Пародии на СИишных поэтов. У одних я пародировал словесные ляпы, у других смысловую тематику, у третьих стиль. Некоторые авторы утверждают, что мои пародии злющие. Извините меня, но если поэты пишут откровенную дурь, то разве в этом виноват пародист? Они пушистые, а пародист вроде той Моськи, которая лает на слона? Пародия - это тяпка пропалывающая грядку. Иногда весело, с шутками. Иногда больно. Но всегда на пользу.
У поэта Романа Рудуш ветер почему-то синий. Но, если бывает синий ветер, то логично предположить и красный, и зелёный, и прочие воздушные течения.
Так и льется слеза в строку,
Так и выльются строки в путь,
Так и будет на всем скаку
Синий ветер мне в спину дуть...
Шалунишка ветер
Как я плакал над каждой строкой
Разъясняя вам красок суть,
Красный ветер шалун такой
Строго в задницу может дуть!
Жёлтый в ухо, а чёрный в грудь,
А зелёный? - Гусары не ржать!
Собираясь в далёкий путь
Это стоит в уме держать.
В следующем опусе, Роман с гордостью поведал нам, что он - этносмесь, светомрак и злолюбовь. Тут-то во мне злолюбовь и проснулась.
Я этносмесь.
Я жарок в снеге вьюжном.
Я холоден в палящий летний зной.
Я вышел весь
Дождливым ветром южным.
Рождён в краю, где горестей не счесть.
Я - светомрак.
Я знаю двуполярность.
Мне ясен и правдивый, и хитрец.
Сгорает в прах
Времён непостоянность.
И что почём - ответит только страх.
Я злолюбовь -
- Хочу и ненавижу.
Моя судьба - оплавить красным снег.
Об ветры бровь -
- удел свой горький вижу.
Я - горный ветер. Я - степная кровь........
Автобиография
Рождён в краю, где горестей не счесть,
В тёплых снегах политыми свинцом.
Короче, получилась этносмесь
С умильно перекошенным лицом.
Я злолюбил... Я мог, но не хотел.
Как сволочь та, что может, но не хочет.
Я в светомрак замёрз, что аж вспотел,
Мне двуполярность рожу не кукожит.
Я мамапап, я сватобратакум
И в этом я удел свой горький вижу
Такая хрень пришла в мой дерзкий ум,
Но вас люблю и дурью не обижу!
Шедевр от Д. Чвакова.
я сижу очень долго здесь,
не взирая на синьку лиц!
не приемлю пустую лесть
да и шёпот ресниц...
ненавижу в бердан луны -
наблюдать снисхожденье звёзд...
не понять нам чужой вины -
пожинай no frost!
То, что Чваков писал это с большого бодуна однозначно. Его слова о том, что его окружают синюшники, не оставляет нам выбора. А утверждение поэта о том, что он не *приемлет шёпот ресниц*? Это мне напомнило слова Остапа Бендера: Не хлопайте себя ушами по щекам. А его ненависть к *снисхождению звёзд наблюдаемых в бердан луны*? Это круто, как и чужая вина, пожинаемая в размороженном виде.
Белая горячка
Я бубню Берендеем здесь,
Нарывая ажурный слог!
Мой шедевр пародистам месть,
Ведь не Пушкин я и не Блок.
По сусекам мести устал,
Накропал лишь в бердан луны,
No frost восклицательным встал
Оттопырив меж ног штаны.
Вырубаю подобие строк,
Не понять мне своей вины,
Интересно, а Пушкин мог
Ненавидеть в пердан луны?
А теперь ещё один шедевр от этого поэта, где мы встречаем такое выражение: *Лом столба нелегитимный*. Шедевр! И почему я такое не придумал? Пойду, удавлюсь от зависти.
Самообман
слова закручивая в узел
несостоявшихся планид,
я потерял остатки вкуса
от недосказанных молитв,
и отперев замок неловко,
стоял, как будто лом столба,
нелегитимный и нековкий,
от нелюбви самообман.
Обмани ты себя, обмани...
Чую горе панихид,
Недоделанных планид,
Лом столба нелегитимный
Как стручок, но сверх интимный!
В узел я слова кручу
Маяковским стать хочу!
Колядую как шаман,
Я поэт?.. Самообман!
Теперь поэт со странным псевдонимом bagdad и его шедевр под названием Дышу мечтой.
Смотреть на солнце - меньше риска,
Чем гнев читать в твоих глазах.
Даже спиной я чувствую, когда ты близко,
Мои конечности парализует страх.
Прошу богов - от наваждения избавьте,
Иль назовите цену - заплачу;
Укол какой-нибудь поставьте,
Направьте к доктору-врачу...
Значит так, человек влюблён в садистку. Вдобавок к этому, врач и уколы, паралич, страх, да ещё и желание заплатить за всё это, наводят на нехорошие мысли о мазохизме.
Мой ответ поэту:
Авансом заплатил за сломанную ногу,
Ключицу, рёбра, за подбитый глаз,
И в предвкушении я клал поклоны Богу,
Чтоб получить обещанный экстаз.
Но Бог не дал - хоть я дышал мечтою,
Как в келье истомившийся монах,
Когда ж она прижгла мой член свечою,
Параличом заполнил душу страх.
Поэтесса А. Белая пишет стихи, хотя сама же утверждает, что * Все слова уже нелепы*. Далее у неё все в мире крепостные, включая ветер(!). Потом Белая впадает в депрессию и заканчивает шедевр открытием - изобретает новый цвет - Цвет прощенья. О как!
Все слова уже нелепы.
Тишина мудрей и строже.
Рифмы - это тоже цепи.
Разорви их, если сможешь.
Не свободен даже ветер.
Видишь, с севера подул он.
И тебе не буду петь я,
Будто ты меня придумал.
Все с тобой лишь понарошку.
Так не просто, так не прочно.
Будто лунная дорожка,
Из-под ног уходит почва.
Разрезая взглядом воздух -
Слов невидимые звенья -
Ты увидишь в небе звезды
Цвета моего прощенья.
Мой ответ госпоже поэтессе:
Все слова уже нелепы.
Сейчас в морду тебе двину.
И на шею тебе б цепи,
Не из рифм, а чугунину!
Не свободен даже ветер.
Дует, сволочь, он в окошки
И тебе не буду петь я
Голосом гулящей кошки.
Всё с тобой лишь понарошку
Как не встану, всё напрасно
Выпей с горя на дорожку
В гневе я всёгда ужасна.
Рубану глазами воздух -
Ты развалишься на звенья,
Из глазёнок брызнут звёзды:
Импотентам нет прошенья!
Лена Пастушенко любит писать про любовь. Ничего плохого в этом нет. Вот только у Лены все прЫнцы живут далеко-далеко, а любовь возможна только в неведомых странах.
Царапает все глубже и зовет,
Туда, в неведомые страны,
Туда где багровеет горизонт
И парус от штормов еще не рваный.
Прямым, вколоченным в основу бытия,
Гвоздем, что болью отзовется,
Сталь памяти пронзает часть меня -
Я помню как люблю тебя. И сердце бьется.
Гвоздь в задницу
Царап-царап, ку-ку и звонкий понт,
Стремлюсь душой в неведомые страны,
У нас же не багряный горизонт
И холодно, а полушубок рваный!
А там, кривым гвоздём из бытия,
Любоффф моя потоками польётся,
Вот только не скажу, в какую часть меня
Гвоздюка с наслаждением вопьётся.
Почему прЫнцев надо искать за тридевять земель? Так устроен дамский мозг? Или причина в другом? Кажется я её знаю... Ну, а это опять Леночка Пастушенко.
Я люблю тебя, слышишь? Насквозь,
Ты орешь во мне пульсом по венам.
Мы с тобой быть не созданы врозь,
И я верю в судьбы перемену.
Мне так больно представить что ты
Где-то есть, но не рядом, не рядом.
Нет, не сломаны наши мосты,
Слов потоки не залиты ядом.
Посмотри на меня, посмотри.
Сквозь тьму ночи тяну к тебе руки,
Сталью слов отливаю стихи,
И мечтаю отнять у разлуки.
Я люблю тебя. Ты - моя кровь,
Сердца стук, кислород, что вдыхаю.
Я приду к тебе, слышишь, любовь?
Я приду к тебе. Я обещаю.
Ранняя глухота и слепота
Да, я слышу, зачем ты орёшь?
Нагоняешь давленье по венам.
И как танк обезумевший прёшь
Не заметив в себе перемены.
Мне так больно представить, что ты
Окончательно нынче оглохла,
И как громко тебе не ори
Никакого не будет уж толка!
Посмотри на меня, посмотри,
Я же рядом, тяну к тебе руки,
Только зря, катаракты следы
Лишь усилили боль от разлуки.
Я люблю тебя, износу кровь,
аритмию твою уважаю,
Приползай ко мне, слышишь любовь,
порезвимся во всласть. Обещаю!
Следующий свой шедевр Лена назвала Слушай меня. Я послушал и вам не советую.
Слушай меня, слушай. Мы на краю у времени.
Крылья раскрой лучше. Костяшки собьем и стены мы.
Проклятым Гуинпленом, нет, не тебе скитаться.
А что-то орет по венам: Уйти не могу остаться.
Шелест твоих перьев - скрежет заточенной стали.
Веру в любовь меряли, забыли как ее звали мы.
Синее, синее небо. Кровь - ярко алая ртуть.
Пусть стены падут, стены... Снега белей будь.
Не слушай меня!
Стена с грохотом упала,
Придавила белый свет,
Я стояла и гадала
Толь жива я, то ли нет!
Ущипнуть себя просила,
Ртуть из вен текла рекой
И как свинка голосила,
И глумилась над собой.
Небо синее крутилось,
Снег с любовью пополам,
Мысль сумбурно помутилась
Вот пишу об этом Вам.
Это от Иры Шайкевич.
Ира пишет хорошие стихи, но и иногда...
Всё на бегу и в цейтноте. В тайфуне дел
чувства - вполсилы, вполуха, вполглаза, вкратце...
Поздно спохватишься: надо ли было рваться,
коль в бутафорской сумятице декораций
самых любимых и выслушать не успел?
Полуопоздал
Нюхал цветы я в полноса на днях.
Баба в полбрюха была на сносях,
Дочь в полколена бежала ко мне,
Сын полремня получил по спине.
Так я полжизни провёл в полусне,
Лишь полумысли приходят ко мне!
А это Аня Родионова. Уж, больно автор в своём шедевре на потерю памяти нажимает.
Прильни. Прижмись к плечу.
Я долго шел.
Так долго, что забыл, где начал путь.
Искал ли я тебя? Молил ли Бога о любви?
Не обессудь - ни разу не молил.
Но вот я здесь.
Трепещет сердце под доспехом.
И на ресницах иней горьких слез.
Но не моих.
Я никогда не плакал.
Зато терял ни раз. И догорал в пылу борьбы.
Я душу где-то продал - вспомнить бы кому.
Ни за любовь не дрался, ни за жизнь.
И, что вином, кропил клинок свой кровью.
И ты исчезнешь завтра, как мираж,
А я уйду туда, откуда манит смерть.
Не жди. Я не вернусь.
Одна лишь ночь связала наши судьбы.
Одна лишь встреча обрекла на вечный ад.
Ты скажешь:
То счастливый случай.
Я: нет, ведь я впервые проиграл.
Достал склероз проклятый!
Я долго шёл и долго плыл,
Куда? Зачем? К кому - забыл!
Мои доспехи заржавели,
Коня (кобылу?) волки съели.
Где потерял клинок - не знаю,
Зачем живу - не представляю.
Я долго шёл и долго плыл,
Свою фамилию забыл,
Молил я бога, вспоминал
А всё ж склерозу проиграл!
Аня ещё и вестерны любит смотреть, а потом фантазировать.
Я кобуру расстегну на бедре,
Верный мой конь постоит у воды,
Милая Люси, не плачь обо мне,
Может, когда-нибудь свидимся мы.
Полдень, двенадцать, как проклятый час
Бьёт и не просит. Забудь обо мне,
Милая Люси, ведь нет больше нас,
Только следы на горячем песке.
Словно зеркал отраженье, левша
Встретит меня на дороге пустой.
Милая Люси, я жду, не дыша,
Встречи иль с дьяволом, или с тобой.
Тень, исчезая, появится вновь,
Пуля несется, куда там стреле,
Милая Люси, не смоется кровь
Теми слезами, что льешь обо мне.
Пародия: Аня на Диком Западе
Вестерн я вчера смотрела...
Прослезилась и вспотела.
Слёзы, сопли, пот - рекой,
Муж спросил: Ань, что с тобой???
Я с досады поперхнулась,
Он ласкать - я увернулась.
Подняла истошный вой,
не пойду в постель с тобой.
Не ковбой ты. Не проси,
Я не Аня... я Люси!!!
Поэт Dancpavel очень чётко описал компьютерную зависимость. Молодец!
Виртуал
А дни в темпе вальса кружатся,
Лишенные бед и тревог,
Хотим здесь навеки остаться,
Никто помешать, чтоб не мог...
Прощайте тревоги, заботы...
Все те кто нас помнил и ждал...
Нам здесь хорошо от чего то...
Прости и забудь нас, реал...
И жизни нелегкое бремя,
Проходит от нас в стороне.
МЫ ПРОСТО ТЕРЯЕМ ТУТ ВРЕМЯ!!!
Живя в нарисованном сне...
Горбатого могила исправит...
Я прожжённый виртуал,
Целый год с женой не спал...
А она терпела -
Зубками скрипела,
Раскалялась как утюг,
Зло ругалась - ты битюг,
Умоляла, свирепела,
Танцевала, песни пела,
Целовала и стращала,
Проклинала и прощала.
И плевала в монитор,
А потом взяла топор...
СтрашнА в ярости была,
Изрубила, что могла...
Мой компьютер дуба дал,
Возвратился я в реал.
Вновь милашку я люблю...
Втихаря на комп коплю!
Пародия в стиле памфлета на стихи поэта WOW Iraida. Вот лижет правительству, так лижет! Почитаешь и, правда подумаешь, что во всех бедах России виноваты Америка и Европа. И не говорите, что пародист использует сортирный юмор, какие стихи - такие и пародии.
В Вашингтоне санкции
Пишут под копирку.
Мы же эти санкции
Пустим на подтирку,
Чтоб была все лето
Бумага в туалетах.
***********************
Денег нет ни рублика,
Прощевайте, няшки.
Не купить ни бублика,
Ни в сортир бумажки.
НО...
Мы гордЫ, и нас не взять,
Клали на Европу.
Мы фанеру будем мять,
Подтереть, чтоб жопу!
Разбомбим свой Волгоград
Мы назло Европе...
Разве дядя виноват,
Что Россия в жопе?
Ещё один шедевр. Написал его поэт под ником Vi. Название стиха - Я ухожу. Почему уходит? Потом дошло.
Я ухожу...
К тебе пришла, любя, с мольбою,
О том, как быть хочу с тобою.
Ты тихо рассказал про вечность
И показал мне бесконечность
Тех тайн, что я, отринув глупо,
Закрыв глаза, назвав их скукой,
Не понимала - ведь они
Мне свыше Господом даны.
Я вмиг прозрела. Озаренье
Призвало душу к очищенью.
К тебе пришла, любя, с мольбою,
А в мире ухожу с собою.
Теперь стало ясно, и я понял, в чём дело. Пародия называется - Убегаю сломя голову...
К тебе пришла я дура-дурой
Пронзённая стрелой Амура,
Мечтала затащить в кровать,
Тебе же было наплевать.
Ты бормотал, что-то про вечность,
Про Бога и про бесконечность,
Про тайны. Я ж внимала скупо
О, Боже мой, какая скука!
Мне слушать твой унылый бред,
Меня ты будешь, или нет?
И я прозрела! Озаренье!
Не получу я наслажденья,
Мне нужен муж, а не оратор,
Бегом домой, там есть вибратор!
Повеселимся? Тут госпожа Ракитина в своём шедевре пожаловалась на новинку в её квартире, к которой ей тяжело привыкнуть. Она это красочно и шутливо описала в стихотворении про Биде. Правда юмор опять почему-то сортирный?
Мой туалет давно в беде:
свекровь поставила биде,
и эта самая бида
мне не дает попасть туда.
Зачем в квартире эта дичь?
Ответь мне, дорогой Ильич!
Кондовый, с цепью, унитаз
милее для советских глаз.
Буржуи с этою бидой
сроднились с детства.
Мне ж -- хоть вой.
Мечтаю выкинуть биду,
Мужчину с ломом приведу.
Он замахнется -- и капец
биде наступит наконец!
Баллада о Биде
Я чую, знаю, быть беде-
свекровь поставила биде,
Нагнуться из неё попить
Параличом может разбить,
А зубы чистишь, так беда
В коленях боль и ломота!
А постирушки в этом баке?
А лапы мыть моей собаке?
А мужу бороду побрить?
Соседки дать воды испить?...
Мы завсегда справлялись разом
Своим привычным унитазом.
Люблю читать стихи Лидочки Журавлёвой. Умница, советую почитать. Но, иногда
У Лиды проскакивают интересные выражения. К примеру - Тени эха в осколках стропил. Да, это круто! Ну, как тут не написать пародию?
Не броди в переулках угасшей любви.
У остывших светил незавидна судьба.
Тени эха в осколках стропил не лови -
На развалинах ты их услышишь едва...
Я не стал медлить с ответом и ответил с улыбкой.
Прошла любовь, стропила вдребезги,
И тени эха придавили не шутя,
Палитры пепелищ - печалей изверги
С ухмылкой прорастают из меня.
Ещё один шаржик на Лидин ледоход. Странно, почему поэты отождествляют любовь с приходом весны? Разве не влюбляются осенью? Зимой? Летом? На берегах Амазонки весна можно сказать вечная и что? Там люди с ума сходят круглый год?
Ледоход у нас на Севере - в мае.
И река, свои покровы срывая,
Обнажается, как женщина, страстно,
Отдаваясь воле Солнца... Прекрасно!..
...Ледоход моей души охладелой
Задержался... Но весеннее тело,
Как берёзовым, наполнено соком,
Что взорвёт меня сейчас ненароком.
И случится сокровенное, знаю -
Лёд души моей озябшей растает.
Ледоход на Амазонке
Ох, душонка, охладела,
Стужа в сердце - не унять!
Всё внутри обледенело,
Ледохода надо ждать.
Задержался окаянный,
Когда ж грянет, хочу знать,
Каждый день хожу на берег,
А его всё не видать.
Ледоход на Амазонке???
Не прибавить - не отнять!!!
Может, следует девчонке
Просто речку поменять?
Теперь пьяная тема рассказанная С. Вельковской. Красочно она описала сам процесс пьянки, только вот до меня с трудом дошло(после третьей сосны), как можно выпить лес?
Пей-заж, пей же, пей до дна,
Насладись и простором, и светом,
Словно вволю хлебнул вина,
В солнцедареньи паря в этом.
Пей рожь, синь озёр пей,
Пей чудо леса и чудо лета,
Пей дол, песню гор - с ней
Веришь иль нет - всё тебе это.
Пей дождь, чистоту рос,
Пей ароматное это зелье,
Пей свет, серебро звёзд,
Как мне понятно твоё веселье!
Пей смех, счастье пей до дна,
Пей жизнь, чтоб с природою слиться.
Пей миг - твоя жизнь одна
В каждой травиночке повторится!
Пьянь хроническая
Я бы выпил натюрморт,
Всё горит с похмелья,
Только Света не поймёт
Моего веселья.
Пол стакана ржи нашлось
А запью пшеницей.
Только, как бы ни пришлось
Ржать мне кобылицей.
Вместо красного вина,
Тресну я мураву,
А потом допью до дна
Рощу и дубраву.
Час пробил! Давай, подружка,
Электричества налей
*Выпьем с горя, где же кружка,
Сердцу станет веселей!*
На просторах самиздата существует поэт их Израиля под псевдонимом Юрий.
Про шлобов пишет и про себя.
Во мне сидит какой-то жлоб
Который вечно недоволен.
Влепить бы пулю ему в лоб
И вежливо сказать: "Уволен".
К несчастью, тот же самый лоб
И у меня. Хоть он и шире.
И я, конечно, тоже жлоб.
Как все в подлунном нашем мире...
Оказывается мы все жлобы. Я не согласен.
Во мне сидят который год,
Писатель, хмырь, личина беса,
Какой-то северный народ,
Две лесбиянки и повеса.
Наполеон порой сидит,
Японский гений Айкумото,
Меня от них уже тошнит!
Всех шлёпнуть бы из пулемёта.
И шлёпну! Только время дай
И буду я вовек доволен,
Но тут явилась Коллонтай
С приказом - Юра, ты уволен!
Катя Цуммер. Может писать хорошие стихи, но, как и все мы, порою такое ляпнет, что хоть стой, хоть падай. Вот, посмотрите, у неё снег и молодой и косматый. И ещё снег, как сообщение ТАСС. Поразительно, снег как Телеграфное Агентство Советского Союза! Я не удивлюсь, если она опишет дождь, как сообщение китайского агентства Синьхуа, а туман, как сообщение Франс-пресс.
Снег молодой, косматый
Выпив с утра белил,
Словно пиджак помятый
Землю собой укрыл.
Снегу легко лежится,
Если под шкурой наст.
Сверху он так ложится...
Как сообщенье ТАСС...
А очумел от такого заявления, что тут же написал ответ под частушку:
Ох, снег-снежок,
Белая метелица,
Написала Катя хрень,
Что самой не верится.
Потом я очухался и добавил:
Старенький снег примятый
Я с похмелюги грёбу.
Сил нет держать лопату,
Зад уже в липком поту.
Так и загнуться можно
С тяпкой наперевес,
Снова метёт проклятый,
Это не снег, а бес.
Снизу на небо глядя,
Я, как издохший кот,
Кто мой стишок осилит,
Тот никогда не уснёт!
Спи, мой читатель, спи же!
Я же хлебну белил.
Белочек строй всё ближе,
Тапком одну убил!
Юный снежок метеля,
Падал в дырявый таз,
Мёл языком Емеля,
И заявил это ТАСС.
На этом Катя Цуммер не остановилась и выдала другой шедевр.
Я сломал голову думая, кого же запомнит дождь и особенно серый как хмарь парапет: Тебя, Твою тень,(Твою мать), Танго, Ваши па??? Или Господин Господина, который есть слуга, не имеющий ранга и который распрощался с небом и вечно спорит с землёй?
Дождь запомнит Тебя,
Твою тень.
Чёрно-белое танго.
Ваши па, обручённых навеки одною душой.
Господин господина -
Слуга, не имеющий ранга,
Распрощавшийся с небом и спорящий вечно с землёй.
Отражённые в брызгах,
Размножены в сотнях осколков,
Вы растаете... Может быть вас уже попросту нет...
Без прощаний и слёз. Словно ноты порывисто скомкав...
Только дождь вас запомнит, и серый как хмарь парапет...
Пришлось ответить Катерине в таком духе:
Поведала Катя такую вот хрень
Господь в Господине, как тень на плетень.
В четверг дождь забылся - не видно ни зги
У пегого танго залипли мозги.
Денёк не задался. Я знаю ответ:
Виною всему пьяный в хлам парапет.
Е.Цумер и крутой может быть. Да. В Следующем опусе она и ремнём стращает и хочет рожью завалиться в кровать. Это, что, такая поза из Камасутры?
Если ты не придёшь,
Я конечно же стану грустна,
И бутылка вина, обижаясь, наверно прокиснет.
Упаду словно рожь,
На постель в этот вечер одна.
Иллюзорным канканом скакать будут грустные мысли.
Если ты не придёшь,
Опрокинув нечаянно тень,
Словно тёмною краской тебя я тогда нарисую.
А когда ты вздохнёшь,
Подойду и сниму твой ремень...
И за все свои муки по-полной тебя накажу я...
Камасутра в стихах
Я пшеницей ядрёной в постЕлю твою
Завалюсь,
Или рисом, гречихой, бобами-
Ещё не решила.
Кукурузой иль репой с истомой к плечу
Привалюсь.
До тебя был один. Не пришёл. Я того...
Я его порешила.
Так запомни милок. Коли ты до утра
Не придешь,
Я тебе оторву кое-что. Насовсем.
Без наркоза,
Иллюзорным канканом меня просто так
Не возьмёшь.
Приходи. Истомилась и ноет в сердечке
Заноза.
Ну, и последний шедевр Кати. Если бы не пара ляпов, то можно было бы считать его удачным. *Прижаться щекой к декабрю* чего стоит. Опять шедевр! Подробный разбор здесь: http://samlib.ru/comment/b/bychkow_s_w/marshal
Бессонное утро разбудит покатую крышу,
На тихую синь небосвода повесив зарю.
Ты молча уйдёшь, по ступеням спускаясь неслышно,
И крепко прижмёшься щекою своей к декабрю.
Снежинки тебя, словно маршала, встретят повзводно,
Легко узнавая, должно-быть, по звуку шагов.
Ты звёзд в карауле отпустишь рукою: "Свободны!"
И тихо уйдёшь, пряча где-то под сердцем любовь...
Снег, в ружьё!
Бессонный полдень разбудит горбатую крышу,
Я задом к апрелю в горячей истоме прижмусь.
Снежинкам команду В ружьё! Я сегодня услышу,
Дождинкам в субботу команду Ровняйся! дождусь.
По ступенькам бредя, не сморкайся в подъезде так громко,
И прошу под погоном надёжно заныкать любовь,
Я ж ещё напишу про Устав тебе образно, ёмко,
Ты мне лычку ефрейтора к праздникам слышь, приготовь.
Представляю вам поэта А. Ледащёва и его опус, про конец света. Бррр.
Этот мир опустел. Только небо и ты.
Коробки навек замолчавших домов.
Этот мир опустел. Владения пустоты.
И кружит лист среди мертвых дворов.
Мир опустел. Некого больше любить.
Но зато в нем некого больше бояться.
Все ушло. Этот мир не дано победить.
Потому, что не с кем тебе состязаться.
Конец света
Все умерли разом, вот были и нет,
И некого больше бояться,
А я вот живой, потому, что поэт,
Звучит? А зачем прибедняться?
Лист пуст. Ни строки. Настал вечный покой.
И Муза молчит - недотрога,
Травы обкурился, тряхнул головой.
Все сдохли? Туда вам дорога!
Представляю вам поэтессу Тухватуллину Лилию. Однажды Лилия представила себя в роли божьей коровки. Пришлось пошутить.
Из всех многоточий не выберешь точку,
чтоб ею рассказ завершить...
Как божья коровка ползёт по листочку -
вот так бы хотелось мне жить...
Пародия под названием: Коровка, но не божья.
Я бурёнкой хотела бы жить,
Хвост, копыта, большие рога,
В стаде чтоб фавориткою слыть,
И надой чтоб не меньше ведра!
Отмечая лепёшками путь,
По лугам бы бродить много лет,
Молоко и навоз моя суть
Шкура с бойни - последний привет.
А потом Лиля увидела наяву айсберг, на нём медведей (не сказала белых или бурых), которые доставали (по блату?) рыбу и при этом о чём-то болтали по белому(?). Я удивился и написал свой вариант её бреда.
Мой айсберг плыл верхушкой над водой,
но греб своей невидимою частью.
Я снова занималась ерундой:
старалась в строчку втиснуть слово "счастье",
сжимала солнце круглое в овал.
Медведи рыбу как-то доставали
и говорили белые слова.
И сумеречно было, как в подвале,
и айсберг плыл в пустое никуда,
и то темнела, то опять сверкала
вокруг него спокойная вода,
скрывающая ледяные скалы.
Медведи на айсберге
Мой айсберг плыл вразмашку над водой
И кролем помогал невидимою частью.
Я, как обычно, занималась ерундой,
Пытаясь вини бить крестовой мастью.
Вдруг сумерки настали как халва,
Медведица моржатину варила,
Я говорила странные слова,
И травку необычную курила.
А айсберг плыть устал и утонул,
Медведи хат лишились, ёлы-палы,
Я стих твой прочитал и аж всплакнул,
Так жалко стало ледяные скалы!
Знакомьтесь, поэт под ником Vollmond. Зашёл в тупик и плачет. А почему?
Наши слёзы смоет дождь,
Он смешает кровь с землёю.
Друг мой, Лету не тревожь:
Это было не с тобою.
Мы развеем пепел книг
По просторам жизни вечной.
Мы давно зашли в тупик,
И тупик наш бесконечный.
Не печалься, улыбнись.
Это только лишь начало
Называемое Жизнь...
Или Смерть, различий мало.
Тупик
Я то тощий, то рябой,
То лоснюсь, как сало,
Коль проснулся, знать живой
Жизнь начну сначала!
Встану утром на крыло
И взмахну перьЯми,
Лишь бы в штопор не снесло
Ветреными днями.
И развею пепел книг
И спалю избёнку,
Я попал в глухой тупик,
Не свояв нетлёнку.
Господин А.Голиков имеет мечту. Он хочет спасти мир став нашим единственным ветром ( надеждой). Правда не сейчас, а после снов, которые избавят его от силы тяготенья и подарят пронзительность неба!
МЕЧТА
Я не знаю, который из снов
Нас избавит от пут тяготенья,
Когда вдребезги те из основ,
Что держали душу с рожденья.
Я не знаю, который из снов
Мне подарит пронзительность неба,
Когда в крошево те из основ,
Что оставили немощным тело.
Я не знаю, который из снов,
Вдруг разбудит эту планету.
Но я знаю, что точно готов
Стать её единственным ветром!
Пародия: Мечта Супермэна
Я единственный ветер в миру,
Я буран, раскат грома, зарница.
Я в мечтах за Вас гады умру,
Я герой, или это мне снится?
Я пронзительно в небо уйду,
Я прикрою от бед Вас грудиной.
И планету для вас разбужу,
И умру без слезинки единой!