу, ни стоя, ни
  на берегу реки, ни на вершине горы.
  48. Никогда не следует испражняться лицом* к ветру, огню, брахману,
  солнцу, воде, а также корове.
  49. Облегчаясь, пусть положит поверх [земли] полено, комок земли,
  лист, траву [и при этом остается] удерживающим речь, чистым,
  закутавшим свое тело и покрывшим [голову].
  50. Надо испражняться днем, обратясь лицом к северу, ночью-обратясь
  лицом к югу, на рассвете и в сумерки - как днем.
  51. Дваждырожденный, находясь в тени или в темноте, ночью и днем, а
  также в страхе, при опасности для жизни, может делать это, оборотясь
  куда угодно.
  52. Ум [человека] из-за мочеиспускания по направлению огня, солнца,
  луны, воды, дваждырожденного, коровы и ветра - гибнет.
  53. Не следует дуть на огонь ртом, смотреть на обнаженную женщину,
  сыпать в огонь нечистое (amedhya), греть ноги {около огня].
  54. Не следует помещать [огонь] внизу *, переступать через него,
  помещать у ног; пусть не мучает живые существа.
  56. Пусть не выпускает в воду мочу, испражнения, слюну или другое
  нечистое и загрязненное, или кровь, или яды.
  57. Не следует спать одному в пустом доме, будить старшего, говорить с
  женщиной в период менструаций, идти на жертвоприношение, не будучи
  избранным [для участия в нем).
  58. Полагается освобождать правую руку от одежды в помещении, где
  хранится священный огонь, в коровьем хлеву, в присутствий брахманов,
  при изучении Веды и во время еды.
  59. Не следует мешать пьющей корове* и говорить кому -либо [об этом];
  мудрый, увидев на небе радугу, пусть никому не указывает [на нее].
  60. Не следует жить в деревне (grama), населенной нечестивыми
  (adharmika), ни [оставаться] долго там, где распространены болезни, ни
  отправляться в путь одному, ни жить долго на горе.
  61. Не следует проживать в стране щудр*, в обитаемой людьми
  нечестивыми, в завоеванной еретиками (pasandijanakranta), в
  изобилующей людьми низкорожденными*,
  62. Не следует есть того, из чего добыто масло, предаваться
  пресыщению, есть слишком рано или слишком поздно, [есть] вечером, если
  [достаточно] поел утром.
  63. Пусть не действует бесцельно, не пьет воду из пригоршни, не ест
  пищу, [положив ее] на колени; никогда не нужно быть любопытным.
  64. Пусть не пляшет, не поет, не играет на музыкальных инструментах,
  не допускает беспорядочных телодвижений (nasphotayet), не скрежещет
  зубами, не рычит, даже будучи возбужденным.
  65. Пусть никогда не моет ноги в сосуде из латуни, не ест из разбитого
  сосуда, ни из вызывающего сомнения [относительно его чистоты].
  66. Не полагается носить обувь, одежду, священный шнур, украшения,
  гирлянду, сосуд для воды, использованные другими.
  71. Разбивающий глыбы земли, рвущий траву, кусающий ногти быстро идет
  к гибели, так же как предатель и [ритуально] нечистый.
  72. Не следует ни браниться, ни носить венок *; езда на спинах коров
  [или быков] во всех отношениях достойна порицания.
  73. Не следует входить в огороженную деревню или в жилище иначе, как
  через ворота, ночью надо держаться подальше от корней деревьев.
  74. Пусть он никогда не играет в кости, не снимает сам обуви, не ест
  лежа на кровати, [не ест] ни то, что находится в [левой] руке, ни то,
  что на сиденье.
  75. Не следует есть после заката всякую пищу, содержащую зерна
  кунжута, спать в этом мире нагим, отправляться куда-либо, не очистив
  рот [от остатков пищи].
  78. Желающий прожить долгую жизнь пусть не наступает на волосы, пепел,
  кости, черепки, семена хлопчатника, мякину.
  79. Не следует общаться с изгоями (patita), чандалами*. пулькасами *,
  глупцами, надменными, низкорожденными (апtya), антьявасайинами *.
  80. Пусть не дает щудре ни советов, ни остатков [пищи), ни [пищи],
  предложенной при жертвоприношении, не обучает его дхарме, не налагает
  [на него] обета,
  81. ибо тот, кто наставляет его дхарме или налагает обет. погружается
  вместе с ним в ад, называемый Асамврита (asamvrta).
  82. Не полагается чесать свою голову обеими соединенными руками,
  касаться ее, не очистив рот от пищи, омываться без [того, чтобы омыть
  и] ее.
  83. Надо избегать хватания за волосы или нанесения ударов по голове;
  выкупавшись с головой, пусть не касается никакой части тела маслом
  кунжута.
  84. Пусть не принимает даров от царя, не происходящего из рода
  кшатриев, ни от мясников, маслобоев и кабатчиков, ни от живущих
  доходами от проституции.
  85. Маслобойня равна десяти скотобойням, кабак - десяти маслобойням,
  дом терпимости - десяти кабакам, царь, [упомянутый только что], равен
  десяти домам терпимости.
  86. [Такой] царь считается равным мяснику, который имеет десять тысяч
  скотобоен; принятие дара от него - ужасно.
  87. Кто принимает дары от царя жадного, действующего вопреки
  предписаниям щастр, тот последовательно идет в двадцать один ад;
  101. Изучающий [сам] и обучающий учеников согласно предписанному
  правилу пусть избегает следующих [обстоятельств], не допускающих
  чтения Веды.
  102. Знающие правила чтения объявляют, что в период дождей следующие
  два обстоятельства делают невозможным чтение, - когда ночью слышен
  [шум] ветра, когда днем ]ветер] заметает пыль.
  103. Ману сказал, что при молнии, громе и дожде [- всех вместе], а
  также при появлении метеоров, чтение делается невозможным до того же
  времени [следующего дня].
  104. Если он видит, что эти [явления природы] произошли тогда, когда
  горели священные огни, то пусть знает, что чтение невозможно; то же и
  при появлений туч не в [должное] время года *.
  105. Надо знать, что во время бури, землетрясения и затмения чтение
  следует приостановить до того же момента следующего дня, даже в
  [соответствующее] время года.
  106. Если молния и раскаты грома [имеют место] в то время, когда горят
  священные огни, остановка в чтении продолжается до наступления света
  , а если [случится] остающееся * [чтение, надо прекратить] как днем,
  так и ночью.
  107. Для желающих совершенства в дхарме полагается постоянное
  прекращение занятий в деревнях, городах, а также всегда, [когда
  ощущается] дурной запах.
  108. В деревне, где находится покойник, в присутствии щудры (vrsala),
  при плачущем и в толпе народа чтение Веды производить не следует.
  109. В воде, в середине ночи, при отправлении естественных
  надобностей, не очистившись после приема пищи, а также участвуя в
  щраддхс, нельзя даже думать [о священных текстах].
  112. Не следует читать ни лежа, ни подняв ноги, ни поджав ноги и
  накинув платье, охватывающее колени, ни поев мяса, а также пищи,
  нечистой вследствие рождения [в доме ребенка].
  113. ни в тумане, ни при свисте стрел, ни в утренние или вгчерние
  сумерки, ни в день новолуния, ни в четырнадцатый, ни в восьмой [день
  каждого полумесяца], ни в день полнолунки.
  135. Желающий благоденствия пусть никогда не презирает кшатрия, змею и
  ученого брахмана, даже слабых.
  136. Ведь эти трое, когда с ними обращаются непочтительно, совершенно
  уничтожают человека *, поэтому мудрый пусть никогда не презирает их.
  137. Не следует презирать себя за прежние неудачи; надо до смертного
  конца стремиться к счастью и не считать его труднодостижимым .
  138. Надо говорить правду, говорить приятное, не следует говорить
  неприятную правду, не следует говорить приятную ложь - такова вечная
  дхарма.
  141. Не полагается обижать ни тех, у кого нет [какой-либо] части тела,
  ни тех, у кого есть лишние [члены], ни лишенных знания, ни пожилых, ни
  некрасивых, ни бедных (dravinahina), ни низкорожденных *.
  142. Пусть брахман, не очистивший рот после приема пищи, не касается
  рукой коровы, брахмана и огня, а также, пока нечист, не смотрит на рой
  светил на небе, [даже если он] здоров.
  143. Дотронувшись до них, будучи нечистым, надо всегда ладонью руки
  окропить водой органы чувств, все члены и пупок.
  144. Если он не болен, пусть без причины не касается впадин на теле
  -, а также избегает [дотрагиваться] до всех волос на сокровенных
  частях.
  148. Благодаря постоянному чтению Веды, чистоте, соблюдению
  религиозных обетов, кроткому обращению с живыми существами он помнит
  прежнее рождение*.
  149. [Кто], вспоминая свое прежнее рождение, снова читает Веду, [тот]
  благодаря постоянному изучению Веды, вкушает вечное блаженство.
  158. Человек, даже лишенный счастливых примет, [но] веру ющий и чуждый
  зависти, живет сто лет.
  159. Надо тщательно избегать всякого дела, зависящего or чужой воли,
  но что зависит от своей воли, надо исполнять ревностно.
  160. Все, зависящее от чужой воли, - зло, все, зависящее от своей
  воли, -- благо; необходимо знать это краткое определение блага и зла.
  161. Следует усердно исполнять такое дело, которое дает внутреннее
  удовлетворение для исполняющего его, но противоположного - избегать
  164. Нельзя поднимать палку на другого, разгневанный пусть не бьет
  его; иначе [обстоит дело] в отношении сына или ученика: их он может
  бить ради исправления *.
  165. Дваждырожденный, [даже] только пригрозив брахману убить его, сто
  лет пребывает в аду Тамисра.
  166. В гневе, намерение ударив его даже травинкой, он рождается в
  порочных утробах двадцать один раз .
  167. Человек, пролив по неразумию (aprajnata) кровь несражающегося
  брахмана, подвергается после смерти величайшему мучению:
  168. сколько пылинок кровь соберет с поверхности земли, столько лет
  проливший кровь пожирается в потустороннем мире другими [существами]
  *.
  169. Поэтому мудрый человек пусть никогда даже не угрожает
  дваждырожденному, не ударяет его даже травинкой, не проливает его
  кровь.
  171. Даже погибая вследствие [приверженности] к добродетели, пусть не
  направляет свой разум к пороку, видя быструю гибель нечестивых
  злодеев.
  172. Адхарма, совершенная в этом мире, не сразу дает плод, как земля,
  но, постепенно увеличиваясь, она подрезает корни совершающего [ее].
  173. Если [наказание падает] не на самого [преступника, то] на
  сыновей, если не на сыновей, [то] на внуков; но совершенная дхарма не
  остается без последствий для совершающего [ee].
  174. Благодаря адхарме он некоторое время процветает, потом находит
  блага, потом побеждает врагов, но [в конце концов] погибает с корнем
  *.
  178. Надо ходить по тому пути добродетельных, по которому ходили отцы,
  по которому ходили деды; идущий этим путем не гибнет.
  179. С наемными или домашними жрецами, учителями, братьями матери
  (matula), гостями, прибегнувшими к покровительству детьми,
  престарелыми, больными, учеными, с родственниками по отцу, по свойству
  и по матери,
  180. с матерью и отцом, с родственницами, братом, сыном, женой,
  дочерью и с прислугой * не надо вступать в ссору.
  181. Избегая ссор с ними, он освобождается от всех грехов,
  прекращением этих [ссор] домохозяин завоевывает все эти миры.
  182. Учитель-владыка в мире Брахмы, отец-владыка в [мире] Праджапати,
  гость же - владыка в мире Индры, жрецы - в мире богов,
  183. родственницы - в мире апсар, родственники по матери-[в мире]
  вищвадевов*, родственники по браку-в мире вод, мать и брат матери -
  над землей.
  184. Дети, престарелые, бедные * и больные должны считаться владыками
  атмосферы, старший брат - подобным отцу, жена и сын - его телом,
  185. прислуга (dasavarga)-его тенью, дочь-высшим {предметом его]
  жалости; поэтому, будучи оскорблен ими, пусть всегда переносит [обиды]
  без гнева.
  186. Даже будучи достойным получения даров, следует
  избегать пристрастия к этому, так как благодаря приему даров его
  божественный блеск быстро угасает.
  187. Не зная благочестивого правила приема [в качестве] даров вещей,
  пусть мудрый не принимает даров, даже погибая от голода.
  188. Неученый, принимающий в дар золото, землю (bhumi), лошадь,
  коровье масло, становится прахом, как дерево:
  189. золото и пища сжигают жизнь, земля (bhuh) и корова - тело, лошадь
  - зрение, одежда - кожу, коровье масло - энергию, зерна кунжута -
  потомство.
  190. Дваждырожденный, не исполняющий обетов и не изучающий Веду, но
  любящий принимать дары, вместе с тем [дарителем] погружается [в ад],
  как [погружаются] в воду вместе с судном, сделанным из камня.
  191. Поэтому неученый пусть опасается брать какие бы тони было дары,
  так как неученый, даже благодаря самому маленькому [дару], гибнет, как
  корова в болоте.
  192. Пусть знающий дхарму не дает даже воды дваждырожденному *,
  живущему подобно кошке, грешнику, живущему подобно цапле *, и не
  знающему Веды.
  193. Ибо добро, даже законно приобретенное, данное этим трем, приносит
  на том свете горе и дарителю и получателю.
  195. Держащий знамя добродетели, [но] всегда жадный, лицемерный,
  обманщик народа, обидчик и клеветник должен считаться живущим подобно
  кошке.
  196. Дваждырожденный с потупленным взором, порочный,. имеющий в виду
  достижение собственных целей, нечестный и притворно скромный
  [считается] живущим подобно цапле.
  197. Те брахманы, которые ведут себя подобно цапле и имеют характер
  кошки, вследствие такого дурного поведения низвергаются в [ад,
  называемый] Андхатамисра.
  200. Тот, кто не будучи учеником *, снискивает пропитание под видом
  ученика, принимает на себя грехи [всех] учеников и возрождается в
  утробах животных.
  201. Никогда не следует купаться в чужом пруду; искупавшись же, он
  пятнается частью греха [человека], соорудившего пруд.
  202. Присваивающий повозку, ложе, сиденье, колодец, сад, дом другого,
  не данные [ему добровольно], принимает на себя четвертую часть греха
  [собственника].
  203. Пусть совершает омовение всегда в реках, в прудах, выкопанных
  богами, озерах (saras), ручьях (garta), источниках (prasravana).
  207. Никогда не следует есть [пищу жертвователей] пьяных,
  разгневанных, больных, ни такую, на которой оказались волосы или
  насекомые, ни тронутую намеренно ногой,
  208. ни ту, на которую посмотрел убийца брахмана*, ни тронутую
  женщиной, имеющей менструации, ни поклеванную птицей и ни тронутую
  собакой,
  209. ни пищу, обнюханную коровой, ни предложенную всем пришедшим по
  приглашению, ни [данную] объединением * или гетерами (ganika), ни
  осуждаемую ученым,
  210. ни пищу вора, певца, плотника, (taksan), ростовщика (vardhusika),
  ни посвященного [для совершения жертвоприношений], ни скряги, ни
  скованного цепями.
  211. ни обвиненного в грехе (abhi^asta). ни кастрата, ни развратницы,
  ни лицемера, ни [пищу] прокисшую, несвежую, ни [пищу] щудры, ни
  остаток,
  212. ни [пищу] лекаря, охотника, злого человека, поедателя остатков,
  пищу шудры, пищу рожающей женщины, ни оставшуюся после прихлебывапия
  воды , ни являющуюся нечистой в течение десяти дней ,
  213. [ни пищу], данную без должного почтения, ни мясо, не принесенное
  в жертву богам, [ни пищу] женщины, не имеющей мужа или сына, ни пищу
  врага, управителя города (nagarin), ни пищу, на которую кто-нибудь
  чихнул,
  214. ни пищу доносчика, лжеца, [а также] продающего жертвоприношения,
  плясуна (^ailusa) или портного (tunnavaya), пищу неблагодарного,
  215. кузнеца (karmara), нишады*, актера, золотых дел мастера
  (suvarnakartar), корзинщика (vena), а также торгующего оружием,
  216. собачников, продавцов спиртного (caundika), прачeчника
  (cailanirnejaka), красильщика (ranjaka), безжалостного, [ни того], в
  доме которого [живет] любовник [его жены],
  217. [ни пищу тех], которые пренебрегают [тем, что у жены есть]
  любовник, [ни пищу] всегда подчиненных женам, ни пищу, являющуюся
  вследствие смерти [члена семьи] нечистой в течение десяти дней, ни ту,
  которая ему нe нравится.
  218. Пища царя отнимает энергию, пища щудры-свет священного знания,
  пища золотых дел мастера-долголетие, кожевника * - славу;
  219. пища ремесленника (karuka) убивает его потомство, прачечника -
  силу, пища толпы и гетеры лишает его высших миров;
  220. пища лекаря - это гной, пища развратницы - мужское семя, пища
  ростовщика - испражнения, торгующего оружием - грязь.
  221. Пищу прочих (дарителей), последовательно перечисленных, которая
  неприемлема для употребления, мудрые считают кожей, костями и
  волосами.
  222. Поэтому, поев ненамеренно пищу одного из них, [надо исполнить]
  трехдневный пост; съев ненамеренно [ее], а также мужское семя,
  испражнения и мочу, пусть исполняет криччхру *.
  223. Ученому дваждырожденному не следует есть приготовленную пищу
  щудры, не исполняющего щраддхи *; но при отсутствии средств
  существования он может взять у него неприготовленную, достаточную на
  одну ночь *.
  228. Любое, [что дается], должно даваться тем, кого попросили,
  безропотно; ибо то, что пойдет к достойному, освобождает [дарящего] от
  всякого [греха].
  229. Дающий воду получает утоление [голода и жажды], дающий пищу -
  вечное блаженство, дающий кунжут - желанное потомство, дающий
  светильник -превосходное зрение,
  230. дающий землю (bhUmida) [сам] получает землю, дающий золото -
  долгую жизнь, дающий дом - великолепные жилища, дающий серебро -
  совершенную красоту,
  231. дающий одежды-место в лунном мире, дающий лошадь - место в мире
  Ащвинов, дающий рабочего быка - noлное счастье, дающий корову-мир
  солнца.
  232. дающий колесницу и ложе - жену, дающий безопасность -
  владычество, дающий зерно - вечное блаженство, дающий Веду -
  соединение с брахмой.
  23З. Даяние Веды превосходит все [другие] даяния - воды. пищи, коровы,
  земли, кунжута, золота и коровьего масла.
  237. Жертвоприношение гибнет от неправды, [плод] аскетического подвига
  гибнет от гордости, долголетие - от порицания брахманов, дарение - от
  похвальбы.
  238. Надо постепенно накапливать дхарму, как белые муравьи [сооружают]
  свой муравейник, не мучая ни одного живого существа ради приобретения
  спутника в ином мире,
  239. ибо в другом мире ни отец, ни мать не являются спутниками, ни
  сын, ни жена, ни родственники - только дхарма остается с ним.
  240. Одиноким рождается живое существо, одиноким же умирает; одиноким
  оно поглощает [плоды] добрых дел и одиноким - дурных.
  241. Положив на землю мертвое тело, как полено или ком земли,
  родственники уходят, отвернувшись; его сопровождает только дхарма.
  242. Поэтому надо всегда постепенно накапливать дхарму ради
  [приобретения] спутника [в ином мире], ибо с дхармой в качестве
  спутника он переходит даже труднопроходимую тьму *.
  243. Человека, выдающегося по дхарме, имеющего грехи, уничтоженные
  покаянием, светозарного, имеющего тело из эфира, [этот спутник] быстро
  ведет в другой мир.
  244. Желающему возвысить свою семью следует всегда вступать в общение
  с людьми лучшими и избегать низких.
  245. Брахман, общающийся с лучшими и избегающий низких, [сам] делается
  лучшим, в противном случае - щудрой.
  248. Милостыню, принесенную и предложенную [самим жертвователем, если
  она] ранее не была выпрошена, Праджапати определил как могущую быть
  полученной даже от злодеев *.
  255. Кто говорит добродетельным людям о себе противное истине, тот в
  этом мире самый крайний злодей; он - вор, обкрадывающий самого себя.
  256. Все вещи определяются словом, имеют основанием слово, произошли
  от слова; кто же нечестен в речи, тот нечестен во всем *.
 
  ГЛАВА V
 
  1. Риши, выслушав изложенные таким образом дхармы снатаки, так сказали
  великодушному Бхригу, происшедшему от огня *:
  2. "О владыка! Каким образом смерть приобретает власть над знающими
  ведийские трактаты (veda^astra), исполняющими так, как указано, дхарму
  брахманов?".
  3. Тот праведный Бхригу, сын Ману, сказал тем великим риши:
  "Выслушайте, вследствие какой провинности смерть стремится лишить
  жизни брахманов!
  4. Смерть стремится лишить жизни брахманов вследствие пренебрежения
  изучением Веды, уклонения от правил доброго поведения, лености и
  нарушения [правил приема] пищи.
  5. Для дваждырожденных непригодны в пищу чеснок, порей, лук, грибы [и
  виды зелени], произрастающие из нечистот.
  6. Надо старательно избегать красных древесных соков, а также [соков],
  добываемых посредством подсечки, [плода] щелу * и свернувшегося
  молока коровы.
  12. воробья, плавы, лебедя (hansa), чакранги, петуха сарасы,
  раджджудалы, датьюхи, попугая, сарики,
  13. птиц, долбящих клювом, лапчатоногих, кояшти, рвущих своими
  когтями, ныряющих и питающихся рыбой, мяса со скотобойни и мяса
  сушеного,
  14. [мяса] цапли, журавля, ворона, трясогузки, [животных], питающихся
  рыбой, домашних кабанов и всякой рыбы.
  15. Кто ест мясо какого-либо [животного], тот называется [только]
  поедателем его мяса, кто ест рыбу - поедателем всех [видов] мяса,
  поэтому надо избегать рыб.
  18. [Мудрые] назвали дозволенными среди имеющих пять когтей дикобраза,
  ежа, ящерицу, носорога, черепаху, зайца, [а также животных], имеющих
  зубы только в одной челюсти, за исключением верблюдов.
  19. Дваждырожденный, съев умышленно гриб, [мясо] домашнего кабана и
  петуха, чеснок, лук или порей впадает в грех (patati).
  20. Съев эти шесть [видов пищи] неумышленно, полагается исполнить в
  качестве искупления самтапану * или же лунное покаяние отшельников *,
  в остальных случаях - поститься один день.
  21. Пусть брахман исполняет обет криччхра* однажды в год для очищения
  за неумышленную еду [запрещенной пищи]; за умышленную - особо.
  22. [Те из] животных и птиц, [которые] предписаны, могут быть убиваемы
  брахманами для жертвоприношении и в пищу тем, которых они обязаны
  содержать; так некогда поступал Агастья.
  26. Это было изложено полностью [предписание о пище], разрешенной или
  запрещенной для дваждырождеиных; теперь я изложу правило употребления
  мяса и воздержания [от него].
  27. Следует есть мясо, окропленное по желанию брахманов, будучи
  назначенным в соответствии с правилами [для исполнения обрядов] и при
  опасности для жизни .
  28. Праджапати предназначил все это в качестве пищи для жизненного
  духа; движущееся и недвижущесся - все [это]. пища для жизненного духа:
  29. недвижущиеся - пища движущихся, беззубые - зубастых, безрукие -
  имеющих руки, боязливые - бесстрашных.
  30. Тот, кто поедает дозволенные живые существа даже ежедневно, нe
  совершит греха, так как творец создал и дозволенные для еды живые
  существа и тех, кто их поедает.
  33. Дваждырожденному, знающему правила, не следует есть мяса вопреки
  правилам, за исключением крайних обстоятельств, так как, поев мяса
  вопреки правилам, он после смерти, беспомощный, пожирается теми,
  [которых он сам ел при жизни].
  34. Посмертный грех убивающего животное ради добычи * не так велик,
  как [грех] вкушающего мясо из прихоти.
  35. Но тот человек, который, будучи надлежаще приглашен [для участия в
  обряде], не ест мясо, после смерти является животным в течение
  двадцати одного существования.
  36. Брахману ни в коем случае нельзя есть [мясо] животных, не
  освященное мантрами; но, придерживаясь вечного правила, освященное
  мантрами пусть ест.
  37. Желая [съесть мяса], он может сделать животное из коровьего масла
  или из муки [и есть его]; но пусть он никогда не старается убить
  животное из прихоти.
  38. Сколько волос [на шкуре убитого] животного, столько раз убивающий
  животных из прихоти принимает насильственную смерть в будущих
  рождениях.
  39. Животные самим Самосущим созданы для жертвоприношения,
  жертвоприношение - для благополучия всего этого [мира]; поэтому
  убийство при жертвоприношении - не убийство.
  40. Травы, скот, деревья, дикие животные, а также птицы, принявшие
  смерть ради жертвоприношения, получают опять [рождение, но в] более
  высоком состоянии.
  42. Дваждырожденный, знающий истинный смысл Веды, убивая животных для
  этих целей, себя и животных ведет к высшему блаженству.
  43. Дваждырожденному с благородной душой, проживающему [у себя] в
  доме, у гуру или в лесу, нельзя никогда, даже в крайности, причинять
  [животным] вред, не предписанный Ведой.
  48. Мясо никогда нельзя получить, не причинив вреда живым существам, а
  убиение живых существ несовместимо с пребыванием на небесах; поэтому
  'надо избегать мяса.
  49. Имея в виду происхождение мяса и [необходимость при этом] убиения
  и связывания имеющих тело существ, надо воздерживаться от употребления
  в пищу всякого мяса.
  51. Позволяющий [убить животное], рассекающий [тушу], убивающий,
  покупающий и продающий [мясо], готовящий [из него пищу], подающий [его
  к столу], вкушающий - [все они] убийцы.
  52. Нет большего грешника, чем тот, кто, не почтив предков и богов,
  старается увеличить свое мясо мясом других*.
  55. "Меня (mam) тот (sa) да пожирает в будущем мире, мясо которого я
  ем здесь!" - так мудрецы объясняют значение слова мясо (marnsa) *.
  56. Нет греха в употреблении мяса, спиртных напитков и в плотских
  удовольствиях - таков образ жизни живых существ; но воздержание [от
  всего этого приносит] большую награду.
  57. Теперь я расскажу в должном порядке об очищении в связи со
  смертью, а также об очищении вещей, как оно должно производиться у
  четырех варн.
  58. Когда [дитя] умирает после появления зубов, раньше их появления и
  когда [над ним] было совершенно пострижение *, - все его родственники
  нечисты; то же объявлено и относительно рождения *.
  62. Нечистота по причине смерти - обща всем [сапиндам], нечистота же
  по случаю рождения [распространяется] только на родителей [или] только
  на мать, а отец делается чистым, совершив омовение.
  63. Мужчина, извергнув семя, очищается, совершив омовение; после
  сношения с женщиной он сохраняет нечистоту три дня.
  64. Прикоснувшись к трупу, очищаются по истечении дня и ночи,
  [присоединенных к] трем трехдневным периодам , дающие воду - по
  истечении трех дней.
  65. Ученик, исполняющий питримедху * за умершего гуру, наряду с
  несшими труп [на кладбище] очищается при этом по прошествии десяти
  дней.
  66. [Женщина] при выкидыше очищается [в число] дней, равных количеству
  месяцев [ее беременности]; женщина, имеющая менструации, очищается
  омовением при прекращении [выделения] крови.
  67. Для мальчиков, не прошедших обряд пострижения, предписано очищение
  в течение ночи; для прошедших этот обряд желательно очищение в течение
  трех дней.
  68. Умершего {ребенка], не достигшего двух лет, пусть родственники,
  украсив, похоронят в чистую землю вне [селения], без собирания [его]
  костей;
  69. для него не должен производиться огненный обряд *, не должно
  производиться возлияние воды , оставив его в лесу, как полено *, им
  надо поститься три дня.
  70. Для недостигшего трех лет обряд возлияния воды родственниками не
  должен исполняться, но для имеющего зубы, или если [над ним] был
  произведен обряд наречения именем, [родственники] могут исполнить.
  71. Когда умирает соученик (sabrahmacarin), нечистота установлена на
  один день; при рождении отдаленного родственника желательно
  очищение * в течение трех дней.
  72. [По смерти] женщин, [обрученных, но] не вышедших замуж, [жених и
  его] родственники очищаются по прошествии трех дней; [их] кровные
  родственники очищаются в соответствии с ранее указанным правилом *.
  73. Им следует есть пищу [только] с натуральной солью, совершать
  омовения в продолжении трех дней; пусть не вкушают мясной пищи и спят
  отдельно на земле.
  77. Услышав о смерти родственника или о смерти сына, человек по
  истечении десяти дней нечистоты становится чистым, погрузившись в воду
  в одежде;
  78. если в отдаленной местности умирает дитя или отдаленный
  родственник*, он сразу же очищается, погрузившись в воду в одежде:
  82. Если умирает царь, в стране которого он живет, [нечистота
  продолжается] пока есть свет *, но по смерти [в его доме] неизучившего
  Веду - весь день, так же как гуру, изучившего Веду .
  83, Если брахман очищается десятью днями, то кшатрий двенадцатью,
  вайщий - четырнадцатью, щудра очищается месяцем.
  84. Пусть не увеличивает число дней нечистоты, не прерывает обряды,
  совершаемые на огне; исполняющий этот обряд не становится нечистым
  даже из-за кровных родственников.
  85. Прикоснувшийся к чандале (divakirti), к женщине. имеющей
  менструации, к изгою (patita), к роженице, к трупу или к коснувшемуся
  трупа очищается омовением.
  87. Брахман, прикоснувшись к жирной человеческой кости, очищается
  омывшись; [прикоснувшись] к сухой, [очищается] ополоснув рот, так же
  как дотронувшись до коровы или посмотрев на солнце.
  89. Пусть не совершает обряда возлияния воды ни для родившихся
  напрасно * и от смешанного брака *, для пребывающих с бродячими
  отшельниками *, а также для самоубийц;
  90. ни для женщин, присоединившихся к еретикам *, из похоти живущих
  [со многими мужчинами], вредящих зародышу и ненавидящих мужа, а также
  для употребляющих спиртные напитки.
  92. Выносить умершего щудру полагается через южные городские ворота *,
  [тела] же дваждырожденных в соответствующем порядке - через западные,
  северные и восточные *.
  93. Нечистоты не существует для царей, для исполняющих обет и для
  занятых в жертвоприношении саттра*, ибо [первый} восседает на троне
  Индры, [а последние два] всегда соединены с брахмой *.
  97. Так как царь поставлен владыками мира, то для него не существует
  нечистоты; ведь чистота и нечистота смертных обязаны своим
  происхождением и устранением владыкам мира *.
  98. Для кшатрия, убитого в соответствии с дхармой - в битве, поднятым
  оружием, - тут же совершается жертвоприношение, а также очищение*:
  таково правило.
  99. [По окончании периода нечистоты] брахман, совершивший необходимые
  обряды, очищается, прикоснувшись к воде, кшатрий - к ездовому
  животному и оружию, вайщий - к стрекалу или поводьям, щудра - к
  посоху.
  105. Знание, аскетические подвиги, огонь, [священная] пища, земля,
  [обуздание] души, вода, мазание [коровьим пометом], ветер, священные
  обряды, солнце и время - очистители одаренных телом.
  106. Из всех видов чистоты наивысшей считается чистота [при
  приобретении] богатств, ибо чист [лишь] тот, кто чист [при
  приобретении] богатств, а не очистившийся [только] землей и водой *.
  107. Ученые очищаются снисходительностью, поступающие беззаконно -
  щедростью, имеющие тайный порок - повторением [священных текстов], в
  совершенстве знающие Веду - аскетическими подвигами.
  108. Землей и водой очищается то, что должно стать чистым, река
  очищается течением, имеющая нечистые помыслы женщина - менструациями,
  брахман - оставлением мира (sannyasa).
  109. Водой очищаются [только] части тела, сердце [же] очищается
  истиной, душа - священным учевием (vidya) и аскетическими подвигами,
  ум очищается познанием.
  110. Таким образом, окончательное решение относительно чистоты тела
  объявлено вам; выслушайте теперь решение относительно чистоты разного
  рода предметов.
  113. Золото и серебро возникли от соединения воды и огня, поэтому
  более благоприятно очищение, [производимое] тем, от чего они
  произошли.
  114. Очищение [предметов из] меди, железа, бронзы, олова и свинца надо
  производить, смотря по надобности, щелочью, кислотами и водой.
  115. Для всех жидкостей ради чистоты предписано очищение *, для
  громоздких [предметов] - окропление, для деревянных - оскабливание.
  116. Для жертвенных сосудов чамаса и граха [предписано] при
  жертвоприношении обтирание рукой и очищение ополаскиванием.
  117. Очищение [котелка, называемого] чару, [ложек] срук и срува
  [предписано производить] горячей водой, равно как [деревянного меча]
  спхья, сита, тележки, пестика и ступки.
  118. Очищением для большого количества зерна и одежд установлено
  окропление водой, очищением для малого количества - обмывание водой.
  122. Трава, дерево и солома делаются чистыми от окропления [водою],
  дом - от подметания и обмазывания [коровьим навозом], глиняный сосуд -
  повторным обжигом.
  123. Глиняный сосуд, оскверненный спиртным напитком. мочой,
  испражнениями, слюной, гноем и кровью не очищается даже повторным
  обжигом.
  128. Чистой [считается] вода, текущая по земле, в которой утоляет
  жажду корова, не смешанная с нечистыми веществами, обладающая
  [надлежащим] запахом, цветом и вкусом.
  129. Всегда чиста рука ремесленника (karu) и товар (punya),
  выставленный [на продажу]*, всегда чиста милостыня, полученная
  учеником: таково правило.
  130. Всегда чисты уста женщины, птица, когда она вызывает падение
  плода, теленок чист во время сосания, собака чиста, когда хватает
  дичь.
  131. Ману объявил чистым мясо [животного], убитого собаками или
  убитого другими хищниками, а также дасью - чандалами и прочими.
  132. Те впадины на теле, которые выше пупа, - вполне чистые, те,
  которые ниже. - нечистые, как и выделения, выходящие из тела.
  134. Для очищения [органов], через которые выделяются испражнения и
  моча, должно употребить столько земли и воды, сколько требуется, [так
  же как] и для очищения двенадцати нечистот тела.
  135. Жировые выделения, мужское семя, кровь, перхоть, моча,
  испражнения, ушная сера, ногти, мокрота, слезы, гной на глазах и пот
  составляют двенадцать нечистот у людей.
  136. Желающему быть чистым следует приложить землю к детородному члену
  один [раз], к заднему проходу - три, к одной руке * - десять, к обоим
  - семь [раз].
  139. Желающему телесной чистоты следует сначала трижды хлебнуть воды,
  а потом вытереть рот, тогда как женщине и щудре - по одному разу.
  146. Таким образом, правило личного очищения и очищения вещей
  полностью изложено вам для всех варн; выслушайте [теперь] дхарму
  женщин.
  147. Женщиной - в детском возрасте, молодой или даже пожилой - никакое
  дело не должно исполняться по своей воле, даже в [собственном] доме.
  148. В детстве ей полагается быть под властью отца, в молодости -
  мужа, по смерти мужа - [под властью] сыновей: пусть женщина [никогда]
  не пользуется самостоятельностью (svatantrata).
  149. Пусть она никогда не желает разлуки с отцом, мужем и сыновьями;
  оставляя их, женщина делает заслуживающими презрения обе семьи [- свою
  и мужа].
  150. [Ей] надо быть всегда веселой, искусной в домашних делах, имеющей
  хорошо вычищенную утварь и экономной в расходах.
  151. Кому бы ни отдал ее отец или, с разрешения отца, брат, ей следует
  повиноваться ему при жизни и не пренебрегать им после его смерти.
  152. Для обеспечения счастья [новобрачных] при бракосочетании
  производятся чтение благоприятствующих мантр и жертвоприношение
  Праджапати; передача (pradana) [дочери отцом] - основание
  собственности *.
  154. Муж, [даже] чуждый добродетели, распутный или лишенный добрых
  качеств, добродетельной женой должен быть почитаем, как бог *.
  155. Для жен не существует отдельно жертвоприношения, обета, поста; в
  какой мере она повинуется мужу, в такой же она прославляется на небе.
  156. Добродетельная жена, желающая достичь [после смерти]
  местопребывания мужа, пусть не делает ничего неприятного для
  получившего ее руку, - как живущего, так и умершего.
  157. Пусть она добровольно изнуряет тело, [питаясь только] чистыми
  цветами, кореньями и плодами; после смерти мужа ей не следует
  произносить даже имени другого [мужчины] *.
  158. Ей полагается до смерти быть терпеливой, чистой, целомудренной,
  желающей [исполнить] ту высочайшую дхарму, которая [предписана] для
  жен, имевших только одного мужа.
  159. Многие тысячи целомудренных с юности брахманов достигли неба,
  [даже] не оставив потомства.
  160. Добродетельная жена, пребывающая в целомудрии после смерти мужа,
  достигает неба, даже не имея сыновей, как те целомудренные *.
  161. Но жена, которая из желания [иметь] потомство, нарушает [обет
  верности умершему] мужу, встречает презрение в этом мире и лишается
  местопребывания мужа [на небе].
  162. Потомство, рожденное от другого, - даже в другом браке, - в этом
  мире не признается; другой муж нигде не предписан для добродетельных
  женщин.
  163. [Даже та], которая, оставив своего мужа низкого *, сожительствует
  с высоким, достойна осуждения в мире и называется "вновь вышедшей
  замуж (parapurva)".
  164. Из-за неверности мужу жена в мире снискивает презрение, [а] после
  смерти оказывается в чреве шакала и мучается ужасными болезнями.
  165. Та, которая, имея обузданные мысли, слова и тело, не изменяет
  мужу, достигает [после смерти] местопребывания мужа и называется
  добродетельными "добродетельной" (sadhvi).
  167. Дваждырождснпый, знающий дхарму, жену, ведшую себя таким образом,
  принадлежащую к той же, что и он, варпе. умершую раньше него, пусть
  сожжет, используя священный огонь и жертвенные принадлежности.
  168. Использовав огни при похоронном обряде в честь жены, умёршей
  раньше [него], муж можс:т опять совершить брачный обряд и зажечь
  священные огни.
 
  ГЛАВА VI
 
  2. Когда домохозяин увидит у себя морщины, седину и детей у детей -
  ему следует отправиться в лес.
  3. Покинув деревенскую пищу * и всю домашнюю утварь, пусть идет в лес,
  оставив жену на попечение сыновей, или вместе с ней .
  4. Взяв с собой священный огонь (agnihotra) и утварь, необходимую для
  приношения жертв на огне, выйдя из деревни в лес, пусть живет, имея
  обузданные чувства.
  5. Надо в соответствии с предписаниями приносить великие
  жертвоприношения различными чистыми видами пищи отшельников или
  зеленью, кореньями и плодами.
  6. Полагается носить шкуру или рубище (cira), купаться вечером и
  утром, всегда иметь косу, бороду, волосы и ногти.
  10. И пусть совершает жертвоприношения созвездиям, от первых плодов, в
  начале каждого периода в четыре месяца, а также по порядку в день
  зимнего и летнего поворота солнца.
  11. Надо приносить жертвы, как предписано, весенними и осенними
  чистыми видами пищи отшельников *, собранными им самим, а также
  отдельно жертвенными лепешками (puroda^a) и вареным рисом (earn).
  12. Принеся в жертву божествам эту лесную очень чистую жертвенную
  пищу, он может взять для себя остаток, а также соль, добытую им самим.
  13. Он может есть зелень земную и водную, цветы, коренья и плоды,
  имеющие происхождение от чистых деревьев, и жиры, имеющие
  происхождение от плодов.
  23, Летом следует подвергаться жару пяти огнен , в дождливое время
  года проживать под тучами, зимой иметь мокрую одежду, последовательно
  увеличивая [суровость] аскетического подвига.
  24. Совершая омовение в три времени дня, надо удовлетворять
  [возлиянием воды] предков и богов и, исполняя [все] более суровые
  аскетические подвиги, иссушать тело.
  25. Поместив в себя священные огни согласно правилу *, питаясь
  кореньями и плодами, следует быть отшельником без огня и крова.
  29. Пусть брахман, живущий в лесу, исполняет эти и другие обеты и
  различные наставления о достижении слияния с атманом, содержащиеся в
  Упанишадах,
  30. исполненные риши, брахманами, а также домохозяевами для увеличения
  священного знания, аскетических подвигов и для очищения тела.
  31. Или, отправившись на северо-восток, ему следует идти прямо до
  падения тела, имея пищу в виде воды и воздуха.
  32. Брахман, избавившись от тела одним из тех многих подвигов,
  [практикуемых] великими риши *, свободный от печали и страха,
  прославляется в мире Брахмы.
  33. Проведя таким образом в лесах третью часть жизни, следует бродить
  четвертую часть жизни, отбросив мирские связи.
  34. Идя от ащрамы к ащраме, совершив жертвоприношения, обуздав органы
  чувств, истощившись [сбором] милостыни и [приношением] бали, бродячий
  аскет (pravrajan) после смерти блаженствует.
  35. Уплатив три долга , надо устремить мысль к [достижению]
  конечного освобождения (inoksa); стремящийся же к спасению, не-
  уплатив [ три долга], низвергается в преисподнюю.
  36. Только изучив как полагается Веды, произведя согласно дхарме
  сыновей и принеся с усердием жертвы, он может устремить мысль к
  спасению.
  37. Дваждырождепный, ищущий спасения, не изучив Веды. не произведя
  также потомства и не принеся жертв,-низвергается в преисподнюю.
  45. Не следует желать смерти, не следует желать жизни: пусть он
  ожидает [свое] время, как слуга (bhrtaka) - жалованье.
  46. Следует ставить ногу, очищенную взором *, пить воду, очищенную
  тканью, говорить речь, очищенную истиной, исполнять [дело],
  очищенное мыслью.
  47. Следует спокойно переносить брань, никого не презирать и ради
  этого тела ни с кем не враждовать.
  48. На гневающегося пусть не гневается со своей стороны, проклинаемый
  - благословляет и ложную речь, относящуюся к мирским делам *, не
  говорит.
  49. Находя удовольствие во всем, относящемся к атману, будучи
  равнодушным, воздерживаясь от чувственных удовольствий, стремясь к
  достижению вечного блаженства, пусть бродит в этом мире в обществе
  самого себя.
  54. Тыквенную бутыль, деревянную чашу, глиняный [сосуд] и плетенку
  Ману, происшедший от Самосущего, объявил сосудами аскета (yati).
  55. Милостыню полагается просить один раз [.в день и] не заботиться о
  большем, ибо аскет, приверженный к милостыне, привязывается к мирским
  утехам.
  56. Аскету всегда следует собирать милостыню, когда нет дыма, оставлен
  пест, угли погасли, люди поели, когда в чашках находятся [только]
  объедки.
  57. При неполучении [милостыни] пусть не печалится, получение пусть
  его не радует; следует иметь только достаточное для жизни, отказываясь
  от употребления домашней утвари.
  58. Следует всегда избегать милостыни, данной из уважения; аскет, даже
  освободившийся от мирских уз, связывается такими подаяниями.
  69. Аскет, который ненамеренно губит днем ы ночью живые существа, для
  очищения от [греха умерщвления] их пусть, омывшись, совершит шесть
  удержаний дыхания.
  70. Три удержания дыхания брахмана, исполненные, как предписано,
  сопровождаемые произнесением священных слов (vyahrti) и слога "0м",
  должно считать высшим покаянием:
  71. ибо как сжигаются примеси у расплавленных руд, так от удержания
  дыхания сжигаются грехи органов чувств.
  72. Удержаниямн дыхания надо сжигать пороки, сосредоточенностью -
  грех, отвлечением [мыслей и чувств] - связи с внешним миром,
  размышлением - качества, несвойственные высшему существу.
  73. Путем размышления пусть познает с трудом понимаемый
  необразованными переход своей души через существа разного рода.
  74. Наделенный надлежащим познанием не связывается деяниями *;
  лишенный же познания подвергается круговому течению жизни (sarhsara).
  76. Имеющее остов из костей, связанное сухожилиями, со скрепляющим
  веществом в виде мяса и крови, покрытое кожей, зловонное, полное мочи
  и испражнений,
  77. подверженное старости и горю, страдающее местопребывание болезней,
  полное мрачной страсти и преходящее - это тело пусть покинет.
  78: Покидающий это тело освобождает себя от бедствия [этого мира,
  страшного, как] акула, подобно тому, как дерево [покидает] берег реки
  или как птица - дерево.
  79. Оставив [плоды] добрых дел друзьям, а злых - недругам, он путем
  размышления достигает вечной брахмы.
  80. Когда по состоянию [души] он становится равнодушным ко всем
  предметам, тогда он достигает вечного счастья и после смерти и в этом
  мире.
  91. Дваждырожденными, находящимися в четырех ащрамах, дхарма, имеющая
  десять признаков, должна всегда исполняться усердно.
  92. Постоянство, снисходительность, смирение, непохищение, чистота,
  обуздание чувств, благоразумие, знание Веды, справедливость и
  негневливость - образуют дхарму, обладающую десятью признаками.
  93. Брахманы, которые изучают дхарму, имеющую десять признаков, а
  изучив - выполняют, достигают высшей цели.
  94. Дваждырожденный, исполняющий с сосредоточенным вниманием дхарму,
  имеющую десять признаков, изучив, как предписано, Веданту, свободный
  от долгов *, может стать санньясином.
  95. Оставив все дела, загладив грехи, [происшедшие от] деяний, обуздав
  себя, изучая Веду, он может жить счастливо под опекой сына.
  96. Так, оставив дела, преданный исключительно своему делу, свободный
  от желаний, отречением искупая грехи, он достигает высшей цели.
  97. Таким образом, изложена вам состоящая из четырех частей дхарма
  брахмана *, священная, [дающая] после смерти нетленный плод;
  выслушайте [теперь] дхармы царей".
 
  ГЛАВА VII
 
  1. [Теперь] я изложу вам дхармы царя, какой образ жизни следует вести
  царю, каково его происхождение и каков [путь достижения] высшего
  успеха.
  2. Кшатрием, получившим посвящение *, как предписано Ведой, должна
  совершаться, как положено , охрана всего этого [мира].
  3. Ибо, когда люди, не имеющие царя, рассеялись во все стороны от
  страха, владыка создал царя для охраны всего этого [мира],
  4. извлекши вечные частицы Индры, Анилы, Ямы, Солнца, Агни, Варуны,
  Луны и владыки богатств *.
  5. Так как царь был создан из частиц этих лучших из богов, он блеском
  превосходит все живые существа.
  6. Как солнце, он жжет глаза и сердца, и никто на земле не может даже
  смотреть на него.
  7. По могуществу он - Агни и Вайю, он - Солнце, Сома он - царь дхармы
  *, он - Кувера, он - Варуна, он - великий Индра.
  8. Даже [если] царь - ребенок, он не должен быть презираем [думающими,
  что он только] человек, так как он - великое божество с телом
  человека.
  12. Но кто по глупости ненавидит его, несомненно, погибает, ибо царь
  быстро принимает меры для его гибели.
  13. Поэтому пусть [никто] не нарушает дхарму, которую царь установил в
  пользу желательных для него [людей], и даже дхарму, нежелательную для
  нежелательных.
  14. Для этого Владыка с самого начала создал сына (atmaja) ---
  Наказание*, охранителя всех живых существ, [воплощенную] дхарму,
  полную блеска Брахмы.
  15. Из страха перед ним все живые существа - недвижущиеся и движущиеся
  - служат пользе* и не уклоняются от [исполнения] дхармы.
  16. Рассмотрев основательно место и время [преступления], возможность
  и степень сознательности (vidya), ему надо накладывать [Наказание],
  как полагается, на людей, живущих неправедно.
  17. Наказание - царь, оно - мужчина, оно - вождь (rietar) и оно -
  каратель (^asitar); оно считается обеспечением четырех ащрам.
  18. Наказание правит всеми людьми, Наказание же охраняет, Наказание
  бодрствует, когда все спят; мудрые объявили Наказание [воплощением]
  дхармы.
  19. Наложенное надлежащим образом после [должного] рассмотрения, оно
  радует весь народ, наложенное без рассмотрения, - губит все.
  20. Если бы царь не налагал неустанно Наказание на заслуживающих его,
  более сильные изжарили бы слабых, как рыбу на вертеле,
  21. ворона стала бы есть поминальное приношение и собака лизать
  жертвенную пищу, никто не имел бы собственности (svamya) и произошло
  бы перемещение высших и низших *.
  22. Весь мир подчиняется [только] посредством Наказания, ибо трудно
  найти человека чистого; ведь только из страха Наказания весь мир
  служит пользе.
  23. Боги, данавы, гандхарвы, ракшасы, [существа] летающие и ползающие,
  служат пользе только принуждаемые Наказанием.
  24. Все варны испортились бы, все преграды (setu) были бы сокрушены, и
  произошло бы возмущение всего народа * от колебания в [наложении]
  Наказания.
  25. Где идет черное, красноглазое Наказание, уничтожающее
  преступников, там подданные не возмущаются (rnuhyanti), если вождь
  хорошо наблюдает.
  28. Так как Наказание обладает великой энергией и с трудом может быть
  использовано неопытными *, то царя, отклоняющегося от дхармы, оно
  губит вместе с родственниками.
  29. Затем, оно может погубить крепость, страну, мир - движущийся и
  недвижущийся - и даже мудрецов и богов, обитающих на небе.
  30. Не может управлять правильно тот, у кого нет друзей, [кто наделен]
  глупостью, жадностью, необразованностью, приверженностью к мирским
  утехам.
  31. Наказание может быть наложено чистым*, правдивым, следующим тому,
  что сказано в щастрах, имеющим хороших помощников и умным.
  32. В своей стране надо вести себя правильно, строго наказывать
  врагов, быть прямым по отношению к верным друзьям, преисполненным
  терпения к брахманам.
  45. Надо тщательно избегать пороков, имеющих плохой конец -- десять,
  порожденных желанием, и восемь, порожденных гневом.
  46. Ведь царя, приверженного к порокам, порожденным желанием, покидают
  богатство (artha) и дхарма, но [приверженного] к порокам, порожденным
  гневом, - даже душа. 47. Охота, игра в кости, спанье днем, злословие,
  женщи-
  ны, пьянство, пение, музыка, танцы и бесцельное путешествие - группа
  из десяти [пороков], порожденных желанием.
  48. Доносительство, насилие, вероломство, зависть гневливость,
  нарушение [прав] собственности (arthadusana) и оскорбление словом и
  палкой - группа из восьми [пороков], порожденных гневом.
  49. Ту жадность, которую все мудрецы определили как корень их обоих,
  надо старательно преодолевать; обе эти группы происходят от нее.
  50. Пьянство, игра в кости, женщины и охота - по порядку
  [перечисления] - эту четверку надо считать наихудшей в группе
  [пороков], порожденной желанием.
  53. [При сравнении] порока и смерти порок считается худшим; порочный
  идет в преисподнюю, умерший непорочный идет на небо.
  54. Надо назначить семь или восемь сановников (saciva). наследственных
  (maula), знатоков щастр, храбрых, опытных в военном деле, родовитых
  (kulodgata), испытанных.
  55. Даже дело, которое легко исполнимо, с трудом исполнимо одним; тем
  более [сложно управлять], особенно без помощников, весьма процветающим
  царством.
  56. Вместе с ними следует постоянно обдумывать обычные [дела], мир
  (samdhi), войну (vigraha), [четыре предмета., называемые] стхана *,
  взимание налогов (samudaya), охрану [страны] и обеспечение
  приобретенного.
  57. Узнав мнение каждого из них - в отдельности или совместно, -
  следует самому выбирать при исполнении дел полезное для себя.
  58. Но с отличнейшим из всех них ученым брахманом пусть царь держит
  самый важный совет относительно шести форм политики *.
  63. Посла (duta) следует назначать сведущего во всех щастрах,
  понимающего [скрытый смысл] непроизвольных движений, выражений лица,
  жестов, честного, способного, родовитого.
  64. Посол для царя рекомендуется преданный, честный, опытный,
  памятливый, знающий [надлежащее] место и время [для действия],
  представительный, бесстрашный, речистый.
  65. Армия (danda) зависит от военачальника (arnatya), контроль [над
  подданными] - от армии, сокровищница и страна - от царя, мир и его
  противоположность - от посла.
  66. Ибо только посол соединяет и разъединяет союзников, [именно] посол
  распоряжается делом, которым люди разъединяются.
  74. Один стрелок, находящийся на стене, побеждает сотню, сотня -
  десять тысяч; поэтому [царю] предписывается [иметь] крепость.
  75. Нужно, чтобы она изобиловала оружием, деньгами (dhana), зерном,
  перевозочными средствами, брахманами, ремесленниками (^iipin),
  машинами*, фуражом и водой.
  76. В центре ее следует построить для себя обширный дом, защищенный,
  пригодный для всех времен года, блистающий [белизной], снабженный
  водой и [окруженный] деревьями.
  77. Поселившись в нем, следует взять жену той же варны, одаренную
  [благоприятными] знаками, родившуюся в знатной семье (kule mahati),
  любимую, одаренную красотой и хорошими качествами.
  78. Надо назначить пурохиту *, а также подобрать жрецов (rtvij); им
  полагается исполнять домашние обряды [для царя] н жертвоприношения на
  огне (vaitanika).
  79. Пусть царь чтит богов различными жертвоприношениями с обильными
  дарениями [жрецам] и ради дхармы пусть дает брахманам пищу и
  имущество.
  81. В разные места следует назначать разных опытных надзирателей;
  пусть они за него наблюдают за всеми работами, исполняемыми людьми.
  82. Следует быть почтительным по отношению к брахманам, вернувшимся из
  семьи гуру *, ибо сокровище, даваемое брахманам, считается нетленным
  для царей:.
  83. его ни воры, ни враги не могут похитить и погубить; поэтому царем
  должно даваться брахманам нетленное сокровище.
  87. Царь, охраняющий народ, будучи вызван [на бой врагом] равным,
  более сильным или более слабым, исполняя дхарму кшатрия, пусть не
  уклоняется от битвы.
  88. Храбрость в битвах, защита народа, почитание брахманов-лучшее
  средство для царей достичь блаженства.
  89. Цари, взаимно желающие убить друг друга в битвах, сражающиеся с
  крайним напряжением сил, с неотвращенпым лицом, идут на небо.
  90, Сражаясь в битве, не следует поражать врагов вероломным оружием -
  ни зубчатым, ни отравленным, ни раскаленным на огне.
  91. Не полагается убивать оказавшегося на земле, [если сам на
  колеснице], ни кастрата, ни стоящего со сложенными руками [с просьбой
  о помиловании], ни имеющего распущенные волосы, ни сидящего, ни
  говорящего: "я твой",
  92. ни спящего, ни ненадевшего доспехи, ни нагого, ни безоружного, ни
  несражающегося, [а только] смотрящего, ни сошедшегося [в схватке] с
  другим,
  93. ни несражающегося, оказавшегося в затруднительном положении
  (vyasana) *, ни пораженного, ни тяжелораненого, ни устрашенного, ни
  отступающего, - всегда помня дхарму добродетельных [воинов].
  94. Кого же, устрашенного, отступающего в битве, убивают враги, тот
  принимает на себя всякий грех начальника, каков бы он ни был.
  95. Какое бы доброе дело у него ни было совершено ради иного мира, всю
  [заслугу] убитого при отступлении получает начальник.
  96. Кто [лично] захватывает колесницу, лошадь, слона, зонтик, деньги
  *, зерно, скот, женщин *, всякое [прочее] добро и недрагоценный
  металл, - это его.
  97. Пусть [воины] отдадут лучшую долю царю: так сказано в Веде; не
  захваченное в отдельности должно быть царем распределено между всеми
  воинами.
  98. [Итак], эта неприкрашенная вечная дхарма воинов объявлена: от этой
  дхармы пусть не уклоняется кшатрий, убивающий в битве врагов.
  101. То, что он не имеет, пусть старается [приобрести] силой (danda),
  приобретенное-охраняет заботливо, сохраненное - приумножает
  приращением, приумноженное - вручает достойным получать [дары] *.
  111. Царь, который по неразумию беспечно мучает свою страну,
  немедленно лишается вместе с родственниками страны и жизни.
  112. Как от мучения тела гибнут жизни людей, так от мучения страны
  гибнут жизни царей.
  113. Пусть при управлении страной всегда исполняет следующее правило;
  ибо царь, имеющий правильно управляемую страну, растит благополучие.
  114. Подчинение (samgraha) страны следует обеспечивать, поместив отряд
  (gulma) [воинов] посреди двух [деревень], трех, пяти, а также сотен
  деревень.
  115. Следует назначить старосту (adhipati) для [каждой] деревни,
  управителя (pati) десяти деревень, управителя (i^a) двадцати и ста, а
  также управителя тысячи.
  116. Деревенский староста (gramika) пусть сам сообщает должным образом
  о преступлениях, совершенных в деревне, управителю (i^a) десятью
  деревнями, управитель десятью - управителю двадцатью;
  118. Что должно быть даваемо царю жителями деревниежедневно - пища,
  питье, топливо и т.д.-то пусть собирает деревенский староста.
  119. Управитель десятью пусть пользуется (bhunjita) одной кулой*,
  управитель двадцатью-пятью кулами, управитель (adhyaksa) над сотней
  деревень-деревней, управитель тысячи - городом.
  120. За их действиями в деревнях, а также за частными делами пусть
  наблюдает особый сановник (saciva) царя-верный и неутомимый.
  121. В каждом городе надо назначить одного, думающего обо всех делах,
  высокого по положению, грозного на вид, подобного планете * среди
  звезд.
  122. Пусть он всегда посещает всех тех [служащих] сам; поведение их в
  сельских местностях (rastra) пусть проверяет должным образом
  посредством соглядатаев (сага).
  123. Ведь слуги царя, назначенные для охраны [народа], бывают большей
  частью порочными, стремящимися к захвату чужой собственности; от них
  нужно защищать этот народ,
  124. Пусть царь, забрав имущество тех [служащих], которые по
  злонамеренности вымогают деньги (artha) у тяжущихся, отправит [их] в
  изгнание.
  125. Для женщин, занятых на царской службе, и вообще слуг (presya)
  следует установить ежедневное содержание (vrtti), соответствующее
  положению и работе.
  126. Одна пана * должна быть дана как жалованье (vetaпа) для низшего и
  шесть - для высшего -, а также одно платье в шесть месяцев и дрона *
  зерна ежемесячно.
  129. Как мало-помалу поглощают пищу пиявка, теленок и пчела, так
  мало-помалу царем должен быть получаем от страны ежегодный налог
  (kara).
  130. Царем может быть взята пятидесятая часть скота и золота, а также
  восьмая, шестая или же двенадцатая часть зерна (dhanya).
  131. Он может также взимать шестую часть древесины, мяса, меда,
  коровьего масла, благовоний, лекарственных трав, соков, цветов,
  кореньев и плодов,
  132. листьев, зелени, трав, шкур и плетеных изделий, глиняных сосудов
  и всего, сделанного из камня.
  133. Царь, даже погибая, пусть не взимает налог с знатока Веды; не
  должен умереть от голода знаток Веды, живущий в его стране.
  134. У какого царя в стране погибает от голода знаток Веды, у того от
  того же голода быстро погибает страна.
  135. Убедившись в поведении, соответствующем Веде, следует установить
  для него содержание, полагающееся по дхарме, и охранять во всех
  случаях, как отец родного сына.
  136. Какую бы дхарму он ни совершал, ежедневно охраняемый царем,
  посредством этого возрастает жизнь, богатство, а также страна царя.
  138. Царь может заставить исполнять работу один [день] каждый месяц
  ремесленников всех специальностей (karukanchilpinah) и щудр, живущих
  своим трудом.
  139. Не следует подсекать корень свой и других чрезмерной жадностью,
  ибо подрубающий корень губит себя и других.
  140. Рассматривая дела, царю следует быть строгим и добрым, ибо царь
  строгий и добрый весьма уважается.
  143. Тот царь мертвый, [а] не живой, который вместе со слугами видит,
  как взывающих [о помощи] подданных враги (dasyij) * угоняют из страны,
  [и не принимает мер к их защите].
  144. Высшая дхарма кшатрия-охрана подданных, ибо царь, вкушающий
  перечищенные плоды *, [тем самым] принимает на себя обязательство по
  исполнению дхармы (dharmenn yujyate).
  158. Следует считать врагом соседа и сторонника врага, другом - соседа
  врага, нейтральным - [всякого], кроме этих двух.
  159. Надо всех их подчинить своему влиянию переговорами и прочими
  средствами, [употребленными] отдельно или совместно, мужеством и
  политикой (naya).
  160. Надо всегда обдумывать шесть форм политики; это - союз, война,
  поход, выжидание, разделение [войска] и поиски помощи *.
  182. Выступать в поход надо в благоприятный месяц маргащирша или в
  месяцы пхальгуна и чайтра *, - в зависимости от [состояния] войска,
  183. но можно выступить победоносно в другое время, если он видит
  верную победу, а также при все большем ослаблении врага.
  184. Устроив должным образом дела на своей территории (mula) и
  необходимое для похода, обеспечив базу [военных действий] и надлежаще
  расположив шпионов,
  185. расчистив три рода дорог *, [организовав] свое войско. состоящее
  из шести частей *, надо постепенно в соответствии с правилами
  воинского искусства (samparayika) двигаться на вражеский город.
  186. Надо быть бдительным по отношению к тайному союзнику врага, а
  также к перебежчику, так как он - опаснейший враг.
  187. Двигаться по тому пути следует боевым порядком в виде палки *,
  повозки *, вепря *, макары *, иглы * или гаруды *.
  191. Надо приказать немногим сражаться тесным строем, при желании
  рассредоточить многих - приказать сражаться, построив их боевым
  порядком "игла" или "ваджра" *.
  192. На равнине следует использовать в битве колесницы и конницу, в
  покрытой водой местности - лодки и слонов, в покрытой деревьями и
  кустарниками-луки, в холмистой-мечи, щиты [и другое] оружие.
  193. В первых рядах следует поставить сражаться родившихся на
  Курукшетре *, матсьев *, панчалов *, щурасенов *, а также рослых и
  проворных.
  194. Построив их, надо воодушевить войско и надлежаще наблюдать [за
  ними]; следует также знать поведение сражающихся с врагами.
  195. Осадив врага, надо остановиться и опустошать его страну; надо все
  время уничтожать его фураж, продовольствие, воду и топливо.
  196. Следует также разрушать пруды, а также стены и рвы, нападать на
  него и устрашать по ночам.
  197. Следует подговаривать к мятежу склонных к этому, разузнавать все
  о его делах, а когда судьба благосклонна, сражаться без страха, желая
  победы.
  198. Надо стараться одолеть врагов мирными переговорами, подкупом
  (dana), внесением раскола - всеми [этими средствами] или [каждым] в
  отдельности, - и никогда битвой.
  199. Поскольку обеим сражающимся в битве [сторонам исход ее] - победа
  или поражение - неизвестны, то следует избегать битвы.
  200. При истощении трех средств, упомянутых ранее, надо быть готовым
  сражаться так, чтобы победить врагов.
  201. Победив, следует почтить богов* и добродетельных брахманов,
  даровать льготы и объявить об отсутствии опасности.
  202. Удостоверившись вполне в желаниях всех [побежденных], надо
  посадить [на престол] родственника [побежденного государя] и заключить
  соглашение.
  203. Пусть [царь-победитель] примет меры [для восстановления] их
  дхарм, существовавших ранее, и почтит [нового государя] вместе с
  придворными [дарениями] ценностей.
  204. Присвоение, причиняющее неудовольствие, и дарение, причиняющее
  удовольствие, [примененные] вовремя по отношению к жаждущим богатств,
  одобряются.
  205. Всякое это дело в исполнении зависит от судьбы и человека; но из
  них судьба непостижима: совершение зависит от человека *.
  212. Ради [спасения] себя, царю следует без колебания покинуть страну
  (bhumi), даже процветающую, плодоносную и благоприятную для
  скотоводства.
  213. На случай несчастья надо хранить богатство, посредством богатства
  - хранить жену; себя надо хранить, [жертвуя] даже женами, даже
  богатствами.
  218. Пусть очищает все свои вещи снадобьями, уничтожающими яды, и
  всегда держит при себе из осторожности драгоценные камни, уничтожающие
  яды.
  219. Пусть касаются его опахалом, водой и благовониями женщины
  испытанные, имеющие очищенные одежды и уборы, внимательные.
  220. Подобным образом следует проявлять бдительность относительно
  перевозочных средств, ложа, сиденья, приема пищи, купания,
  принадлежностей туалета и всех украшений.
  221. Поев, пусть развлекается с женами во внутренних покоях;
  развлекшись, пусть опять думает о делах
 
  ГЛАВА Vlll
 
  1. "Царь, желая рассмотреть судебные дела (vyavahara), пусть является
  подготовленным (vinita) в суд (sabha) вместе с брахманами и опытными
  советниками.
  2. Там, сидя или стоя *, подняв правую руку *, в скромной одежде и
  украшениях, надо рассматривать дела тяжущихся сторон,
  3. относящиеся к восемнадцати отделам, - по отдельности, ежедневно,
  посредством умозаключений, [основанных] на обычаях страны и указаниях
  щастр.
  4. Из них первое - неуплата долга, [затем] заклад, продажа чужого,
  соучастие в [торговом или другом] объединении неотдача данного,
  5. неуплата жалованья, нарушение соглашения, отмена купли и продажи,
  спор хозяина с пастухом,
  6. дхарма в споре о границе, клевета и оскорбление действием, кража,
  насилие, а также прелюбодеяние,
  7. дхарма мужа и жены, раздел наследства, игра в кости и битье об
  заклад - эти восемнадцать поводов (pada) судебного разбирательства в
  этом мире.
  8. Основываясь на вечной дхарме, надо решать дела людей спорящих
  главным образом по этим [восемнадцати] поводам (sthana) *.
  9. Но если царь не делает разбора дел лично, тогда следует назначить
  ученого брахмана для их разбора.
  10. Тот, придя в высокий суд, окруженный тремя судьями (sabhya). пусть
  разбирает дела того [царя], сидя или стоя.
  11. То место, где сидят три брахмана, знающие Веду, и назначенный
  царем ученый брахман, называют "судом Брахмы".
  12. Но где дхарма, пораженная адхармой, проникает в суд и судьи
  преступление не пресекают, там судьи (sabhasad) поражаются [той же
  адхармой].
  13. Или не следует приходить в суд, или должно говорить правильно;
  человек не говорящий или лгущий является грешником (kilbisin).
  14. Где на глазах [у судей] дхарма губится адхармой, а правда - ложью,
  там гибнут [сами] судьи.
  15. Дхарма нарушенная -- губит, дхарма сохраненная - охраняет, поэтому
  дхарма не должна быть нарушаема, чтобы нарушенная дхарма не покарала
  нас,
  16. Священная дхарма - бык (vj-sa); кто препятствует ему, того боги
  назвали презренным (vrsala) *; поэтому дхарму нарушать нельзя.
  17. Единственный друг, который сопровождает даже после смерти, -
  дхарма, ибо все другое идет к равной гибели, вместе с телом *.
  18. Четверть вины от [совершения] адхармы идет виновнику, четверть -
  [лживому] свидетелю, четверть - всем судьям, четверть - царю.
  19. Но царь и судьи невинны и освобождаются [от греха), а вина падает
  на совершившего [преступление], когда осуждается достойный осуждения.
  20. По желанию царя толкователем дхармы [может быть] брахман, живущий
  своим происхождением, [но неученый] или только называющий себя
  брахманом, [хотя его происхождение неизвестно], но щудра - никогда *.
  21. Страна того царя, для которого щудра с его ведома выносит
  определение дхармы, гибнет, как корова в трясине.
  22. Та страна, которая населена главным образом щудрами, полная
  неверующими (nastika), лишенная дваждырожденных, - быстро гибнет,
  измученная голодом и болезнями.
  23. Заняв место в суде, [надлежаще] одетый, сосредоточенный, почтив
  хранителей мира *, [царь] может приступить к рассмотрению дел.
  24. Зная пользу и вред, особенно дхарму и адхарму, надо рассматривать
  все дела тяжущихся сторон, следуя порядку варн.
  25. Внутреннее настроение людей надо узнавать по внеш ним признакам:
  по звукам [голоса], цвету [лица], движениям, глазам и жестам.
  27. Царю полагается охранять имущество (riktha) ребенка - наследство и
  прочее, - пока он не вернется [из дома гуру] или не выйдет из
  малолетства *.
  28. Следует установить опеку для женщин бездетных, лишившихся семьи,
  для жен * и вдов, верных мужьям, и для больных.
  29. Добродетельному царю надо наказывать как воров тех родственников,
  которые захватывают [их имущество] при их жизни.
  30. Царю надлежит заставить хранить три года имущество, хозяин
  которого скрылся; до истечения трех лет - может получить хозяин, после
  - может забрать царь.
  61. [Теперь] я расскажу про свидетелей, которые должны быть
  представляемы кредиторами (dhanin) при судебных разбирательствах, а
  также о том, как ими должна говориться правда.
  62. Домохозяева, имеющие детей, коренные жители (mau1а), кшатрии,
  вайщии и шудры, вызванные истцом (arthin). достойны давать показания,
  а не. всякий, -- кроме крайних обстоятельств.
  63. В судебных делах должны допускаться свидетели, достойные доверия,
  из всех варн, знающие всю дхарму, чуждые жадности, но обладающих
  противоположными качествами надо избегать.
  64. Не должны допускаться [в свидетели] ни заинтересованные в иске, ни
  родственники, ни соучастник, ни враги, ни [ранее] изобличенные , ни
  пораженные болезнями, ни опороченные *.
  65. Не может быть допущен в качестве свидетеля ни царь, ни ремесленник
  *, ни актер (ku^ilava), ни знаток Веды, ни изучающий Веду, ни
  отрекшийся от мирских уз,
  66. Ни раб *, ни осуждаемый людьми, ни дасью *, ни предающийся
  недозволенным занятиям, ни старец, ни дитя, ни низкорожденный *, ни
  лишенный какого-либо органа чувств,
  67. ни бедствующий, ни пьяный, ни безумный, ни мучимый голодом и
  жаждой, ни изнуренный усталостью, ни мучимый любовью, ни гневающийся,
  ни вор (taskara).
  68. Пусть дают свидетельские показания относительно женщин - женщины,
  относительно дваждырожденных - такие же дваждырожденные, честные шудры
  - относительно шудр, относительно низкорожденных - низкорожденные.
  69. Но очевидец, кто бы он ни был, может давать свидетельские
  показания относительно тяжущихся [при событии] во внутреннем покое, в
  лесу, а также при опасности для жизни *.
  70. При отсутствии [надлежащих свидетелей, показание] должно быть дано
  ребенком, стариком, учеником или даже родственником, рабом (dasa) или
  слугой (bhrtaka).
  71. Но показание детей, стариков, больных, говорящих при допросе
  неверно, следует считать ненадежным, так же как [людей] со смятенным
  рассудком *.
  72. Во всех случаях насилия, воровства и прелюбодеяния, при
  оскорблении словом и делом не надо проверять свидетелей [слишком
  тщательно] *.
  73. При разногласиях [в показаниях] свидетелей царю следует
  предпочесть [мнение] большинства, при равенстве - наделенных
  выдающимися качествами, при разногласии между отличными - брахманов.
  74. Свидетельское показание, [основанное на] виденном своими глазами
  или слышанном, - считается важным; при этом свидетель, говорящий
  истину, не лишается дхармы и имущества (artha) *.
  75. Свидетель, в благородном суде (aryasamsad) говорящий другое, чем
  видел и слышал, после смерти низвергается в преисподнюю и лишается
  неба.
  77. Один бескорыстный мужчина может быть свидетелем, а также другие
  [многие мужчины], не отягощенные пороками, но не женщины, [хотя бы и]
  честные, даже если их много, - вследствие непостоянства женского ума.
  82. Говорящий неправду при свидетельских показаниях крепко связывается
  путами Варуны *, будучи беспомощным в течение ста существований;
  поэтому при свидетельских показаниях надо говорить правду.
  88. Брахмана следует спрашивать: "Скажи!"; кшатрия - "Скажи правду";
  вайщия - [объявляя ему, что лжесвидетельство столь же преступно, как
  кража] коров, зерна и золота; щудру - [угрожая ему] наказанием, как за
  всякое преступление, лишающее касты.
  89. Те места, которые предписаны [после смерти] для убийцы брахмана и
  для убийц женщин и детей, для предателя друга и для неблагодарного, -
  те будут [местопребыванием после смерти] для говорящего ложно.
  90. Какое бы доброе дело (punya) ни было совершено тобой, добрый
  человек, [заслуга от него] вся идет от тебя к собакам, если ты
  говоришь неверно.
  91. Если ты, добродетельный, думаешь: "Я один", [то знай, что] у тебя
  в сердце постоянно находится совесть (muni) - наблюдатель за заслугами
  и дурными делами.
  97. Выслушай теперь, друг, скольких родственников, при каком
  свидетельском показании, убивают говорящие ложь; [эти виды
  лжесвидетельств] перечислены в должном порядке.
  98. Пятерых он убивает при лжесвидетельстве относительно скота,
  десятерых убивает при лжесвидетельстве относительно коров, сотню
  убивает при лжесвидетельстве относительно лошадей, тысячу - при
  лжесвидетельстве относительно людей *.
  99. Говорящий неверно в деле, касающемся золота, убивает родившихся и
  неродившихся, он убивает все * при лжесвидетельстве относительно земли
  (bhumi): не говори лжи относительно земли.
  100. [Лжесвидетельство] относительно воды *, наслаждения и сношения с
  женщинами, относительно драгоценностей, зародившихся в воде *, и всех
  камней считают равным [лжесвидетельству] относительно земли.
  103. Человек, из благочестивого побуждения говорящий при разборе дела
  иначе, чем он знает, не лишается неба и мира; такую речь называют
  божественной.
  104. Если вследствие правдивого показания может быть [причинена]
  смерть щудре, вайщию, кшатрию или брахману, должно говорить неправду,
  ибо такая [неправда] предпочитается истине.
  105. Совершающие полное искупление греха этой лжи пусть принесут
  жертвы Сарасвати * вареным рисом, посвященным богине красноречия.
  109. При отсутствии свидетелей в тяжбах (artha) между двумя спорящими
  сторонами [судья], не знающий точно истину, может заставить открыть
  [ее] даже клятвой.
  110. И великими риши и богами для [решения] дела давались клятвы,
  даже Васиштха клялся царю, сыну Пиджаваны *.
  111. Умному человеку не следует давать клятву ложно, ибо дающий ложную
  клятву погибает после смерти и здесь.
  112. Нет преступления, вызывающего потерю касты, при [ложной] клятве в
  случаях, касающихся женщин *, браков, корма для коров, топлива [для
  жертвоприношения] и оказания помощи брахману.
  113. Надо заставить клясться брахмана [своей] правдивостью, кшатрия -
  колесницами и оружием, вайщия - коровами, зерном и золотом*, шудру
  -всеми тяжкими преступлениями.
  114. Или следует заставить [обвиняемого] взять огонь, погрузиться в
  воду или же прикоснуться к головам жены и сыновей в отдельности.
  115. Тот, кого пылающий огонь не обжигает, кого вода не заставляет
  подняться вверх и [с кем] вскоре не случается несчастья, должен
  считаться чистым в клятве.
  119. Виды наказания для того, кто дает ложное показание по одной из
  этих причин, я изложу в должном порядке.
  120. [Тот, кто лжесвидетельствовал] из жадности, должен быть
  оштрафован тысячью [пан], из глупости - низшим штрафом, из
  страха-двойным средним штрафом, из дружбы - учетверенным низшим,
  121. из любви-удесятеренным низшим, из гнева-двойным высшим, из
  невежества - двумя полными сотнями [пан] и из беспечности - сотней.
  122. Объявили, [что] эти наказания за лжесвидетельство установлены
  мудрецами для укрепления дхармы и обуздания адхармы.
  123. Виновных в лжесвидетельстве членов трех варн * справедливому царю
  надо, оштрафовав, изгнать, брахмана - только изгнать.
  124. Ману, происшедший от Самосущего, назвал десять объектов
  наказания, но брахман может удалиться невредимым.
  125. [Эти объекты]:орган деторождения, чрево, язык, обе
  руки и пятое - обе ноги, [а также] глаз, нос, оба уха, имущество и
  туловище.
  128. Царь, наказывающий не заслуживающих этого, а заслуживающих этого
  ненаказывающий, принимает на себя великое бесчестие и идет в ад.
  129. Сначала следует сделать замечание, после него-выговор, третьим
  [идет] штраф, [и только] после этого высшее - телесное наказание.
  130. Но если он не может удержать их даже телесным наказанием, тогда
  следует применить к ним все это - четыре [вида наказаний] вместе.
  138. Двести пятьдесят пан считаются первым штрафом, пять[сот] должно
  считать средним, тысяча - высшим.
  139. Если [в суде] признано, что долг следует вернуть, [должник]
  обязан [уплатить в виде штрафа] пять со ста; если он отрицает [и его
  обличат], - вдвое: таково предписание Ману.
  140. Ростовщик (vardhusika) может получать процент (vrddhi) *,
  увеличивающий богатство, установленный Васиштхой * - брать
  восьмидесятую часть со ста в месяц *.
  141. Или, помня дхарму добродетельных людей, может брать два со ста [в
  месяц] *, ибо берущий два со ста не делается грешником ради выгоды.
  142. Ровно два, три, четыре и пять процентов со ста в месяц полагается
  брать соответственно порядку варн *.
  148. Если [собственность] того, [кто] не слабоумен и совершеннолетен,
  использовалась с [его] ведома *, она согласно обычаю (vyavahara)
  потеряна для него; пользователь имеет право (arhati) на это имущество.
  149. Залог, граница земли (sirna), имущество детей, вклад, открытый
  (niksepa) * или запечатанный (upanidhi) *, женщины *, собственность
  (sva) царя и имущество знатока Веды не потеряны вследствие пользования
  [другими].
  150. Кто, неразумный, использует залог без разрешения хозяина, тот как
  вознаграждение за его использование должен уступить половинный
  процент.
  151. Процент по денежной ссуде (kusidavrddhi), [и долг], внесенные
  вместе, не [могут] превышать удвоенной [суммы долга] : для зерна,
  плодов, шерсти и вьючных животных - не [могут] превышать упятеренной.
  152. Добавочный [процент] к установленному обычаем (anusara),
  противоречащий [закону], не действителен; это объявили
  ростовщичеством; [заимодавец] имеет право на пять со ста *.
  153. Не полагается брать процент ни более года*, ни неодобренного
  (adrsta), ни сложного процента (cakravrddhi), ни периодического
  процента , ни установленного *, ни телесного *.
  159. [Долг отца] из-за поручительства, из-за легкомысленного дарения
  *, из-за проигрыша, из-за пьянства, остаток штрафа или пошлины (^ulka)
  сын платить не обязан.
  163. Договор (vyavahara), заключенный пьяным, безумным, страдающим [от
  болезни и т. д.], рабом (adhyadhina), ребенком, старым, а также
  неуполномоченным, - недействителен.
  164. Соглашение (bhasa), даже будучи подкрепленным [письменными
  документами, дачей залога и т. д.], не является истинным, если оно
  заключено в нарушение дхармы, принятой в деловых отношениях.
  168. Данное по принуждению, используемое насилием, а также написанное
  по принуждению - все дела, совершенные по принуждению, Ману объявил
  недействительными.
  169. Трое страдают ради других-свидетель, поручитель, судья; но
  обогащаются четверо - жрец, ростовщик (adhya), торговец (vanij), царь.
  177. Должнику полагается исполнить для кредитора равное [долгу] даже
  работой, [если он} равного или низшего происхождения (jati), но если
  более высокого, он может отдавать постепенно.
  182. При отсутствии свидетелей [надо проверить ответчика] при
  посредстве шпионов (pranidhi) соответствующего возраста и наружности,
  действительно поместив у него золото [под тем или иным] предлогом.
  183. Если он возвращает обратно [вклад] в том виде в ка ком был
  вручен, тогда не подтверждается ничто из того, в чем он обвинялся
  врагами.
  184. Но если он не возвращает им то золото, как полагается, тогда он
  должен бьпь силой принужден возвратить оба [вклада]: таково правило
  дхармы.
  191. Тот, кто не возвращает вклад, и тот, кто требует [его], не
  вручив, - оба они должны быть наказаны, как воры, и принуждены
  заплатить штраф, равный [стоимости предмета, удержанного или
  потребованного].
  204. Если, после того как жениху показана одна девушка, ему дана
  другая, он может жениться на них обеих за одну цену ("ylilka): так
  сказал Ману*.
  205. Кто выдает [девушку замуж], предварительно объявив [ee]
  недостатки, будет ли она безумной, прокаженной или потерявшей
  девственность, тот не подлежит наказанию.
  210. Главные жрецы среди всех*, имеющие право на половину, [получают]
  половину, следующие [четыре] - половину этого, имеющие право на третью
  часть - треть, имеющие право на четвертую часть- четверть *.
  211. В соответствие с этим правилом должно производиться распределение
  доли в этом мире людьми, исполняющими свои работы совместно.
  214. Таким образом, о невозвращении данного изложено полностью
  согласно дхарме; теперь я расскажу о неуплате жалованья (vetana).
  215. Наемный работник (bhrta), который, не будучи больным, из наглости
  не исполняет установленную работу, должен быть оштрафован на восемь
  кришнал, и его жалованье не должно быть уплачено ему.
  216. Но если он болен и если, выздоровев, исполняет [работу], как
  ранее было условлено, он может получить жалованье даже [по прошествии]
  очень долгого времени.
  217. Больной он или здоровый, [но] если условленную рабо.ту он не
  сделал, жалованье ему не должно выдаваться, даже за работу [только]
  немного незаконченную.
  218. Таким образом, дхарма относительно неуплаты жалованья за
  [невыполненную] работу изложена полностью; теперь я изложу дхарму
  относительно нарушителей договора (samaya).
  219. Человека, который, заключив скрепленное клятвой соглашение
  (samvid) с общиной (saiigha), с деревней или округом, нарушает [его]
  из жадности, царю следует изгнать из страны.
  220. Схватив нарушителя соглашения, надо заставить его уплатить шесть
  нишка, четыре суварны и серебряную щатаману *.
  221. Справедливому царю следует применять это [вышеупомянутое] правило
  о наказаниях к нарушающим соглашение с деревнями и родовыми общинами
  (grarnajatisamuhesu).
  222. Если кто-нибудь в этом мире, купив или продав что-либо,
  раскаивается в этом, он может отдать или получить эту вешь в
  продолжение десяти дней.
  224. Кто выдает девушку, имеющую недостатки (dosavati), не уведомив об
  этом, того пусть сам царь оштрафует на девяносто шесть пан.
  225. Но тот человек, который по злобе скажет про девушку: "Она не
  девушка",-[и] не докажет ее вины, подлежит штрафу в сто [пан].
  226. Брачные мантры установлены только для девушек, но нигде среди
  людей для недевушек, так как они лишены законных обрядов.
  246. Полагается помещать по границам деревья - ньягродха, ащваттха,
  кинщука, щалмали *, сала, пальмы и деревья, дающие млечный сок,
  247. кустарники, различные породы бам-бука, щами, лианы, холмики земли,
  тростники, кусты кубджака; при таких мерах граница не уничтожается.
  248, Пруды (tadaga), колодцы (udapana), водоемы (vapi), каналы
  (prasravana) должны быть устроены на общих границах, равно как и
  храмы.
  249. Видя в мире постоянную вражду людей из-за незнания границ, надо
  заставить сделать и другие тайные пограничные знаки,
  250. [употребив для этого] камни, кости, коровью шерсть, солому,
  пепел, черепки, коровий помет, кирпичи, уголья, гравий, песок
  251. и другие вещества подобного рода, которые земля не поглощает
  долгое время; пусть заставит незаметно поместить их в местах
  соединения границ.
  252. [Руководствуясь] этими знаками, давностью пользования
  (purvabhukti) и - всегда - течением воды, царю следует определять
  границу при споре двух [сторон].
  264. Присваивающий посредством запугивания дом, пруд, сад или поле
  должен быть оштрафован пятьюстами [пан]; если [он присвоил] по
  неведению, - штраф двести [пан].
  265. Если граница неопределима, пусть царь, знающий дхарму, для их
  блага сам назначит землю: таково правило.
  266. Таким образом, дхарма относительно определения границ объявлена
  полностью; теперь я объявлю решение [дел] об оскорблении словом.
  267. Кшатрий, обругав брахмана, подлежит штрафу в сотню [пан]; вайщий
  - в две с половиной [сотни пан], но щудра подлежит телесному
  наказанию.
  268. При оскорблении кшатрия брахман должен быть оштрафован
  "пятьюдесятью [панами], вайщия - двадцатью пятью, щудры - штрафом в
  двенадцать пан.
  269. При проступке дваждырожденных по отношению к членам той же
  варны-двенадцать [пан]; при произнесении речей, которые не должны быть
  произнесены -, штраф становится двойным.
  270. Рожденный один раз *, поносящий ужасной бранью дваждырожденных,
  заслуживает отрезания языка, ведь он - самого низкого происхождения.
  271. В рот оскорбительно отзывающегося об их имени и происхождении
  (jati) должен быть воткнут железный раскаленный стержень длиной в
  двенадцать пальцев.
  272. В уста и уши надменно поучающего брахманов их дхарме пусть царь
  прикажет влить кипящее масло *.
  273. Говорящий из дерзости ложно об учености, стране,
  происхождении (jati) и очистительных обрядах для тела должен быть
  принужден уплатить штраф в двести [пан] *.
  274. Называющий [другого] кривым, хромым и иным подобным [словом],
  даже если это соответствует действительности, должен быть принужден
  уплатить штраф по меньшей мере в каршапану.
  275. Оскорбляющий мать, отца, жену, брата, сына, гуру и не уступающий
  гуру дорогу должен быть оштрафован на сотню [пан].
  276. [За взаимную брань] между брахманом и кшатрием штраф должен быть
  наложен проницательным [царем] на брахмана низший, на кшатрия -
  средний *.
  277. Применение наказания к вайщиям и шудрам соответственно такое же,
  [но] без отрезания [языка] *: таково решение.
  278. Таким образом, правила относительно наказания за оскорбление
  словом сообщены в точности; теперь я изложу решение относительно
  оскорбления действием.
  279. Тот член, каким человек низший* ударит высшего, именно он - у
  него должен быть отрезан, таково предписание Ману.
  280. Подняв руку или палку, он заслуживает отрезания руки; лягнувший в
  гневе ногой, заслуживает отрезания ноги.
  281. Низший, пытающийся занять место рядом с высшим, должен быть
  изгнан с клеймом на бедре; зад его надо заставить отрезать
  (avakartayet).
  282. У плюнувшего по наглости [на высших] надо приказать вырезать обе
  губы, у облившего мочой - детородный член, испортившего воздух -
  задний проход,
  283. у хватающего за волосы, ноги, бороду, шею, промежность надо
  заставить отрезать обе руки.
  284. Оцарапавший кожу и вызвавший появление крови должен быть
  оштрафован на сотню [пан], повредивший мясо (marnsa) - на шесть нишка,
  сломавший кость должен быть изгнан.
  289. [При повреждении] кожи или изделий из кожи, дерева и глины-штраф,
  пятикратный их стоимости; [это также относится к порче] цветов,
  кореньев и плодов.
  296. при убийстве человека [его] вина немедленно приравнивается к вине
  вора , [при убийстве] крупных животных - коров, слонов, верблюдов,
  лошадей и т.д.- половине [ее];
  297. за нанесение вреда мелким домашним животным - штраф двести [пан];
  за красивых диких животных и птиц [в этом случае] полагается штраф в
  пятьдесят;
  298. за ослов, коз, овец полагается штраф в пять маш и штраф в одну
  машу при умерщвлении собаки или свиньи.
  299. Жена, сын, раб (dasa), ученик и родной брат, совершивший
  проступок, могут быть биты веревкой или бамбуковой палкой,
  300. но [только] по задней части, ни в коем случае по благородной ,
  поэтому бьющий иначе совершает [такой же] грех, [как и] вор.
  301. Таким образом, полностью изложены решения относительно
  оскорбления действием; теперь я сообщу правило при определении
  наказания вора (stena).
  304. Царю, охраняющему [должным образом подданных], идет шестая доля
  дхармы всех [их]; не охраняющему идет шестая доля адхармы.
  308. Царя, не охраняющего [подданных, но] получающего долю в виде
  налога, объявили принимающим на себя всю нечистоту (rnala) народа.
  309. Надо знать, что царь, не соблюдающий правил поведения (maryada),
  неверующий (nastika), жадный, не охраняющий [подданных], губящий их,
  идет в преисподнюю.
  310. Царю надо тщательно обуздывать беззаконных* тремя
  мерами-заточением (nirodhana), заковыванием в цепи (bandha) и
  различными видами телесных наказаний (vadha).
  314. Вор * должен бежать к царю с распущенными волосами и объявить о
  той краже, [говоря]: "Это сделал я, накажи меня!"
  315. и взяв на плечо палицу или палку из дерева кхадира, копье,
  заостренное с обоих концов, или железную палку;
  316. будет ли вор наказан или прощен, он освобождается от [вины]
  воровства, но царь, не наказав его, принимает на себя вину воровства.
  317. Вина убийцы брахмана переходит на того, кто ест пищу того
  [убийцы], неверной жены-на мужа, ученика и жертвователя - на гуру,
  вора - на царя.
  318. Люди, совершившие преступления, но наказанные царями, идут на
  небо, будучи чистыми, как и благочестивые, совершившие добрые дела.
  319. Кто унесет веревку или сосуд от колодца, кто испортит помещение,
  где путник получает воду (prapa), тот пусть подвергнется штрафу в одну
  машу и вернет [унесенное] туда же.
  320. Для крадущего более десяти кумбха * зерна [полагается] телесное
  наказание, в остальных случаях должен быть уплачен [штраф],
  одиннадцатикратный [стоимости украденного], и [возвращено] тому
  [собственнику] его добро.
  321. [Для крадущего] более ста [пал], измеряемого по весу золота,
  серебра и т.д., и наилучшие одежды также полагается телесное наказание
  *.
  322. [Для крадущего] более пятидесяти [пал] полагается отсечение рук:
  в остальных случаях надо накладывать штраф, одиннадцатикратный
  первоначальной стоимости похищенного.
  323. При похищении родовитых людей (kulina) и особенно женщин, а также
  лучших драгоценных камней [преступник] заслуживает смертной казни *
  324. При похищении крупных животных, оружия и лекарственных трав царю
  следует накладывать наказание, рассмотрев время и обстоятельства дела.
  325. [При похищении] коров, принадлежащих брахману, при прокалывании
  ноздрей бесплодной коровы *, при похищении [мелких] животных
  [преступник] немедленно должен быть лишен половины ноги.
  334. Пусть царь для предупреждения [повторения преступления] отнимет у
  вора именно ту часть тела, которой он действует против людей.
  335. Ни отец, ни учитель (асагуа), ни друг, ни мать, ни жена, ни сын,
  ни пурохита не должны оставаться ненаказанными; для царя ничего не
  значит имя [того], кто не исполняет своей дхармы.
  336. Если какой-либо простой (prak.rta) человек должен быть оштрафован
  на одну каршапану, тогда [за то же преступление] царь должен быть
  оштрафован на тысячу: таково установленное правило *.
  337. Но вина щудры при краже больше в восемь раз, вайция - в
  шестнадцать, кшатрия - в тридцать два,
  338. брахмана - в шестьдесят четыре, или полностью в сто раз, или
  вдвое более, чем шестьдесят четыре, [соответственно] пониманию [каждым
  из них сущности] добра и зла.
  339. [Собирание] кореньев и плодов от деревьев, дров для огня, травы
  для корма коров Ману объявил не воровством.
  345. Человек, совершивший насилие, должен считаться худшим злодеем,
  чем ругатель, вор и ударивший палкой.
  346. Но царь, который прощает совершающего насилие, быстро идет к
  гибели и подвергается ненависти [народа].
  347. Ни вследствие дружбы, ни ради большой выгоды пусть царь не
  отпускает на волю насильников, наводящих ужас на все существа.
  348. Дваждырожденные должны браться за оружие, когда встречается
  препятствие к выполнению ими их дхармы и когда для дваждырожденных
  варн наступает время бедствия *.
  349. Убивающий, защищая самого себя, при охране жертвенных даров, при
  защите женщин и брахмана по закону не совершает греха.
  350. Можно убивать, не колеблясь, нападающего убийцу, - [даже] гуру,
  ребенка, престарелого или брахмана, весьма ученого в Беде.
  351. Убийство убийцы-открытое или тайное-никогда не является для
  убивающего грехом; в этом случае бешенство нападает на бешенство.
  352. Людей, домогающихся чужих жен, царю следует изгонять, подвергнув
  наказаниям, внушающим трепет.
  353. Ибо [прелюбодеяние], возникшее из этого, рождает смешение варн,
  благодаря которому [возникает] адхарма, уничтожающая корни и
  причиняющая гибель всему.
  354. Если человек, ранее обвиненный в грехах, [связанных с супружеской
  неверностью], тайком беседует с чужой женой, он должен уплатить первый
  штраф.
  355. Но ранее не обвиненного, который беседует по делу, не следует
  считать виновным, так как преступления с его стороны нет.
  356. Кто любезничает с чужой женой [в уединенных местах] - где берут
  воду (tirtha), в лесу (агапуа), в роще (vana) или при слиянии рек, -
  должен считаться виновным в прелюбодеянии.
  357. Услужливость, заигрывание, прикосновение к украшениям и одеждам,
  а также совместное сидение на ложе - все [это] считается
  прелюбодеянием.
  358. Если кто прикасается к женщине не в [надлежащем] месте * или
  разрешает ей прикасаться к себе, - все, [совершенное] по обоюдному
  согласию, считается прелюбодеянием.
  361. Не следует заводить разговор с чужими женами тому, кто не получил
  разрешения; тот, кто беседует, не получив на это разрешения, достоин
  штрафа в одну суварну.
  362. Это правило [не относится] к женам бродячих актеров и тем, кто
  живет за счет своих жен , ведь они заставляют [их] отдаваться
  [другим]: оставаясь сами скрытыми, они побуждают [жен] иметь грешные
  связи.
  363. Заводящий разговор в уединенном месте с такими женщинами, со
  служанками, зависящими от одного [хозяина] *, или с отшельницами *
  должен быть принужден уплатить некоторый штраф.
  364. Кто обесчестит девушку против ее воли, тот немедленно подлежит
  телесному наказанию; но человек, обесчестивший с ее согласия, не
  подлежит телесному наказанию, если он равен ей.
  365. Девушку, сошедшуюся с [мужчиной], высшим [по происхождению], не
  надо заставлять платить ничего *, но имевшую связь с низшим надо
  заставить жить заточенной в доме *.
  366. Низший, сошедшийся с высшей, заслуживает телесного наказания;
  сошедшемуся с равной полагается уплатить брачное вознаграждение
  (^ulka), если отец согласен.
  367. Но если какой-нибудь человек нагло обесчестит девушку, два его
  пальца должны быть отрезаны и он заслуживает штрафа в шестьсот [пан].
  368. Равный, обесчестивший девушку, не подлежит отрезанию пальцев, но
  должен быть принужден уплатить двести [пан] для недопущения повторения
  [преступления].
  369. Для девушки, которая растлит другую девушку, полагается штраф в
  двести [пан], пусть она уплатит двойное брачное вознаграждение, а
  также пусть получит десять розог.
  370. А женщина, которая растлит девушку, заслуживает немедленного
  обрития головы, отрезания двух пальцев, а также того, чтобы ее
  провезли на осле *.
  371. Если женщина, обнаглевшая вследствие знатности родственников и
  [своего] превосходства *, изменяет своему мужу, пусть царь прикажет
  затравить ее собаками на многолюдном месте.
  372. Мужчину-преступника пусть прикажет сжечь на раскаленном железном
  ложе; пусть подбрасывает под него дрова, пока не сгорит злодей.
  373. На виновного [однажды и опять] обвиненного в течение года - штраф
  двойной; столько же за сожительство с вратьей * и чандалкой *.
  374. Щудра, сожительствующий с [женщиной] дваждырожденных варн, -
  охраняемою * или неохраняемою, - лишается: если с неохраняемою -
  детородного члена и всего имущества, если с охраняемою - всего, [даже
  жизни].
  375. Вайщий должен быть оштрафован * на все [принадлежащее ему]
  имущество после заточения (nirodha) на год, кшатрий должен быть
  оштрафован на тысячу [пан] и обрит с мочой*.
  376. Но если вайщий или кшатрий имеют связь с неохраняемой брахманкой,
  вайщия надо оштрафовать пятьюстами [пан], а кшатрия - тысячью.
  377. Но если они оба согрешили с охраняемой брахманкой, они должны
  быть наказаны, как шудра *, или сожжены на огне из сухой травы.
  378. Брахман, сошедшийся с охраняемой брахманкой против ее воли,
  должен быть оштрафован на тысячу; сошедшийся с добровольно
  согласившейся - на пять сотен.
  379. Для брахмана полагается обритие [головы вместо] смертной казни;
  для других же варн смертная казнь может применяться.
  380. Никогда нельзя убивать брахмана, даже погрязшего во всяческих
  пороках; надо изгнать его из страны со всем его имуществом без
  [телесных] повреждений.
  381. На земле нет поступка, более несоответствующего дхарме, чем
  убийство брахмана, поэтому царю не следует даже помышлять о его
  убийстве.
  386. Царь, в городе которого нет ни вора, ни прелюбодея, ни
  клеветника, ни грабителя, ни насильника, удостаивается мира Щакры *.
  387. Обуздание этих пяти в его стране обеспечивает для царя положение
  верховного властителя среди равных ему и славу в мире.
 
  ГЛАВА IX
 
  1. [Теперь] я изложу вечные дхармы для мужа и жены, пребывающих на
  пути дхармы, - будут ли они вместе или в разлуке.
  2. День и ночь женщины должны находиться в зависимости от своих мужчин
  *, ибо, [будучи] приверженными к мирским утехам, они должны быть
  удерживаемы в их желаниях.
  3. Отец охраняет [ее] в детстве, муж охраняет в молодости, сыновья
  охраняют в старости; женщина никогда не пригодна для самостоятельности.
  4. Достоин порицания отец, не выдающий в надлежащее время [дочь
  замуж], достоин порицания муж, не приходящий [к ней], достоин
  порицания сын, не охраняющий мать после смерти [ее] мужа.
  5. Женщины особенно должны быть оберегаемы от дурных наклонностей,
  даже от незначительных, ибо необерегаемые женщины приносят горе двум
  семействам:
  6. зная эту высочайшую дхарму всех варн, даже слабые мужья стремятся
  охранять жену,
  7. ибо тщательно охраняющий жену, охраняет свое потомство, добрые
  нравы, семью, себя * и свою дхарму.
  8. Муж, проникнув в жену и став зародышем, возрождается а этом мире;
  ибо женская сущность жены состоит в том, что он возрождается в ней *.
  9. С каким [мужчиной] женщина сочетается, такого сына она и рождает,
  поэтому ради чистоты потомства надо тщательно охранять жену.
  10. Никто не может охранить женщину силой, но они могут быть охранены
  принятием следующих мер:
  11. Надо поручить ей собирание и расходование имущества, [поддержание]
  чистоты, [исполнение] дхармы *, приготовление пищи, попечение о
  домашней утвари.
  12. Женщины, [даже] заточенные, [даже охраняемые] людьми, достойными
  доверия, [все равно, что] неохраняемые: хорошо охраняемы те, которые
  сами себя охраняют.
  13. Пьянство, общение с дурными людьми, оставление мужа,
  бродяжничество, спанье [в неположенное время], проживание в другом
  доме - шесть действий, порочащих женщину.
  14. Они не смотрят на красоту, им нет дела до возраста. Они
  наслаждаются с красивым и безобразным, считая: [..Довольно того, что
  он] мужчина.
  15. Вследствие приверженности к мужчинам, непостоянства и природного
  бессердечия они в этом мире изменяют мужьям, даже тщательно
  охраняемые.
  17. Ману оставил на долю женщин ложе, сиденье, украшение, похоть,
  гнев, подлость, зловредность характера и дурное поведение.
  18. Для женщин не существует обряда, сопровождаемого чтением мантр *:
  такова установленная дхарма; женщины немощны *, лишены [права изучать]
  мантры, [они - воплощенная] ложь: таково положение вещей.
  19. Даже в Ведах изложены священные тексты для обнаружения истинных
  свойств [женщин]. Выслушайте об искуплении их [грехов].
  20. "Если моя мать, ходящая не по прямой дороге и неверная мужу,
  обесчестила себя, отец да устранит то семя от меня!" - таков священный
  текст.
  25. Таким образом, изложена вечно чистая практика людей (lokayatra) [в
  отношениях] мужа и жены. Выслушайте дхармы, относящиеся к детям,
  приносящие счастье и после смерти и в этом мире.
  26. Вследствие рождения детей жены (stri), прославленные, достойные
  почтения, озаряющие дом. - не отличаются от богинь счастья,
  [пребывающих] в домах.
  27. Рождение потомства, воспитание рожденного, [а также] повседневная
  жизнь людей во всех подробностях - [в этом] женщина очевидная основа.
  28. Потомство, священные обряды, услужение, высшее телесное
  наслаждение, а также достижение неба для предков и для себя * -
  зависят от жен.
  29. Та, которая, обуздывая мысль и тело, не изменяет мужу, достигает
  [после смерти] миров мужа и называется добродетельными ,,садхви" *.
  30. Но за измену мужу жена порицается в мире, возрождается в утробе
  шакала и мучается от ужасных болезней.
  32. Сына считают [принадлежащим] мужу. Относительно виновника
  [рождения] в священных текстах противоречие: некоторые объявляют [им]
  фактического родителя, другие - владельца поля *.
  33. Женщина считается воплощением поля, мужчина считается воплощением
  семени; рождение всех одаренных телом существ [происходит] от
  соединения поля и семени.
  34. Иногда семя важнее, иногда утроба женщины; но когда оба равны,
  такое потомство восхваляется.
  35. [При сравнении] семени и утробы семя считается важнее, так как
  потомство всех живых существ отмечено признаком семени.
  36. Какое семя посеяно в поле, в [должное] время приготовленное, такое
  же семя вырастает там, наделенное качествами, присущими ему.
  37. Эта земля считается вечной утробой живых существ, но семя не
  сохраняет в развитии никаких качеств утробы.
  38. В этом мире семена, посеянные земледельцами (kr^ivala) в
  надлежащее время на одно и то же поле, произрастают имеющими различную
  форму - согласно их природе.
  39. [Сорта риса] врихи и щади, [бобы] мудга, кунжут,
  ячмень, лук и сахарный тростник - произрастают согласно семени.
  40. Не бывает так, чтобы было посеяно одно, а родилось другое, ибо
  какое семя посеяно, такое и вырастает.
  41. Поэтому разумным, хорошо воспитанным, знающим джнану и виджнану *
  и желающим долгой жизни никогда не должно вноситься семя в жену
  другого.
  45. Только тот [настоящий] человек, кто [имеет] жену, себя и
  потомство, и брахманы объявили также: Каков муж, таковой считается и
  жена.
  46. Ни вследствие продажи , ни оставления (visarga) ее
  [мужем], жена не освобождается от мужа *: такую мы знаем дхарму,
  установленную некогда Праджапати.
  47. Однажды выпадает [при разделе наследства] доля, однажды выдается
  замуж девушка, однажды [каждый] говорит: "Я даю" *. Эти три [действия
  совершаются] только однажды.
  48. Как от коров, кобылиц, верблюдиц, рабынь (dasi), буйволиц, коз и
  овец не производитель получает потомство, [а хозяин], так же [бывает]
  и с женой другого.
  49. Кто, не являясь владельцем поля (aksetrin), [но] имея семена,
  засевает чужое поле, те никогда не получают плода выращенного урожая
  *.
  50. Если бык произведет от чужих коров [даже] сто телят, те телята -
  собственника коров, а выпущенное бычье [семя]- бесплодно.
  51. Таким образом, не имеющие поля, бросающие семя на чужом поле,
  действуют для владельца поля: обладающий семенем не получает плода.
  54. Если на поле кого-нибудь произрастает семя, принесенное водным
  потоком или ветром, это семя - владельца поля: владелец семени не
  получает плод.
  55. Должно знать, что такова дхарма *, относящаяся к потомству коров,
  кобылиц, рабынь, верблюдиц, коз, овец, птиц и буйволиц.
  56. Таким образом, сравнительная важность семени и утробы объявлена
  вам; теперь изложу дхарму о женщинах в крайних обстоятельствах *.
  57. Жена старшего брата для младшего [равна по значению] жене гуру
  -, но жена младшего считается для старшего [обычной] снохой.
  58. Старший, познав жену младшего, или младший - жену старшего, кроме
  крайних обстоятельств, оба становятся изгоями, даже [надлежаще]
  уполномоченные *.
  59. При [опасности) прекращения линии [рода] женщиной, надлежаще
  уполномоченной , должно быть приобретено желанное потомство или от
  деверя, или от [другого какого-либо] сапинды [мужа].
  60. Уполномоченный, умастившись коровьим маслом, пусть ночью молча
  произведет от вдовы * одного сына, но другого - ни в коем случае.
  64. Женщина-вдова не должна быть вручаема дваждырожденными другому
  [мужу], так как вручающие другому могут нарушить вечную дхарму *.
  69. Если [будущий] муж девушки умирает, когда сговор состоялся, на ней
  полагается жениться деверю согласно следующему правилу:
  70. как предписано, сочетавшись с ней, одетой в белую одежду и
  соблюдающей обет чистоты, следует приближаться к ней однажды в
  благоприятное для зачатия время.
  71. Благоразумный, выдав дочь за кого-нибудь, пусть не выдает опять,
  ибо тот, кто, [уже] выдав, выдает опять, совершает [грех, равный] лжи
  в отношении человека *.
  72. Даже взяв девушку законным образом *, он может бросить ее,
  порицаемую *, больную, обесчещенную * или отданную [ему] обманом.
  73. Но если кто-либо выдает девушку с пороком, не предупредив [о нем,
  то новобрачный] может отменить этот [договор] с тем злоумышленником,
  выдавшим девушку.
  75. Если [муж] уехал, обеспечив [жену] средствами существования, ей
  полагается проживать, держа себя в строгости *, но если он уехал, не
  обеспечив [ее], она может существовать непредосудительными ремеслами
  *.
  76. Муж, уехавший ради исполнения дхармы *, должен быть ожидаем восемь
  лет, ради знания * или славы - шесть, ради любви * - три года.
  77. Мужу полагается терпеть ненавидящую [его] жену год, но по
  [прошествии] года, отобрав дар *, он может прекратить сожительство с.
  ней.
  78. Та, которая выказывает неуважение [к мужу], преданному [какой-либо
  дурной] страсти, к пьянице или больному, должна быть удалена на три
  месяца [и] лишена украшений и утвари.
  79. Но для ненавидящей безумного, изгоя, импотента, бесплодного и
  пораженного ужасной болезнью не полагается ни удаление, ни лишение
  имущества.
  80. Приверженная к пьянству, ко [всему] дурному, противоречащая,
  больная, злобная или расточительная является женой, при которой может
  быть всегда взята другая *.
  81. Если жена не рождает детей, может быть взята другая на восьмом
  году, если рождает детей мертвыми - на десятом, если рождает [только]
  девочек - на одиннадцатом, но если говорит грубо (apriyavadini) -
  немедленно *.
  82. Но, если больная [жена] ласкова и наделена добродетелью, может
  быть взята другая [только] с ее согласия: она никогда не должна быть
  презираема.
  88. Согласно правилу дочь, даже не достигшую [совершеннолетия] *, надо
  выдавать жениху из хорошей семьи, красивому.
  89. Но девушке, даже совершеннолетней, лучше оставаться в доме [отца]
  до самой смерти, чем быть отданной им когда-нибудь в жены [человеку],
  лишенному хороших качеств.
  90. Девушке, достигшей зрелости, полагается ждать три года, но после
  этого времени она может сама выбирать мужа, равного себе.
  91. Если не выданная замуж девушка сама найдет мужа. ни она не
  совершает греха, ни тот, с которым она сходится.
  92. Девушке, самой выбравшей себе мужа, не полагается брать с собой
  украшения, полученные от отца, матери или братьев; если она их уносит,
  это будет воровство.
  94. Тридцатилетний мужчина пусть берет нравящуюся ему двенадцатилетнюю
  девушку, двадцатичетырехлетний - восьмилетнюю, когда же исполнение
  дхармы терпит ущерб, - немедленно *.
  95. Муж получает жену, данную богами, а не по своему желанию; ее,
  преданную, надо всегда содержать, совершая [этим] угодное богам.
  96. Женщины созданы для рождения, мужчины - для воспроизведения,
  поэтому в священном откровении дхарма объявлена [для мужчины] общая с
  женой.
  99. Ни древние, ни теперешние добродетельные люди никогда не поступали
  так, чтобы [девушка], обещанная одному, отдавалась замуж другому.
  100. Никогда, даже в прежние существования *, мы не слышали такого
  [дела, как] тайная продажа девушки с установленной ценой (mulya),
  называемой вознаграждением {^lilka) *.
  101. "Взаимную верность надо сохранять до смерти", - это должно
  считать [выраженной] вкратце высшей дхармой мужа и жены.
  103. Таким образом, вам объявлена дхарма жен и мужей, сопровождаемая
  наслаждением и [касающаяся] приобретения потомства в крайних
  обстоятельствах; выслушайте дхарму о наследстве.
  104. По смерти отца и матери братья, собравшись, могут разделить
  поровну отцовскую собственность; при них, живущих, они неправомочны *.
  105. [Или] отцовское имущество полностью может забрать старший брат;
  остальным следует жить при нем, как при отце.
  106. [Только] после рождения первенца человек делается родителем * и
  освобождается от долга по отношению к предкам; поэтому тот [первенец]
  достоин [получить] все.
  107. Только тот сын, благодаря которому он уплачивает долг, благодаря
  которому он вкушает блаженство, рожден [во исполнение] дхармы; всех
  остальных считают потомством по любви.
  108. Пусть старший [брат] охраняет младших братьев, как отец, а те
  ведут себя по отношению к старшему брату, как сыновья.
  112. Для старшего [полагается в наследстве] двадцатая часть как
  добавочная (uddhara) и лучшая часть имущества, для среднего - половина
  [этого], для младшего - четверть*.
  113. [Если] и старший и младший получают [свои части] как сказано,
  [то] другие [братья] между старшим и младшим - [каждый из] них -
  получают среднюю [долю] имущества *.
  114. Из всех вещей разного рода старшему полагается получить лучшую
  [из них] и [даже единственную], которая особенно хороша, и лучшее
  [животное] из десяти.
  118. Но девушкам[-сестрам] братья пусть дадут из своих частей каждый
  четвертую часть его доли; отказывающиеся пусть будут изгоями.
  119. Никогда не следует делить единственного козла, барана или
  животное с нераздвоенным копытом; установлено, что козел, баран [и
  прочее], что не может быть разделено, - [это доля] старшего *.
  120. Если младший порождает сына от жены старшего, то раздел *
  производится поровну; такова установленная дхарма.
  121. В соответствии с дхармой заместитель не получает [прав] главного
  *; главный [стал] отцом [только] при рождении [ему сына младшим
  братом], поэтому следует дать часть [сыну, рожденному от вдовы
  старшего брата] согласно дхарме, [изложенной выше].
  127. Не имеющий сына может сделать дочь путрикой * согласно следующему
  правилу. [Надо заявить ее мужу]: "Тот потомок, который будет у нее,
  пусть исполняет поминальные обряды для меня".
  128. Согласно этому правилу Дакша *. владыка созданных существ, сам
  сделал некогда [всех своих дочерей] путриками для размножения рода
  (van^a).
  133. Между сыном сына и сыном дочери по дхарме нет отличия в мире, так
  как отец и мать их обоих произошли от тела того же самого [родителя].
  134. Но если после того, как дочь была объявлена путрикой, [у ее отца]
  рождается сын, тогда раздел [наследства] должен быть равным, ибо для
  женщины нет права первородства *.
  137. Благодаря сыну [каждый] завоевывает миры *, благодаря внуку
  вкушает бессмертие *, благодаря сыну внука - достигает мира Солнца *.
  138. Поскольку сын спасает отца от ада, называемого Пут, постольку он
  был назван самим Самосущим "путра" *.
  141. [Если есть] у кого-либо подаренный (dattrirna) сын, наделенный
  всеми хорошими качествами, именно ему, даже принятому из другого рода
  (gotra), полагается получить всю собственность (riktha).
  142. Усыновленный сын не может никогда брать [прежнее] родовое имя и
  собственность своего действительного родителя; пинда следует за
  родовым именем и собственностью; поминальный обряд для отдающего
  [своего ребенка в приемные сыновья] пропадает.
  143. Сын жены, не уполномоченной (aniyukta) [на рождение ребенка от
  другого], и рожденный от деверя [женой], уже имеющей сына, - оба они
  недостойны доли [наследства; один] - как рожденный любовником,
  [другой] - как рожденный [единственно] по страсти.
  144. Даже мальчик, рожденный от уполномоченной женщины, [но] не в
  соответствии с правилами *, не достоин отцовской собственности, так как
  он рожден изгоем.
  149. Если у брахмана четыре жены, [с которыми он вступил в брак] в
  правильной последовательности *, правило для раздела [наследства]
  между сыновьями, рожденными от них, такое:
  150. обрабатывающий почву*, бык-производитель, повозка, украшения и
  дом должны быть даны как добавочная часть брахмана, а также особая
  доля вследствие [его] превосходства:
  151. брахману полагается получить из [остатка] наследства (daya) три
  части, сыну кшатрийки - две части, рожденному вайщийкой - полторы
  части, сын щудрянки может получить одну часть.
  152. Или знающий дхарму может разделить всю собственность (rikthajata)
  на десять частей и произвести законный раздел в соответствии с таким
  правилом:
  153. брахману полагается получить четыре части, сыну кшатрийки - три
  части, сыну вайщийки - две части, сыну щудрянки - одну часть.
  154. Имеется ли [у брахмана] сын или он бездетен*, согласно дхарме не
  следует давать сыну щудрянки более десятой [доли].
  155. Сын щудрянки от брахмана, кшатрия или вайщия не получает
  наследства; его имуществом будет то, что даст его отец *.
  156. Всем сыновьям дваждырожденных, которые рождены от жен одной
  варны, надо делить [наследство] поровну, дав старшему добавочную
  часть.
  157. Для шудры полагается жена той же варны, не другой; рожденным от
  нее полагается получать равные части, даже если бы было сто сыновей.
  166. Ведь кого [человек] порождает от своей жены (ksetra), с которой
  был исполнен брачный обряд, только того следует считать "родным
  (aurasa) сыном", первым в ряду.
  167. Кто родился по особой дхарме*, на ложе умершего, кастрата,
  больного, от уполномоченной жены (niyukta), тот считается рожденным
  женой (ksetraja).
  173. Если беременная выходит замуж, то - известна ли [ее
  беременность], или неизвестна - зародыш принадлежит мужу и называется
  "принесенный [невестой]" (sahodha).
  174. Если [кто-нибудь], желая [иметь потомство], покупает в
  присутствии родителей равного или даже не равного [себе], то такой сын
  - "купленный" (kritaka).
  178. Сын, которого брахман из страсти порождает от щудрянки, хотя он и
  живой (parayan), [на деле как бы] труп (^ava) *, поэтому он считается
  "паращава" (para^ava) *.
  182. Если между братьями, происшедшими от одного [отца], один имеет
  сына, Ману объявил их всех благодаря этому сыну имеющими сыновей.
  183. Если из всех жен одного мужа одна имеет сына, Ману объявил их
  всех благодаря этому сыну имеющими сыновей.
  184. При отсутствии каждого лучшего * [сына] достоин наследства более
  низкий, но если [имеются] многие равные, - все [они] участвуют в
  дележе наследства.
  189. Имущество [умершего] брахмана никогда не должно забираться царем:
  таково правило; но [имущество людей] друтих варн при отсутствии всех
  [наследников] царь может забирать.
  194. Считается шесть видов собственности женщины (stridhana): данная
  при [брачном] огне, данная при свадебном шествии, данная в знак любви,
  полученная от брата матери и отца.
  200. Украшения, которые могли быть носимы женщинами при жизни своих
  мужей, наследникам делить нельзя; делящие-впадают в грех (patati).
  201. Не имеют права на долю кастраты и изгои, слепые и глухие от
  рождения, безумные, слабоумные, немые и различные калеки.
  202. Пусть мудрый дает по справедливости всем пищу и одежду, сколько
  только может, в достатке, ибо недающий становится изгоем.
  203. Если кастрат и прочие так или иначе пожелают жениться, потомство
  их, если они приобретут продолжателей рода *, имеет право на
  наследство (dayarnarhati).
  204. Какое бы имущество старший ни приобрел по смерти отца, часть
  такового [принадлежит младшим], если они достигли надлежащего успеха в
  учении.
  205. Но если [кто-нибудь] из них, не имея познании *, приобретает
  имущество [своим] трудом, раздел в этом случае должен быть равным,
  [поскольку это] не наследство *; таково установленное правило.
  206. Но собственность, [приобретенная] знанием *, пусть принадлежит
  тому, кому [она была дана], а также [подаренная] по дружбе, в браке и
  во время подношения [гостю] медового питья.
  210. Если [братья, однажды] разделившиеся и живущие [снова] вместе,
  устраивают повторный раздел, в этом случае раздел пусть будет равным;
  в этом случае старшинство не признается.
  213. Старший [брат], который по жадности обманывает младших, пусть
  будет не старшим, лишенным доли, и должен быть наказан царями.
  219. Одежду, повозку, украшения, приготовленную пищу. воду *, женщин
  *, имущество, предназначенное для благочестивых целей (yogaksema), и
  пастбище (pracara) рассматривают как неподлежащие разделу.
  220. Это вам изложены по порядку [правила] о разделе и правило
  действий [относительно] сыновей, рожденных от жены и т. д. Узнайте
  [теперь] дхарму об игре.
  221. Игру и битье об заклад * царю надо устранять из страны; оба эти
  порока - причины разрушения царства для государей.
  222. Игра и битье об заклад - это открытая кража; царю надо всегда
  заботиться об искоренении их обоих.
  223. Что совершается при посредничестве неодушевленных, то у людей
  называется игрой *; что совершается при посредстве одушевленных, то
  признается битьем об заклад *.
  224. Царю надо применять телесные наказания к тем, кто участвует в
  игре или в битье об заклад или устраивает [то или другое], а [также] к
  щудрам, носящим отличительные знаки дваждырожденных *.
  225. Игроков, бродячих актеров, жестоких людей, [а также]
  принадлежащих к еретическим сектам *, преданных пороку, шинкарей
  (^aundika) следует немедленно изгонять из города.
  226. Они - скрытые воры, - проживая в стране царя, мешают (badhante)
  его добродетельным подданным [своими] недостойными деяниями.
  227. Эта игра явилась в древней кальпе * великой причиной вражды *,
  поэтому благоразумному не следует предаваться игре даже ради
  развлечения.
  228. Если человек предается этому [пороку] - тайно или открыто, - на
  него может быть наложен такой вид наказания, какой желает царь.
  229. Кшатрий, вайщий и щудра, не могущие уплатить штраф, освобождаются
  от долга работой *; брахману полагается отдавать [долг] постепенно.
  230. Женщин, детей, безумных, старых, бедных (daridra), беспомощных
  (anatha) и больных царь может приказывать наказать розгой,
  расщепленными стеблями бамбука, веревкой и прочими [предметами
  подобного рода].
  231. Тех служащих (niyukta), назначенных для разбора дел, которые,
  будучи распаляемы жаром богатства, вредят делам просителей, царю надо
  лишать собственности.
  232. Составляющих ложные приказы (^asana), подкупающих его советников,
  убивающих женщин, детей и стариков, а также служащих его врагам царю
  следует казнить.
  233. В том случае, когда какое-либо [дело] окончено или решено, и если
  царь считает, что оно выполнено в соответствии с дхармой, не следует
  его перерешать.
  234. Если советник или судья какое-нибудь дело решил иначе, его надо
  решить самому царю, а того следует оштрафовать тысячью [пан].
  235. Убийца брахмана (brahmahan), пьяница (surapa), вор(taskara),
  осквернитель ложа гуру (gurutalpaga) - они все вместе и каждый в
  отдельности должны считаться людьми, совершившими великий грех
  (mahapatakin).
  236. Для этих четырех, не совершивших искупление, надо определить
  законное наказание - телесное и денежное.
  237. На осквернителя ложа гуру должно быть наложено * [клеймо,
  изображающее] женский орган, на пьяницу - знак продавца спиртного *,
  на вора - знак собачьей ноги, на убийцу брахмана - знак трупа без
  головы.
  238. Они, - с которыми никто не должен есть, приносить жертвы, читать
  [священные тексты], вступать в брак, - пусть бродят по земле,
  презренные, лишенные всякой дхармы.
  239. Так, заклейменные должны быть покинуты родственниками по отцу и
  матери и лишены сострадания и привета: таково предписание Ману.
  241. При преступлениях [подобного рода] на брахмана должно быть
  наложено среднее наказание или он должен быть изгнан из страны, [но] с
  деньгами и пожитками.
  245. Варуна - властелин наказания, так как он держит скипетр [даже]
  над царями*; брахман, изучивший всю Веду,- властелин всего мира.
  246. Где царь избегает присвоения имущества преступников, там со
  временем рождаются люди, живущие долго,
  247. и зерна земледельцев произрастают каждое как было посеяно,
  и дети не умирают, и [потомство] не рождается обезображенным.
  256. Царю, имеющему в качестве глаз шпионов, надо различать разные
  виды воров (taskara), похищающих чужое имущество, - открытых и
  скрытых.
  257. Из них открытые воры (vancaka), - живущие разного рода торговлей
  *, скрытые же воры - воры, живущие в лесу, и прочие.
  258. Взяточников, вымогателей, обманщиков, а также игроков, гадателей
  вместе с лжесвятыми (bhadra) и хиромантами,
  259. недостойно поступающих высокопоставленных служащих (mahamatra),
  лекарей (cikitsaka), занятых в художественных ремеслах *, умных
  женщин, продающих себя, -
  260. одних открытых, а других, действующих скрытно, [как и] неариев,
  носящих отличительные знаки ариев, надо считать терниями в народе.
  261. Обнаружив их при помощи верных тайных [людей], следующих тем же
  занятиям, и подстрекая (protsahya) с помощью шпионов разного рода,
  надо приводить их к повиновению.
  264. Дома собраний (sabha), водоемы (prapa), пекарни (pupa^ala),
  публичные дома (ve^a), питейные заведения (rnadhyavikraya), харчевни
  (annavikraya), перекрестки, деревья при святилищах, праздничные
  сборища и зрелища,
  265. заброшенные сады, леса, мастерские ремесленников (karukave^ana),
  пустые здания, естественные рощи и парки
  266. такого рода места царю
  надо проверять для удержания воров [от преступных действий]
  посредством недвижущихся и движущихся отрядов * и особенно посредством
  шпионов.
  267. Надо [воров] обнаруживать и подстрекать (udsahayet) с помощью
  искусных бывших воров, сообщников, сподвижников, хорошо знающих
  различные махинации.
  268. Указаниями [на возможное] угощение или увеселение, на встречи с
  брахманами, указаниями на [возможность увидеть] состязания в силе надо
  устраивать их встречу [со стражей].
  269. Напав на тех, которые при этом не появляются и которые обнаружили
  подлинную суть [провокаторов], царю надо убить [их] вместе с друзьями
  и родственниками по отцу и матери.
  270. Пусть справедливый царь не велит казнить вора, [если у него] не
  [найдено] краденого; [пойманного] с краденым [и] с [воровским]
  инструментом (upakarana) пусть велит казнить не колеблясь.
  271. Даже тех, которые в деревнях дают пищу ворам и дают место [для
  укрытия их] снаряжения (bhanda), надо велеть казнить.
  272. Назначенных для охраны в областях и получивших указание соседей
  (samanta), [но] бездействующих при нападении [грабителей], надо
  немедленно наказывать, как воров.
  273. А кто, живущий дхармой *, нарушает соглашение, связанное с
  исполнением дхармы, того надо наказать штрафом, как [и всякого],
  нарушающего присущую ему дхарму *.
  274. Не спешащие, как только можно [быстро на помощь] при ограблении
  деревни, разрушении плотины (idabhanga), при ограблении на дороге -
  должны быть изгнаны [с разрешением взять] пожитки.
  275. Похищающих казну у царя, упорно противодействующих [исполнению
  его приказов] царю надо карать различными наказаниями, равно как и
  поощряющих врагов.
  276. Царю следует, отрубив обе руки, велеть посадить на острый кол тех
  воров, которые совершают кражу ночью, сделав пролом [в стене дома].
  277. При первой краже надо велеть отрезать у вора * два пальца, при
  второй - руку и ногу, при третьей он заслуживает смертной казни.
  278. Дающих [ворам] огонь, пищу, оружие, приют, укрывателей краденого
  государю следует наказывать, как воров.
  279. Разрушившего [плотину] пруда (tadaga) надо умертвить в воде *,
  или простой казнью *, или же пусть тот восстановит [разрушенное] и
  должен быть принужден уплатить высший штраф *.
  280. Взламывающих царский склад (kosUiagara), арсенал (ayudhagara) или
  храм (devatagara), крадущих слонов, лошадей или колесницы надо казнить
  без промедления.
  281. Кто похищает воду из пруда, созданного в давние времена, или
  мешает снабжению водой, тот должен быть принужден уплатить первый
  штраф.
  282. Кто же, не [находясь] в крайности, извергнет нечистоты на главной
  улице (rajamarga), тот пусть уплатит две каршапаны и немедленно уберет
  нечистоты.
  283. Застигнутый крайними обстоятельствами старик, беременная женщина
  или же дитя засуживают выговора и очищения [ими] того [места]: таково
  правило.
  284. Штраф для всех лекарей, действующих неверно, [такой]: по
  отношению не к людям - первый, по отношению к людям - средний.
  285. Портящий мост [и такие эмблемы, как] флаг, шест или изображения,
  пусть это все исправит и уплатит пятьсот [пан].
  286. При подделке неподделанных вещей, а также порче драгоценных
  камней или неправильной [их] обработке наказание - первый штраф *.
  287. Кто поступает нечестно [при обмене] равных [по ценности товаров]
  или же [произвольно] меняя цены, того человека надо подвергнуть штрафу
  первому или среднему.
  288. Все тюрьмы (bandhana) надо помещать вблизи главной улицы, где
  [все] могут видеть страдающих и обезображенных преступников
  (papakarin).
  292. Пусть царь велит разрезать на части бритвами золотых дела мастера
  (hemakara), поступающего нечестно, - самого вредного из всех терниев.
  293. За кражу земледельческих орудий (sitadravya), оружия (^astra),
  лекарственных трав царю надо определять наказание, установив время
  [совершения преступления] и цель.
  294. Государь (svamin), советник (amatya), город (рига), страна
  (rastra) *, казна (ko^a), войско (danda), а также союзник (suhrt) -
  эти семь элементов (prakrti) [составляют то, что] считается царством
  без изъянов.
  295, [Если налицо] великое бедствие, надо знать, что из тех семи
  элементов царства по порядку каждое предшествующее важнее
  [последующих].
  296. В этом мире у семичленного царства *, прочно скрепленного как
  тройственный посох, ничто не преобладает над другими из-за
  особенностей своих качеств.
  299. Надо начинать [всякое] дело, обдумав все [возможяые страдания и
  бедствия, тяжесть и легкость [его исполнения]
  300. Как бы он ни был утомлен [неудачами], надо приступать к
  исполнению [задуманного] снова и снова, ибо счастье благоприятствует
  человеку, предпринимающему [попытки] исполнения [задуманного].
  301. Века Крита, Трета, Двапара и Кали - все [соответствуют] поведению
  царя, ибо царь отождествляется с веком.
  302. Спящий - он в Кали, пробудившийся - в век Двапара ,поднявшийся для дел
  -в Трета, двигающийся - в век Крита.
  319. Таким образом, даже если бы брахманы занимались всякими
  непозволительными делами, они должны быть почитаемы во всяком случае,
  ибо [каждый из них] - великое божество.
  320. Кшатрия, слишком надменного по отношению к брахманам, может
  наказать сам брахман *, ибо кшатрий произошел от брахмана *.
  321. Огонь произошел от воды*, кшатрий - от брахмана, железо - от
  камня, всепроникающая энергия тех [первых] угасает в отношении
  источников своего существования *.
  322. Без брахмана не преуспевает кшатрий, без кшатрия не процветает
  брахман; брахман и кшатрий, объединившись, процветают и в этом мире и
  в ином.
  323. [В конце жизненного пути царю] надо раздать брахманам все
  достояние, приобретенное штрафами, передать царство сыну и кончить
  жизнь в сражении.
  324. Царь, ведущий себя таким образом, следующий царским дхармам,
  пусть использует всех слуг [в служении] на благо народа.
  325. Итак, полное и вечное правило деятельности царя изложено; следует
  знать это правило деятельности по порядку для вайщиев и шудр.
  326. Вайщию, получившему посвящение, вступившему в брак, надо всегда
  быть занятым хозяйственной деятельностью * и особенно разведением
  скота.
  327. Ведь Праджапати, создав скот, вручил [его] вайщию; брахману и
  царю он вручил всех людей.
  328. У вайщия никогда не должно быть [такого] желания: "Я не хочу
  пасти", - а раз вайщий желает, разведение скота ни в коем случае не
  должно производиться другими.
  329. [Вайщию] следует знать соответствующую цену драгоценных камней,
  жемчуга, кораллов, металлов, тканей, благовоний и соков.
  330. Ему надо быть знатоком посева семян, хорошего и дурного
  [качества] земли; ему следует знать полностью использование мер и
  весов,
  331. достоинства и недостатки изделий, выгоды и невыгоды [разных]
  стран, [вероятный] доход (labha) и убыток (alabha) от товаров (рапуа)
  и [искусство] выращивания скота.
  332. Надо знать, [каким должно быть] жалованье (bhrti) слугам
  (bhrtya), различные языки людей, способы сохранения имущества и
  [ведение дел по] покупке (kraya) и продаже (vikraya).
  333. Ему надо употреблять крайнее старание при приращении имущества в
  соответствии с дхармой и ревностно раздавать пищу всем живым
  существам.
  334. Для щудры же высшая дхарма, ведущая к блаженству, - обслуживание
  прославленных брахманов-домохозяев, изучивших Веду.
  335. [Щудра] чистый, послушный высшим, мягкий в речи, свободный от
  гордости, всегда прибегающий к покровительству брахмана, получает [в
  новой жизни] высшее рождение *.
  336. Это объявлено чистое правило деятельности варн не в крайних
  обстоятельствах; выслушайте его по порядку для тех [варн] в крайних
  обстоятельствах.
 
  ГЛАВА Х
 
  1. "Три варны дваждырожденных, придерживающиеся своих обязанностей
  (svakarmastha), пусть изучают [Веду], но из них только брахман может
  обучать [Веде], а не [члены] других двух [варн]: таково решение *.
  2. Брахману согласно правилу следует знать средства существования,
  [предписанные] для других, наставлять других и самому жить
  соответственно [дхарме].
  3. Вследствие своей исключительности, превосходства происхождения,
  соблюдения ограничительных правил и особенности посвящения брахман -
  владыка варн.
  4. Брахманы, кшатрии и вайщий - три варны дваждырожденных, четвертая
  же - щудры - рожденные один раз, пятой же нет.
  5. Во всех варнах только те [сыновья, которые рождены] от жен равных
  *, девственниц, должны считаться рожденными в соответствии с прямым
  порядком (anulornya) и равными по рождению (jati).
  6. Сыновей, рожденных дваждырожденными от жен, принадлежащих к
  следующей низшей варне *, считают подобными [отцам, но] порицаемыми *
  вследствие недостатка, [присущего] матерям.
  12. При смешении варн от щудр и вайщиек, кшатриек и брахманок
  рождаются [соответственно] айогава, кшаттар и чандала (candala) -
  самый низкий из людей *.
  24. Смешение варн возникает вследствие нарушения [порядка] варн,
  вследствие браков, которые не должны были бы заключаться, и отказа от
  исполнения дел, присущих [каждой варне].
  28. Как [брахман] рождает себя от [женщин] двух из трех варн *, [но
  низшего] из-за низшей степени [матери] и [равного] от равной себе *,
  таков порядок и для отверженных (Ьаhya).
  29. А они затем порождают от женщин друг друга многих отверженных, -
  еще более порочных и презренных.
  30. Как щудра порождает от брахманки отверженное существо *, так
  отверженный порождает от женщин четырех варн еще более отверженного.
  31. Действуя в обратном порядке, отверженные порождают еще более
  отверженных, низкие - [еще более] низких по качеству (varna), [всего]
  - пятнадцать*.
  32. Дасью * от женщины айогава порождает сайрандхру. не раба, [но]
  живущего услужением (disya), умелого в украшении и обслуживании [или]
  существующего ловлей животных.
  33. Вайдеха порождает [от айогавы] приятноголосого майтреяку,
  который, ударяя в колокол при появлении зари, постоянно восхваляет
  [великих] людей.
  34. Нишада порождает маргаву [или] дащу, живущего корабельным делом,
  которого жители Арьяварты назвали кайвартой.
  35. Эти трое * низких по касте (jati) происходят каждый от женщин
  айогава, носящих одежду умерших, неариев *, вкушающих запрещенную
  пищу.
  36. От нишады рождается каравара, кожевник (carmakara) по ремеслу, от
  вайдехаки происходят андхра * и меда *, имеющие жилища вне селения.
  37. От чандалы * - пандусопака, занятый обработкой бамбука; нишадой
  также от женщины [касты] вайдеха порождается ахиндика.
  38. Чандалой же от женщины-пулькасы порождается сопака, занимающийся
  по наследству наказанием преступников, злой, всегда презренный для
  уважаемых людей.
  39. Женщина-нишада рождает от чандалы сына антьявасайина, действующего
  на кладбищах, презренного даже для отверженных.
  40. Эти касты, [происшедшие] от смешения, указаны по отцам и матерям;
  скрытые или открытые, они могуг быть узнаны по их родам деятельности.
  41. Шестеро сыновей*, рожденные [дваждырожденными от женщин] равного
  происхождения (svajati) или следующих варн (anantara), имеют дхарму
  дваждырожденных; все рожденные от смешанных браков * считаются по
  дхарме равными щудре.
  42. Силой аскетических подвигов и семени они в этом мире из поколения
  в поколение идут согласно рождению к более высокому или более низкому
  положению среди людей.
  46. Те, которые считаются апасада и рожденными от смешанных браков,
  пусть существуют занятиями, презренными [с точки зрения]
  дваждырожденных.
  47. Для сут [подобает] уход за лошадьми и колесницами, для амбаштхов -
  врачевание (cikitsita), для вайдехаки - служение женщинам *, для
  магадхов - торговля (vanikpatha).
  48. Для нишадов - рыболовство (matsyaghata), для айогавы-плотничество
  (tvastistva), для медов, андхров, чучу и мадгу - охота на диких
  животных.
  49. Для кшаттаров, угр и пулькасов - ловля и умерщвление [животных],
  живущих в норах, для дхигванов - обработка кожи (carmakarya), для
  венов - игра на музыкальных инструментах (bhandavadana).
  50. Им полагается жить у священных деревьев, у мест сожжения трупов
  (^ma^ana), в горах и рощах; узнаваемые [по особым отличительным
  знакам], пусть живут присущими им занятиями.
  51. Местожительство чандалов и щвапачей [должно быть] вне селения,
  утварь, использованная ими, должна выбрасываться [другими], имуществом
  их [должны быть только] собаки и ослы,
  52. одеждами - одеяния мертвых, пища [должна им даваться] в разбитой
  посуде, украшение [их должно быть] из железа, и они должны постоянно
  кочевать.
  55. Днем они, отмеченные по приказу царя знаками *, могут входить
  [туда] для исполнения работ, и пусть уносят трупы [людей], не имеющих
  родственников: таков порядок.
  56. Им полагается всегда по приказу царя, согласно щастрам, умерщвлять
  приговоренных к казни; они могут забирать одежды казненных, ложа и
  украшения.
  57. Человека, лишенного варны (varnapeta), неизвестного [или]
  нечистого происхождения, неария, [хотя] по внешнему виду подобного
  арию, можно узнать по его делам.
  58. Подлость (anaryata), грубость, жестокость, неисполнение
  предписанных обязанностей обличают в этом мире человека нечистого по
  происхождению.
  61. Та страна, где появляются смешения, портящие варны, быстро
  погибает вместе с обитателями.
  62. Потеря жизни без надежды на вознаграждение ради брахмана, ради
  коровы, при защите женщин и детей - действие, обеспечивающее
  блаженство для отверженных (bahya).
  63. Ненанесение вреда, правдивость, неприсвоение чужого (asteya),
  чистота и обуздание органов - основную дхарму для четырех варн объявил
  Ману.
  64. Если [женское] потомство от брахмана и щудрянки рождает [в
  супружестве] с высшим * [дочь, которая вступает в брак также с
  брахманом и т. д.], низший достигает высшего рождения в седьмом
  поколении.
  65. [Так] шудра идет к степени брахмана и брахман идет к степени
  щудры; но следует знать, [что это относится] и к потомству кшатрия, а
  также вайщия.
  66. Если как-то рожден [сын] от неарийки и брахмана или от брахманки и
  неария и возникает вопрос, у кого преимущество,
  67. то решение следующее: рожденный от женщины неарийки и ария может
  стать арием благодаря качествам [отца] * рожденный же от неария и
  арийки - неарий.
  68. Они оба недостойны посвящения (asanskarya) - такова установленная
  дхарма: первый - вследствие лишенного добрых качеств рождения, второй
  - вследствие [брака], обратного порядку (pratiloma).
  69. Как хорошее семя произрастает на хорошем поле, так рожденный от
  ария и арийки достоин всякого обряда.
  70. Одни мудрецы восхваляют семя, другие - поле, некоторые же семя и
  поле; но в этом случае установленное правило таково:
  71. семя, посеянное на бесплодной почве, в ней же и погибает; поле,
  лишенное семян, может остаться только бесплодным.
  72. Поскольку [сыновья], рожденные от животных силой семени, стали
  риши, почитаемыми и восхваляемыми, поэтому восхваляется семя.
  73. Рассмотрев [положение] неария, поступающего как арий, и ария,
  поступающего как неарий, создатель * сказал: "Они оба не равны и не
  неравны"*.
  74. Брахманы, заботящиеся о средствах [соединения] с брахмой и твердые
  в [исполнении] своих обязанностей (svakarman), могут проживать должным
  образом шестью занятиями, [перечисленными далее] по порядку:
  75. обучение [Беде], изучение Вед, жертвоприношение для себя,
  жертвоприношение для других, приношение даров и получение [их] - шесть
  занятий брахмана (agrajanman) *.
  76. Но из [этих] шести занятий три занятия доставляют средства
  существования: жертвоприношение для других, обучение и принятие
  [даров] от чистых людей.
  77. Три дхармы брахмана не положены для кшатрия: обучение,
  жертвоприношение для других и третье - принятие [даров] *
  78. Они не существуют также и для вайщиев - таково правило, ибо Ману,
  владыка тварей, не объявил эти дхармы установленными для этих двух
  [варн].
  79. Ради средств существования для кшатрия [предписано] ношение меча
  (^astra) и стрелы (astra), для вайщия - торговля, [разведение]
  животных, земледелие, но [их] дхарма -- дарение, учение,
  жертвоприношение.
  80. Среди свойственных им занятий наиболее достойны: для брахмана -
  повторение Веды. кшатрия - охрана [подданных], для вайщия -
  хозяйственная деятельность (varttakarman) *.
  81. Но, если брахман не может существовать своими, только что
  упомянутыми занятиями, он может жить [исполнением] дхармы кшатрия, ибо
  тот непосредственно следует за ним.
  82. [Если] он не может прожить даже обеими и если возникает [вопрос],
  как быть. [тогда], занимаясь земледелием (krsi) и скотоводством
  (goraksa), он может жить образом жизни вайщия.
  83. Брахман или даже кшатрий, живущий образом жизни вайщия, пусть
  старательно избегает земледелия, наносящего вред * и зависящего от
  других *.
  84. "Земледелие добродетельно", - так думают многие, но такой образ
  жизни порицается благочестивыми, ибо дерево с. железным наконечником
  ранит землю и [существа], живущие в земле.
  85. Кто отказывается от полного соблюдения дхармы из-за недостатка
  средств существования, тот для приращения богатства может торговать
  товарами, которыми торгуют вайщии *. делая [следующие] исключения:
  86. следует избегать [при торговле] всевозможных соков, приготовленной
  пищи, кунжута, камня, соли, скота (ра^и) и людей (manusa),
  87. всякой крашеной (rakta) ткани (tantu), а пеньковой (^апа), льняной
  (ksauma) и шерстяной (avika), - даже если она не крашена, - плодов,
  кореньев, а также лекарственных растений,
  88. воды, оружия, яда, мяса, сомы, благовоний - во всех случаях,
  молока, меда, простокваши, коровьего масла, растительного масла,
  сладостей, сахара (guda), травы куща,
  89. всех лесных животных, а также обладающих клыками, птиц, пьянящих
  напитков, индиго (nili), лака, а также всех однокопытных.
  90. Земледелец (krsivala) может продавать для [исполнения] дхармы *
  чистые, недолго хранившиеся зерна кунжута, вырастив [их] сам
  добровольно посредством земледелия.
  91. Если он пользуется зернами кунжута иначе, чем для пищи, умащения и
  дарения, он, возродившись червем, погружается вместе с предками в
  собачьи экскременты.
  92. [Из-за торговли] мясом, лаком и солью он немедленно становится
  изгоем, из-за торговли (vikraya) молоком брахман делается в три дня
  щудрой *.
  95. Кшатрий, попавший в беду, может существовать всеми этими
  [средствами]; но ему никогда не следует даже думать о более высоком
  образе жизни *.
  96. Кто, низший по рождению (jati), из жадности живет занятиями
  высших, того царь, лишив имущества, пусть немедленно изгонит.
  97. Лучше своя дхарма, плохо исполненная, чем хорошо исполненная
  чужая, так как живущий [исполнением] чужой дхармы немедленно
  становится изгоем.
  102. брахман, попавший в беду, может принимать [подаяние] от всякого;
  согласно дхарме его чистота не может загрязниться *.
  103. Из-за обучения, жертвоприношения и приема подаяний от презренных
  (garhita) для брахманов [в крайних обстоятельствах] не бывает греха,
  ибо они подобны огню и воде.
  104. Кто, находясь в опасности для жизни, ест пищу, [полученную] от
  кого попало, не пятнается грехом, как небо грязью.
  105. Аджигарта, страдающий от голода и приближавшийся, [чтобы] убить
  сына, не был запятнан грехом, [ибо] он действовал для утоления голода
  *.
  106. Вамадева, хорошо различавший дхарму и адхарму, не запятнал себя,
  когда, мучимый [голодом], хотел съесть мясо собаки для сохранения
  жизни.
  107. Великий подвижник Бхарадваджа с сыном, мучимый голодом в
  безлюдном лесу, принял множество коров от плотника * Брибу.
  108. Вищвамитра, хорошо различавший дхарму и адхарму, решился, мучимый
  голодом, [съесть] ляжку собаки, приняв [ее] из рук чандалы.
  114. [При сравнении] поля необработанного и обработанного, коров, коз,
  овец, золота, зерна и пищи - каждое предшествующее менее греховно [при
  получении его в качестве милостыни].
  115. Существует семь законных способов приобретения имущества (vitta):
  наследование (daya), получение (labha)*, покупка (kraya), завоевание
  (jaya), ростовщичество (prayoga), исполнение работы (karinayoga), а
  также получение (pratig'raha) [милостыни] от добродетельных *.
  116. [Имеется] десять средств (hetu) существования: знание (vidya),
  ремесло (^ilpa), работа за плату (bhrti), услужение (seva),
  скотоводство, (goraksya), торговля (vipani), земледелие (krsi),
  довольство [малым] (dhrti), милостыня (bhaiksa) .ростовщичество
  (kusida).
  117. Брахману и даже кшатрию не полагается ссужать [деньги] под
  проценты; но при желании он, конечно, может дать грешнику [ссуду] под
  небольшой процент для [исполнения] дхармы.
  118. Кшатрий*, взимающий в крайних обстоятельствах даже четвертую
  часть [урожая] *, со всей энергией охраняющий подданных, -
  освобождается от греха.
  119. Его, [царя], дхарма - победа; он не может отступать в страхе;
  защищая оружием вайщиев, он может заставлять вносить законный
  (dharmya) налог (bali).
  120. [Налог] на народ (vi";) - одна восьмая в зерне, налог (^lilka) [с
  золота и скота] - одна двадцатая *, [но] по крайней мере каршапана;
  щудры, а также ремесленники (karu) и мастера по художественным
  ремеслам (";ilpin) [вместо налога] исполняют работы.
  121. Но щудра, [который не может содержать себя обслуживанием
  брахмана], желающий снискать средства существования, может служить
  кшатрию, или же щудра, заботящийся о поддержании жизни, - [может
  содержать себя], служа богатому вайщию.
  126. Для щудры нет преступления, в результате которого он делается
  изгоем *, он не заслуживает посвящения, у него нет ни прав [исполнять]
  дхармы [дваждырожденных], ни препятствий к этому *.
  127. Но [щудры], желающие исполнять дхарму, знающие дхарму, следуя
  образу жизни благочестивых - без произнесения мантр, - не совершают
  греха, [а] заслуживают похвалы.
  128. Чем более щудра, свободный от зависти, следует образу жизни
  добродетельных, тем более он, свободный от порицания, преуспевает в
  этом и в ином мире.
  129. Щудра не должен накапливать богатств (dhana), даже имея
  возможность [сделать это], так как щудра. приобретая богатство,
  притесняет (badhate) брахманов *.
  130. Эти дхармы четырех варн в бедственных обстоятель ствах объявлены:
  правильно исполняющие их достигают высшего блаженства.
 
  ГЛАВА XI
 
  1. "Желающего [жениться ради] потомства, желающего совершить
  жертвоприношение, путешествующего, отдавшего все имущество *,
  [просящего] ради гуру, ради отца и матери, ради обучения, а также
  больного -
  2. Этих девять брахманов-снатак следует считать нищенствующими ради
  [исполнения] дхармы; им, не имеющим средств, должно давать подаяние в
  соответствии с их ученостью *.
  5. Кто, находясь в браке, вступает в брак с другой женой, выпросив [на
  этот брак средства], наградой тому [является] чувственное
  удовольствие, но потомство [от второго брака] принадлежит давшему
  средства.
  6. Но если кто-нибудь дает средства, сколько только может, сведущим в
  Веде живущим в уединении брахманам, тот после смерти достигает неба
  (svarga).
  7. У кого имеется трехлетний [запас] продовольствия, достаточный для
  содержания челяди (bhrtya) или даже более того, тот достоин пить сому
  *.
  8. Поэтому тот дваждырожденный. который пьет сому, обладая значительно
  меньшим достатком, не извлекает пользы от этого [действия], хотя бы он
  раньше пил сок сомы *.
  9. Если богатый (^akta) щедр к другим, когда его семья (svajana) живет
  в бедности, он, соблюдающий подобие дхармы, вкушает яд, имеющий вид
  меда,
  10. Если кто-нибудь совершает похоронные обряды с ущербом * для тех,
  кого он обязан содержать, это имеет неблагоприятные последствия для
  него, живого и мертвого.
  13. При желании [жертвователь] может взять два или три [предмета] из
  жилища шудры *, так как щудра не участвует в жертвоприношениях.
  14. Даже из хозяйств (kutumba) тех, кто не зажигает огонь на алтаре,
  имея сто коров, и кто не приносит жертв, имея тысячу коров,
  [жертвователь] может взять [нужное ему] не колеблясь.
  15. Он может взять у всегда берущего, [но] недающего [и]
  отказывающегося дать; так слава [берущего] распространяется и дхарма
  возрастает.
  16. Равным образом не евший шесть сроков приема пищи на седьмой срок *
  может взять у пренебрегающего [исполнением] дхармы, не делая, [однако,
  запаса] на завтрашний день.
  18. Кшатрием никогда не должна забираться собственность (sva)
  брахмана, но, не имея средств к жизни, он может забирать собственность
  дасью * и не исполняющего обрядов *.
  19. Кто, забрав собственность (artha) у порочных, передает
  добродетельным, тот, превратив себя в судно, спасает и тех и других *.
  20. То имущество, которое [принадлежит] ревностно исполняющему
  жертвоприношения, мудрые назвали собственностью (sva) богов, но то
  имущество, которое [принадлежит] не исполняющим жертвоприношения,
  считается собственностью (vitta) асуров.
  24. Брахману никогда не следует просить средства (dhana) для
  жертвоприношения у щудры, ибо приносящий жертву, выпросив [ее у
  щудры], возрождается после смерти чандалой *.
  25. Брахман, который, выпросив средства для жертвоприношения,
  использует [для этого] не все, становится коршуном или вороном на сто
  лет.
  26. Тот грешник, который захватывает собственность богов* и брахманов,
  в другом мире* живет экскрементами коршунов.
  28. Тот дваждырожденный, который не при крайних обстоятельствах
  исполняет дхарму, установленную для крайних обстоятельств, не получает
  награды в будущей жизни: так установлено [мудрыми].
  29. Всеми богами, садхьями и брахманами - великими риши, боявшимися
  гибели в крайних обстоятельствах, было создано заменяющее правило
  [вместо главного].
  30. Кто, будучи в состоянии исполнить главное правило (prathamakalpa),
  живет согласно заменяющему (anukalpa), для того, злонамеренного,
  будущая награда не полагается.
  31. Брахман, знающий дхарму, может ничего не сообщать царю; именно
  своей мощью * ему следует наказывать тех вредящих [ему] людей.
  32. [При сравнении] его мощи и мощи царя его мощь - более сильная,
  поэтому именно своей мощью дваждырожденный может наказывать врагов.
  34. Кшатрию полагается преодолевать выпавшее ему несчастье мощью руки,
  вайщию и щудре же - богатством, лучшему из дваждырожденных - тихими
  молитвами и жертвоприношениями на огне.
  35. Брахман считается творцом [мира], карателем, учителем,
  благодетелем; нельзя ни говорить ему [что-нибудь] неблагоприятное, ни
  обращаться к нему грубо.
  36. Ни девушка, ни молодая женщина, ни человек малосведущий, ни глупый
  не могут совершать агнихотру, так же как больной и непосвященный,
  37. ибо такие [люди], совершающие жертвы на огне, и тот, чья та
  [агнихотра], низвергаются в ад; поэтому совершающему жертвоприношение
  надо быть искусным в [совершении обрядов] Вайтана * и знающим всю
  Веду.
  38. Брахман, будучи богатым, не дав посвященную Праджапати лошадь в
  качестве вознаграждения за совершение агньядхеи *, становится
  [подобным] тому, кто не зажигал священных огней.
  39. Верующий и обуздывающий свои чувства может исполнять и другие
  благочестивые деяния, но ни в коем случае не следует в этом мире
  совершать жертвоприношения за меньшее, [чем положено], вознаграждение
  *.
  40. Органы чувств, почет, небо, долголетие, славу, потомство, скот -
  губит жертвоприношение, за которое дается [слишком] малое
  вознаграждение; поэтому человеку с малым достатком не следует
  приносить жертвы.
  48. Некоторые злодеи подвергаются изменению внешности вследствие
  преступлений в этом мире, а некоторые - из-за совершенных в прежней
  жизни:
  49. укравший золото [как следствие этого приобретает] болезнь ногтей,
  пьяница - черноту зубов, убийца брахмана - чахотку, осквернитель ложа
  гуру - болезнь кожи,
  50. доносчик - дурной запах из носа, клеветник - дурной запах изо рта,
  крадущий зерно - недостаток членов, подмешивающий [зерно] - излишнее
  число членов,
  51. похититель пищи - дурное пищеварение, крадущий слово * - немоту,
  крадущий одежду - белую проказу, крадущий лошадь - хромоту,
  52. похититель светильника - слепоту, гасящий его - становится кривым;
  причинением вреда (hirnsa) [живым существам] он приобретает
  болезненность, непричинением вреда (ahimsa) - здоровье.
  53. Так, вследствие остатка [греха прежнего] деяния рождаются
  презираемые благочестивыми слабоумные, немые, слепые, глухие, а также
  имеющие безобразную внешность.
  54. Поэтому для очищения всегда должно быть исполняемо покаяние, так
  как неискупившие грехи рождаются [вновь1 с позорными знаками.
  55. Убийство брахмана, пьянство, кража *, прелюбодеяние с женой гуру и
  даже сообщество с такими [преступниками] объявили великими грехами
  (mahapataka) *.
  56. Ложь при [определении] превосходства [в родовитости],
  представляемый царю клеветнический донос, лживое обвинение гуру -
  равны убийству гуру.
  57. Пренебрежение Бедой, порицание Веды, лжесвидетельство, убийство
  друга, поедание запрещенной и несъедобной пищи - шесть [преступлений],
  равных пьянству.
  58. Похищение вклада (niksepa) или людей (пага), лошади и серебра,
  земли (bhumi), алмазов (vajra) и [других] драгоценных камней считается
  равным краже золота.
  59. Плотскую связь с единоутробными сестрами, с девушками и
  низкорожденными женщинами (antyaja), с женами друга или сына объявили
  равной осквернению ложа гуру.
  60. Убиение коров, принесение жертв для недостойных жертвоприношения,
  прелюбодеяние, продажа самого себя (atmavikraya), оставление гуру,
  матери, отца и сына, [священного домашнего] огня, [прекращение]
  повторения Веды,
  61. [допущение] младшим братом [женитьбы ранее] неженатого старшего,
  [допущение] старшим неженатым братом женитьбы младшего, выдача дочери
  за одного из них и принесение для них жертв,
  62. опорочение девушки, ростовщичество (vardhusya), нарушение обета,
  продажа пруда (tadaga), сада (агата) *, жены и потомства,
  63. образ жизни вратьи *, оставление родственников, обучение [Веде] за
  плату, изучение [ее] у [учителя], получающего плату (bhrta), и продажа
  товаров, запрещенных к продаже (арапуа),
  64. заведование всякими рудниками (akara), возведение крупных
  сооружений *, повреждение растений, проживание за счет жены,
  чародейство и колдовство посредством кореньев,
  65. порубка невысохших деревьев на топливо, совершение деяний для себя
  *, вкушение запрещенной пищи,
  66. незажигание священных огней, воровство *, неуплата долгов *,
  изучение ошибочных книг * и занятие ремеслом танцора и певца
  (kau^ilavya),
  67. кража зерна, металлов * или скота *, связь с пьяными женщинами,
  убийство женщин, щудр, вайщиев и кшатриев, неверие (rastikya) * -
  меньший грех (upapataka).
  68. Нанесение вреда брахману [ударом], нюхание (вещей), неподлежащих
  нюханию, или спиртных напитков, обман и мужеложство причиняют потерю
  касты (jatibhran^akara).
  69. Убиение осла, лошади, верблюда, оленя, слона, козы и овцы известно
  как вызывающее [возрождение] в смешанной [касте] (sarnkari), так же
  как рыбы, змеи и буйвола.
  70. Принятие имущества от презренных *, торговля (vanijya), услужение
  щудрам известно как делающее [виновника] недостойным получать дары,
  [как] и произнесение неправды.
  71. Умерщвление червей, насекомых и птиц, употребление пищи,
  находившейся поблизости от спиртного, кража плодов, топлива, цветов и
  отсутствие самообладания - [преступления], вызывающие нечистоту.
  72. Выслушайте [теперь] надлежаще о всех тех грехах, как они были
  объявлены по отдельности, [и] какими обетами они снимаются *.
  73. Для своего очищения убийце брахмана * надо жить в лесу двенадцать
  лет, построив хижину, питаясь милостыней и сделав своим отличительным
  знаком череп покойного;
  74. или ему надо добровольно стать [в сражении] мишенью для воинов,
  знающих [его намерение], или ему надо трижды бросаться вниз головой в
  пылающий огонь;
  80. Жертвующий жизнью ради брахманов или ради коров освобождается от
  [вины] убийства брахмана, а [также] спасающий жизнь корове или
  брахману.
  81. Он также освобождается от вины, [оказав] ради брахмана
  сопротивление [его обидчику] по крайней мере трижды, или отвоевав всю
  [его] собственность, или при потере жизни по этой причине.
  82. Так, твердый в обете, всегда целомудренный, с сосредоточенным
  умом, по прошествии двенадцати лет он искупает [вину] убийства
  брахмана.
  91. Дваждырожденный, выпив по глупости суру*, пусть пьет хмельной
  напиток воспламененным; когда он обожжет им тело, тогда он
  освобождается от греха;
  92. или надо пить, пока не умрет, кипящую коровью мочу, воду, молоко,
  коровье масло или жижу коровьего навоза;
  93. или для искупления [вины] распивания суры следует есть один раз в
  ночь зерна или жмых, покрывшись власяницей, нося косу, имея знак *.
  94. Сура-это грязный отброс (rnala) зерна; грех (papman) также
  называется мала, поэтому брахману, кшатрию и вайщию никогда нельзя
  пить суры.
  95. Должно знать, что сура [бывает] трех видов: гауди *, пайшти * и
  мадхви *; как один из них, так и все не должны употребляться
  брахманами.
  96. [Крепкие] хмельные напитки (rriadya), мясо и пиво (surasava) -
  пища якшей, ракшасов, пищачей: это не должно вкушаться брахманом, [так
  как он] ест жертвенную пищу, [приносимую] богам.
  97. Брахман, отупевший от пьянства, может пьяным попасть во
  [что-нибудь] нечистое, или даже произнести ведийские тексты, или
  совершить другое, чего не должно совершать.
  98. Разум у брахмана, пребывающий в теле, затопляется хмельным
  напитком, брахманство покидает его и он идет к состоянию щудры.
  99. Итак, изложены [правила] различных искуплений для пьющего суру;
  теперь я сообщу [правило] искупления за кражу золота.
  100. Брахман *, совершивший кражу золота, придя к царю, признавшись в
  содеянном им, пусть скажет: "Государь, накажи меня" *.
  101. Взяв палицу, [которую вор должен принести с собой], царю надо
  ударить его один раз: вор очищается своей смертью, брахман -
  аскетическими подвигами *.
  102. Дваждырожденный, желающий аскетическим подвигом снять грех
  (rnala), возникший от кражи золота, имея одежду из лыка, пусть
  исполняет в лесу покаяние, [полагающееся] за убийство брахмана.
  103. Этими обетами дваждырожденному следует снимать грех, совершенный
  кражей. Сношение с женой гуру следует искупать [исполнением] следующих
  обетов *.
  104. Осквернивший ложе гуру, признавшись в грехе, пусть ляжет на
  раскаленное, сделанное из железа [ложе], или пусть обнимет раскаленное
  железное изображение [женщины]: он очищается смертью;
  105. или, отрезав сам свой член и мошонку и взяв в соединенные руки,
  пусть идет в страну Ниррити *, пока не упадет мертвым;
  106. или, нося ножку кровати, в одежде из лыка, отпустив бороду, пусть
  исполняет один год в безлюдном лесу [покаяние] криччхра *, объявленное
  Праджапати;
  107. или надо три месяца, обуздывая чувства, исполнять лунное покаяние
  *, [питаясь] жертвенной пищей или ячменной кашицей, для искупления
  [вины] осквернения ложа гуру.
  108. [Исполнением] этих обетов совершившие великий грех (mahapatakin)
  снимают грех, но для совершившего меньший грех (upapatakin)
  [полагается его снимать] следующими различными обетами.
  109. Совершившему меньший грех убийце коровы полагается в течение
  месяца пить ячменный отвар; обритый, покрытый шкурой той [коровы],
  пусть живет в коровнике.
  110. Ему надо два месяца*, обуздывая чувства, умеренно есть несоленую
  [пищу каждый] четвертый срок *, совершая омовение коровьей мочой.
  111. Днем ему надо следовать за коровами и, стоя прямо, глотать пыль,
  [поднятую их копытами]; ночью, прислуживая и оказывая им почтение,
  пусть пребывает в позе вирасана *.
  112. Обуздывая себя и чуждый гнева, пусть стоит, когда они стоят,
  следует за ними, когда они бродят, и сидит, когда они отдыхают.
  113. Надо самоотверженно оберегать больную [корову], подвергающуюся
  опасностям от воров, тигров и тому подобного, упавшую или застрявшую в
  болоте.
  114. В жару, в дождь или в холод, или когда сильно дует ветер, нельзя
  укрывать себя, не создав убежище для коровы.
  115. Нельзя ничего говорить, если она ест в его доме или у других, в
  поле или на гумне (khaia), или если теленок пьет*.
  116. Тот убийца коровы, который ухаживает за коровами этим способом,
  снимает по истечении трех месяцев грех, совершенный убийством коровы.
  121. Знающие дхарму толкователи Веды объявили добровольное извержение
  семени дваждырожденным, исполняющим обет [учения], нарушением обета.
  122. Божественный свет, [сообщенный] Ведой, уходит от извергшего семя
  к четырем исполняющим обет - к Марутам, Пурухуте *, Гуру и Паваке *.
  123. По совершении этого греха надо идти просить милостыню в семь
  домов, надев шкуру осла, объявляя о своем прегрешении.
  128. Брахману (dvijottama), убившему неумышленно кшатрия, полагается
  дать для своего очищения тысячу коров и одного быка;
  129. или он может в течение трех лет исполнять покаяние [предписанное]
  за убийство брахмана, обуздывая чувства, нося косу, проживая вдали от
  деревни, имея убежище у корней дерева.
  130. Брахману, убившему добродетельного вайщия, полагается исполнить
  то же покаяние в течение года или дать сотню коров и одного быка.
  131. Убившему щудру* полагается исполнять то же покаяние в течение
  шести месяцев или дать брахману десять белых коров и одного быка.
  132. Убив кошку *, ихневмона, голубую сойку, лягушку, собаку,
  крокодила, сову или ворону, надо исполнять покаяние, [полагающееся] за
  убийство щудры;
  133. или он может пить молоко в течение трех дней*, или пройти йоджану
  *, или омыться в реке, или повторять посвященный водам гимн *.
  134. Брахман, убив змею, пусть даст железную мотыгу, кастрата - охапку
  соломы или свинцовую машу;
  135. убив борова - горшок коровьего масла, куропатку - дрону кунжута,
  попугая - двухгодовалого теленка, журавля - трехгодовалого.
  136. Убив лебедя (hansa), [птицу] балаку, цаплю, павлина, обезьяну,
  сокола или коршуна, надо дать брахману корову.
  137. Убив лошадь, надо дать одежду, слона - пять черных быков, козла
  или барана - рабочего быка, осла - годовалого [теленка].
  138. Убив же [кого-либо из] плотоядных зверей, надо дать дойную
  корову, не плотоядных - телку, убив верблюда, - кришналу.
  139. Убив женщин четырех варн, виновных в прелюбодеянии, надо дать для
  очищения соответственно [порядку варн] охотничью сеть, лук, козла,
  овцу *.
  145. При бесцельной порубке растений, возделываемых или выросших
  естественно в лесу, полагается следовать в течение дня за коровой,
  соблюдая обет [употребления в пищу только] молока.
  151. [Люди] трех дваждырожденных варн, неумышленно вкусив экскременты,
  мочу или [что-нибудь], соприкасавшееся с сурой, должны пройти
  повторное посвящение (punahsamskara).
  152. Обривание, [надевание] пояса, [вручение] посоха, хождение за
  милостыней и обеты при совершении повторного посвящения
  дваждырожденных опускаются.
  153. Поев пищи людей, пищу которых нельзя есть, объедков, [оставшихся
  после] женщин и щудр, а также поев не разрешенное к употреблению мясо,
  надо пить семь суток ячменный отвар *.
  154. Дваждырожденный, выпив [напитков] кислых или вяжущих, даже чистых
  *, становится нечистым *, до тех пор, пока он это не извергнет.
  155. Дваждырожденный, проглотив мочу или экскременты домашнего кабана,
  осла, верблюда, шакала, обезьяны и вороны, пусть исполнит лунное
  покаяние.
  160. Съев оставшееся после кошки, вороны, мыши [или крысы], собаки,
  ихневмона и [пищу, в которую] попал волос или насекомое, надо пить
  [настой растения] брахмасуварчала.
  161. Желающим для себя чистоты не должна съедаться запрещенная пища, а
  съеденная нечаянно должна быть выблевана, а также тотчас должно быть
  произведено очищение различными очистительными обрядами.
  162. Итак, различные правила покаяний при поедании запрещеннои пищи
  объявлены; да будет выслушано правило обетов для очищения греха
  воровства.
  163. Лучший из дваждырожденных, намеренно * совершив кражу зерна, пищи
  или имущества из дома человека равного происхождения (svajatiya),
  очищается криччхрой, [исполняемой] в течение года.
  164. При похищении мужчин и женщин*, [при присвоении] поля, дома и
  воды из колодца (kupa) или водоема (vapi) очищением считается лунное
  покаяние.
  165. Совершив кражу малоценных предметов* из чужого дома, надо, вернув
  их, исполнить для своего очищения самтапану криччхру.
  166. При похищении разного рода съестных продуктов, повозки, ложа,
  сиденья, цветов, кореньев и плодов очищением [является глотание] пяти
  продуктов коровы *;
  167. [при похищении] травы, дров, деревьев, сухой пищи, сока сахарного
  тростника, одежд, кож и мяса полагается пост в течение трех суток;
  168. [при похищении] драгоценных камней, жемчуга, кораллов, меди,
  серебра, железа, латуни или камня - питание [только] зерном в течение
  двенадцати дней;
  169. [при похищении] хлопка (karpasa), шелка (kitaja), шерсти (urna),
  животного с раздвоенными или нераздвоенными копытами, птицы,
  благовоний, лекарственных растений или веревок-[питание только]
  молоком в течение трех дней*.
  170. Этими обетами дваждырожденному надо снимать грех, совершенный
  воровством; но [грех], относящийся к незаконной связи с женщиной, с
  которой сношения не допускаются, надо снимать такими обетами:
  171. имев сношение с единоутробными сестрами, с женой друга и сына, с
  девушками, с низкорожденными женщинами, надо исполнить обет,
  полагающийся за осквернение ложа гуру*;
  172. имев сношение с дочерью сестры отца, [которая ему почти] сестра,
  дочерью сестры матери и родного брата матери, надо совершить лунное
  покаяние.
  173. Благоразумному человеку не следует брать в качестве жены этих
  трех; они не должны браться в жены вследствие родства, ибо
  сочетающийся с ними низвергается в ад.
  174. Мужчине, имевшему сношение с самкой животного, с женщиной в
  период менструаций, противоестественным способом, а также в воде, -
  полагается исполнить самгапану криччхру.
  175. Дваждырожденный, имев сношение с мужчиной или с женщиной на
  повозке, влекомой быками, в воде, а также днем, - пусть совершит
  омовение в одежде.
  176. Брахман, сочетавшись с чандалкой или [другой] низкорожденной
  женщиной, вкусив [их пищи], приняв дары [от них], становится изгоем
  (patati), [если совершает это] неумышленно, но становится равным [им,
  если] умышленно.
  177. Распутную жену следует мужу держать взаперти в отдельном
  помещении и заставить ее исполнить то покаяние, которое [предписано]
  мужчине при прелюбодеянии.
  178. Если увлеченная равным * [мужчиной] она оскверняется опять, для
  нее предписано как очищение криччхра или лунное покаяние.
  179. Что дваждырожденный совершает в продолжение одной ночи из-за
  общения с щудрянкой*, то ему полагается искупать в течение трех лет,
  постоянно питаясь милостыней и повторяя [священные тексты].
  180. Таким образом, объявлено искупление четырех злодеяний *.
  Выслушайте теперь об искуплении для общающихся с изгоями (patita).
  181. Общающийся с изгоями сам в течение года становится изгоем не
  только из-за жертвоприношения, обучения и вступления в брак, но и
  из-за [совместного] путешествия, сидения или приема пищи *.
  182. Тому, кто вступает в общение с кем-либо из изгоев, надо исполнять
  для искупления общения с ним его покаяние *.
  185. С этого времени им следует прекратить с ним разговор, совместное
  сидение, выдачу [доли] наследства к [вообще] всякое обычное общение.
  186. И [если он был старшим], он лишается первородства и имущества,
  которое должно быть получаемо по старшинству; долю старшего следует
  получить младшему, отличающемуся добродетелями.
  187. Когда покаяние исполнено, пусть они * опрокинут новый сосуд,
  полный воды, выкупавшись вместе с ним в священном (punya) пруду
  (jala^aya).
  188. Он, бросив этот сосуд в воду, войдя в свой дом, пусть исполняет,
  как прежде, все обязанности, относящиеся к родне.
  189. Это правило * следует применять к женщинам-изгоям, но [им] должно
  давать одежду, пищу и питье, и жить им полагается вблизи дома.
  190. Не следует иметь никаких дел (artha) с неочистившимися грешниками
  (enasvin), а [что касается] совершивших покаяние, тех можно никогда не
  избегать.
  191. Не следует жить с убийцами детей, неблагодарными, с убивающими
  ищущих убежища, с убивающими женщин - даже с очистившимися в
  соответствии с дхармой.
  200. Укушенный собакой, шакалом, ослом, домашним плотоядным животным
  *, человеком, лошадью и кабаном очищается удержанием дыхания.
  206. Ударив [брахмана] даже травинкой *, затянув шею одеждой или
  победив в споре, надо умиротворить его, поклонившись ему в ноги.
  207. Напавший на брахмана с намерением ударить пребывает в аду сто
  лет, [действительно] ударив - тысячу.
  208. Сколько пылинок захватит кровь дваждырожденного, столько тысяч
  лет виновнику [кровопролития] придется жить в аду.
  216. Двенадцатидневный пост, который [установлен] для обузданного и
  внимательного, [носит] название парана криччхра; он искупает все
  грехи.
  217. Если кто уменьшает [прием пищи] каждый раз на одно наполнение рта
  в темную половину месяца и увеличивает в светлую, совершая омовение
  три раза [в день], это считается лунным покаянием.
  218. Этому же порядку надо следовать при явамадхьяме, [то есть] надо
  исполнять лунное покаяние, обуздывая себя, начиная [его] в светлую
  половину месяца *.
  219. Исполняющий лунное покаяние аскета (yati), обуздывая себя, пусть
  съедает при наступлении полдня каждый раз [в течение месяца] восемь
  пинд жертвенной пищи.
  228. Грешник освобождается от греха признанием, раскаянием,
  аскетическим подвигом, чтением Веды, а также - в крайнем случае -
  дарами [брахманам].
  229. В какой мере человек, совершив адхарму, сам признается, в такой
  он от этой адхармы освобождается, как змея от кожи.
  230. В какой мере его рассудок порицает преступное деяние, в такой
  мере его тело * освобождается от этого греха.
  235. Мудрыми, обнаружившими Веду, было объявлено, что это все благо
  богов и людей имеет в аскетизме начало, в аскетизме - середину, в
  аскетизме - конец.
  236. Аскетизм для брахмана - [приобретение священного] знания,
  аскетизм для кшатрия - охрана [народа], аскетизм для вайщия -
  хозяйственная деятельность (vartta), аскетизм для щудры - услужение
  (sevana).
  237. Риши, имеющие обузданную душу, питающиеся плодами, кореньями и
  воздухом, именно благодаря аскетизму созерцают три мира с
  [находящимися в нем] движущимися и недвижущимися существами.
  238. Лекарства, здоровье, знание и разного рода божественное состояние
  достигаются именно аскетизмом, ибо для них аскетизм - средство
  достижения успеха.
  239. Что с трудом преодолевается, с трудом получается, с трудом
  достигается и с трудом исполняется, - все это достижимо посредством
  аскетизма, ибо [сила] аскетизма - непреодолима.
  240. Совершившие великий грех и остальные, совершающие недостойные
  дела, освобождаются от греха хорошо исполненным аскетическим подвигом.
  241. Ползающие насекомые, змеи, летающие насекомые, скот, птицы и
  недвижущиеся живые существа достигают неба силой аскетизма *.
  242. Какой бы грех ни совершали люди мыслями, словами и делами, люди,
  богатые аскетическими подвигами, быстро сжигают все именно аскетизмом.
  243. Небожители принимают жертвы и исполняют желания [только]
  брахмана, очистившегося именно аскетизмом.
  244. Владыка Праджапати создал эту щастру именно посредством
  аскетизма; риши также постигли Веды только посредством аскетизма.
  248. Таким образом, искупление [явных] грехов согласно правилу
  изложено; выслушайте теперь искупление тайных.
  249. Шестнадцать удержаний дыханий, сопровождаемых [произнесением]
  священных слов и слога "0м", исполненные ежедневно, очищают в течение
  месяца даже убийцу ученого брахмана *.
  250. Даже пьяница очищается, тихо произнося гимн Кутсы*,
  [начинающийся] словом "ар" *, и три гимна (гс) Васиштхи [начинающиеся
  со слова] "prati" *, гимны великому Индре * и содержащий слово
  "^uddha" *.
  251. Даже похитив золото, он сразу очищается, повторив однажды *
  [гимны, начинающиеся словами] "asyavamiya" * и "ivasarnkalpa" *.
  252. Осквернивший ложе гуру освобождается [от греха], произнося
  [гимн], начинающийся со слова "havisyantiya" *, [или] "па tarn artho"
  *, [или] "iti" *, или повторив гимн Пуруше *.
  258. Запятнанный великим грехом очищается, если он с сосредоточенным
  вниманием сопровождает коров, произнося гимны "pavamani"*, питаясь
  милостыней.
  262. Брахман, удерживающий в памяти Ригведу, не пятнается никаким
  грехом, даже уничтожив эти три мира *, даже вкушая [пищу, полученную]
  от кого попало.
 
  ГЛАВА XII
 
  1. "О безгрешный! Вся эта дхарма четырех варн тобой объявлена; сообщи
  нам [теперь] согласно истине конечный результат деяний (karman)".
  2. Тем великим риши, [обратившимся к нему с таким вопросом], тот
  праведный Бхригу, происшедший от Ману, сказал: "Выслушайте решение
  относительно всего этого [в мире], связанного с деянием.
  3. Деяние, происходящее от мысли, речи и тела, имеет плод чистый или
  нечистый; состояние (gati) людей - высокое, низкое или среднее -
  происходит от деяний.
  4. Надо знать, что в этом мире ум (manas) - возбудитель того телесного
  [действия] трех родов *, имеющего три местопребывания * и десять
  признаков *.
  5. Алчность к чужой собственности, размышление умом о дурном *,
  приверженность к ложному [учению] * - три рода [греховного]
  умственного действия;
  6. оскорбление и ложь, а также клевету при всех условиях и бессвязную
  болтовню - следует считать четырьмя родами [греховных] словесных
  действий;
  7. присвоение неданных [вещей], нанесение вреда вопреки правилам *,
  связь с чужой женой - считаются тремя родами [греховного] телесного
  действия.
  8. [Человек] вкушает [плод] совершенного деяния - доброго или дурного
  - [так]: умом - совершенное умом, словом - совершенное словом, телом -
  совершенное телом.
  9. Вследствие греха телесных деяний человек идет к состоянию
  неподвижности *, словесных - к [состоянию] птицы или животного,
  умственных - к состоянию [человека] низкого. рождения (antyajatita).
  10. [Необходим] контроль (danda) над словом, контроль над мыслями, а
  также контроль над делами; у кого в уме они утвердились, тот
  называется тридандином *.
  II. Человек, соблюдая этот тройственный контроль [над самим собой] по
  отношению ко всем живым существам, обуздывая желание и гнев, достигает
  благодаря этому полного успеха *.
  12. Того, кто побудитель этого Я *, называют кшетраджна *, но кто
  совершает деяния, тот называется мудрыми бхутатман *.
  13. Другое внутреннее Я, имеющее название джива *, рождается со всеми,
  одаренными телом; посредством нее испытывается все счастливое и дурное
  при [различных] рождениях.
  14. Эти оба - махат * и кшетраджна - соединенные с элементами
  [существования] *, пребывают, проникая в нее, находящуюся в различных
  живых существах *'.
  15. Из ее тела* исходят бесчисленные формы*, которые постоянно
  побуждают к действию многообразные существа.
  16. После смерти именно из пяти элементов у людей, поступающих дурно,
  возникает другое крепкое тело, подверженное страданиям.
  17. Те [возродившиеся], телом претерпев в этом мире мучения,
  наложенные Ямой, растворяются по частям в тех же самых элементах.
  18. Она *, претерпев за свои причиняющие несчастья грехи, порожденные
  привязанностью к мирским утехам, свободная от вины, возвращается к
  этим обоим *, одаренным великим могуществом.
  19. Они оба вместе рассматривают неустанно дхарму и порок (papa) той
  [души], в соединении с которыми достигается счастье или несчастье и в
  этом мире и в будущем.
  20. Если [душа] следует преимущественно дхарме, а адхарме - мало, она
  достигает счастья на небе, облеченная этими самыми элементами *.
  21. Но если она предается главным образом адхарме, а дхарме - мало,
  она претерпевает, оставленная этими элементами *, мучения, наложенные
  Ямой.
  22. Претерпев мучения Ямы, душа, свободная от порока, снова принимает
  эти элементы в надлежащей пропорции.
  23. Постигнув своим мышлением, что эти переселения основаны на дхарме
  и адхарме, надо направлять свое сердце на [исполнение] дхармы.
  24. Следует знать, что благость (sattva), страсть (rajas). и темнота
  (tannas) - три качества Я, с которыми махат, проникнув во все
  существа, пребывает в них полностью.
  25. Когда одно из этих качеств всецело господствует в теле, оно делает
  одаренную телом [душу] изобилующей этим качеством.
  26. Считается, [что] благость [проявляется] в знании, темнота - в
  невежестве, страсть - в любви и ненависти; таково внешнее их
  проявление (vapus), проникающее [все и] присущее всему живому.
  27. Когда [человек] испытывает в душе что-либо, соединенное с
  радостью, умиротворящее, состоящее из чистого света, это надо считать
  "благостью" (sattva).
  28. Но что соединено со страданием, причиняет неудовольствие для души,
  надо считать "страстью" (rajas), не могущей быть удержанной, всегда
  увлекающей обладающих телом.
  29. Но что связано с заблуждением, является неопределенным, мирским,
  неопределимым, непознаваемым, -- это надо считать темнотой (tamas).
  30. Теперь я полностью изложу, каков результат этих трех качеств -
  лучший, средний и худший.
  31. Изучение Веды, аскетизм, знание, чистота, обуздание органов
  чувств, исполнение дхармы, размышление о душе - признаки качества
  благости.
  32. Предприимчивость, недостаток твердости, совершение порочных
  действий, постоянная приверженность к мирским утехам - признаки
  качества страсти.
  33. Алчность, леность, нерешительность, жестокость, неверие
  (nastikya), ведение дурной жизни, попрошайничество и небрежность -
  признаки качества темноты.
  34. При этом должно знать вкратце [описание] по порядку признаков трех
  качеств, находящихся в трех [периодах - настоящем, прошедшем и
  будущем].
  35. [Если человек], совершив, совершая или намереваясь совершить
  какое-либо деяние, стыдится, ученым должно считать все это имеющим
  признаки качества темноты.
  36. Но [если кто-либо] желает [достигнуть] в этом мире каким-либо
  деянием громкой славы и не печалится при неудаче, это должно считать
  [признаком качества] страсти.
  37. Что он всем [сердцем] желает узнать, что не стыдится делать и чем
  его душа радуется, это [имеет] признаки качества благости.
  38. Желание (karna) считается признаком темноты, [стремление к] выгоде
  (artha) - страсти, дхарма - признак благости; из них лучшее - в
  порядке последовательности *.
  39. [Теперь] я вкратце изложу в должном порядке те переселения душ
  всего этого [мира], а также благодаря какому из [этих] качеств, какие
  [переселения] происходят.
  40. Одаренные благостью идут к состоянию богов, одаренные страстью - к
  состоянию людей, одаренные темнотой - всегда к состоянию животных:
  таков троякий вид перерождений.
  41. Но да будет известно, что каждый из троякого вида, обусловленный
  качеством, [имеет три степени] - низшую, среднюю и высшую -
  соответственно деянию и знанию [человека].
  42. [Существа] неподвижные *, черви, насекомые, рыбы, змеи с
  черепахами, скот, шакалы - это самое низкое состояние, обусловленное
  темнотой.
  43. Слоны, лошади, презренные щудры и млеччхи, львы, тигры и кабаны -
  среднее состояние, обусловленное темнотой.
  44. Чараны *, супарны, лицемерные люди (dambhika), ракшасы и пищачи -
  высшее состояние, обусловленное темнотой.
  45. Фехтовальщики, кулачные бойцы, актеры и люди, живущие позорными
  занятиями, преданные игре и пьянству, - первое состояние,
  обусловливаемое страстью.
  46. Цари, кшатрии, пурохиты, искусные в спорах, и воины - среднее
  состояние, обусловливаемое страстью.
  47. Гандхарвы, гухьяки *, якши - слуги богов, а также все апсары -
  высшее состояние среди обусловливаемых страстью.
  48. Подвижники, аскеты, брахманы, сонмы носящихся на воздушных
  колесницах, небесные тела и дайтьи - первое состояние, обусловливаемое
  благостью.
  49. Жертвователи, риши, боги, Веды, звезды, годы, предки и садхьи -
  второе состояние, обусловливаемое благостью.
  50. Брахма, создатели вселенной *, дхарма, а также великий
  непостижимый * - это мудрые объявили высшим состоянием.
  обусловливаемым благостью.
  51. Таким образом, [последствие] такого действия, всё переселение душ,
  состоящее из трех разрядов, каждый с тремя подразделениями, полностью
  объяснено.
  52. Вследствие привязанности к чувственным [предметам] и вследствие
  неисполнения дхармы невежды * - самые низшие из людей - нисходят в
  дурные возрождения.
  53. В какую утробу эта душа (jiva) идет в этом мире и вследствие каких
  деяний, это все выкушайте по порядку.
  54. Совершившие великий грех, проведя многочисленные ряды лет в
  страшных преисподниях, по окончании этого [срока] подвергаются
  следующим перерождениям.
  55. Убийца брахмана входит в утробу собаки, свиньи, осла. верблюда,
  коровы, козы, овцы, оленя, птицы, чандалы и пулькасы *.
  56. Брахману-пьянице придется пройти [через состояние] червей и
  насекомых, моли, питающихся навозом птиц и причиняющих вред животных.
  57. Брахману-вору [полагается пройти] тысячекратно [через состояния]
  паука, змеи, ящерицы, животных, двигающихся в воде, и зловредных
  пищачей.
  58. Осквернителю ложа гуру [полагается пройти] стократно[через
  состояние] травы, кустарников, лиан, плотоядных [животных], снабженных
  зубами и совершающих жестокие действия *.
  59. [Люди], наслаждающиеся причинением вреда, становятся плотоядными,
  вкушающие запрещенную пищу - червями,. воры - [животными], вкушающими
  себе подобных, имеющие связь с низкорожденными женщинами - претами *.
  60. Вступивший в общение с изгоями (patita), с женой другого, а также
  похитивший собственность брахмана становится [демоном]брахмаракшасом.
  61 Человек, по жадности укравший драгоценные камни, жемчуг или кораллы
  и [другие] разного рода драгоценности, возрождается среди золотых дел
  мастеров (hemakartar) *.
  62. Похитив зерно, он делается крысой, латунь - лебедем (harisa), воду
  - водяной птицей, мед - комаром, молоко - вороной, сок - собакой,
  коровье масло - ихневмоном,
  63. мясо - коршуном, жир - чайкой, растительное масло - птицей
  тайлапайика, соль - сверчком, простоквашу - птицей балака;
  64. похитив шелк (kau^eya), - куропаткой, похитив льняную ткань, -
  лягушкой, хлопчатобумажную ткань - журавлем, корову - крокодилом,
  патоку (guda) - [птицей] ваггудои,
  65. хорошие духи - мускусной крысой, зелень (pattra^aka) - павлином,
  различную приготовленную пищу - дикобразом, неприготовленную пищу -
  ежом.
  66. Похитив огонь, он становится цаплей, домашнюю утварь - осой,
  похитив крашеные одежды, он рождается рябчиком,
  67. Оленя или слона - волком, лошадь - тигром, плоды или цветы -
  обезьяной, женщину - медведем, воду - рябой кукушкой, повозку -
  верблюдом, скот - козлом.
  68. Человек, силой отняв ту или иную чужую вещь, неизбежно делается
  животным, так же как и вкусив жертвенную пищу, не предложенную при
  жертвоприношении.
  69. Женщины, похитив [упомянутое] таким же образом, [также] совершают
  грех; они становятся женами тех самых живых существ.
  70. Члены варн, уклонившиеся без крайней необходимости от свойственных
  им занятий (karman), подвергнувшись дурным перерождениям, становятся
  слугами (presya) дасью *;
  71. уклонившийся брахман становится претой, [называемым] улкамукха,
  питающимся блевотиной, кшатрий - [духом] катапутана, питающимся
  трупами,
  72. вайщий становится духом майтракшаджьйотика, питающимся гноем,
  шудра же, уклонившийся от своей дхармы, становится [духом] чайлащакой
  *.
  73. В какой мере чувственные [люди] предаются мирским утехам, в той
  мере у них воспроизводится склонность к ним.
  74. От повторения тех грешных деяний эти малопонимающие претерпевают
  страдания в этом мире в различных рождениях
  75. и блуждание в страшных преисподниях - Тамисре и прочих *, в лесу с
  листьями, подобными мечам, и т. д., сковывания, рассечения,
  76. и разнообразные муки, пожирание воронами и совами, жар
  раскаленного песка и труднопереносимое кипячение в сосудах,
  77. и рождения в презренных утробах, постоянно связанных со
  страданием, и муки холода, и жары, и страхи разного рода,
  78. неоднократное пребывание в виде зародыша и трудное рождение,
  тяжелые оковы и рабство *,
  79. и разлуку с родными и друзьями, и сообщество с злодеями,
  приобретение имущества и [его] утерю, приобретение друзей и недругов,
  80. неизлечимую старость и страдания из-за болезней, и разнообразные
  скорби, и непреоборимую смерть.
  81. Если [человек, пребывая] в каком-либо состоянии (bhava), совершает
  то или иное деяние, то он, [пребывая в] теле, одаренном тем же
  состоянием, вкушает соответствующий плод *.
  82. Итак, все последствия деяний вам изложены; выслушайте [теперь]
  следующий образ действий брахмана, ведущий к блаженству.
  83. Изучение Веды, аскетизм, [приобретение] знания, обуздание чувств,
  непричинение вреда (ahimsa) и служение гуру - лучшее средство, ведущее
  к блаженству.
  84. Из всех этих чистых деяний в этом мире какое из объявленных деяний
  наиболее действенно для обеспечения блаженства человека?
  85. Познание атмана * считается высшим из всех их; оно, поистине,
  первое из всех знаний, так как через него приобретается бессмертие.
  86. Из всех этих ранее упомянутых шести [родов] деяний * и после
  смерти и в этом мире должно всегда считать наиболее действенными для
  обеспечения блаженства деяния, предписанные Ведой.
  87. В исполнении деяний, предписанных Ведой, все эти [другие]
  заключаются без остатка по порядку, в том или ином правиле ритуала
  (kriyaviddhi).
  88. Но деяние, предписываемое Ведой, двойственно: ведущее к мирскому
  счастью и ведущее к [конечному] блаженству, к продолжению (pravrtta)
  [мирского существования] и прекращению (nivrtta) [его].
  89. Деяние, совершенное ради выгоды в этом мире или в ином, называется
  правритта, совершенное же без желания выгоды, предшествуемое
  [приобретением истинного] знания, именуется нивритта.
  90. Исполняя деяния правритта, [человек] идет к равенству с богами,
  исполняющий же нивритту отрешается от пяти элементов *.
  91. Видящий во всех живых существах себя и в себе - все живые
  существа, [следовательно], приносящий жертвы себе *, достигает
  господства над всем.
  92. Лучшему из дваждырожденных, даже оставив ранее упомянутые
  жертвенные обряды, надо быть старательным в приобретении познания
  атмана, в бесстрастии и в изучений Веды.
  93. Ведь это [составляет] всё в существовании, особенно для брахмана;
  только достигнув этого, дваждырожденный достигает цели.
  94. Веда - вечное око предков, богов и людей; предписание Веды
  непостижимо и неизмеримо: таково положение.
  95. Учения * и те дурные философские системы *, которые не основаны на
  Веде, не приносят плода после смерти, ибо они считаются основанными на
  темноте.
  96. Поэтому все иные, [чем Веда, учения], которые возникают и
  погибают, - новейшего времени, они бесплодны и ложны.
  97. Четыре варны, три мира, четыре ащрамы, прошедшее, настоящее и
  будущее - все проистекает из Веды.
  98. Звук. осязание, цвет, вкус и - пятое - запах проистекают из Веды;
  [они -] порождение [ведийских обрядов, являющихся] второстепенными
  действиями.
  99. Вечное учение Веды поддерживает все живые существа: поэтому я
  считаю его высшим источником (sadhana) для каждого существа *.
  100. Командования войсками, царской власти (rajya) права наказания
  (dandanetriva), господства над всем миром заслуживает [только] знающий
  учение Веды.
  101. Как сильный огонь сжигает даже сырые дрова, так знающий Веду
  сжигает свой грех, возникший от [дурного] деяния.
  102. В какой бы ащраме ни находился знающий истинный смысл учения
  Веды, даже пребывая в этом мире, он делается достойным соединения с
  брахмой.
  103. Читавшие [Веду] лучше невежд, помнящие - лучше читавших,
  понимающие - лучше помнящих, следующий [учению Веды - лучше]
  понимающих.
  104. Аскетизм и священное знание * - лучшие средства обеспечения
  блаженства для брахмана; посредством аскетизма он убивает грех,
  посредством священного знания он достигает бессмертия.
  105. [Правильное] понимание, [умение делать] выводы и щастры *,
  обнимающие различные учения, - три [вещи], которые должны быть хорошо
  усвоены желающим правильного понимания дхармы.
  106. [Только] тот - не другой - знает дхарму, кто изучает [изречения]
  риши * и наставления в дхарме * посредством рассуждения, не
  противоречащего учению Веды.
  107. [Итак], полностью объявлено о деянии, обеспечивающем блаженство;
  [теперь] будет объяснена сокровенная часть этой щастры, объявленной
  Ману.
  108. Если возникнет [вопрос]: "Как быть, если [что-нибудь] не
  упомянуто в [сборниках наставлений в] дхарме?"-то, что ученые (^ista)
  брахманы объявят, несомненно является дхармой.
  109. Те брахманы должны считаться учеными (^ista), которыми изучена
  согласно дхарме Веда вместе с добавлениями *, основывающимися на
  свидетельствах священного откровения (^ruti).
  110. Какую дхарму ни установит собрание (parisad), состоящее из десяти
  или даже по крайней мере из трех добродетельных, ту дхарму никому не
  полагается оспаривать.
  111. Трое, знающие три Веды (traividya), а также знающий логику
  (haituka), знакомый с философией (tarkin), знающий нирукту *,
  толкователь дхармы и трое, принадлежащие к первым ащрамам *, -
  составляют собрание, состоящее по крайней мере из десяти [человек].
  112. Знающий Ригведу, знающий Яджурведу, а также знающий Самаведу -
  трое, которых должно считать [достаточно уважаемым] собранием при
  разрешении сомнений относительно дхармы.
  113. Дхарма, которую устанавливает даже [только] один брахман, знающий
  Веду, должна признаваться за высшую дхарму, - а не объявленная
  мириадами невежд.
  114. [Даже масса брахманов], собравшихся тысячами, - не исполняющих
  обетов, не знающих мантр, живущих только своим происхождением (jati)
  *, - не считается [авторитетным] собранием.
  115. Грех того, которому сообщают дхарму не знающие ее глупцы,
  воплощение темноты, - стократ усилившись, падает на говорящих.
  116. Всё это, обеспечивающее высшее блаженство, сообщено вам; брахман,
  не уклоняющийся от этого, достигает высшей цели.
  117. Так этот досточтимый бог* из благоволения к людям открыл мне всю
  эту высочайшую тайну дхармы.
  118. Пусть [каждый] с сосредоточенным вниманием созерцает в атмане *
  все - реальное и нереальное, - так как созерцающий все в атмане не
  предает свое сердце адхарме.
  119. Именно атман - все боги; вселенная содержится п атмане, ибо атман
  производит соединение этих одаренных телом с действием.
  120. Надо видеть воздух в пустотах тела, ветер - в органах движения и
  осязания; высший свет - в органах пищеварения и зрения, воду - в
  жидкостях [тела], землю - в [его] твердых частях,
  121. луну - в сердце, страны света - в органах слуха, Вишну * - в
  движении, Хари * - в силе, Агни - в речи, Митру* - в испражнении,
  Праджапати - в детородном органе.
  122. Надо рассматривать высшего Пурушу как верховного правителя [их]
  всех, даже более крошечного, чем атом, сияющего как золото,
  постижимого только [как бы] во сне.
  123. Одни называют его Агни, другие - Ману, владыкой существ, иные -
  Индрой, некоторые - дыханием жизни, а некоторые - вечной брахмой.
  124. Он, проникая во все живые существа пятью элементами (rnurti),
  постоянно заставляет [их] вращаться, как колесо, посредством рождения,
  роста и смерти.
  125. Кто так видит во всех живых существах атмана через атмана, тот,
  став равнодушным ко всему, достигает высшего состояния - брахмы.
  126. Дваждырожденный, читающий эту щастру Ману, объявленную Бхригу,
  всегда пребывает добродетельным и достигает состояния, какого желает
  *".
 
  Такова в дхармащастре Ману, изложенной Бхригу, двенадцатая глава.
 
  На этом дхармащастра Ману окончена.
 
 
 

Гла­ва пя­тая, в ко­то­рой чер­ные на­чи­на­ют и поч­ти вы­иг­ры­ва­ют


 
 
 
  Пер­вым на со­вет к Во­ж­дю явил­ся Ша­ман с ча­дя­щим фа­ке­лом в ру­ках. Весь уве­шан­ный бле­стя­щи­ми аму­ле­та­ми не­по­нят­но­го назначения, он оку­ри­вал ды­мом ка­ж­до­го из при­гла­шен­ных, в то же вре­мя, под по­кро­вом ды­ма, осе­няя но­во­при­быв­ше­го вол­шеб­ным пер­стом, зло­ве­ще по­бле­ски­ваю­щим в лу­чах из­ред­ка про­би­вав­ше­го ды­мо­вую за­ве­су солн­ца. При­быв­шим на со­вет нра­вил­ся этот стран­ный, но, без­ус­лов­но, тор­же­ст­вен­ный об­ряд. Он при­да­вал вес пред­стоя­щей мис­сии и воз­вы­шал ка­ж­до­го в соб­ст­вен­ных гла­зах.
  Ай-ка-ю, как бы­ло при­ка­за­но, су­нул свой аму­лет под язык, пре­ж­де чем пред­стать пе­ред Ша­ма­ном. Тот да­же пе­ре­усерд­ст­во­вал в оку­ри­ва­нии пи­су­на, чем вы­звал при­ступ рев­но­сти сре­ди поч­тен­ной пуб­ли­ки: с че­го бы это идио­ту та­кие по­чес­ти? На­ко­нец все усе­лись кру­гом на ци­нов­ках, долж­ным об­ра­зом при­вет­ст­во­ва­ли Во­ж­дя и об­ра­ти­лись в слух. Ар-фу-а об­стоя­тель­но из­ло­жил по­ло­же­ние дел, не упус­тив ни од­но­го из мно­го­чис­лен­ных юри­ди­че­ских ас­пек­тов. Од­на­ко то, что он на­шеп­тал по­ве­ли­те­лю Верх­не­го пре­де­ла в стро­го кон­фи­ден­ци­аль­ной об­ста­нов­ке, ос­та­лось дос­тоя­ни­ем дво­их.
  - Я по­ла­гаю, что пер­вым дол­жен вы­сту­пить ува­жае­мый гла­ва ста­рей­шин Ар-ха-ю, - сме­нив гнев на ми­лость, ска­зал Вождь. - Он, един­ст­вен­ный из при­сут­ст­вую­щих, был не­по­сред­ст­вен­ным сви­де­те­лем по­един­ка и луч­ше дру­гих пред­став­ля­ет суть про­ис­шед­ше­го.
  - Но там еще был я! - не сдер­жав­шись, крик­нул Ай-ка-ю, на мгно­ве­нье по­за­быв, на ка­ком вы­со­ком форуме он находится.
  - Все мы счи­та­ем, что наш бед­ный Ай-ка-ю ока­зал­ся не боль­ше, чем иг­руш­кой в ру­ках выс­ших сил. Ка­ж­дый из нас был мо­ло­дым и ка­ж­до­му слу­ча­лось по­па­дать в хит­ро­ум­но рас­став­лен­ные се­ти по­ве­ли­тель­ни­цы же­ла­ний Ма-ноа, - пе­чаль­но и при­твор­но за­ме­тил Ар-фу-а.
  Гла­ва ста­рей­шин дол­го от­каш­ли­вал­ся, пре­ж­де чем на­чать свою речь.
  - Я по­ни­маю, что не­ко­то­рые склон­ны осу­ж­дать мой по­сту­пок как не­об­ду­ман­ный, - на­чал ста­рик. - Я да­же го­тов при­знать за со­бой не­ко­то­рую до­лю ви­ны за то, что не про­яс­нил за­ра­нее это но­вей­шее изо­бре­те­ние бес­по­кой­ных умов, име­нуе­мое юри­ди­че­ской ка­зуи­ст­кой. Но смею за­ме­тить, что глав­ных по­ло­же­ний Древ­не­го За­ко­на я не за­был. Не за­был и за­ко­нов гос­те­при­им­ст­ва и свя­щен­но­го прин­ци­па ие­рар­хии. Да­вай­те в по­ряд­ке мыс­лен­но­го экс­пе­ри­мен­та пе­ре­вер­нем си­туа­цию и по­пы­та­ем­ся пред­ста­вить та­кую кар­ти­ну: наш все­ми по­чи­тае­мый Вождь прибы­ва­ет с офи­ци­аль­ным ви­зи­том в Ниж­ний пре­дел и, вме­сто по­ло­жен­ных по про­то­ко­лу бан­ке­та и охо­ты, пред­ла­га­ет спор­тив­ное со­стя­за­ние. Пред­по­ло­жим, стрель­бу из лу­ка по ми­ше­ням с луч­шим, от­метьте это, охот­ни­ком Ниж­не­го пре­де­ла. Воз­мож­но ли та­кая си­туа­ция? - гром­ко во­про­сил Ар-ха-ю.
  Все вы­ну­ж­де­ны бы­ли со­гла­сить­ся, что та­кая си­туа­ция до­пус­ти­ма.
  - Лад­но, про­дол­жим наш мыс­лен­ный экс­пе­ри­мент, - до стар­че­ской хри­по­ты воз­вы­сил свой го­лос гла­ва ста­рей­шин. - Мо­жет ли кто-ни­будь из вас, поч­тен­ные бра­тья, пред­ста­вить, что в от­вет на бла­го­род­ное пред­ло­же­ние на­ше­го по­ве­ли­те­ля из тол­пы встре­чаю­щих вы­ско­чит ка­кой-ни­будь ме­ст­ный Ар-ха-ю (за­ра­нее из­ви­ня­юсь пе­ред ува­жае­мым мерт­вым со­ро­ди­чем за столь ко­щун­ст­вен­ное пред­по­ло­же­ние) и на­чи­на­ет дос­та­вать по­ве­ли­те­ля во­про­са­ми ти­па: ка­ков юри­ди­че­ский ста­тус пред­стоя­ще­го по­един­ка; сто­ит ли на­гра­ж­дать по­бе­ди­те­ля или воз­мож­но пре­неб­речь за­ра­нее ого­во­рен­ны­ми ус­ло­вия­ми; на­гра­да, ко­то­рую вы име­ли не­ос­то­рож­ность вы­иг­рать в че­ст­ной борь­бе, к со­жа­ле­нию, уже за­ре­зер­ви­ро­ва­на за од­ним из на­ших не­уча­ст­ни­ков со­стя­за­ния...
  Тут уж не вы­дер­жал Ве­ли­кий охот­ник, пре­крас­но по­ни­мав­ший, про­тив ко­го на­прав­ле­ны по­след­ние ин­век­ти­вы.
  - Из­ви­ни­те, что пре­ры­ваю, гла­ва ста­рей­шин, но об­стоя­тель­ст­ва вы­ну­ж­да­ют ме­ня при­вес­ти не­ко­то­рую ис­то­ри­че­скую справку, за точ­ность ко­то­рой мо­гу по­ру­чить­ся го­ло­вой, ибо сам был сви­де­те­лем и уча­ст­ни­ком со­бы­тий. Да, к нам при­бы­ва­ло не­ма­ло по­ве­ли­те­лей дру­гих пле­мен. Бы­ли и пред­ста­ви­те­ли гроз­но­го пле­ме­ни кан­ни­ба­лов и охот­ни­ков за че­ре­па­ми... И что же - сра­зу по при­бы­тии они на­чи­на­ли от­ры­вать го­ло­вы на­шим юно­шам или под­жа­ри­вать на вер­те­ле наи­бо­лее ап­пе­тит­ных жен­щин? Ни­чуть не бы­ва­ло! Да­же эти отъ­яв­лен­ные вар­ва­ры и лю­до­еды все­гда при­дер­жи­ва­лись за­ко­нов при­ни­маю­щей сто­ро­ны. Не скрою: слу­ча­лись и экс­цес­сы. Буй­ные при­пад­ки под дей­ст­ви­ем ко­но­п­ля­но­го ды­ма, по­та­сов­ки ме­ж­ду уча­ст­ни­ка­ми пир­шеств, охо­та на та­буи­ро­ван­ных жи­вот­ных и да­же поль­зо­ва­ние де­во­чек, не дос­тиг­ших брач­но­го воз­рас­та. Вся­кое слу­ча­лось на мо­ей па­мя­ти. Од­но­го вот толь­ко не при­пом­ню: сколь бы не был чужд на­ших за­ко­нов за­ез­жий га­ст­ро­лер, он ни­ко­гда не по­ку­шал­ся на жен Во­ж­дя или не­вест дру­гих вы­со­ко­по­став­лен­ных пред­ста­ви­те­лей ад­ми­ни­ст­ра­ции при­ни­маю­щей сто­ро­ны. Да еще в та­кой из­вра­щен­ной фор­ме, как пред­ло­же­ние пос­сать на спор, пред­ме­том ко­то­ро­го яв­ля­ет­ся свя­щен­ная ро­ди­тель­ская во­ля и честь на­шей не­со­вер­шен­но­лет­ней се­ст­ры.
 -- Мо­ей, мо­ей се­ст­ры! - уточ­нил со сво­его мес­та Ай-ка-ю.
 -- Тво­ей, уб­лю­док, - мрач­но со­гла­сил­ся Ве­ли­кий охот­ник.
  И тут слу­чи­лось со­вер­шен­но не­ожи­дан­ное. Что-то гром­ко щелк­ну­ло в го­ло­ве
  ос­корб­лен­но­го Ай-ка-ю, и он ус­лы­шал стран­ные то при­бли­жаю­щие­ся, то ухо­дя­щие не­по­нят­ные го­ло­са впе­ре­меж­ку с шу­мом и трес­ком, об­рыв­ка­ми ме­ло­дий и гор­тан­ны­ми вы­кри­ка­ми, не­со­мнен­но, кан­ни­баль­ско­го про­ис­хо­ж­де­ния в со­про­во­ж­де­нии ба­ра­ба­нов и ре­ву­нов... На мгно­ве­нье все стих­ло, и вот он уже слы­шит го­лос - свой го­лос! - сво­бод­но­го лью­щий­ся меж под­жа­тых оби­жен­ных губ.
  - А нель­зя спро­сить ува­жае­мо­го Ве­ли­ко­го охот­ни­ка, по­че­му это он, вме­сте со свои­ми друзь­я­ми-кан­ни­ба­ла­ми столь охот­но поль­зо­вав­ший на­ших не­со­вер­шен­но­лет­них до­че­рей, вдруг оза­бо­тил­ся судь­бой си­рот­ки Ай-ка-ноа? Не за­ме­ша­ны ли тут лич­ные мо­ти­вы? Воз­мож­но, пе­ре­пор­тив, - я не бе­русь ут­вер­ждать, что съев, - не­ма­ло не­сча­ст­ных юных до­че­рей на­ше­го пле­ме­ни, он при­бе­ре­гал Ай-ка-ноа для сво­их лич­ных нужд. В ка­че­ст­ве боль­шо­го зна­то­ка из­вра­щен­ных форм, он, ко­неч­но, най­дет де­ви­це дос­той­ное при­ме­не­ние.
  Да, это бы­ло не­что. По­доб­ным об­ра­зом раз­го­ва­ри­вать с Ве­ли­ким охот­ни­ком не ос­ме­ли­вал­ся да­же Вождь. Ай-ка-ю го­то­вил­ся к не­ми­нуе­мой смер­ти и в ду­ше ап­ло­ди­ро­вал Яй­це­го­ло­во­му, не за­мет­но про­брав­ше­му­ся в его го­ло­ву и при ее по­сред­ст­ве учи­нив­шем гран­ди­оз­ный скан­дал.
  - Очень, очень стран­но, - не­ожи­дан­но пре­рвал за­тя­нув­шее­ся мол­ча­ние сам Вождь. - Ес­ли бы на­чаль­ник гвар­дии не по­ру­чил­ся го­ло­вой, что был сви­де­те­лем и уча­ст­ни­ком этих, с по­зво­ле­ния ска­зать, экс­цес­сов, ни­ко­гда бы не по­ду­мал, что в на­шем пле­ме­ни воз­мож­ны по­доб­ные без­обра­зия
  Пра­ви­тель, оп­ре­де­лен­но, лу­ка­вил. В глу­би­не ду­ши ему бы­ло жаль пре­дан­но­го Ве­ли­ко­го охот­ни­ка (в ту же ми­ну­ту он с удив­ле­ни­ем по­ду­мал, сколь мно­го­знач­но обыч­ное сло­во "пре­дан­ный" и ка­ким не­по­до­баю­щим об­ра­зом два со­вер­шен­но раз­ных зна­че­ния со­вмес­ти­лись в ны­неш­ней не­про­стой си­туа­ции. Во всем этом чув­ст­во­ва­лась ка­кая-то мис­ти­че­ская пре­до­пре­де­лен­ность: ес­ли че­ло­век пре­дан вам ду­шой и те­лом, он бу­дет, так по­ве­лось, ва­ми же и пре­дан - не в этом ли про­кля­тие мо­нар­шей вла­сти? На­до обя­за­тель­но по­го­во­рить об этом с Ар-фу-а), но по­ли­ти­че­ские об­стоя­тель­ст­ва дик­то­ва­ли же­ст­кую ли­нию по­ве­де­ния. Друж­ба и пре­дан­ность не ком­пен­си­ру­ют ужа­сов гра­ж­дан­ской вой­ны с мерт­вы­ми со­пле­мен­ни­ка­ми.
  Офи­ци­аль­ное "на­чаль­ник гвар­дии" вме­сто обыч­но­го Ве­ли­кий охот­ник на­пра­ви­ли мыс­ли со­брав­ших­ся в нуж­ное рус­ло. По­хо­же, на­зре­ва­ли боль­шие пе­ре­ме­ны и ка­ж­дый был не прочь по­ло­вить рыб­ку в мут­ной во­де.
  - Я не­од­но­крат­но пре­дос­те­ре­гал на­чаль­ни­ка гвар­дии от чрез­мер­но­го об­ще­ния с лю­до­еда­ми. Го­во­рят, кто од­на­ж­ды по­про­бо­вал че­ло­ве­че­ско­го мя­са, уже не в си­лах от­ка­зать­ся от этой при­выч­ки, - ска­зал Ар-ха-ю.
  - На что это ты на­ме­ка­ешь, ста­рик? - вски­нул бро­ви Ве­ли­кий охот­ник.
  - Два­ж­ды по три лу­ны на­зад у из­лу­чи­ны ре­ки про­па­ли два на­ших вои­на, вы­слан­ные в до­зор. Мож­но, ко­неч­но, пред­по­ло­жить, что их со­жра­ла аку­ла, за­плыв­шая из океа­на.
  - Аку­лы не за­плы­ва­ют так да­ле­ко в пре­сные во­ды, - ска­зал Ар-фу-а.
  - То­гда не знаю, что и подумать, - раз­вел ру­ка­ми гла­ва ста­рей­шин с та­ким ви­дом, словно пред­по­ло­жить и подумать мож­но бы­ло толь­ко един­ст­вен­ное.
  - А не­че­го и гадать. Я был у из­лу­чи­ны ре­ки. Ни­ка­ких сле­дов на­си­лия, кро­ме тех, ко­гда жерт­ва са­ма мо­лит о на­си­лии. Их про­сто сма­ни­ли лес­ные жен­щи­ны, - без­ра­до­ст­но кон­ста­ти­ро­вал Ве­ли­кий охот­ник.
  - Лес­ные жен­щи­ны? Что это еще за пле­мя? - уди­вил­ся Вождь.
  - Это твое пле­мя, по­ве­ли­тель, - с уко­риз­ной от­ве­тил Ве­ли­кий охот­ник. - Не в си­лах про­кор­мить се­бя про­сти­ту­ци­ей, вдо­вы на­ших по­гиб­ших вои­нов ухо­дят в ле­са. Я ви­дел этих от­важ­ных охот­ниц. Лю­бая из них стре­ля­ет из лу­ка не ху­же муж­чи­ны.
  - Но раз­ве пле­мя не вы­де­ля­ет им вдовь­ей до­ли?
  - Да, по­зво­ля­ет дро­бить кос­ти и со­би­рать объ­ед­ки по­сле все­об­щей тра­пе­зы. Вдовь­ей до­лей не бу­дешь сыт, ес­ли ки­пит кровь и бу­шу­ют стра­сти. Так что вы­бор не ве­лик: ли­бо в кос­тер, ли­бо в ле­са вы­сле­жи­вать дичь и муж­чин.
  - Древ­ний За­кон за­пре­ща­ет вто­рич­но вы­хо­дить за­муж, - гроз­но от­ме­тил боль­шой зна­ток тра­ди­ций Ар-ха-ю.
  - За­то Древ­ний За­кон не за­пре­ща­ет вы­да­вать до­че­рей на­ше­го пле­ме­ни за мерт­вя­ков, со всей пыш­но­стью рас­тер­зав не­сча­ст­ную под улю­лю­ка­нье тол­пы. Един­ст­вен­ное ог­ра­ни­че­ние: лишь бы тель­це не по­пор­тить. Мерт­вя­ки не лю­бят рас­чле­нен­ки.
  Та­кое, ра­зу­ме­ет­ся, мог ска­зать толь­ко Ве­ли­кий охот­ник, кшат­рий по са­мой су­ти сво­его ес­те­ст­ва, пре­зи­раю­щий смерть за ее склон­ность к иг­ре кра­п­ле­ны­ми кос­тя­ми. Вождь не­воль­но за­лю­бо­вал­ся сво­им быв­шим дру­гом. Как жаль, од­на­ко, что тот сам под­пи­сал се­бе смерт­ный при­го­вор.
  И вдруг хи­жи­на во­ж­дя на­пол­ни­лась птичь­им кле­ко­том. Ве­ре­ща на птичь­ем язы­ке, чер­ный Ша­ман, раз­ви­вая су­та­ну, при­нял­ся не­ис­то­во вра­щать­ся в бе­зум­ном экс­та­ти­че­ском тан­це, по­ми­нут­но вски­ды­вая ру­ки к не­бу, слов­но ища опо­ру в сби­том, как слив­ки, и пе­ня­щем­ся не­ми­нуе­мым раз­до­ром в воз­ду­хе. В эти ми­ну­ты ка­ж­дый из со­брав­ших­ся мог бы по­кля­сть­ся, что но­ги Ша­ма­на от­ры­ва­ют­ся от зем­ли и сво­бод­но па­рят в ме­ж­ду­ми­рье, по­ка груз пло­ти не при­би­ва­ет их сно­ва к зем­ле. На­ко­нец это ему уда­ет­ся и, имею­щий гла­за, ви­дит рас­пла­стан­ную в воз­ду­хе чер­ную су­та­ну с рас­ки­ну­ты­ми кре­стом ру­ка­ми, мер­но по­ка­чи­ваю­щую­ся под воз­дей­ст­ви­ем воз­душ­ных по­то­ков, про­ни­каю­щих в хи­жи­ну сквозь ще­ли бам­бу­ко­вых стен. Это про­из­во­дит не­из­гла­ди­мое впе­чат­ле­ние. При­выч­ным к об­ще­нию с под­зем­ным ми­ром лю­дям ка­жет­ся, что воз­душ­ная сфе­ра и есть тот един­ст­вен­ный, не под­ле­жа­щий со­мне­нию пласт бы­тия, от­ку­да при­хо­дят все­об­щие за­ко­ны и где про­жи­ва­ют не на­зван­ные еще по име­нам, но по­ве­ле­ваю­щие ка­ж­дой сво­ей об­ла­стью, будь ­то бо­лезнь, смерть, за­ча­тие или про­сто ве­зе­ние в охо­те и иг­ре, бес­чис­лен­ные все­знаю­щие бо­ги, при­шед­шие на сме­ну от­жив­ше­му свой век ани­миз­му. Им, а так­же их ора­кулу Ша­ма­ну, они поч­ти го­то­вы под­чи­нить­ся бес­пре­ко­слов­но.
  Все это, по-ви­ди­мо­му, и по­чув­ст­во­вал Че­ло­век-Че­ре­па­ха, ре­шив­ший пе­рей­ти в на­сту­п­ле­ние, по­ка ие­зу­ит окон­ча­тель­но не за­мо­ро­чил бед­ня­гам го­ло­вы.
  - Эй, ты, Фран­циск Азис­ский! - крик­нул он, уже ма­ло со­об­ра­зу­ясь с гео­гра­фи­ей и хро­но­ло­ги­ей, го­ло­сом Ай-ка-ю, в ко­то­ром лю­бой из при­сут­ст­вую­щих без тру­да рас­по­знал ин­то­на­ции по­ве­ли­те­ля Ниж­не­го пре­де­ла. - Не на­дое­ло ли бол­тать­ся, как гов­но в про­ру­би, ме­ж­ду не­бом и зем­лей?! Вот уж не ду­мал, что в ие­зу­ит­ских кол­лед­жах ста­ли пре­по­да­вать ле­ви­та­цию.
  - В ие­зу­ит­ских кол­лед­жах еще не дос­та­точ­но под­на­то­ре­ли в де­ле за­щи­ты от ха­кер­ско­го втор­же­ния, - вы­ну­ж­ден был со­гла­сить­ся Ша­ман, груз­но опус­ка­ясь на зем­лю. - Да и прак­ти­че­ская тео­ло­гия пре­тер­пе­ла зна­чи­тель­ные из­ме­не­ния. Все имею­щие­ся до­ка­за­тель­ст­ва су­ще­ст­во­ва­ния Бо­га ото­шли на вто­рой план. Про­фи­ли­рую­щий пред­мет на­зы­ва­ет­ся те­перь так: ис­кус­ст­во то­пить кро­тов. Де­ло, во­об­ще-то, не хит­рое: на­хо­дишь но­ру и на­чи­на­ешь лить ту­да во­ду. Мно­го во­ды. Кро­ты, как из­вест­но, не лю­бят сы­ро­сти, но сол­неч­ный свет они не лю­бят вдвой­не. За­то лю­бят, ко­гда ма­лень­кие али­сы про­ва­ли­ва­ют­ся в кро­то­вьи но­ры. Но у ма­лень­кой Али­сы есть мо­гу­ще­ст­вен­ные дру­зья. Как по­ла­га­ешь, гос­по­дин Крот, ста ки­ло­грам­мов тро­ти­ла бу­дет дос­та­точ­но для ме­лио­ра­ции за­по­вед­ных зе­мель?
  Здесь не­об­хо­ди­мы не­ко­то­рые по­яс­не­ния. Как в и гре­че­ской Ар­ка­дии, лю­бой маль­чиш­ка на ост­ро­ве был пре­крас­но ос­ве­дом­лен, где на­хо­дит­ся вход в цар­ст­во мерт­вых. Пол­дня пу­ти вдоль при­бреж­ной по­ло­сы при­ве­дет лю­бо­го к на­ча­лу не­вы­со­кой ска­ли­стой гря­ды, по­рос­шей кар­ли­ко­вым кус­тар­ни­ком и усе­ян­ной мно­же­ст­вом птичь­их гнезд. В ос­нов­ном - ча­ек. Чай­ки, как и во­ро­бьи, на­де­ле­ны спо­соб­но­стью слу­жить пси­хо­пом­па­ми, то есть про­вод­ни­ка­ми в цар­ст­во мерт­вых. Жи­те­ли при­бреж­ных по­се­ле­ний к это­му дав­но при­вык­ли и, тем не ме­нее, за­ви­дев стаю ча­ек, гор­ла­ня­щих у во­ды, по при­выч­ке го­во­рят: кто-то ум­рет. Сти­хий­ный на­род­ный де­тер­ми­низм, ска­жет про­све­щен­ный жи­тель "ас­фаль­то­вых джунг­лей". Post hoc, ergo prop­ter hoc (по­сле это­го, зна­чит, вслед­ст­вие это­го) до­ба­вит ло­гик на­зва­ние из­вест­но­го со­физ­ма и не­пре­мен­но вспом­нит за­бав­ный эпи­зод с порт­ре­том ко­ро­ле­вы Вик­то­рии и эпи­де­ми­ей плев­ри­та в Но­вой Гви­неи, под­роб­но опи­сан­ный Эдель­фель­том.
  Од­на­ко, в пра­ве ли мы, жи­те­ли ис­то­рии, ос­па­ри­вать де­тер­ми­низм оби­та­те­лей био­ло­ги­че­ской кру­го­вер­ти? У нас - ло­ги­ка, у них - ин­стинкт, за­ве­ден­ный, как ча­сы, и не спо­соб­ный к ло­ги­че­ским ошиб­кам. Так что, в лю­бом слу­чае, есть ре­зон по­ис­кать ме­сто наи­бо­лее плот­но­го ско­п­ле­ния птичь­их гнезд, а по­том, под­ныр­нув под ска­лу, ока­зать­ся в об­шир­ном гро­те, на­деж­но за­щи­щаю­щем устье ре­ки мерт­вых от втор­же­ни­я вра­ж­деб­ных сил океа­на. По­че­му вра­ж­деб­ных? На­вер­ное, по­то­му, что Оке­ан в ка­че­ст­ве ко­лы­бе­ли все­го жи­во­го на на­шей пла­не­те не мо­жет не про­ти­во­сто­ять си­лам Та­на­то­са. Вот на этот грот, слу­жа­щий при­род­ной дам­бой, и на­ме­кал Ша­ман, уг­ро­жа­я по­сред­ст­вом тро­ти­ла учи­нить при­ну­ди­тель­ную ме­лио­ра­цию Ниж­не­го пре­де­ла, или, про­ще го­во­ря, и за­то­пить мерт­вя­ков к чер­то­вой ма­те­ри. "Во­да - пер­вый враг ва­ше­го бра­та по­кой­ни­ка ", - го­ва­ри­вал Шек­спир ус­та­ми боль­шо­го про­фес­сио­на­ла в сво­ем де­ле - мо­гиль­щи­ка и был, без­ус­лов­но, прав. Че­ло­век-Че­ре­па­ха не без ос­но­ва­ния по­доз­ре­вал док­то­ра тео­ло­гии и эт­но­ло­гии, за­слан­но­го Ва­ти­ка­ном на Ост­ров, в не­зем­ном ко­вар­ст­ве.
  - Уве­рен, пап­ская ку­рия не одоб­рит та­ко­го ра­ди­ка­лиз­ма, - при­оса­нив­шись, за­ме­тил Ай-ка-ю. Роль по­сред­ни­ка ме­ж­ду дву­мя ми­ра­ми при­шлась ему по ду­ше. Вождь, по­эт, гла­ва ста­рей­шин и да­же Ве­ли­кий охот­ник взи­ра­ли на не­го, от­крыв рты от удив­ле­ния. Оп­ре­де­лен­но, он ве­лик, что не по­зво­лил на­смеш­ни­ку-Че­ре­па­хе вста­вить аму­лет се­бе в зад­ний про­ход. Это сни­зи­ло бы эф­фект от вы­сту­п­ле­ния. Его вы­сту­п­ле­ния. И при чем здесь, соб­ст­вен­но, Яй­це­го­ло­вый? Лю­бо­му мла­ден­цу из­вест­но, что пап­ская ку­рия не одоб­рит ра­ди­ка­лиз­ма. На­до сей­час же ис­про­сить у Во­ж­дя раз­ре­ше­ния име­но­вать­ся, как там го­во­рил этот ба­ла­бол Яй­це­го­ло­вый, Ук­ро­ти­те­лем зем­ных и не­бес­ных струй...
  - Ой! - не­ожи­дан­но за­орал все тот же Ай-ка-ю бла­гим ма­том, по­лу­чив вну­ши­тель­ную пор­цию элек­три­че­ст­ва по моз­гам. Что­бы не за­бы­вал­ся.
  - Мо­жет быть, хоть кто-ни­будь объ­яс­нит мне, что здесь про­ис­хо­дит? - спро­сил при­шед­ший в се­бя от не­ожи­дан­но­го во­пля Вождь.
  - Пред­по­ла­гаю, что по­ве­ли­тель Ниж­не­го пре­де­ла на­ка­зы­ва­ет сво­его зом­би, - до­га­дал­ся Ар-фу-а. - Че­ре­па­ха, ты ли это? От­зо­вись!
  - Здо­ро­во, со­чи­ни­тель! Не ус­тал еще ли­зать зад­ни­цы власть пре­дер­жа­щим! - за­вы­вая от бо­ли, про­сто­нал Ай-ка-ю и до­ба­вил: - Толь­ко вы­плю­ни! Баш­ку ото­рву!
  - Че­го я не дол­жен вы­пле­вы­вать и за­чем те­бе моя баш­ка? - не­ска­зан­но уди­вил­ся по­эт. - Это ни те­бе, дру­жи­ще! На­строй­ки "гу­ля­ют": вме­сто суг­ге­сти вы­да­ют вер­ба­ли­за­цию. Как ви­дишь, при­хо­дит­ся вое­вать на три фрон­та: с незваными гостями, чван­ст­вом и не­со­вер­шен­ст­вом ап­па­ра­ту­ры, - из по­след­них сил вы­дох­нул Ай-ка-ю.
  - Эй, Че­ре­па­ха, у твое­го al­ter ego очень силь­на контр­суг­ге­стив­ная со­став­ляю­щая. За­бло­ки­руй ее и пе­ре­хо­ди к пре­скрип­ци­ям, - по­со­ве­то­вал Ша­ман.
  - Бла­го­дар­ст­вуй­те, про­фес­сор! Жареных моз­гов на им­план­тан­тах не же­лае­те от­ве­дать?
  - По­слу­шай­те, Че­ре­па­ха, - бо­лее ува­жи­тель­но, чем на­смеш­ли­во ска­зал Ша­ман. - По­шли к чер­ту всю эту элек­тро­ни­ку! Вы ведь, по­ла­гаю, в дос­та­точ­ной ме­ре вла­дее­те ис­кус­ст­вом ма­гии.
  Ар-фу-а по­дал хо­ро­шую идею. Про­зом­би­руй­те пар­ня как сле­ду­ет, за­бло­ки­руй­те мыш­ле­ние и ис­поль­зуй­те его в ка­че­ст­ве ди­на­ми­че­ских ко­ло­нок.
  - Не со­лид­но, про­фес­сор, - мо­жет быть, впер­вые со дня смер­ти сту­ше­вал­ся Че­ло­век-Че­ре­па­ха. - Что же мы тут, в Ниж­нем пре­де­ле, ди­ка­ри ка­кие-ни­будь! Эдак да­же сте­рео­эф­фек­та не по­лу­чит­ся.
  - Не­че­го. Пе­ре­бьем­ся. Мы со­бра­лись здесь не для то­го, что­бы при по­мо­щи на­ше­го дру­га Ай-ка-ю по­слу­шать бит­лов, - на­пом­нил Ша­ман.
  - А что это за бит­лы? - за­ин­те­ре­со­вал­ся Вождь.
  - Жуч­ки. Про­би­ра­ют аж до са­мо­го серд­ца, - по­яс­нил Ша­ман.
  - Я не по­зво­лю запустить бит­лов в мой зад­ний про­ход, что бы они со­жра­ли мое серд­це! - в ужа­се за­кри­чал Ай-ка-ю. Во­ло­сы его, же­ст­кие и кур­ча­вые, как мед­ная про­во­ло­ка, вста­ли ды­бом и за­ис­к­ри­лись.
  - Кол­ле­га, вы­ру­бай­те элек­три­че­ст­во! Ап­па­ра­ту­ру со­жже­те, - пре­дос­те­ре­гаю­ще вос­клик­нул Ша­ман.
  - Черт с ва­ми! Вы­клю­чаю, - по­ни­жая го­лос до шепо­та, про­скри­пел Ай-ка-ю. Оба гла­за его, по­пе­ре­мен­но вспы­хи­вая то крас­ным, то зе­ле­ным ог­ня­ми, на­ча­ли по­сте­пен­но ту­ск­неть, по­ка и во­все не по­гас­ли. Те­ло без­жиз­нен­но опус­ти­лось на зем­лю.
  Все эти во­пли с под­ми­ги­ва­ния­ми по сво­ему эф­фек­ту на не­про­све­щен­ную часть ау­ди­то­рии тя­ну­ли ни­как не мень­ше по­ле­тов Ша­ма­на.
  В борь­бе двух ги­ган­тов мыс­ли на­зре­вал " мо­мент ис­ти­ны ".
  - Всем нам, ува­жае­мые со­ро­ди­чи, до­ве­лось быть сви­де­те­ля­ми не­бы­ва­ло­го мо­гу­ще­ст­ва по­ве­ли­те­ля Ниж­не­го пре­де­ла! - па­те­ти­че­ски вос­клик­нул Ар-ха-ю. - Пред­ла­гаю скло­нить го­ло­вы пе­ред все­вла­сти­ем мерт­вых и не­мед­ля рас­по­ря­дить­ся о под­го­тов­ке к свадь­бе.
  - Слу­шай, ста­рый ду­рак, ес­ли ты еще раз за­ик­нешь­ся о свадь­бе, я сам лич­но за­пу­щу в твою зад­ни­цу стаю про­жор­ли­вых бит­лов и они вы­гры­зут твое серд­це, - не шу­тя, при­гро­зил Ве­ли­кий охот­ник.
 -- Jai Guru De Va Om
  Noth­ing's gonna change my world
  Noth­ing's gonna change my world
  То Ша­ман про­мур­лы­кал под нос мо­тив­чик.
  - Имей ува­же­ние к со­брав­шим­ся и не вы­ра­жай­ся на та­ра­бар­ском язы­ке, - не ути­хал Ар-ха-ю. - Мы ви­де­ли твою ма­гию, Ша­ман. По срав­не­нию с э...э....
  - Элек­три­че­ст­вом, - под­ска­зал эмис­сар Ва­ти­ка­на.
  - ... она ни­что! Ты про­иг­рал. Са­дись в свою лод­ку де­ре­вян­ны­ми плав­ни­ка­ми и отправляйся, от­ку­да при­шел.
  Но тут на по­мощь Ша­ма­ну по­дос­пел Ве­ли­кий охот­ник.
  - Ар-ха-ю, ес­ли ты суе­тишь­ся с пре­тен­зи­ей по­лу­чить те­п­лое мес­теч­ко при дво­ре Че­ре­па­хи, луч­ше ос­тавь на­де­ж­ду. Мес­теч­ко за­ня­то. Боль­шее, что те­бе пред­ло­жат, это дер­жать опа­ха­ло над го­ло­вой Ве­ли­ко­го пис­у­на Ай-ка-ю. Да и то лишь в том слу­чае, ес­ли су­ме­ешь удач­но под­ма­хи­вать. Спра­вишь­ся ли, ста­рик? - на­смеш­ли­во спро­сил Ве­ли­кий охот­ник.
  У Ар-ха-ю пе­ре­хва­ти­ло ды­ха­ние от воз­му­ще­ния и, ес­ли бы не свое­вре­мен­ная по­мощь по­эта, ле­жать ему ря­дом со сво­им бу­ду­щим бос­сом.
  - Я ... я ... я... вы­зы­ваю те­бя на по­еди­нок! - толь­ко и смог про­мол­вить гла­ва ста­рей­шин пе­ред тем, как при­ступ стар­че­ско­го каш­ля окон­ча­тель­но не скру­тил его.
  - По боль­шо­му или по ма­лень­ко­му? - по­спе­шил уточ­нить на­чаль­ник гвар­дии.
  Это­го впол­не хва­ти­ло, что­бы уни­чи­жен­ный ста­рик окон­ча­тель­но по­те­рял соз­на­ние и был бе­реж­но уло­жен ря­дом с Ай-ка-ю.
  Ша­ман про се­бя от­ме­тил, что по­доб­ный спо­соб уст­ра­не­ния оп­по­нен­тов от­нюдь не нов и не без ус­пе­ха ис­поль­зу­ет­ся да­же в тео­ло­ги­че­ских дис­пу­тах. Од­на­ко ко­ли­че­ст­во уча­ст­ни­ков дис­кус­сии с той и с дру­гой сто­ро­ны сравнялось, и стои­ло пред­при­нять мас­си­ро­ван­ную ата­ку на про­тив­ни­ка, по­ка се­лек­тор­ная связь с Ниж­ним пре­де­лом без­дей­ст­во­ва­ла.
  - По­слу­шай ме­ня, Вождь, - из­да­ле­ка на­чал Ша­ман. - До по­яв­ле­ния на тво­ем ост­ро­ве я, пом­нит­ся, ша­ма­нил на Мар­ки­зах. Ты, на­де­юсь, не ду­ма­ешь, что ост­ров един­ст­вен­ный? По океа­ну рас­ки­да­но ог­ром­ное ко­ли­че­ст­во по­доб­ных ост­ро­вов. Так вот: там, на Мар­ки­зах, су­ще­ст­во­вал не ме­нее стран­ный обы­чай. Срок прав­ле­ния та­мош­не­го во­ж­дя за­ви­сел от са­мой боль­шой пла­не­ты на­шей Сол­неч­ной сис­те­мы - Юпи­те­ра. Пе­ри­од об­ра­ще­ния Юпи­те­ра во­круг Солн­ца ис­чис­ля­ет­ся две­на­дца­тью го­да­ми.
  - Это боль­ше или мень­ше, чем " три раза по три "? - жи­во за­ин­те­ре­со­вал­ся Вождь.
  - Боль­ше Ваш Ве­ли­кий Не­из­вест­ный, не в укор ему бу­дет ска­за­но, вы­брал в ка­че­ст­ве не­бес­но­го ана­ло­га для сво­его зем­но­го пра­ви­те­ля не­ве­до­мую нау­ке пла­не­ту с пе­рио­дом об­ра­ще­ния в де­вять лет.
  - На то он и Ве­ли­кий Не­из­вест­ный, что­бы пред­по­честь не­ве­до­мую звез­ду, - вы­ска­зал пред­по­ло­же­ние Ар-фу-а.
  - Очень ост­ро­ум­но за­ме­че­но. Правда, не ред­ко слу­ча­ет­ся, что от не­из­вест­но­го за­ви­сят ве­щи весь­ма кон­крет­ные. Жизнь, на­при­мер.
  - Точ­но. Не зная бро­ду - не лезь в во­ду, - под­дак­нул Ве­ли­кий охот­ник.
  - Глу­бо­ко­ува­жае­мый Ар-фу-а счи­та­ет, что не­из­вест­ность в на­шем слу­чае вещь оп­рав­дан­ная. Из это­го с не­об­хо­ди­мо­стью сле­ду­ет за­клю­чить, что не­бес­ный ана­лог для зем­но­го пра­ви­те­ля вы­бран пра­виль­но и " три раза по три " впол­не дос­та­точ­ный срок. Да­лее сту­пай под жерт­вен­ный нож и не взбры­ки­вай.
  - Ар-фу-а, ты дей­ст­ви­тель­но так счи­та­ешь? - с уко­риз­ной спро­сил Вождь, не ­по­нят­но ка­ким об­ра­зом су­мев­ший про­драть­ся сквозь деб­ри спе­ци­аль­ной тер­ми­но­ло­гии (птичь­е­го язы­ка) и кое-как уяс­нить суть. Впро­чем, жить за­хо­чешь - раз­бе­решь­ся и кван­то­вой ме­ха­ни­ке.
  - Я счи­таю, Вождь, что ува­жае­мый Ша­ман с не ме­нее ува­жае­мым Ве­ли­ким охот­ни­ком объ­е­ди­ни­ли свои уси­лия для дос­ти­же­ния ка­кой-то не­по­нят­ной нам це­ли, - не от­во­дя глаз, от­ве­тил по­эт.
  - Да уж. По час­ти не­ве­до­мо­го и не­из­вест­но­го, ты, бра­тиш­ка, боль­шой спе­циа­лист, - вста­вил на­чаль­ник гвар­дии.
  - Не на­до эмо­ций. Пси­хо­ло­гия есть пер­вый враг фи­ло­со­фии. Гус­серль жизнь по­ло­жил, что­бы от­лу­чить их друг от дру­га. Да­вай­те по­сту­пим по-гус­сер­ли­ан­ски и из­го­ним пси­хо­ло­гию из на­ших рас­су­ж­де­ний. Со­сре­до­то­чим­ся на ана­ло­ги­ях, - про­дол­жил ие­зу­ит­ст­вую­щий Ша­ман. - Вос­поль­зу­ем­ся для на­ча­ла би­нар­ны­ми оп­по­зи­ция­ми. Не пу­гай­тесь, все впо­след­ст­вии ока­жет­ся дос­та­точ­но про­стым. На­де­юсь, ни­кто не бу­дет ос­па­ри­вать тот факт, что все су­щее в этом ми­ре как бы по­де­ле­но на две груп­пы: жи­вое - мерт­вое, муж­ское - жен­ское, боль­шое - ма­лое и т.д. - По­ве­ли­тель и тот, кто дол­жен ис­пол­нять при­ка­зы, - по­раз­мыс­лив, до­пол­нил Вождь. - Со­вер­шен­но спра­вед­ли­во. А те­перь я спро­шу ува­жае­мо­го Ар-фу-а, что­бы ни­кто не об­ви­нил ме­ня в том, что я про­дав­ли­ваю свои умо­зак­лю­че­ния: ка­кая из про­ти­во­по­ло­жен­но­стей, на его взгляд, бо­лее под­хо­дит к ран­гу во­ж­дя: боль­шое или ма­лое?
  - Боль­шое - в муд­ро­сти, а ма­лое в ... глу­по­сти, - по­пы­тал­ся вы­кру­тить­ся по­эт.
  - А, мо­жет, все-та­ки не­что сред­нее: не слиш­ком умен, но и не слиш­ком глуп. За­уря­ден и не из­вес­тен.
  - За­меть, Вождь, что это не я ска­зал, - по­спе­шил за­ве­рить Ар-фу-а.
  - Мне же по­ка­за­лось, что имен­но это ты и имел в ви­ду, мой до­б­рый Ар-фу-а, ко­гда
  ут­вер­ждал, что са­мая боль­шая звез­да не слу­жит сим­во­лом вла­сти, - го­ло­сом, ли­шен­ным эмо­ций, ска­зал Вождь.
  По­след­нее об­стоя­тель­ст­во осо­бен­но на­сто­ро­жи­ло по­эта. По опы­ту всей жиз­ни он знал, что имен­но та­ким то­ном про­воз­гла­ша­ют про­пис­ные ис­ти­ны и от­прав­ля­ют лю­дей на смерть. - Не бу­дем слиш­ком стро­ги к ар­ти­сту. Об­ласть его су­ще­ст­во­ва­ния - имен­но пси­хо­ло­гия и меж­лич­но­ст­ные от­но­ше­ния, а они не­дву­смыс­лен­но под­ска­зы­ва­ют: дер­жись зо­ло­той се­ре­ди­ны и, по воз­мож­но­сти, не вы­со­вы­вай­ся, - за­сту­пил­ся Ша­ман.
  - Дер­жать­ся какой-то там се­ре­ди­ны? Ой, как это не по­хо­же на на­ше­го зна­ме­ни­то­го по­эта, - ска­зал Ве­ли­кий охот­ник.
  Ша­ман от­нюдь не жа­ж­дал кро­ви по­эта, счи­тая его не бес­та­лан­ным, ув­ле­каю­щим­ся, но наи­бо­лее склон­ным к ком­про­мис­сам че­ло­ве­кам. Сей­час его го­раз­до бо­лее за­бо­тил соб­ст­вен­ный по­дель­ник: ви­нег­рет из ран­не­хри­сти­ан­ской жа­ж­ды му­че­ни­че­ст­ва и доб­ле­сти рим­ско­го цен­ту­рио­на не су­лил ни­че­го хо­ро­ше­го. Та­кой, от­прав­ля­ясь на смерть, не пре­ми­нет прих­ва­тить с со­бой, как ми­ни­мум, по­ло­ви­ну на­лич­но­го на­се­ле­ния, что, как со­вер­шен­но спра­вед­ли­во за­ме­тил господин Че­ре­па­ха, со­всем не вхо­ди­ло в пла­ны Ва­ти­ка­на.
  - Итак, гос­по­да, мы с оче­вид­но­стью до­ка­за­ли, что об­ра­зу во­ж­дя как нель­зя луч­ше со­от­вет­ст­ву­ет са­мая боль­шая пла­не­та на­ше­го ми­ро­зда­ния, то есть Юпи­тер. Кста­ти, наи­бо­лее про­све­щен­ное из пле­мен, жив­ших на на­шей зем­ле, а имен­но: гре­ки - так­же вы­бра­ли Юпи­тер в ка­че­ст­ве ана­ло­га для сво­его глав­но­го бо­же­ст­ва - Зев­са.
  - Вот и я все­гда го­во­рил: по­че­му, соб­ст­вен­но, не­из­вест­ный? Ко­му не из­вест­ный? Зевс - зву­чит очень да­же сим­па­тич­но, - рас­храб­рил­ся Вождь.
  - Он бо­го­хуль­ст­ву­ет! - с трес­ком и фо­ном про­пел под­страи­вае­мый Ай-ка-ю.
  - Но вер­нем­ся к на­шим Мар­ки­зам, гос­по­да, - по­спе­шил раз­вить на­сту­п­ле­ние ие­зу­ит, по­ка за­сад­ный полк не уда­рил ему в спи­ну. - Так вот: по ис­те­че­нии две­на­дца­ти­лет­не­го сро­ка, ко­гда Юпи­тер на­хо­дит­ся в со­звез­дии Ра­ка, для та­мош­не­го вла­сти­те­ля на­сту­па­ли не­ве­се­лые дни. Ему от­ру­ба­ли го­ло­ву при боль­шом сте­че­нии жа­ж­ду­щей зре­ли­ща пуб­ли­ки.
  - И на­род вы­би­рал но­во­го во­ж­дя?
  - Не со­всем так. Про­це­ду­ра из­бра­ния была упрощена до пре­де­ла. От­руб­лен­ную го­ло­ву ки­да­ли в тол­пу и тот, кто ус­пе­вал под­хва­тить ее, на сле­дую­щие две­на­дцать лет ста­но­вил­ся вер­ши­те­лем су­деб сво­его на­ро­да.
  - Ты так хо­ро­шо на­чал, Ша­ман, и так сквер­но за­кон­чил свою ис­то­рию, - по­ка­чал го­ло­вой Вождь. - Ка­кое ува­же­ние к вер­хов­ной вла­сти мы при­вьем на­шей мо­ло­де­жи, ес­ли по­зво­лим ей раз­бра­сы­вать­ся го­ло­ва­ми сво­их пра­ви­те­лей. Нет уж, луч­ше " три раза по три " и дос­той­ная смерть с го­ло­вой на пле­чах, чем там, в Ниж­нем пре­де­ле, дос­та­вать ка­ж­до­го встреч­но­го не­из­мен­ным во­про­сом: где моя го­ло­ва? Вы не ви­де­ли мою го­ло­ву?
  - Ты не ­дос­лу­шал мою ис­то­рию, Вождь. За­был ска­зать, что до Мар­киз я ша­ма­нил на Со­ло­мах. Так вот там при­клю­чи­лась боль­шая бе­да. Вождь пле­ме­ни сло­мал се­бе но­гу.
  - По­по­лам?
  - Да пол­но! Не ба­нан все-та­ки. Обыч­ная тре­щи­на в го­ле­но­сто­пе. Вот здесь. Од­на­ко с ме­сяц необходим по­стель­ный ре­жим. По-вашему это " три раза по три ", от­ло­жен­ные три раза, и еще чу­ток. Во­об­ще, ваш Че­ре­па­ха, при всей мо­ей не­до­пус­ти­мой сим­па­тии к это­му фрук­ту, все-та­ки по­ря­доч­ный про­хвост! Из ба­наль­ной ариф­ме­ти­ки эзо­те­ри­ку уст­ро­ил. Мог бы хоть сче­ту обу­чить со­ро­ди­чей.
  При этих сло­вах Ша­ма­на но­га ле­жав­ше­го до­се­ле не­под­виж­но Ай-ка-ю дер­ну­лась, слов­но в кон­вуль­си­ях.
  - Что стыд­но, Крот? Или ма­гия не кон­та­чит? По­го­ди, еще не та­ко­го ус­лы­шишь.
  Ай-ка-ю гром­ко рыг­нул.
  - И на том спа­си­бо, что не об­ле­вал­ся! Ну и друж­ка ты се­бе вы­брал, Че­ре­па­ха! Пря­мо се­бе под ­стать.
  Сла­бое зем­ле­тря­се­ние, не бо­лее двух бал­лов по шка­ле Рих­те­ра, про­ка­ти­лось по ост­ро­ву.
  - Пре­кра­тить са­мо­управ­ст­во! - гнев­но рас­по­ря­дил­ся Вождь. - Пря­мо бар­дак ка­кой-то! Один гла­ву ста­рей­шин чуть не ухай­да­кал. Дру­гой мерт­во­го до­бить пы­та­ет­ся. Нет у ме­ня для те­бя, Ша­ман, дру­го­го, бо­лее Ниж­не­го пре­де­ла (по­за­им­ст­во­ва­но у Ста­ли­на. Прим. ре­не­га­та).
  - Про­сти, по­ве­ли­тель. И ты, Че­ре­па­ха, не обес­судь. Шут­ка, - сми­рен­но со­гла­сил­ся Ша­ман.
  - Так-то луч­ше. Про­дол­жай, - не­тер­пе­ли­во по­про­сил Вождь.
  - О чем это я?: Ах, да! Пе­ре­лом, зна­чит. За­кры­тый. Од­ним сло­вом, лабу­да. Сде­лал я ему ши­ну, по­кол­до­вал для при­ли­чия. Че­рез ме­сяц, го­во­рю, ска­кать бу­дешь. Ку­да там! Ма­разм креп­чал! Од­ни цар­ской го­ло­вой в фут­бол иг­ра­ют, дру­гие из пра­ви­те­ля тер­мо­метр уст­рои­ли. - Вла­ст­ным дви­же­ни­ем ру­ки Ша­ман от­вел все за­кон­ные во­про­сы ти­па, что есть "фут­бол", "тер­мо­метр " и до ка­кой кре­по­сти вы­дер­жи­вать це­леб­ный на­пи­ток мар­ки " Ма­разм ". - У них, на Со­ло­мо­нах, по­ря­док та­кой: ес­ли вождь здо­ров, счи­та­ет­ся, что и с пле­ме­нем все в по­ряд­ке. А ес­ли при­бо­лел? Ле­чить? Очень на­до! За один вы­пав­ший зуб от­прав­ля­ли к пра­от­цам. Или ка­кая из жен по­жа­лу­ет­ся на не­усер­дие. Тут уж, са­ми по­ни­мае­те, бла­го­дат­ная поч­ва для вся­че­ских зло­упот­реб­ле­ний. Вот и сы­нок во­ж­дя - мал го­да­ми да удал ра­зу­мом - под­го­во­рил од­ну из суп­руж­ниц бо­лез­но­го по­пе­нять, что не удов­ле­тво­ря­ет-де му­же­нек по-цар­ски. Вме­сто трех по­ло­жен­ных на од­ну не спо­до­бил­ся. Ка-а-аз­нить! Два не­ду­га в од­ном те­ле. При­су­ди­ли рас­сечь по­по­лам, а час­ти ис­пе­пе­лить. Ра­ди здо­ро­вья на­ции. И ведь ис­пе­пе­ли­ли бы, да уж боль­но мне этот цар­ский ще­нок не нра­вил­ся. Тут-то я и вспом­нил, что до Со­ло­мон ша­ма­нил на Су­мат­ре. А на Су­мат­ре на­род куль­тур­ный. Это зна­чит, что про­тив лю­бо­го древ­не­го за­ко­на еще бо­лее древ­ний оты­щет. Со­всем как анг­лиц­кое пле­мя. Тем во­об­ще ни­ка­кой за­кон не пи­сан. Су­дят по пре­це­ден­там. По­мял сво­им Роллс-ройсом га­зон у со­се­да? Так-так ... Пом­нит­ся в 1580 го­ду сэр Шал­тай-Бол­тай, про­ез­жая на во­ро­ном в пья­ном ви­де ми­мо " мо­ей кре­по­сти "сэ­ра Мальб­ру­ка, не удер­жал­ся в сед­ле и ...
  - Слы­шишь, про­фес­сор, не от­вле­кай­ся. Ва­ляй про Су­мат­ру, - про­пе­ло без­жиз­нен­ное те­ло Ай-ка-ю вол­шеб­ным го­ло­сом си­рен. При чем не­зем­ной (под­зем­ной) кра­со­ты зву­ки ли­лись не толь­ко изо рта, но и из ушей, из ноз­д­рей, глаз, ану­са и мо­че­ис­пус­ка­тель­но­го трак­та. Ка­ж­дый из ка­на­лов был на­столь­ко удач­но от­ре­гу­ли­ро­ван в сво­ем час­тот­ном диа­па­зо­не, что ка­кой там до­маш­ний ки­но­те­атр, са­ма " дол­би " за­со­хла и умер­ла.
  Весь этот Hi-Fi со­всем не об­ра­до­вал Ша­ма­на и Ве­ли­ко­го охот­ни­ка.
  - Под­стро­ил­ся-та­ки, Эди­сон хре­нов! - без­ра­до­ст­но про­бор­мо­тал Ша­ман. - На­де­юсь, не ко­рот­нет?
  - Оби­жа­ешь, про­фес­сор! Эко­ло­ги­че­ски чис­тая био­энер­ге­ти­ка. Сни­ми за­щи­ту, и я ос­ча­ст­лив­лю те­бя при­ват­ной встре­чей с Ни­коль Кид­ман. Со­ску­чил­ся, не­бось, по жен­щи­нам, кла­дезь доб­ро­де­те­ли?
  - Ты мне тут, Черепаха, голливудской эротики не устраивай! Пусть ее американы сами хавают.
  - Экий сердитый! А мне докладывали, что ты, профессоре, большой ходок!
  - Но так и ос­тавь дев­чон­ку в по­кое, гос­по­дин гур­ман! За­чем те­бя Ай-ка-ноа?
  - Так ведь де-воч-ка-а! - поч­ти жа­лоб­но про­пел де­вя­ти­ка­наль­ный Ай-ка-ю.
  - Ди­карь! Тюрь­ма по те­бе пла­чет!
  В " ди­на­ми­ках " дол­го слы­ша­лось оби­жен­ное со­пе­ние. Воз­ра­зить по су­ще­ст­ву, по­кри­вив про­тив ло­ги­ки, как люд­ской, так и транс­цен­денталь­ной (будь про­клят Кант с его ка­те­го­ри­че­ским им­пе­ра­ти­вом!) Че­ло­век-Че­ре­па­ха не мог.
  - Я ведь хо­тел по-доб­ро­му, по-че­ло­ве­че­ски, то есть в стро­гом со­от­вет­ст­вии с рим­ским пра­вом дев­ст­вен­ни­цу пе­ред каз­нью рас­тли­ли бы па­ла­чи, - плак­си­во про­пел он в свое оп­рав­да­ние.
  - Ты, Че­ре­па­ха, или иди­от, или при­ки­ды­ва­ешь­ся! Ка­кая же де­воч­ка, ес­ли рас­тли­ли па­ла­чи? А по­том не те­бе ли, веч­но­сти­со­су, не знать, что нет ни­че­го бо­лее от­но­си­тель­но­го, чем люд­ские за­ко­ны. Се­го­дня ты в жо­пе, а зав­тра, гля­дишь, сно­ва ца­рек ка­кой-ни­будь али пре­зи­дент, а то и но­бе­лев­ский лау­ре­ат за не­дель­ную при­ос­та­нов­ку то­бой же раз­вя­зан­ной вой­ны.
  - Сам ду­рак! Це­ли­ба­том при­шиб­лен­ный, - толь­ко и смог ска­зать по­ве­ли­тель Ниж­не­го пре­де­ла, вы­ру­бая связь.
  По­лу­чив не­ожи­дан­ную пе­ре­дыш­ку на под­зем­ном фрон­те, Ша­ман с уд­во­ен­ной си­лой уда­рил по вер­хам.
  - Про­сти, Вождь. До­су­жим бол­ту­нам, осед­лав­шим Веч­ность, не по­нять на­ших зем­ных про­блем. Итак, Су­мат­ра, или В.Р.И.О. Аб­бре­виа­ту­ра, оз­на­чаю­щая вре­мен­но ис­пол­няю­ще­го обя­зан­но­сти. Го­лу­бая меч­та все­го про­грес­сив­но­го че­ло­ве­че­ст­ва. Ах, ес­ли бы смерть мож­но бы­ло ото­спать в рас­сроч­ку, - по­зво­лил се­бе по­меч­тать поль­ский по­эт и юмо­рист. Нет, Че­ре­па­ха, его фа­ми­лия не Вой­ты­ла, а Лец. На пре­крас­ной Су­мат­ре бла­го­род­ный обы­чай да­ра мерт­вым осу­ще­ст­в­ля­ет­ся не ме­нее пре­крас­ным об­ра­зом. Су­мат­рий­ский вождь по­лу­ча­ет в ру­ки кин­жал и на­чи­на­ет мед­лен­но, со сма­ком, от­ре­зать у се­бя мяг­кие тка­ни. Сна­ча­ла от­де­ля­ет язык, по­том уши, нос ... Как пра­ви­ло, даль­ней­шую про­це­ду­ру за­вер­ша­ют его вер­ные слу­ги, ибо от по­те­ри кро­ви вождь уже не в со­стоя­нии ос­ко­пить се­бя. По­доб­ное уда­ва­лось не­мно­гим, лишь са­мым ве­ли­ким во­ж­дям, имен­а ко­их со­хра­ня­ют­ся в ве­ках. Нын­че же на­род из­мель­чал и оци­ви­ли­зо­вел. По­рыв­шись в ан­на­лах, ме­ст­ные крюч­ко­тво­ры на­шли или сфаб­ри­ко­ва­ли дру­гой, бо­лее древ­ний за­кон, по ко­то­ро­му пра­ви­тель име­ет пра­во на за­мес­ти­те­ля, вре­мен­но ис­пол­няю­ще­го функ­ции во­ж­дя. Где-то за не­де­лю до ис­те­че­ния сро­ка сво­их пол­но­мо­чий вождь пе­ре­да­ет бре­мя прав­ле­ния од­но­му из сво­их " лю­би­мых " при­бли­жен­ных. Ес­ли та­ко­во­го не ока­зы­ва­ет­ся, хва­та­ют пер­во­го встреч­но­го и объ­яв­ля­ют От­цом на­ро­да. От­ма­зать­ся от не­же­ла­тель­но­го от­цов­ст­ва, как из­вест­но, не­лег­ко да­же не бу­ду­чи вре­мен­ным во­ж­дем, а уж то­му и по­дав­но. Та­ким вот об­ра­зом, очи­стив­шись чу­жой кро­вью, преж­ний вождь воз­вра­ща­ет­ся из за­слу­жен­но­го от­пус­ка и сно­ва бе­рет браз­ды прав­ле­ния. По-на­уч­но­му это на­зы­ва­ет­ся кон­сти­ту­ци­он­ной ре­фор­мой и в том или ином ви­де при­ме­ня­ет­ся по­все­ме­ст­но. Об этом дос­ти­же­нии су­мат­рий­ской ци­ви­ли­за­ции я и по­ве­дал во­ж­дю с Со­ло­мо­но­вых ост­ро­вов. Тот в ка­че­ст­ве лю­бя­ще­го от­ца не за­мед­лил на­де­лить вре­мен­ны­ми пол­но­мо­чия­ми про­ще­лы­гу-сын­ка и по ма­ло­лет­ст­ву на­зна­чить ему в ма­за­ри­ни болт­ли­вую суп­ру­гу, ибо опы­та в го­су­дар­ст­вен­ных де­лах и мяг­ких тка­ней для об­рез­ки у нее зна­чи­тель­но боль­ше. Су­мат­рий­ский пипл по­лу­чил двой­ное удо­воль­ст­вие, а наш вождь пра­вит и по сей день, еже­год­но снаб­жая ме­ня це­лым ко­раб­лем ко­ко­сов и коп­ры. Ра­зу­ме­ет­ся, все вы­ру­чен­ные день­ги я от­даю на вдов и си­рот.
  Вождь с не­ос­ла­бе­вающим вни­ма­ни­ем слу­шал рас­сказ Ша­ма­на.
  - А тот, на Мар­ки­зах, ли­шил­ся-та­ки го­ло­вы? - спро­сил он на­ко­нец.
  - Бэнк оф Мель­бурн рас­пре­де­ля­ет на бла­го­тво­ри­тель­ные це­ли сред­ст­ва от про­да­жи двух ко­раб­лей с да­ра­ми Океа­нии, - за­га­доч­но про­мол­вил Ша­ман.
  Для лю­бо­го не­по­свя­щен­но­го это зву­ча­ло поч­ти по-пти­чьи. Но Вождь уже на­чал ос­ваи­вать пти­чий язык.
  - И сколь­ко же вдов и си­рот не го­ло­да­ют бла­го­да­ря тво­ей ци­ви­ли­за­ции, Ша­ман? - раз­дум­чи­во спро­сил он.
  - Не счи­тал, по­ве­ли­тель. Но ду­маю, не мень­ше все­го на­се­ле­ния твое­го ост­ро­ва.
  - Две тре­ти ко­то­ро­го ед­ва сво­дят кон­цы с кон­ца­ми, - же­ст­ко до­ба­вил Ве­ли­кий охот­ник. Ес­ли бы Вождь, по­доб­но Че­ре­па­хе, об­ла­дал спо­соб­но­стью ко­ле­бать зем­ные не­дра, на­ро­ж­даю­щей­ся ци­ви­ли­за­ции бы­ла уго­то­ва­на участь Ат­лан­ти­ды.
  - А ты на­кор­ми их, Охот­ник! - ед­ва сдер­жи­вая гнев, ска­зал он. - Ес­ли ты со свои­ми вои­на­ми не в си­лах на­кор­мить пле­мя, я ду­маю, наш друг Ша­ман не от­ка­жет­ся по­де­лить­ся про­до­воль­ст­ви­ем не в да­ле­ком Мель­бур­не, а здесь, у нас. Нуж­ное ко­ли­че­ст­во ко­ко­сов, ба­на­нов, ули­ток и ми­дий мы как-ни­будь со­бе­рем всем ми­ром. Ты при­шлешь за ни­ми боль­шую лод­ку с де­ре­вян­ны­ми плав­ни­ка­ми, Ша­ман?
  - Та­кой лод­ки ты еще не ви­дел, Вождь, - заверил иезуит. - Она пла­ва­ет са­ма, как ры­ба, и ис­пус­ка­ет клу­бы ды­ма. На ее бор­ту мо­гут раз­мес­тить­ся ...
  - А ты не про­бо­вал че­сать ногой за ухом, Вождь, - не­кста­ти и со­всем не по сце­на­рию спро­сил Ве­ли­кий охот­ник. - От­прав­лять жрат­ву в чу­жие зем­ли, что­бы вза­мен по­лу­чить го­ру та­мош­них пер­ла­мут­ро­вых ра­ко­вин или че­го еще они там ис­поль­зу­ют для об­ме­на? Ре­ше­ние, дос­той­ное ве­ли­ко­го по­ве­ли­те­ля. Жаль, нас не слы­шит Че­ре­па­ха. Он не за­мед­лил бы с ком­мен­та­рия­ми.
  - Он слы­шит нас, глу­пец! - про­шеп­тал Ша­ман.
  Наи­худ­шие его пред­по­ло­же­ния на­чи­на­ли сбы­вать­ся. Ему был ну­жен луч­ший. В этом он не ошиб­ся. Но от­нюдь не луч­ший из луч­ших, ка­ко­вых и близ­ко нель­зя под­пус­кать к по­ли­ти­ке. Не в си­лах сдер­жи­вать ярость, Вождь по­лос­нул се­бя кин­жа­лом по ру­ке. Чер­ная ар­те­ри­аль­ная кровь фон­та­ном брыз­ну­ла из по­ре­за, об­дав всех при­сут­ст­вую­щих с ног до го­ло­вы.
  - Рас­тор­мо­ши­те ста­рей­ши­ну. Пусть за­сви­де­тель­ст­ву­ет пе­ре­да­чу пол­но­мо­чий, - поч­ти спо­кой­но объ­я­вил по­ка еще по­ве­ли­тель Верх­не­го пре­де­ла.
  Груп­па " пре­то­ри­ан­цев ", по­ви­ну­ясь при­ка­зу Ве­ли­ко­го охот­ни­ка, вло­ми­лась в по­ме­ще­ние и при­ня­лась с по­мо­щью ко­пий и кин­жа­лов при­во­дить ста­ри­ка в чув­ст­во.
  Те­перь по­нят­но, от­ку­да по­шла су­ще­ст­вую­щая с не­за­па­мят­ных вре­мен прак­ти­ка кро­во­пус­ка­ния, от­ме­тил про се­бя Ша­ман, ста­ра­тель­но пе­ре­тя­ги­вая ру­ку Во­ж­дя в лок­те­вом сус­та­ве. По­ка ие­зу­ит кол­до­вал над Во­ж­дем, а вои­ны свои­ми ме­то­да­ми при­во­ди­ли в чув­ст­во гла­ву ста­рей­шин, про­изо­шел не­пред­ви­ден­ный ин­ци­дент. За­бы­тый все­ми в су­ма­то­хе Ай-ка-ю не­ожи­дан­но рез­ко вско­чил на но­ги и при­нял­ся, как бе­зум­ный, но­сить­ся по хи­жи­не. Рот его бес­пре­стан­но от­кры­вал­ся в без­ус­пеш­ной по­пыт­ке со­об­щить не­что важ­ное, но го­ло­со­вые связ­ки, бло­ки­ро­ван­ные вра­ж­деб­ной си­лой, от­ка­зы­ва­лись по­ви­но­вать­ся. Вы­пу­чен­ные гла­за из­вер­га­ли мол­нии, не при­чи­няв­шие, впро­чем, при­сут­ст­вую­щим ни­ка­ко­го вре­да.
  На­ко­нец рас­тор­мо­ши­ли ста­ри­ка. Без­у­ча­ст­ным оком он оки­ды­вал со­брав­ших­ся, си­лясь что-то вспом­нить, но толь­ко бо­жья ис­кра ра­зу­ме­ния вспы­хи­ва­ла в его гла­зах, Ша­ман опус­кал на свою го­ло­ву чер­ный ка­пю­шон ие­зу­ит­ские ря­сы, под­поя­сан­ной гру­бой пень­кой, и, ед­ва вспых­нув, ис­кра сно­ва рас­тво­ря­лась в безд­не не­бы­тия. Мок­рый, в про­пи­тан­ном по­том и кро­вью одея­нии с под­ня­тым ка­пю­шо­ном, из ко­то­ро­го вы­гля­ды­вал толь­ко тон­кий, за­ост­рив­ший­ся птичь­им клю­вом нос, Ша­ман за ру­ку под­вел Во­ж­дя к гла­ве ста­рей­шин. Гла­сом, ис­пол­нен­ным ме­тал­ла и ме­да, он про­из­нес:
  - Вождь и по­ве­ли­тель Верх­не­го пре­де­ла, не до­жи­да­ясь окон­ча­ния сво­их пол­но­мо­чий, про­сит уве­до­мить пле­мя, что сла­га­ет бре­мя вла­сти и пе­ре­да­ет его сро­ком на два раза по три и один день Ве­ли­ко­му охот­ни­ку, да­бы тот ден­но и нощ­но за­бо­тил­ся о про­цве­та­нии своего на­ро­да и все­ми си­ла­ми при­об­щал его к бла­гам ци­ви­ли­за­ции. Для дос­ти­же­ния этой це­ли я, по­ве­ли­тель Верх­не­го пре­де­ла, во­лею по­слав­ше­го ме­ня Гос­по­да на­ше­го Ии­су­са Хри­ста, уп­разд­няю Ко­ле­со Вре­мен и при­об­ща­юсь к гри­го­ри­ан­ско­му ка­лен­да­рю. Да не ми­ну­ет нас ми­лость Гос­под­ня. Амен.
  Ска­за­но сие в при­сут­ст­вие сви­де­те­лей дня 28 ию­ля 2003 го­да от ро­ж­де­ст­ва Хри­сто­ва в здра­вом уме и твер­дой па­мя­ти. Амен. Ес­ли же, па­че чая­ния, Гос­подь наш при­зо­вет ме­ня к се­бе, по­ве­ле­ваю Ве­ли­ко­му охот­ни­ку рев­но­ст­но за­бо­тить­ся о бла­ге мое­го на­ро­да. Осо­бая за­бо­та моя о на­ших мерт­вых со­брать­ях, для ко­их по­ве­ле­ваю на зем­ле мо­ей ми­ло­сти по­стро­ить град рос­кош­ных усы­паль­ниц, увен­чан­ный ве­ли­че­ст­вен­ной цер­ко­вью с кре­стом и звон­ни­цей, да­бы ка­ж­дый из жи­вых мог прий­ти и по­мо­лить­ся о спа­се­нии ду­ши умер­ше­го со­бра­та. Амен. А те­перь про­шу Вас, Ва­ше Ве­ли­че­ст­во, и Вас, Гла­ва ста­рей­шин, опус­тить боль­шой па­лец пра­вой ру­ки в кровь Гос­по­да на­ше­го, пу­тем ре­ли­ги­оз­но­го та­ин­ст­ва ев­ха­ри­стии хлы­нув­шей из от­вер­стой ра­ны по­ве­ли­те­ля Верх­не­го пре­де­ла, и за­пе­чат­леть их от­пе­чат­ки на этом паль­мо­вом лис­те, на ко­то­ром я в си­лу от­пу­щен­но­го мне Гос­по­дом ра­зу­ме­ния по­ста­рал­ся от­ра­зить ус­ло­вия се­го ис­то­ри­че­ско­го до­го­во­ра. Амен.
  В этот миг Ай-ка-ю ри­нул­ся к обе­им "под­пи­сан­там", си­лясь выхватить ис­пещ­рен­ный не­по­нят­ны­ми зна­ка­ми паль­мо­вый лист, но гнев­ным дви­же­ни­ем бро­вей из-под чер­но­го ка­пю­шо­на был от­бро­шен на бам­бу­ко­вую сте­ну.
  Все трое, не ис­клю­чая Ша­ма­на, по­ста­ви­ли кро­ва­вые от­пе­чат­ки на пер­во­здан­ной зе­ле­ни лис­та.
  - От­лич­но. От­пе­чат­ки паль­цев уже сня­ты. Те­перь фо­то­гра­фии в фас и про­филь и марш мыть­ся. Тю­рем­ные ро­бы ожи­да­ют вас.
  На по­ро­ге, щу­рясь от солн­ца, про­ни­каю­ще­го в хи­жи­ну сквозь ды­мо­вое от­вер­стие, сто­ял сам по­ве­ли­тель Ниж­не­го пре­де­ла. Один. Без ох­ра­ны.
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 Ваша оценка:
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Болдырева "Крадуш. Чужие души" М.Николаев "Вторжение на Землю"

Как попасть в этoт список

Кожевенное мастерство | Сайт "Художники" | Доска об'явлений "Книги"