Полдня истратила на сутолоку быта,
А день уходит - ясный теплый день,
Я оторвалась от разбитого корыта
Без солнца, ароматов, рассмотреть
Как высыхают лужи дождевые,
Как хвоя, измочаленная под дождем,
Мне в душу бросит запахи живые,
И воспарит душа, настроив на прием
Рецепторы свои, заглушенные бытом,
Придавлены рутиной бытия.
Как осчастливлена душа моя
Простым явлением под солнцем, как омыта
Потоками космических лучей -
Как мало нужно ей,
Как расправляет крылья.
Так радует улыбкою дитя,
И машет ручкой на привет прохожей -
С ним радость разделить несложно:
Ответная улыбка - свет лица.
3.12
Буря ушла
Уже не видно мелких прегрешений
Ушедшей бури. Где-нибудь, не здесь,
Она грозила, тучи-брови хмуря,
Без устали громила горный лес.
Вдруг перерыв - не глаз ли урагана
Сейчас открылся надо мной?
А где-то там залечивают раны,
Преподнесенные судьбой.
А здесь, оживлены волшебной влагой,
Растенья, выпрямившись, кинулись цвести,
Взамен листвы, побитой ураганом,
Дерев палитру подхватив.
И в этот день голубоглазый
Я подлиннее выбрала маршрут,
И ноги вдаль меня несут,
И не грустила я ни разу.
3.12
Старая сказка
Как безнадежно ты права,
Дочь разлюбезная моя -
Как царь в далекой стороне,
Что стариков казнить велел.
Кому вы нужны, старичье?
Они ничьи, оно ничье.
И глухо повторял народ -
Пускай уйдет, пускай умрет.
А тот, кто казни избежит
В своей семье - с семьей казнить.
Лояльный, славно жил народ -
Ни пенсий старикам, ни льгот.
К чему ненужно повторять
Про - чти отца, про - чти и мать.
Старуха, место уступи,
Здесь сядет молодой павлин.
И нет в том зла - менталитет
Таков царит уж много лет.
4.12
Белые сапоги в стиле ковбойских
1.
Как тепло, замедляю шаги,
Выходя на знакомый подъем,
А ковбойские сапоги
Истоптались за нынешний год.
Истоптала в ношенье цепей
И вериг, а в них надо скакать
По просторам бескрайних степей,
Иль в пампасах в высокой траве,
Или прерий у Аппалач.
Мой мустанг королевких кровей,
Повелитель своих табунов,
Не догонит его лиходей,
Он меня от врагов унесет.
И скатившись с лихого коня
Под звенящую музыку шпор,
Вижу - горы глядят на меня,
Я стою у подножия гор.
2.
Я гляжу на свои сапоги -
Ослепительна их белизна,
И не шпоры пристегнуты к ним,
А могучие два крыла.
То Меркурий мне их подарил,
Покровитель бродяг и воров -
Не задумавшись, бросила кров,
И несет меня пара крыл.
У меня нет иных забот,
Как покой равновесья держать -
Ах, Меркурий, ты щедрый бог,
Научи же меня воровать.
Я украла бы чувства детей,
Я б присвоила их любовь,
И чужими нашептанный вздор
Не убил бы души моей.
3.
Я смотрю на свои сапоги -
Нет ни крыльев, ни бронзовых шпор,
Сильно стоптаны каблуки,
Износился ковбойский узор.
Жалко выбросить - память сестры,
И сама в них давно хожу,
Доношу их вот-вот до дыр,
А по-прежнему дорожу.
Мне б железные каблуки -
За семь лет их не истоптать,
И железные сухари -
Чтоб найти то, что стоит искать.
Финист-сокол лишь в сказках живет,
Там же принц, там же эльф-жених
Для Дюймовочки. Где же тот,
Что ко мне любовь сохранил?
5.12
Забытый будильник
И, объявляя новый день,
Мне в полночь запоет будильник
И звенькает дребедень
Про "Happy Birthday", и с улыбкой
Я окунусь в ночные сны -
Звонок забытый, еженощный,
О чем он радостно пророчит
Кукушкой на суку сосны?
Мелодия его нежна,
Так музыкальная шкатулка -
Времен Людовиков игрушка
С маркизой Помпадур вошла -
Явленьем тени ночью темной
Поет будильник нежно, скромно,
Доколе батарейка не иссякнет,
Будильник "С днем рожденья" будет звякать.
5.12
Японский музей в Сан-Диего
Остановлюсь - рассыпал гингко
Бесчисленные веера -
Свои листы, в затишье мирно
Согреют душу, не спалят.
Их форма странная напомнит
Изыски чайных церемоний
И свадебные кимоно,
Расшиты птиц изображеньем,
Ушедшие в музейное храненье -
Хранимые чужой страной.
6.12
***
На бетоне отпечатки листьев -
Их смело, а след
Лапкой пятипалой вырисован,
Отштампован - блеск!
Отпечаток
Охра, сепия в расцветке
Отпечатка на бетоне
Пятерни, упавшей с ветки,
Чьей-то небольшой ладони.
Лист отдал свою багровость,
Передал свою багряность,
Под всесильными дождями
Расписался своей кровью.
След недолгий на бетоне,
В памяти короткий прочерк,
Сохранится где, ну, кроме
В краткостишье парой строчек.
Так и мы уйдем бесшумно,
Тихо, будто лист опавший,
Разве Интернет безумный
Сохранит виденья наши.
Может, кто-то любопытный
В поисках имен знакомых
Натолкнется на записки
В уголках сети укромных.
6.12
Из "Пиковой дамы"
1.
Игрок в безумии своем
Все повторял, не прекращая,
Порядок карт, что выигрыш несут:
Три, семь и туз, три, семь и туз,
А дама выпала, коварная и злая,
Что в исступление героя вовлекает -
И Германн тронулся умом:
Безумец все в уме перебирал -
Три, семь и туз, три, семь и дама,
И вышла увлекательная драма
Из-под гусиного пера.
2.
И ненужные мысли изгнать
Я стараюсь, считая, считая:
Раз и два, три, четыре и пять,
И дойдя до дести, повторяю.
Я считаю шаги при ходьбе,
Коль плыву, то круги по воде,
Но прорвется незваная мысль
Через щели, сквозь рухлядь и пыль.
Не поможет ни шлягер, ни счет,
Только время на помощь придет.
Только время стирает следы
Давних шрамов от мелких обид.
7.12
Испив воды
А розам впрок пошло и дождик, и ветра,
Напоены, от старого встряхнулись,
И чувствуют, что расцветать пора,
И расцвели, на солнце обернулись.
И травка резвая в проплешинах взошла,
Испив воды, стремится к солнцу.
Дожди в календаре нашли оконце
И дали дню и света, и тепла.
Потом опять придут, но все же передышка,
И мы схватились уличный ковер
Мыть и сушить, пока решили свыше
Позволить выбраться из зимних нор,
Переодеться в легкие футболки,
Согреть лицо под солнечным лучом.
В субботу с воскресеньем ночью будет холодно,
Что ж, ведь согреться можно будет днем.
7.12
Выживанье
Чуть-чуть шуршит листва под сбитым каблуком,
И глаз зациклен на осенних красках,
И дует легкий ветерок,
Качая роз остатки.
Колибри мечется сыскать нектар,
Но мы не вешали кормушек,
И там, где гнездышко висело встарь,
Там спилена знакомая верхушка.
Понятна их пронырливость - малы
И борются, как львы за выживанье,
А цикламены свежестью полны
И тихо, и упорно расцветают.
7.12
Предощущение
1.
Как рог носорога, толстенные листья агавы
Отпилены зверски и брошены в мусорный хлам.
Ни нити не связаны, водка не сделана, право -
Прогресс расточителен, как это нравится вам?
2.
Медленно садится солнце,
В бесконечность длятся тени,
И кальмары бег смертельный
Завершат. На горизонте
Цвет малиновый играет -
Сплющенные голенища
Тушки их напоминают.
Чайки видят горы пищи,
Чайки над телами рыщут,
Чайки трупы разрывают.
3.
Все вижу я бесчисленные трупы
Кальмаров красных, брошенных в песок...
Отнерестившись, лосось крупный
Вот также гибнет в нужный срок,
Отдав грядущим поколеньям
Всю без остатка жизнь свою,
Дав прочим удовлетворенье -
Наесться рыбы до отвала, как в раю.
А чайки тушки красного кальмара
В остервененье рвут, и голод утолить
Слетаются огромной стаей
На берег океана. Громкий крик
Счастливых чаек рвется к небу.
Красно-малиновый закат
Еще красней кальмаров сделал
На белизне песка.
Глобальность потепления достигла
Океанических глубин,
Где дом кальмаров, дальше сдвинув
Их ареал, и мы глядим
С предощущеньем катастрофы,
Да и ученым невдомек,
Чем гибель объяснить, и каковы прогнозы
На ближний и на дальний срок.
9.12
Покой
Невидимой, но божьей твари голос -
Толь белка, толь ворона, толи джей -
Скрипел на крыше, тряпки сохли
От стирки понедельничной моей:
Совсем короток день, но солнце греет,
И ловишь толику тепла,
Чтоб влага испарилась и ушла,
Покамест солнышко не село.
И удивительный декабрь,
С московским бабьим летом схожий,
Согрел мне незаметно кожу,
И тес на стенах засветился, как янтарь.
10.12
Метаморфоза
Дым розовых цветов в деревьях,
Огромных, как ладонь,
Тропических и неизвестных -
Остановись, постой!
Взгляни на чудо в день декабрьский -
Пусть памяти глаза
Преподнесут подарок царский,
И кончится гроза.
И радуга блеснет на небе
Спектральной полосой -
Метаморфоза: гроздья гнева
На винограда гроздь.
11.12
Прятки
А с неба бороденкою трясет
Холодный дождь декабрьского разлива,
Но солнце рвется нам помочь,
И пробегает торопливо
Среди тяжелых облаков
Голубизна, играя в прятки.
Ну, все - беги во все лопатки,
В пути чтоб не застукал дождь.
11.12
Осчастливлена
Громко капли стучат, и стремится ручей
Вниз с горы, разливаясь потоком,
Но прорвалося солнце, и теплых лучей
Все ж дождались промерзшие щеки.
Тихий посвист летит с обнаженных ветвей -
Я ловлю осчастливленным ухом,
И скопляется тихая радость на дне
Так неявно, пока еще глухо.
12.12
Сорняк
Сорный цветик посреди газона,
Листьями засыпанного плотно,
Распустил на солнце мелкие бутоны,
Тихо пахнет, солнцем упоенный.
Подстригая травы в час урочный,
Скосят и беднягу-простофилю,
И исчезнут малые цветочки,
Рассыпаясь беловатой пылью.
Но сильна у сорняка природа,
И живучесть корня сохраняя,
Несмотря на вечные невзгоды,
Бросив семя в клумбу, вырастает.
Кто-то любит партизан живучих,
Кто с землей сравняет, кто окучит,
Кто вдыхает аромат медвяный,
Кто сгноит его в компостной яме.
12.12
Нить тепла
Похолодало, как оборвалось,
И нить тепла декабрьского растрепалась,
Миг - оборвется меч дамоклов, прочь
Тепло умчится, коль зима прорвалась.
Дыханье холод в легкие несет,
И где-то там, в груди заледенело,
Но чист промытый горизонт,
И небо к ночи просветлело.
И розовеют облака,
И гор хребты оконтурены солнцем,
И предрождественская суета
Веселой музыкой доносится.
И ночью, знаю, вспыхнут огоньки
Гирлянд, развешенных заранее,
И ночь отступится за крайние
Дома в поселке у реки.
12.12
***
Забывшись, добежала до конца
Крутого склона, и пошла обратно -
Передо мной пылали небеса
Кострами дымными заката.
И мелкота малиновых плодов
Хрустела хворостом, иссушенным за лето.
И в сумерках я пробегала где-то,
Глаз отражал в пожарах горизонт.
12.12
Панегирик
Хороший детектив - не шлягер, и не счет,
Безоговорочно от дела отвлечет,
И сбросишь тягомотину забот,
Пока к концу рассказ не подойдет.
И оторвавшись нехотя от строк,
Вернешься к скуке липовых хлопот,
В обед и завтрак - чем набить живот,
И как дожить кончающийся год.
И снова рухнув на диван среди забот,
Перевернешь помятый переплет,
Фандорин, Пинкертон, Лу Арчер и Шерлок,
И Пуаро - и каждый в свой черед -
Вперед!
13.12
2012, 12 декабря
А что там символического в дате?
Порядок цифр не значил ничего
Для большинства, а мы собрались в хате
Проблемы обсудить семейным большинством.
Двенадцатого декабря двенадцатого года
Собрались рыцари у круглого стола
Джиневре изъявить любовь до гроба,
Поскольку собралась одна семья.
Нет, рыцарские времена забудь -
Они собрались для резонной цели:
Джиневра уезжала в дальний путь,
Одна на бой, а рыцари галдели.
13.12
***
В осенних красках километры, мили,
Но осыпается древесная краса,
Ветра метут, дожди залили,
И падает отжившая листва.
Сыну
В гондоле я плыву в ночи,
И гондольер-венецианец,
Задумавшись, мелодии бренчит
На красно-лаковой гитаре.
Пьянея от луны большой,
Дробит гондола отраженье
Серебряного диска. Пенье
Обогащает час ночной.
Под пальцами поет струна -
Мелодий златострунных звуки
Неуж рождают эти руки,
А не лучи, что шлет луна?
А не волна, что плещет вдоль
Бортов изогнутых, лебяжьих?
Но пальцы тонкие изящны,
И исчезает злая боль,
Стекая каплями с весла,
Устав.
13.12
Расцвет в декабре
Желчный дед, старик-декабрь
В Поднебесной наводил порядок -
Душу из деревьев вытряс,
И упали с веток серых листья.
Но упрямая черешня-вишня станет
Расцветать нежданными цветами.
Закусил губу декабрь суровый
И косматые нахмурил брови.
Дунул ветром - лепестки летели,
Будто снежные неслись метели.
Зацвела не вовремя черешня-вишня -
Кабы для нее чего не вышло.
Сумасшедший климат, непонятный -
Одевайтесь потеплей, ребята.
Вы отвыкли от снегов глубоких,
Что лежат зимой в полях далеких,
Что в лесах навалены сугробы,
И не ждите милость от природы.
14.12
Грибы
Такая тишина, ловлю чуть слышный свист,
Чуть слышный карк и скрип коляски детской,
А околоток спит мертвецки,
И редкая машина шелестит.
Приник к поселку сумрачный матрац -
Ползет по склону серой тучей,
Но изредка ухватит глаз
Бутон, расцветший на кустах колючих.
И вдруг, видением иной,
Прошедшей жизни милая картина -
Маслята, выросшие на куртине,
Свинушек бархатных пушистый рой.
Вода блестит, как в миске - в шляпке,
Иголка с кожицей срослась...
Такие славные дела,
Такие чудные подарки.
14.12
***
Букет бутонов роз в руке,
Рука исколота шипами,
Букет попал к Прекрасной Даме,
А как попал - секрет.
***
Зверь загнанный - трави его, трави!
Ату его! Ату! И чтоб не огрызался!
А если на пути судьбе попался,
Замри и кончено. На помощь не зови.
К Рождеству
Пронзительной голубизны
Сияет небо за пересеченьем
Ветвей, и воспаляя зренье
Сверкает солнце на блестящих плоскостях,
И ветер у меня в гостях,
Принесший холод в качестве подарка,
И новогодняя сияет марка,
Что на конверт наклеила рука -
Все это завершит строка,
Летящая в конверте том -
С веселым Рождеством!
15.12
С небес
Ах, ветер, холод - мерзнет кисть,
Что держит диктофон снаружи, не в кармане -
В холодной нахожусь нирване,
И умиротворяет жизнь,
Где есть взаимопониманье,
Где нет суровости в лице,
Где ель приветливо ветвями
Качнет - и годовая цепь
Звено последнее вот-вот откинет,
И на сегодня чаша минет,
И "Дева, радуйся!" звучит с небес.
15.12
Убрать в тепло
Да, холодно... Ночами орхидеи
Погибнуть могут - не всегда слежу
За градуса безжалостным паденьем,
Коль поводырь не дергает вожжу.
Конечно, жить им надо в теплом доме,
Кухонный подоконник - лучший пункт,
Сюда же принести горшок бегоний,
И пусть цветут.
Перезимуют, и тогда наружу
Спокойно вытащить под солнце и тепло,
Но как-то так сложилось-повелось,
И о цветах никто не тужит.
16.12
Именины
Качает тонкие вершины,
Как будто мачты с парусами...
Декабрьские именины
Отметят названные именами
Святых сезона. Дни рожденья
У Александра, Алексея,
Георгия, или Андрея -
Всем посылаю поздравленья.
16.12
***
Денек короткий ценится вдвойне,
Когда под солнцем травы шелковисты
И отливают блеском серебристым,
Когда дождя в помине нет -
В сравненье с мраком двух недель.
17.12
Эрмитаж памяти
Случайный разговор, случайный разговор -
Я повторяю пару слов,
Но отчего печален взор,
Нахмурена седая бровь?
Взгляни - насыщенный пейзаж
Сюжетами твоих стихов
Хранит в подвалах Эрмитаж -
В подвалах памяти склад-схрон.
Белы под солнцем облака,
Как лучший костяной фарфор,
Вдали от города - снега,
Их в Эрмитаж упрячет взор.
В архивах памяти коплю,
Как драгоценности, слова -
Основа, из чего совью
Стихотворений кружева.
17.12
Вечер вдвоем
Каркасси, Джулиани, Карулли
И вновь, как двадцать лет назад,
Мой сын играет на гитаре,
И дамы в кринолинах в ряд
Танцуют прямо перед нами.
Поклон, и круг ведя рукой,
Маркиза вторит кринолином,
Поет печально мандолина,
Плывет гондола под луной.
Истрепана бумага нот,
Чуть светится ночная лампа -
Лампада, свечка - дым плывет,
Исчезли кринолин и дама,
Костлявых пальцев перебор
По струнам дареной гитары...
Друзья дарили, были правы -
С тех пор безмолвный разговор,
Без слов вечерняя беседа
Нас охраняет оберегом
Этюдов итальянских старых.
18.12
Расцветает ночью
Как воздух чист, и солнце режет глаз,
Фантомы мчались - велосипедисты,
Над улицей пригнувшись низко
И воплотив движением экстаз.
Пустая пачка из-под сигарет
Сверкала бриллиантами росы,
Промокли у собак носы -
Им холодно идти босым,
А, может быть, и нет.
И за ночь проморожены, хрустят
Горошинки малиновых плодов -
Мышиных глазок - скачут из-под ног,
Напоминая блох,
И привлекая взгляд.
Ночных гирлянд не видно ярким днем -
Нелепым представляется декор,
Но расцветает ночью под шатром
Ночного неба праздничный убор.
18.12
Образы
Тихо осыпаются остатние листы,
Ветра нет, и лист падет, порхая.
Розы облетают, искажая
Образы бессмертной красоты.
Не горюй, еще бутон открыт,
Несмотря на заморозки ночью.
Образы бессмертной красоты
Наблюдаю ярким днем воочью.
Полки холодильника пусты,
Я исправлюсь - заготовлю суп и ужин.
Образы бессмертной красоты
Не помеха будней нуждам.
Опаляет солнце холод щек,
Через лужи наведет мосты,
Глаз захватит, коль увидеть смог,
Образы бессмертной красоты.
18.12
***
Погибли от мороза на глазах
Тропические жители-растенья,
Погибли листья, стебли и коренья
Живущих в промороженных горшках.
Мне путь в Москву практически заказан -
Я не витаю в облаках:
Мне заморозок противопоказан,
Я в теплых родилась краях.
19.12
"Печаль моя светла"
А на небе луна растущей арбузной долькой,
И летит самолет серебряной стрекозой -
Я в небо гляжу голубое высоко-высоко,
И кроме следа самолета, в небе нет облаков.
Спешит населенье подстричь на весну деревья,
И целая куча сучьев валяется у ствола -
Я мысль увожу от печали, как можно скорее,
И эта печаль моя вовсе не так светла.
19.12
Шип
Собачонке скучно, собачонка гавкнет
Вслед прохожим и не ждет ответ.
Звук сирены беспокойной тает,
Снова тишина и солнца свет.
Каркнет настороженно ворона
И замолкнет на своем суку.
И затихло... Новые препоны
Выдвинуты, чтоб попасть в Москву.
Червячок насажен на иголку -
Полюбуйтесь - вертится живая тварь.
Я бреду по жизни втихомолку,
В сердце шип несу, кровоточа.
19.12
Калифорнийская зима
Бегу, и вместе по-над крышей
Со мною панорама гор.
Я здесь живу пятнадцать с лишком,
Шестнадцатый, должно быть, год
И дольше, чем в Алтуфьеве. Достойна
Анюта, дочь, хозяйство перенять,
Семьей и домом управлять,
Но рвется управлять и мною.
На этом хватит... Огляжу
Свою окраину, двух городов в контакте -
Я душу распахнув, вхожу
На холм обжитый, и себе представьте:
Передо мной долина, две горы,
Хребет венчающие грудью женской,
И чайки надо мной в голубизне вселенской
Встречаются до полудня поры.
И склоны зеленеют от дождей,
Недавних, ожидая новых,
И солнце пробирает до костей,
И расстегнула я свои покровы -
Ведь сказочка Толстого обо мне,
Закутаюсь и я при холоде и ветре,
Под солнцем разомлею в неге,
Чтоб растекаться мыслью шума вне.
Я принимаю солнца дар -
Подсолнухом в большом берете
К нему лицом обращена,
Улыбка солнцу встречно светит.
И кучки белых облаков
Не как предвестников дождя воспринимаю,
А как необходимые детали
Присутствия на пиршестве богов.
Мой ларимар и бирюза,
И жемчуга на старых пальцах -
Убор к лицу в моих глазах,
И соответственное платье
В попад и дивным небесам
И облакам, сияющим жемчужно...
Ах, упоительна краса
Зимы калифорнийской, южной.
И я по крохам соберу
Коллекцию бесценных впечатлений -
Они пойдут в стихотворенье,
Не позабыть бы...
20.12
У соседей
Светло-розовый шиповник
И цветет, и плодик холит,
Пахнет розовым вареньем,
Что когда-то в воскресенье
Мы сварили летом давним,
Лепестки набрав на варку.
И вареньем розовым
Сдобрили морожено.
20.12
Отдельный уголок
Ни капельки не пропустить
Сияющей до ослепленья
Прозрачности небес, испить,
Вдохнув всей грудью воздух сладкий -
Мой мозг раскрыт, на чудо падкий:
Случиться что-нибудь должно.
Какое новое кино
Покажут мне, я засниму
Глазами, в памяти займу
Отдельный уголок храненья -
Где рыжий мелкий лист берез,
Еще закрытый цвет мимоз,
И иней, улетавший паром,
Сикомор поздние пожары,
И пол луны с ее морями,
И чайки полу диск пересекали
Едва заметными стрекозами
За белоногими березами.
20.12
Кошка
Так идти бы, идти
Без царя в голове пустой,
Кошкой жмурясь на солнца тепло.
А мимоза никак не начнет на пригорке цвести,
И кто знает, куда тропа меня приведет?
Мои валенки мягко ступают на твердый бетон,
Я неслышно крадусь,
Будто кошка ночною порой,
А в лазури небес еле слышен чив-чив и звон.
Бесконечен мой путь,
И когда-то закончится он.
20.12
И на лице тревога
Разума, покоя не находящего
Из-за пожирающей его
Внутренней борьбы.
Кончаются
Минута - хлынет дождь, и серая стена
Ползет неотвратимо ближе, ближе,
А выше - солнце, и волна
Тепла мне щеки лижет.
И ветер свой локомотив
Со свистом гонит дальше,
Ручьи бегут под дождика мотив,
И блики солнца пляшут
На быстрых спинках ручейков,
Не медля сохнут кочки -
Кончаются без лишних слов
Последние денечки.
21.12
Особый день
1.
Сегодня кончен календарь
Тысячелетний майя,
И суеверящим беда -
Их всполошилась стая.
А солнце радугу зажгло,
И дальше жизнь помчалась -
Спина согрелась под теплом,
И плоть тепла набралась.
2.
Жуткий дождь, жуткий ветер
Забылись на миг,
Солнце яркое тут же ворвалось,
И упал лист сикоморы в руки мои -
Я поймала его, удержала.
Сильный ветер, шальной
Гонит братьев его,
Колесом вниз с горы и на плоскость -
И вращается гордая роза ветров,
И дождя накопилася пропасть.
3.
Откуда дождь? В зените синева -
А это ветер переносит капли,
И пальмы отряхнут брезгливо пальцы,
И падает подмокшая листва.
Разрыв меж ливнями, и влаги сыпь
Лицо сухое освежает,
И все ж таки на солнце тает
В прорыв идущий тучи монолит.
4.
Карабкаюсь на гору. Встречный вихрь
Мне продвиженье тормозит.
И одинокая фигура
Под ветром скрючилась, согнулась,
Из ниоткуда дождь кропит,
А солнце в лужицах блистает,
Сальто-мортале крутит лист,
И туча с фронта наползает.
И прихотливые ветра,
Меняя направленье, разгоняют
Листву поверженную, а гора
Исчезла с глаз, но радуга сияет
В прорехах между. Мелкая капель
Еще не перешла в бомбардировку,
И ветер растрепал головку
С избытком голенастой пальмы -
На подиум ее, в модель...
5.
А лист, как будто митенки надел -
Перчаточки без пальцев для старушек.
Под солнцем дождь канву распустит,
И горбик радуги, оставшись не у дел,
Передвигает местоположенье,
Взяв азимут дождя движенья.
21.12
Коричневый чайник
Руки
Дайте в руки посмотреть,
Ощутить прохладу глины,
Чайник подержать старинный
И в ладонях обогреть.
Его выпуклым бокам
Цвета высохшей корицы
Форму придала рука,
И под влажною тряпицей,
Перед тем, как в печь нырнуть,
Ждал последнего касанья
Рук создателя для чайной
Церемонии сосуд.
23.12
Дневник путешественника
Сан-Хозе, Коста-Рика
Приезд, подъем на вулкан Паос
1.
Ужасное старушечье лицо -
Убрать все зеркала, чтоб не впадать в миноры.
Взглянуть в окно и видеть за окном
Огромные зовущие просторы
Коста-риканских гор. И бугенвиллий лес,
И фламбойан, пожар горящий,
Вернут мне виденье чудес
И рай земной животворящий.
2.
Поутру встать и видеть пред собой
Сплошной туман, скрывающий долины,
Плантации, поселки, гор вершины,
Переходящий в дождь сплошной.
Ручьи, бегущие арыками с вершин,
Сливаются в поток гремящий.
О, Christmas в тропиках, ненастоящий,
А может, именно такой, как был.
Везут нас на вулкан, надеждой обогрев,
Что дождь закончится, и что-то будет видно -
Чтоб не было заранее обидно,
Куда тащили нас, чтоб только съесть обед.
Наш гид старательно опрашивал народ,
Что перекусим - курицу иль рыбу,
А может, овощи и мясо предпочли бы?
А дождь, меж тем, все льет, и льет, и льет.
3.
С вулкана шел тяжелый фронт
Свинцово-серого торнадо,
Земли коснулся брюхом створ,
И полыхали белым фланги.
И панорама из окна
Гостиницы международной
Угрозою была полна
Свинцовой широкоугольной.
А ветер превращал фонтан
В брандспойт, людей сгонявший с места,
И ливень заливал вулкан,
И обесцветилась окрестность.
Старается на камеру схватить
Заката краткие секунды,
Но засыпает беспробудно
Моя - с концом заката - прыть.
5.
На востоке солнце встало -
Солнце выпрыгнуло белкой,
На подушках заскакало,
Раскидало тени - сетки.
И насмешливою мордкой
На меня глядит - слабо вам!
Вот сегодня бы в походы
На вулканы, на вулканы!
6.
На пальмах длинноногих попугаи
Орут, как в коммуналке сто соседок.
Но никого не били, не пугали -
Обменивались сплетнями на ветках.
В халатиках зеленых
С крашеной головкой,
Глазами зыркали,
Как черные цыганки.
Перелетая с пальмочки на пальму,
Как рукавами, крыльями махали,
Как будто хвастались своей обновкой.
Национальный парк Тортугуэро
1.
Дождь ночной топочет ножками,
Тычет пальчиками в крышу,
Забивает гвозди молоточками -
Слышите меня, не слышите?
Ветерок подует непоседливый,
Дождь засуетился, затопорщился,
Грохотнул легонько, будто медленно -
А потом как грянул, не поморщился!
В заповеднике глухом Черепаховом
Неуютно под дождем, ахово.
Не заснуть под стукоток надоедливый,
Вот бы кончился скорей, непоседливый.
2.
Сегодня повезло, дождь припоздал с утра
Полить живой водой с небесной выси -
Три лодки по пятнадцать вынесли
Команды в заповедник на канал.
Там капуцин с тонзурой и в мехах
Перебегает по листам огромной пальмы,
Хватая насекомых впопыхах,
Вниманье не расходуя на дальних
Сидящих в лодках. Цапли всех мастей
Спокойно ждут рыбешки завалящей,
И ястреб зрит происходящее,
Держа дозор с ветвей.
А крокодил с улыбкой на зубах
Улегся, свесив лапки вдоль намыва
Песчаного - щитки хребта подняв
В знак дружелюбия мотива.
3.
Последний штрих - тукан
Над джунглями вознес
Свой римский нос в окраске многоцветной.
Его нашли в туман, переходящий в дождь,
И показали нам одномоментно.
И лодки полетели обгонять
Одна другую, вместе - тучи.
Успели загодя, для нас и лучше,
Чем по дождю промокшими шагать.
4.
Всю ночь бренчало рюмочкой стекло,
И дождь гремел по рельсам паровозом,
И дом дрожал, как человек с мороза,
И переходы залило.
И нет - заснуть и беспробудно спать,
Не слушая, не ведая, не зная,
Что ночь несет, старуха злая,
И что на голову предписано упасть.
5.
Плясалось так, как на остатний день,
Когда потеряно все, что имел, до нитки,
Когда уж нечего терять - мы квиты
Со всею жизнью обретений и потерь.
И черно-серой шкуркою змеи
Прилипло платье к потной коже,
Носились тени в пляске сложной,
И уходило притяжение земли.
И инструментам подчинялись голоса,
Вытягивая ноты воем,
И ветры вторили ревущим небесам,
И вспоминалась эпопея Ноя.
И за ночь повторялся цикл дождя,
Цикл сотрясений, содроганий,
И тени по стенам метались
От платья серо-черного, скользя
И в пляске словно оживая.
6.
Устала за ночь, будто бы везла
Нагруженную тяжело телегу,
Но засыпала и спала
Без сновидений.
Обрушились потопом небеса,
Разверзлись хляби -
Об этом ни пером не описать,
И нет такой бумаги
Живописать, как ночью в темноте
Грохочет дождь по легковесной крыше,
Тебя несет в опасной пустоте,
И голос твой не слышен.
И мысли рассыпаются, как муравьи,
Из муравейника бегущие по лесу -
Насколько дождь действительно залил
Дороги местные?
Как выезжать, куда, погоду переждать -
Дожди космического ранга,
В сезон дождей с дождем существовать,
А дождь в режиме бумеранга.
На гида, как на бога, уповать -
Полсотней душ живых он управитель -
На деле что он может предпринять,
Се - человек, обычный местный житель.
Что остается нам, селянам городским,
Забывшим все инстинкты выживанья,
Повинным в любопытстве и в тщеславье,
Так малого хотящим - быть живым.
7.
Наутро страхи ночи разошлись,
Туман так тает, с гор ползущий.
Что делает испуганная мысль,
Бессонницу зовущая -
Родит кошмар - потопы, сель, обвал,
Дороги перекрыты радикально,
Кто соблазнительно сказал,
Что Коста-Рика край желанный?
По минимуму - хорошо и так,
По максимуму - может быть и лучше.
А разум наш, лукавый и могучий
Желает абсолюта - не дурак.
Губа - не дура, зарится на экстра,
Сезон дождей - не время для гуляк.
Хоть гид Джей-Джей заботливый протектор,
Сезон дождей тур превратил в бардак.
8.
Недолго избалованное солнце
Поклонников подогревало в лодке,
Опять укрылось, и полощется
Дождь надоевший в лужах. Мокнет
Природа равнодушно - непогода ль, вёдро
И жадно поглощает воду тропик,
Или субтропик ненасытной глоткой.
Долина Сан-Карлос, река Фрио,
Горячие источники вулкана Аренал,
Заповедник Черный каньон, Фортуна
1.
Дождь подкрался тихой сапой,
Как Молчалин деликатный.
Ах, вы спите беспробудно? -
Грохнул, бухнул Скалозубом.
Трубы лили мужиками,
Вышедши до ветру спьяну,
В крышу грубо громыхали
Кулаками хулиганы.
Натяну я плащик желтый -
От дождя меня спасает -
Изучаю околоток,
Сопли, слезы проливая.
Вздрагивает Бенц-Мерседес
От "апчхи" со всех сидений,
И от кашля сотрясений,
Что идет от населенья.
2.
А напротив - вулкан,
А имбирь все цветет,
А дождливый сезон набирается силы.
И в походы опять собирает народ
Разноцветные дождевики. Испарилась
Незаметно надежда на день без тревог
О простуде и насморке, чихе и кашле.
Мы-то чем провинились,
Помилуй нас бог,
Что не ведали - с климатом вышла промашка -
И попали на самую влажность из всех
Коста-Рики карибской относительной суши,
И промокнув насквозь от занудного душа,
Собирали гроши незавидных надежд.
3.
В термальных водах излечить
Истосковавшуюся душу
Теплом после дождей, и плыть
Лягушкой, ананас откушать
И "маргариты" чуть испить
Через соломинку - не рай ли?
А попугаи все орали,
Чтобы Фортуну разбудить.
Висячие мосты, провинция Гуанакасте,
Коста-Рика тихоокеанская
1.
Висячие мосты над лесом дождевым
Качаются под каждым шагом,
И лучше не глядеть налево и направо,
А только прямо за передовым.
А дождь сплошной, и тоненькая сеть
Тумана-облака наброшена на плечи,
И льется дождь и ночь, и день, и вечер,
И думаешь - иметь иль не иметь.
Уже наскучило брести в плаще по джунглям,
С надеждою ловить луч солнца сквозь листву,
Висячие мосты, кто вас придумал,
Чтобы привлечь туриста на версту -
На мили две вверх-вниз через каньоны,
За красною лягушкой, что ушла.
Качаются мосты, им не нужны опоры,
А на мосту толпа, опора им нужна.
2.
Кашли и насморки смыты волной -
Жара вдохнули, сквозь горы спустившись -
Южный Пасифик, небо очистив,
Встал предо мной голубою стеной.
Сгинули, будто и не было, тучи,
Синее небо ласкает глаза -
Бросив багаж и маски навьючив,
К пляжу закатному люди спешат.
Хоть и на четверть часа, но успели
Едко-соленой стихии схватить -
В теплое логово водной постели
Наши нагие тела уложить.
Тихо колышет Южный Пасифик
Тело, душа обретает покой,
Злу недоступная, гневу, корысти -
Райское место, и климат такой.
3.
До завтрака рвануться на балкон
И подтвердить растущие надежды -
Да, здесь тепло,
Нас ждет песок прибрежный,
Волна, что здесь плескалась со времен
Доисторических, и белый человек
Еще не заявился из Европы,
И царственный палаццо Мариотта
Не распахнул приветливых дверей.
А тут и "Караван" привез толпу
Поклонников далеких путешествий -
Здесь пилигримы причастились вечной
Благой природе, солнцу и теплу.
Сумею ль донести, как ласкова волна,
Как обволакивает страждущее тело,
Как взор ласкает синева и глубина,
Наполненные струями и пеной.
И рыбы, водоросли - лава заросла,
Обжитая за тыщелетья.
Душа покоится, отметив
Явление разумности Творца.
4.
С утра не дождь, а солнечный поток
Зовет на берег опуститься в волны -
Прозрачные, они горьки и солоны,
И теплые, как в сердце уголок.
И открываются глаза на водный мир,
На ярко-синий блеск рыбешки,
На желтую толпу собравшихся на пир
Жирующих среди кораллов крошек,
На змеевидного угря между камней -
Выглядывает зорким глазом жертву,
На раковины, четкие на дне,
И мы снимаем видео мурену
И рыбок, и друг друга на волнах,
И растворяясь в голубом пространстве,
Забыли дождь и сырость в башмаках,
И ощущаем полновесность счастья.
5.
Достигла лихорадка апогея -
Готовимся отметить Новый год
В Америке центральной - вот идея,
Собравшая разрозненный народ:
Индусы, тройка русских, мексиканки,
Альфред и Ульрих - верные мужья
Разноязыких жен, костариканец
Наш лидер, гид Джей-Джей -
Сплоченная семья.
Ничто не абсолютно - в бочку меда
Вольют по ложке дегтя - не дай бог,
Чтоб показалась переслащенной свобода -
Дожди включат, и потеряю брошь.
Ах, однова живем...
И фейерверка пламя
Взорвалось у балкона, грохоча
Огнями, будто адскими, сияя -
Нет, разгоралась райская свеча.
23.12 - 31.12