Бугай Захар Викторович
Хроника крыльев

Самиздат: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Links
Кожевенное мастерство: сумки, ремни своими руками
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Собирательный образ гг многих историй вылился в собственный мир наконец-то начавшийся оформляться на бумаге просьба не судить строго =) если хоть кому то понравится обещаю добить и подработать написанное

1.Жизнь начинается со смерти


 
  Сознание стало медленно возвращаться, вместе с ним по телу прокатилась волна всепоглощающей боли, раздирающей плоть и гасящей сознание. Юноша застонал и открыл глаза...
  Он обнаружил себя лежавшим на животе посреди горной дороги, проходившей по дну глубокого ущелья. В добрых ста метрах от дороги устремлялись в высь каменные твердыни, всё было серое от шедшего мелкого дождя. "Опять дождь... Милигрель опять льёт свои горькие слёзы..." - пришла странная мысль, которую сменила другая, не менее странная - "Милигрель?.. Кто такая Милигрель...". И тут в его голове, словно удар набата раздался голос: "что ты наделал презренный... Элрот очнись... неееееет.. ," - но другой голос заглушил крик боли, - "Как ты мог... ты...ты...предатель...". Наваждение прошло от нового приступа боли. Он попытался принять более или менее вертикальное положение и тут же увидел, что лежит в луже собственной крови и безобразную рану на груди, тянувшуюся наискось от левой ключицы к правому боку. Новый приступ скрутил его в судороге так, что он рухнул на землю, не успев подняться. "Что черт подери это значит... откуда... когда..." - мысли одна за другой пролетали в голове. Пока не пришёл ещё один вопрос: "Кто я... что я здесь делаю?". Голова кружилась, приступы боли в груди усилились и последнее, что он услышал, перед тем как сознание великодушно покинуло его тело, был звук конских копыт...
 
  ...На фоне скал возвышалась громада пограничной крепости. По выжженной долине перед ней неслась одинокая фигурка всадника. За его спиной на севере разгоралось кроваво-алое зарево. Стража на крепостных воротах не дремала и сразу же окликнула приближающегося верхового, но вместо ответа получила ужасную весть.
  - Илерон пал, Фолност предан огню, - выкрикнул гонец, пролетая серой молнией мимо оцепеневших стражников, и добавил, - они идут... к оружию...
 
  Сон оборвался, и юноша очнулся в холодном поту. Придя в себя, он обнаружил, что лежит на полу у стены в каком-то не то подвале, не то подземелье. Вокруг был полумрак, изредка разгоняемый слабым светом из маленьких окошек у самого потолка. Здесь было много людей в каких-то грязных, изодранных одеждах. Почти все они полусидели, полулежали небольшими группами на грязных лежанках. Воздух был тяжелым и затхлым, стоял устойчивый запах плесени, испражнений и множества не мытых тел. Парень попытался сесть и это ему удалось, несмотря на боль в груди он тяжело откинулся спиной на каменную стену, боль резко вспыхнула в груди, он тихо застонал и сразу несколько человек повернулись к нему.
  - Смотри, кажись очухался, ну кого ж это нам всемилостивая Альма забросила, гы-гы-гы, - сказал худощавый мужик и странно загоготал, у него были редкие маслянистые волосы, столь же редкие полусгнившие зубы и пара странных на выкате глаз в глубине которых притаилось безумие.
  - Где я? - спросил первое, что пришло в голову юноша.
  Ответом ему был дружный взрыв хохота.
  - Ну, уморил, малец, ну уморил, ха-ха-ха, гы-гы-гы, в жо..е ты малец, ха-аха-ха, в полной непролазной жо..е! - голос у худощавого был мерзким, режущим слух, а его смех и вовсе безумным, кажется, он был здесь в роли шута или заводилы.
  - Шим заглохни, - оборвал худощавого, коренастый крепыш с уродливым шрамом в пол-лица, - ты в темнице Дорса, тебя подобрали на дороге в Эглийских горах, что в сотне лиг отсюда, и привезли сюда в Тиринас.
  - Темница?.. Дорс.. - непонимающе повторил юноша.
  - Хм, кажись мы нас не понимэ, ты раб теперь дорогуша и находишься в темнице работорговца Дорса хи-хи, - скрипучим голосом промурлыкал Шим.
  - Заткнись Шим, не мешай, - прервал того ещё один человек, это был высокий, широкоплечий мужчина с налысо выбритой головой, на которой красовался вытатуированный разрубленный по полам череп, - откуда ты? На местных ты не похож, да и одежда на тебе странная ни где такую не видел, ты из Гелиоса или может быть Хеены?
  - Гелиос... Хеена... я... я не знаю...
  - Ты ранен, на тебя напали, ты путешествовал?
  Тело скрутило судорогой: "Как ты мог... ты... предатель..." - в голове разнесся громоподобный голос.
  - Нет. Я... не уверен... - бросил он сквозь стиснутые от боли зубы.
  - Хм, странно. Кто ты?
  - Я не помню... не... знаю...
  - Дай, какие мы странные, нэ помню, нэ знаю, да ты на его одежку взгляни эта видать к нам благородного подкинуло, видать говаривать с нами отбросами ему гордость претит, падаль, - выпалил Шим.
  - Заглохни Шим, - рявкнул бритый, и подкрепил это увесистым кулаком, врезавшимся в живот Шима, тот заскулил и осел на пол, - Не помнишь, говоришь странно.
  - Да шо ты заладил Улг "помнишь, нэ помнишь", отдай ты его нам, мы с ним потешимся пока либо его Дорс не продаст, либо нас на арену не выгонят. Ты ж знаешь баб нима, один Шим, да и то на кой он сдался пес шелудивый, а тут смотри и личико смазливое и кожа белая, ну дай ты нам его потешиться, ведь не сёдня завтра арена, да ты и сам знаешь, что дык в эт год Желог своих выставит, а у него ж они с севера ж, не люди звери, голыми руками порвут, - сказал кто-то из-за спины Улга
  - Не каркай, собачий хвост, дожить сначала надо до арены, потом и посмотрим, - огрызнулся бритый которого, оказывается, звали Улг и снова уставился на парнишку, - так говоришь ни чего не помнишь, хм, странно ну хоть имя то свое помнишь.
  Юноша после этой тирады насчет его возможного ближайшего будущего, оставался безучастно спокойным, он поднял взгляд (глаза у него оказались различными один был изумрудно-зеленого цвета, другой же темно-синего со странной тьмой притаившейся в глубине зрачка) полный недоумения:
  - Имя?.. моё.. я.. кто я? - в его голосе слышалось недоумение и страх, но не пред теми кто стоял вокруг (а вокруг уже собралась небольшая толпа, как никак новенькие бывали здесь не часто), но пред чем-то необъяснимым, недоступным пониманию.
  - Сука ты высокородная, да ты взгляни на его глаза, тварь, - взвился Шим, - он нас всех, небось, за скот тупой держит, мол, что с ними разговаривать, сука, я тебя кончу сука, понял! - вскричал он и пнул парня в грудь.
  Тот согнулся, перед глазами все почернело, и появились радужные звезды, он обхватил руками грудь и поджал колени. Послышался удар и снова заскулил Шим.
  - Все хватит ты, что ет сегодня вошь поганая взъерепенился, - послышался голос крепыша.
  - Все разошлись мальца пока не трогать, - это был уже Улг.
  Боль стала понемногу уходить, толпа разбредалась по своим лежанкам, крепыш по приказу Улга помог парню встать. Но тут притихший было Шим, что-то злобно рыча, в его глазах застыло безумие, выдернул откуда-то из складок своей рваной одежды ржавый кривой нож(сделпнный скорее всего из чего то напоминавшего ложку) и бросился на парня с такой скорость, что никто не смог ничего предпринять, он двигался так быстро, что его движения сливались, а фигура стала размытой, он нанес смертельный удар и промахнулся, удар пришелся в пустоту. Парень стоял позади убицы в глазах его застыла тьма: "Умри" - сказал он и ударил раскрытой ладонь грудь напротив сердца . В остекленевших глазах так и застыло выражение безумия, недоумения и крайнего удивления, Шим так до конца и не понял, что произошло. Все это парень сделал со странной улыбкой на лице, за которою любой священник бы предал огню не раздумывая.
  - Ух ты, не прост, - медленно и тихо сказал Улг, с едва скрываемым удивлением, - Шима завалил, не прост.
  - Однако, - задумчиво протянул крепыш, переводя взгляд с растянувшегося на полу безумца, на отстраненно стоящего рядом юношу, который ещё кажись сам не понял что, случилось, - это ж кто теперь на арену выйдет, ведь десятеро должно быть, никак иначе. Этот хоть и порядочной сволочью был, - он ткнул носком потрепанного сапога в остывающее тело, - но кинжалом хорошо работать умел, а теперь что, кто ж его заменит?
  - Кто-кто, кто убил тот и заменит, хм, а малец хорош, - сощурил глаза Улг, - ну что ж будешь отзываться на Лор эт с моего родного "найденыш" значит, я Улг, этот крепыш Олим...
  Весь мир поплыл перед глазами и юношу приняла в свои объятья гостеприимная тьма.
  - О, смотри-ка, отрубился, опять, - сказал Олим, подхватив бесчувственное тело паренька, - ты эт того, не слишком ли насчет арены, а то смотри он какой-то больно хрупкий, кабы пожалеть не пришлось, грохнется, прям там в обморок.
  - Ничего слаб просто ещё, видал какая рана, странная она какая-то вроде и от клинка да больно неправильная, и вроде не кровоточит уже, да и заживать не заживает. А насчет арены выбора больше нет или ты хочешь из этого скота кого-то выбрать, - спросил Улг обводя взглядом темницу, - ладно потащили его к нашим, а вы уберите это дерьмо из-под ног, - рыкнул он на ближайших рабов.
 
  ...Крепость была в огне, последние защитники были выбиты из гарнизона и окружены, кольцо врагов сжималось. Но воины не растерялись, они стояли плотной стеной щитов, ощетинившись копьями, и хотя раз за разом шальная стрела вырывала кого-то из строя на его месте тут же смыкались ряды фаланги, не давая противнику возможности разорвать строй и сокрушить оборону. Лучники в середине строя тоже не бездействовали и так как они были в окружении то не одна стрела не пропадала задаром, но они имели странную закономерность быстро кончаться и в скором времени им придется сменить лук и стрелы на шит и меч. Противник тоже казалось замер и не пытался войти в ближний бой, и лишь без устали работали лучники, казалось, они чего-то ждали. И вот момент настал, живая стена воинов тьмы дрогнула и в следующий миг с диким рёвом обрушилась на остатки защитников гарнизона, стена щитов дрогнула, прогнулась, но все же сдержала первый натиск, копья вонзились в податливую плоть, запели смертельную песнь арбалеты разрежавшиеся с максимально близкого расстояния не оставляя ни какого шанса на жизнь, нападавшим в передних рядах, латникам.
  - Как бы они троллей не вывели, вашбродие, - прокричал один из сотников стоявшему рядом с ним, в задней линии и дожидающегося своей очереди на выход в первую, юноше в сверкающей броне с гербом Элиота, святого небесного города, на груди и крылатом шлеме, - интересно, что это их так взъярило никак повелитель самолично явился...
  - Не на каркай, Нориуса сразили в войне рассвета, - отозвался юноша, и уже шепотом добавил,- и убереги нас великая Альма, чтобы мрак не породил что-то подобное снова...
  Но тут подбежал воин из личной стражи начальника крепости и, обрывая дальнейшие разговоры, приказал юноше проследовать в центр фаланги к командующему и он пошел, проталкиваясь сквозь ряды воинов к центру, где располагались обозы с припасами и ранеными.
  - Лорд Илерон, я прибыл по вашему прошению, - кратко доложил он, обращаясь к эльфу, в легком доспехе и с драгоценным обручем на челе, он был окружён несколькими тысячниками и они о чем-то горячо спорили, но, услышав о новоприбывшем тот коротким жестом оборвал спор и повернулся. - А, Элориен, как всегда сама невозмутимость, - в его голосе читались ноты горечи и смертельной усталости, крайне не свойственные этим бессмертным существам, - эти твари получили подкрепление мы больше не можем их сдерживать, мы должны отступать.
  - Ты звал меня только за этим, - голос юноше был холоднее льда, - это и так очевидно.
  - Нет, ты мне нужен для другого, мы идем на прорыв...
  - Безумие мы потеряем больше половины войска, если не всех, у нас слишком мало конных чтобы прикрыть пехоту, да и у лучников кончаются последние стрелы, лучше нам продержаться до рассвета, днем твари слабее, а людей среди них не так уж много, и мы сможем разорвать кольцо...
  - Постой выслушай меня, мы не сможем продержаться до рассвета, я чувствую что-то близко, очень близко и мне нужен ты как гонец к высшему совету, чтобы предупредить их обо всем, что здесь произошло. У меня до сих пор из головы не идет, как они смогли обойти нас с тыла и выбить из гарнизона. За ними могущественная сила, - шум битвы все нарастал и тут дикий рев сотряс землю под ногами, воины замерли как громом пораженные и в ту же секунду первые шеренги содрогнулись и бывалые, закаленные в битвах воины обратились в бегство, все смешалось. Илерон схватил юношу за плечи и прокричал ему в лицо, - началось, беги Элориен, ты должен предупредить их, - и, оттолкнув его к собственному племенному жеребцу, обнажил свой клинок, тот горел нестерпимым багряным пламенем, - началось...
 
  Когда он снова очнулся, то обнаружил себя на жестком лежаке набитом прелой соломой. Рядом сидели вокруг небольшого котелка несколько человек, среди них он узнал и крепыша с бритым, как же их зовут, кажется того бритого с расколотым черепом на голове звали Улг, а крепыша Олим, но тут его пробуждение заметили:
  - Эй, малыш, что очнулся, садись к нам тут похлёбку принесли, небось, голоден как сотня мечников с запоя, - предложил ему Олим, - заодно с остальными познакомишься.
  - Давай-давай, подтягивайся, а то ничего не останется, садись сюда, держи, - сказал Улг, показывая на место между собой и Олимом и протягивая ему большую деревянную ложку, - вот знакомьтесь этот парень Лор теперь с нами будет вместо Шима, - обратился он к остальным.
  На лицах окружающих читалось если не безразличие, то крайнее сомнение. Но Лор был занят созерцанием странно-зеленой жижи, что находилась в котелке и не внушала доверия, несмотря даже на то, что содержимое котелка быстро сокращалось всеми присутствующими. Но тут на смену отвращению пришло новое чувство. Голод - нестерпимый голод человека, не евшего как минимум месяц, и переборов все остальные чувства, предварительно попытавшись блокировать все свои вкусовые рецепторы и стараясь не дышать, он принялся поглощать эту странную жижу, на вкус она оказалась довольно сносной, но вот запах просто разил на повал, но как говорится голод лучшая приправа. Пока он уплетал эту скудную пищу, послышался звук отпираемого замка и тяжелые шаги, прекратившиеся у их группы. Парнишка поднял взгляд от почти пустого котелка и увидел, что перед ними с надменным лицом стоит здоровенный детина в легком кожаном доспехе подбитом железом со странным гербом, изображавшем аркан, сомкнувшийся на чьей-то шее.
  - Эй, Улг завтра хозяин будет отбирать рабов на арену, надеюсь, ты набрал кого-то получше этих отбросов, что я лицезрею, - его голос так и разил желчью, - знай, арена через месяц и хозяин очень хочет нагреть руки на этом деле, так что вы будете тренироваться во внутреннем дворе под постоянной охраной, - тут взгляд его скользнул по Лору, - это тот новенький, что завалил Шима, мило, и как ж вашбродие угораздило-то, никак с испуга загрызли. Мне всё равно, но больно хиловат, - бросил он Улгу и удалился, послышался звук запираемой двери.
  - Вот и кончились спокойные деньки, - пробормотал Олим, - знаешь, а мне кажется он все-таки прав на счет мальца, больно хиловат, может хотя бы...
  - Хватит, - резко оборвал его Улг, - за собой лучше следи, как бы сам хиловат не оказался, а за мальцом я уж сам как-нибудь присмотрю, - в глазах его читалось беспокойство, но в тоже время непоколебимая решимость, такая, что никто не посмел ему перечить и только Олим обиженно пробормотал:
  - Ну, как знаешь, я то хиловат, шутник.
  Весь остаток дня они провели в томительном ожидании. Все были угрюмы и подавленны. На все попытки Лора расспросить насчет завтрашнего дня, Улг коротко отвечал: "Завтра сам всё увидишь", Олим и вовсе не опускался до общения с ним и лишь молчал погруженный в свои думы. Но все-таки Лору удалось кое-что разузнать у остальных. Оказывается каждый год между работорговцами соседних земель проходило своего рода соревнование, на котором каждый работорговец выставлял десять самых сильных своих рабов и на огромной арене происходило грандиозное ристалище, рабы дрались с таким остервенением, что даже не каждый матерый воин захочет выйти на одну арену с ними, так как тем, кто победил, даровалась свобода и возможность покинуть окрестные земли, либо остаться здесь жить, их хозяин в свою очередь получал нехилый барыш с этого дела и тоже как говорится, оставался доволен. Но существовали и ограничения. При каждом работорговце были наблюдатели из гильдии, которые контролировали его деятельность, а так же если он изъявил желание принять участие в арене (отказ был равносилен проявлению слабости) следили, во-первых, чтобы среди выбранных были только рабы, во-вторых, чтобы это были люди или максимум орки, без каких-либо магических способностей, и чтобы среди них не было ни одержимых, ни заговоренных и, в-третьих, чтобы тренировки рабов начинались за месяц до арены. Поэтому некоторые работорговцы заранее находили сильных лидеров среди рабов и, обещая им к свободе добавить немного золота, приказывали заранее собрать команду, таким лидером и оказался Улг. Хотя на вид люди, которых он собрал, и были простыми оборванцами, это оказались отчаянные сорвиголовы, и каждый из них имел свою сильную сторону. Сам Улг, оказался в прошлом капитаном пограничной заставы в государстве, где-то на юге и был непревзойденным мечником и отличным командиром. Крепыш Олим был самым сильным из них и двуручный меч в его могучих руках был страшным оружием, убитый им Шим оказался мастером убийств и когда-то он состоял в сильной гильдии ассасинов, но он был безумен, имел немало странностей и поэтому однажды гильдия его выдала и тот попал в рабство, с этого момента и пошла его странная ненависть к богатым и высокородным. Остальные тоже имели свои секреты, но они предпочитали об этом молчать, считая его недостойным, а некоторые и вовсе не понимали, как он вообще смог победить такого натренированного убийцу, как Шим, но спорить с Улгом никто не решался, его слово было закон.
  Так прошел день в томительном ожидании, вечером заскрипела в дальнем конце темницы отворяемая дверь и Улг, взяв пустой котелок, направился туда, вскоре он вернулся с полным котелком все той же отвратной жижи и все, молча, не говоря ни слова, принялись за еду, на этот раз пареньку не пришлось напоминать и он сам присев между Улгом и Олимом принялся за скудный ужин. Потом все разошлись к своим лежанкам, и воцарилась полная тишина, изредка нарушаемая чьим-то тяжелым вздохом или сонным ворчанием какого-нибудь раба. Лор быстро уснул и, хотя сон его был неспокоен и полон смутных образов, он проспал, пока его не растолкал Улг.
 
  - Эй, вставай лежебока, скоро надсмотрщики придут, - бросил ему Улг, - сегодня ты должен ещё раз показать тот фокус, на который Шима подловил.
  - Я не уверен, что у меня получится это снова, - проговорил парнишка, опустив глаза к земле и рассматривал свои босые ноги обувь( если и была когда когда-то, то теперь ее не стало), но тут его встряхнуло так, что лязгнули зубы, Улг держал его за грудки. Их глаза оказались на одном уровне.
  - Послушай меня, малец, мне плевать, что у тебя там за душой и помнишь ты там чего или нет, я хочу выиграть арену и стать свободным, понимаешь, мать твою, СВОБОДНЫМ и для этого мне нужны не твои сопли и слюни, а тело, которое как я погляжу, реагирует быстрее хозяина и поэтому если хочешь гнить в этом дерьме, то я тебе не помешаю, пожалуйста, на здоровье только скажи, если хочешь освободиться идем со мной, и я тебе обещаю, если мы выберемся с арены, то я помогу тебе восстановить память. Ну, так что, выбирай гнить, либо попытаться освободиться?
  - Я... я с тобой - тихо произнес юноша.
  - Вот и молодец, я рассчитываю на тебя и прошу, оправдай мои надежды, - он почти развернулся, когда:
  - Ммм.
  - Ты хочешь что-то спросить.
  - Да, я... хм...
  - Ты что-то вспомнил.
  - Да, имя, Элориен.
  - Элориен, похоже на высокий слог, - задумчиво проговорил Улг и почесал затылок, - но я с ним не сильно знаком моя страна находится на юге, а там издревна ненавидят высокий слог и эльфов, - в его глазах мелькнуло сомнение, - это твое имя?
  - Не знаю, но я слышал его во сне и там... была битва, ужасная битва... орды нежити и демонов... горящая крепость...
  - Битва, странно больших войн с нелюдью, а тем более с демонами, не случалось уже как минимум со второй эпохи последнего небесного союза. Да и тебя нашли в Эглийских горах не подалёку отсюда, а воин здесь давно не было, как и крепостей нормальных тоже, ладно значит Элориен, пусть будет так, - сказал он и уже себе под нос пробормотал, - приснится то же...
  - Что, где меч? - вмешался подошедший крепыш.
  - Какой меч дурья твоя башка, я говорю, малец вспомнил имя Элориен, - пояснил ему Улг.
  - Ну, я и говорю, - невозмутимо парировал крепыш(, с физиономией должной наверное отвечать признаком высшего интеллекта, но как-то мало верилось), - эт ж с высокого значит меч, ну конечно не просто меч, на самом деле это звучит как Элир и значит, священный клинок которым сражались архангелы и сильнейшие из ангелов. Люди второй эпохи создали балладу о юноше поднявшем святой клинок и поразившим сильнейшего из первых архидемонов и звали его, кажется Элориен и потом молва так переиначила, что эти два слова стали созвучны и теперь значат почти одно и тоже.
  - Эт ты откуда такай умный? - с подозрением спросил Улг.
  - Эй, да ты чаво это, просто знавал я одного барда в свое время, он баллад много знал, вот и я немного запомнил.
  Тут послышался звук отпираемого замка, и все разговоры прекратились сами собой. Вошли несколько стражников и стали отбирать рабов по сильнее и выводить за дверь. Вокруг Улга сразу, как по команде, собрались все оставшиеся семь человек и они плотной группой направились к стражникам, среди которых оказался и навещавший их на медне здоровенный детина.
  - А, Улг собрал-таки свои отбросы, ну выводи их в цепочку по одному.
  - Знаем и без вас, вашбродие, - огрызнулся Улг.
  - Что ты, погляди фазан птица гордая, пока не пнешь, не полетит, сегодня я лично буду отбирать, так что смотри, чтобы летать не пришлось.
  - Понял, вашбродие, понял, - лишь усмехнулся Улг.
  Их вывели во внутренний двор там уже собралось около двух десятков других рабов, которых выбирали явно по принципу, чем больше, тем сильнее, группа Улга сильно выделялась среди остальных, в отличие от других они стояли молча, плотной группой, тяжелый взгляд строго перед собой. Вокруг было много охраны, в основном это были стрелки с небольшими арбалетами, более удобными при бое на ограниченном пространстве, стопроцентная убойность, да и перезарядка гораздо быстрее, и мечники в легкой броне.
  В небольшом ложе на верху расположился сам дородный, весь в золоте, хозяин Дорс и трое представителей из гильдии. Перед строем рабов вышел тот самый детина в тяжелом тренировочном доспехе с двумя деревянными мечами, причем один из них был явно тяжелее и его он бросил на песок перед собой:
  - Слушаете меня внимательно отбросы, сегодня всемилостивый господин, собравший вас под своё крыло и давший вам кров и пищу, дает вам шанс отблагодарить его и получить свободу, я лично отберу десятерых самых сильных из вас, для того, что бы вы выступили на арене и отстояли доблестное имя своего хозяина...
  - Ишь как старается глотку драть перед хозяином, жо...олиз, хренов, - пробурчал Олим.
  - Ничего мы ему крылышки- то щас почистим, - как-то больно злорадно проговорил Улг.
  - ...и да не опозорите вы хозяина своего, - закончил свою напыщенную речь здоровяк охранник.
  Начался отбор. Большинство из выведенных сюда рабов и меч-то держать толком не могли, не говоря уже о том, чтобы противостоять обученному бойцу, и охранник только и делал, что всячески издевался над беднягами, не давая им и малейшего шанса не то чтобы на победу, но и просто на то чтобы уйти отсюда на своих двоих. Главным правилом, для того чтобы пройти отбор было нужно поразить этого здоровяка, так чтобы он, либо сам хозяин признал раба годным к арене. Но тут очередь дошла до десятки Улга, и он сам выступил вперед, подавая пример остальным. Подняв с земли утяжеленный деревянный меч он взвесил его в руке, пару раз крутанул и встал в боевую стойку, отбирающий ухмыльнулся и ринулся в атаку занося меч для удара, но тут же был наказан за свою самоуверенность отточенным ударом, меч Улга молнией скользнул по клинку противника отводя тот в сторону и тут же сокрушительный удар обрушился на правое плечо охранника, тот упал на одно колено и выронил меч, если бы не доспех то не миновать ему перелома, но он отделался лишь сильным ушибом. Стража подняла арбалеты, но Улг бросил меч к коленям охранника.
  - Ну и кто из нас фазан, а Ирнг.
  - Годен, - сквозь стиснутые зубы выплюнул охранник, - эй чего встали, лекаря сюда и принесите мой доспех, - крикнул он ближайшим стражникам.
  Пока лекарь ворожил над ушибленным плечом Ирнга, Улг подошел к свои:
  - Парни я рассчитываю на вас, малыш пойдешь после всех, они его не мало измотают и чувствую лекарю сегодня будет ещё работа, - сказал он посмотрев на самодовольное выражение лица Олима, - ну удачи, - сказал он и перешёл на другую сторону двора.
  Ирнг же успел облачиться в свой подбитый сталью доспех и теперь в левой руке он держал ещё и обитый сталью щит, страшное оружие, если уметь пользоваться, а видя теперь обозленную рожу Ирнга становилось понятно, что пользоваться он им может не только в целях обороны. Пошли остальные из группы, один за другим они переходили на другую сторону двора, держась за ушибленные места и рассеченные скулы, брови и лбы, но к ним тут же подходил лекарь и теперь по эту сторону остались юноша с Олимом. Олим выступил вперед. Выйдя в центр двора он нагнулся над мечом и тут же получил удар по спине, но второй удар пришелся в пустоту, крепыш двигался довольно быстро для столь большого тела, он с легкостью отразил следующий удар и не дав время противнику опомнится нанес ответный удар, в которой он вложил всю свою силу. Щит отлетел в сторону, по руке Ирнга потекла струйка крови, и в следующий момент арбалетный болт вонзился в землю перед крепышом замершем в добивающем движении.
  - Прошел, - словно ругательство выплюнул Ирнг, - лекарь!
  Настал черед Элориена. Он вышел в центр двора и склонился над лежащим перед ним мечом, но тут что-то нечленораздельно рыча на него ринулся охранник, он ударил щитом с такой силой, что того отбросило на несколько метров в сторону.
  - Негоден, - самодовольная ухмылка играла на его лице.
  - Падаль, - сплюнул Улг, - решил на мальчишке отыграться, - ещё раз сплюнул он и отвернулся, чтобы не видеть этой самодовольной рожи, но тут его одернул Олим:
  - Смотри малец и впрямь непромах.
  Улг обернулся и увидел, что тот и впрямь поднимается и направляется за мечом, но как-то странно будто во сне, в глазах его, не играли солнечные блики и не отражалось ничего кроме странного желания добраться до оружия.
  - Что, - у Ирнга аж челюсть отвисла, после такого удара мог подняться только Олим, но ни как не этот слабак, - ах ты дерьмо!!! - прорычал он и ринулся на парня.
  Он хотел добить того сильным ударом в шею, но тут передумал вспомнив о странной ране паренька и ударил наискось по груди. Это была его ошибка. Элориен сначала согнулся в три погибели, в уголках глаз появились слезы, но тут же его тело распрямилось, как отпущенная пружина. Ирнг ещё не успел ничего понять, как первым ударом голой руки парнишка пробил шит и обрушил еще целую серию ударов в корпус, охранник упал на колени отхаркиваясь кровью, арбалетчики взяли цель. Но тут хозяин поднял руку, что значило пусть продолжают, когда Ирнг поднялся, парень уже успел подобрать свой меч и теперь принял боевую стойку, незнакомую никому из присутствующих, он стоял склонив голову, правая рука с мечом была отведена за корпус, левая же согнутая в локте была выставлена перед собой.
  - Эт шо за поза, неужто в такой можно сражаться, - недоумевал Олим.
  - Погоди, чует моё сердце малыш щас нам всем покажет, как надо сражаться, - тихо произнес Улг.
  - Ах, ты сучёнок ну погоди пиз...ец тебе, - прокричал Ирнг и ринулся вновь в атаку.
  Но наткнулся на вихрь сокрушительных ударов и отошел в сторону прикрываясь разбитым щитом, они начали двигаться по кругу с всё уменьшающимся радиусом. И вновь сделав обманное движение Ирнг атаковал, но удар его пришелся в пустоту, Элориен же проскользнув под рукой противника нанес удар в живот с такой силой, что у охранника пошла горлом кровь.
  И он уже было занес руку для финального удара, на его доселе бесстрастном лице теперь играла настоль жуткая улыбка, что неверное испугалась бы даже нежить, как над внутреннем двором прогрохотал голос Улга:
  - Хватит Элориен, ты победил, остановись, - в его голосе читалась явная тревога, но как ни странно Элориен дернулся, как будто избавляясь от морока, и опустил меч, десяток арбалетов проследили за его движением и тоже немного опустились. Тут в своем ложе поднялся хозяин и утробным басом пророкотал:
  - Годен, - после чего удалился в сопровождении свиты и представителей гильдии.
  Десятку Улга отвели в отдельный барак и дали более сносной еды, остальных рабов погнали обратно в подземелье.
 

2. Арена.


 
  Весь оставшийся месяц они провели в отдельном бараке, спали на жестких лавках, но все же не на каменном полу, да и еда была хоть и не многим отличалась от той зеленой жижи, что давали в темнице, но все же была получше. Каждый день их ждали изнуряющие тренировки под чутким контролем Улга, и доброй дюжины арбалетчиков на стенах, он не допускал до этого дела никого из представленных командиров охраны и сам гонял своих людей до не то, что седьмого, до сто седьмого пота так, что вечером все просто валились с ног. Даже крепыш Олим не выдерживал муштры бывалого вояки и валился вместе со всеми на шконку. Элориен работал вместе со всеми, ничем не выделяясь, и хотя иной раз с ним боялись встать в спарринг, случившееся в день отбора больше не повторялось. После этого его стали безоговорочно уважать и никто не упоминал о его на вид таком хрупком телосложении. Но дни шли и месяц близился к концу. И тогда Улг за пару дней до арены прекратил все тренировки и приказал всем отдыхать. За день до рокового дня он собрал всех в бараке.
  - Ну, что парни завтра будет свобода или смерть, и поэтому наш всемилостивый хозяин, - в его голосе явно читался сарказм, - соизволил подать нам изысканные яства и, как вы думаете что еще? - он сделал небольшую паузу и Олим успел побурчал себе под нос:"решил посо...ть большооой и толстый", что было встречено общим взрывом смеха, - почти угадал, сегодня к нам приведут женщин из числа рабынь, так что господа будьте мужиками и дерите их до седьмого пота.
  И вправду к вечеру охрана принесла с десяток корзин с едой как ни странно, но под "изысканными яствами" подразумевались обычный хлеб, копченное мясо и ящик самой дешевой бодяги которую только можно купить в любой таверне, но для них, тех которые питались только отвратного вида похлебками, это были поистине райские угощения, а когда привели с десяток рабынь получше то восторгу все присутствующих не было границ. Элориена наевшегося наконец-то от пуза, как-то не прельстило тело чумазой рабыни которая была старше его годков так на ндцать и он с удовольствием сплавил её разошедшемуся Олиму и забившись в самый дальний уголок мирно заснуть. Несмотря на то, что каждую ночь к нему приходили смутные видения давно прошедших событий, и сон его был очень чутким, на это раз он заснул крепким, здоровым сном, которому не могли помешать не то, что пьяная гулянка сотоварищей по несчастью, но и наверное даже конец всего этого мира.
 

***


  В это же время через перевал в Эглийских горах перебиралась цепочка из семи путников. Было уже темно, но они продолжали путь во тьме выслав в перед двух разведчиков. Ими оказались довольно немолодой мужчина со шрамом во всю правую щеку и молоденькая девушка, оба были закутаны в тяжелые дорожные плащи без каких-либо видимых знаков отличия.
  - Госпожа, разве разумно доверять какой-то выжившей из ума старухи, которая всю свою жизнь провела в дремучих лесах Алорита, - начал беседу пожилой воин.
  - Успокойся, Тормин, - видно было, что девушка из последних сил борется со сном и её одолевает зевота, - это не какая-то выжившая из ума старуха, это оракул и к нему стоит прислушиваться...
  - Но все же, госпожа отряд уже укомплектован, здесь лучшие бойцы, не говоря уже о том, что нас уже семеро, ведь это число назвала вам эта так называемая оракул и Вильнот ну вы сами понимаете он отличный мечник, ведь я его учитель, и он давно питает к вам теплые чувства...
  - Хватит, - резко оборвала его девушка, с которой мгновенно спала вся сонливость, - не надо переиначивать пророчество под себя, в нем сказано что дева королевских кровей встретит юношу который сможет владеть святым клинком неба Элиром, а как тебе известно мой дорогой телохранитель ни один из смертных не может им воспользоваться, так как это порождение чистой энергии, которая своей чистотой может помутить разум самого сильного мужа, не говоря уж о Вильноте, которого я, да будет тебе известно, с пяти лет знаю, и не о какой встрече не может быть и речи.
  - Но все же госпожа..., - попытался перечить ей старый мечник.
  - Хватит уже, побереги силы. Завтра мы въедем в город, - оборвала разговор девушка, а в голове у нее звучали последний разговор с оракулом:
  "Ты встретишь того, кто навсегда похитит твое сердце."
  "Он должен быть неимоверно красив."
  "Глупая девочка, но неважно со временем сама все поймешь, а теперь слушай внимательно тебе много предстоит пройти и многое пережить и он станет для тебя единственным кто сможет защитить и помочь, и даже когда от тебя отвернется весь мир, он будет рядом с тобой."
  "боже какая любовь, но только скажи мне он красив, этот человек."
  "ха-ха-ха глупая кто тебе сказал, что он будет любить тебя и почему ты так уверена, что это прекрасный рыцарь на белом коне."
  "но как же, я ведь королевских кровей я не могу знаваться с каким-то простолюдином."
  "запомни одно он сможет снова взять в руки небесный клинок, и сразить заклятого врага, он не человек и не нелюдь, не демон и не ангел, и он несет на себе знак карающего меча, и отпечаток вечной печали."
  "и что же это получается: "родила царица в ночь не то сына, не то дочь"."
  "неважно иди на запад в город работорговцев Тиринас и повинуйся зову своего сердца, но будь осторожна твой отец слаб и охота скоро начнется."
  "что, что с отцом скажи мне, ему плохо, тогда я возвращаюсь немедленно."
  "наивная девчонка против того, кто узурпировал власть тебе не выстоять, и пока ты вдалеке от родных просторов отец твой будет жив, пройди свой путь от начала и до самого конца, но знай пока ты не добудешь святой меч, ты не сможешь вернуть себе престол."
  "что ж тогда мне ничего не остается как только идти в перед, и все же скажи он красавчик?"
  "ха-ха-ха отправляйся в свой путь чертовка и да хранят тебя боги..."
  "Ну что ж я пройду свой путь, старая ведьма, и найду того заморыша, похитит сердце говоришь, ну это мы ещё посмотрим кто кого", - она поглубже укуталась в плащ, поправила короткий кинжал на груди и всмотрелась во тьму впереди, туда, где на горизонте понемногу начала разгораться заря. Она и не заметила как в раздумьях пролетело время.
 

***


  На следующий день их всех, ещё затемно разбудил Улг. Настроение у всех было унылое несмотря на то, что они наконец-то впервые за долгие месяцы наелись до отвала и к ним даже пустили женщин. Элориен наконец-то выспавшийся чувствовал себя свежим и полным сил и не понимал уныния охватившего всех, его же наоборот одолевали странные чувства предвкушения, как будто некто иной в его теле ждал грядущего боя больше всего на свете, как будто в нем родился ещё один человек и он жаждал насилия и крови, хотел собственными руками вырывать сердца своих врагов и утолить жажду их кровью... Элориен мотнул головой, прогоняя странный морок и в это время заговорил Улг:
  - Ну, что ж друзья вот и настал наш день. С рассветом нас повезут на арену, где кто-то встретит свою судьбу, а кто-то завоюет свою свободу, я был рад жить все это время под одной крышей с вами и делить скудную пищу, вы все достойные мужи и я верю, что сегодня вы не подведете друг друга и мы вырвем свою свободу из рук слабых и недостойных, ежели нет то с достоинством сложим головы за достижение цели, - он закончил свою немного напыщенную речь и тогда Олим заорал подбадривая остальных:
  - Порвем мы их всех! Пусть этот хренов Желог выведет хоть орков, сегодня мы убьём всех и каждого, кто встанет у нас на пути, - кричал он и ответом ему был дружный рев семи глоток, а потом все принялись за остатки вчерашнего пиршества, кто-то даже умудрился найти целую бутыль вчерашней бодяги и она тут же пошла в круговую. Только Элориен стоял, у узкого зарешеченного оконца немного в стороне, глядя затуманенным взглядом куда-то за темный горизонт только-только озарившийся слабыми проблесками кроваво-алой зари.
  - Ну, что готов отнять немного ни в чем не повинных жизней, - незаметно подкрался к нему Улг, старый мечник был как никогда серьёзен и собран. Казалось даже стал выше ростом и шире в плечах.
  - Да, я не подведу, - коротко ответил юноша.
  - А ты сильно изменился за этот месяц малыш, помню тебя ещё мямлей, который не знал даже своего имени, а теперь боец, - в его голосе явно читалась гордость.
  - Да Улг ты многому меня научил и я благодарен тебе.
  - Вот и молодец, сегодня я надеюсь на тебя особенно, знай, я много повидал за свою жизнь и скажу тебе честно ты обладаешь силой, огромной силой о которой и сам не догадываешься, и с тобой не сравнится никто из тех кто будет сегодня на арене, - он говорил очень тихо, но юноша слышал каждое слово, - И мне нужна эта сила, я хочу вырваться из этого богом забытого места и стать свободным, понимаешь меня свободным, я хочу сам распоряжаться своей судьбой, - и Элориену показалось, что в глазах старого воина заблестели слёзы, но тот тут же отвернулся, а когда снова заговорил с ним, его глаза были холоднее льда и в них не было ни чего кроме непоколебимой уверенности.
  - Я понимаю.
  - Ты боишься, боишься этой силы? - вопрос был столь неожиданным, что юноша опешил и не смог ничего, как сказать правду.
  - Д-да...
  - Запомни одно нельзя выжить в бою не убив врагов, и в бою нет не кодекса, не чести. Главное в нем победить, потому что на кону твоя жизнь, - он закончил и отошел к остальным.
  Вскоре послышался звук отпираемого замка и добрый десяток мечников и уже знакомых арбалетчиков повели их через внутренний двор к большой добротно сбитой повозке из крепких пород древесины с узкими зарешеченными окошками и тяжелой дверью запираемой на амбарный замок. Вокруг уже стояли конные охранники у некоторых из них кроме копий, были ещё арканы и небольшие арбалеты за спиной.
  - Смотри-ка, нам ещё и эскорт подали, ну ребята спасибо в век не забуду, - достаточно громко прокомментировал происходящее крепыш, что тут же вызвало у остальных волну смеха. Правда тут же прекратившегося при виде взведенных арбалетов нацеленных в грудь. Всех погрузили и повозка ведомая четверкой гнедых лошадок тронулась, в последний для своих пассажиров, путь.
 
  Когда их привезли на место и открылась тяжелая дверь, то они обнаружили себя во внутреннем дворе какого-то исполинского сооружения и по форме стен можно было догадаться, что оно имеет вид огромного кольца во внутреннем диаметре которого располагалась, как правильнее можно было предположить, сама арена. До них доносился шум огромной толпы собравшейся в этот день. "Да уж вот тебе хлеба и зрелищ", - подумалось вдруг Элориену. Их тут же погнали в здание под чутким присмотром местной охраны, их согнали в довольно просторную комнату уставленную всевозможной амуницией и разнообразнейшим оружием, на некоторых вещах до сих пор сохранились бурые пятна, так никем и не отчищенной крови, наверное их просто сняли с мертвых тел и принесли сюда. За ними закрылась дверь и послышался звук запираемого замка, с другой стороны комнаты не было двери вместо неё в стену были заделаны решетчатые ворота, сейчас опущенные, из-за которых шум толпы стал слышен ещё лучше. Все стали деловито осматривать наваленное здесь добро выбирая вещи под себя. Олим тут же вцепился в жуткого вида двуручник с поистине огромной гардой и, с легкость достойной умелого фехтовальщика, стал крутить его вокруг себя, Улг сначала же подобрал себе неплохую вороненую кольчугу и немного помятый, кажется бывший владелец явно получил по голове чем-то вроде булавы или цепи, и запачканный все теми же бурыми пятнами шлем с стрелкой, в виде клюва ястреба, защищающей нос. Потом он подошел к Элориену и решительно пресек попытку того влезьте в помятый панцирь посоветованный кем-то из сотоварищей.
  - Ты чего это удумал моллюск не добитый, что совсем забыл чему у меня учился, - сетовал он, - да брось ты этот стальной минигроб, и кто тебя только надоумил.
  - Да, я... это... того..., - попытался оправдаться парнишка, так как весь месяц они тренировались без доспехов и с утяжеленными деревянными мечами и по этому он не знал как и что выбрать.
  - Ладно, шпана беспризорная, давай помогу.
  В итоге Элориен теперь щеголял в легком кольчужном доспехе, немного не доходившем до колен, с металлическими накладками на груди и руках, а так же в довольно удобных кольчужных сапожках. Улг протянул ему два небольших в полтора локтя длиной клинка и приказах проверить их, Элориен крутанул их пару раз в руках проверяя как они ложатся на ладонь и заткнул их за пояс, но Улг на этом не остановился и навесил ему за спину третий клинок подлиннее, на арене было запрещено стрелковое и метательное оружие, но никто не мог помешать метнуть в противника небольшой кинжал или, если хватает сил то и меч. Вскоре все вооружились крепыш к двуручнику присовокупил неплохую, правда кое-где промятую и всю в засохшей крови, пластинчатую броню, Улг взял длинный одноручный меч и прямоугольный щит с одним срубленным верхним углом, остальные вооружились кто во что горазд Элориен увидел среди оружия товарищей двуручный топор, устрашающего вида молот и даже алебарду, но не было ни какого сомнения в том что нынешние их владельцы умеют ими пользоваться, остальные же выбрали клинки по себе. Время шло к полудню и вот шум толпы усилился, а решетчатые ворота поползли вверх.
  - Ну что ж пора парни давайте покажем этим скотам чего мы стоим, - сказал Улг.
  Лица окружающих его людей не выражали ни чего кроме решимости идти до конца и они пошли на встречу судьбе. Пройдя под решетчатыми воротами они оказались в коротком коридоре заканчивающимся массивными окованными сталью дверьми, за ними нарастал шум толпы, было слышно как вовсю свою луженую глотку трудятся заводилы предлагая публике сделать ставки на ту или иную группу рабов, здесь работал свой тотализатор и так как о рабах не было ничего известно, то шансы считались равными. Но вот шум затих и одновременно с начавшими открываться воротами зазвучал исполненный власти голос, как объяснили Элориену это говорил сам правитель местных земель лорд Амирон:
  - Приветствую дорогие мои верноподданные, сегодня я открываю очередную арену на которой представят своих рабов одиннадцать баронов этих земель которые в честной схватке, - при этих словах Улг громко фыркнул, а Олим презрительно сплюнул, - покажут кто из этих благородных людей имеет право именоваться достопочтимым человеком города Тиринас и рабы смогут обрести свободу и уважение. И да начнется развлечение.
  Солнечный свет ударил в глаза сильнее вороненого клинка, на миг они ослепли, а через мгновение были ещё и оглушены ревом толпы. Они оказались на огромном почти в лигу диаметром ристалище с двенадцатью воротами из десяти, таких же из которых только что вышла группа Улга, ворот выходили группы других рабов, двенадцатые были поменьше и оставались закрытыми. Среди рабов оказалась и группа орков, которые все как один были в шипованных доспехах с кривыми ятаганами и небольшими круглыми щитами, но больше всего выделялась группа высокорослых мужчин со странного изогнутого вида полуторными клинками в тяжелых полудоспехах, Улг сплюнул, Олим же так грязно выругался, так что матерый боцман упал бы в обмарок.
  - Во попали, - сказал кто-то стоящий позади Элориена.
  - А в чем собственно дело, - спросил ничего не понимающий юноша.
  - Это ребята Желога, варвары из громового нагорья, - процедил сквозь зубы Олим.
  - Дерутся как одержимые, да ещё сильные как черти, - пояснил Улг, - ладно денёк обещает быть жарким, - и уже командирским голосом рявкнул, - что встали олени беременные сомкнули ряд, клинки на голо, как начнется деремся группами по трое спина к спине, Олим, Элориен(он впервые назвал его этим именем со времени отборочного боя) и ты Каст деретесь вместе со мной, ну, шагом арш.
  Они двинулись плотной стеной в центр арены куда уже стягивались без всякого построения остальные рабы, правда не считая группы варваров выстроившихся клином, медленно набирающим скорость. Тут Элориен подумал почему не дождаться когда остальные друг друга не перережут и не выйти победителями. Но тут земля позади них вздыбилась и ощетинилась острыми пиками которые выходили прямо из под земли приводимые в движение каким-то невидимым механизмом и стена частокола стремительно приближалась и тогда Улг скомандовал "Бэ-гом" и они побежали, но так же не теряя строя, остальные рабы тоже бросились бежать от неминуемой смерти в центр арены. Вот кто-то упал и его тут же пронзило с десяток пик. Элориен бежал не оглядываясь, понимая что если запнется, это будет смерть и не только ему, но и тем кто бежит сзади. Но вот частокол замер сократив площадь ристалища в двое и тут со страшным рёвом (иначе и не назовешь) клин варваров врубился с права в первую попавшуюся группу рабов и прошел сквозь неё, оставив на земле десяток, извивающихся в предсмертных конвульсиях, растерзанных сталью тел. Слева начали уверенно прокладывать себе кровавую дорогу орки. В центре же оказалась группа Улга на которую с трех сторон навалились сразу три группы рабов сталь ударила в сталь и вот первый противник сраженный точным ударом в горло клинком Элориена затихает на земле. Они разбились на четыре группы встав спина к спине, отступать было некуда, прорываться тоже, частокол вокруг был под углом так что было бесполезно пытаться пролезь сквозь него, к тому же добрая сотня арбалетчиков засела на стенах, давая понять что бежать некуда и путь только один выжить в этой мясорубке. Они держались довольно неплохо пока справа к ним не прорвались варвары потерявшие только двоих, а слева не вылетели орки. Послышался глухой удар это клин варваров столкнулся с первой группой и через секунду опрокинул её оставив на земле окровавленные тела и тут же на группу Элориена наткнулись орки клинки сшиблись и отлетели в стороны, люди явно уступали этим порождениям зла, но тут юноша извернулся и метнул один за другим оба свои клинка, и два орка завалились держась за разрубленные горла, и тут же, выхватив из-за спины длинный меч, на движении рассек от плеча и до противоположного бока ещё одного. Но тут упал с пробитой головой Каст и одновременно с этим на них обрушилось остриё клина варваров и тут Улг скомандовал: "В стороны!" - и Олим с Элориеном ринулись в разные стороны клин прошел мимо налетев на орков и завязнув там, теперь они сражались в одиночку и на парнишку пришлось сразу трое варваров которые были в крыле клина. С первого же удара он отлетел в сторону и еле успел блокировать следующий удар и тут он встретился взглядом с одним из нападавших.
  "Это конец, против троих сразу мне не выстоять, они же безумны"
  "Нет просто одержимы, низшими демонами понтимониума" - вмешался чей-то голос.
  "Что, кто..."
  "Успокойся я всего лишь часть тебя и хочу тебе помочь"
  Но тут он не успел как следует блокировать очередной удар и смертельная сталь проскрежетала по нагрудной пластине и черкнула алую полоску по лицу. С начала он почувствовал холод стали, потом жгучую горячую кровь хлынувшую из рассеченной щеки, а потом громоподобный голос прогрохотал в его голове: "Ты собираешься умереть здесь, на каком-то богом забытом ристалище, в то время как он живет и наслаждается жизнью". Неимоверная ненависть захлестнула его и тут что-то изменилось тело как будто потеряло вес. Его подбросило вверх и через мгновение он уже стоял на ногах с клинком на перевес и эти трое казались ему жалкими ничтожествами, которые не смогут не то что убить, но и просто ранить его. Клинок в его руке подсветился зловещим багряным светом. Боль в груди усилилась, но это только ещё сильнее разозлило его и он ринулся в атаку сокрушая любого на своём пути, в мгновение ока трое варваров превратились в кровавое месиво распростершееся на земле, и дальше он руби и рубил не зная усталости. И позади него вился тёмный плащ казалось сотканный из первородного мрака ночи.
  Зрители ликовали.
  Теперь на бранном поле остались из живых четверо: юноша в темном плаще с клинком заведенным за спину и выставленной перед собой левой рукой и вождь варваров вставший с изогнутым полуторным мечом наперевес. В стороне стоял Олим, он держался за прорубленный бок, и его поддерживал Улг, он потерял шлем, по лбу его стекала тонкая струйка крови, а правая рука была прорублена до кости и теперь безвольно висела вдоль тела.
  Варвар, издав боевой клич, ринулся в атаку, одновременно с ним сорвался с места Элориен. Его клинок проскрежетал по лезвию полуторника отводя удар в сторону и одновременно на исходе движения Элориен сделал полу-разворот пуская меч по касательной вверх и рассек низкий лоб варвара поперек и в тоже мгновение, не давая противнику опомнится он сделал ещё один поворот корпусом и, перехватив клинок двумя руками, ударил в закованный в сталью живот. Крепкая броня не выдержала, смертельная сталь прошла сквозь тело, как раскаленый нож сквозь масло. Верхняя половина тела громилы рухнула на землю из нижней вырвался фонтан крови оросивший лицо юноши.
  Элориен продолжал стоять, когда к нему подошли его товарищи по битве.
  - Мы сделали это, слышишь сделали, - хрипло прокричал Олим, стараясь перекричать беснующуюся толпу, - эй малыш, слышишь мы СВОБОДНЫ!!!
  - Элориен, ты в порядке, - спросил его подошедший ближе к нему Улг, - тебя ранили? Ты сам на себя не похож.
  Юноша дернулся, и во внезапно подувшем ветре исчез из-за его спины темный плащ, и упал на одно колено, удержавшись только благодаря клинку.
  - Элориен умер...
  - Что... что ты говоришь..., - в голосе Улга была тревога.
  - Элориен умер в дождливый день на дороге в Эглийских горах, - его голова была опущена на грудь и когда он поднял взгляд Улг увидел, что левый глаз его стал из темно-синего абсолютно черным и в глубине его скрывалась истинная тьма.
  - Тогда кто же ты, - еле слышным голосом пошептал Улг так, что даже Олим стоящий в заде не расслышал его.
  - Не знаю, - на глазах юноши выступили слезы, в них было отчаяние и страх, - не знаю, не знаю, не знаю...
  Они и не заметили, как исчез частокол из пик и их окружили тяжелые панцерники за спинами которых стояли арбалетчики. Улга и Олим разоружили и повели к двенадцатым воротом которые теперь были открыты и за ними виделся раскинувшийся город. Юношу же заковав в кандалы повели туда откуда впервые вышел их отряд.
 

3. Пророчество.


 
  В это время в ложе правителя Тиринаса собрались одиннадцать баронов-работорговцев и семеро глав гильдии.
  - Это вопиющее нарушение, Дорс вывел на арену одержимого, если не так сказать демона, - возмущался ожиревший барон Желог.
  - Этого раба мой караван подобрал на горной дороге он был при смерти и я решил проявить сострадание к бедному существу, подобрав и выходив его, - парировал дородный Дорс.
  - Что скажет гильдия, - раздался властный голос владыки Амирона.
  - Наши маги осмотрели данного юношу и не нашли ни единого следа известной нам темной силы, а вот осмотрев ристалище было выявлено, что варвары достопочтимого барона Желога были одержимы наинизшими из порождений мрака...
  - ЛОЖЬ... - взревел Желог, но тут же осекся почувствовав на себе тяжелый взгляд владыки, - ваша милость да раз вы можете подумать, чтобы ваш верный слуга...
  - Хватит, я знаю всё на что способен каждый из присутствующих здесь, и о тебе Желог особенно, - голос владыки был спокоен, но это было затишье перед бурей, - да кстати что там гильдия предусматривает за нарушение правил арены?
  - За нарушение первого и третьего правил гильдия изымает десять тысяч золотых у провинившегося в пользу владыки и берет с неё полагающеюся ей десятину, - продекламировал один из представителей гильдии, - в случае нарушения второго правила барон лишается своего титула, - при этих словах Желог побледнел и как то сразу обрюзг, - и его прилюдно казнят как демонопоклонника.
  - Ну что ж, все в ваших руках мой повелитель, - в голосе Дорса чувствовалось явное злорадство.
  - Всемилостивый владыка, я же ваш верный слуга... - взмолился Желог.
  - Что ж на барона Желога я накладываю штраф в сто тысяч золотых и отлучаю его и всех отпрысков его дома от участия в арене на год, - Желог обмяк и оперся на стену, - и хотя темные силы не были найдены в том юноше я повелеваю, весь выигрыш от арены барона Дорса направить в казну и отчислить гильдии её десятину.
  - Но мой повелитель, - возразил было Дорс.
  - В ином случае я приказываю собрать высший совет гильдии и исследовать этого мальчишку.
  - Я все понял о всемудрейший владыка.
  - В таком случае повелеваю всем разойтись, и Дорс избавься от этого раба, даю тебе день.
  - Будет исполнено владыка.
 
  Юношу увели сначала в какую-то странную залу, где было много старцев с длинными бородами и которые пристально рассматривали его с помощью всяких изощренных приборов.
  "Скорее всего маги" - ожил внутренний голос.
  "Что они хотят от меня" - спросил юноша не зная кого.
  "Наверное хотят доказать что ты одержим там каким-нибудь демоном или ещё круче сам им являешься"
  "Что..."
  "Успокойся они не найдут меня им не хватит сил на это"
  "Ч-ч-что..."
  "Да не парься ты так расслабься и получи удовольствие, только смотри, чтобы в анал не полезли демонов искать, тогда отбивайся как сможешь"
  "Кто ты"
  "Я? Не знаю. Я всего лишь часть силы которой ты наделен и до этого я спал в тебе, но с месяц назад что-то пробудило меня и вот те на, что я вижу, я принадлежу издыхающему телу на какой-то грязной дороге, да ещё эта богомерзкая печать"
  Парнишка слушавший этот откровенный монолог своего второго я просто ошалел.
  "Чего печать, какая ещё на фиг печать"
  "Ну ты тормоз уже месяц как очухался с этой раной на груди, а так и не дошло"
  "Что?"
  "О великий отец во имя всемогущественной тьмы с кем я связался эта рана нанесена семиглавым карающим мечом кого-то из первопризванных"
  "Ладно стоп машина, притормози, начнем по порядку кто ты"
  "Я часть силы которой ты владеешь, своего рода инструкция по применению"
  "Понятно, а имя у тебя есть"
  "Ты что тупой говорю же я тебе я ничто своего рода врожденные знания, которые обрели пока свою волю"
  "Как понять это понять?"
  "Когда ты пробудил меня в тебе была огромная враждебная мне сила да ещё твоя потеря памяти вот и возник я"
  "И что мне с тобой делать"
  "Ничего просто слушайся моих советов и со временем я стану единым с тобой"
  "Понятно, а что мне теперь делать и кто такой Элориен на самом деле"
  "Не знаю скорее всего какой-нибудь небесный выродок и причем очень сильный правда судя по тому, что ты помнишь он был человеком"
  "Ты видел мои сны"
  "Это были не сны, это была реальность давно прошедших дней"
  "Но откуда тогда я знаю, что он умер тогда на дороге"
  "Не знаю скорее всего это было твое подсознание"
  "А ты тогда что?"
  "Нет ты не понял, когда ты пробудил меня тебя переполняла светлая сила, но она никуда не ушла она просто как бы впала в спячку место меня и время от времени дает о себе знать"
  "Офигеть не мозги я скопище разных личностей, а кто дал мне силы на арене"
  "Ты сам почерпнул их в себе, я лишь сказал тебе то, что тебе нашептала эта сила"
  "Так погоди светлая сила спит, тогда ты получается темная?!"
  "Ну ты гений, а я уж думал не догадается"
  Раздался звук отворяемой двери оборвавший этот странный внутренний диалог. Вошел старый знакомый Ирнг, он кивнул окружающим паренька старцам и сказал, что забирает его.
  - Куда его теперь, - поинтересовался один и магов.
  - На рынок рабов, владыка приказал хозяину избавиться от доказательств, но не отпускать же его просто так, а так хоть какая никакая, а польза все-таки, - криво ухмыльнулся охранник и поволок юношу прочь из комнаты.
 

***


 
  - Госпожа зачем мы притащились в этот вонючий город работорговцев, - ныл здоровенный детина с перекинутым за спиной двуручником.
  - Заткнись Вильнот и не называй меня госпожой я тебе, что зря парнем вырядилась, - огрызнулась на его стенания красивая юная девица шестнадцати лет от роду, с длинными соломенного цвета волосами, скрытыми сейчас широкой шляпой, и горящими зелеными глазами, одетая в мужской камзол из кожи, - всю маскировку испортишь, ты же знаешь женщины здесь считаются хуже скота.
  - Но это так несправедливо, госпожа Элисия самая прекрасная девушка на свете, - сказал Вильнот и тут же получил подзатыльник от этой самой Элисии.
  - Ещё одно слово и я тебя собственными руками придушу, - пообещала она ему задушевно, - Тормин, ну хоть ты ему скажи.
  - Да моя госпожа, - с улыбкой сказал старый мечник.
  - Блин, всех уволю, что блин за сброд, - пробормотала девушка, - вот оставлю только Орни с Пеленорой.
  - Как вам будет угодна госпожа, - откликнулись они.
  - Блин-н-н...
  "Подходите скорее сегодня у нас необыкновенный товар, победитель арены, укротитель безумных варваров, смотрите силен, статен, неимоверно красив..." - донеслось до слуха девушки и что-то потянуло её туда.
  - Постойте, куда вы, - окликнул её телохранитель.
  Но она не слушала его, что-то влекло её вперед и протолкавшись она увидела причину по которой её привело сюда. Это был хрупкий на вид юноша, закованный в кандалы, приблизительно её ровесник, у него были длинные прямые волосы и под покрывавшей их грязью можно было догадаться что когда-то они были девственно белого цвета, у него было очень красивое лицо, которое не могла испортить засохшая на нем кровь, и самое странное это были его глаза, правый был изумрудно-зеленого цвета, левый же был черным и глядя в него становилось как-то не по себе. По его отсутствующему взгляду казалось, что парнишка погружен в свои какие-то невеселые мысли и ему нет дела до происходящего вокруг. Что-то шевельнулось в сердце при виде этого беззащитного юноши, явно не из простолюдинов. Ей хотелось помочь ему и в тоже время она чувствовала, странную силу притаившуюся в нем.
  - Боже я и не знал, что господин интересуется такими дохляками, - Вильнот явно был задет интересом своей госпожи к какому-то там, рабу, но принял условия маскировки.
  - Кто он? - поинтересовалась девушка у зазывалы.
  - О, юный господин, - кажется он купился на её мужской наряд, - вижу вы очень опытны в столь юный возраст, это настоящий клад, вы не поверите, но он является победителем сегодняшней арены...
  - Я слышал победителей отпускают на волю, - продолжила она играть свою роль.
  - Да, но видит всемилостивая Альма владыка наш прогневался на чужестранца и приказал моему хозяину продать немилостивого раба...
  - Странно и чем же он так прогневал вашего повелителя.
  - О вы не представляете, этот юноша почти в одиночку перебил десяток варваров громовых нагорий и лично разрубил пополам их вождя...
  - Что ты несешь жалкий выродок, как этот заморыш мог сразить вождя племени громовых нагорий, - вмешалась в разговор Пеленора, которая вела свою родословную от одного из сильнейших племен варваров громовых нагорий.
  - Ха, да что вообще женщина может понимать в этом, - скривил физиономию зазывала.
  И Орни с Тормином пришлось повиснуть на плечах у Пеленоры, что бы не дай бог не схватилась за клинок, потом трупов не сосчитаешь.
  - Успокойся Пел, - приказала Элисия и обратилась к зазывале, - прошу выбирать выражения относящиеся к моей рабыне.
  Пеленора чуть снова не рванулась уже на госпожу, но Тормин незаметно присунул ей кулаком по ребрам, а Орни добавила двумя согнутыми пальцами в печень. На что в раз обессилившая Пеленора только и смогла процедить сквозь зубы: "ироды, что б вам пусто было".
  - А не слишком много охраны тут или он буйный какой? - в свою очередь продолжила Элисия, откровенно рассматривая дюжину мечников пополам с арбалетчиками.
  Тут из-за спины зазывалы выступил здоровенный детина, никак начальник охраны, статью своей походивший на Вильнота.
  - Это для того, что бы оставшиеся два раба получившие свободу не попытались освободить своего товарища, - соврал Инрг.
  - Хм, странно... - протянула девушка.
  - Эй, послушай ты его покупать будешь нет, еже нет то отвали не отпугивай посетителей, - прорычал охранник, высунул на немного клинок из ножен.
  Вильнот схватился за двуручник, Тормин отвел в сторону руку в рукаве явно скрывался кинжал, Пеленора вся подобралась, но на них тут ж нацелились с полдюжины арбалетов. Но опередил всех юноша он поднял тяжелый взгляд на девушку и произнес:
  - Не стоит милостивая леди, сорится с этих грубым мужланом, - произнес он приятным мелодичным голосом.
  - Что ты там промямлил? Кто это здесь "грубый мужлан" - взъярился Ирнг и сделал роковую ошибку он подошел на расстояние вытянутой цепи
  Все произошло мгновенно. Дернулась натянутые цепи, Ирнг с обхваченным цепью горлом, захрипев начал оседать на землю в следующий миг кто-то из охранников разрядил арбалет попав в подставленный юношей хлипкий замок на цепи и воцарилась полная неразбериха. Юноша получив свободу в передвижении бросился под ноги стражникам сбив их, после неимоверным прыжком из положения лежа оказался у арбалетчиков и на всю катушку поорудовал концом цепи. Досталось и Вильноту полезшему помогать, он осел на землю с рассеченным лбом. И не известно чем бы это все кончилось не вмешайся Тормин. Одним грациозным прыжком он оказался за спиной у юноши и оточенным движением обрушил рукоятку кинжала в основание шеи. Тот застыл, дернулся, но момент был потерян на него тут же бросились стражники, заломив руки и прижав к земле, начали его жестоко избивать.
  - Остановитесь! - крикнула Элисия и бросилась к стражникам, - я беру его.
  - Чего?!! - те не сразу сообразили, - кого его?
  - Нет идиота начальника вашего, - съязвила она, - или у вас такие буйные пачками по закромам раскиданы?
  Тут же подключился немного очухавшийся Ирнг.
  - Отлично, только он вам недешево обойдется леди, - сказал он, акцентировав ударение на последнем слове, и в его глазах замелькали алчные искорки.
  - Сколько.
  - Ну думаю пять тысяч, будет в самый раз.
  - Сто золотых.
  - Что? Да за это вы самого зачуханного раба не купите, милашка. Четыре с половиной.
  - Двести.
  - Ты за кого меня держишь, детка. Четыре.
  - Триста и не монетой больше или можете искать другого кто возьмет такого буйного раба.
  - Черт с тобой проклятая девка, давай деньги и забирай эту падаль.
  - Госпожа, вы уверены что поступили правильно, - спросил Тормин у девушки, когда они перевязав лоб Вильнота, и забрав юношу, двинулись обратно в таверну через людную базарную площадь.
  - Конечно правильно, у вас неплохой вкус госпожа, - встряла в разговор Орни.
  - Да не лезь ты куда не просят, - огрызнулся Тормин, - вечно с тобой одно и тоже, тебя и тысяча лет никогда не исправит.
  - Кто бы говорил, сам то так и не перестал храпеть со времен последнего союза...
  - Что, я храплю...
  "Понеслась, вода по склонам" - подумала Элисия и тайком оглянулась на нового попутчика, шедшего теперь между надменной Пеленорой, которая до сих пор не могла простить как ей казалось абсолютную ложь, про группу соплемененников; и Вильнотом, который все время злобно косился на бедолагу, так и не простив тому рассеченный лоб. Но вдруг тот поднял глаза и ей показалось, что он смотрит куда-то через неё, она посмотрела в перед и не увидела ничего подозрительного, базарный люд мирно копошился у прилавков, но он не отводил взгляд от чего-то впереди.
 
  Он шел под конвоем надменной девы воительницы и мечника, которому недавно расшиб лоб концом цепи, когда почувствовал что-то впереди он поднял взгляд но не увидел впереди ничего интересного кроме тонкой фигуры своей спасительницы, окруженную с двух сторон, скорее всего телохранителями; которая оглянулась посмотреть на него. И тут снова вмешался голос:
  "Не туда смотришь"
  "О чем ты?"
  "Ты ведь его почувствовал, да?"
  "Да я что чувствую, он впереди и идет к нам на встречу"
  "Смотри не глазами"
  "Слышь умник, а чем ещё тогда?"
  "Сконцентрируйся на том направлении откуда ты чувствуешь, что оно идет и ты увидишь"
  И вправду стоило ему сконцентрироваться на своих чувствах, как впереди медленно как будто из тумана стал возникать силуэт. Это был человек, медленно шедший им навстречу казалось его никто не замечал, но прохожие перед ним сразу же расступались как будто некая сила повелевала ими, он был весь черный, ("магия" - напомнил голос) и держал в руке такое же черное копьё. Он тоже почувствовал, что его раскрыли, и тут прохожие отделявшие его от группы в которой шел юноша разошлись в стороны и тот размахнувшись метнул свое оружие прямо в девушку перед ним. Последнее что помнил юноша это был рывок что-то больно ударило по спине, (скорее всего это либо гордая воительница, либо здоровяк с разбитым лбом, успели пригреть его по спине, пологая что он покусился на их хозяйку), он обхватил девушку и успел оттолкнуть её в сторону, потом страшная боль пронзила грудь и он провалился в столь знакомую тьму забвенья.
 
  Когда он очнулся то обнаружил себя голым, чистым и лежащим в чистой постели.
  "Неужто за все свои мучения я попал в рай?" - пришла в голову благостная мысли.
  "Ага, размечтался, рай ему подавай, кому-кому, а тебе туда дорога заказана"
  "Ну, блин и помечтать уже нельзя, что ли?"
  Но тут его внутренние дебаты прервали звуки голосов.
  - Госпожа Элисия, не стоит делать преждевременных выводов, - это кажется говорил телохранитель той девчонки, как его там торба, турбо, курва, а Тормин точно, - ну подумаешь он обладает небольшими способностями.
  - Увидеть тенеходца, это ты называешь небольшими способностями, да даже я его еле заметила и то только перед самым броском и это ты называешь небольшими, - это наверное был второй ее телохранитель уже женского пола, кажется Орни.
  - К тому же мало того, что он меня спас, когда мог просто дождаться пока меня сразит копье и тихо смыться воспользовавшись неразберихой, он ещё до сих пор жив, или ты Тормин хочешь мне сказать, что он как и ты воин рассвета и ему добрая тысяча лет, а? - наконец заговорила сама девушка.
  - Нет, конечно нет, нас остались единицы и мы все друг друга знаем в лицо, - ответил старый мечник и в голосе его читалась обида, за сравнение его с этим голодранцем.
  - И не только в лицо, - невинно заметила Орни.
  - Хватит, Орни, - прикрикнул на неё Тормин, - давай лучше напряги мозги и выдай что-нибудь дельное.
  - А что тут дельного-то, оракул что сказал: идти в Тиринас, так? Так! Следовать зову сердца: так? Так! Мы пришли и хозяйка находит этого заморыша, хотя после того как мы его отмыли он довольно-таки и нечего(послышалось чье-то презрительное фырканье), так что смотри Тормин у тебя появился конкурент; и он благородно спасает ей жизнь закрывая ее своим телом (опять послышалось фырканье), а на этот счет оракул, что сказала: всегда поможет и спасет там, где остальные не смогут, так? Так! Ну и что тут думать берем его с собой, вдобавок должен же он как-то отработать те триста золотых, что за него госпожа заплатила, а там глядишь и еще где пригодится, пусть даже и в качестве живого щита.
  - Да, но пока от него одни расходы, только сотня золотых лекарю который так и не смог до конца излечить рану, в добавок темное копье поражает в основном не тело, а душу, и кто знает когда он очнется, а может он уже в мире теней? А путь до гор рока и поля последней битвы не близкий и выступать надо скорее, а то не успеем пройти перевал Вордана до осени, а тогда..., - это снова толкал речь Тормин.
  - Да погоди ты, он кажись и очнулся, - это был чей-то новый мелодичный голос("неужто эльф"), - а ты мир теней, никогда не очнется, - передразнил Тормина голос, он был явно женским("У них здесь что одни бабы что ли"), - ей больной ну, что разлегся вставай давай, - эти слова для весомости подкрепились добротным тычком в бок.
  - А поаккуратнее никак, - пробормотал юноша, открывая правый глаз и вправду над ним расставив ноги и уперев руки в бока стояла прекрасная кареглазая девушка, с гривой соломенных волос и немного заостренными ушами("неа, не эльф всего лишь полукровка" - поясним внутренний голос), - я как никак больной и требую должного отношения, - продекламировал парень и закрыв глаз осторожно перевернулся на бок, в груди при этом забилась тупая боль.
  - Эй, вы это слышали, вот наглец, я тут целую неделю над ним хлопочу, а он мне "должное обращение требую", ну погоди, щас я тебе предоставлю должное ОБРАЩЕНИЕ, - послышался звук открываемой крышки и через секунду больному на голову полилось, что очень холодное.
  Его передернуло от холода и подбросило на кровати, оказалась эта чертовка вылила на него полфляги ледяной воды недавно набранной в ближайшем колодце.
  - Вот, то-то же, другое дело, - на её лице играла самодовольная садистская улыбка, - ну что больной будем знакомится.
  Кроме неё в комнате было еще шесть человек пятеро более или менее знакомых и ещё один хмурый тип в кожаной безрукавке на голо тело сидел в дальнем углу комнаты на небольшой тумбочке, скрытый по пояс тенью, на улице уже был поздний вечер. В самой комнате кроме кровати был стол четыре стула, причем один из них оккупировала та самая наглая девчонка с заостренными ушами, тумбочка и платяной шкаф. За столом разместились его спасительница из рабства, как её там Элисия что ли, и два её телохранителя, оставшееся двоя громила-мечник Вильнот и гордая дева воительница Пеленора подпирали стены.
  - Ну что милый меня надеюсь представлять не надо, - проворковала девушка полуэльф, подсев к нему на кровать и положив голову на плечо.
  - Это почему ещё?!, - хором воскликнули остальные.
  - А вы как думаете, - в момент она оказалась на ногах и уже ходила по комнате интенсивно жестикулируя, - сунули мне эту тушу, мол больше не к кому, видите ли принцесса у нас ещё слишком молода и невинна, - с ударением на последнее слова сказала девушка и принцесса почему-то залилась краской, - у Орни Тормин уже обжился, Пел видите ли гордость не позволяет, а уж о Вильноте и говорить нечего он до сих пор на него волком смотрит, за тот случай с цепью, Зак так вообще в гостинице не значится, а ко мне значит бедной невинной девушке Клесси можно, да только кто-то не учел что кровать здесь одна и вовсе не двуспальная!!!
  Она закончила свою тираду и остановилась перевести дух.
  - Вот и познакомились, - тихо подытожил парнишка.
  - Ага, - поняв что сделала, обворожительно улыбнулась она, - нус а вас больной как зовут?
  "Смотри а она ничего и грудь побольше чем у принцессы" - это был снова внутренний голос.
  - Я не знаю, - коротко ответил он.
  - В смысле? - на лице полуэльфа отразилось недоумение, - а как же тебя называли, ну не знаю хотя мама с папой или там рабы с которыми ты был на арене, если конечно ты там был вообще.
  - Был, - неохотно ответил юноша и пересказал всю свою недлинную историю начиная с пробуждения в темнице и кончаю ареной, но при этом благорассудно умолчав про всякие внутренние голоса и сверх силы, имеющие привычку самовольно комментировать все подряд, и конечно же умолчал про бедных варваров. Ему хватило одного взгляда на свирепое выражение лица Пеленоры и на два пальца выдвинутый из ножен клинок.
  - Мда, история, - протянула Клесси, - значит так отзываться будешь на Бобик, понял!
  - Чего, это ж вроде собачья кличка, - просто офигел парень.
  - Ну и что а по мне так в самый раз, - стояла на своем чертовка.
  - Погоди Клесси, - перебила ту принцесса, - значит говоришь Элориен? Это имя из высокого слога и он имеет значение священный клинок неба, - на лице Тормина появилось выражение тяжелой работы мысли, - Но еще страннее то, что я услышала от лекаря который приходил лечить тебя, он был на этой арене и видел как юноша уж очень похожий на тебя превратил в компост всех рабов и напоследок разрубил по полам их предводителя, да еще я нашла тех с кем он дрался в одной команде, это были два воина один коренастый крепыш, другой высокий пожилой мечник с татуировкой виде расколотого черепа на голове, и они опознали в своем товарище спасшем их на арене тебя.
  - Как они? В последний раз я их видел со страшными ранами, они теперь свободны? - не обращая внимание на подозрительные взгляды окружающих его людей, спросил он.
  - С ними все хорошо их вылечили прям там же на арене выдали им вольные грамоты и отпустили на все четыре стороны, - ответила на его вопрос принцесса, - но один из них кажется его звали Вулг...
  - Улг, - поправил её юноша.
  - Да Улг, так он сказал что ты наделен странной силой и тогда на арене они видели как за твоей спиной развивался взявшийся из ниоткуда и исчезший в никуда темный плащ и твой левый глаз был иссиня черный, хотя сейчас он просто темно-синий.
  - Я смутно помню бой, - коротко отрезал юноша.
  - Госпожа он одержим, - воскликнул Тормин, - мы не можем его взять с собой, лучше будет избавить от него поскорее, если и не убить то просто отпустить на все четыре стороны...
  - Значит как мне тебя называть, - задумчиво протянула принцесса, не обратив ни какого внимания не тираду Тормина, остальные молчали, понимая как решит госпожа так и будет, только Вильнот не довольно фыркнул.
  - Не знаю милостивая хозяйка, - ответил ей юноша.
  - Ну что я буду называть тебя, - он сделала небольшую паузу, - Энжел.
  - Да вы меня вообще слушаете, он опасен..., - не унимался Тормин.
  - И так решено он идет с нами, - заключила принцесса, - ты уже как я понимаю со всеми и так знаком, но все же я повторюсь, это мои телохранители Тормин и Орни, - она театральным жестом показала на сидящих рядом с собой, - они воины рассвета, прошедшие все великие войны второй эпохи и получившие за своё мужество бесконечную жизнь и пришедшие на службу моему королевству, Тормин непревзойденный мечник, а Орни хороший боевой маг. Эта гордая женщина Пеленора - воительница из племени варваров громовых нагорий, - она указало на подпирающую стену деву со свирепым лицом, кажется ее сильно задела история с ареной, - она одинаково хорошо владеет как клинком так и луком. Этот здоровенный детина, которому ты недавно разбил лоб Вильнот, он ученик Тормина и прекрасно обращается с двуручником, - тот лишь презрительно фыркнул глянув на Энжела, наверняка до сих пор не забыл рассеченный лоб, - он сын друга моего отца и старше меня на три года. Зак, - она указала на сидящего в дальнем углу и тот немного наклонился чтобы можно было увидеть его лицо испещренное множеством шрамов, - хороший шпион и бывший слуга гильдии ассасинов, но он ушел из нее и перешел на службу нашему дому. Клесси - полуэльф, она непревзойденный лучник, а так же хорошо знает магию природы. И наконец я - принцесса Элисия наследница дома Эледрил-Марвол правящего на восточных землях за горами Тримоса, я начинающий маг, меня по не многу обучает Орни, и немного владею клинком, мне можешь звать просто Элисия.
  - Постой госпожа я не согласен, - возмутился Вильнот.
  - С чем? - невозмутимо спросила Элисия.
  - Со всем и с тем, что он идет с нами в частности, нас и так уже семеро, - взорвался здоровяк, - я вызываю тебя на дуэль и пусть боги рассудят кому оставаться в отряде, - прокричал он Энжелу.
  - Эй осади коней, он ранен и не может сейчас сражаться, да и к чему это, - заступилась за юношу Клесси.
  - Нет, он должен доказать что достоин идти с нами, - вмешался Тормин, - и если так то он должен быть готов защитить госпожу в любом состоянии, ведь так сказал оракул.
  - Тормин не переиначивай, - подала голос, молчавшая Орни.
  - Хорошо, я согласен, если ты победишь меня я уйду, - прекратил дальнейшие споры Энжел.
  - Вот и отлично, завтра утром на заднем дворе гостиницы.
  - Деретесь на тренировочных мечах, - в голосе Клесси было столько металла, что даже Тормин не решил ей перечить.
  - Ладно, - пришлось сдаться принцессе, - завтра утром все и решим, а сейчас давай спать.
  Все начали расходиться и когда за Вильнотом, выходившим последним, закрылась дверь. Клесси обернулась к Энжелу и заговорческим голосом произнесла:
  - Вот мы и остались одни.
  - Эй, послушай а я... то есть мы... что и вправду спим в одной постели..., - ("круто, а ты оказывается донжуан" - прошептал голос) Энжел не знал что и сказать, но тут все его пошлые мысли и образы, начавшие закрадываться в голову, были тут же выбиты оттуда довольно-таки сильным ударом тонкой женской ручки по голове.
  - Ты это о чем там задумался, - с подозрением спросила она и тут её кажись осенило, - ах ты похотливое животное, да у тебя все на лице написано, ну я щас тебе покажу "я, мы, в одной постели"...
  В итоге в комнате долго не утихали звуки побоев, по которым можно было определить что игра идет в одни ворота и явно не в пользу Энжела. Элисия стоявшая рядом с дверью в их комнату с облегчением вздохнула и пошла спать из комнаты донеслось воинственное: "Прикройся, извращенец!" - послышался хлесткий удар и звук падающего тела.
 

4. Дуэль.


 
  На следующее утро все собрались на заднем дворе гостиницы, ждали только Тормина с Орни. Все выглядели выспавшимися и свежими, все кроме Энжела он все время зевал и мешки под глазами говорили что он провел бессонную ночь. Так что Элисия стала как-то странно коситься на Клесси. Энжел был одет в вещи позаимствованные у Клесси и теперь они кое-где жали.
  "Блин она просто монстр какой-то, как в такой хрупкой девушке может быть столько сил и энергии".
  "И не говори, а уж драться она умеет" - поддакнул голос.
  "Молчал бы лучше, я всю ночь провел на полу и не смог заснуть из-за её храпа, блин, а с виду милая девушка"
  - О чем это ты там задумался, - не заставила себя ждать Клесси.
  - Да так не о чем, - тут же постарался уйти от опасного для здоровья разговора с этой чертовкой Энжел.
  - Какой-то ты не выспавшийся, чем это ты всю ночь занимался пока я спала, а?- странные нотки в ее голосе не предвещали ничего хорошего и от смертной казни через выслушивание очередной тирады Клесси на тему: "мужчина есть похотливое животное, которое не способно ни на что кроме пошлости, в отличии от чистых и непорочных девушек которым судьбою предрешено вершить судьбу мира и т.д., и т.п.", его спасло появление Тормина и Орни.
  - Ну, что все готовы, - осведомился Тормин снимая с плеча два тренировочных меча, - тогда думаю начнем, надо это быстрее решить и сегодня же выступаем.
  - Правила просты, кто побеждает, тот и остается в отряде, - пояснила Орни.
  Тормин отдал меч Вильноту, Энжелу меч дала Орни. Дуэлянты вышли в центр двора и приняли боевые стоики. Энжел встал в уже привычную для себя позицию с заведенным за корпус клинком, Вильнот же взяв меч обеими руками, словно это был не обычный деревеней меч, а его любимый двуручник, и выставил его перед собой.
  "Послушай я тут вот что подумал давай поддадимся этому жлобу и будем свободны, как ветер в поле, считай тройная выгода и мы свободны, и деньги возвращать не надо и этот доволен" - ожил голос.
  "Нет" - парировал Энжел.
  "Ну почему? Ведь все довольны останутся" - не унималось второе я.
  "Не знаю, но чувствую что так надо и все тут"
  Вильнот ударил замахнувшись сверху, Энжел парировал выпад своим клинком, развернувшись полубоком, мечи скрестились и разошлись. Противники начали двигаться по круговой траектории делая быстрые выпады. Вильнот наносил точные удары с такой силой и скоростью, что Энжел еле успевал и блокировать.
  "Знаешь а мне кажется ты прав, может и вправду стоит поддаться, пока он из меня котлету не сделал"
  "А я что говорил, только смотри, что-то он больно разошелся, как бы поздно не было" - наставительно произнес голос.
  Но тут сокрушительный удар отбросил Энжела к стене, трактира находившегося на первом этаже гостиницы, его впечатало в стену так, что он выронил меч и сполз на землю.
  "Осторожней" - прокричал голос.
  И как раз вовремя. Вильнот явно не собирался останавливаться на достигнутом и обрушил меч на то место, где секундой назад была голова парня.
  "Он что убить меня хочет?"
  "Как ты догадался" - съязвил голос.
  Он стоял напротив здоровяка без оружия, его меч валялся далеко в стороне.
  "Здесь что-то не так, не может он, несмотря на всю его массу, быть на столько силён"
  "Да ты прав, он служитель какого-то демона, явно не из низших, скорее кого-то из крумов" - внутренний голос стал серьезен, как и в тот день на арене, - "берегись этот противник сильнее всех тех кого мы встречали раньше".
  Энжел увернулся от сокрушительного выпада в голову и тут же пропустил удар кулаком в живот, Вильнот двигался с поистине огромной скоростью, потеряв на мгновение возможность дышать, он пропустил сокрушительный удар эфесом промеж лопаток и упал на землю, на языке ощутился привкус крови, он закашлялся, закрывая рот рукою и увидел, что ладонь вся в крови.
  - Остановись, ты победил, - прохрипел он, переворачиваясь на спину и поднимая на встречу занесенному клинку окровавленную ладонь.
  Вильнот на мгновение замер, с занесенным над головой мечом, и в следующий миг обрушил его на незащищенную грудь Энжела. После первого удара последовал еще один, потом еще, он бил не переставая.
  - Остановись, - закричала принцесса, - не надо хватит...
  - Нет! Прекрати, - прокричала Клесси.
  Подбежавшие к нему Тормин, Зак и Пеленора разлетелись в стороны, как игрушечные куклы, от сильнейших ударов, и покатились по земле. Орни пустила в Вильнота какое-то парализующее заклинание, но он отскочило в сторону, так и не долетев до цели нескольких метров. В глазах здоровяка застыла лютая ненависть.
  - Если бы не ты, не пришлось бы посылать тенеходца, - рычал он, обрушивая очередной удар уже на бессознательное тело, - если бы не ты, мне не пришлось бы показывать, кто я на самом деле. Мы бы вечно странствовали вместе в поисках этого чертового меча, пока хозяйка бы полностью не подчинила себе королевство, ты, ты, ты..., - рычал он снова и снова, опуская деревянный клинок, и меч и земля окрасилась красным.
  Но тут безвольные было ладони, поймали деревянное лезвие, и закрытые глаза Энжела открылись, левый глаз был снова чёрен, а в правом светилось маленькое солнце.
  - Довольно! - громоподобным голосом произнес он, так что вздрогнули стены, и вдруг Вильнота подбросило в воздух неведомой силой. Тот отлетел и приземлился в десятке метров от юноши.
  - Ты жалкий прислужник, как посмел посягнуть на мою жизнь, - прогрохотал Энжел, поднимаясь с земли, все замерли пораженные такой перемене в нем.
  Только Вильнот поднявшись на ноги снова бросился на парня и в руках его, вместо деревянного меча, уже полыхал синим пламенем странный изогнутый клинок. Да и сам Вильнот изменился: тело как будто усохло, лицо заострилось, а во впавших глазницах полыхал неистовый огонь. Он занес меч над юношей, но тот поймал лезвие рукой, по которой тут же заструилась кровь, но он, казалось, не чувствовал боли. Он схватил свободной рукой это исчадие ада за горло и, притянув его лицо ближе, всмотрелся в полыхающие глазницы.
  - Жалкий крум, передавай привет своему хозяину, - проговорил он в звериную морду, что когда-то была лицом здоровяка Вильнота, и отшвырнув тварь в сторону поднял порезанную руку, - Тилд бранд, - произнес он одно из мощнейших заклинаний астрала.
  С раскрытой ладони сорвался вихрь синей энергии и попав в тело цели, ярко вспыхнув, исчез. В то же мгновение Энжел как-то сразу весь ослаб и повалился в руки подоспевшей к нему Клесси. На том месте, где только что была адская тварь, лежал Вильнот. Он умирал. Элисия стояла над ним и ее глаза были полны слез.
  - Простите меня госпожа, я только... - он прервался, закашлявшись, на губах появилась кровь, - я только хотел быть всегда рядом с вами и... охранять вас...
  Он обмяк и затих. Потирая ушибленные места, к ним подошли Тормин, Зак и Пеленора.
  - Почему? - еле слышно спросила Элисия у неизвестно кого, она стояла, опустив голову, над мертвым телом своего друга детства и по ее щекам текли слезы, - Почему это произошло? Почему это был именно Вильнот? За что? - уже в голос зарыдала она и упала на грудь здоровяка.
  Все молчали, не зная что сказать.
  Энжел открыл глаза и застонал, все тело было одним сплошным синяком, который просто адски болел.
  - Ты, это ты во всем виноват, - принцесса подняла на него взгляд затуманенных глаз, - если бы не ты он был бы прежним. Он был бы ЖИВ!
  Энжел отстранил от себя поддерживающей его Клесси и нетвердым шагом пошел к принцессе. Дойдя, он рухнул рядом с ней на колени и молча обняв, прижал ее голову к своей окровавленной груди.
  - Он сам сделал свой выбор и сделал его давно, - взгляд его тоже был затуманен и казалось он вспоминает что-то очень давно забытое, - он продал свою душу и отдал свое тело круму, сильному демону понтимониума. Для того чтобы защитить вас он заключил сделку с тьмой.
  - Я не верю тебе, не верю. Он не мог... - ее маленькие кулачки заколотили его по груди, - он был добрым, всегда, таким добрым...
  - Я видел все в его глазах, - голос Энжела казалось наполнился неведомой силой, но в то же время он становился все тише, - он хотел стать сильнее, чтобы всегда защищать вас. Возможно, так он и было бы, но силы с которыми он заключил договор не возжелали того, что бы вы обрели священный меч и когда вы нашли меня они начали действовать, согласно какому-то своему дьявольскому плану, для этого они разбудили крума спавшего в его теле. Он и послал тенеходца, чтобы убить вас миледи. И сегодня он хотел убить меня для того, чтобы вы никогда не смогли найти небесный клинок...
  Его голос становился все тише и тише и наконец затих совсем. Голова опустилась, руки бессильно обвисли. А на его груди все продолжала рыдать принцесса Элис.
 

5. Странная горечь моя, не посильная тяжесть...


 
  До рассвета уже не дожить,
  Остается лишь небо просить,
  Просить внять одинокой мольбе
  Смертного павшего на бранной земле...(EnGeL)
 
  В просторной зале с резными колоннами, за огромным столом заседал совет последнего небесного союза. Здесь были представители различных рас эльфов, людей и ангелов. Больше всего было людей, возглавлял совет архангел Ро-эл со своим оруженосцем сильнейшим из ангелов Эмильтоном, это были дивные существа в полтора человеческих роста, шириной плеч с которыми могли бы поспорить только гномы, белые волосы были собраны за спину, открывая чистый лоб и глаза, в которых казалось сияло маленькое солнце. Они были облачены в белоснежные, с золотым отливом, доспехи и с дивными клинкам за спиной. Ро-эл сидел во главе стола и молча выслушивал выступавших. За его спиной находилось огромное резное окно, за которым стояла тихая ночь. Выступал представитель эльфов, один из их правителей, владыка Бэлинас:
  - Мы отказываемся продолжать и дальше эту бессмысленную войну и уходим из союза так же как гномы! - его мелодичный голос сейчас громыхал под резными арками, - тьма и так отброшена к своему первоисточнику, темным порталам в мир хаоса лорда Нориуса, который был сражен первым из первопризванных детей творца Элротом. И теперь мы - владыки эльфиского народа считаем, что дальнейшее наступление приведет к нарушению хрупкого равновесия этого мира...
  - Вы просто боитесь потерять своих никчемные вечные жизни за достижение высшей цели, - бесцеремонно перебил эльфийского посла военоначальник из числа людей, это был король Дирос правящий землями Эледрил-Марвол.
  - Если даже и так, то я не вижу ничего возвышенного в захватнической войне с полным уничтожением слабых и беззащитных, молящих о пощаде. Надо проявить сострадание и великодушие, пока нам не отплатили той же монетой. К тому же эти земли издревна принадлежали темным расам.
  - Чушь! - в ярости Дирос обрушил свои пудовые кулаки на крепкий дубовый стол, который жалобно заскрипел, - этим порождениям мрака нет места в нашем мире.
  - Тогда для чего создатель, позволил врагу населить эти земли, - парировал эльф, - к тому же без тьмы, свет теряет свой смысл, ведь нет дня без ночи...
  - Да тогда будет только день, бесконечный святой день, - в глазах человека явно мелькнули фанатические искорки.
  Все члены совета не решались вступить в спор и лишь с надеждой смотрели на архангела, сидевшего во главе стола, но он сохранял молчание и просто слушал, спорящие стороны, закрыв глаза и положив подбородок на сплетенные перед собой пальцы.
  - Но будет ли это днем, не обратится ли свет в непроглядную тьму...
  - Да как ты можешь, подвергать сомнению саму святость ниспосланной нам силы, - спор обещал принять очень серьезный оборот и ангел, сидевший по правую руку, от возглавлявшего совет своего наставника, уже собирался вмешаться, как за дверь послышался шум, окрик стражников и до боли знакомый ему властный голос произнес:
  - Прочь презренные, мне плевать, пусть хоть вакханалия, - двери зала широко распахнулись и в открывшийся проход, быстрым шагом вошел юноша в окровавленном доспехе с гербом Элиота и крылатым шлемом в руках, который и опустил на стол перед советом. Он не успел ещё ничего сказать, как все тот же правитель людей, решительно поднявшись, загрохотал могучим басом:
  - Как ты смеешь жалкий отрок, прерывать заседание высокого совета владык трех великих рас, проклятье на твой род...
  И тут же, встретившись взглядом с юношей, осекся, а в следующее мгновение его тело скрутило в три погибели ужасной судорогой, тут же повскакивали с мест ореженосцы.
  - Элориен, прекрати... - коротко приказал ангел сидевший во главе стола.
  - Прошу, прощения отец мой небесный воин Эмильтон, - ответил тот и тут же человек перестал извиваться в муках, - у меня ужасные новости Фолност пал, все или почти все защитники крепости убиты...
  Волна ропота прошлась среди присутствующих.
  - Не может этого быть, а как же лорд Илерон, - казалось никто не мог поверить в столь фантастическую новость.
  - Пал, - коротко ответил юноша, - его сразил новое порождение тьмы, теперь у нее появился новый хозяин и слуга, очень сильный архидемон, настолько что даже эльфийский владыка пал пораженным огненным мечом...
  - А как же Элендил священный эльфийский клинок... - эльфы были потрясены до глубины души потерей своего бессмертного владыки, великого мудреца и непревзойденного воителя.
  - Он был сломан мечом архидемона... - сухо ответил гонец и лишь его отец и архангел могли понять, чего тому стоит держать себя в руках.
  По залу прошло очередное волнение, а юноша продолжал говорить.
  - Они обошли нас с тыла и выбили из крепости на открытое место, но мы продолжали сражаться и могли бы продержаться до рассвета, когда ужасный рев сотряс землю и... - он запнулся, сам до конца ещё не веря в случившееся, - люди обратились в бегство... и почти все погибли, теперь враг идет сюда...
  Все замолчали, не веря сказанному.
  - Ты лжешь жалкий сопляк, - взревели маршалы людей в один голос, и правитель Эледрил-Марвол продолжил, - ты лжешь не могли закаленные бесконечными битвами верные мои воины бежать ты сам сбежал, оставив их погибать и они до сих пор сражаются ожидая подмоги, ты ЖАЛКИЙ ТРУС...
  - Хватит, - оборвал того архангел, видя как сжались кулаки сидящего рядом друга, а глазах прибывшего заиграло неистовое пламя, - я не позволю оскорблять своего ученика и сына моего товарища по оружию и друга Эмильтона. И у меня нет ни малейшего сомнения в правдивости его слов.
  - Благодарю вас за доверие, архангел Ро-эл, - тихо проговорил юноша.
  - Объявить тревогу, разбудить крепость, готовиться к осаде, - уже отдавал команды архангел, правда крепость давно уже не спала, весть о роковом гонце уже облетела весь гарнизон и теперь солдаты в спешке вооружались, - всех прошу разойтись, останутся только правители.
  Совет начал расходиться, остались лишь король Дирос с оруженосцем, эльфийский владыка Бэлинас с двумя своими советниками, Ро-эл со своим оруженосцем Эмильтоном, и Элориен, которого попросил остаться архангел.
  - Воистину черную весть принес нам этот отрок, - заговорил Бэлинас, когда двустворчатые двери закрылись за последним из совета, - мы опоздали, чаша весов сдвинулась.
  - Да, первопризванные предупреждали нас, что это может произойти, но мы все были ослеплены победой Элрота над Нориусом и продолжали теснить тьму на ее собственной земле, - в голосе архангела звучали нотки горечи.
  - Что за бред вы городите, мы уничтожим все эти порождения мрака, вместе с их темными владыками, мы убьем их всех до последнего и сбросил их проклятые тела в их же темные порталы, после чего навсегда закроим их... - в глазах Дироса застыли искры безумия.
  - Первопризванные больше не вмешиваются в земные дела, они познали всю опасность нарушения равновесия, когда Элрот сразил главу пондемониума, - Ро-эл стоял спиной ко всем, вглядываясь в непроглядную темень ночи за окном, - поступок Элрота был опрометчив, он сдвинул чашу весов и вот теперь, когда победа была уже близка, они снова приходят в равновесие, - голос великого воина неба был тих и в нем чувствовалась горечь, - мы должны отступить пока не стало поздно, отступить и попытаться защитить то, что у нас было всегда...
  - Как ты можешь нести эту ересь, - негодованию Дироса не было границ, на его висках бились вздувшиеся жилки, - мы сотрем эти жалкие отродья одним ударом, наши войска непобедимы...
  - Сумасшествие, - тихо прокомментировал Элориен.
  - Что ты сказал, - взревел человек, - это что заговор... я пресеку это на корню..., - он схватился за разукрашенный драгоценными камнями клинок и тут осёкся, встретившись взглядом с Эмильтоном в котором не было ничего кроме презрения.
  - Успокойся, - голос архангела был по-прежнему тих, но теперь его переполняла сила, - мы должны в первую очередь заботится о людях, которые доверили нам свои жизни, а если все войско поляжет здесь, никто не сможет защитить оголенные границы, а кроме тьмы в этом мире у нас достаточно врагов.
  Правитель Эледрил-Марвол вложил клинок в ножны, слова высшего существа поумерили пыл человека, но в глубине глаз его Элориен увидел затаившееся безумие.
  - Что ж, в твоих словах есть доля истины, но все же бежать, не начав боя это ниже человеческой гордости, - тут его взгляд скользнул по Элориену, - хотя видно ваша раса не чуждается и этим.
  - Хватит! Элориен, Эмильтон, - Ро-эл повернулся к ним и в его глазах были холоднее стали, - Белинас нам нужна помощь твоих бессмертных братьев, - обратился он к эльфийскому владыке, до сих пор хранившему молчание.
  - Мои советники уже отослали гонцов к войску, но они будут не раньше полудня, путь от Мертвых гор не близок, так же там находится одна из цитаделей гномов, нам бы не помешали их несокрушимые когорты...
  Тут все как один вздрогнули, только король Дирос с оруженосцем, не обладая чувствительностью высших, стояли не понимая, что происходит.
  - Они уже здесь, - левый глаз Элориена померк и к изумрудно-зеленому оттенку добавилась странная синева. Архангел заметив это как-то странно посмотрел на Эмильтона.
  - Что? О чем он говорит? - недоумевал правитель людей.
  - Да. Он прав они уже под стенами, - согласился Ро-эл и его оруженосец с эльфом склонили в знаке согласия головы.
  И ночь за окном взорвалось тысячами огней. Запели рога охраны, загрохотали боевые барабаны противника.
  - Как?.. - только и смог выдохнуть человек. Мгла рассеялась обнажив надвигалось бушующее черное море. И через мгновение на крепость обрушился настоящий дождь из огненных стрел. Было видно как по крепостным стенам бежали воины на свои места, как сотники в спешке отдают приказы и отсылают гонцов к тысячникам, которые в свою очередь совещались с маршалами.
  - Бред, у них нет даже осадных сооружений, - сказал дальнозоркий Белинас, - как они собираются взять крепость? Пешими и конницей?
  - Это безумие им не взять эту святую крепость, наши архимаги наложили мощнейшие защитный заклинания, - голос Дироса так и разил самоуверенностью, - и даже с осадными механизмами им не взять эти стены...
  - А им и не нужны механизмы, - голос Элориена стал отстранённым и казалось доносился из-за какой-то преграды, - нам нужно отступать на открытое место, где мы сможем принять честный бой и по крайней мере сможем развернуть конницу, в крепости нам не выжить...
  - Что? - в один голос спросили владыки людей и эльфов.
  - Да как ты можешь предлагать такое - это самоубийство, - начал заводиться король Дирос, а эльф подозрительно нахмурил брови.
  - Элориен, объясни, - опередил все возможные вопросы Эмильтон.
  - Сейчас сам все увидишь отец, я чувствую они уже рядом, - левый глаз юноши наливался темно-синим.
  И вправду через мгновение сокрушительный удар обрушился на монолитные, выполненные из гранита со стальной окантовкой, явно гномьей работы, главные ворота и они дрогнули, посыпался мелкий камень, а потом последовал жуткий рев от которого пошатнулись сами основы крепости и воины бросились прочь от крепостных стен в их глазах застыл неописуемый ужас. Последовал еще один удар и ворота разлетелись тысячами осколков, рухнула так же и часть прилегающей стены и в образовавшийся проём хлынули черные волны врагов, среди них были люди, орки, тролли, огры, нежить и какие-то вовсе неописуемые, странные существа поражавшие своим разнообразием форм. Они уже столкнулись с первыми рядами появившихся ангелов и паладинов, послышался грохот сшибающихся клинков и волна на мгновение откатилась встретив ожесточенное сопротивление, но тут же под громоподобный рев, донесшийся из-за остатков крепостной стены, хлынула с новой силой тесня защитников.
  - Отступаем на вечнозеленые луга Лоэн, составить прикрывающие отряды, магов на передовую пускай ставят барьеры, - уже отдавал приказы архангел вбежавшим подчиненным.
 

***


  Крепость в считанные часы превратилась в руины, с тяжелыми боями удалось отступить. И теперь реорганизовав войско они выстроились в боевой порядок на вечной зелени лугов Лоэна. Бежать дальше было бессмысленно. Перед ними бесновалось неистовое море порождений мрака и тех кто им служит. Они чего-то выжидали.
  В предрассветной мгле начали пробиваться первые лучи восходящего солнца которые тут же отражались от доспехов людей сотнями бликов.
  - Не к добру это, - произнес Ро-эл вглядываясь в ряды противника, - нам бы только помощи дождаться. Эх, принесла нелегкая...
  - Не дождемся, - кратко ответил Элориен.
  - Что, опять пророчество: крепость не выстоит, здесь не дождемся... - Эмильтон покачал головой, - да что с тобой происходит сын!
  - Не знаю, - так же коротко ответил юноша.
  - Да краткость сестра таланта, это у него не отнимешь весь в мать, - вздохнул архангел, а парень почему-то вздрогнул, - когда это началось? Когда оно пробудилось? - лицо святого воина почему-то помрачнело.
  - Господин.. - хотел было возразить оруженосец, но встретившись взглядом с ним замолк.
  - В Фолносте, когда пал Илерон, во мне как будто что-то родилось и хотя этот мир ему чужд, происходящее в нем ему было до боли знакомо, - он говорил тихо и тон его был холоднее льда, - он дал мне странные, и возможно даже страшные, способности. С их помощью я узнал что Илерон пал, а меч его сломан. И тогда в зале советов и сейчас он подсказывает мне, что мы, приняв бой, умрем. Это ведь как-то связано с матерью, так? - неожиданно спросил он, неотрывно смотря в глаза архангелу, и в его взгляде читалось не доступное смертному знание.
  - Да... - тихо произнес Ро-эл.
  - Не надо господин, я любил ее и не хочу чтобы наш сын... - перебил его Эмильтон.
  - ...знал, что несет в себе темную кровь, - тихо закончил юноша.
  - Элориен! - его отец был поражен.
  - Как я вижу твоя кровь проснулась и требует своего, - архангел смотрел ему в глаза и в них читалась только решимость, - Элориен мы ни когда не хотели чтобы это произошло. Твой отец потомок тринадцатого первопризванного, отрекшегося от небесной жизни, а мать была наследницей крови седьмого слуги чистого пламени...
  - Поэтому вы казнили ее после моего рождения и воспитывали меня сами, - голос юноши потерял последние оттенки чувств и казалось доносился с той стороны мира, - вы убили ее только потому что она была не той крови.
  - Что? Господин? - Эмильтон был совсем запутан происходящим, глаза его скользили от сына к наставнику, - господин, вы сказали Мелисента умерла при родах...
  - Мы не могли позволить ей жить...
  - Началось, - тихо произнес юноша и темная громада нечестивого войска сдвинулась, обрывая все разговоры, и тут же с обеих сторон в воздух взвились тысячи стрел. Восходящее солнце на секунду померкло, а через мгновение смертельный дождь обрушился на противостоящие стороны, собираю свою кровавую жатву.
  Ро-эл поднял священный клинок, полыхнувший голубым пламенем и расправив крылья ринулся вперед прокричав юноше:
  - Можешь думать что хочешь, но я верю, что поступил во благо небесам и ты поймешь, и не ударишь мне в спину... - войска ринулись за своим предводителем. Отца и сына подхватила общая волна.
  Войска с ревом сошлись, над лугами разнесся звук столкновения стали о сталь. Конница ударила с флангов но тут же завязла в частоколе пик.. Все смешалось в жуткой кровавой круговерти. Воины сменяли павших товарищей сраженные смертоносной сталью. Элориен был в самом пекле сражения на передовой волне, забыв на срок обо всем на свете, отдавшись в руки рвавшейся из него наружу силе и один за другим падали перед ним враги, сраженные его верным клинком. И казалось все вокруг замкнулось в узкое пространство ограниченное спинами товарищей и стеной врагов. Все звуки вокруг: и стоны раненых и яростные кличи - все... все заглушал предсмертный вой. Казалось время замедлило свой бег и остановилось перейдя в нескончаемую битву. Некогда изумрудно-зеленые луга стали багряными от крови и приняли в себя последние вздохи умирающих.
  Хотя войско нелюди и превосходило численностью, людям и ангелам удавалось держаться и постепенно продвигаться в перед. Все сильнее горели магическим огнем зачарованные клинки паладинов и ангелов и все больше возрастала слепая непоколебимая вера воинов укрепляемая своими полководцами бесстрашно сражавшихся в первых рядах и сильнее всех выделялся Ро-эл. Его исполинская фигура всегда была преградой на острие атаки врага, с легкостью отбивая самые страшные удары и разя всех вокруг своим мечом, который сиял ослепительно белым светом, замедляя противника. Но тьма брала числом, на каждого воина света приходилось по десятку, а то и больше темных. Внезапно что-то изменилось. Элориен осекся и на секунду застыл с занесенным клинком, за что чуть не поплатился жизнью, но в последний момент сумел отвести смертоносную сталь и сразить демонопоклонника, в странном доспехе с черными рунами, ударом в горло. Ро-эл и Эмильтон замерли спина к спине окруженные ватагой горных троллей и огров. По рядам сражавшихся как будто прошла невидимая волна все замерли и через мгновение ряды темных расступились и меж ними шли три черных человеческих фигуры, за их спинами, словно крылья, развивались, на внезапно подувшем ветру, черные плащи.
  "Хм родня пожаловала" - произнес голос в голове Элориена.
  "Что?"
  "Знакомься, твои братья с сестрой, лорды тьмы, по линии первого слуги пламени Лаирнеа"
  "И вправду фигура идущая первой определенно женская" - определил юноша всматриваясь в округлые формы почти не прикрытые доспехом.
  "Красавица, был бы помоложе..."
  "Эй а может хватит мечтать в моем теле да еще на бранном поле"
  От этой троицы исходила такая аура страха, что даже верные хозяевам темные падали ниц боясь подняться. Ряды воинов вокруг Элориена содрогнулись, а через мгновение обратились в бегство и даже яростный рык командиров, аура паладинов и чары ангелов не могли остановить в раз обезумевших от страха людей. И тут же как будто подчиняясь безмолвному приказу темные снова ринулись в бой, сражая бегущих в спину. Самые стойкие из воинов начала эпохи объединялись в группы с ангелами и продолжали бороться, но их было слишком мало и жестокий бой перешел в безумную бойню.
  "Бежим?" - спросил голос, - "В такой суматохе у нас хорошие шансы"
  "Нет. Я не могу оставить отца, он любит меня и не виноват в смерти матери"
  "Это еще как посмотреть"
  Но юноша уже не слушал голос и пробивался сквозь ряды бегущих на ходу, отбивая атаки и мечом прокладывая себе дорогу к тому месту, где был Ро-эл и его отец, там, сбившись в круг спина к спине, отчаянно сражалась группа ангелов и воинов рассвета. В то мгновение когда он пробился к ним, одновременно с ним вышла и темная троица. В долю секунды трое из оказавшихся на их пути ангелов пали растерзанные темными клинками взявшимися из ниоткуда в руках троицы, казалось они держат в руках саму тьму во всем своем перворожденном ужасе. Ро-эл что-то рыча бросился в перед и тут же потерял левое крыло, а через секунду лишился головы.
  - Господин! - взревел Эмильтон и бросился на противников, его меч сверкал, как солнце . Чтобы не произошло он был верен своему наставнику. И такую силу и ненависть вложил он в атаку, что стоящая в центре дьяволица не успела блокировать удар и поплатилась росчерком стали прошедшем по правой половине лица и глубоко увязнув в груди.
  - Неееееет, - раздался нечеловеческий рев созданий стоящих вокруг нее и в тот же момент темный меч разрубил верного оруженосца пополам. Второй же лорд подхватил раненную сестру и через мгновение исчез в облаке дыма.
  Элориен стоял, не веря своим глазам, меч выпал из ослабших рук.
  - Отец..., - в нутрии него поднималась, нарастая, огромная волна, которая рвалась наружу сквозь, стиснутые, до крови закусив губу, зубы, и она прорвалась, - ОТЕЕЕЕЕЕЕЦ!
  Его тело подхватила неведомая сила, правый глаз засиял маленьким солнцем, левым же стал пристанищем вечной тьмы, за его спиной, взвился черный плащ, через мгновение обратившийся в два черных крыла, а в руке сверкал алым пламенем длинный изящный клинок, казалось состоящий из чистой энергии. Бегущие воины остановились и в глазах их засверкало безумная решимость, темные же на оборот остановились не понимаю что происходит, и через мгновение войска альянса моментально собравшись одним сплошным клином ударили в контратаку сметая на своем пути все, не жалея жизни.
  Элориен распрямился во весь свой рост, крутанул клинок в руке и не говоря ни слова медленно пошел на оставшегося лорда. Тут один из людей, с свежим уродливым шрамом во всю правую щеку, бросился вперед него, но был отброшен назад юношей с такой силой, что тот покатился по земле. Он медленно надвигался на противника, который, казалось, понял, что перед ним враг которого он никогда не встречал и его сила колоссальна.
  - Кто ты, - прогрохотал он, - я чувствую в тебе тьму, почему ты идешь против нас, почему ты молчишь, ответь мне... мы можем править этим миром...
  Но юноша хранил молчание он просто шел навстречу лорду в руке он по-прежнему держал клинок но он был опущен.
  - Черт тебя подери! -в слепом ужасе проревел лорд и ринулся в атаку выставив перед собой темный клинок. Он не встретил сопротивления и его меч с легкостью пробив земной доспех вонзился в податливую плоть, выйдя из спины на против сердца.
  Демон замер в удивлении, когда попытавшись вытащить меч рука юноши схватилась за лезвие. Он поднял глаза и, встретившись взглядом с Элориеном, застыл пораженный. Его темный клинок убивал мгновенно, высасывая душу противника, но тот был жив.
  - Кто ты? - одними губами онемевшими от ужаса прошептал лорд.
  - Я восстанавливаю равновесие, - холодным голосом произнес юноша и одним ударом рассек противника пополам ударив снизу вверх. Окровавленные части рухнули на землю и сокрушительная волна разошлась в стороны, сшибая всех с ног, возвещая о гибели сильнейшего из правителей преисподни. Поле огласилось скорбным воем темных и в туже минуту они обратились в бегство. Остатки воинов света протрезвели от мгновенного безумия и не бросились в бессмысленную погоню, а начали искать убитых или раненых товарищей, странное чувство, что нелюдь уже не вернется, владело ими.
  Юноша стоял со страшной раной на груди. Клинок и крылья исчезли, только левый глаз на всегда стал синим.
  - Вот и все, прости отец я не виню тебя в смерти матери... - он упал сначала на колени, после чего рухнул спиной на пропитанную кровью землю, в его глазах застыли белоснежные облака, беззаботно плывшие по лазурному небосклону, уже рассвело, но на земле только что погасло маленькое солнце одинокой души...
 

6.


  Сознание снова возвратилось к нему и он снова обнаружил себя в чистой постели и странный ветерок щекотал щеку.
  "Не по-любому если и не рай, то что-то подобное" - несмотря на то, что все тело болело, он чувствовал себя превосходно.
  "Ну-ну наивный северный мальчик" - голос не заставил себя ждать.
  "Вот так всегда подумаешь о хорошем, а тебе всю малину..."
  "Да ладно-ладно молчу"
  Вокруг было тихо и лишь что-то слабо посапывало с той стороны откуда доносился слабый ветерок. Нехорошее предчувствие стало закрадываться в мысли, вспомня про Клесси. Он открыл один глаз...
  "Во блин влип, пожалуйста принесите цветы на мою могилку, как героически павшему в неравном бою"
  Но что-то странное было в девичьей фигуре полусидевшей на низком стуле, полулежавшей на кровати к нему лицом. Хотя и было темно, что-то подсказывало, что это не маленькая дьяволица Клесси, хотя эта хрупкая фигурка определено принадлежала девушке.
  "Да, точно, она не храпит" - сделал открытие голос.
  "а?! да причем тут это, надо по тихой выбираться отсюда, а то мне что-то не понравились их разговоры про какое-то пророчество, особенно часть про роль живого щита"
  "полностью согласен, значит единогласно, сматываем удочки" - заключил голос.
  Прижавшись еще больше к стене он попытался подняться и только тут ощутил во всей мере на сколько слаб, все тело дрожало от напряжения когда он ужом соскальзывал с кровати, чтобы не разбудить спавшую. Сползя с кровати, он, опершись на стену, попытался встать на ноги, но неудачно. Предательская слабость подкосила ноги и он схватился за штору и, оборвав ее, рухнул на пол и замер. Спящая что-то пробормотала во сне, но не проснулась, зато теперь Энжел знал своего ночного гостя, вернее гостью - это была Элис, принцесса дома Эледрил-Марвол.
  "я же говорил что не Клесси, не храпит и грудь маленькая"
  "Да причем здесь это" - Энжел замер в нерешительности, по щекам девушки текли слезы, она плакала во сне.
  "чего это она, про грудь это я так в шутку сам знаешь"
  "замолчи" - осек развязавшееся внутренне я юноша.
  Пересилив слабость, он поднялся и на непослушных ногах подошел к девушке и укрыл ее одеялом, все-таки ночи здесь были холодные. И в этот же момент он услышал как она бормочет во сне.
  - Вильнот... почему... почему ты оставил меня... мне страшно..., - и тут в голове Энжела сорвало невидимую завесу скрывавшую воспоминания недавних дней, он вспомнил поединок с здоровяком Вильнотом, как тот изменился и как изменился он сам, но странное чувство овладело им как будто он наблюдал со стороны за действием своего собственного тела, как будто кто-то другой убил на глазах девушки ее друга детства.
  "Это был ты?" - спросил он свое второе я.
  "нет, я исчез вместе с твоим сознанием"
  "ясно, тогда это была та светлая сила"
  "почти, но скорее всего это был Элориен"
  "что!?"
  "что слышал, у тебя был темный плащ"
  "да что же это... не жизнь я череда перевоплощений"
  Но тут его руку, державшую краешек одеяла, крепко оплели тонкие пальчики.
  "ого, да ты у нас такими темпами принцем станешь"
  Но Энжел не слушал. Элисия спала, но то, что она произнесла во сне, почему-то осело мутным осадком в душе.
  - ...прощу защити меня... отец помоги мне... я не могу... не справлюсь... - молила она во сне.
  "ЭЙ хозяин мы кажись сматываться намылились, а не слушать ночные брездни..."
  Энжел не стал высвобождать руку и отвечать голосу, а просто осел на пол рядом с девушкой устроившись поудобнее, чтобы не разбудить и почти сразу заснул. Последнее, что он слышал это было его собственно новое имя.
 

***


  - Эй, ты чего это в такой позе разлегся небось удрать хотел? - до боли (в печени, почках и других отбитых ею органах) знакомый голос девушки полуэльфа донесся до сонного сознания Энжела, (который заснул сидя у кровати, ничего кроме одеяла укрывавшего его не напоминало о ночной гостье) и тут же подкрепился чувствительным тычком в ребра, - вставай лежебока, и ни каких фокусов с больным, а то на этот раз устрою тебе утренний душ.
  - Нэ надо, - взмолился юноша, продирая глаза, - но все-таки я больной, у меня до сих пор ребра болят.
  - Ну подумаешь пара сломанных ребер(как минимум половина), небольшое сотрясение твоей пустой башки, ну и так по мелочи, - отмахнулась девица и тут же ахнула увидев оборванные шторы, - совсем распоясался без присмотра уже интерьер крушит, благо тебе отдали комнату Вильнота...
  "поблагодарим всевышнего за его милость, что я с ней больше не одной комнате" - про себя добавил юноша.
  - Это не я, - отнекивался он.
  - Ага, а я наследница Илерона, рассказывай сказки, ну что ж вычтем из месячного рациона, - садистки улыбаясь, проворковала девушка, не заметив, как подопечный вздрогнул при упоминании имени великого эльфийского владыки.
  - На одевайся, - сказала она кинув на кровать какую-то одежду.
  - Это чье? - спросил Энжел, рассматривая цветные тряпки, и уже было подумал, как тут же маленький кулачок тоненькой ручки припек по темечку.
  - Что-то мне твое лицо не нравится, о чем ты там опять задумался? - вопросительно изогнула бровь Клесси.
  - Это ж бабские тряпки! - не выдержал Энжел.
  - Ну и что. Томин попросил меня с утра пройтись по барохолке и подыскать тебе одежду. Ну вот я и прошлась заодно и себе кой-чего прикупила, - тоном не терпящим возражений проговорила та, - не привередничай, бери что дают, а то и без этого останешься.
  - Лучше голым, чем вырядиться бабой... - проборматал Энжел.
  - Что ты там сказал, - спросила Клесси и от перелома оставшихся ребер его спас Тормин вошедший в комнату.
  - Уже очнулся - это хорошо, - пробормотал тот и его взгляд упал на одежду разложенную на постели, - понятно, кажется, кто-то понял выражение "купи какие-нибудь тряпки" слишком дословно.
  - Да ладно тебе, ему они по-любому идут, уши закладываю, - парировала маленькая дьяволица.
  - Ага всю жизнь мечтал быть девочкой, да вот папа ошибся, - огрызнулся Энжел.
  - Понятно, - только и сказал Тормин после чего сгреб в охапку одежду и Клесси и удалился, Клесси только и успела показать язык и прошипеть: "бяка".
  - А, уже очнулся, - заглянула в комнату Орни, - Тормина не видел?
  - Только что удалился с Клесси по мышкой.
  - Небось опять всяких тряпок понакупила, - вздохнула женщина, - ох уж мне эта молодежь.
  - Да вы и сами не больно то на взрослую смахиваете, - сказал Энжел, на взгляд ей было не больше двадцати пяти.
  - Да уж хорошо сохранилась, война призвала меня в четырнадцать, ни чего не скажешь, кстати зови меня просто Орни без всяких вы.
  - Ладно, но все же это правда что вы воин эпохи рассвета?
  - Да уж та еще история, - задумчиво протянула Орни, когда вернулся Тормин с потрепанной но все же добротной, и слава богу мужской, одеждой, явно ему пришлось произвести инвентаризацию своего багаже.
  - Держи, - протянул он одежду, - может быть немного большевата, но уж извини что есть, вещи Вильнота тебе точно не подойдут.
  - Спасибо, - сказал Энжел примеряя штаны, явно на размер больше, - кстати, а где принцесса?
  Тормин замялся, но Орни тут же одернула его.
  - Хватит Торм, он теперь с нами в одной упряжке и это просто глупо.
  - Да, извини, - неохотно проговорил тот, - она вместе с Заком и Пелеонорой с первыми лучами отправилась в город за кое-какими припасами, которые пригодятся нам в пути.
  - Кстати нам тоже нам надо сходить в город, - вставила Орни.
  - Это еще куда? - спросили в один голос Тормин с Энжел.
  - Как куда к оружейнику или ты собираешься дать ему двуручник Вильнота, парировала женщина.
  - Мда, - озадаченно и тихо протянул Тормин, упоминания о бывшем ученике действовали на него подавляюще.
  - Да и на базар не мешало бы зайти, - меняя тему произнесла Орни, смотря на тщетные попытки Энжела удержать штаны, - большевато все-таки...
  - Ладно, уговорила, только Клесси останется в гостинице, свои покупки она уже сделала, - проворчал Тормин.
  - Ладно, я только плащ возьму.
  - Зачем? - опять резонировали Тормин с Энжелом.
  - Забыл что ли про случай с Вильнотом, сейчас все судачат про драку двух одержимых на заднем дворе трактира, или ты хочешь, чтобы к нам еще и стража прицепилась, мне помнится, что этого молодого человека уже давно не должно было быть в городе.
  - Черт. Ладно, - согласился мечник.
  На том и порешили. Орни принесла дорожный плащ, который и набросил на себя юноша и они двинулись в путь.
  Сначала зайдя на как всегда людное торжище, они прикупили неплохой ремень, которым тут же воспользовался Энжел, уставший все время поддерживать спадающие штаны. Как и говорила Орни кое-где были слышны разговоры про то что в городе объявились демоны, но еще больше насторожило то, что говорили не только про дуэль, но и про странные зверские убийства в городской черте явно смахивающие на ритуальные. Потом они направились к местному оружейнику, который говорили славился своими работами в этих краях. Его магазин как ни странно находился на отшибе и топать туда пришлось долго. Когда они дошли, солнце стояло в зените.
  - Можно войти, - спросил Тормин приоткрыв дверь, но ответом ему была тишина.
  - Эгей, есть кто дома, - крикнула Орни в сгустившийся полумрак довольно просторного помещения в котором был небольшой стол, приоткрытая в соседнее помещение дверь и огромное количество стеллажей со всевозможным оружием.
  - Странно - тихо протянул Энжел, его внутренне чувство опасности ожило, но тут из приоткрытой двери появился оружейник, это был немолодой коренастый мужчина в коричневом фартуке покрытом пятнами, с копной черных волос, кое-где тронутых сединой, его руки с закатанными до локтя рукавами рубахи были все в шрамах от ожогов ("Кузнец" - прокомментировал голос) и болезненно белым цветом кожи.
  "Бледный кузнец что-то странно"
  "Может болеет"
  - Чего надо, - довольно не дружелюбно спросил он, было видно, что его явно от чего-то отвлекли.
  - Нам бы спутнику оружие подобрать, за ценой не постоим, - попытался задобрить того Тормин.
  - Ладно только пошевеливайтесь, чай не лорды, у меня и так дел хватает, - огрызнулся оружейник, - товар весь перед вами выбрать надеюсь сможете.
  - Конечно, конечно, чай не из белоручек, - почему-то дерзнул Энжел, проходя мимо стеллажей и рассматривая широкий выбор, - а на отшибе жить не страшно, как никак не центр, да и ходят наверное всякие? - неожиданно спросил юноша.
  - Эт ты малец к чему? - прищурился тот.
  - Да говорят у вас тут нечисть завелась, народ пужает, а говорят и погиб кто-то, - продолжал как бы в невзначай разговор юноша, Тормин с Орни не понимая происходящего молчали.
  - Мало ли народ мелит, если всему верить так и помирать пора, - кузнец явно почувствовал неладное.
  "странно, а пятна на фартуке явно свежие и уж больно на кровь похоже"
  - Да неужто так все и ложь, - юноша остановился у одного из стеллажей и взял изящный изогнутый орлиным клювом клинок, начал проверять как он чувствуется в руке.
  - А, что такое? - он явно что-то скрывал.
  - Да так ничего просто намедни пришлось мне сразиться с одним таким, - невинным голосом заметил Энжел, Тормин нахмурился, Орни казалось была занята какими-то кинжалами с еле заметными рунами.
  - Как понимаю могу поблагодарить господина, ежели он стоит предо мной, значит той твари пришел конец и теперь я могу спать спокойно, - в голосе оружейника читался явный сарказм.
  - Нет я всего лишь изгнал тварь из тела бедняги которым она владела, хороший клинок вы и вправду мастер, - неожиданно сменил тему юноша, Тормин хотел что-то сказать но его остановила Орни.
  - Да мое мастерство не сравнимо, так вы выбрали или что, у меня еще дела есть... - оружейник явно был намерен выпроводить нежданных покупателей, но Энжел перебил его.
  - Вот не задача, но вы ошиблись, этот клинок не этой эпохи, - медленно проговорил он, - а крум потеряв хозяина вселяется в тело другого человека и так как он потерял своего слугу, с которым заключил договор, то он нуждается в притоке свежей крови и постепенно высасывает все жизненные силы нового обладателя, - уже серьезно проговорил юноша, смотря прямо в глаза мужчине, и в туже секунду оружейник изменился: глаза впали, коренастая фигура в раз усохла. Он ринулся к задней двери, но Энжел опередил его и единым движением рассек тому правую ногу от голени к бедру и в следующий момент вонзил лезвие необычного клинка под левую лопатку, но тварь развернулась и вцепилась усохшими руками ему в горло.
  - Орни, скорее..., - прохрипел юноша.
  Вспыхнула голубая молния и тело оружейного мастера безвольно повалилось на пол.
  - Что за...? Разве ты не убил тогда эту тварь, - проговорил немного ошалевший Тормин.
  - Нет Тилд бранд мощное заклинание изгнания, но не убийства, - пояснила Орни, - но как ты догадался.
  - По многим причинам, но в основном просто почувствовал запах свежей человеческой крови, - ответил он, подходя к задней двери и приотворяя ее, при этих словах Тормин и Орни странно переглянулись, - так и есть очередная жертва.
  За дверью находилось небольшое подсобное помещение, где на полу лежало тело какой-то бедняжки. Глаз не было, а из перерезанного горла еще медленно сочилась кровь. Тормин выругался, Орни отвела взгляд.
  - Видать, мы заглянули на обед. Надо уходить, клинок я себе уже подобрал, - сухо сказал юноша, отирая меч об какую-то ветошь.
  - Но как же... - было заикнулся Тормин, но Энжел перебил его ледяным тоном.
  - Здесь только мы и два трупа, причем после убийства демона владельцу вернулся его прежний облик и что подумают те кто вдруг сюда заглянут? - спросил Энжел, но было поздно в комнату с улицы уже, вваливались двое стражников услышавших подозрительный шум.
  - Что за... - только и успел проговорит один из них, увидев окровавленное тело хозяина, после чего Энжел запустил в него увесистый точильный камень, а одновременно с ним второго стражника оглушила заклинанием Орни.
  - Уходим, быстро, - сказал Тормин, оглядев представшую перед ним картину, и первым вышел на улицу, перешагнув через бесчувственное тело охранника.
 
  7.
 
  В гостиницу они возвращались малолюдными улочками и заброшенными дворами. Раз другой приходилось притаиться, так как мимо пробегала тяжело вооруженная встревоженная стража, оглушенные стражники очнулись и подняли тревогу. Энжел не понимал почему из-за какого-то оружейника столько шума и спросил об этом Орни и Тормина, во время короткого отдыха в каком-то закоулке.
  - Дело не в оружейнике, а в той девчонке, что ты обнаружил в задней комнате, - ответил Тормин, а Орни добавила:
  - Суматоха не из-за убийства, в наши дни и не такое может быть, просто они наверняка подумали, что мы демонопоклонники, а это уже не шутки и карается смертью на месте.
  "ничего себе городок, валим отсюда" - запаниковал голос.
  После долгого блуждания "огородами", они наконец вернулись в гостиницу, где их ждала скучающая за столом таверны, находившейся на первом этаже, Клесси.
  - Чего так долго, я аж извелась вся, - обиженно пробормотала она, ковыряясь в салате.
  Все дальнейшие разговоры прервал звук урчащего желудка, который явно требовал пищи, Энжел смутился и потупился.
  - Боже, совсем забыли ты же ничего не ел несколько дней, - воскликнула Орни и тут же позвала трактирщика.
  И пока Энжел расправлялся с целой свиной ножкой и большой тарелкой супа, Орни и Тормин вкратце пересказали случившееся.
  - А где Элис? - вдруг спросил Энжел, оторвавшись от еды.
  - А?
  - Да госпожа с Заком и Пеленорой разве не вернулась, - спросил Тормин.
  - Нет они еще не возвращались, хотя давно пора.
  "странно, но у меня больно не хорошее предчувствие" - несмотря на голод Энжел отложил еду.
  За столом повисло молчание, когда в двери таверны ввалилась Пеленора, плащ был наглухо запахнут, капюшон скрывал верхнюю часть лица, но Энжел заметил свежий кровоподтек на правой скуле. Она отыскала взглядом их столик и быстро присоединилась к ним ее голос срывался от негодования.
  - Скорее идем, нам надо спешить пока они не ушли далеко... - выпалила она.
  - Что? Что случилось Пел... - начал было Тормин, но Энжел его перебил.
  - На вас напали? Где? Кто?
  - Не знаю их было около дюжины, когда мы возвращались Зак предложил срезать, а потом...
  - Что?! - взревел Тормин, - Да как ты посмела их бросить...
  - Погоди она серьезно ранена, - перебил Энжел, указывая на быстро набухающую ткань плаща там, где он соприкоснулся с телом, - Клесси помоги ей и приготовь коней, когда вернемся тут же надо будет уезжать...
  - Ты чего это раскомандовался, - негодовал праведным гневом старый мечник.
  - Погоди, он прав оставаться здесь становится опасно, ладно, где вы расстались, - взяла инициативу Орни, Тормин утих и только что-то бормотал себе под нос.
  - В двух кварталах отсюда есть заброшенный храм возле него на нас и напали, Зака тоже ранили с арбалета, а потом меня отрезали и он приказал мне позвать вас на помощь и я...
  - Эх, варвары они и есть варвары, - вздохнул юноша.
  - Это ты к чему? - в один голос спросили Орни и Пеленора, только в отличии от мага в голосе воительницы было куда больше стали.
  - Там все и увидим, выдвигаемся, - отмахнулся Энжел и решительно встал из-за стола.
  - Я иду с вами... - Пеленора встала и тут же осела на лавку.
  - Нет, ты ничем не поможешь, Клесси позаботься о ней и приготовь поклажу.
  Втроем они вышли на улицу и побежали в сторону заброшенного храма.
 
  Когда они прибыли на место, то там не было никого и только пятна крови алели посреди заброшенной площади.
  - Черт! - выругался Тормин, - опоздали, не может быть...
  - Успокойся она жива, - оборвал Энжел словоизлияние того.
  - Ну и что и где теперь нам их искать? Хренов варвар и что толку от нее...
  - Погоди, Элис рядом, я чувствую ее, - все чувства юноши обострились, тело напряглось как будто готовясь к рывку и куда только делась утренняя слабость.
  - Что? Как? - спросила было Орни с Тормином, но Энжел уже не слушал, он чувствовал ее присутствие, они не ушли далеко.
  Он рванул к дверям храма, которые, казалось, вросли в землю, но как ни странно открылись они довольно легко. Он бежал дальше по просторной зале для служения, потом свернул в какое-то ответвление и дальше по лабиринту узких коридоров. За ним еле поспевали его спутники. И вот он оказался на широкой лестнице круто спускавшейся в просторную залу, освещенной светом из узких световых шахт под самым потолком. По ней шло около дюжины человек в подбитых сталью доспехах они несли бесчувственную принцессу, в центре них шел Зак, но из-за закрывающих его тел не было понятно, что с ним. Они двигались спокойно и неспешно, видимо и не думая, что кто-то сможет нагнать их в этом лабиринте. Сзади к юноше уже бежали Орни и Тормин. Но он не стал их дожидаться. Обнажив изогнутый клинок, захваченный сегодня из оружейной, он ринулся вниз бесшумной тенью.
  Похитители слишком поздно поняли, что произошло, когда юноша ворвался в их строй сзади и тут же трое из них упали сраженные верною сталью. Остальные быстро среагировали и уж было взяли парня в кольцо, когда подоспели Тормин с Орни. Огненный шар рассек воздух и тут же еще один из противников обратился в живой факел. Тормин же на бегу метнул короткий меч и, выхватив из-за спины рунный клинок, вступил в бой. Похитители были хорошими бойцами, да еще у нескольких были небольшие арбалеты, но все же после небольшой молнии сразившей сразу троих, Энжел с Тормином быстро расправились с нападавшими.
  - Принцесса... - Орни бросилась к девушке, но оказалось, что ту просто оглушили и больше ничего серьезного, разодранная коленка, была не в счет.
  - Зак, как ты, в порядке, - спросил Тормин у друга.
  - Да так царапина, заживет как на собаке, - сказал тот, поднимаясь с пола и закрываясь плащом, который был в кровавых пятнах.
  - Странно, после арбалетного болта и царапина, - Энжел стоял с арбалетом одного из погибших противников, левый глаз наливался тьмой.
  - Да, повезло наверное, - ответил тот и посмотрел на арбалет.
  - Ну-ну, - произнес юноша и на вскидку разрядил оружие, щелкнул спускной механизм, загудела тетива. Он стрелял почти в упор, так что ассасина просто отбросило назад.
  - Что? Ты... - в руке Тормина сверкнул его меч, он бросился на Энжела и тут же отлетел в стену, отброшенный парнем, на мгновение, разминувшись со смертоносной сталью. Раздался звук удара стали о сталь.
  Когда Тормин поднял взгляд, то увидел что Зак стоит напротив юноши и в обоих руках того сверкают изогнутые мерцающие багровыми бликами клинками. Плащ упал и было видно что никакой раны нет, а на нем надет странный доспех испещренный множеством рун.
  - Что за... - только и вырвалось у старого мечника.
  Орни пытавшаяся привести в чувства Элис, ахнула, увидел Зака.
  - Это темные руны, Зак ты, как ты мог...
  Но тот не ответил и снова ринулся на юношу, еле увернувшегося от удара. Энжел снова начал слабеть заныли недавние раны.
  - А ты кажись не так хорош, странно как только Гурум мог проиграть тебе, да еще в таком теле, как у Вильнота.
  - А ты напади, узнаешь. - тихо прошипел юноша, боль становилась все сильнее.
  "Да что же это такое"
  "Ты еще не освоился со своими новыми способностями и поэтому они потребовали от тебя слишком много энергии, да и раны так и не зажили"
  "Что?"
  "Когда ты выслеживал принцессу, то пользовался силами не доступными простому смертному"
  "черт с каждой секундой я становлюсь все слабее, надо что-то делать"
  - Ха-ха, что ты там себе бормочешь, неужели молишься - хохотал Зак, Тормин поднявшись на ноги, было ринулся в атаку, но меч опытного мечника канул в пустоту, а вслед за ним и его хозяин снова отлетел к стенке.
  - Не вмешивайся ты следующий, - сказал Зак и подставил скрещенные лезвия клинков под голубую молнию Орни, та отскочила обратно и маг осела радом с бесчувственной госпожой зажимая опаленный бок.
  - Ну что малец готов сегодня умереть.
  "он не демон, всего лишь человек, нацепивший не хилый доспех" - предупредил голос
  "точно всего лишь человек" - повторил про себя юноша.
  - Умри, - Зак кинулся в атаку.
  Энжел тоже ринулся вперед и метнул свой меч. Закаленный ассасин с легкость блокировал клинок, но все же потерял необходимые секунды. Юноша поднырнул под рукой противника и оказался у того за спиной. Левый глаз был черен, а правая рука казалось была объята синим пламенем. Замахнувшись, он ударил чуть ниже левой лопатки: "холи бласт" - одними губами прошептал юноша. Произошла ослепительная вспышка, при соприкосновении руки Энжела и поверхностью доспеха и через секунду невидимая волна прошла сквозь тело предателя и разорвала левую часть груди вместе с нагрудной пластиной доспеха, оставив на ее месте ужасную рваную рану. Уже бездыханное тело рухнуло на каменный пол.
  - Что произошло... где Пел... где Зак... - пришла в себя Элис и увидев изуродованное тело ассасина, подняла взгляд на Энжела стоящего в запачканной кровью одежде.
  - Что? Что здесь произошло?
  - Мортис зашла слишком далеко, - произнесла Орни, - и она явно не собиралась оставлять вас без хорошего надзора, сначала Вильнот теперь Зак. Проклятье мы еще не начали свой поход, а уже потеряли двоих, пусть даже и предателей.
  - Да, - прокряхтел Тормин, поднимаясь на ноги, - а что дальше будет. Путешествие обещает быть не из простых. И кто следующий?
  - Никто, - тихо ответил Энжел, тяжело оперевшись на стену, - я больше не чувствую тьмы поблизости. Но нам нужно уходить как можно скорее. Случай в оружейной явно уже облетел весь город.
  - Что? - не понимала Элис.
  - Позже моя госпожа, он прав, нам надо уходить из города и как можно скорее, - сказала Орни, помогая встать принцессе, - Торм помоги Энжелу, он совсем обессилен.
  Тормин перекинул через шею руку юноши, помогая ему идти. И они двинулись в обратный путь.
 
  К трактиру они добрались, когда смеркалось. Их уже ждали Клесси с Пеленорой. Лошади стояли у коновязи готовыми к пути.
  - Тормин, приходила стража они явно искали вас троих, трактирщик долго с ними разговаривал, нам надо скорее убираться, - Клесси как ни странно была очень серьезна и собрана. Пеленора подвела лошадей, грудь была перемотана толстым слоем холстины, но даже под ним проступали алые пятна, которые она скрывала дорожным плащом.
  - Да в путь, - согласился с ней Тормин помогая Энжелу влезть в седло, но последние силы покинули тело юноши и он все время норовил упасть на землю.
  - Черт не было печали... - матерясь сквозь зубы, Тормин взялся за ремень, намереваясь привязать парня к седлу, но Клесси остановила его и легким движением вспорхнула в седло позади Энжела и взяла поводья.
  - Привяжи мою лошадь, на ней все равно провизия, - сказала девушка полуэльф, но было поздно, послышался стук подкованных сапог и из вечерней темени с трех сторон на них двинулась стража.
  - Черт опоздали, на прорыв... - рыкнул Тормин, вскакивая в седло своего вороного.
  Моментально сбившись в клин, товарищи ринулись в зазор между сходящимися стражниками. Раздался звук глухого удара, заржали кони, но хвала богам среди стражников не оказалось копейщиков и друзья вырвавшись из окружения помчались прочь по ночной дороге вдогонку им свистели арбалетные болты. Но уйти далеко не удалось, десяток конных вынырнул из переулка на дорогу, но тут себя проявила Клесси. Вырвав со спины изящный небольшой лук она натянула тетиву и одни за другим отставали или валились с коней раненые в бедра или плечи преследователи. Впереди оставались только городские ворота.
  "если их закроют, нам конец, прикончат на месте мы слишком далеко зашли" - отрешенно думал обессилевший Энжел, трясясь в седле поддерживаемый Клесси.
  Вот показались ворота.
  "Конец пути" - подумал юноша, видя как перед воротами выстроился строй копейщиков, но тут вперед вырвалась Орни, в руке ее сверкнул необычный длинный посох, в виде извивающейся змеи, сверкнувший оранжевым бликом и в туже минуту Тормин приказал снова сбиться в клин и прикрыть глаза, а потом ослепительная вспышка залила все пространство перед воротами, ослепленные стражники замешались и сбились в группы, чем и воспользовались беглецы, рванув в образовавшийся проход и вот ворота позади впереди бескрайние ночные просторы. За десяток миль от города они остановили разгоряченных лошадей, погони не было.
  Тормин осадил коня.
  - Чувствую, придется ночевать под открытым небом, как в старые добрые дни, - пробормотал он.
  - Стареешь? - ввернула Орни.
  - А что если и так прожил я не мало, - огрызнулся он.
  Но тут тишину разорвал неистовый вой, все обернулись, но это была всего лишь Клесси.
  - Тормин, как ты мог забыть мою лошадь, - возмущению девушки не было границ, - там же все мои припасы и одежда...
  - Ага он должен был попросить стражу: "подождите милые господа я только хавчик захвачу" - проговорил Энжел за что тут же получил чувствительный тычок по ребрам, которые не замедлили напомнить о своем существовании тупой болью.
  Орни улыбнулась, Тормин неопределенно хмыкнул, а принцесса попросту рассмеялась, заразительным смехом, снимая с отряда напряжение прошедшего дня, даже невозмутимая Пеленора позволила себе легкую улыбку.
  - Ну что ж день выдался тяжелым, надо устраиваться на ночлег, выступаем с первыми лучами, - сказал Тормин, направляя коня к небольшой рощице темневшей невдалеке. Когда развели небольшой костер и поделили скудные припасы все-таки обнаруженные в сумке Клесси, при этом она упорна сопротивлялась, ссылаясь на то, что это ее НЗ и ни кому кроме нее нельзя его трогать. Энжел рухнул на самодельную постель из дорожного плаща и мягкой травы и погрузился в сон. Он почти заснул, когда рядом с ним опустилась Элис.
  - Спасибо тебе, ты дважды помог мне и я верю, ты тот, кого предсказала оракул, ты... - она склонилась над ним, взяла его голову в свои руки и поцеловала в лоб, - спи спокойно мой верный воин... - было что-то еще, но Энжел так смертельно устал за этот день, что провалился в приятную и уже просто родную тьму.
 
  8.
 
  На следующее утро Тормин, как и обещал, разбудил все еще до зори. Энжел тяжело поднялся, морщась от боли во всем теле, снова превратившимся в один сплошной болевой центр, и увидел, что не ему одному так же фигово. Пеленора была бледна и еле держалась на ногах, по ее лицу крупными каплями катился холодный пот.
  "однако хорошо ей досталось вчера" - пришло в голову юноше.
  Это заметили и остальные.
  - Пел с тобой все в порядке, - озабоченно спросил Тормин, смотря на мучительные попытки той стоять прямо, не держась за дерево.
  - Да, все нормально просто не спалось, вот и не восстановилась полностью, - отмахнулась та, - Клес поможешь мне, подсадишь на лошадь, - уходя от неприятной ей темы, спросила она Клесси.
  - Да конечно, - девушка полуэльф отошла от коня Энжела, направляясь помочь воительнице.
  - Ну что ж сегодня мы должны будем добраться до реки Происи перед перевалом Курта в Эглийских горах, ну что ж путь не из близких, по коням, - сказал Тормин и вскочил в седло. Все последовали его примеру, Пеленора взобралась на коня с помощью помогавшей ей Клесси, Энжел же сам взобрался в седло и теперь ждал, когда к нему присоединится девушка полуэльф.
  Они двинулись в путь, когда только начали пробиваться первые лучи солнца. Вокруг простирались обширные луга иногда перемежавшиеся небольшими рощицами и перелесками, осень близилась к своему концу и все вокруг было окрашено в печальные желто-красные цвета, воздух был холоден и холодный ветер с гор закрадывался под дорожные плащи. Все ежились от холода, но Энжел чувствовал, как прохлада бодрит его тело и невидимая сила вливается в него из вне. Он распрямился и теперь сидел в седле прямо, подняв голову и оглядывая окружающий пейзаж. Они ехали вдалеке от дорог, чтобы не дай бог не нарваться на конный разъезд или заставу, странно чувство что что-то еще произойдет не оставляло его весь путь до реки. Да еще каждый раз когда его взгляд падал на гордую воительницу, то ему раз за разом казалось что та становится бледнее и все больше склоняется к гриве коня, который все больше отставал от остальных, этими мыслями он и поделился с остальными.
  - Может Клесси пересядет к Пел, мне уже лучше и я сам вполне смогу справиться, - сказал он.
  - Вот еще, я что похожа на маленькую соплежуйку вроде тебя, - вдруг распрямилась из последних сил Пеленора, - и не смей называть меня так, жалкая пародия на мужчину, тебе этого ни кто не разрешал, - грубо оборвала она все остальные разговоры и направила коня в перед, но вскоре снова стала отставать.
  Все замолчали, не зная как урезонить гордую воительницу. Так они и продолжили путь до самого вечера, когда они вышли на пологий берег впереди возвышались громады Эглийских гор и несла свои быстрые воды река Происи через которую был перекинут широкий, две телеги вполне могли разъехаться на нем, мост.
  - Вот и добрались, здесь кончаются границы Вольной области, которой правит Амирон и его одиннадцать баронов-работорговцев, дальше перевал Курта и начинаются земли Гелиоса, заночуем пожалуй на то стороне, - сказал Тормин, оглядывая окружающий пейзаж, - что-то слишком тихо, поспешим.
  Первыми на мост въехали Элис с Тормином и Орни, замыкала процессию, совсем повисшая на гриве коня, Пеленора. Они не успели пройти и десятка метров, когда из ближайших рощиц с ревом ринулись по десятку конных воинов правителя Амирона с обеих сторон моста.
  - Вперед, - вскричал Тормин, обнажая клинок и пристраивая коня слева от госпожи, с права была уже Орни. Они помчались на прорыв, иного пути не было, сзади их уже настигали враги. Клесси вытащила свой лук и натянула тетиву, но противник тоже подготовился засвистели арбалетные болты.
  Примерно на середине отряд столкнулся со стражниками, скакавшими с той стороны моста. Раздался звук столкновения и вот первые из противников полетели в реку сраженные стрелами Клесси, на этот раз она била на смерть, голубая молния прорезала ряд стражников, но поразила только двоих, на воинах была броня с гномьими рунами, дававшая неплохую защиту от магии. Они почти прорвались, когда Энжел заметил, что лошадь Пеленоры сильно отстала, а сама воительница без чувств завалилась на шею коня, а сзади ее уже настигала вторая часть стражников.
  - Твою мать, - выругался Энжел, разворачивая коня, но было уже поздно, арбалетный болт вонзился в круп коня Пеленоры и тот, встав на дыбы, опрокинул свою наездницу прямо в быстрые воды Происи.
  - Энжел, - вскричала Клесси, но тот, сорвавшись молнией с седла, уже прыгал в холодные воды.
 
  Течение подхватило его и потащило на дно. Он быстро сбросил тяжелые сапоги и дорожный плащ, и начал пробиваться на верх. Вынырнув, он заметил как остальные, прорвавшись через засаду, скрывались в ближайшем перелеске. Ниже по течению он заметил мелькнувший дорожный плащ воительницы и направился туда. Снова нырнув под воду он увидел как Пеленору медленно, но верно тянет на дно. Подгребя к ней он ухватился за край ее плаща и потянул наверх.
  После долгой борьбы со стихией он вместе со спасенной им воительницей оказался на противоположно каменистом береге. Откашлявшись от воды, он подполз к девушке, та не дышала.
  "ну уж нет. Теперь ты от меня не уйдешь только не после всего, что мне пришлось пережить в это ледяной воде..."
  Он поднялся, подхватил спасенную, сцепленными в замок руками, по грудь и дернул ее вверх. Закашлявшись водой, та пришла в себя, открыв глаза, они были темно карими, только сейчас заметил Энжел, и казалось, что уже не надеялись увидеть белый свет.
  - Что... ты... - она была настолько удивлена, что просто потеряла дар речи.
  - Нет черт лысый, - огрызнулся юноша, оседая рядом с ней, - черт холодно, надо хотя бы костер нашаманить, ладно побудь пока здесь, а я осмотрюсь.
  Он снова поднялся и пошел в чернеющую рядом рощицу. Вскоре вернувшись, он обнаружил воительницу с занесенным над горлом кинжалом, молнией бросившись к ней, ударом ноги выбил оружие у той из рук.
  - Ты что совсем охренела. Я, блин, что зря весь промерз в этой водичке вытаскивая твою... - он осекся, девушка плакала, он сел рядом с ней и она уткнулась ему в грудь, зарыдав в голос.
  - Я хотела быть сильной... хотела не зависеть не от кого... - она всхлипнула, отрываясь от его груди и утирая слезы, которые не хотели останавливаться, - я не хотела быть обузой госпоже, которая приютила меня и взяла на службу, когда все мое племя вместе с отцом и братьями погибло в сражении с войсками свободной области Амирона и Союза Хенны и Гелиоса, - ее голос сорвался.
  Юноша притянул ее к себе и утер слезы.
  - Эх блин ну нет слов, варвар и есть варвар даже если это такая красивая девушка, как ты, ваша гордость погибель ваша, - сказал он и тут же поежился под порывом ветра, осень близилась к концу и ночи были очень даже холодные, - ладно хватит рыдать, как последняя белошвейка, слезами горю не поможешь, надо двигать дальше, я тут в рощице поляну нашел там и от ветра укроемся, и костер можно будет развести, давай пошли, - Энжел поднялся и помог Пеленоре, но та сразу навалилась на него, ноги ее не слушались, она была слишком слаба.
  "Черт вроде фигурка и складная, а весит не мало" - подумалось юноше.
  Так они потихоньку добрались до примеченной Энжелом поляны. Он положил ее на еще не совсем пожухшую траву и взялся за костер. Когда он насобирал сушняка, сложив его аккуратной горкой и обложив камнями, то только сейчас понял что его нечем зажечь.
  "Вот черт так мы совсем замерзнем"
  "Почему же вы можете согреться и так" - ожил, как всегда в самый подходящий момент, голос.
  "Было бы у тебя отдельное тело, дал бы в зубы"
  "эй да я из лучших намерений, да и фигурка у нее ничего"
  "лучше подумай, что нам теперь делать с костром"
  "воспользуйся своей силой" - раздался в голове чей-то странно знакомый властный и холодный голос - "сконцентрируйся на том, что хочешь сделать"
  Энжел как во сне поднял правую руку и направил раскрытую ладонь на груду сушняка, что-то зашипело, а потом с ладони сорвался сноп яркого пламени, и костер тут же затрещал сухими сучьями.
  "Ни фига себе да ты у нас еще и ворожить умеешь" - удивился голос.
  "что? Так это был разве не ты только что?"
  "чего не я? Ты чего уже совсем с катушек съехал, я могу только дать совет, но никак без твоего ведома ворожить все подряд. А что, ты что-то слышал?" - спросил голос.
  "нет ничего"
  "знаешь трудно соврать своему второму я" - не унимался голос.
  "Ладно, я слышал голос, казалось, он был исполнен силы и он приказал мне сконцентрироваться..."
  Но тут он услышал стон Пеленоры. Она лежала, закрыв глаза и кажется ее лихорадило.
  - Черт совсем забыл... - выругался Энжел и присел рядом с ней. Холстина на груди девушки вся пропиталась кровью, - да что же это такое из огня да в полымя...
  Он размотал холстину и увидел, что через всю грудь девушки от правого плеча к левому боку идет безобразная рваная рана, которая сильно кровоточила.
  - Что б тебя... как ты могла вообще на ногах держаться... - ошалело пробормотал Энжел.
  - Клесси наложила лечебные чары, но кажется не помогло, - простонала воительница.
  "Здесь что-то не так, Клесси, несмотря на всю свою внешнюю бесшабашность, хорошо разбирается в магии лечения и мои сломанные ребра срослись в считанные дни"
  "больше похоже на проклятье умерщвления медленного действия" - сказал голос. Пеленоре на глазах становилось все хуже.
  "и что нам делать?"
  "нам? Не знаю, здесь обычные целебные заговоры не помогут, нужна сильная магическая сила"
  "и что, где ее взять?"
  "а ее и не надо искать, она здесь в одном со мной теле"
  "что"
  "ты разжег костер, всего лишь подумав об этом, без всяких там заклинаний и прочего, на это способны не многие"
  "тоже мне сравнил костер запалить и спасти от смерти человека, или ты спалить ее удумал?"
  "ничего я не думал, просто другого выхода нет"
  "черт" - про себя выругался Энжел, видя, как жизнь медленно уходит из девушки.
  - Была не была, - вздохнул он и направил раскрытую ладонь на рану Пеленоры, в глазах которой застыла непереносимая боль, а тело начало выгибать дугой, и сосредоточился на своих ощущениях. Внезапно в нем как будто открылась дверь в другой мир, мир могущественной силы рвавшейся наружу, он начал очень быстро слабеть физически, но в тоже время его тело начало наливаться неведомой магической силой, которая слепо рвалась наружу, ему с трудом удавалось
  сдерживать этот неистовый напор только усилием своей воли. И вот когда эта внутренняя борьба достигла своего апогея, в голове раздался незнакомый подобный грому голос:
  "а ты дерзок, мой юный отрок, прося у своей крови такой силы, чтобы разорвать заклятие соул морден, за это я заберу твое тело"
  "Не смей" - раздался властный голос, который он слышал, когда разводил костер, - "жалкий слуга пламени, этот отрок не только твой наследник и я не позволю тебе завладеть им"
  "Да как ты смеешь..."
  "Смею! Тогда на бранном поле ты отвернулся от меня, и мой отец погиб, теперь же я не позволю тебе снова предать, ты будешь вечно служить этому юноше..."
  Голос затих и с раскрытой ладони сорвался ослепительный луч света, все вокруг залило яркое сияние, а когда оно исчезло перед Энжелом, тихо посапывая, лежала, мирно спящая, Пеленора от раны на груди не осталось даже маленького шрама.
  - Славу богу все в порядке... - просипел хриплым голосом Энжел, он был снова выжат и обессилен, внезапным приступ грудного кашля скрутил тело в судороге, после того как он прошел на ладони, осталась лужица крови.
  "На этот раз я зашел слишком далеко, туда, куда смертному не положено входить" - подумал он и повалился рядом с девушкой на пожухшую траву, тьма медленно поглощала сознание и он снова услышал тот властный голос.
  "ты не простой смертный, ты приемник моей жизни и ты должен прожить ее с достоинством..."
  Он лежал на спине и в его глазах отражались алые росчерки, падающих с небосклона звезд.
  "падающие звезды это падшие ангелы, павшие с небес" - пришла в голову странна мысль, после чего сознание окончательно померкло. Он ещё не знал, насколько был прав.
 
  ***
 
  Он проснулся, когда первые лучи солнца вступили в неравные бой с ночным мраком. Рядом, прижавшись к нему и свернувшись калачиком, спала Пеленора. Костер давно потух без присмотра и на его месте были только остывшие угли. Было очень холодно и, девушка во сне сильнее прижималась к нему, подсознательно ища тепло. И только сейчас Энжел понял, что она по пояс нага.
  "Блин ну ты и урод, раздел девушку и бросил, даже не укрыв" - сам себя обругал юноша.
  Он обнял ее за плечи, стараясь дать больше тепла. Внутренний голос, хвала всемилостивой Альме, молчал. Он лежал, закрыв глаза, пытаясь вспомнить события прошедшей ночи, но память просто отказывалась сотрудничать и ему приходилось медленно по крупицам восстанавливать вчерашние события. Все его чувства обострились, когда он услышал как по перелеску к ним медленно пробираются несколько конных. Они не сильно то и таились и шли напролом к месту ночевки Энжела и Пеленоры. Юноша открыл глаза и быстро, но все же осторожно, чтобы не разбудить спящую поднялся и только сейчас понял что его клинок, трофей из такого казалось такого смутного прошлого, остался притороченным к дорожной сумке на седле его коня. Он огляделся в поисках оружия и увидел кучку сушняка, которую он натаскал, чтобы поддерживать огонь, да так и не воспользовался. Он выбрал пару сухих, но довольно крепких палок, и укрыв девушку ее дорожным плащом подсохшим за ночь, беззвучно заскользил между деревьев на встречу идущим. Притаившись за деревом он стал ждать когда первый из верховых поравняется с ним. Юноша закрыл глаза, прислушался к окружающим звукам, прикинул расстановку сил, противников ( а они сейчас были именно противники, на поляне осталась спящая и безоружная Пеленора и он не имел права на ошибку) было четверо все верховыми. И когда по его расчетам первый поравнялся с деревом за которым притаился юноша, то молнией выскочил из своего укрытия и метнул сразу оба своих орудия и в следующий момент уже вышибал ударом ноги переднего из седла и перехватывая его спиной к себе, прикрывался им как живым щитом от оставшегося четвертого противника. Раздались два вскрика и Энжел обнаружил, что держит в удушении Тормина, а перед ним сидит на коне, обалдевшая, Элис, а рядом поднимаются с земли и потирают ушибленные места Орни и Клесси.
  - Э-э-э, вот и свиделись, - обезоруживающе улыбнулся Энжел опуская Тормина и отходя подальше от гневно сверлившей его взглядом Клесси у которой наливался под правым глазом лиловой синяк.
  - Энжел, - удивлению товарищей не было границ, не считая Клесси ей было как-то по фигу, что перед ней можно сказать был вернувшийся с того света юноша, которого они уже не надеялись увидеть живым, и заботил ее только добротный синяк, наливавшийся лиловым под правым глазом.
  - Ты, что это вытворяешь, суслик недорезанный, - возмущалась она, наступая на него так и норовя исполнить древнюю заповедь: "око за око, зуб за зуб", - ну я щас тебе покажу, как не глядя, бросаться чем не попадя...
  - Энжел, - снова вскрикнула Элис, слезшая с коня, и бросилась мимо бушующего полуэльфа на шею юноше, - слава Альме, жив...
  Только и сказала девушка, уткнувшись лицом в грудь юноши. Тормин только отошедший от удушения так и остался стоять, открыв рот, даже Клесси остановилась на полуслове какого-то больно изощренного ругательства позабыв продолжение и только Орни, как всегда, хранившая спокойствие, невинным тоном поинтересовалась:
  - А где Пеленора?
  Тут принцесса опомнилась и, залившись краской, отстранилась. Энжел, просто обалдевший от такого проявления эмоций, не сразу пришел в себя.
  - А Пеленора... я оставил ее на поляне недалеко отсюда, - потихоньку отходил парень, - да пойдемте она наверно еще спит...
  - Что ты оставил ее спящей, да как ты мог, - тоже пришла в себя Клесси, - оставить беззащитную девушку одну спящей в незнакомом месте...
  От такого напора Энжел потупился и не знал, что и сказать, но ему на помощь пришла Орни.
  - Успокойся Клесси, а что он мог сделать она явна сейчас не в состоянии сражаться, ты же сама говорила, что рана у нее просто ужасная и факт того, что он жив и спас Пеленору говорит сам за себя.
  - Тоже мне героя нашла, - пробормотала Клесси и отвернулась, так молча они и вышли на поляну, где до сих пор мирно спала Пеленора закутавшись в плащ, которым ее укрыл юноша.
  При звук конских копыт она открыла глаза.
  - Энжел, друзья мы снова вместе, - ее радости не было границ, она поднялась с земли и плащ, упал на землю, обнаружив, что та по пояс обнажена. На лица друзей проступило недоумение. Энжел поняв ход их мыслей и хотел было что-то сказать в свое оправдание, но его снова опередила Клесси.
  - Эт вы чем тут занимались пока мы все ноги сбили в ваших поисках... - но она осеклась, уставившись на грудь воительницы, как во сне она подошла и начала ее ущупывать.
  - Ты чего это ориентацию сменила, что ли? - спросила Пеленора, отстраняясь подальше от наглой девушки полуэльфа и прикрывая грудь руками.
  - Нет, но твоя рана, она не могла так быстро зажить, должен был остаться хотя бы ужасный уродливый шрам во всю...
  - ЧТО! А кто надо мной издевался мол щас поколдую и до свадьбы даже шрама не останется, - вскипела Пеленора, от прежней холодной и невозмутимой девы-воина в ней не осталось ничего, - знала же чертовка, что замуж я никогда не пойду.
  - Да ладно тебе, может у тебя ценности потом бы сменились, - ехидно улыбаясь, проворковала Клесси.
  - А они и изменились, - холодно парировала Пеленора, - так что считай тебе повезло...
  - Что значит изменились, - воскликнула полуэльф и странно посмотрела на Энжела, который отчаянно замотал головой, принцесса тоже обратилась вся в слух, но тут эту светскую беседу прервала Орни.
  - Хватит! Клесси уймись со своими подозрениями, - одернула она разошедшуюся девушку, - так что же все-таки произошло, - обратилась она к юноше.
  - Э, я не помню мы еле выбрались на берег, потом нашли эту поляну, я еле как разжег костер, а потом все как-то смутно я сильно устал и просто упал без сил, - его память действительно до сих пор отказывалась отдать воспоминания прошедшей ночи и поэтому он сменил тему, - а как вы нас нашли, ведь вы явно шли к тому месту где мы остановились.
  Все замолчали и только Орни все же ответила ему.
  - Понимаешь мы не знали, что это были именно вы, просто ночью я почувствовала присутствие магической силы, - она замялась на секунду, но все же продолжила, - понимаешь эта сила была чудовищной мощности, даже не каждый архимаг способен на такую магическую мощь, и эта сила была темной мы уже подумали, что никак сама Мортис явилась по нашу душу и сейчас все окрестности превратятся в выжженную пустыню, а потом возникла еще одна сила и что-то изменилось, мы увидели странную вспышку милях в трех вниз по течению и решили сходить в разведку, ну а потом появился ты и наказал нас за нашу неосторожность, ведь если бы это был бы не ты, то как минимум мы бы лишились Тормина, а то и все погибли.
  Энжел стоял погруженный в раздумья. Пеленора в это время пыталась стянуть с Клесси верхнюю одежду, аргументирую это тем, что подругам надо уступать, на что вторая упорно сопротивляясь и говоря, что это ее последняя одежда, Тормин тоже, казалось, был погружен в какие-то свои мрачные мысли навеянные словами Орни о том как юноша застал их врасплох, когда Элис внимательно осматривающая место ночевки вдруг спросила, глядя на давно потухшее кострище:
  - А как ты разжег костер?
  - А? - оторвался от своих раздумий юноша, - костер? - задумчиво, произнес он, как бы пробуя не знакомое ему слово, и в тот же момент в голову хлынули доселе недоступные воспоминания прошедшей ночи, а вместе с ними он вспомнил и сон увиденный в трактире Тиринаса после дуэли с Вильнотом. Ноги подкосились, и он как стоял, так и рухнул на теперь казалось зыбкую твердь земли. Взгляд враз поблекших глаз был казалось направлен внутрь.
  "Да что же я такое" - взмолился про себя юноша, в первые он был рад если ему ответит голос, но тот молчал и тогда в голове зазвучал уже знакомый властный голос, защитивший его этой ночью.
  "ты приемник моей жизни"
  "что? Что это значит? Я не понимаю"
  "это значит что тебе далась моя жизнь и мое тело, когда я убил Элрота и был низвергнут с небес"
  "кто ты?"
  "я Элориен потомок ангела несущего в себе кровь тринадцатого из первопризванных и земной женщины наследницы седьмого слуги первородного пламени"
  "но ты погиб тогда в моем сне тебя поразил лорд правитель преисподнии"
  "да я пал в своей смертной жизни, восстановив равовесие"
  "но почему? Ведь ты мог убить его"
  "ты не понимаешь, тогда я узнал правду о смерти своей матери и возненавидел небо, но тьма отвернулась от меня когда я хотел спасти отца и тогда я заключил договор с силой которую несла в себе кровь моего отца и тогда я слился с ней и стал тринадцатым ангелом сильнейшим из всех первопризванных, так как в моих жилах текла и демоническая кровь седьмого слуги, которая не могла теперь не подчиниться, и тогда я понял, что в мире людей не могут существовать великие иных миров будь то небеса или преисподняя и тогда я сделал свой выбор и добровольно пошел на меч лорда"
  "но ведь я то же обладаю этой силой, значит я тоже должен умереть"
  "нет"
  "почему?" - взмолился Энжел
  "потому что не смотря ни на что ты сохранил в себе смертного и не перешел до сих пор на одну из сторон в отличии от меня, если тебе удастся ты сможешь укрепив свое тело и дух обладать силой обеих сторон, как света так и тьмы, и ты уже доказал что способен на это излечив смертельную рану девушки воспользовавшись запредельной силой иного мира"
  "но она почти поглотила меня и если бы не ты, то она окончательно бы подчинила меня"
  "да ты прав, но со мной было еще хуже, я даже не смог сопротивляться ей, как ты, я просто был поглощен этой силой, а ты смог сдерживать ее только усилием своей воли"
  "но..."
  "не бойся теперь я всегда буду рядом с тобой и буду помогать своими знаниями, когда бы ты в них не нуждался"
  "а как же голос"
  "а это... небеспокойся об этом теперь я стану твоим внутренним гласом"
  "понятно но все-таки, где ты был эти столетия после последней войны"
  "я все расскажу тебе со временем, а сейчас тебе пора возвращаться в реальный мир, твои друзья беспокоятся..." - произнес голос Элориена и в тот же момент Энжел очнулся и увидел, что лежит на земле, а над ним склонились встревоженные лица товарищей.
  - Энжел, с тобой все в порядке ты как... мы все перепугались, что случилось? - Элис была сильно обеспокоена, а рядом с ней теребила краешек плаща Пеленора, Клесси же увидев, что он пришел в себя тут же изменилась став как всегда маленькой злобной стервочкой.
  - Ну блин напугал, а я уж размечталась, что смогу избавиться от тебя, - сказала она, но потом добавила уже более дружелюбно, - ладно вставай давай чего разлегся или решил снова под больного закосить, если что река тут рядом.
  - Нет уж спасибо накупался уже, - ответил Энжел, принимая вертикальное положение.
  - И все-таки что это было, - любопытство в Клесси взяло верх.
  - Э... а... я... - начал было придумывать какую-нибудь небылицу как ему на помощь снова пришла Орни.
  - Наверное просто устал, последние дни выдались напряженными, да еще... - она многозначительно посмотрела на Пеленору, выглядевшую довольно бодрой и полной сил, что никак не вязалось с недавней ослабшей и истерзанной болью гордой воительницей, которой ее видели в последний раз. Она уже облачилась в блузу, позаимствованную у Орни так как весь багаж Клесси остался в Тиринасе, а ее собственные вещи сгинули вместе с ее лошадью на мосте через Происи, и теперь она замахала руками в протестующем жесте и с мольбой посмотрела на юношу.
  - Ничего не было, - тоже ответил Энжел, но что-то это не сильно подействовало на скептически смотрящих Клесси и Элис, - просто сильно устал...
  - Ладно обсудим все в дороге, нам надо выдвигаться если хотим добраться до перевала засветло, - оборвал все грядущие споры доселе молчавший Тормин и пошел к лошади.
  Остальные переглянувшись пошли к своим коням. И Клесси быстро остановила Пеленору хотевшую было сесть вместе с Энжелом, сказав что это ее место и что та вполне может ехать вместе с принцессой раз уж потеряла собственно коня. После не долгого спора Пел уступила и села позади Элис на ее пегова скакуна. Так они и двинулись в путь к перевалу Курта.
 
  9.
 
  Второй день они шли по едва заметным тропам, которыми вел их Тормин, почти без остановки иногда делая короткие привалы, чтобы перекусить скудными припасами и к вечеру они добрались до самого подножия Эглийских гор. Чем ближе становились горы, тем холоднее был ветер дувший с них, все укутались в дорожные плащи, пытаясь хоть как-то согреться и сберечь тепло. Все кроме Энжела, его плащ и сапоги утонули в Происи, когда он бросился спасать Пеленору и теперь он жался к Клесси, которая укутавшись в свой дорожный плащ, долго наблюдала за его отчаянными попытками согреться и наконец-то, удовлетворив свои садистские наклонности, поделилась с ним плащом и почему-то прижалась к нему всем телом и обхватив его руками за талию, объяснив, что мол так теплее будет, чем вызвала осуждающие взгляды двух пар глаз Пеленоры и Элис. Через некоторое время Энжел услышал сзади мерное посапование, и лишь усмехнулся кто-то, а Клесси никогда не упустит возможности расслабиться и вздремнуть. Хвала Альме голос больше не беспокоил юношу, как и обещал Элориен, сам же он тоже пока молчал, но Энжел не сомневался что в скором времени узнает все про прошлое своего могущественного покровителя, иначе его назвать было нельзя, да и лучше не пытаться слишком сложно было все в этой истории.
  Вечером когда они остановились на ночлег в одной из рощиц у самого подножия гор. Проснулась Клесси.
  - Ой как я устала от этой езды, - наигранно уставшим голосом промурлыкала она, потягиваясь и разминая ноги.
  - Ну-ну, всю дорогу продрыхла на спине у Энжела, - всунула шпильку Пеленора, а Элис закивала в знак согласия.
  - Да ладно вам девочки, вы что ревнуете? - невинным голоском поинтересовалась чертовка, вызвав бурную реакцию протеста, оборванную Орни.
  - Клес сходи-ка ты лучше дичь какую постреляй, а то у нас последние припасы заканчиваются, а нам еще через перевал идти, - сказала маг.
  - Ну почему когда дело касается охоты все валя на меня, - обиженным голосом спросила она.
  - Потому что ты эльф, хотя бы наполовину, и лучше всех из нас владеешь луком.
  - А почему бы и тебе Орни разок не поохотится, тебе и лук не нужен, жахнула молнию и все, - продолжала оттягивать время Клесси.
  - Ага раз и все от дичи только перышки подпаленные остались, давай не расслабляйся иди заодно и в меткости потренируешься, - отрезала Орни.
  - Нуууу, - протянула девушка, потом схватила юношу под руку, - ладно только возьму с собой Энжела, пусть тушки таскает, все я ушла, - прокричала она остальным таща за собой беднягу и быстро скрылась в зарослях так, что ринувшиеся было возразить Пеленора с Элис опоздали.
 
  Клесси протащила Энжела по все окрестным зарослям и оврагам, стараясь выбирать места, где было много всякой колючей растительности. Девушка полуэльф с легкость преодолевала все препятствия и потом с самодовольной улыбкой наблюдала, как бедный юноша на пролом продирается через колючий терновник.
  - Ты такой неуклюжий, боже мой и зачем ты только за мной увязался, - сетовала она.
  - Чего? Вообще-то кто-то не будем показывать пальцем, - кипел праведным гневом Энжел, указывая на нее пальце, - сам лично потащил меня в эти дебри.
  - Да тише ты всю дичь распугаешь, - сказала та, накладывая стрелу на тетиву, - да ладно мне одной скучно было бы, а так хоть ты есть...
  - Ну-ну всю жизнь мечтал таскаться по оврагам и продираться через всякие колючки, только ради того, чтобы развеселить одну малость совсем обнаглевшую персону явно полуэльфийского рода, - ворчал юноша.
  Клесси, почти не целясь на вскидку, выпустила стрелу, и небольшая тушка какой-то птицы рухнула в доброй сотне шагов от них в какой- то совсем уж непролазный кустарник.
  - Ну мой верный помощник, вперед за добычей, - скомандовала она.
  "Она что издевается? Нет ей это определенно доставляет удовольствие" -думал Энжел тащась к кустарнику. Солнце медленно садилось за горизонт.
  "Блин чтоб ее..." - ругался про себя Энжел вылазия из очередного кустарника куда угодила уже пятая птица, - "ненавижу эльфов, чтоб ее папаше или мамаше, кто у нее там был по их линии..."
  - Эй ты там чего себе под нос бормочешь, - елейным голосом поинтересовалась маленькая дьяволица, - смотри вон там еще одна, - она указала на очередной кустарник, - это последняя так что давай пошевеливайся, пока солнце совсем не село, а то останешься без ужина.
  - Ладно-ладно, - пробормотал юноша, направляясь к очередному месту, раздирания до крови бедных ладоней, но на пол пути остановился, там в кустарнике что-то было он это чувствовал. Почувствовала это и Клесси.
  - Энж, ты чего это замер, что-то не так, - уже серьезным голосом спросила она.
  - Клесси а здесь никакой опасной живности не водится, - спросил юноша, всматриваясь в кустарник.
  "нет там определенно кто-то есть"
  - В смысле?
  - Ну не знаю волки напримееер... - протянул юноша. Солнце почти зашло и теперь последние лучи медленно уступали место полумраку.
  - Да нет волков здесь из давна не водилось, кажется, - сказала девушка.
  Обострившиеся чувства Энжела уловили прерывистое дыхание, а через секунду и он и стоящая не подалеку Клесси услышали низкое грудное рычание. Клесси тут же вскинула лук в направление звука, но тут рычание раздалось и с других сторон, девушка направляла острие стрелы то в одну сторону то в другую, но они были окружены. Застывший на месте Энжел начал медленно отступать назад и теперь когда погасли последние лучи дневного светила, он увидел голодный блеск в почти человеческих глазах.
  "Вервольфы, Энжел осторожней эти твари особенно опасны после захода солнца" - ожил голос Элориена.
  "Твою маму" - взвыл про себя юноша, вспомнив, что оставил клинок в их временном лагере.
  - Клесси сейчас я тебя закину на дерево только прошу без глупых вопросов и не слезай с него пока я не скажу, - одними губами прошептал Энжел все ближе подходя к девушке. Из кустарника стало медленно прорисовываться тело животного, оно было похоже на волка но гораздо крупнее и лучах показавшейся луны заблестели обнаженные, в предвкушении живой плоти, кривые клыки.
  - Что эй ты что удумал... - Клесси осеклась увидя это порождение мрака, в следующей момент тварь рванула к ним и со все сторон послышался шум приближавшихся к добычи ночных охотников.
  - Мамочки, - взвизгнула Клесси и в тот же момент Энжел преодолев одним прыжком разделяющее их расстояние оказался около нее и подхватив ее за талию размахнувшись забросил на ближайшую к земле ветку могучего дерева. Но сам взобраться не успел кривые клыки впились в левое бедро, разрывая в клочья штанину, остальные твари тоже вынырнули из ближайших кустарников, их было ровно девять, и ринулись к добыче. Пропела тетива эльфиского лука, одна из тварей кубарем покатилась по земле со стрелой торчащей из глазницы. Но остальные уже были около юноши и почти вонзили свои клыки, когда тот изверг на свет неистовый рев. Его глаза мерцали алым в сгустившейся тьме, казалось он стал выше и шире в плечах. Он схватил за шкирку тварь впившуюся в ногу и одним движением руки сломал той шею, в его руке безвольно повисла мертвая туша, размахнувшись он бросил ее в первую из оставшихся тварей прыгнувшей на него, остальные застыли низко пригнувшись к земле, готовясь в прыжку. Но юноша был в какой-то эйфории, он сам набросился на ближайшую тварь, перебив той одним сокрушительным ударом хребет, еще две твари пали сраженные стрелами девушки. А потом оставшиеся ринулись на юношу в едином движении, несмотря на всю свою эльфийскую меткость Клесси, которая хорошо видела в темноте, не могла ни чего разобрать в клубке из шкур в котором раз за разом мелькала то рука, то нога Энжела и очередная тварь отлетала в сторону и затихала на земле и вот последняя из них рухнула к ногам юноши с разорванной пастью. Энжел стоял посреди кучи бездыханных туш и в неверных лучах ночного светила его разорванная в клочья одежда блестела кровавыми бликами. Клесси боялась даже пошевелиться, необузданный страх охватил ее, но глаза юноши до селе пылавшие магическим огнем, стали гаснуть и вот теперь на поляне стоял все тот же Энжел, нормального роста и худощавого телосложения.
  - Клес, можешь спускаться, все кончилось, - хриплым голосом проговорил он, оглядываясь вокруг, все твари были мертвы.
  Клесси спрыгнув с дерева бросилась к нему.
  - С тобой все в порядке, ты ранен, столько крови..., - но юноша остановил поток слов приложив палец к губам девушки.
  - Со мной все в порядке, надо выбираться от сюда, я только дичь возьму, - сказал она и легким шагом пошел к кустарнику откуда появилась первая тварь и через секунду вернулся неся последнюю птицу, - идем обратно...
  - Да как ты можешь быть таким спокойным, нас только что чуть не сожрали волки, а ты спокойно идешь за птицей, а если там притаились... - она была на грани истерики.
  - Больше здесь никого нет, кроме нас, это были не волки, а вервольфы. Они нападаю всегда всей стаей, так что они все мертвы.
  - Вервольфы, ты хочешь сказать, что это не волки, а... - слова застряли у нее в горле.
  - Да это люди и когда рассветет здесь будет десять человеческих тел, - он подхватил оставшуюся дичь и пошел прочь от этого места. Клесси поплелась следом. Они так и молчали пока шли к лагерю. Вот когда уже впереди завиднелся, разведенный Тормином, костер ее все-таки прорвало.
  - Но как?... - спросила она.
  - Просто не спрашивай прими как есть, я сам еще до конца не разобрался, - коротко ответил юноша.
  - Но это же были вервольфы, почему ты так спокоен, если тебя укусили то ты... ты... - она не могла произнести эти слова.
  - Тоже должен стать одним из них, этого не произойдет, - ответил на не заданный вопрос юноша не останавливаясь, но тут девушка схватила его за руку и развернула к себе лицом, Энжел заметил слезы притаившиеся в уголках глаз:
  - Дурак, ты никогда не думаешь о себе... - всхлипнула она и, обняв за шею, прижалась к нему всем телом, ее губы впились в его, юноша так и замер ошеломленный таким поворотом событий, не зная что и делать. Клесси медленно отстранилась, посмотрела ему в глаза и тихо зашептала:
  - Дурак, почему ты так заботишься о других, не щадя себя, но все же я благодарна тебе, ты спас мою жизнь и чтобы ни случилось я всегда буду на твоей стороне, - сказала и отвернувшись, утерла глаза и гордо распрямившись пошла к мерцающему впереди костру. Энжел еще секунду постоял приходя в себя, а потом поплелся вслед за девушкой.
 
  ***
 
  Они вышли из сгустившегося ночного полумрака на освещенную бликами костра поляну и Тормин сидевший спиной к ним недовольно пробормотал:
  - И где вас только черти носили.
  Пеленора с Элис хотевшие было устроить Клесси, вышедшей первой, допрос с пристрастием и применением запрещенным болевых приемов, осеклись на полуслове увидев, шедшего позади в разорванной в клочья окровавленной одежде, Энжела, белоснежные волосы были всклочены и тоже в крови, он молча положил шесть тушек и пройдя мимо офигевших от такого зрелища товарищей (кроме Клесси та молча принялась за готовку дичи) к седельной сумке своего мерина, начал рыться в ней в поисках холстины, которая осталась после Пеленоры и найдя начал перевязывать разорванное бедро.
  - Может кто-нибудь объяснит мне... - спокойным голосом начала Орни, но даже ее хладнокровия не хватило, - что мать вашу с вами произошло, я блин вас на охоту отправила, а не гладиаторские бои, Энжел немедленно рассказывай во всех подробностях, - выпалила она, а Клесси дернувшуюся было на помощь подельнику, упредила настолько холодным взглядом: "ты следующая", что та потупившись, продолжила целеустремленно и с особым ожесточением обдирать ни в чем не повинные тушки.
  - Да, так ничего особенного, нарвались на стаю волков, - бросил юноша, не отрываясь от перевязки разодранного бедра.
  - Волки? - вопросительно выгнула бровь Орни, встав и подперев бока руками, так что ни кто даже Тормин не решил ее перебить, - что-то мне плохо верится, что такую рану могут оставить обычные волки? Энжел ты чего-то не договариваешь, кались пока колоть не начали.
  - Ну не обычные волки, ну подумаешь десяток вервольфов, что такого-то ведь все живы, не так ли? - ответил юноша, завязывая по туже узел.
  - Вер... волфы... - одними губами прошептала Орни, а потом взорвалась, - ТЫ ЧТО МАТЬ ТВОЮ ГОВОРИШЬ, ПОДУМАЕШЬ ДЕСЯТОК ВЕРВОЛЬФОВ ТЫ ХОТЬ ЗАНАЕШЬ ЧТО ЭТО ЗА ТВАРИ...
  - Знаю, - коротко ответил юноша, подняв взгляд, и Орни осеклась под этими, казалось, видящими тебя на сквозь глазами, - и так же знаю, что больше эти твари нас не побеспокоят, и то что все остались живы, правда нам придется задержаться завтра и похоронить их тела, все-таки они после смерти снова станут людьми.
  - Но как ты можешь быть так спокоен, тебя укусили, ты... - не унималась женщина.
  - Со мной все будет в порядке, пока не знаю почему, просто поверь мне, а сейчас я слишком устал, утро вечера мудренее, тогда и поговорим, - отрезал юноша снял превратившуюся в лохмотья одежду и закутавшись в дорожный плащ Клесси сразу уснул.
  В лагере еще долго не утихали звука допроса с пристрастием проводимого над Клесси, которая в конец замучившись забила на все и подвинув Энжела легла рядом, так как плащ все-таки был один, а свой Энжел давно утопил, ( а может и по каким другим причинам) и тоже уснула.
  После такого массового проявления пофигизма Орни с выражением: "Завтра будут стрелецкая казнь", схватила Тормина за шкирку и тоже пошла спать. У костра остались шесть не до разделанных птичьих тушек, Элис вошедшая в какой-то ступор и Пеленора, которая посмотрев на это безобразие тоже отправилась спать.
 
  На следующее утро Энжел очнулся от того, что почему-то стало больно холодно и обнаружил, что Клесси мирно спит рядом, завернувшись в плащ.
  "мда с нее станется, епть что со мной было" - Энжел увидел, что весь в шрамах от чьих-то когтей и засохшей крови, но серьезных ран, кроме как на левом бедре, вроде не было. Так как все спали, было холодно и его одежда превратилась в какие-то окровавленные лохмотья, он позаимствовал из скудного гардероба Клесси, кой-какие вещи и двинулся к роднику, расположенному неподалеку. Проходя мимо потухшего костра, он увидел, что принцесса спит сидя на каком-то пне, укутавшись в плащ.
  "Блин да что вчера было то и почему я весь в следах от когтей?" - размышлял он, смывая запекшуюся кровь и силясь вспомнить хоть что-нибудь из событий вчерашнего дня.
  "Ну ты даешь, такого накуролесил и ничего не помнишь" - прорезался голос Элориена.
  "хватит стебаться, колись что было, только не надо говорить что это меня так Клесси изрисовала, про когти еще может и прокатит, но не в жизнь не поверю, чтобы она могла хватануть меня за ногу"
  "мда, все-таки темная кровь повлиял на тебя не в лучшую сторону, больно богатое у тебя стало воображение, ладно сейчас покажу как все было" - ответил Элориен и в память хлынули воспоминания.
  - Ни фига себе! - воскликнул юноша, - и это все я наворотил...
  "нет я, кто еще, кстати не забудь тебя еще десяток трупаков ждет не подалеку, надо б закопать, как никак говорится поработал убери за собой"
  "чего это ты работой называешь, ну ни фига себе и почему со мной всегда случаются неприятности" - сетовал юноша.
  "ну не только..." - напомнил голос про поцелуй Клесси.
  "Мда и кто там говорил про вредное влияние темной силы"
  "Мне не чуждо ничто земное"
  "ага-ага, рассказывай сказки"
  "да я... я..."
  "ладно пора возвращаться, пока не хватились, они сейчас явно все на нервах, кстати а почему ты, а вернее я сказал что со мной все будет в порядке, после укуса" - Энжел поднялся и пошел обратно.
  "а сам додуматься не можешь?"
  "короче Склифасофский"
  "ладно. Ты надеюсь помнишь, что первыми кого призвал в этот мир темный творец, это были семь слуг первородного пламени."
  "ну..."
  "слышь ты что в конец обнаглел, я что зря все это время распинался объясняя природу сил скрытых в тебе" - негодовал голос.
  "да ладно тебе, помню, что-то помню, ну блин понимаешь етого так много и все такое запутанное"
  "блин, ну ладно, придется с начала" - вздохнул голос и продолжил, - "так вот первыми в этот мир вошли семь слуг пламени шесть из них дали начало всевозможным порождениям тьмы, которые только существуют в этом и другом мире"
  "в смысле в преисподнии"
  "да, но седьмой слуга отрекся от своей судьбы и избрал свой собственный путь, он был сильнейшим из семерых и в его крови так же есть первоисточник из которого произошли все эти исчадья, поэтому укус вервольфа, для тебя тоже самое, что укус какой-нибудь обычной дворняги, правда дворняга вряд ли сможет загрызть тебя на смерть в отличии от этих тварей"
  "мда ничего себе сравнил дворняга и вервольф, ухохочешься"
  "скажи спасибо за то, что просветил тебя деревенщину" - огрызнулся Элориен.
  "спасибочки"
  Он вернулся на место временного лагеря и обнаружил, что все уже проснулись и Орни стоит скрестив руки на груди ясно давая понять, что они вчера не договорили.
  - Ну-с товарищ, сами расколемся или колоть придется? - вопросительно выгнула бровь маг, и в глазах ее засветились недобрые искорки, не предвещающие ничего хорошего объекту ее внимания.
  - Чистосердечное признание облегчает понимание, - промурлыкала Клесси, поняв, где Энжел разжился, явно маловатой ему, одеждой.
  - Сдаюсь, - юноша притворно поднял руки, - все изложу как на духу, только чур железо не калить, - улыбнулся он.
  В итоге пока Клесси, занималась приготовлением вчерашней дичи, на которую она вчера в наглую забила, остальные внимательно выслушали чистосердечное признание юноши во всех грехах прошедшего дня, а так же про то что с ним случилось тогда в рощице у реки Происи, услышав рассказ про внутренний голос, они скептически посмотрели на него, но когда он описал последней бой Элориена на лугах Лоэна, то тут Тормин нахмурился, а Орни о чем-то сильно задумалась, и когда Энжел закончил, заговорила.
  - Я до последнего не хотела верить, что ты то самый юноша, по крайней мере его новая инкарнация в этом мире, который восстановил равновесие в последней войне и обратил в бегство темное войско, благодаря тебе я и в особенности Тормин живы.
  - Значит тот воин... - вспомнил юноша последние моменты из своей прошлой жизни.
  - Да это был я и если бы ты тогда не помешал мне, то возможно меня был уже не было в живых...
  - Но все-таки, где же ты был столетия после последней войны, - спросила Элис.
  - Я не знаю, Элориен, а вернее тот кем он стал, сказал, что со временем я все узнаю, но пока моя память это лишь обрывочные воспоминания и единственно, что я могу предположить, что став тринадцатым из первопризванных он вернулся на небеса в новом обличии, а дальше... - Энжел развел руками.
  - А эта рана у тебя на груди, - напомнила принцесса, - ведь он до сих пор так и не зарубцевалась?
  - Да, но я могу предположить только, что ее нанес мне один из прервопризванных, за то что я убил одного из них...
  - Убить Элрота, - поправил его Тормин внимательно слушавший его рассказ, - это был великий и сильнейший из всех слуг творца и после того как создатель удалился в вечные странствия, он стал наместником его в поднебесном царстве, убить его..., - старый мечник был явно озадачен, - значит мало того иметь на это не только какую-то вескую причину, так как мне кажется Элориен не мог служить тьме, но и обладать по истине колоссальной силой, - он надолго замолчал, а когда заговорил снова, - ладно оставим это на потом у нас еще остались не законченные дело.
  - Это какое еще, - спросили Орни и Элис в один голос.
  - Вервольфы, - вспомнил Энжел, - да надо похоронить тела, все-таки после смерти они несмотря ни на что снова стали людьми.
  - Ладно, но сначала надо подкрепиться, - вставила Клесси и впилась зубами в жесткое мясо, на том и порешили.
 
  После небогатого завтрака они пошли к месту вчерашнего столкновения с ночными охотниками. Когда они вышли на поляну то на ней как и ожидалось лежали обнаженные бездыханные человеческие тела это были мужчины и пара женщин, все довольно молодые. Энжел увидел тройку сраженную стрелами Клесси, двоих она поразила в глаз, третий валялся со стрелой в горле.
  - Промахнулась однако, - сказал он, указывая на вчерашних противников, - а еще эльфом хвалится.
  - На себя взгляни, - огрызнулась, враз ставшей серьезной, девушка.
  - В смысле, - не понял ее беспокойства юноша.
  - Тел только девять, - коротко пояснила она, и все остальные сразу подобрались и насторожились.
  - Не может того быть, я не мог только ранить, - размышлял юноша, - он не мог далеко уйти... - сказал он и начал обшаривать ближайшие кустарники.
  И в правду последний из вервольфов, это оказался смуглолицый юноша, с гривой черных, как смоль, волос, ровесник Элис и Энжела, нашелся в полусотне шагов от того места, где произошел бой, у него был сломан хребет и он еле дышал.
  - Пожалуйста, добейте меня, я больше не могу терпеть эту боль, - прохрипел он обступившим его людям, Элис в ужасе отвернулась.
  - Хорошо, - сказал Энжел обнажая свой клинок, - только перед смертью ответь мне откуда вы взялись.
  - Хорошо воин, ты достойно сражался с нами и я расскажу тебе, - из последних сил превозмогая боль заговорил оборотень, - тьма снова поднялась, у нее появился новый очень могущественный хозяин и повинуюсь его темной воле мы пришли сюда с той стороны этих гор из далеких пустошей, эта воля гнала нас день и ночь, заставляя убивать всех на своем пути, в эти края и не только нас, создания мрака поднимаются по всем землям и объединяются ведомые этой волей... - он умолк от нового приступа боли, но потом все ж продолжил, - я благодарен тебе владыка, запах твой крови мне о многом рассказал, за то, что ты избавил меня и моих соплеменников от этого проклятия, и в благодарность скажу: Перевал Курта блокирован огромной сворой нежити и ты не пройдешь там, единственный путь это через заброшенную сеть туннелей гномов, что проложены в этих горах, но будь осторожен я почувствовал там орочий запах, а теперь прошу, исполни свое обещание.
  Энжел коротким взмахом клинка оборвал мучения юноши.
  Орни вместе с девушками повела враз ослабевшую Элис обратно в лагерь, а Тормин с Энжелом принялись за упокой бренных тел. К полудню они похоронили последним смуглолицего юношу и вернулись в лагерь, где Орни хлопотала над обедом, на этот раз Клесси сама пошла на охоту, ей явно нужно было развеяться. После того как все немного перекусили, Элис вообще не притронулась к еде после увиденного на той поляне, они приступили к обсуждению выбора пути. Все сошлись, что лучшее будут попробовать прорваться под горами. На том и порешили и начали собираться в дорогу.
 
  10.
 
  Они вышли на основной тракт, ведущий к перевалу, как говорил Тормин им нужно было пройти по тракту до самому подножию гор, а потом свернуть на север, пройти вдоль гряды к заброшенному входу туннеля подземного народа, но так же он предупредил, что этими ходами не пользовались как минимум несколько столетий, а значит могут возникнуть трудности.
  Солнце медленно перевалило за полдень, когда они заметили, что к ним со стороны границ Свободной области приближается конный, Клесси уже было натянула тетиву, но Тормин остановил ее сказав, что уж с одним они и так справятся если это враг, а ежели друг или простой путник то такое обращение будет просто непростительно. Недовольно ворча девушка опустила лук. Всадник приблизился и Энжел увидел, что это был молодой мужчина, на белом скакуне, в багряном плаще с кровавым подбоем, скрывавшем неплохой и явно недешевый доспех с каким-то до боли знакомым юноше гербом на груди. Сам незнакомец был высок и статен, точеные черты лица выдавали в нем благородную кровь, черные как смоль волосы свободно спадали на широкие плечи, а синие немного, прищуренные от солнца, глаза смотрели проницательно и цепко. Когда он приблизился, принцесса вскрикнула, а потом бросилась на встречу.
  - Гарольд, как ты оказался здесь, - спросила она, заключая себя в нежные объятья мужчины, - я думала ты при дворе...
  - Моя госпожа, - он отстранил девушку от себя и склонился перед ней, - я сожалею, но у меня ужасные новости, ваш отец сильно болен и не может управлять страной...
  - Что? Что с отцом? - перебила его Элис.
  - Он поражен неизвестной болезнью, ни один из придворных лекарей ни смог вылечить его, он очень слаб и теперь вся власть перешла в руки главного советника архимага Мортис, она распустила высший совет и сосредоточила всю полноту власти в своих руках и теперь ее прихвостни заправляют в стране. В добавок королевство Лиорнов стягивает силы к границам, мои шпионы докладывают, что Мортис вступила с ними в тайный союз и нашим землям грозит большая опасность. Вам надо немедленно вернуться, верные вам гарнизоны готовы выступить сразу по вашему прибытию и восстановить власть вашего дома.
  - Я не могу, - отвернувшись от него и опустив голову, тихо сказала девушка.
  - Почему? Это из-за того глупого пророчества! - спросил мужчина.
  - Откуда ты знаешь... - начала было Элис и в ее глазах появились искорки подозрений, когда Гарольд подошел к ней и, взяв ее руку в свои, заговорил.
  - Сразу после того как мои верные люди доложили, что вы посетили оракула в лесах Алориата я лично отправился к нему и он рассказал мне это пророчество. Да в нем есть доля правды, оно предсказало предательство Мортис и захват власти в королевстве, но нельзя же слепо следовать ему сейчас, мы можем нанести поражение Мортис или, зная ее силу, хотя бы попытаться сделать это.
  Пока этот странный человек уговаривал принцессу, Энжел спросил у Клесси кто он.
  - Он конный маршал войск королевства Эледрил-Марвол, он лучший из учеников Тормина, лорд Гарольд Блейс, Вильнот был его младшим братом.
  "точно чем-то он неуловимо похож на здоровяка, а этот герб наверняка символ их королевства" - подумал юноша.
  - Кстати, а где Вильнот, - вдруг спросил тот, - принцесса он ведь должен был сопровождать вас в вашем путешествии.
  - Он мертв, - тихо ответила девушка.
  - Что!? Вы лжете, пожалуйста скажите что это не правда, - пораженно прошептал благородный лорд и лицо его исказилось гримасой боли.
  - Нет Гарольд, он был одержи демоном и Энжелу пришлось сразиться с ним, - так же стоя спиной к нему проговорила девушка, было слышно как тяжело ей дались эти слова, плечи предательски дрогнули.
  - Моя госпожа, этого не может быть, он был истинным потомком нашей семьи на вечно преданной свету, - не замечая страданий госпожи негодовал он и схватив ее за плечи развернул к себе, - кто это сделал я должен... - он осекся видя, что принцесса плачет, - госпожа...
  - Прости меня Гард, если бы я не втянула его в это путешествие он бы... он бы... - она зарыдала и уткнулась в грудь мужчине.
  - Моя госпожа, - медленно проговорил он, глядя ее по шелковистым волосам, - если вы не идете со мной, тогда я иду с вами, все равно от меня будет мало толку, если я вернусь один.
 
  Теперь они продолжили путь уже всемером, Гарольд все время был рядом с принцессой Элис и они постоянно о чем-то говорили, девушка даже немного отошла за разговорами от неприятных воспоминаний и теперь расспрашивала мужчину об родине, казалось все было нормально, но взгляды которые лорд Блейс бросал на Энжела тревожили юношу, так как в них тот читал ничего хорошего в ближайшем будущем для своей персоны, да еще ожил голос Элориена.
  "Смотри-ка это он в наглую уводит у нас принцессу, надо что-то делать"
  "Ты лучше подумай как бы он нам чего не отвел больно мне не нравится его взгляд, да еще какие-то странные у меня ощущения вроде бы я чувствую присутствие огромной силы, но в то же время не могу разобрать в ее природе"
  "да тебе лучше держаться от него подальше, он явно тебя недолюбливает, оно и понятно ты убил его родного, да еще и младшего брата. А насчет силы ты прав, я не чувствую тьмы, но он обладает огромной силой, единственное, что я могу предположить так это то, что он, являясь наследником древнего рода участвовавшего в последней войне, может вполне нести в себе силу своих предков великих воинов использовавших в бою не только свою силу, но и дух, вкладывая духовную энергию в свои сокрушительные удары"
  "да уж веселого мало, если он тоже окажется против нас"
  "Энж у тебя уже мания преследования начинается, успокойся и надейся на лучшее"
  "ага и иди на убой как послушный скот, лучше уж буду подозрительным, а то как мы только избавились от всех шпионов, так тут как тут появляется это рыцарь на белом коне."
  "ну и наследничек достался" - вздохнул Элориен и замолчал.
  Так они дошли до самых подножий гор и, свернув на север, двинулись вдоль неприступных отвесных скал. К вечеру они устроились на ночлег у горного родника выходившего прямо из цельной скалы. На этот раз на охоту вместе с Клесси пошла Пеленора и вскоре они вернулись с парой кроликов. Быстро темнело и все начали расходиться спать только новоприбывший Гарольд с принцессой все сидели у костра и о чем-то тихо разговаривали. Энжел тоже не спал и лежал, свернувшись калачиком устроившись по дальше от Клесси, которая уже негромко похрапывала в отдалении. Но вот принцесса отправилась спать, а лорд подождав, когда она заснет подошел к притворяющемуся юноше. Он бесцеремонно толкнул его в бок тяжелым сапогом, подкованным сталью.
  - Вставай я знаю, что ты не спишь, нам надо поговорить, - в его голосе звучала сталь.
  - о чем мне говорить с такой непочтительной особой вроде вас, которая не может держать в подчинении собственные ноги, - почему-то огрызнулся Энжел, даже и не думая вставать, этот человек был ему почему-то очень неприятен и он не собирался скрывать этого.
  Но тот, схватив юношу за шкирку, как котенка, поднял с земли в встряхнув так, что у того лязгнули зубы толкнул в сторону от костра, туда где сгущалась ночная тьма. Он прижал парня к какому-то дереву и смотря ему прямо в глаза заговорил шепотом в котором было столько ненависти, что Энжелу стало даже страшно, как бы он не вцепился в него зубами.
  - Слушай меня чертово отродье, я не знаю за что тебя так защищает госпожа, но знай когда все закончится я лично проткну твое черное сердце, слышишь грязный ублюдок и тебя не спасет не твоя темная кровь ни твои ебну.... ые голоса, знай я не ударю тебе в спину, но когда принцесса поймет свою ошибку слишком доверившись пророчеству и уверовав, что ты падаль и есть тот святой воин обладающий огромной силой. Она мне все рассказала и знай тварь она хоть жалеет тебя, держит рядом не потому что ей жалко такого выродка как ты, а потому что ей нужна твоя чертова сила и будь уверен я все сделаю чтобы доказать ей что ты всего лишь жалкая тварь и твоя сила ничтожна.
  Он швырнул Энжела на дерево, да так что тот осел, потирая ушибленный бок, и удалился спать. Он лег рядом с принцессой. А Энжел так и остался у дерева, не веря собственным ушам.
  "неужели она все рассказала этому... этому..."
  "а ты не подумал, что может быть он для нее очень близкий человек"
  "о чем это ты?"
  "а разве ты не видишь, как она на него смотрела"
  "к черту мне плевать кто он там для нее" - почему-то взбесился Энжел, но тут же весь как-то ослаб и сполз по стволу дерева на землю, - "нет мне не все равно, что-то, что-то в сердце, но как она могла все ему рассказать и его слова от том что она подобрала меня только из-за моей силы..."
  "не бери в голову"
  "но все же я чувствовал в его словах, что он не лжет"
  "поживем увидим, а сейчас тебе надо выспаться завтра будет трудный день"
  Но он так и не смог сомкнуть глаз и всю ночь просидел под кроной дерева, наблюдая как медленно проходит ночь и в голове его роились мрачные мысли.
 
  На следующее утро когда все только проснулись, он уже собирал седельную сумку.
  - Эй ты чего это так рано встал, - поинтересовалась у него Клесси, но всмотревшись в его лицо спросила, - ты что всю ночь не спал, что случилось?
  - Ничего, - коротко отрезал юноша и единым движением вскочил в седло, - просто не спалось, - он уловил на себе острый как нож взгляд Гарольда.
  Клесси поняв, что он не в настроении и перехватив взгляд Гарольда, решила отложить разговор и молча села позади юноши и, обхватив его за талию, прижалась к нему. Но Энжел никак не отреагировал, а просто двинул коня в перед за Тормином.
  Который заметив мрачное настроение парня, вопросительно кивнул Клесси, но та только пожала плечами.
  Так и прошел весь день в тяжелом молчании, прерываемый редкими фразами. Только Гарольд и принцесса Элис беззаботно болтали о чем-то между собой. К Полудню они добрались до входа в сеть туннелей, это была огромное прямоугольной формы отверстие в цельной скале, закрытое монолитными плитами ворот, но Тормин подошел к ним и прошептавши какие-то слова на знакомом только Орни языке, и легонько ударил острием меча по едва различимому выступу, украшенному неприметной руной, бесшумно монолитные плиты разошлись в стороны. Они начали заготавливать дрова и факелы для прохода этими подземными путями и тут Клесси которой надоело это угрюмое молчание, решила хоть как то его разрушить его.
  - Эй Тормин, а как ты собираешься провести нас этими туннелями там же наверное тысячи ответвлений мы же там заплутаем как ребенок в лесу.
  Но ответил ей Энжел, голос которого стал бесцветен и казалось ему было глубоко наплевать на все окружающее.
  - Этими проходами пользовались во время воин рассвета люди для быстрой переброски войск и так как Тормин был, как я понимаю одним из командующих то он должен знать эти туннели очень хорошо.
  - Ааа, - протянула девушка полуэльф, - понятно... Энжел все-таки скажи, что случилось ты сам не свой это из-за Гарольда, - юноша вздрогнул и отвернулся. Клесси все поняв решительно направилась к тому в это время нагружающему лошадь хворостом вместе с принцессой.
  - что ты сказал ему, - крикнула она в точеное лицо лорда, - кто дал тебе право только войти в наш отряд и уже говорить Энжелу всякие гадости.
  - Клесси остановись, - начал было юноша, но та не слушала и испепеляюще смотрела на Гарольда рядом стояла недоумевающая Элис.
  - Что случилось, - спросила подошедшая Орни.
  - Из-за этого урода Энжел всю ночь не спал и сейчас сам не свой...
  - Поосторожней в выражениях юная леди перед вами не раб какой-то, - он сделал особенно ударение на слово раб напоминая, откуда вытащили юношу.
  - Мне плевать кем ты себя возомнил и Энжел не раб он член нашего отряда и не раз доказал, что достоин быть вместе с нами и каждый из нас обязан ему если и не жизнью, то здоровьем это уж точно...
  - Ты всего лишь влюбленная девчонка, которая замечает только хорошее и не видит все черноты его натуры...
  - А что если даже и так, - она залилась краской, но не отвела пылающего взгляда, - что ты ему сказал...
  - Всего лишь правду.
  - О чем? - не унималась девушка.
  - О том что он всего лишь инструмент необходимый госпоже чтобы спасти свое королевство, о том что ей приходится терпеть такое ничтожество рядом с собой...
  - как ты могла, - Клесси посмотрела на потупившуюся принцессу, но та отвела взгляд.
  - я не это хотела сказать, он не правильно меня понял я... я... - пыталась оправдаться Элис.
  - Хватить, - крикнул Энжел перехватив занесенную для пощечины руку Клесси, его голос казалось налился силой, - хватит, я всегда знал, что люди вероломны и ты наследница Дироса родоначальника дома Элендрил-Марвол , я знал твоего предка и поверь мне не с лучшей стороны, так что мне плевать за кого вы меня считаете я просто плачу по счетам, вы спасли меня от рабства и я буду всегда рядом с вами пока вы сами не прогоните меня и я не жду от вас лучшего отношения, - он отпустил Клесси и развернувшись спиной к ним пошел догружать свою лошадь.
  - Ты мне больше не госпожа и не смей называть меня своим другом хотя может ты и меня считаешь всего лишь своей рабыней? - бросила в лицо Элис девушка полуэльф и тоже отошла.
  Тормин, Орни и Пеленора наблюдавшие эту сцену молчали, не зная, что и сказать.
  Когда последние приготовления были окончены отряд в мрачном молчании, ведя за собой лошадей, двинулся в темный зев. После сотни шагов туннель резко свернул в сторону и последние лучи дневного светила исчезли за следующим поворотом. Зажгли факелы осветив просторный с множеством ответвлений коридор вымощенный огромными восьмиугольными плитами со странным орнаментом сохранившимся с далеких времен. Тормин вел их в перед ориентируясь по только ему знакомым приметам и указателям. Пройдя множеством похожих друг на друга коридоров, как можно было понять по времени пути, к вечеру они вышли в просторную залу, даже скорее пещеру, в доброю лигу протяженностью с множеством мест под кострище у стен и специальными дымовыми ответвлениям в них же.
  - Здесь солдаты отдыхали после долгого перехода, - пояснил Тормин своим спутникам и только Энжел уже расстилал свою куртку у одной из стен и ложился спать, но перед этим он коротко бросил:
  - Тормин лучше было бы выставить часовых я чувствую странный запах возможно тот оборотень был прав и здесь действительно появились орки.
  - Ух ты рабы разговаривать умеют, а я думал, что они только и способ на то что нечленораздельно мычать, - выгнул бровь Гарольд, но на этот раз Тормин с размаху отвесил тому затрещину.
  - Запомни мой бывший ученик ты слишком зарываешься или хочешь скрестить клинки тогда я покажу, что учитель еще на многое способен...
  - Хватит, - встала между ними Элис, - Тормин успокойся он имеет право на гнев разве ты не понимаешь...
  - Нет не понимаю и ни когда не пойму куда делась моя несмотря на возраст очень мудрая и целеустремленная госпожа, я буду первым потом ты Энж, Пеленора, Клесси Орни твоя очередь последней, - сказал старый мечник и отошел в сторону.
  - А как же мы спросила Элис стоящая рядом с побагровевшим Гарольдом, - мы то же можем...
  - У господ всегда есть чем заняться, - отрезал старый мечник.
  Ночь прошла тихо, но Энжел опять так и не сомкнул глаз, темные мысли терзали его, отношения в отряде становились все напряженнее. Предполагаемым утром в этом царстве вечной тьмы все снова двинулись в путь, благо Клесси в неверном свете факелов не заметила, как заострились черты лица юноши из-за еще одной бессонной ночи. Когда по едва заметным знакам Тормин понял, что выход уже близко, чувство опасности юноши вспыхнуло в нем неистовым огнем, за секунду до беды он успел прокричать:
  - К оружию, - предупредив остальных, когда со всех сторон на них хлынули орки.
  - В круг, - закричал Тормин, сразив первого орка, - хворост разведите огонь, Орни...
  Но та уже посылала огненный шар в скопление врагов трое из которых рухнули на месте еще около пяти заметались по земле в бесполезной попытке сбить магическое пламя. Развели костер, запалили факелы. Но противники все прибывали.
  - На коней нужно прорываться, - закричал Тормин, но тут огромный орк с кривым ятаганом прорвался сквозь Пеленору и Клесси и ринулся на принцессу, которая бессильно закрылась руками, в то же момент Энжел оказался у него на пути и занес меч в смертельном ударе, когда его в спину ударили эфесом тяжелого меча, это был Гарольд отшвырнув юношу со словами: "с дороги тварь" он получил мощней удар в грудь и если бы не доспех то был бы прорублен на сквозь, но в следующий момент он уже обезглавил порождение тьмы. Они взобрались на коней и тогда Орни долго ворожившая какое-то заклинание наконец пришпорила коня и ринулась в самую гущу противников вспыхнула ослепительная вспышка и твари на мгновение в слепом ужасе смешались этого хватило, чтобы отряд смог прорваться. В центре скакали Гарольд и поддерживающая его Элис, Энжел с Клесси и Пеленорой замыкали процессию. Вот впереди показался дневной свет они приближались к выходу, но преследователи не отставали. Когда он вырвались на свет и до рези щурили ослепленные глаза, пытаясь понять, где они оказались. Когда глаза еле как разобрали что они находятся на широком выступе, но с него вела вниз, по склону ущелья на дне которого бурлила горная река, узенькая тропка. Шум погони нарастал.
  - Орни, - окликнул Тормин напарницу, но та была еще не готова была колдовать после того как использовала столь мощное заклинание, - черт скорее...
  Но было уже поздно первые орки появились из широкого зева подземного прохода, Клесси натянула тетиву, Пеленора по удобнее перехватила меч. Но тут неожиданно для всех в перед вырвался Энжел он бежал навстречу первым врагам и меч его был в ножнах.
  - Сумасшедший. Что он делает.. - прокричал Тормин, а Клесси было рванулась следом но Пеленора удержала ее.
  Юноша остановился в десятке шагов от первых орков и в руках его пылало маленькое солнце и он швырнул его в темный проход произошла ослепительная вспышка, потом грохот обрушивающегося каменного потолка оглушил всех и клубы каменой пыли заволокли все вокруг. Когда они начали рассеиваться то все увидели как юноша медленно идет к ним, Клесси облегченно вздохнула, но тут из клубов пыли позади юноши возникла уродливая фигура орка и стрела Клесси опоздала, сразив противника уже после того как он наискось ударил юношу в спину. Энжел дернулся и упал на колено, камни под ним окрасились кровью.
  Но тут послышался девичий вскрик и все обернувшись увидели, что странное черное существо в полтора человеческих роста захватило принцессу я рядом лежал бесчувственный Гарольд.
  - Вот мы и встретились вновь, светлый или один из тринадцати истинных, - изрекло существо голосом громом, отразившимся в окружающих скалах.
  - Да уж не ожидал встретить тебя здесь третий потомок первого слуги, похоже учесть твоего брата тебя ничему не научила, - ответил юноша с трудом поднимаясь с колена.
  - Да уж прямо-таки? - сказало существо и дико заржало все кроме Энжела закрыли уши руками.
  - Да уж чего-чего, а голос у тебя не отнимешь ведь именно им ты обращал воинов в бегство, да уж жаль на большее ты и не способен, - презрительно бросил Энжел, - что ты хочешь от меня.
  - А ты я вижу быстро освоился с этим телом, ну что ж хорошо, я хочу чтобы ты отрекся от своей силы и запечатал ее.
  - Разве такое возможно? - спросил юноша скорее Элориена чем это исчадье ада
  - да.
  "да " - одновременно с ним ответил Элориен.
  - ну что ж я согласен, - нераздумывая ответил юноша.
  "одумайся, что ты делаешь"
  - я твой хозяин и ты должен подчиниться - сказал вслух юноша своему второму я.
  "но..."
  - я обещал этой девушке, что несмотря ни на что я буду защищать ее пока она не прогонит меня или я сам не погибну, - сказал юноша, - дай мне слово, что отпустишь их и не будешь им мешать.
  - Клянусь, всемилостивой Альмой, - голос лорда ада разрывался от еле сдерживаемого смеха.
  - Элориен...
  "хорошо" - тихо ответил его могущественный покровитель.
  Ослепительный свет залил уступ и сокрушительная невидимая волна прижала всех к земле. Когда свет исчез, юноша обессилено рухнул на камни.
  - Вот и хорошо, я больше не чувствую присутствия твоей силы, я несмотря ни на что все-таки сдержу обещание, - сказал демон и отшвырнул принцессу в сторону, - прощай заклятый враг, ха-ха-ха, - он залился сатонинским смехом и исчез в резком порыве ветра.
  - Энжел, - Клесси бросилась к юноше, но тот из последних сил поднялся и прошел мимо нее к Элис, лежавшей около края уступа в низу гремела река.
  Он подошел к ней и упав на одно колено склонил голову. Девушка плакала, но только сейчас Энжел понял, что это не из-за него, а из-за потерянной возможности свершить судьбу своего королевства, исполнив пророчество.
  - Госпожа извините меня я не мог поступить иначе, - он поднял взгляд и увидел что глаза девушки полны ненависти и странный кулон висит на шее источая слабое багровое сияние.
  "усилитель" - подумал юноша - "он превращает малейшие негативные мысли в самую настоящую ненависть..." - но тут оглушительная затрещина прекратила ход его мыслей.
  - отойди от меня мразь, я не хочу больше видеть твою наглую бесстыжую морду, - все вздрогнули не понимая, как их госпожа вообще могла произнести такое, только Энжел был спокоен и смотрел в полные ненависти глаза.
  - как пожелается моя госпожа, как понимаю теперь я свободен.
  - Да можешь катиться на все четыре стороны... - но в следующее мгновение юноша оказался прямо перед ней и одним движением сорвал заклятый кулон с ее шеи и швырнул вниз в бурлящие воды.
  - Как пожелаете, - он тяжело поднялся и повернувшись лицом к товарищам сделал один неосторожный шаг назад, - прощайте, Клесси храни свою госпожу...
  в мгновение он исчез, упав с края уступа в бурлящую реку. Последними его мыслями были: "все таки усилитель только усилил потаенные мысли и желания, она достойна своего славного предка..."
  - ЭНЖЕЛ! - это кричала Клесси, бросившаяся к краю, но было поздно и она рухнула на колени у самого края, Пеленора тихо осела на землю, Орни уткнулась в плечо Тормина.
  - Энжел, нет, Энжел, что я натворила, - одними губами произнесла принцесса с которой спало влияние темного талисмана. Она поднялась на ноги и перешагнув через бессознательное тело Гарольда подошла к девушке полуэльфу и опустившись рядом обняла за плечи, та дернулась, но Элис только сильнее прижала ее к себе, по щекам принцессы текли слезы, - прости меня Клес, я... это я недостойна вас... и Энжел сделал мне свое последнее одолжение ...
  Клесси зарыдала на груди госпожи, в голове у которой звучал голос оракула:
  "ГЛУПАЯ, ГЛУПАЯ ДЕВОЧКА ТЕПЕРЬ ИДИ Я БОЛЬШЕ НЕ МОГУ ВИДЕТЬ ТВОЕГО БУДУЩЕГО".
 
  11.
 
  Бурные воды долго играли бесчувственным телом шестнадцатилетнего юноши, бросая его на один за одним пороги, скалистые стены каньона и острые камни торчащие из тела горной реки. Но вот горы расступились и течение хотя и осталось очень быстрым, но стало спокойным и размерено понесло свои воды по огромным просторам степей небольшого королевства, граничащего на западе с Вольной Областью и с Громовыми нагорьями и Темным лесом на юго-западе. Одному только творцу известно, какие силы хранили юношу в этой смертельной круговерти горной реки, но все же течение вынесло на пологий песчаный берег бесчувственное тело.
  Он долго лежал на спине обессиленный и смертельно уставший. В голове, казалось, был вязкий туман. Все его попытки вспомнить хоть что-нибудь разбивались о неприступные стены беспамятства. И только одна мысль билась загнанным зверем в его сознании: "почему я еще жив? Неужели единый творец настолько возненавидел меня, что отказывает в смерти!". Он не понимал, откуда шли эти мысли, да и не хотел понимать, хотелось только одного, чтобы его конец пришел быстрее и костлявая сопроводила его в вечное царство, даровав навеки покой. Но наперекор всему и вся, уже затухающим сознанием до него донеслась чья-то легкая поступь.
 
  ***
 
  В небольшом двухэтажном доме, за кухонным столом суетилась маленькая девочка Кайлин, готовя небогатую пищу. Ей было всего двенадцать лет, но она уже жила одна в отчем доме. Кайлин была сиротой ее отец, подрабатывающий наемником для
  охраны караванов год назад вместе с сыном погиб в очередном конвое, убитый
  неизвестными лихими людьми напавшими на обоз который он подрядил охранять. Весть об этом достигла родных только через полгода, когда мать девочки уже ждала третьего ребенка, но получив роковую весть, она потеряла плод, а через месяц и сама отправилась по ту сторону мира и вот уже полгода, как Кайлин одна жила в этом пустом доме, хозяйства не было так как всю дворовую живность забрали сборщики налогов и чтобы хоть как-то выжить она была вынуждена пойти работать в городской трактир помогать на кухне. Но там к ней относились как к бесплатной рабсиле так как не было того, кто мог замолвить слово за девочку, только одна молодая девушка Милли хорошо относилась к ей и всегда помогала. Вчера из-за какого-то пустяка девочке устроили сильную взбучку, только чтобы не платить ей те жалкие гроши, которые она получала, и в память об этом на ее правой щеке отливал лиловым обширный кровоподтек.
  Раздался скрип не закрытой входной двери и звонкий голос Милли разнесся по дому.
  - Эй, Кайлин ты дома? я вхожу.
  - Тише, - шикнула на подругу девочка вынырнув с кухни.
  - Чего? - недоумевающее протянула девушка, - ты что? У тебя гости?
  - Нет, братик спит.
  - Чего! - воскликнула Милли, - в смысле, как... кто... не поняла... ты меня разыгрываешь?
  - Нет, - спокойно ответила та.
  - Кай с того света не возвращаются, - тихо сказала гостья, - что произошло?
  - Нет, говорю же братик вернулся, - стояла на своем юная хозяйка.
  - Ладно и где же он?
  - Я же говорю он спит на верху.
  - А...
  - Только тихо, - ответила на незаданный вопрос Кайлин.
  Они медленно, стараясь не шуметь, поднялись на верх и девочка осторожно отворила одну из комнат в которой раньше жил старший брат. Там на небольшой кровати лежал беловолосый юноша весь замотанный в холстину, кое-где набухшую алым. Он спал, но казалось что его мучают кошмары, дыхание было неровным и отрывистым, веки беспокойно подрагивали, а сбитые пальцы намертво вцепились в простыню. Кайлин тихо подошла к постели и села рядом положив свою ладошку на руку юноше. Ему сразу же стало легче он разжал сцепившиеся пальцы, дыхание выровнялось. Милли, знавшая семью девочки, знала и ее брата, да ему сейчас было бы столько же и у него были светлые волосы, да и сложен он был примерно так же. "Но у него были не белые волосы, да и черты лица не столь утонченные он был сыном домохозяйки и ветерана-мечника, здесь же видна благородная кровь и несмотря на все ушибы и ссадины его лицо хранило отпечаток красоты и неземной печали" - в сердце девушки что-то шевельнулось, странно чувство защищенности и спокойствия исходило от этого юноши.
  - Кайлин, где ты его нашла? - спросила она, когда они спустились на кухню.
  - У реки неподалеку от дома, он лежал израненный на берегу.
  - Но с чего ты взяла что он твой брат, ведь это не так ты же сама знаешь, он не может им быть.
  - Почему? Я буду заботиться о нем. - настаивала на своем Кайлин.
  - А вдруг он... ну ты только посмотри на его раны, - не отступала Милли.
  - Ну и что? А чувствую что он хороший человек, - и помолчав тихо добавила опустив предательски дрогнувшие глаза, - ты не знаешь каково это быть одной на все белом свете.
  Милли обняла девочку за плечи, она понимала, насколько тяжело было ее подруге, на четыре года младшее ее, остаться одной без какой-либо поддержки и не испугаться, а продолжить жить, упрямо глядя в следующий день.
  - Ну хорошо, успокойся, пусть будет так, я знаю твое сердце тебе не соврет, но все же кто он?
  - Он мой брат, - отрезала Кайлин.
  - Ну а имя у него хоть есть?
  - Имя? Ну я...
  - Энжел, кажется меня так звали в последний раз, - к ним спускался юноша тяжело опираясь на перила лестницы.
  - Братик ты наконец проснулся, - вскрикнула девочка и бросилась к нему, - почему ты встал ты еще очень слаб, - уже назидательным тоном отчитывала его девчушка.
  - Кто ты и как ты оказался на берегу реки в таком состоянии? - спросила в лоб того Милли.
  - Я не помню, - просто ответил юноша.
  - И куда теперь ты пойдешь? - не обращая на упрек во взгляде Кайлин продолжила девушка.
  - Не знаю, я чужд этому миру и мне некуда идти меня никто не ждет.
  - Откуда ты это знаешь, если ничего не помнишь? - не унималась Милли.
  - Не знаю, просто чувствую это и именно по этому я хотел умереть тогда на берегу.
  - А что теперь?
  - Теперь я должен хотя бы отблагодарить мою спасительницу, - ласковый взгляд юноши упал на Кайлин, - у меня нет ничего, но я сделаю все, что ты попросишь.
  - Это... - начала было девушка, но Кайлин опередила ее, она прижалась к Энжелу и тихо проговорила:
  - Пожалуйста, будь моим братиком, прошу тебя, - она подняла полные слез глаза и с мольбою всмотрелась в разноцветные глаза юноши.
  - Так оно и будет, сестренка, - ответил Энжел и утер ее слезы, - прошу не плачь, я все сделаю, чтобы тебе больше не пришлось плакать.
 
  ***
  Неделю Энжел креп и помогал Кайлин по хозяйству. За это время он подлатал пришедший в упадок без хозяина дом. Его раны быстро заживали и через пару дней от них не осталось и следа, только ужасная рана на груди так и не хотела исчезать и хотя девушки беспокоились на этот счет и все время хотели сводить его к лекарю, тот просто отнекивался и находил себе работу, чтобы потянуть время. Так как никакого хозяйства не было, то они питались скудными припасами которые остались в доме и тем, что приносила Милли из своего дома или того, что ей удавалось прихватить в трактире. Кайлин больше не возвращалась на работу, но, окрепнув, Энжел нашел в чулане охотничий лук ее отца и на целый день пропал, сказав, что идет охотиться. Девочка сильно волновалась, но к вечеру парень вернулся с парой подбитых птиц и двумя зайцами. Они устроили настоящий праздник и наконец-то наелись до отвала. Так размеренно и тихо шли дни. Энжел ничего не мог вспомнить, но он и не хотел этого, ему очень нравилась такая мирная жизнь и он просто жил ради Кайлин, стараясь сделать ее жизнь по-настоящему счастливой. И ему это удавалось, Кайлин стала больше улыбаться, чего не могла не заметить Милли и ее сомнения насчет юноши окончательно развеялись. Странный клинок который был с юношей когда его нашла Кайлин спрятали по дальше в чулан и так как их дом располагался далеко от города Троивин, то соседей у них не было и никто не задавал странных вопросов.
 
  Но прошла неделя, закончился месяц и в один холодный осенний день, когда Энжел занимался внутренними рамами, готовя дом к зиме, а Кайлин суетилась во дворе, он услышал крик девочки. Молнией сорвавшись с места он вылетел во входные двери и увидел, что на дворе стоят двое мужчин, один здоровяк под два метра в кожаном доспехе держит Кайлин за шиворот и что-то ей в грубой форме объясняет, второй же невысокий в каком-то формальном кителе стоит рядом и наблюдает.
  - Отпусти сестру, - тихо но не без стали в голосе сказал юноша направляясь к этой парочке.
  - А ты еще кто такой? - удивился здоровяк, даже не думая отпускать Кайлин.
  - Я сказал отпусти сестру... - Энжел еще не успел договорить, как его кулак с размаху впечатался в лицо здоровяка, удар был настолько сильным, что тот отпустив Кайлин отлетел на несколько метров перекувыркнулся и затих на земле в полном ауте. В следующий момент второй попытался схватить юношу сзади, но тот развернувшись легко перехватил его руку и вывернул ее так, что захрустели суставы.
  - Кто вы такие и что вам надо, - спросил Энжел и сильнее скрутил руку.
  - Налогосборщики, - шипя от боли ответил мужчина, - а ты сам кто такой, и какого хрена, ее отец так и выкупил эту землю, а значит она ее арендует и должна ее либо выкупить, либо платить налоги наместнику...
  Энжел еще сильнее вывернул руку и когда, та обещала уже сломаться отпустил и отбросил от себя чиновника, который плюхнулся мешком на землю.
  - Это не значит что вы можете так нагло обращаться с моей сестрой.
  - А мне вообще плевать она должна заплатить либо выметаться, - огрызнулся тот потирая больную руку и косясь на бесчувственное тело напарника отдыхающего в паре метров в стороне, - и если ты ее брат, то тоже должен убираться от сюда, а иначе я вернусь, но уже со стражей, - злобно смотря на юношу сказал налогосборщик.
  - у нас нет никаких сбережений, - медленно в раздумье проговорил Энжел, но потом схватив чиновника за шиворот и поднял с земли, - где я могу достать деньги, - медленно и с расстановкой сказал юноша и в его глазах засветились недобрые огоньки, не предвещавшие ничего хорошего объекту их внимания.
  - эй погоди, ты чего, - это явно подействовало, - если тебе нужны деньги, то каждую неделю в Кабаньей голове происходят бои, там хорошие ставки, сегодня тоже будет бой и ты можешь...
  Энжел отпустил беднягу и тот опять осел на землю, тот что был рядом начал подавать признаки жизни.
  - Хорошо, а теперь убирайтесь отсюда, завтра я выкуплю эту землю.
  - конечно-конечно, выигрыша хватит на то чтобы купить целый дом, но знай и на тебя там найдется управа, - злобно прошипел мужчина и потащил прочь очнувшегося напарника.
  - Братик ты не должен драться, - сказала до этого молчавшая в сторонке Кайлин.
  - У нас нет выбора иначе они отберут у тебя отчий дом, а ты же не хочешь этого.
  - Но...
  - Не бойся, я чувствую все будет в порядке, только я не знаю, где вообще находится город и этот трактир в частности, так что придется тебе побыть моим проводником, - улыбнулся юноша.
  - Хорошо, - в ответ ему улыбнулась девочка.
 
  Вскоре пришла Милли и узнав последние новости, сразу стала серьезной.
  - Ты хоть понимаешь, что это значит, это бои без правил, там и убить могут, это тебе не громилу Торма вынести, там бойцы со всего округа и больше, у тебя просто нет шансов, уж я-то знаю я там работаю.
  - не накаркай, все будет нормально, - отмахнулся юноша.
  Вечером вдвоем с Кайлин он отправился в город, Милли ушла раньше сегодня была ее смена работать. Трактир находился в центре. Это оказалось огромное здание, вся площадь вокруг которого была залита светом, в нутрии него было много народа, но сегодня в центре просторной залы был устроен небольшой помост, вокруг которого сгрудилась довольно большая толпа. Они что-то кричали, там сейчас шел очередной бой, но вот толпа взвыла и затихла, а с ринга, проталкиваясь, понесли тело какого-то бедняги, бросив на него короткий взгляд Энжел определил, что у того был сломан хребет.
  "мда уж веселого мало" - подумал он, когда в его руку вцепилась Кайлин.
  - Братик пойдем отсюда, ты не должен драться из-за меня, - она с опаской смотрела на беднягу со сломанной спиной, которого потащили к ближайшему лекарю. Тут к ним подошла Милли, разносившая выпивку.
  - Ну что убедился? - спросила она, а на ринге глашатай уже во всю глотку старался зазывая нового бойца:
  - Подходите-подходите, сегодня у нас небывалый приз тысяча золотых, тому кто бросит вызов судьбе и рискнет сразится с непобедимым, несокрушимым победителем десяти недель подряд Бешенным псом Никсом...
  - Сколько нам нужно заплатить за дом, чтобы выкупить его, - спросил Энжел Кайлин.
  - Семьсот золотых, но братик прошу тебя не надо у нас нет денег на лекаря, чтобы вылечить тебя, если... - в краешках глаз девочки стояли слезы.
  - Успокойся и подожди меня здесь - улыбнулся ей юноша и пошел к рингу.
  - Ну же храбрые искатели острых ощущений испытайте себя и судьба вас не обманет, ну кто хочет сразиться за награду, только подумайте тысяча золотых, - надрывался низенький мужичек на арене заманивая нового бойца, но никто как-то не спешил помня предыдущего бедолагу, в одном из углов этого импровизированного ринга стоял здоровенный детина с косой саженью в плечах, он стоял скучая оглядывая толпу и поигрывая безупречным рельефом мышц.
  - Я хочу испытать судьбу, - сказал Энжел протолкавшийся через ряды зевак и вступивший в круг ринга. Со всех сторон тут же раздался смех
  - Ха-ха-ха, ты!? - спросил глашатай, - мальчик мой, а ты в своем уме?
  - Кажется здесь приглашают всех желающих? - невозмутимо ответил юноша.
  - Но не таких сопляков как ты, - кто-то из зевак попытался толкнуть парня и через секунду уже корчился на полу со сломанной рукой.
  - Ах ты ... - хотели было уже наброситься еще несколько зевак, как зазывало получив какой-то знак тут же заговорил.
  - Ну что ж юный боец видно ты не прост ну что ж рискни, но надеюсь у тебя есть знакомый лекарь...
  Энжел вышел на ринг, напротив него встал громила. Не зная, почему но тело юноши само приняло боевую стойку.
  - Начнете с удара гонга, и правило одно, нет никаких правил.
  Зазывало только замахнулся молоточком над гонгом, когда громила ринулся вперед и одним ударом в висок, отослал юношу в другой конец ринга. Энжел рухнул на дощатый пол по виску стекала струйка крови.
  - Братик, - закричала Кайлин тоже протолкавшаяся к рингу но ее к нему не пустили стоявшие рядом зеваки.
  - Ха вот и сдулся, - сказал зазывало, но тут юноша стал подниматься на ноги.
  - Тебе че мало так я добавлю, - пробасил громила и пошел на парня.
  Энжел встал, его шатало, удар был очень сильным и он не понимал как вообще не потерял сознание.
  "Это надо заканчивать" - подумал он и в тот же миг в его голову хлынули воспоминания о странных искусства неизвестных народов, он не знал откуда у него эти знания. Но ему было сейчас не до этого. Он снова принял стойку и сконцентрировался. Громила снова ударил на этот раз целясь в лицо, но его удар ушел в пустоту. Энжел поднырнув под руку противника оказался у того за спиной и упершись ногами в пол ударил раскрытой ладонью в спину промеж лопаток здоровяку, невидимая волна прошла сквозь тело противника, он замер и через мгновение завалился на пол изо рта хлынула кровь. Толпа замолчала, а потом взорвалась ликованием.
  - Смотрите у нас новый победитель и вот его награда, - зазывало протянул юноше небольшой мешочек с золотом.
  - Что это?
  - Твой выигрыш, - тихо прошипел мужичек, - забирай и убирайся...
  Но он не договорил, Энжел одной рукой схватил того за горло так, что еще чуть-чуть и он бы размозжил тому трахею, и оторвал от пола.
  - Ты кажется не понял где мой выигрыш, - тихо но со сталью в голосе проговорил юноша и мужичек бесполезно пытаясь освободиться достал из под кителя другой увесистый мешок с золотом и протянул его Энжелу, - то-то же, - прокомментировал юноша и развернувшись пошел через расступившуюся толпу, - пожалуй я еще зайду на следующей неделе...
  Со всех сторон на него сыпалась похвала, его дружески хлопали по плечу и приглашали вместе выпить за ближайшим столиком, но он вежливо отказывался и все время высматривал в толпе Кайлин, которая куда-то запропастилась. Ее нигде не было, но когда он вышел из толпы зевак, то увидел как какой-то жирный мужик в засаленном фартуке таскает его сестренку за ухо и что-то ей кричит. Юноша больше не медля ни секунду в мгновение оказался около них и схватив жирдяя за руку которой он держал ухо девочки вывернул ее до малоприятного хруста, что означало как минимум перелом, и когда тот отпустил сестренку ударил прямой ногой тому в грудь. Мужлан отлетел на добрый десяток метров и ударившись об стойку перевалился через нее.
  - Ты че совсем охренел, это ж хозяин трактира, - взревели сразу несколько человек вокруг и бросились на юношу, но через мгновение все уже отдыхали на полу в полном ауте.
  Энжел подошел к Кайлин посмотрел на ее распухшее ушко, вздохнул и достал из мешка с наградой золотой.
  - На приложи, легче будет, - сказал он, - и что здесь блин произошло? - вопросительно поднял бровь юноша.
  - Это хозяин трактира, неделю назад он из-за какого-то пустяка устроил мне взбучку и когда он схватился за какую-то скалку, то я ударила его и убежала, а сегодня он схватил меня как только увидел и хотел снова избить.
  - Ну вы батенька и свинья, - обратился Энжел к толстяку, боязливо выглянувшему из-за стоики, и в мгновение ока оказался около него схватил за шиворот и поднял как нашкодившего котенка, тот что-то взвизгнул на счет стражи но это ему явно не помогло, так как половина городской стражи сейчас заблаговременно отдыхало на полу трактира успокоенная ранее, - послушай меня урод если ты хоть еще раз просто косо посмотришь на мою сестру то я тебе... - и юноша склонившись к самому уху бедолаги что-то тихо прошептал, от чего хозяин трактира побледнел и как-то сразу весь обмяк и задрожал, - Ну ты меня понял.
  - Д-д-да, - сквозь стук в зубах поговорил трактирщик.
  - Ну вот и хорошо, а теперь прощай не кашляй, - Энжел похлопал его по больному плечу и развернувшись пошел прочь из трактира заблаговременно подхватив под руку Кайлин.
  Когда они отошли подальше Энжел привалился к стене одного из домов, в голове гудело перед глазами все плыло.
  - Братик, что с тобой? - обеспокоено спросила Кайлин.
  - Ничего просто сильно устал, - сказал он, - лучше помоги-ка мне, а то что-то ноги меня плохо слушаются, завтра мы выкупим наш дом и пойдем по магазинам, - улыбнулся он осторожно опираясь на хрупкое плечо девочки.
  - И все-таки не стоило тебе из-за меня драться, - пробурчала Кайлин.
  - Еще как стоило, ты единственный человек который держит меня в этом мире, сестренка и я не позволю тебя обижать. Помнишь я же обещал что больше не позволю тебе плакать, - он взял ее за подбородок и подняв лицо всмотрелся в ее глаза в краешках глаз которых снова были слезы, он утер их, - Ладно пошли домой рёва, а то уже слишком поздно.
  - Сам ты рёва, - пробурчала Кайлин помогая ему идти, но все же слезы исчезли и она весело зашагала домой.
 
  На следующий день они пошли в город и в магистрате выкупили землю и дом. Потом они пошли на рынок и закупились продуктами. Кайлин уже хотела идти домой, но Энжел подхватив ее за талию, так как она отчаянно упиралась, затащил ее к портнихе, где ей подобрали пару милых платьиц, пальто и новые аккуратненькие полусапожки. Себе же Энжел купил хороший черный плащ с меховой подкладкой, добротные штаны из очень прочного материала и просторную черную рубаху с манжетами. После всех покупок у них еще ось немного золота. На обратном пути Кайлин уже щеголяла в новой одежке и когда они зашли к Милли, чтобы пригласить ее на ужин, та не сразу узнала подругу.
  Вечером, когда после ужина убрали со стола, Кайлин почему-то сразу пошла спать, сказав, чтобы Энжел проводил Милли до города и на подозрительный взгляд обоих лишь показала язычок и убежала в свою комнату.
  - Вот чертовка и что она задумала, - задумчиво протянул Энжел.
  - Не знаю, но во всяком случае провожать меня не надо и сама как-нибудь доберусь не впервой, - ответила Милли и направилась к двери.
  - Да ну ладно если ты так хочешь... - но тут с верху послышался голос.
  - Братик, ты обещал что будешь меня слушаться.
  - Чертовка, - пробормотал юноша и влез в сапоги.
  Было уже начало зимы и ночи стали очень холодные. По заросшей дороге шли молча юноша с девушкой. Милли несмотря на все старания не показывать что ей холодно, дрожала под порывами ветра.
  - Ты совсем замерзла, - только заметил Энжел, казалось, он витал где-то в своих мыслях, - боже какой я бестактный, - сказал он и обнял девушку за плечи, та перестала дрожать и прижалась к юноше.
  - Послушай Энжел.
  - Что.
  - Ты ведь когда-нибудь все-таки вспомнишь кем ты был?
  - Возможно, но всему я предпочту спокойную жизнь здесь да и Кайлин сестренка еще такая маленькая и я ни за что не брошу ее, она такая беспомощная хотя и хочет выглядеть сильной. У меня нет памяти и я не помню своего прошлого, но я хочу создать здесь свое настоящее... - он осекся услышав тихий всхлип, - ой, Милли извини я сказал что-то не так?
  - Нет, просто рядом с тобой я чувствую себя так хорошо и спокойно, что завидую Кайлин из-за того, что она нашла тебя первой, если бы... нет... не стоит об этом задумываться, - оборвала себя девушка, но потом все же продолжила, - Энжел... ты... ты мне очень нравишься и... я..., - вконец смутившись она замолчала.
  Энжел долго молчал и некоторое время они шли молча впереди показались огоньки приближающейся окраины города, но после заговорил тихим грустным голосом в котором слышались нотки прожитой вечности, как будто рядом с девушкой шел не молодой статный юноша, а глубокий старик.
  - Милли ты хорошая девушка и я чувствую, что ты еще встретишь того кто станет для тебя единственным, но я, я чувствую, что внутри меня есть что-то ужасное, что когда-нибудь может вырваться наружу и тогда в таверне я вспомнил, странное искусство которое явно было предназначено не для защиты, а для убийства быстрого и беспощадного и я еле сдержал себя чтобы не заступить за грань, - его глаза потемнели и казалось смотрели куда-то внутрь.
  - Но как же. Ты такой добрый, я чувствую что ты не способен без причины обидеть человека, ты...
  - Не стоит, - оборвал ее юноша и приложил палец к ее губам, - я никогда не позволю причинить боль тебе или Кайлин, но все же так будет лучше, не знаю возможно когда-нибудь я избавлюсь от этого груза, но пока так будет лучше, - уже начались окраины и впереди завиднелся дом Милли, - вот мы и пришли мне пожалуй надо возвращаться, а то сестренка будет волноваться, ну до свидания...
  Он не успел договорит, как девушка прижалась к нему и поцеловала его в губы, потом отстранилась и побежала к дому на ходу крикнув:
  - Я буду ждать...
 
  Теперь каждую неделю Энжел с сестренкой ходили в город на очередные бои и хотя Кайлин не одобряла этого стремления юноши, он всегда выигрывал теперь отделываясь парой ссадин. Вместе с работой по дому Энжел теперь каждый день проводил в изнуряющих тренировках оттачивая боевые навыки всплывавшие в голове и с каждым днем его умения повышались. Был декабрь и год близился к концу и поэтому поводу в городе опять устраивали бои, но теперь награда победителя были пять тысяч золотых и поэтому все желающие должны были записаться заранее. И хотя Кайлин долго упиралась не пуская Энжела и говоря что денег им и так хватит, но тот все равно настоял на своем и записался. Теперь когда выпал первый снег работы по дому уменьшилось и теперь все дни юноша проводил в тренировках.
 
  ***
 
 
  В это время в город въехала группа путешественников, состоящая из шести человек. Это была принцесса Элис с отрядом, несмотря на потерю одного члена они продолжали продвигаться к цели. Клесси осталась в отряде, но до сих пор не простила госпоже того случая на горном выступе и тихо ненавидела Гарольда, который так и остался в их отряде, несмотря на то что медальон который Энжел сорвал с шеи Элис был подарен именно им, но он сказал, что просто купил его в своем странствии в поисках принцессы и не догадывался о тех силах которые были скрыты в нем. Когда они прибыли в город и поселились на втором этаже трактира "Кабанья голова", Тормин собрал их всех за столом на первом этаже и объявил потряхивая тощим кошелем.
  - Ну товарищи из-за всех предыдущих перипетий, наш кошель почти пуст и в нем осталась сотня золотых которая уйдет на проживание в этой таверне. Так что надо что-то делать у кого какие предложения.
  - А какие могут быть предложения здесь же скоро бои без правил начнутся, слышала там награда пять тысяч золотых, - как бы невзначай обронила Клесси ковыряясь в салате и принципиально не смотря на сидящих рядом Элис и Гарольда, - вот вы и подзаработаете я знаю ты Торм не только мечом махать умеешь, да и лорд наш высокоблодный тоже вроде мужчина, а если что, то я вас подлатаю.
  - Но Клес, это бои без правил мы не можем так рисковать, - в один голос заговорили Орни с Элис.
  - Эй а вы что хотите, чтобы там я с Пеленорой участвовали ну уж нет не бывать этому, - сказала она и ожесточенно принялась за салат.
  - Ладно я то же слышал об этом, - оборвал дальнейшие споры Тормин, - бои через три дня у нас еще есть время записаться, а там посмотрим верно я не только мечом махать могу, да и Гарольда немалому научил. На этом и сойдемся все равно больше денег быстро нигде не достанешь.
 
  Прошли три дня и вот вечером все шестеро спустились в просторную залу, где в центре вокруг большого ринга, собралась толпа, там было много претендентов со всей области. Они прошли поближе к рингу. Клесси заметила рядом странную парочку, юноша в черном плаще с капюшоном закрывавшем верхнюю часть лица и девочку лет двенадцати которая называла его братиком и просила быть осторожней во время боя. Но вот глашатаи объявили о начале боев и попросили участников собраться вокруг ринга. Юноша вместе с остальными участниками в числе которых был и Тормин с Гарольдом, вышел к очерченному кругу. Клесси поближе подошла к девочке.
  - Это твой брат?
  - Да. Он мой старший братик, - звонким голоском ответила девочка, ни капельки не боясь незнакомки.
  - А ты не боишься что его могут там побить, больно он хрупким выглядит? - спросила девушка полуэльф.
  - Боюсь немного. Но он обещал мне что выиграет этот бой и больше не будет драться. А он всегда делает то что обещает.
  - Хороший у тебя брат. Кстати я Клесси и там тоже будет драться мой друг.
  - А я Кайлин. Ух ты у тебя острые уши ты эльф, - восхищалась девочка, - но я не завидую твоему другу мой братик лучший и он не проиграет, - с гордостью в голосе проговорила она.
  - Ладно это все равно мужское соревнование и победит сильнейший, но если что я хороший лекарь и если твоему братику достанется я ему помогу.
  - Спасибо, да а может ты после боя посмотришь его рану, а то она никак не заживает, пожалуйста, а я обещаю угостить тебя ужином.
  - Рана которая не заживает, конечно я попробую ему помочь и ни в кое случае не откажусь от ужина, - улыбнулась Клесси, а в сердце у нее закралась странное чувство.
  - большое вам спасибо, - обрадовалась девчушка, - а то он никак не хочет к лекарю идти...
  Но вот начался бой. Одна за другой выходили пары соперников. Бои были ожесточенные противники не жалели своих оппонентов и не мало из участников вынесли с ринга со страшными переломами. Но среди все выделялся юноша с опущенным на глаза плащом, его удары были отточены и молниеносны и в отличии от других он не добивал своих противников позволяя им самим уйти с ринга. Но вот осталось только четверо претендентов юноша, Тормин, Гарольд и еще один искусный боец, избивавший своих соперников до полусмерти с особенным ожесточением. Сначала на ринг вышли юноша и Гарольд. Раздался звук гонга. Энжел что-то почувствовал какую-то лютую ненависть к незнакомцу стоящему напротив него и когда тот ринулся в атаку, он с развороту всадил носок ботинка тому прямо в пах, а потом повинуясь странному порыву добил падающего противника коленом под челюсть. Бедолага рухнул в метре от юноши зажимая чинное место, от непередаваемой боли он не мог даже кричать и просто корчился в агонии на дощатом полу. Толпа понимающе загудела, а из нее вырвалась Элис и бросилась к Гарольду. Юноша же церемонно поклонился и ушел с ринга. Когда Элис и Пеленора увели беднягу в его комнату. Клесси ехидно улыбнулась и тихо пробормотала:
  - Так ему и надо...
  Следующими были Тормин и жестокий боец, они долго обменивались ударами кружа по рингу. Но неожиданно что-то блеснуло в толпе и Тормин на мгновение потеряв цель был сбит с ног и добит уже на полу сокрушительным ударом ногой в голову. Тут же рядом оказались Орни и Клесси и не позволив дальше избивать Тормина увели его.
  Теперь за награду боролись только двое, это был Энжел и боец победивший Тормина. Они вышли в центр ринга и противник перед гонгом тихо и злобно прошептал юноше:
  - Лучше тебе парнишка проиграть, а то глядишь с твоей сестрицей чего и произойдет, - ехидно улыбнулся соперник.
  Лицо Энжела окаменело и когда позвучал гонг, он молниеносно отбив выпад противника, раскрытыми ладонями ударил ему в грудь тот отлетел на другую сторону ринга и из горла его вырвался фонтан крови. Юноша подошел к поверженному противнику.
  - Никогда не смей угрожать моей сестре, если не хочешь умереть.
  - Братик, - радостно крича через ринг к нему бежала Кайлин, но тут что блеснуло и арбалетный болт пробил правое плечо девочки, а в следующий момент со всех сторон на Энжела ринулись десяток людей с мечами на голо.
  - КАЙЛИН!!! - прокричал Энжел и что в нем сломалось он бросился на людей нападавших на него. Спустя несколько минут все противники были либо в отключке либо мертвы. Посредине этого побоища стоял Энжел с Кайлин на руках он обломал оперение и вытащил болт из плеча девочки, но кровь шла безостановочно. Прибыла городская стража.
  - Лекаря, скорее, - кричал юноша обращаясь к толпе. Но все стояли ошеломленные случившимся и вдруг из толпы вырвалась остроухая девушка ("полуэльф" - автоматически отметил юноша) и побежала к нему.
  - Пойдем я помогу ей, - сказала она ведя его на верхний этаж. По пути им попался глашатай который боязливо протянул юноше большой кошель с золотом, который тот нетерпеливо подхватил и проследовал дальше за незнакомкой. Она привела его в комнату где были еще пять человек три девушки, покалеченный им на ринге парень, который до сих пор постанывал лежа на кровати и зажимая пах, и еще один участник турнира дравшийся перед Энжелом.
  - Скорее ложи ее сюда, - сказала незнакомка указывая на свободную кровать и роясь в дорожной сумке.
  - Что произошло, - в один голос спросили остальные девушки. Так как мужчины были сейчас не в том состоянии.
  - внизу началась драка и кто-то ранил эту девочку и десятка два набросилось на него.
  - Так ты победил там, - спросила Элис подойдя к юноше и со всего маха отвесила ему оглушительную затрещину, - как ты мог сделать такое с Гарольдом.
  - Извините, но кажется мы зря попросили у вас помощи, мы сейчас же уйдем, - обратился юноша к девушке полуэльфу, перехватив руку Элис и вывернув ее за спину.
  - Да погодите вы, она тяжело ранена, - сказала Клесси, указывая на Кайлин, и переведя взгляд на стонущего Гарольда добавила, - а он знал на что идет и что это бои без правил. Пожалуйста отпусти мою госпожу и посиди немного здесь пока я накладываю лечебные чары.
  - Хорошо, - коротко ответил юноша и отпустив Элис отошел в угол и встал там наблюдая из под плаща за действиями девушки полуэльфа.
  - Меня зовут Клесси, это моя госпожа Элис, Пеленора, Орни, Тормин а тот стонущий урод на кровати Гарольд, - не отрываясь от работы представила окружающих Клесси, - твою сестру зовут Кайлин кажется, мы с ней познакомились у ринга, а как тебя зовут? вот теперь все будет в порядке ей просто нужно поспать - сказала она перевязывая рану.
  - Энжел. Я вам очень благодарен за то, что помогли моей сестре, - он не понял почему все в комнате вдруг вздрогнули услышав это имя, - чем я могу отблагодарить вас?
  Клесси подняла на него странный взгляд и как завороженная проговорила.
  - Пожалуйста сними капюшон.
  И когда юноша сбросил капюшон в комнате повисло молчание даже стонавший Гарольд смолк.
  - ЭНЖЕЛ! - бросилась на шею юноше Клесси и зарыдала, - жив, слава богу жив... я всегда чувствовала это... ты жив...
 
  12.
 
  Юноша отстранил девушку от себя и сел за стол. Он был мрачен и казалось о чем-то задумался. Потом он поднял на окружающих людей взгляд своих разноцветных глаз, которые казалось были осколками разноцветного льда, и ледяным голосом приказал (именно приказал):
  - Рассказывайте! - и снова замолчал приготовившись слушать.
  Клесси села рядом с ним и начала рассказывать о том как они встретились и путешествовали вместе. Шум в низу утих. За окном начал пробиваться рассвет. Все молча смотрели на вернувшегося из мертвых. Когда Клесси закончила, юноша сухо и вкратце пересказал свою историю и когда Кайлин открыла глаза, он закончил свой рассказ и встав достал из-за пазухи мешочек с золотом и бросил его на стол.
  - Благодарю, что выкупили меня тогда из рабства, хотя я и не помню этого я не сомневаюсь в правдивости твоих слов, - холодно ответил юноша.
  - Энжел, что... - начала было Клесси, но юноша перебил ее.
  - из вашего рассказа я понял одно я был вам нужен только как орудие чтобы исполнить свое пророчество, а теперь когда у меня не стало тех сил то я стал бесполезен и поэтому возвращаю вам долг, а теперь извините но у меня есть сестра о которой я должен заботиться и... - он не сдержался, - мне плевать что вы там себе возомнили вы видели во мне только орудие, но не человека теперь прощайте, - он подхватил на руки Кайлин и направился к двери, когда в комнату ворвалась встревоженная Милли.
  - Энжел тебе надо бежать из города, тот кого ты победил был человеком наместника и люди которых ты положил тоже, они сожгли ваш дом и теперь ищут вас, - выпалила запыхавшаяся девушка.
  - черт не было печали, - выругался юноша.
  - лошадь ждет на заднем дворе тебе нужно уходить как можно скорее, никто вроде не заметил как ты сюда ушел в суматохе, но... - в коридоре послышались быстрые шаги множества сапог подкованных металлом, - опоздали, скорее Энжел уходите.
  Юноша ринулся к окну ведущему на задний двор и, разбив его ногой, выпрыгнул наружу.
  - за ним, - скомандовала Клесси, - мы не можем его снова потерять, - и первой ринулась следом подхватив только дорожную сумку.
  Но на заднем дворе уже было с десяток стражников в полной амуниции и прибывали еще. Всю группу кроме Гарольда его пришлось оставить, вместе с тем мешочком золота который бросил Энжел, так как он был не в состоянии идти, окружили полукольцом и теперь ощетинившись алебардами стражники прижимали их к стене трактира.
  - Братик, что им надо от нас, - спросила Кайлин, - братик я боюсь...
  - не бойся все будет в порядке, - успокаивал ее юноша, озираясь по сторонам ища выход.
  Но вот кто-то за спиной первых латников взвел арбалет. Это увидела только Кайлин и успела закрыть грудь юноши. Болт вошел аккуратно под левую лопатку девочки. Она тихо вскрикнула и покрепче обняв Энжела прошептала ему.
  - Спасибо тебе братик, с тобой моя жизнь была очень светлой и похожей на сказку... - тоненькая струйка крови стекла с детских губ, из последних сил она поцеловала его в лоб и безвольно повисла у него на руках.
  - Кайлин, нет, Кайлин, очнись, не шути так с братом он этого не перенесет, Кайлин, Кайлин, КАЙЛИН!!!!! - кто-то снова взвел арбалет, но выстрелить уже не успел. Юноша положил аккуратно тело девочки на землю, глаза его полыхали неистовым огнем, - КАК ВЫ ПОСМЕЛИ ОТОБРАТЬ У МЕНЯ САМОЕ ДОРОГОЕ... ВЫ ВСЕ УМРЕТЕ, - его голос громом разносился по улице и стражники, матерые бойцы, дрогнули и начали пятится назад, но было уже поздно.
  Юноша рванул вперед и оказавшись у первого из них одним молниеносным движением вырвал тому горло, бедняга завалился на землю захлебываясь собственной кровь, а Энжел уже подхватил его алебарду и слился с ней в неистовом танце сея вокруг себя только смерть, стражники было ринувшиеся в атаку тут же потеряли десяток своих товарищей, а арбалетные болты казалось просто отскакивали от парня. Потеряв еще десяток они обратились в бегство ведомые всепоглощающим страхом, но не все успели убежать. В итоге на заднем дворе трактира лежали несколько десятков мертвых тел стражи. Ошарашенный отряд принцессы замер боясь пошевелиться, понимая что сейчас Энжела не остановит никто и ничто. Юноша остановился на последним стражником с отрубленной ногой и одним движение алебарды добил того. После чего он подошел к бездыханному телу девочки и сев на колени рядом он как зачарованный обломав оперение вытащил стрелу и, отбросив ее в сторону, так и остался сидеть над телом медленно раскачиваясь из стороны в сторону.
  - Почему, - тихо спросил он пустоту, - ПОЧЕМУ ВОКРУГ МЕНЯ ТОЛЬКО СМЕРТЬ И МУЧЕНИЕ, - прокричал он небесам.
  К нему подошла Милли, появившаяся из-за угла трактира и села рядом с ним. Она обняла его за плечи и заплакала.
  - Ты не виноват, - тихо сказала она.
  - Нет, это я виноват если бы я не пошел на этот турнир, если бы я вообще погиб тогда в реке, ничего этого бы не случилось и она была бы жива...
  - Нет никто не виноват, - продолжала Милли, - если бы ты не появился она бы так и прозябала в нищете и кто знает сколько бы это продлилось, а так она была счастлива что у нее появился старший брат, который заботился о ней, она улыбалась, она искренне улыбалась, впервые с того дня как узнала о гибели отца, и была счастлива и она понимала что так не может быть вечно, зато теперь она счастлива со своей семьей.
  - как ты можешь это говорить... - по лицу юноши текли слезы.
  - она отдала жизнь за самого дорого ей человека, за тебя и теперь ты должен прожить эту жизнь достойно и ни за что не сдаваться, как не сдавалась она последние полгода, а теперь иди ты не можешь больше оставаться здесь, ты должен снова найти свой путь в жизни и пройти его до конца.
  Она замолчала. Энжел медленно встал и, достав кошель с золотом, который он, выиграл сегодня, а вернее уже вчера, на турнире, протянул его Милли.
  - возьми это и похорони ее по всем правилам.
  Но Милли подошла к нему и вытащила у него из-за пояса маленький мешочек на сто золотых.
  - Этого вполне хватит, а эти деньги тебе самому пригодятся, а теперь прошу поспеши, - она развернулась взяла на руки тело Кайлин и пошла прочь.
  Юноша подошел к стоящей неподалеку лошади и, отвязав ее от коновязи вскочил в седло.
  - Куда ты теперь? - спросила Клесси, тоже вскочившая в седло своего вороного.
  - Искать свой путь... - юноша подстегнул коня и молнией вырвался с заднего двора, позади за ним еле поспевали Клесси и остальные.
 
  13.
 
  Он долго гнал коня на закат, пока тот совсем обессилив не начал спотыкаться, обещая вскоре пасть. Тогда он бросил скакуна и уже просто бежал, не разбирая дороги. Вскоре он оказался на краю какого-то обрыва. Рухнув на самый край и обхватив плечи руками, зарыдал. Солнце медленно садилось за горизонт. Клесси и остальные где-то отстали. Порыв иссяк и теперь юноша просто тихо плакал, сидя на самом краю.
  Раздались звуки копыт и после послышался шум пробирающихся к обрыву людей.
  - Оставьте меня одного! - крикнул он за спину.
  - Ха-ха-ха, - раздался за спиной странно знакомый смех, - увы друг мой покинуть тебя мне не светит, пока ты сам нас не покинешь.
  "этот голос мне определенно знаком, но откуда" - Энжел встал и развернулся к выходившим из зарослей людям.
  Их было около дюжины, это были мужчины в пластинчатых доспехах с черными плащами с капюшонами закрывавшие лица. Все были вооружены длинными клинками и кинжалами. Но вдруг из-за спин пришельцев вышел, вернее вышло, существо в полтора человеческих роста и казалось оно было частью окружающего ночного мрака, который медленно вытеснял последние лучи дневного светила.
  - Привет друг мой враг мой, вот мы снова и встретились, - поприветствовало создание юношу.
  - Кто ты и что вам от меня надо? - спросил Энжел вставая в боевую стойку, оружия у него никакого не было, меч остался в сгоревшем доме, а алебарду он бросил на постоялом дворе.
  - Кажется ты и в правду снова потерял память, но увы хозяин приказал мне убить тебя и у меня не остается выбора, хотя девчушку жалко, но ничего не поделаешь, - наиграно вздохнул незваный собеседник.
  - Кайлин? - спросил Энжел, - значит все что произошло в трактире твоих рук дело? - в глазах юноши засветились недобрые огоньки.
  - Уж извини, но хозяин узнал, что ты жив и кажись не прозябаешь терзаемый душевной болью, а даже наоборот вновь обрел смысл в жизни. Так что извини, ничего личного.
  - Ты... у тебя нет души... - тихо произнес юноша.
  - Ну, - театральная пауза, - в общем ты прав, ладно, хватит, убить его? - скомандовал пришелец и остальные медленно двинулись на Энжела.
  "так не пойдет это не городская стража и их слишком много и сбежать нельзя позади овраг"
  "остается одно прорывайся"
  "что откуда этот голос?" - задался вопросом юноша и в тот же момент в голове взорвался фейерверк, хлынувшие воспоминания обещали подхватить и утопить в калейдоскопе прошедших событий и только свист рассекаемого клинком воздуха вывел его из ступора.
  Энжел сделал неуловимое движение и сталь рассекла пустоту на месте где только что стоял юноша. Он перехватил руку нападавшего и с силой дернув на себя послал первого из нападавших за край обрыва. Противники остановились, на секунду замешавшись и в следующий момент напали все вместе. Юноша сражался голыми руками, а противники оказались довольно искусными воинами и странное чувство темной силы поддерживающей их не покидало Энжела. Но вот молниеносный блеск смертельной стали и алая полоска пересекла живот юноши.
  "так долго продолжаться не может, надо что-то делать, Элориен помоги мне" - обратился парень к силе внутри себя.
  "я не могу этого сделать отрок, ты сам меня запечатал и не можешь использовать силу Глоиаса" - внутренний голос был бесстрастен.
  "черт и что же мне делать" - Энжел еле увернулся от смертельного веера клинка.
  "мне жаль это признавать, но ты можешь получить сейчас силу только от Бэльтраза, но остерегайся он поглотит твое сознание при первом же случае..."
  Энжел уже не слушал он увернулся от очередного удара и замер закрыв глаза и опустив голову, чем немало удивил противников они остановились, но в тот же миг темный закричал:
  - НЕ смей!!! Идиоты убейте его пока он... - но было поздно юноша поднял взгляд и левый глаз пылал неистовым огнем в глубине которого таилась абсолютная тьма.
  - Заткнись отродье! - громоподобный голос разнесся над обрывом и понесся в даль. В следующий момент юноша оказался около одного из противников и одним ударом пробил того насквозь, из спины торчала сомкнутая в кулак рука юноши. Опомнившись, на Энжела бросились остальные, но они не могли поспеть за ним он молнией проносился от одного к другому нанося страшные не совместимые с жизнью раны голыми руками. За какие-то мгновения опытные закаленные в множестве сражений воины превратились в обезображенные трупы распростершиеся на холодной земле. Солнце зашло и теперь слабые последние отблески его лучей осветили две фигуры застывшие на краю обрыва.
  - Да здравствует мой лорд, - темный преклонил колени перед юношей, - ад долго ждал вашего возвращения великий владыка Бэльтраз, прощу простить меня за столь не почтительную встречу, - проговорил он и еще ниже склонил голову.
  - Глупец! - уже нормальным голосом сказал Энжел и положив правую руку тому на голову сильно сжав пальцы, - ты был на столько глуп что посмел снова встать на моем пути, за это я отправлю тебя в великую тьму. Я...
  - Что?... - попытался подняться темный, но неведомая сила придавила его к земле, - что ты... ты... не посмеешь...
  -... развоплощу тебя, - закончил юноша и темное пламя объяло руку юноши и в следующий момент тело противника начало медленно таять и распадаться на мелкие частицы. Темный неистово закричал и в следующий момент его тело распалось на миллиарды незаметных глазу частиц и унеслись внезапным порывом ветра.
  - Вот и все... - тихо в пустоту произнес юноша.
  "Нет мой мальчик, не все, далеко не все" - раздался в голове голос Бэльтраза.
  "О чем ты?" - наигранно удивился Энжел.
  "Ты снова воспользовался моей силой и на этот раз новое воплощение Глоиаса Элориен запечатан, кстати тобой же и..."
  "Ну и что?"
  "Что? Мальчишка не играй со мной я заберу твое тело..."
  "Ну так в чем же дело? Или приглашения ждешь? Так знай не дождешься я не заключу договора ни с тобой, ни с Элориеном, я не веберу ни одну из сторон и смогу владеть силой обоих, так что сейчас будь добр..."
  "Ты... как ты смеешь издеваться надо мной..." - голос Бэльтраза пылал негодованием.
  "... будь добр, не мешай мне, пока я не сниму печать" - спокойно закончил Энжел.
  "Ты... ты не можешь..."
  "Могу еще как могу я многое понял и знаю что твоя сила почти равна силе тринадцатого..." - Энжел решил больше не тратить время на бесполезные диалоги с еще одним "я" и закрыв глаза начал концентрироваться.
  Вокруг него сначала медленно, а потом все быстрее и быстрее начал завиваться воздушный смерч в котором со временем стали появляться темные искры и вот уже фигуру юноши скрыла завеса из непроницаемой тьмы и в этот же момент из центра этого черного смерча вырвался ослепительный луч чистой энергии и казалось он пронзил небеса, потом ослепительная вспышка залила все вокруг и следом сокрушительная волна неистового ветра прошлась во все стороны от места где стоял Энжел, разметав все на своем пути. Но краю обрыва теперь осталась только одинокая фигура юноши, тела противников разметало на добрые лиги по округе. Энжел тяжело поднялся на ноги и устало, прижимая руку к алой полоске на животе, побрел от обрыва в сторону, где он предположительно оставил загнанного скакуна.
  Он долго пробирался по какой-то чащобе когда в конец выбившись из сил он упал на свежий снег и под ним медленно стало растекаться алое пятно. Не далеко послышались шаги и вскоре мелодичный голос вскрикнул:
  - Боже он и дня не может прожить без приключения! - это была Клесси, она подошла к нему и перевернув на спину всплеснула руками: - блин я думала он просто заблудился, а он в этой глухомани уже подраться успел, хотя чего удивляться иного от него и ожидать нельзя было, - пробормотала она осматривая его раны и уже шепотом, рядом послышались еще одни тяжелые шаги, никак Тормин топтался рядом, добавила, - слава богу нашелся.
  - Как он? - спросил Тормин заглядывая через плечо девушки в поблекшие глаза Энжела.
  - Ничего жить будет, ладно потащили его в лагерь, все таки перевязка ему не помешает, - сказала Клесси поднимая юноши на ноги, - теперь ты от меня никуда не уйдешь, - прошептала она ему на ухо.
 
  14.
 
  - Послушай Клес, что с ним случилось он сам не свой? - спросила Орни на следующее утро, собирая не богатые пожитки вместе с Пеленорой.
  - Он просто сильно устал, - ушла от ответа та, - сама знаешь все его прошлая жизнь череда нескончаемых сражений, да еще... - она осеклась бросил взгляд на ссутулившуюся фигуру юноши, замершего в отдаление на стволе поваленного старого дуба, он там прибывал с самого утра, - ну в общем устал и все, кстати нас снова шестеро, - попыталась сменить тему Клесси.
  - Да нехорошо как-то получилось с Гарольдом, бросили в чужом городе...
  - Не переживай Орни этот везде выживет, да и золотишко ему осталось как никак, а сто золотых тоже не мало.
  - Но Клес как ты можешь так говорить ведь Энжел сильно его покалечил и не всякий лекарь сможет здесь помочь там и сотни золотых может стать мало, - поучительным тоном сказала Орни.
  - А по мне так поделом получил свое...
  Орни уже хотела что-то возразить, но тут вмешалась, подошедшая Элис с Тормином.
  - Хватит спорить, Клесси остынь, главное он снова с нами и это уже хорошо и как я понимаю его сила снова с ним неправда ли Орни?
  - Да вчера он сорвал печать наложенную на его способности и всплеск магической силы, что произошел накануне подтверждает это.
  - Элис не хочешь же ты сказать, что тебе нужны только...
  - Не будь ребенком Клесси его сила нам жизненно необходима и пора уже понять это. Я раскаиваюсь за свои слова в той заварушке в горах и я благодарна Альме, что он жив и снова с нами. Но сейчас меня больше волнует как он смог снять печать не имея силы равной силе Глоиаса... - принцесса осеклась почувствовав на себе взгляд юноши, она повернулась к нему и их глаза встретились, Элис тихо ахнула, - сила Бэльтраза... - прошептала она, смотря в абсолютно черный левый глаз юноши, в котором не было даже белков только сплошная тьма.
  - Да, - еле слышно ответил с поваленного дерева Энжел, он сидел подтянув колени к груди и обхватив их руками.
  - Но... значит теперь...
  - Теперь обе силы пробудились во мне и я черпаю силу из объединенного источника тьмы и света... - так же тихо ответил на незаданный вопрос Энжел.
  - Но Бэльтраз должен был поглотить твою душу и завладеть телом, так как ты запечатал силу Элориена. Как тебе удалось? - удивлению Элис и остальных не было предела.
  - Я точно не знаю просто Бэльтраз подчинился мне и я сорвал печать Элориена тем самым освободив его. Но я поплатился за этом частью своей человечности, теперь я на треть истинный демон и это наверняка скажется на моем поведение, поэтому я думаю вам опасно находиться рядом со мной.
  - В смысле Бэльтраз может попробовать захватить твое тело, но тогда мы должны быть рядом с тобой чтобы помочь... - начала было Клесси, но юноша оборвал ее.
  - Нет просто теперь я и есть Бэльтраз и Глоиас и так как я их наследник, то я как и вы принцесса, - он бросил на ту тяжелый взгляд, - подвержен влиянию характера своих прародителей и ладно если Элориен, но если во мне хотя бы иногда будет проявляться черты Бельтраза, то окружающие будут в опасности, - юноша упустил взгляд и отвернул голову, тихо проговорив, - я опасен для всех...
  - Как бы то ни было, но теперь я не брошу тебя, кем бы ни становился для меня ты останешься моим другом и верным воином, - голос принцессы был тверд. Она подошла к юноше. Подняв его голову она поцеловала его в лоб и вгляделась в его глаза, - прушу прости меня за все, за те страдания который ты перенес из-за меня и прошу больше никогда не оставляй нас одних ты равноправный член нашей команды. Обещай, что никогда больше не покинешь нас... - в уголках ее глаз появились слезы, она села перед ним и уперлась руками в колени, опустив голову, ожидая ответа.
  Рука юноши легла ей на плечо.
  - Я буду с вами пока наши пути не разойдутся и только до тех пор...
 
  ***
 
  Теперь они снова путешествовали вместе и через неделю странствий они вышли к столице Гелиоса городу Роим. Все это время Энжел молчал стараясь не общаться ни с кем из товарищей, на все вопросы отвечая кратко, он не разговаривал даже с Клесси. Все понимали как ему тяжело после потери близкого человека, которым была для него девочка Кайлин. Но когда они, въехали в город юноша откинул надвинутый на глаза капюшон дорожного плаща и достал из-за пазухи увесистый мешок с золотом его выигрыш с турнира. Отсчитав сотню золотых от переложил их в маленький кошель и спрятал обратно, остальное же протянул Тормину.
  - Энжел ты чего? Это же твой выигрыш, - удивился старый мечник.
  - Бери, мне все равно не нужна такая огромная сумма, да и последние деньги у вас все равно кончились в Троиме, думаю ты найдешь им лучшее применение.
  - Но Энжел мы не можем просто взять эти деньги, - вмешалась Элис.
  - Ну тогда отдадите когда мы доберемся до вашего королевства, - ответил Энжел и ехидно улыбнувшись добавил, - с процентами! Ладно через неделю я найду вас, - сказал он и, подстегнув коня скрылся на оживленной улице большого города.
  - Постой... - хотела было ехать следом принцесса, но тут ее остановила Клесси.
  - Не беспокойтесь, он вернется, через неделю.
  - Но... - хотела было возразить Элис.
  - Он должен побыть немного один, - сказала Клесси и добавила видя сомнения принцессы, - с ним все будет в порядке.
 
  Они поселились в небольшом трактире в торговой части города. Энжел не появлялся, но зато по городу пошли слухи о юноше с повязкой на левом глазе который каждый день, а вернее ночь начинал с крупного выигрыша в каком-нибудь игорном доме, а после начиналось такое дебоширство сводящееся к массовому мордобою вернее мордобою массы, что даже стражники пытавшиеся в первые дни его задержать теперь старались за версту обходить места, где он появлялся. К концу недели, после того как отряд въехал в город, Энжел, с черной повязкой на левом глазу, сидел за игорным столом напротив какого-то надутого вельможи, и хотя настроение было не к черту ему как всегда везло. Выиграв около трех тысяч золотых он, как обычно бросил трактирщику тысячу сказав, что угощает всех, и направился к выходу и в тот же момент дорогу ему преградили дюжина детин с увесистыми дубинками обитыми сталью в руках и с изогнутыми мечами на поясах. Вперед выступил крепкий мужчина с косой саженью в плечах:
  - Эй парнишка наш хозяин хочет отыграться?
  - В смысле тот надутый индюк которого я только, что обобрал до нитки? - издевательски поинтересовался юноша и выгнул бровь и указав большим пальцем за спину, - ну если ему есть на что играть то пожалуйста, только чур трусы на кон не ставить.
  Толпа в трактире захохотала. Вельможа невозмутимо сидевший за столом густо покраснел.
  - Ты кажется не понимаешь это почтеннейший господин которого ты самым бесчестным образом ограбил, барон приближенный к самому правителю окрестных земель и он благоразумно предоставляет тебе шанс отдать обратно награбленное и миром уйти от сюда пока его терпению не пришел конец, - низким угрожающим басом сказал мужчина, народ в трактире утих и наблюдал за развитием событий.
  - Вай-вай-вай, уже коленки трясутся и что же этот жирный кусок дерьма может сделать мне, - громко так чтобы услышали все вокруг сказал юноша.
  - Убить его, - завизжал из-за стола вельможа.
  В тот же момент дюжина громил ринулась на Энжела размахивая дубинками. Юноша лишь усмехнулся, сломав первому из нападавших хребет и перебив второму горло, он в одно мгновение оказался за спиной чиновника:
  - Ты сам себе подписал смертный приговор, - прошептал юноша на ухо тому, повязка слетела с глаза и последнее, что увидел местный барон в своей жизни, была бездонна мгла левого глаза юноши, в котором таилась бескрайняя тьма. Потом легким движением руки Энжел свернул ему шею. Громилы застыли пораженные случившимся и в следующий миг с остервенением ринулись в атаку, была слышно как кто зовет стражу. Все смешалось в бесконечном кровавом круговороте, голоса и крики сливались в предсмертный стон, который заглушал злой демонический смех и Энжел, обезглавливая очередного противника, кажись это был уже кто-то из стражи, понял, что это смеется он сам.
 
  Энжел пришел в себя. Голова, раскалывалась, в горле пересохло. Он лежал с закрытыми глазами в какой-то постели и с двух сторон обнимал что-то мягкое и теплое и еще что-то давило на бедро.
  "блин и что на этот раз" - подумал юноша и открыл глаза.
  Открыв тут же закрыл сильно зажмурившись, но это не помогло И он потеряв дар речи, тупо уставился на трех довольно хорошеньких девиц, абсолютно голых. Двух из которых он самым наглым образом обнимал, или скорее лапал за грудь, а третья тихо сопела положив голову ему на бедро. И только тут до него дошло, что и он сам, если можно так сказать в неглиже. Парень быстро высвободился из объятий красавиц, которые так и не проснулись, а обнявшись друг с дружкой продолжили мирно посапывать, и приступил к операции поиск. В ворохе женского нижнего белья он наконец-таки отыскал свои вещи и обнаружил, что те перепачканы кровью.
  "черт да что я вчера натворил? Эй внутренне эго давайте колитесь" - приказал он.
  "ну понимаешь мы с тобой вчера немного пошалили..." - лукаво ответил Бэльтраз.
  "чего?"
  "Ты вчера свернул шею какому-то там барону завалил дюжину его личной охраны и полсотни стражников, которые на свою голову решились тебя задержать, скольких покалечил я уж и считать не взялся, после поперся по трактирам и под конец своего "славного" шествия завалился в бордель, где кстати до сих пор и находишься, и снял трех девах, которые и прибывают сейчас здесь" - окончил с доброй толикой сарказма свой отчет Элориен.
  "Хорошо оторвались скажу тебе я, знаешь, а я думаю ты еще не совсем потерян для нашего общества..." - довольно пробасил Бэльтраз.
  "Какого хрена и это все сделал я?"
  "Нет я" - съязвил Элориен.
  "Боже, и как только такое могло произойти..." - взмолился юноша.
  "Да ладно тебе, как говорится выпустил пар и ничего больше, а остальные сами виноваты что подлезли под горячую руку" - просто ответил седьмой из истинных демонов.
  "Да уж теперь я понимаю почему ты отрекся от пути своего создателя" - вздохнул Элориен.
  "А сам-то, сам-то тоже не принял небеса, так что мы не такие уж и разные, враг мой..."
  "Что ты сказал да как ты смеешь сравнивать..."
  "Заткнитесь оба!" - вскричал про себя Энжел и приложил лоб к холодной поверхности зеркала, отстранившись он увидел перед собой худого юношу с заострившимися чертами лица и широкой раной во всю грудь. "Чтобы не произошло а она ни когда не заживает" - как-то отстранено подумал он. Наконец найдя свой левый башмак он пошел к двери, - "кстати а где моя повязка?" .
  "Он слетела тогда в трактире и знаешь я даже не знаю от чего быстрее умер тот бедняга от сломанной шеи или от того что увидел тебя, ха-ха-ха..." - Бэльтраза это явно забавляло.
  "Черт и как мне теперь на люди выходить?"
  "Не беспокойся думаю они вряд ли осмелятся тебе что-то сказать и уж учитывая то что седня ночью натворил им будет как все равно"
  "Ладно все равно ничего не поделаешь" - и юноша надвинув на глаза плащ, вышел из комнаты.
 
  - О, доблестный господин хорошо ли отдохнули? - навстречу спускавшемуся по лестнице вынырнул хозяин борделя.
  "Не будь мямлей" - сказал Бэльтраз.
  - Не то что бы очень, но от этого вшивого города я большего и не ждал, - наигранно надменно протянул Энжел.
  - О не ужели наши шалуньи вас не удовлетворили?
  - На первый раз сойдет, но чтобы в следующий... - Энжел многозначительно промолчал.
  - О боже, прощу простить великодушно мы и не думали, что на свете есть столь искусный воин не только в ратном деле, не соблаговолите чего-нибудь в знак нашего величайшего раскаивания, может кувшин вина, - низко склонился перед юношей хозяин и тут же к нему подошла полуголая девушка с кувшином.
  - Благодарствую, - ответил Энжел и одним глотком осушил кувшин, сушняк мучил не по-детски, и направился к выходу.
  "Кстати я хоть расплатился?"
  "Об этом можешь не думать ты разбрасывался деньгами так, что хватило бы купить пол города"
  "не понял, а откуда я их столько взял?"
  "ну-у-у..."
  "говори"
  "короче говоря взял в займы из местной казны"
  "ЧЕГО?"
  "Да не беспокойся они можно сказать сами отдали тебе эти деньги, после того как ты завалился в местный магистрат и заявил что счас пойдешь к местному правителю и сам лично попросишь, при этом ты не переставал делать всякие похабные жесты по которым было ясно что просить ты намеревался явно в грубой форме"
  "Блин попал, надо найти остальных и сматываться из города"
  Он вышел из дверей дома утешений и обнаружил, что вся улица перед домом заполнена городской стражей. Просвистел арбалетный болт, но юноша рефлекторно поймал короткую и толстую стрелу в воздухе и сломал пальцами пополам. Стража заволновалась она явно была деморализована и не собиралась идти в самоубийственную атаку, помня своих несчастных товарищей напоровшихся на этого с виду хрупкого юношу. А виновник торжества медленно как бы нехотя потянулся и пошел прямо на них из под капюшона блеснул алым левый глаз. Но тут раздался стук копыт по мостовой стражники расступились и на свободное пространство выехали трое конных. Они были в тяжелых латах и как бы невзначай поигрывали мощными копьями. Позади них в окружении телохранителей ехала еще одна фигура в доспехе отливающим золотом. Тут же один из конных прибывших первыми стегнул коня и ринулся на юношу, нацелив копье ему в грудь. Энжел неуловимым глазу движением увернулся в последний момент и перехватив копье за древко дернул так, что рыцарь слетел с седла и с металлическим звуком впечатался в стену дома, тут же оставшиеся двое ринулись в атаку, но били выбиты из седел сокрушительными ударами копья в корпус и с лязгом повалились на землю, но первый уже пришел в себя и обнажив длинный испещренный рунами меч, который странно засветился голубым пламенем, кинулся на юношу. Энжел поднырнул под клинок и с разворота ударил прямой ногой в закованный в броню живот, раздался глухой удар и противника откинуло да пару метров в сторону с промятым доспехом, он закашлялся и на забрале появилась кровь, оставшиеся двое уже поднялись на ноги и изготовились к бою, но тут Энжел покачнулся перед глазами все поплыло: "Вино, траванули демоны" - вспомнил он угодливого хозяина трактира.
  "блин на этот раз попал, силы у меня много, да что толку если тело не деалет"
  Тут его оппоненты ринулись в атаку, но человек в золотой броне поднял руку и раскатистым грудным басом сказал:
  - Довольно Грол, Аринол, вложите клинки, вам не справиться с ним, он и вправду хорош, я и не думал что в моем королевстве найдется столь сильный воин, - обратился мужчина уже к юноше, - хотя, - мужчина достал из ножен инкрустированный самоцветами клинок, светящийся голубым, - или же демон забрел в наши края .
  - Как понимаю ты и есть правитель местных земель? - прямо спросил юноша, за что получил дюжину недобрых взглядов личной стражи , - знаешь ты меня удивил, я то полагал, что все правители этого загинающегося мира это заплывшие жиром боровы, - сказал он делая усилие чтобы не упасть на колени.
  - Да как ты смеешь... - взорвались Грол и Аринол.
  - Ха-ха-ха, а ты дерзок, отрок или кто ты еще там, да я правитель Гелиоса Онгорион наследник дома Фориана, а ты я как понимаю дерзкий юноша, слухи о котором известны далеко за пределами моих владений, например победитель арены в Свободной Области?
  - Хм слава идет вперед меня, а я и не знал, - простодушно ответил юноша, отойдя к крыльцу дома утешений и поудобнее устроился на ступеньках, стоять становилось все труднее.
  - Ну с такими "подвигами" не легко быть незаметным, как твое имя?
  - Энжел.
  - И все? - правитель явно был удивлен, - ну что ж неважно, у каждого свои секреты и тайны. Но я прибыл сюда не для того чтобы познакомиться с возмутителем спокойствия в моей столице, я здесь чтобы предложить тебе службу в моей личной гвардии в качестве четвертого маршала.
  -Как понимаю выбор у меня не большой либо служба либо смерть?
  - Ты очень смышленый малый, - широко улыбнулся правитель.
  - Как понимаю эти трое есть твои маршалы? - изогнул бровь юноша, - извини, но я уже служу одной очень милой принцессе.
  - Ах, да Элиссия наследница дома Эленор-Марвол, как же, как же, но ее дом почти пал и теперь там правит их жрица Мортис, но я не предлагаю я приказываю, - голос был полон металла.
  - Мне как-то параллельно, что ты там делаешь, я служу Элис и если хочешь можешь приказать, но можешь так же сразу заказывать гробы, - Энжел скинул капюшон, - и будь уверен после этого в твоей стране мало кто останется в живых из мужского населения, - голос юноши был тих, но в нем было столько угрозы, что даже боевые кони захрапели и нервно закусили узду.
  - Ну что ж ты доказал, свою силу и в пустую терять солдат мне не охота, хотя ты и теряешь силы, но все-таки остаешься опасен, но и просто отпустить тебя я не могу, - Онгорион замолчал, погрузившись в раздумья и потом сказал, - хорошо полагаю путь твоей принцессы все равно лежит к лугам Лоэна, не спрашивай меня откуда, - на лице правителя заиграла самодовольная улыбка, - вот и хорошо мне нужно, чтобы ты отправился в Громовые нагорья и передал кое-какие грамоты тамошнему сею, думаю у тебя нет выбора или твои путники могут быть не в состоянии продолжить путешествие, выбирай?
  Кулаки Энжела сжались в тьме левого глаза сверкнуло багровое пламя.
  - Ах, ты...
  - Он согласен, мы все равно собирались идти через те земли, - сквозь ряды стражников прокладывала себе путь Элис в окружении остальных.
  - О, ваше величество сами явились к нам, какая честь, - в голосе владыки окрестных земель слышалась явная насмешка.
  - Не ерничайте Онгор власть моего дома вскоре возвратится и я тогда могу пересмотреть наши дружественные отношения, - ледяным тоном заметила принцесса.
  - Ну пока она в руках Мортис, как я полагая?
  - Да, - согласилась девушка, - но стоит мне только пожелать и этот юноша лишит твое королевство владыки, прямо здесь и сейчас.
  - Да ну? - выгнул бровь Онгорион и группу принцессы тут же окружил частокол клинков, но в этот же момент Энжел, в мгновение ока смяв личную охрану и сбив правителя на землю, приставил его собственный меч к его же горлу.
  - Ну да, - сказал юноша, превозмогая бессилие вызванное ядом, - а теперь отпустите мою госпожу, мы передадим ваши грамоты, но увы не бесплатно, думаю пяти тысяч золотых должно хватить, как вы думаете владыка, - спросил он у бедняги сильнее прижимая клинок к горлу.
  - Согласен... - выдавил тот.
  - Вот и хорошо, это я и называю сила убеждения.
 
  15.
 
  В этот же день получив грамоты и пять тысяч золотых они выдвинулись из города, задержавшись только для того чтобы навестить местного оружейника, Энжел до сих пор был безоружен и сражался всем что попадалось под руку или оставалось от противников. День был хмурым и обещал разродиться хорошим снегопадом. Настроение у все было не из лучших и виновата была в этом явно не непогода.
  - Какого черта тебя понесло так куролесить? - причитала Клесси, - ну чего тебе ни сиделось бы в какой-нибудь таверне, тихо попивая пиво, нет надо было свернуть голову какому-то там барону и покалечить половину всей стражи города.
  - Мда, это еще умудриться надо, - задумчиво протянула Элис, после чего самым елейный голосом спросила у виновника, - а что это мы сударь делали в том борделе на выходе из которого мы вас и обнаружили?
  - А я-то, да так с таверной перепутал, - увильнул тот, притворяясь шлангом, и что очень сильно занят подгонкой перевязи с метательными ножами и поправляет новый простой, но довольно ладный клинок.
  - ЭНЖЕЛ, ТЫ БЫЛ В БОРДЕЛЕ!!! - вскричала Клесси, до которой только дошло, что это значит, - как ты мог, грязный мужлан и как у тебя после этого наглости хватает...
  - На что? - спокойно спросил юноша, раскрасневшуюся девушку, - кажется это моя жизнь и ей я распоряжаюсь как хочу, не так ли? Или снова решили поиграть в "хай маста"? - в его глазах мелькнул недобрый огонек.
  - Успокойся, Энж, просто она бесится из-за того, что ты до сих пор игнорируешь ее как девушку, - невинно заметила Орни, на что Клесси замолчала и гордо отвернулась, - и не только она, - взгляд мага упал на густо покрасневшую Элис и почему-то сразу заерзавшую в седле Пелеонору.
  - К чему бы это? - спросил Энжел, наблюдая за реакцией девушек, - чуют мои старые кости к непогоде.
  - Что это ты о старости заговорил? - постарался сменить тему Тормин, - ты ведь ровесник принцессы.
  - Ну с одной стороны да, а вот если подумать, что я сражался еще в Последней битве, то волей неволей, а задумываешься сколько же мне на самом деле лет. Вот ты Тормин разве не устал от бесконечной жизни ведь по самому минимуму тебе за три сотни лет будет, ведь не одну эпоху ты проводил в небытие.
  - Да, но у меня есть то, что держит меня в этом мире.
  - Понимаю, - тихо сказал юноша, - хотя все равно я не помню, кем я бы и что я делал эти столетия, так что можно сказать я начал жизнь сначала, - отгоняя грустные мысли, вскинулся юноша.
  - Кстати о памяти, ты больше ничего так и не вспомнил? - стараясь замять разговор о том кто как к кому относится, спросила Клесси.
  - Нет, Элориен сказал, что мое время еще не пришло, а Бэльтраз растворился в своих потомках и поэтому его память кончается предрассветной эпохой, о которой мне как-то не очень хочется знать, учитывая то, что он был могущественным демоном.
  - Да уж родословная у тебя богатая, ничего не скажешь, начиная от тринадцатого истинного и кончая седьмым высшим, зверинец какой-то просто, - в раздумии Орни покачала головой.
  - Кстати мать была на половину людских кровей, - напомнил ей Энжел.
  - Точно ты помесь, - злорадно объявила Клесси.
  - С чего это такое счастье? - озадаченно уставился на неё Энжел.
  -Ну как это, ты всего понемногу, а вернее на треть человек, ангел и демон вот так, - самодовольно заявила чертовка и показала ему язык.
  - Да уж с тобой не соскучишься, хотя в принципе верно, а я как-то и не задумывался над этим, но все таки помесь это у животных.
  - Тогда гибрид.
  - Чего-чего? ты блин меня еще мутантом обзови.
  - А что? это как посмотреть.
  Тут наконец-то Клесси не выдержала и ее звонкий мелодичный смех разлился меж деревьев небольшой рощицы через которую проходила дорога. К ней присоединились и Элис с Пелеонорой и невозмутимая Орни, так что даже Тормин не смог удержаться от улыбки. Энжел немного поворчав себе под нос, сказал: "ну вас в баню" - и принялся изучать окрестности. Они ехали по довольно безлюдным местам в округе на десятки миль простирались сплошные заснеженные равнины с редкими рощицами, а далеко впереди виднелись первые холмы которые обещали перейти потом в Громовые нагорья, с давних времен считавшимися землями одного из самых сильных народов - варваров. Они славились своей силой и жаждой к схваткам и сражениям, не было ни одного крупной битвы, где бы они не участвовали, им было все равно на чьей стороне воевать лишь бы окунуться с головой в жар сражения и выйти победителем либо погибнуть в бою. Это был народ завоевателей. Но со временем бесконечные войны и вырождение ослабили их и загнали на исконные земли Громовых нагорий, где они теперь сражаются сами с собой, погрязнув в междоусобицах.
  - Кстати варвары выступали на стороне тьмы во времена воин второй эпохи, - вспомнил Энжел, - не слишком опасно соваться туда?
  - Да мой народ был ослеплен жаждой крови и власти, которую ему пообещали темные владыки, но теперь многое изменилось, мой отец был главой совета племен и под его руководством мы много добились.
  - Значит ты у нас то же что-то вроде принцессы этих земель, - удивился юноша, но тут же осекся, увидев как девушка помрачнела, - извини я сказал что-то не так.
  - Да нет, просто он погиб, у моего отца было много врагов среди моего народа, многие не желали изменений и хотели возродить былую кровавую славу. Однажды на нас напали объединенные силы Хеены, Гелиоса и Свободной области, - она замолчала, но через мгновение продолжила, - это была кровавая бойня и все из-за того, что кто-то из отступников убил одного из знатных баронов местных земель, а вся вина легла на моего отца, я единственная кто спаслась в той мясорубке. Весь мой клан был вырезан, и теперь я не больше, чем бродячий воин, поклявшийся в верности своей госпоже.
  - Однако, - протянул Энжел, - на теплый прием рассчитывать не приходится, и кто же теперь правит этими землями? Что это за сей которому мы должны передать эти грамоты и кстати интересно, что в них?
  - Энжел, надеюсь ты не удумал впутаться в еще одну заварушку, - с подозрением на него покосилась Клесси, - вот только еще с варварами нам поссорится осталось.
  - Да нет, - отмахнулся юноша, - просто интересно, зачем его бродию понадобилась столь неординарная личность вроде меня, ведь для этого есть верные люди, гонцы на худой конец, а не странный малый за которым остается кровавый шлейф везде где бы он не проходил.
  - Насколько мне известно сейчас в моей стране тирания кого-то из отступников и сей -глава совета племен сейчас представляет угрозу для отступников, - задумчиво сказала Пел, - скорее всего правителю Гелиоса не выгодно правление тирана и он хочет наладить контакт с сеем чтобы в будущем объединится и свергнуть тирана.
  - Странно зачем вмешиваться Гелиосу в дела варваров? - спросила, слушавшая разговор, Элис.
  - А вот здесь все довольно просто, - казалось Пелеоноре была безразлична судьба ее народа, - земли варваров лежат между Гелиосом и Хееной и чтобы попасть в Хеену им нужно либо идти через Свободную область, что очень долго, либо через леса Темных, что еще более опасно. Вот по этому Гелиос и хочет помочь в этой борьбе за власть к тому же варвары очень искусные воины и как союзники ценятся очень дорого.
  - Да уж не просто, - вздохнул Энжел и почесал в затылке, - но как понимаю доставить нам эти грамоты будет ой как не просто.
  - Да, - коротко ответила воительница и отряд погрузился в молчание.
  В таком подавленном состоянии к вечеру они добрались до первых холмов. Начался слабый снегопад. Разделавшись с небогатой провизией захваченной из Роима и выставив часовых они заночевали под открытым небом.
  "Чувствую нас ждет веселая прогулка" - подумал Энжел перед тем как заснуть.
 
  На следующий день они вступили в земли варваров. Местность стала более гористая и вдалеке показались первые скалы. Снег не прекращался и в скоре обещал перейти в метель. Вокруг было странно тихо, не было слышно ни птиц, ни зверя. Казалось природа замерла и какое-то странное чувство приближающейся беды витало в воздухе. Казалось что даже воздух стал тяжелее и теперь давит на грудь.
  - Что-то местность здесь не больно то дружелюбная, да еще этот снег, быстрее бы добраться до какой-нибудь деревни, а что-то мне не больно охота ночевать под открытым небом в такую погоду, того гляди пурга разразится, - решил нарушить тягостное молчание Энжел, но видя озабоченные лица товарищей умолк и продолжил путь внимательней озираясь по сторонам.
  Вскоре невдалеке показался частокол деревни в которой все так же царила мертвая тишина.
  - Хвала богам, деревня, я уже предвкушаю горячий ужин и теплую постель, - обрадовался юноша, но что-то настораживало в полной тишине повисшей вокруг и странный запах витавший вокруг поселения почему-то заставлял крепче держаться за узду.
  Они подъехали ближе и увидели, что ворота открыты настежь, а под слоем свежего снега следы недавней битвы.
  - Черт что же здесь произошло? - тихо спросила Элис, ведя коня по основной улице деревни, по бокам которой пристроились ветхие хижины крытые соломой, везде был видны кровавые следы недавней битвы, странный запах усиливался и чем ближе они были к центру деревни тем отвратительней он становился, - и где все жите...
  Слова застрели у нее в горле. Группа выехала на небольшую площадь, которая служила скорее всего местом собраний, теперь же оно стало местом упокоения.
  - Боже, - вырвалось у принцессы.
  - Какой ужас, - Клесси побледнела и отвернулась.
  Вся площадь была завалена изуродованными телами жителей, они были свалены в одну большую кучу окруженную частоколом пик с насаженными на ни головами. Это и был источник отвратительного запаха который они почувствовали на подходе к деревне. Добрая дюжина стервятников поднялась в небо, завидев приближающихся пришельцев. И посреди этого ужаса возвышался шест, с прибитой к нему волчьей головой.
  - Даже дети, - тихо сказал Энжел, заметив маленькую ручку среди тел, в нутрии у него все сжалось. Это были обычные крестьяне которые и меч то держать не умели не то чтобы сражаться, - это была просто резня, - все так же не повышая голоса продолжил юноша слезая с коня и обходя кругом это жуткое зрелище, - и всех просто перерезали не встретив особого сопротивления. Чей это знак, - спросил он у бледной Пелеоноры, которая не могла оторвать взгляд от ужасной картины.
  - Клан Ург-Хол, - не сразу ответила она, - отступники...
  - Уходите, - резко сказал юноша, - я вас догоню позже.
  - Что ты задумал?
  - Похоронить их, кем бы они ни были, они не заслужили этой участи.
  - У нас нет времени, Энж, мы должны идти, - тихо сказала как всегда невозмутимая Орни.
  - Оно мне и не нужно, - правая рука юноши вспыхнула багровым пламенем и в следующее мгновение оно объяло груду тел, кони обеспокоено захрапели, а юноша медленно шел сквозь деревню и жалкие хижины в момент занимались алым пламенем.
  Когда они покинули деревню, Тормин остановил коня и спросил:
  - И куда теперь? Будем искать этого сея или кратчайший путь в Хеену?
  - Я знаю несколько горных троп мы могли бы... - тихо предложила Пелеонора, но ее перебил Энжел.
  - Я буду искать Ург-Хол, заодно и сея местного найти надо.
  - Ты что с ума сошел, ты видел, что они сотворили с этой деревней, мы не можем... - попыталась протестовать Клесси.
  - Тогда продолжайте путь без меня, а я останусь здесь пока лично не прикончу того ублюдка, который учинил это и я чувствую, что впереди ждет не одна такая деревня, - он замолчал и направил коня в перед.
  - И что мы будем с ним делать? - деловито осведомилась Орни.
  - Не знаю как остальные, а я с ним, - уверенно заявила Клесси. Пелеонора молча кивнула.
  - Черт это что еще за бунт, - не выдержал Тормин.
  - Наши судьбы связаны, так что куда он, туда и мы, - заключила Элис.
  - Дурдом, - Орни поправила седельную сумку и вздохнула, - но после того как мы встретили этого парня хоть раз что-нибудь шло по плану?
  И они все повернули коней за одинокой фигурой юноши. Ветер крепчал и сильнее раздувал пламя охватившее деревню. А снег валил сплошной белой стеной.
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 Ваша оценка:
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Болдырева "Крадуш. Чужие души" М.Николаев "Вторжение на Землю"

Как попасть в этoт список

Кожевенное мастерство | Сайт "Художники" | Доска об'явлений "Книги"