Булавин Дмитрий Анатольевич
Наши разногласия

Самиздат: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Links
Кожевенное мастерство: сумки, ремни своими руками
 Ваша оценка:


  Наши разногласия.
 
  Череда расколов и скандалов, лихорадящая последнее время "Социалистическое Сопротивление" (Российская секция Комитета за Рабочий Интернационал) побудила нас сформулировать 4 вопроса к этой структуре, дабы русские марксисты точнее ознакомились с сущностью ее политической программы, убедились в верности или же неверности применяемой КРИ тактики и стратегии. Но, значение этих вопросов, как мы постараемся показать в данной работе, выходит далеко за рамки межпартийной борьбы, и имеет судьбоносное значение для становления марксистских сил в современной России.
 
  К сожалению, развернутого ответа на наши вопросы от активистов КРИ добится мы не смогли.
  Лишь анархо-троцкист Иван Овсянников, да проживающий ныне в стране Гете и Шиллера, член КРИ тов. Дм. Радчук, дали краткие, но все же достаточно полноценные для целей дискуссии ответы.
 

     -- Вопрос о социальной природе КНР.

 
  Оба наших сопротивленца заявляют, что КРИ якобы не признает за современным Китаем характер "деформированного рабочего государства". Однако, марксистский анализ требует точной постановки вопроса. Когда, в связи с какими социально- политическими процессами, Китай потерял это качество (в том случае конечно, если он вообще имел его)? Известно, что многие троцкисты (в частности КМИ, Комитет за Марксистский Интернационал) полагают, что "точка невозврата" на пути капитализации Китая еще не пройдена. Насколько нам известно, официальная позиция КРИ также строится вокруг теории "точки невозврата", и лишь шведская секция и отдельные активисты из разных стран утверждают однозначно капиталистический характер КНР. Но, как бы то ни было, очевидно, что и КРИ и КМИ рассматривают процессы в Китае как эволюционные изменения, затрагивающие экономический базис, при полном сохранении сталинистской политической надстройки. Но какие выводы следуют из этого? Далеко не утешительные для всей логической конструкции троцкизма. Троцкий отвергал возможность мирного, эволюционного врастания сталинистской бюрократии в капитализм. В его анализе предусматривалось лишь две возможности - либо политическая революция пролетариата, либо буржуазный переворот, движущими силами которого выступают часть бюрократии при прямой поддержке империалистических держав (1). Ни того, ни другого в Китае не было. В КНР в неприкосновенности сохранилась тоталитарная диктатура, характерная для сталинистских режимов, не опирающихся непосредственно на свирепый террор, но эффективно подавляющих любую возможность самовыражения трудящихся масс.
 
  Таким образом, можно констатировать, что бюрократия может, в определенных исторических обстоятельствах, изменять формы собственности, и при этом тоталитарная политическая надстройка остается неизменной. О чем говорит нам данный факт? По нашему мнению он прямо свидетельствует в пользу теории государственного капитализма. Если бы, согласно троцкистской методологии, бюрократия была бы случайным наростом на теле "рабочего государства", то такая трансформация экономического базиса как в Китае, не могла бы произойти без масштабных политических потрясений.
 
  Нам скажут, что Китай можно было бы рассматривать как исключение. Но историческая закономерность не допускает исключений, или она не является закономерностью. Если бы у нас перед глазами был бы только опыт катастрофической "перестройки" в СССР, то троцкистская схема еще могла бы искать обоснования в социальной действительности и представители этого течения еще могли бы натягивать каркас реальных фактов на свою теорию возникновения и гибели "деформированного рабочего государства". Но и тут марксистский анализ конкретной действительности обнаруживает, что история развивалась не совсем по Троцкому. То, что события в перестроечной России приняли характер крутой ломки всей социально - политической структуры по нашему мнению не являлось фатальной неизбежностью. В ранний период "перестройки" бюрократия была едина в стремлении к постепенным реформам. Однако, копившийся десятилетиями груз экономических проблем, неблагоприятная конъюнктура на мировом рынке энергоносителей, целенаправленное и активное давление империалистических держав и т.д. не позволили бюрократии осуществить "китайский вариант" перехода от государственно-капиталистической к частно-капиталистической экономике. Сформировавшаяся, при поддержке западных империалистов, клика Ельцина встала на путь радикальной ломки всей общественной структуры СССР. И этот путь, конечно, означал для советского народа куда большие страдания, чем возможные реформы ГКЧП или даже Горбачева.
 

  Отношения империалистического Китая и старых хищников империализма определяют расстановку сил на арене межимпериалистической борьбы. На фото: маневры Народно-освободительной армии Китая (НОАК)

  0x08 graphic
Еще год назад, в полемике с бывшим идеологом КРИ Россия М. Васильевым, позиция которого сводилась к теории "точки невозврата", мы привели весомые доказательства в пользу того, что Китай никогда не был ни деформированным, ни извращенным, ни каким либо еще рабочим государством, а представляет собой восходящую империалистическую державу. Полемика вокруг социальной природы КНР не является чисто академическим спором, как может показаться некоторым. Во-первых, именно отношения империалистического Китая и старых хищников империализма определяют сейчас расстановку сил на арене межимпериалистической борьбы. Мы надеемся, что никому не надо объяснять азбучную истину марксизма, что империалистический мир всегда чреват империалистической войной. Во- вторых, отрицание капиталистического характера КНР означает прямую или косвенную поддержку национальной фракции господствующего класса. Отрицание капитализма в Китае отдаляет перспективы проникновения действительно революционного марксизма в эту страну.
 

     -- Абстенсионизм или парламентский кретинизм?

 
  Если для Овсянникова вопрос об участии коммунистов в парламенте "открыт", то Радчук озвучивает официальную позицию КРИ о необходимости такого участия. Лично он, однако, обставляет это рядом условий, таких как: контроль парламентария партией, прозрачность его финансирования, отчисление из депутатской зарплаты той суммы, которая превышает среднюю зарплату рабочего по стране, отказ от блоков с правыми. Но, очевидно, что в условиях тотальной коррупции современного буржуазного госаппарата, обойти эти "кондиции" не составит никакого труда. Остается только полагаться на честность попавших в буржуазный парламент партийцев. Конечно, большинству настоящих коммунистов даже атмосфера парламента не страшна. Но нельзя строить политическую стратегию на субъективных факторах.
 
  Критерием участия коммунистов в парламенте является польза революционному делу. Аксиомой для революционных марксистов является то, что современный парламент невозможно использовать как средство завоевания власти. Оппортунисты заявляют, что парламент можно и нужно использовать в целях проведения т.н. "переходных требований", попросту же говоря реформ, улучшающих капитализм. В противоположность этой установке реформистов мы можем привести вывод Троцкого, столь же верный сейчас, как и тогда когда он был высказан: "Сегодня парламент ни в коем случае не может для коммунистов быть театром борьбы за реформы, за улучшение условий трудящихся классов, как это было в определенные моменты прошедшей эпохи. Центр тяжести политической жизни полностью, и притом, окончательно, переместился за пределы парламента" (2).
 
  Но, может быть, оппортунисты считают, что парламент можно в современных условиях использовать как революционную трибуну? Для всякого человека, знакомого с методами 0x08 graphic
идеологической машины буржуазии очевидна нереальность этой возможности. Чудовищно изощренный аппарат современных медиа не оставляет ни малейшего шанса для этого. Доказательством может служить опыт участия в парламенте более или менее революционных организаций России (РКРП, Трудовая Россия и др.). Оппортунисты заявляют также о пользе красных депутатов в плане противодействия репрессивным мерам правительства против оппозиции. На самом же деле, при ближайшем рассмотрении оказывается, что депутатская поддержка в этих случаях производит ничтожный эффект. Столкнувшись с действительно серьезной опасностью, буржуазное правительство имеет все возможности давить радикальный оппозиционный протест, не обращая внимания ни на каких депутатов. Ярчайшим доказательством попрания собственно буржуазной законности ради сохранения власти явились события черного октября 1993 года.
 
  Мы уже предвидим вопль талмудистов и начетчиков от марксизма, отсылающих нас к "Детской болезни левизны" В. И. Ленина. Как писал выдающийся итальянский марксист второй половины XX века Арриго Черветто: "Периодически, каждая жалкая оппортунистическая фигура появляется с цитатой из "Детcкой болезни" Ленина, думая, таким образом, опровергнуть революционные позиции" (3). На самом же деле здесь мы видим еще одну иллюстрацию того, что догматизм находится в противоречии с марксистским методом и как он ведет к оппортунизму. Дискуссия о революционном парламентаризме, в рамках которой Ленин вел борьбу с сектантством и ультралевым уклоном, не может быть понята вне исторического контекста всемирного революционного цикла открытого Великим Октябрем. Русская революция по плану марксистов была лишь прологом к европейской и мировой революции. Важнейшей частью этого плана было формирование интернациональной Партии пролетариата. В тоже время вновь созданные коммунистические организации Третьего Интернационала либо относятся примиренчески к старой социал-демократии, и откладывают решительный разрыв с ней, либо впадают в детскую болезнь ульралеваческого сектантства. Ленин ставит вопрос о революционном использовании парламента не абстрактно, а конкретно, как тактический, в конечном итоге второстепенный вопрос в реальной ситуации ослабления мировой системы империализма. Выводить из ленинской позиции догму о необходимости участия коммунистов в парламентском цирке во все времена, во всех странах и при всех обстоятельствах, значит порывать с марксизмом и открывать путь к сползанию в оппортунистическое болото.
 
  Следуя своей установке на использование буржуазного парламента, члены КРИ входили в Common House (Палату Общин), парламенты других буржуазных стран. Партийный орган британской секции КРИ - газета "The Socialist" восторгается, когда тот или иной активист избирается депутатом местных представительных органов Англии.
 
  Буржуазный парламентаризм находится в глубоком системном кризисе. В выборах участвует только часть т.н. "среднего класса", некоторые слои мелкой буржуазии и рабочая аристократия.
  Из года в год идет неуклонное снижение числа голосующих. Дело доходит до того, что в некоторых империалистических метрополиях в законодательном порядке вводятся выплаты за участие в выборах! Широкие массы отворачиваются от парламента, не связывают с ним удовлетворение никаких, даже "переходных", в троцкистской терминологии, требований. И в это время троцкисты КРИ призывают массы участвовать в парламентском балагане, формируют свои команды кандидатов из числа руководителей "интернационала", аплодируют электоральным успехам массовых реформистских организаций, вроде германской Die Linke.
 
  В противоположность парламентскому кретинизму реформистов революционный марксизм утверждает, на данном этапе социального развития, стратегию абстенсионизма, неучастия в обмане трудящихся масс посредством парламента.
 

     -- О Чечне и лозунге национального самоопределения.

 
  Позиция КРИ, озвученная не только Овсянниковым и Радчуком, но и фактическим руководителем КРИ Россия Робертом Джонсом (Robert Jones) сводится к безусловной приверженности лозунгу национального самоопределения. Р. Джонс говорит: "для нас этот пункт является критическим, я имею в виду вопрос национального освобождения. Возьмем проблему Чечни - мы считаем, что чеченский народ должен иметь право на самостоятельность" (4).
 
  Здесь нам не обойтись без экскурса в область теории. Фундаментальная истина марксизма в том, что право наций на самооопределение не может рассматриваться изолированно, вне связи с основной задачей коммунистов - уничтожения капиталистической системы как целого. Иными словами, борьбы за национальное освобождение подчинена интересам классовой борьбы. То же самое можно сказать и о борьбе за права женщин, гомосексуалистов, за экологию и др. Именно такая постановка вопроса отделяет коммунистов от буржуазно-либеральных правозащитников. Именно с точки зрения влияния на характер классовой борьбы, с точки зрения расстановки сил на арене классовой борьбы в региональном и мировом масштабе должен коммунист оценивать возможность национального освобождения.
 
  Взгляд с этой точки зрения показывает, что лозунг национального самоопределения не адекватен более современной реальности империалистического мира. Господство глобального капитала на планете не оставляет теперь никакого пространства для возможности самостоятельного формирования и развития новых буржуазных наций и государств. Само возникновение новой государственности может быть лишь следствием большой игры империалистических блоков. Ее становление не может протекать без прямой экономической, политической и военной поддержки того или иного империалистического хищника или группы хищников. Говорить о каком либо подлинном национальном суверенитете в этих условиях это абсурд. Пожалуй, ярче всего неоспоримость этого тезиса иллюстрирует печальная судьба бывших советских прибалтийских республик. Эти "государства" возникли как результат компромиссного сговора между постсоветской бюрократией и империалистами США и Европы. Их существование обусловлено только балансом интересов буржуазной России и западного империализма. Явилась ли их независимость благом для развития классовой борьбы в них самих и России? Думается, что нет. Эфемерная государственность столкнула между собой эстонских, латышских, литовских трудящихся, с одной стороны, и русскоговорящих трудящихся с другой стороны, разделила их по национальному признаку, существенно ослабив тем самым классовую борьбу, направив ее в ложное русло, обеспечила относительную устойчивость марионеточных режимов. В тоже время, русская буржуазия укрепила свою власть в России, играя на национальных чувствах трудящихся, эксплуатируя их возмущение ущемлением прав русских в Прибалтике.
 
  Применительно к Чечне лозунг национального самоопределения в данных конкретных условиях не может обернуться ни чем иным, кроме как созданием квазигосударственного полупатриархального-полукриминального анклава, все стороны жизни которого будут подчинены реакционным исламским монархиям и, опосредованно, американскому империализму. Из этого, конечно, не следует, что мы целиком и полностью одобряем политику Кремля в Чечне. Надо смотреть на вещи конкретно. Приведет ли успех политики Кремля по умиротворению Чечни к усилению российского империализма? Думается, что эффект в этом отношении будет минимальным. Российский империализм в Чечне ведет скорее не наступательную, а оборонительную борьбу. Нормализация обстановки в Чечне не может также привести к всплеску ура-патриотических проправительственных настроений. В сознании россиян чеченская проблема представляется не как колониальная экспедиция, а как трагический эпизод внутринационального конфликта, приведший к бессмысленным жертвам с обеих сторон. С другой стороны, победа исламского фундаментализма в Чечне привела бы всплеску буржуазного национализма на Кавказе, умело разжигаемому американским империализмом и его политическими марионетками на Ближнем Востоке. Этот взрыв на долгие времена погрузил бы народы Кавказа и России в беспросветную трясину этнических конфликтов, катастрофически отразился бы на экономическом положении, а, следовательно, привел бы к очередному витку депролетаризации, маргинализации и люмпенизации.
 
  Лозунг о национальном самоопределении неоднозначно воспринимался многими марксистами уже в начале XX века. Достаточно в этой связи напомнить о критике Розой Люксембург предоставления независимости Польше и Финляндии большевиками. Теперь же невозможность национального освобождения очевидна любому мыслящему марксисту.
  В противоположность лозунгам о поддержке национального самоопределения, этим обманчивым миражам, продуцируемым оппортунистической гегемонией над рабочим классом, революционный марксизм утверждает стратегию действительного пролетарского интернационализма.
 

     -- Тред-юнионизм или действительная рабочая борьба?

 
  Еще один вопрос, заданный КРИ касался отношения к профсоюзам в империалистических метрополиях. Позицию КРИ озвучил товарищ Радчук: "Империалистических метрополий много, ситуация в них разная. Профсоюзов естественно ещё больше. В основном это жёлтые профсоюзы, часто под контролем госаппарата или менеджмента. Но если профсоюзное движение в этих метрополиях есть, то мы идем туда, туда, где массы."
 
  Цель, таким образом, сформулирована достаточно четко - невзирая на характер профсоюзов идти в них для того, чтобы сформировать на этой основе массовую организацию. И здесь, как и в случае с парламентаризмом, мы наблюдаем, что на самом деле лефтисты, которые оправдывают свою политику тем, что не хотят отрываться от масс, идут в сторону, противоположную движению масс. По данным британского Конгресса тред-юнионов, членами профсоюзов являются менее трех из десяти трудящихся, причем 50% трудящихся никогда в профсоюзах не состояли. Численность членов профсоюзов имеет стабильно отрицательную динамику. Если сегодня членами профсоюзов состоят 28% трудящихся Великобритании, то 20 лет назад их было 48% (5). Более показательно то, что снижение численность организованных в профсоюзы трудящихся происходит на традиционно синдицированных предприятиях, за счет молодежи, отказывающейся вступать в эти неадекватные организации. Очевидно, для КРИ и иных "интернационалов" отношение к таким фактам отрицательное, так как они считают, что якобы только организованный в тред-юнионы класс способен на революционное политическое действие.
 
  КРИ и другие реформистские организации делают работу с профсоюзами главной, системоообразующей основой своей политической деятельности. Мы постоянно слышим от них призывы организовывать рабочих в профсоюзы, высказывания, что только профсоюзная борьба ведет к повышению уровня жизни трудящихся и т.п. Обоснование этой политике находится в заверениях, что эти организации имеют массовый характер и объединяют рабочих. С марксистской точки зрения, эти заявления не более чем абстрактные декларации. Из того факта, что организация в большинстве своем состоит из рабочих, не следует то, что она носит действительно пролетарский классовый характер. В противным случае, нам пришлось бы признать что, к примеру, нацистский "Трудовой Фронт" Роберта Лея тоже являлся рабочей организацией. Не является также удовлетворительным объяснением реакционной роли профсоюзов империалистических демократий обычная троцкистская схема, противопоставляющая бюрократическое коррумпированное руководство профсоюзов потенциально или реально радикальным массам. Реформ-троцкизм не может рационально объяснить, почему "плохим парням" из руководства тред-юнионов каждый раз удается задушить рабочую борьбу, привести ее в русло соглашательства с боссами.
 
  Марксистский метод требует от нас не абстрактных заявлений, служащих обоснованию оппортунизма, а конкретного анализа того или иного социального явления. С этой точки зрения мы должны рассматривать профсоюзы как тотальность, как структуру, в которой наряду с борьбой различных противоположных тенденций наличествует сущностное единство. Возникновение и развитие тред-юнионизма обусловлено материальными предпосылками капиталистической системы - противоположностью экономических интересов эксплуататоров и эксплуатируемых. В этом смысле между экономической борьбой профессиональных организаций рабочих и классовой борьбой существует определенная, абстрактная связь. Но из этого вовсе не следует, что профсоюз, как конкретная социально-экономическая форма является, в то же время и формой организации классовой борьбы. Вся история тред-юнионизма показывает нам, что профсоюзы стремятся к удовлетворению ограниченных, локальных, чисто экономических требований, всецело в рамках существующей системы. Экономическая природа профсоюза коренится в законах рынка, товарного обмена. Она берет свое основание в том факте, что рабочий выступает на рынке продавцом товара рабочая сила, формально- юридически равноправному с покупателем его товара - капиталистом. Как продавец товара рабочий приходит к осознанию того факта, что в одиночку отстоять свои экономические права на рынке труда невозможно, что необходимо совместное действие таких же, как он наемных работников против покупателя рабочей силы - капиталиста. Так рождается профсоюз. Во всем этом самом по себе нет еще ни грана классовой борьбы, борьбы за уничтожение самой системы наемного рабства. Вот почему мы видим, что профсоюзы всегда и везде стремятся быть полностью автономными от пролетарских партий, в критические моменты революций занимают оппортунистическую, а то и прямо контрреволюционную позицию. С экономической точки зрения, профсоюзы, особенно профсоюзы империалистических метрополий, являются не более как монополиями на рынке труда. Отсюда легко понять, что когда профсоюз останавливает борьбу и идет на соглашение с администрацией о прибавке к рабочей зарплате нескольких крох с барского стола, в этом виноваты вовсе не "плохие парни", как утверждают реформисты. Причина в самой сути этой социальной формы.
 
  Профсоюзы объединяют меньшинство рабочего класса, причем меньшинство с относительно лучшими условиями труда и зарплаты. Цель их существования при капиталистическом строе - борьба за лучшие условия продажи наемных рабов, ограниченна возможностями капиталистического рынка - общей динамикой капиталистического накопления. В этом смысле профсоюзную борьбу очень метко охарактеризовала Роза Люксембург - "сизифов труд".
  0x08 graphic

 
  Лидер КРИ и Социалистической партии Англии и Уэльса Питер Тааф

  Именно на этом сизифовом труде по существу и предлагает сконцентрироваться верховный лидер КРИ г-н Тааф (Taaffe). Его статья "Профсоюзы в эпоху неолиберализма" представляет собой замечательный образчик реформ-троцкистского profession de foi (6). Под гримом радикальной демагогии находим мы оппортунистическую программу "исправления" профсоюзов. Он утверждает, что профсоюзы в своей основе здоровые организации, что профбюрократы, "под давлением рядовых рабочих, поднявшихся на активную борьбу", могут "быть принуждены к отделению себя от государства и возглавят оппозиционное движение рабочего класса". На основании ложных посылок Тааф делает вывод, что рабочие "заставят профсоюзы бороться за свои интересы". Разумеется, Тааф наивно презумирует, что профсоюзное и коммунистическое движение идут рука об руку к одной и той же цели.
 
  Дм. Радчуку же мы посоветуем изучить историю профсоюзного движения его новой родины. В Германии, в отличии от Англии, профдвижение возникло во второй половине XIX века при непосредственном участии и руководстве социал-демократии. Но этот факт нисколько не повлиял на то, что оно скатилось к такому же коллаборационизму с буржуазной государственностью и бизнесом и предательству революционного авангарда, как и на родине тред-юнионизма. (7). Очевидно, что эволюция профсоюза, даже самого боевого и независимого в "желтый", является столь же неизбежным финалом, как и превращение революционера, приверженного ошибочной доктрине, в оппортуниста.
 
  Все сказанное выше не следует понимать так, что марксистам должно отгородится от профсоюзной борьбы китайской стеной. Думать так было бы непростительным сектантством. Марксисты не могут и не должны упускать любой возможности для выхода к рабочей массе. Особенно это каcается малочисленных пока марксистских организаций, поставивших себе целью развитие из пропагандистского кружка в Партию. При этом, мы должны четко отдавать себе отчет в сущности профсоюзной формы экономической борьбы пролетариата, и не быть в плену у ложных оппортунистических теорий типа разделения на консервативную профбюрократию и прогрессивные массы. Эти теории на практике являются косвенной поддержкой политики профбюрократии. Там где это возможно, надо стремится организовывать и развивать действительные формы рабочего самоуправления и борьбы - самоуправляющиеся ассоциации и советы рабочих, независимые стачкомы, коммуны безработных и т.п.
 
  5. От лефтизма на путь революционного марксизма!
 
  Вышеизложенный краткий анализ показывает, что ответы КРИ на вопросы поставленные современностью перед мировым и российским марксистским движением глубоко неудовлетворительны.
 
  Нам могут возразить, что данные вопросы носят слишком абстрактный характер. Так ли уж важны эти теоретические споры для мелких марксистских групп? Мы напомним критикам слова Троцкого, преданные забвению лефтистами: "действительность не прощает ни единой теоретической ошибки". Мы знаем, что у лефтистов в ответ на нашу критику найдется только один аргумент - дескать, это все сектантство, а надо заниматься делом - отстаивать демократические права, выдвигать депутатов, приспособляться к профсоюзам и т.п. Точно такой же была критика меньшевиками большевистской позиции. Но именно благодаря способности большевистского течения применять марксистский метод, именно благодаря теоретическому фундаменту Партии - диалектическому материализму, победа в конечном итоге оказалась за большевиками, а не за меньшевиками. Многие лефтисты искренно думают, что они работают на революцию. Увы, их ждет жестокое разочарование. Поддержка устаревшего лозунга национального самоопределения приводит их к роли левого арьергарда мелкобуржуазной демократии, парламентский кретинизм - к жалкой участи пособников обмана трудящихся масс, преклонение перед профсоюзами - к еще более жалкой роли сподручников "лейтенантов капитала из рабочих" (Ленин). Лефтизм, таким образом, представляет собой составную часть оппортунистической гегемонии над рабочим классом. Но цикл этой гегемонии, открытый предательством лидеров II Интернационала, укрепившийся в сталинской контрреволюции и усугубившийся теоретическими ошибками троцкизма, подходит к концу.
 
  В вопросах классовой борьбы невозможно прочертить третью линию. Либо теоретические и практические подходы лефтистов работают на социализм, либо объективно они работают на буржуазию. "Вопрос стоит только так: буржуазная или социалистическая идеология, середины тут нет (ибо никакой "третьей" идеологии не выработало человечество, да и вообще в обществе, раздираемом классовыми противоречиями, и не может быть никогда внеклассовой или надклассовой идеологии)." (8).
 
  Обозревая политический ландшафт российской левой, мы видим, что подходы и методы КРИ разделяют и многие другие троцкистские течения. Левокоммунистические же группы находятся в глубокой политической прострации. Анархо-коммунисты несколько более активны. Нас трудно заподозрить в каких бы то ни было симпатиях к анархизму. Мы критиковали, и будем критиковать организационный оппортунизм этого течения. Но, нельзя не признать, что ответы многих анархо-коммунистов на 4 вопроса совпадают с нашими. В этом смысле анархо-коммунизм ближе действительному творческому марксизму, чем истово клянущийся именами Маркса, Ленина и Троцкого лефтизм.
 
  Положение могло бы показаться совсем безрадостным, если бы не событие, которому занятая мелкими политическими играми левая тусовка не уделила должного внимания. В конце ноября 2005 года в Ленинграде состоялся Съезд Марксистской Группы "Рабочая Демократия". Упорная борьба марксистов за выход из организационного и идейного тупика привела к победе революционной пролетарской линии. В решениях и документах Съезда - о выходе из оппортунистического КМИ, о невозможности эволюционного вырастания пропагандистского интеллигентского кружка в Рабочую Партию, в критике основных постулатов реформ- троцкизма (теории "точки невозврата", тред-юнионизма и т.д. ) отразились ответы революционеров на вызовы времени. В этом смысле, вне зависимости от успеха или провала "Рабочей Демократии" в реализации намеченных планов, решения Съезда имеют историческое значение. Сможет ли "РД" преодолеть инерцию догматизма, сектантства и политического аутсайдерства, накопившиеся за долгие десятилетия развития троцкистского движения в контрреволюционной ситуации? Сможет ли выйти на широкую дорогу творческого применения марксизма и революционного политического действия? Сможет ли отойти от традиций интеллигентского пропагандистского кружка и стать политической организацией на фундаменте демократического централизма? На эти вопросы ответит будущее.
 
  Примечания:
 

     -- Троцкий Л.Д. "Преданная революция". М. 1991, c. 209-211
     -- Троцкий Л.Д. "Введение к тезисам об участии в парламенте" II Конгресс Коминтерна. М. 1920 г.
     -- Черветто А. "Стратегический абстенсионизм против парламентаризма".
     -- Раскол в "Социалистическом сопротивлении", интервью Р. Джонса сайту "Глобальная альтернатива". http://aglob.ru/analysis/?id=1212
     -- "Новые флаги и старые софизмы для европейской державы" (Lotta Comunista N 397, Бюллетень Интернационалист N 23)
     -- Исповедание веры ( фр.).
     -- См. на эту тему прекрасную работу лидера МКЧИ Дэвида Норта (David North) "Марксизм и профсоюзы".
     -- Ленин В.И. (Полн. собр. соч. Т.6. С.39-40)

 
 
  Дм. Кремнев.
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 Ваша оценка:
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Болдырева "Крадуш. Чужие души" М.Николаев "Вторжение на Землю"

Как попасть в этoт список

Кожевенное мастерство | Сайт "Художники" | Доска об'явлений "Книги"