Аннотация: Повести Белкина написаны именно, как право человека на Хэппи-Энд: - Скрытый от невежливых глаз. Несведущих? Может быть.
24.11.2021
Для Наташи - как поздравление с Днем Рождения
Разъяснение прав человека от Обезьяны до наших дней. Наташа мне не только сказала, но даже:
- Заявила, - что я не имел права писать эссе Пятое Евангелие.
Ну, кто ты Такой, - так сказать, - не министр и даже не доктор хоть каких-нибудь наук.
Не Байрон и даже не Другой какой-нибудь избранник.
Ну, примерно, как Ван Гог, которого сначала выгнали из церкви, где он плел паутину неизвестно до такой степени чего, что, практически, только на картошку и хватало. Выгнали, а кругом только тишина, и такая, что даже покойники с косами устоять не могут, даже не валятся - их тоже просто:
- Нет.
Заняться живописью, - а как?
Если она от него даже дальше, чем местная церковь с Едоками одного только - практически - Картофеля. Как:
- Для Той Обезьяны, которая больше не хотела есть только бананы и туды-сюды, - а:
- Чего-нибудь божественного так хочется - сил нет терпеть!
И, подумав, последний раз, как простая обезьяна, решила написать себя для начала с большой буквы.
- Не пишется!
Как стать человеком? - вот вопрос побольше Гамлета.
Как перейти границу у реки, чтобы получилось по Екклесиасту:
- Один раз - как дважды!
Ибо только Человек может рвать не только когти, но и бананы - пусть и когтистой еще лапой. Обезьяны - не дотягиваются до самых смаковых. Нужна:
- Палка.
Взять ее - значит - превратиться в Человека.
Как? - еще раз задается вопрос, почти с ужасом абсолютного непонимания.
Пушкин рассказал сначала русским, как это возможно.
- Не поняли, сэр?
- До семнадцатого года - неизвестно, но, скорее всего, маловероятно, что кто-нибудь хоть что-нибудь понял. Тем более его Воображаемый Разговор с Александром 1 при царе был только Черновиком. После свадьбы 17-го года - неизвестно только с кем точно - сначала развели дискуссию по Гамлету Шекспира:
- Быть или всё-таки нашим людям Это не надо?
Для начала самого Пушкина запретили на двадцать лет, - вплоть до решающего 37-го года.
Потом на эту сцену с обезьяной забрался профессор С. М. Бонди, - и доказал, что:
- Пушкин просто описался.
Логично! Что Бонди и объяснил партии и правительству на сессии ВАСХНИЛ 1948 года.
В первой фразе Воображаемого Разговора с Александром 1 Пушкин не написал частицу НЕ, - а:
- А надо было!
Вместо:
- Старались очернить, - поставил эту самую частицу НЕ, - но, к сожалению, только в уме.
Можете не говорить спасибо, но я за вас ее дописываю. Ибо вы, конечно, не могли никоим образом чернить царя в глаза. Если вас с царем считать, например, за волков, то царь, как вожак стаи просто-напросто загрызет того, кто эту частицу вздумает НЕ поставить. Царь, ибо - это лев, а Пушкин - ну так, примерно - мышонок. Может ли мышонок стать царем?
- Но как, если может? - терла за ушами та первая обезьяна, которая надумала стать человеком.
Вторая фраза:
Говорит царь:
- Вы можете иметь мнения неосновательные, но вижу, что Уважили правду и личную честь даже в царе.
Перед словом Уважили в черновике Пушкина стоит частица НЕ, - как укор царя Пушкину.
Бонди ее убрал, посчитав, что Пушкин опять ошибся, так как Царю не за что корить Пушкина, - ну, если он первый раз уважил царь.
В первом случае, наоборот, перед словами:
- НЕ уважили, - частица Не была, наоборот, убрана.
Можно сказать поставил Пушкина раком - два раза. Одну частицу Не добавил - другую, наоборот, убрал. Путано? Да. На этом и сыграл профессор Бонди, что в таком кордебалете частиц Не - описаться нетрудно. Можно сказать, получится автоматически.
Так-то, да, но - нет.
Это не проходные частицы Не, а суть этого произведения Пушкина, суть, дающая Обезьяне возможность стать Человеком. Именно об этом Воображаемый Разговор с Александром 1, - о:
- Происхождении жизни на Земле.
Иисус Христос - деревенский парень - явился из города, и на-те вам, хочет предложить не просто так, - а:
- Божественное устройство мира, - что это Он - Бог подсадил первую умную обезьяну на дерево.
- Но как?! - мил херц.
С этим же вопросом брел по безлюдной почти степи Ван Гог - ни хрена ни к чему не приспособленный. Как послать царя, не дающему ему никакого таланта:
- Куда подальше, - а он - представляете - не обидится.
И придумали они все одну и ту же Хреновину под названием:
- ФОРМА.
Запрещенная в России в 17-м только году, - как:
- Ересь и заодно пережиток прошлого.
В Библии ничего не говорится о форме прямо, но именно ее существование объясняет все чудеса.
Эту невидимую невооруженным глазом форму и подставил Бог под ноги Обезьяне, уж хотевшей стать Человеком. Но с условием, как обычно, чтобы и участие в этом деле преобразования жизни на Земле Обезьяны было логичным:
- Назови, что Это?
- Дак, СЦЕНА, чай, мил херц, - ответила обезьяна, уже сразу после этого своего утверждения ставшая Человеком.
В 17-м году эту сцену и провозгласили:
- Главной блажью прошлых древних веков.
Что и значит, человек - это в общем-то, всё та же обезьяна. Как и слова Гришки Отрепьева на польско-литовской границе провозгласившего, несмотря на то, что и ему сие откровение поведал стражник:
- Мотри и запомни на всю оставшуюся жизнь!
- Ась?
- Дак, дубина ты сие протяженная, НЕ ВСЯКО СЛОВО В ТУ ЖЕ СТРОКУ ПИШЕТСЯ.
Остальное добавляет ФОРМА, Сцена, на которой Кевин Костнер смог привлекать внимание зрителей даже с Конем вдвоем - в фильме Почтальон.
Почему и корявы у Ван Гога Едоки Картофеля - лишь бы форма была, а красота всегда приложится. После каля-маля своих проповедей Ван Гог увидел форму, будучи, правда, избит еще раз гипсами учителя его рисования. Шел, даже более, чем первая обезьяна:
- Полностью впотьмах, - но вот:
- С верой в бога.
Почему и ответил Иосиф Бродский на допросе судьи:
- С какого ты, милок, решился стихи писать? Тя этому учили?
- Дак, мэм, - отвесил почти растерявшийся Иосиф Бродский свою легендарную фразу:
- Я думал ЭТО от Бога.
Как и Иисус Христос, всегда ссылавшийся на Своего Отца:
- Видели Меня - видели и Отца Моего.
Но вот Невидного для многих именно потому, что:
- Не в ту же строку Отец пишется.
Хлестаков у Гоголя - реальный Ревизор, но, чтобы попасть на Сцену Театра того города, куда он приехал, - не просто притворился, а вынужден был играть роль Хлестакова! Как и все остальные добрые чиновники. Можно спросить:
- Разве реально они не дают и не берут взятки?
Но в том-то и дело, что реально, они берут их реально, а сейчас расплачиваются или бутафорскими деньгами, или дают взятые в подотчет у директора театра.
И какие деньги дороже - еще подумать, как говорят в Одессе. Кто не дорожит бутафорскими деньгами, тот, по словам Лии Ахеджаковой, всегда будет играть на сцене только зайцев и лис. Что ей и пришлось делать спервоначала.
Здесь театр рассматривается, как игрушка.
Тем не менее, к человеку обращаются не в двух - по имени-отчеству, а даже в трех словах:
- Ты кто такой?
Поэтому он вообще - не может выйти из роли, как Хлестаков, обернувшись Игорем Ильинским.
В 17-м году было уже не просто так, более-менее, как Хлестакову, а прямо заявлено:
- Сцены Театра больше нет - гуляйте, как просто Васи. С одной и той же песней, как Олег Борисов:
- Я был батальонный разведчик, а ён писаришка штабной, - и так весь фильм:
- Один был, а другой только писаришка.
Ибо убранная Сцена - это Вторая Скрижаль Завета. Которая, думают, что была такая же, как и первая, но применялась когда-могда:
- Для всего места не хватало.
Когда именно не хватало этого Места? Когда в Дубровском Владимиру надо было провести обряд женитьбы с Машей, Троекуровской дочкой, - чтобы:
- Сыграть роль князя Верейского.
Запретили.
Ибо:
- Может и можно, да только Человек не имеет права на эту трансформацию.
Спорите? Хорошо, можно добавить:
- Советский человек не имеет права, однако:
- Войти в одну и ту же реку дважды.
Вот зачем это надо - что-то не очень понятно. Чтобы человек изобрел еще какой-то способ быть счастливым? Но так просматривается только один:
- Улетать на другие планеты просто так, только по щучьему веленью.
Какое право имел Ферма объединять свои записи о теореме Ферма с Диофантом, который жил еще когда-могда?! Ибо это даже больше, чем по воде, аки по суху.
А тут Наташей задается всерьез вопрос:
- Какое право человек имеет пользоваться Теоремой Ферма, какое право Ван-Гог, даже не успевший стать проповедником, - еще и:
- Картины ляпать на холсте, который не только не знает даже, где купить, но и не уверен, что точно надо.
Ладно еще, когда прется просто-напросто, по-русски в степь Донецкую с гармонью, чтобы там девушки удалые его поприветствовали хорошенько, - а тут:
- Апостолы не просто так бродят, уму-разуму у Иисуса Христа учатся, - а:
- Вместе с Ним участвуют в Воскресении!
Что по логике одно и то же, как бедному Пушкину обвинить Царя в НЕ уважении к нему, как к:
- Гораздо более реальному царю!
Тем не менее, кто на этой самой сессии ВАСХНИЛ 1948 года понял, что такая логика может возникнуть, как реальная:
- Пушкин обвинил царя в неуважении к себе.
Так-то ничего особенного - царя и вообще свергли в 17-м году. Но:
- В глаза, лицом к лицу - это невозможно!
Потому и запретили Новый Завет, что возможно. Хотя, действительно, на уровне превращения Обезьяны в Человека.
Считается, да, всё было и даже почти было, было, - но:
- Только не здесь.
Теорема Ферма - хрен с вами, пожалуйста, Пушкин выше Царя? Хорошо, но только до 17-го года. И еще:
- Только не здесь.
Ибо, чтобы хорошенько запомнили:
- Рабство еще никто не отменял, - если иметь в виду в принципе.
Местами может быть.
Что и было сказано Наташей:
- Многое можно, но Ты-то, какое имеешь право на доказательство Великой теоремы Ферма. Ты этому учился?! Не знает, что Этому нельзя научиться принципиально. Ибо, как и было пророчески сказано:
- Я думал это от Бога.
Теорема Ферма просто так не доказывается. Только по Новому Завету.
Воскресенье невозможно иначе, чем по Воображаемому Разговору с Александром 1, который затем и написан Пушкиным, чтобы продемонстрировать конструкцию Нового Завета. Точнее, именно всей Библии. Как и Повести Белкина - все они имеют Хеппи-Энд по конструкции Нового Завета.
Повести Белкина написаны именно, как право человека на Хеппи-Энд.
Наташа выдает другую установку:
- Какое ты имеешь право на Воскресение, ты этому учился?
Как Ван-Гог учился верить в бога, когда не добился этого, как проповедник? С нуля научился писать картины, как Пушкин Повести Белкина, - где:
- Бог обязательно присутствует.
Удивительно, что кто-то это прекрасно понимает, иначе зачем доводить дело до Сессии ВАСХНИЛ, чтобы утвердить изменение двух предложений подлинника Пушкина Воображаемый Разговор с Александром 1. У подлинника бог был, в переделке его не стало.
Людей, боровшийся за существование Формы - обозвали формалистами. Можно иметь в виду, что, как людей невидящих сути дела, а только одну его формальность.
Тогда как Форма - это и есть то знамя, на котором написано:
- Я пришел дать вам волю.
Некоторые думают, что Эссе - это свободное изложение, а Статья, наоборот, идет по правилам и по порядку.
Наоборот. Свободное изложение Эссе - обусловлено существованию в нем не только содержания, - но и:
- Формы.
Невидимость формы в том, что изложение деформировано Рассказом. Рассказ может идти только на Сцене. Эссе, следовательно, это уже:
- Театр.
Театр и определяет:
- Кто здесь - среди читателей - человек, а кто так только - как обычно:
- Погулять вышел.
Думают, наоборот, что статья точнее, так как в ней всё излагается без финтифлюшек, которыми Солженицын и считал форму.
Но все Евангелия - это именно Эссе, что значит уже в самом изложении предполагает существование человека.
Горбачев дал людям волю, разрешив продавать Библии у Даниловского Монастыря. Не для их обложки, разумеется, а чтобы:
- Читали.
Чтение - это разумение, а разумение - это уже почти Эссе, как право человека:
- Свободно пользоваться этой машиной - Писать Книги не просто так, а по Форме! Что значит с той Подставкой, которую Бог первый раз подставил под ноги Первой Обезьяне, чтобы дотянулась до истины-то! Подарил ей право пользоваться:
- ФОРМОЙ.
Ибо:
- Бог - именно в Форме, где - как и сказано Пушкиным - Не всяко слово в Ту Же строку пишется.
Право покупать - это право читать, а читать - это право читать с пометками на полях, что и значит:
- Право писать по этому поводу, поводу Библии в свободном стиле, называемом ЭССЕ.
Новая Земля Моисея Чем отличается Вторая Скрижаль Завета
Вторая Скрижаль Завета, которую принес с горы Синай Моисей - это и есть право человека верить в Бога, - как в:
- Своё Открытие.
Как и написаны все великие художественные произведения мира - Именно, как Две Скрижали Завета.
Эти 2-е скрижали невидимы невооруженным глазом, поэтому и даже - априори - это право на:
- Открытие, - что только он сам может её увидеть.
Как Бог первый раз дал это право первой Обезьяне путем ее поддержки, действует до того Рай-ского яблочка, которое называется:
- Право человека на Открытие.
На создание Нового мира, который оказывается уже заповеданным Богом.
Почему и нет - почти - Нового Завета здесь, что:
- Нет права На Открытие.
Почему оно и воспринимается обычным человеком - Наташей - как:
- Какое право ты имел делать Открытие в Евангелии?
Ответ один и тот же:
- Я думал, это от Бога, - как произнес Иосиф Бродский на это вопросом.
Моисею, правда, пришлось бежать за это право:
- На Открытие, - даже со своими евреями.
Возможно, они думали - и царь Египта и вторая половина его соплеменников, которая не откликнулась на его призыв:
- Кто Господни - ко мне, - что Моисей взял себе семь лет урожайных, а им оставил те семь лет, которые окажутся худыми.
Поэтому, скорее всего, некоторые люди и против:
- Права на Открытие других людей, - что:
- Им-то оно, априори не достанется.
Почему когда-то и набросились на Иосифа Бродского:
- Мы-то всё равно этого делать никогда не научимся!
Почему и выгнали.
- У нас никогда не было этого изобилия, - но, - к счастью, - ли:
- Нам оно и не надо!
------------------------
Письмо - это более подробное чтение. Следовательно, Наташа хочет отобрать у Человека право не только писать, но и читать. Как раньше. Но:
- Как, собственно, когда?
Что тогда человеку остается? Сначала веселиться, а потом повесить носы? Как в Селе Горюхино.
------------------------
26.11.2021